Добавить материал и получить бесплатное свидетельство о публикации в СМИ
Эл. №ФС77-60625 от 20.01.2015
Инфоурок / Музыка / Презентации / Д.Д.Шостакович и его знаменитая "Ленинградка"

Д.Д.Шостакович и его знаменитая "Ленинградка"


  • Музыка

Поделитесь материалом с коллегами:



Тема работы: «Д.Д.Шостакович и его «знаменитая Ленинградка»

70 лет спустя»


1.1Личность Д.Д.Шостаковича.

Великий музыкант и герой всех времён.

Год 1915-й. Петроград. Серые колонны солдат, гулко печатая шаг, движутся к вокзалам, оттуда — на фронт. Газеты пестрят списками убитых, сводками о передвижениях войск.
А никому неведомый девятилетний мальчик Митя Шостакович, еще только начавший музыкальные занятия, сочиняет свою первую пьесу и называет ее — «Солдат». Никто, кроме близких друзей и родных, не слышал эту пьесу, да автор и не претендует на известность. Просто он не может не высказаться о том, что волнует его самого и окружающих.
Год 1941-й. Война, еще более страшная и истребительная, вплотную подошла к стенам Ленинграда. Вражеские бомбы и снаряды обезображивают прекрасный город.
И теперь уже известный всем композитор, профессор Ленинградской консерватории Дмитрий Дмитриевич Шостакович создает свою Седьмую симфонию — величественный монумент той грозной и трагической эпохе. 

Первое произведение создано мальчиком, второе — прославленным мастером. Нельзя поставить их рядом — так велика между ними разница, но есть нечто общее, что роднит их: интерес к современности, к тому значительному, что совершается вокруг, стремление воплотить все это в музыкальных образах. И пусть в первой пьесе сделано это по-детски наивно, но в попытке откликнуться на происходящие события проступает основная характеризующая мальчика черта — заинтересованность в судьбах мира, ставшая в дальнейшем ведущим творческим принципом композитора Шостаковича.

Дмитрий Дмитриевич Шостакович – талантливый, гениальный композитор, но значение художника не только в его талантливости. Можно быть одаренным художником и оставаться чуждым интересам своего народа, тем социальным и нравственным проблемам, которыми живет современное общество. В творческой же личности Д. Д. Шостаковича гармонично сочетались огромная художественная одаренность и высокая гражданственность, верное ощущение своей эпохи.

Этот замечательный композитор создал новый музыкальный язык, которым выразил не только наше время, но и предвосхитил дальнейшие пути развития музыки. Но особому строю музыкального языка Шостаковича все же присущи традиционные черты русской классической музыки, например народнопесенный склад отдельных тем в крупных произведениях (в опере «Катерина Измайлова», в Пятой, Десятой, Тринадцатой симфониях, в вокальносимфонической поэме «Казнь Степана Разина»). Неразрывная связь с культурой своей Родины помогла ему создать искусство, выходящее за пределы узконациональных рамок. Будучи композитором русским, советским, Шостакович сделался музыкантом мировой величины, его творчество стало неотъемлемой частью мировой музыкальной культуры.

Причастность композитора к потрясениям нашего времени наполняет его музыку обостренным чувством боли, горячего сочувствия чужому страданию, протестом против несправедливости. И потому мир его образов в основе своей трагедиен. Но вместе с тем неистребимая вера в добро, справедливость, страстное желание переделать мир приводят к тому, что, отображая в своем творчестве борьбу и связанные с ней неизбежные страдания, Шостакович никогда не становится пессимистом — это чуждо и его социальной природе, и его человеческой личности.
Протестуя против несовершенства жизни, Шостакович проповедует борьбу — страстную, непримиримую борьбу со злом. Потому-то так сильно в его музыке неприятие этого зла, ибо, как сказал Н. Некрасов: То сердце не научится любить, Которое устало ненавидеть.

Академик Б. В. Асафьев так охарактеризовал музыку Шостаковича:

«Нервная, чутко отзывчивая к гигантским конфликтам действительности музыка звучит... как правдивое сказание о волнениях современного человечества, — именно не отдельной личности и не отдельных людей, а человечества».

