Добавить материал и получить бесплатное свидетельство о публикации в СМИ
Эл. №ФС77-60625 от 20.01.2015
Свидетельство о публикации

Автоматическая выдача свидетельства о публикации в официальном СМИ сразу после добавления материала на сайт - Бесплатно

Добавить свой материал

За каждый опубликованный материал Вы получите бесплатное свидетельство о публикации от проекта «Инфоурок»

(Свидетельство о регистрации СМИ: Эл №ФС77-60625 от 20.01.2015)

Инфоурок / Другое / Другие методич. материалы / Дипломная работа "Черчилль-человек и политик"
ВНИМАНИЮ ВСЕХ УЧИТЕЛЕЙ: согласно Федеральному закону № 313-ФЗ все педагоги должны пройти обучение навыкам оказания первой помощи.

Дистанционный курс "Оказание первой помощи детям и взрослым" от проекта "Инфоурок" даёт Вам возможность привести свои знания в соответствие с требованиями закона и получить удостоверение о повышении квалификации установленного образца (180 часов). Начало обучения новой группы: 28 июня.

Подать заявку на курс
  • Другое

Дипломная работа "Черчилль-человек и политик"

библиотека
материалов

104


















Дипломная работа

на тему:



ЧЕРЧИЛЛЬ-человек и политик.

Оглавление.







Введение……………………………………………………………………………………..3

Характеристика источников……………………………………………………………...6

Историография……………………………………………………………………………...9

Глава 1. Уинстон Черчилль: особенности становления личности и политического лидерства……………………………………………………………………………………13

1. Начало политической карьеры У. Черчилля..…………………………………….........13

2. У.Черчилль в годы первой мировой войны……………………………………………27

3. Черчилль в 1920-е годы………………………………………………………………….35

Глава 2. Черчилль в политике Англии накануне и в начальный период второй мировой войны…………………………………….…………..…………………………...40

1. Черчилль в английской политике накануне второй мировой войны………………...40

2. Политика Черчилля в начальный период второй мировой войны………………………………………………………….……………………………..47

3. У. Черчилль и поиск новых союзников в войне……………………………..…………………………………………………………..57

Глава 3. Дипломатия У.Черчилля в период решающих побед над фашизмом………………………………………………..………………………………….62

1. Черчилль и британская дипломатия в период коренного перелома во второй мировой войне……………………………… ………………………………………………………..62

2. Политика У.Черчилля на завершающем этапе войны………………………………..71

3. Итоги второй мировой войны и послевоенная политика Черчилля…………………80

Заключение…………………………………………………………………………………98

Библиография:

Источники……………….………………………………………………………………...102

Литература………………………………………………………………………………...103

ВВЕДЕНИЕ.

По мнению советских историков, войны являются самым крупным преступлением, которое совершает капитализм против народов. Это особенно верно в отношении организованной и развязанной империалистами второй мировой войны, стоившей человечеству бесчисленных жертв и страданий. Безмерность этого преступления объясняет гигантские усилия, прилагаемые империалистами с целью снять или хотя бы уменьшить лежащую на них и на современном капиталистическом строе в целом ответственность за подготовку и развязывание второй мировой войны.

В подавляющем большинстве заявлений английских буржуазных политиков, правда тесно соседствует с неправдой, причем правда призвана маскировать неправду. Истина состоит в том, что Англия, если иметь в виду подавляющее большинство ее населения, действительно не хотела войны. Иной была позиция правящих кругов страны. Правительство Англии не хотело такой войны, в которой Англия воевала бы против Германии, да еще на стороне Советского Союза, но они не только хотели, но и всеми силами добивались войны между Германией и СССР. Именно эту цель преследовала их политика на протяжении двух десятилетий между первой и второй мировыми войнами. Утверждение, что Англия не хотела второй мировой войны, это классический пример лицемерия английских господствующих классов, для наименования которого в Англии существует даже специальное, отсутствующее в других языках выражение «humbug», которое известный словарь Вебстера переводит как «обман, прикрытый благовидным предлогом».