О том, что происходит в нашей стране и- во всем мире, Шостакович говорил с остротой личного переживания. Он не спокойный летописец, а страстный, глубокий драматург и мыслитель. Таким он предстает и в сочинениях, непосредственно связанных с современностью (как, например, седьмая — «Ленинградская» — и восьмая симфонии, созданные в годы Великой Отечественной войны), и в тех, что посвящены событиям историческим (вокально-симфоническая поэма «Казнь Степана Разина», одиннадцатая симфония «1905 год» и другие).

Огромное богатство традиций по-своему преломлено в самобытном творчестве композитора: Бах, Бетховен, Малер, русские композиторы XIX иXX,веков, в том числе Мусоргский, Чайковский и Прокофьев. О классических композиторах прошлого Шостакович хорошо сказал в одной своей статье: «...Искусство классиков было всегда ищущим, беспокойным. Они всегда поднимали целину, шли наперекор рутине и мещанству, смело ставя в искусстве животрепещущие, наболевшие проблемы своего времени, смело создавая для него новые средства художественного выражения».

Эти слова можно полностью отнести и к творчеству самого Шостаковича.

Автор симфоний и ораториальных сочинений, опер, концертов, квартетов, вокальных циклов, Шостакович писал также музыку к театральным спектаклям и кинофильмам. Он создавал произведения, требующие глубокого вслушивания, долгого «вчитывания» (как сложный роман или тончайшая психологическая новелла). И у него же есть сочинения, которые быстро стали популярными, как, например, знаменитая «Песня о встречном» — светлая утренняя мелодия, или же «Ленинградская симфония», посвященная мужеству нашего народа в годы Второй Мировой войны.

Во всех жанрах творчество советского композитора — это музыка наших дней, которая расскажет о них будущим потомкам.


1.2“Дуэт” симфонического оркестра и артиллерийской симфонии


Седьмая «Ленинградская» симфония – одна из величайших партитур XX века. История ее создания и первых исполнений, сила и масштаб воздействия этой музыки на современников поистине уникальны. Само имя Шостаковича для широкой аудитории оказалось навсегда спаяно со «знаменитой ленинградкой», – так назвала симфонию Анна Ахматова.

Симфония написана в 1941 году. Большая ее часть сочинена в осажденном Ленинграде. Вот один из эпизодов, дающих представление о том, в каких условиях создавалась эта музыка.

Утром 16 сентября 1941 года Дмитрий Дмитриевич выступал по ленинградскому радио. Город бомбили фашистские самолеты, и композитор говорил под гул зенитных орудий и разрывы бомб:

«Час тому назад я закончил партитуру двух частей большого симфонического сочинения. Если это сочинение мне удастся написать хорошо, удастся закончить третью и четвертую части, то тогда можно будет назвать это сочинение Седьмой симфонией.

Для чего я сообщаю об этом? — продолжал композитор, — для того, чтобы радиослушатели, которые слушают меня сейчас, знали, что жизнь нашего города идет нормально. Все мы несем сейчас свою боевую вахту... Советские музыканты, мои дорогие и многочисленные соратники по оружию, мои друзья! Помните, что нашему искусству грозит великая опасность. Будем же защищать нашу музыку, будем же честно и самоотверженно работать...»

Замечательна история и первых исполнений седьмой симфонии в нашей стране и за рубежом. Среди них самый потрясающий факт — премьера в Ленинграде в августе 1942 года.

9 августа 1942 года – в день, ранее объявленный немецким командованием датой вступления в Ленинград, – под управлением Карла Элиасберга в Большом зале филармонии состоялась ленинградская премьера «Ленинградской симфонии». Афиши о концерте стали сигналом надежды – город живёт, ленинградцы не сдаются. Концерт прошел, по словам дирижера, «при совершенно переполненном зале» (безопасность обеспечивал огонь советской артиллерии), транслировался по радио. «Перед концертом… наверху установили прожекторы, чтобы согреть сцену, чтоб воздух был потеплее. Когда же мы вышли к своим пультам, прожекторы погасили. Едва показался Карл Ильич, раздались оглушительные аплодисменты, весь зал встал, чтобы его приветствовать… И когда мы отыграли, нам аплодировали тоже стоя… Откуда-то вдруг появилась девочка с букетиком живых цветов. Это было настолько удивительно!.. За кулисами все бросились обниматься друг с другом, целоваться. Это был великий праздник. Все-таки мы сотворили чудо. Вот так наша жизнь и стала продолжаться. Мы воскресли», – вспоминала участница премьеры Ксения Матус. В августе 1942 года оркестр исполнил симфонию 6 раз, четырежды – в Большом зале филармонии.