Английская политика накануне войны определялась тем, что в мире существовал и действовал ряд противоречий. Прежде всего, это было основное противоречие современной эпохи – противоречие между капитализмом и социализмом. Главным процессом в мировой истории стала борьба этих двух противоположных общественных систем, т.к. переходный период от капитализма к социализму «не может не быть периодом борьбы между умирающим капитализмом и рождающимся коммунизмом». Эта противоположность интересов является классовым противоречием, действующим в области мировой политики. Внутри Англии присущий ее социально-экономическому строю классовый антагонизм между трудящимися и буржуазией охватывал не только внутриполитическую сферу, но и область внешней политики, оказывая на нее определенное воздействие. Противоречие между социализмом и капитализмом объективно толкало буржуазную Англию к объединению с другими империалистическими государствами для борьбы против социалистического Советского Союза, против революционного движения во всем мире.

В сложных условиях взаимодействия различных противоречий английские правящие круги изобрели, как они полагали, хитроумную политику, проводя которую они надеялись убить сразу двух зайцев: уничтожить или максимально ослабить социализм и серьезно подорвать позиции своих империалистических противников. Для этого, как полагали английские государственные руководители, нужно было лишь организовать войну между Германией и Японией, с одной стороны, и Советским Союзом, с другой. В этих целях Англия, а также Франция и США пошли на огромный риск – вопреки Версальскому мирному договору они разрешили и помогли своим империалистическим противникам вооружиться и захватить важные стратегические позиции, с которых Германия, Италия и Япония могли угрожать не только Советскому Союзу, но и западным державам.

Эта политика была совершенно ясна Советскому государству. Советское правительство много раз официально предупреждало правительства Англии, Франции и США, что их маневры приведут к тому, что агрессивные силы Германии, Италии и Японии, которые они всячески готовили для антисоветского похода, в конце концов пойдут войной против самих же Англии, Франции и США. Так оно и случилось – Германия и Италия вначале напали на Англию и Францию, а уж затем, захватив почти всю континентальную Западную Европу, развязали войну против Советского Союза.

Советское правительство считало, что агрессивные державы нужно и можно обуздать и помешать им развязать войну. Для этого необходимо было создать мощный фронт мира из всех стран, которые были заинтересованы в предотвращении войны. Советский Союз добивался заключения союза против агрессии с Англией, Францией, а также другими государствами, которым угрожали Германия, Италия и Япония, справедливо полагая, что такой союз мог бы приостановить политику международного разбоя и предотвратить в то время возникновение второй мировой войны. Однако правительства западных держав, одержимые ненавистью к социалистическому государству и стремящиеся организовать нападение на него Германии и Японии, срывали все усилия СССР, направленные на создание фронта мира.

Одной из особенностей второй мировой войны был ее коалиционный характер. В ходе борьбы против блока фашистских государств – Германии, Италии, Японии и их сателлитов – сложилась антигитлеровская коалиция, в которую входили СССР, США, Великобритания и другие государства. Создание антигитлеровской коалиции показало великую жизненную силу и возможность плодотворного сотрудничества между государствами независимо от их социально-экономического устройства.

Политика правящих кругов Англии в 1939-1945гг., несмотря на ее участие в антифашистской коалиции государств, была в общем отражением и продолжением в новых условиях и с учетом этих условий политики, проводившейся в 20-30-е годы. В политике, которую проводили английские правящие круги и их империалистические союзники в ходе второй мировой войны, тесно переплетались две цели: во-первых, опираясь на союз с СССР, разгромить своих империалистических соперников и, во-вторых, по возможности ослабить своего союзника – Советское социалистическое государство. Наличие этих двух целей в английской внешней политике делало ее сложной и противоречивой.

Научная актуальность данной работы в том, что образ Уинстона Черчилля давно запечатлен в нашем сознании: один из крупнейших – в прямом и в переносном смысле – западных политиков ХХ века, с вечной сигарой в зубах, которого все помнят по фото сидящим рядом со Сталиным и Рузвельтом на Крымской конференции; человек, придумавший «холодную войну» и «железный занавес», о чем он и оповестил человечество в своей знаменитой «Фултонской речи» 1946 года.