«Этот день живет в моей памяти, и я навсегда сохраню чувство глубочайшей благодарности к вам, восхищение вашей преданностью искусству, вашим артистическим и гражданским подвигом», – писал Шостакович в адрес оркестра к 30-летию блокадного исполнения Седьмой симфонии. В 1942 году в телеграмме Карлу Элиасбергу композитор был более краток, но не менее красноречив: «Дорогой друг. Большое спасибо. Передай горячую благодарность всем артистам оркестра. Желаю здоровья, счастья. Привет. Шостакович».

«Произошло небывалое, не значащееся ни в истории войн, ни в истории искусства, – “дуэт” симфонического оркестра и артиллерийской симфонии. Грозные контрбатарейные орудия прикрывали собой не менее грозное оружие – музыку Шостаковича. Ни один снаряд не упал на Площадь Искусств, но зато на головы врага из радиоприемников, репродукторов потрясающим всепобеждающим потоком обрушилась лавина звуков, доказав, что дух – первичен. Это были первые залпы по Рейхстагу!»


1.3 Общее содержание симфонии


История мирового искусства еще не знала подобного примера, когда величественное, монументальное произведение рождалось под впечатлением происходящих в то же время событий. Обычно крупные симфонические сочинения вынашиваются долго. Здесь же оказалось достаточно нескольких месяцев, чтобы чувства и мысли художника, помноженные на чувства и мысли миллионов его сограждан, воплотились в совершенные формы и высокохудожественные образы. В этом отношении создание Седьмой симфонии Шостаковича не имеет аналогов. Причем и художественные ее достоинства неоспоримы: ведь даже и теперь, спустя десятилетия, она по-прежнему воздействует на умы и сердца слушателей глубокой взволнованностью и искренностью воплощенных в ней чувств, удивительной конкретностью образов.


Общее содержание симфонии — противопоставление и борьба двух непримиримо враждебных образов. Это уже не отвлеченные категории добра и зла, а вполне конкретные образы: мир советских людей и фашизм.
Самая значительная часть симфонии — ее первая часть — представляет собой законченную симфоническую поэму, которая могла бы исполняться самостоятельно, отдельно от всей симфонии. музыке крайних разделов этой части — первом и третьем — воплощен образ Родины. В начале он носит светлый, радостный характер. Повторяясь в репризе, он изменен, преображенный страданиями.
Ему противостоит злой, по-звериному жестокий образ разрушительной силы, музыкальная характеристика которого дана в среднем разделе первой части симфонии. Этот образ уникален в мировой музыке сочетанием зловещей фантастичности и предельной конкретности — страшный сгусток всего самого мрачного, безобразно-уродливого, что может возникнуть не только в реальном, но и в вымышленном мире. Но это не карикатура, а источник трагедии: столкновение двух непримиримо-враждебных начал составляет содержание всей первой части.
Начало симфонии преисполнено спокойной и мужественной уверенности. Первая тема, активная и динамичная, звучит легко и свободно. Ее светлый величественный характер не меняется, несмотря на то что изредка и в ее неторопливое течение неожиданно вклиниваются интонации чуждой, враждебной темы, настораживая, предостерегая. Эти малозаметные, незначительные пока интонации являются тем зерном, из которого вырастет в дальнейшем зловещий образ фашизма.


1.3.1Две лирические темы

На смену основной приходят две новые лирические темы, воплощающие несколько иной, но тоже светлый образ. В нем нет мужественной решимости — только светлая, тихая радость, какая бывает от полноты ощущения жизни, ее неизбывной прелести. Обе мелодии задают тон всему произведению в целом и определяют многое в дальнейшем развитии музыки.
Первая, мужественная тема и обе лирические не противостоят, а взаимно дополняют друг друга, являясь двумя гранями одного образа — образа советских людей, живущих мирной жизнью и уверенных в своем будущем.
Но вдруг в наступившей тишине откуда-то издалека на фоне размеренной барабанной дроби доносится словно бы шутовская, примитивная песенка. Это ее интонации назойливо и бесцеремонно врезались в развитие главной партии в экспозиции. Но здесь она уже не в виде отдельных мелодических оборотов, а оформлена в самостоятельную, законченную тему.
Вначале появление этой темы (обычно ее называют темой нашествия) не воспринимается как что-либо значительное — очень уж она «невсамделишна», «игрушечна». Но постепенно именно это ее качество — «игрушечность» — превращается в мертвенную, зловещую механичность, лишенную всякого человеческого чувства. Такому впечатлению способствует и однообразная, тупо повторяющаяся мелодия, равно примитивная и в своих решительных скачках (вверхвниз), и в своем топтании на месте. Разрастаясь до гигантских размеров, тема рисует какое-то невообразимо мрачное, фантастическое чудовище, которое, увеличиваясь и уплотняясь, движется вперед все более стремительно и грозно.
Реакция становится непредвиденной — цепной и неуправляемой, обнаруживается страшная, неумолимая логика И в момент, когда, казалось бы, все живое никнет, будучи не в силах сопротивляться натиску этого страшного, всесокрушающего чудовищаробота, свершается чудо: на пути его появляется новая сила, способная не только противостоять, но и вступить в борьбу. Это тема сопротивления. Маршевая, торжественная, она звучит страстью и великим гневом, решительно противостоя теме нашествия. Момент ее появления — наивысшая точка в музыкальной драматургии первой части. Непостижимой силой выразительности и изобразительности наделена здесь музыка! После этого столкновения тема нашествия теряет свою монолитность. Она дробится, мельчает. Все попытки воспрянуть, напрасны — гибель чудовища неотвратима.
В репризе первой части повторяются темы экспозиции, но в измененной форме: суровой скорбью проникнута первая тема, некогда спокойная и величавая, словно эхо отгремевшей битвы, звучат отголоски других тем из предыдущего раздела. А потом появляется и лирическая тема: теперь она приобрела характер сурового, печального речитатива, который ведет своим мягким голосом фагот.
Эту страшную картину грандиозной разрушительной битвы завершает кода, сдержанная, тихая. Обе основные темы первой части появляются в ней еще раз, но вслед за ними, словно издеваясь и дразня, проносится отрывок из темы нашествия — зловещее напоминание о том, что враг еще не уничтожен окончательно, что борьба еще продолжается.
Эта двойственность окончания первой части симфонии определяет дальнейшее развитие образов светлых, поэтичных и мрачных, зловещих, характеризующих разрушительное начало.
Две следующие части симфонии переносят нас в иной мир — мир светлых воспоминаний, картин народной жизни (вторая часть) и глубокого раздумья, лирической сосредоточенности (третья часть).


1.3.2Динамичная и стремительная музыка финала симфонии


Музыка финала симфонии, динамичная, стремительная, преисполнена несокрушимой веры в победу. Особенно впечатляет здесь траурный эпизод — скорбное напоминание о тех, кто пал на поле боя.
Постепенно музыка финала становится все более напряженной, патетически приподнятой и выражает могучее чувство жизни, сознание ее полноты. Это еще не победа, до нее было далеко, когда писалась симфония, но вера в конечное ее торжество была столь сильна, что не думать, не говорить о ней было невозможно. И композитор смело смотрел в будущее и видел его только таким — радостным.
Седьмая симфония Д. Д. Шостаковича — великое произведение. Яркое и талантливое, оно поведало всему миру о мужестве и героизме советских людей, об их неисчислимых страданиях и о неколебимой стойкости в борьбе с врагом, их уверенности в победе.
Война бушевала на русской земле уже два года. Позади остались кровопролитные бои под Москвой и Сталинградская битва. Русские войска решительно наступали на всех фронтах, освобождая все новые и новые территории. И не только сожженные города и села, но и огромные рвы, наполненные истерзанными человеческими телами, гитлеровские лагеря смерти с их орудиями пыток и истребления людей представали перед взорами воинов на освобожденных землях. Страшные картины человеческих мучений. Мир полнился страданиями народа, но народа борющегося.
В годину испытаний люди объединяются в своих чувствах и желаниях. Конечно, страдания людей, как и борьба, которую они ведут, различны, но все-таки это страдания и борьба. И то, что чувствовал весь мир, чем жила наша страна, не мог не отразить в своем творчестве Д. Д. Шостакович — один из самых чутких, самых тонких художников нашего времени.


Автор
Дата добавления 30.09.2015
Раздел Музыка
Подраздел Презентации
Просмотров280
Номер материала ДВ-021946
Получить свидетельство о публикации

Похожие материалы

Включите уведомления прямо сейчас и мы сразу сообщим Вам о важных новостях. Не волнуйтесь, мы будем отправлять только самое главное.
Специальное предложение
Вверх