За пределами застывшего образа – целый океан драгоценных подробностей и неожиданных открытий. Блестящий оратор и обладатель поистине планетарного мышления, Уинстон Черчилль не только предсказал основные вехи развития мировой истории, но и оставил после себя множество прекрасных книг – недаром в 1953 году он был удостоен Нобелевской премии по литературе. А еще Черчилль был знаменитым острословом и героем множества искрометных исторических анекдотов.

Многое в жизни Уинстона Черчилля поражает и восхищает, но особое место в ней занимает период с 1940 по 1945 год, когда он впервые возглавил правительство Великобритании. Период премьерства стал итогом, кульминационным пунктом его политической деятельности на парламентском поприще. Безошибочная политическая интуиция, прекрасное умение разбираться в людях, великолепные организаторские способности и незаурядный ораторский дар сделали бы Черчилля выдающимся государственным деятелем в любую эпоху, но наиболее ярко эти качества проявились в период второй мировой войны. Государственная мудрость, непоколебимая твердость и личное мужество, проявленные им в час великих испытаний, во многом обеспечили победу союзных держав над фашизмом и завоевали любовь и уважение не только его сограждан, но и всего человечества, навсегда обеспечив ему одно из самых почетных мест в галерее величайших исторических фигур всех времен и народов.

Цель работы: исторический анализ британской дипломатии в годы второй мировой войны и роль Уинстона Черчилля в определении внешней политики Великобритании.

В соответствии с данной целью в работе сформулированы следующие задачи:

  1. Проанализировать становление У.Черчилля как личности и начало его политической карьеры.

  2. Рассмотреть политику У.Черчилля накануне второй мировой войны и его усилия, которые были приложены в поисках союзников Англии на начальных этапах войны.

  3. Проследить британскую дипломатию и роль Черчилля в период коренного перелома и на завершающем этапе войны. Сделать вывод о влиянии итогов второй мировой войны на послевоенную политику Черчилля.

Объект исследования: международные отношения в годы второй мировой войны.

Предмет исследования: роль У.Черчилля во внешней политике Англии во время второй мировой войны.





















Характеристика источников.

Основу исторической базы работы составляют мемуары Уинстона Черчилля «Мускулы мира». Содержание книги разделено по годам, начиная с 1938 года и заканчивая 1946 годом. Начинается книга с его речи в зале «Фри-Трейд Холл» в Манчестере 9 мая 1938 года. В ней он говорит лишь о необходимости объединения свободной части Европы для политического и военного противостояния Германии, поскольку уверен, что на этом континенте уже нет страны, которая могла бы справиться с нацистской агрессией в одиночку. Однако временщики, стоявшие у власти, не желали прислушиваться к его призывам. Когда была произнесена эта речь, У.Черчилль был рядовым депутатом парламента Великобритании. «Фултонская речь» - напечатанная впервые в полном и избавленном от досадных погрешностей русском переводе. Каждая глава года состоит из нескольких речей, по наиболее актуальным проблемам на тот момент. Заканчивает свою книгу У.Черчилль выступлением в Цюрихском университете 19 сентября 1946 года, где говорил о постигшей Европу трагедии. Именно в Европе вспыхнул подожженный германцами и их тевтонскими собратьями пожар мировой войны. В стане победителей стоит неумолкаемый гвалт громких, торжествующих голосов; в стане побежденных царит унылая, угрюмая тишина. Стоит опасность возврата к средневековью. Выход: создание европейской семьи народов, нечто вроде Соединенных Штатов Европы.1

Вторым источником является «Вторая мировая война» У.Черчилля, состоящая из 3-х книг. Сам автор рассматривал свой труд «Вторая мировая война» как продолжение описания истории первой мировой войны, которую он изложил ранее в трех книгах. Черчилль даже допускал, что оба этих труда могут составить своеобразную «летопись новой Тридцатилетней войны». Черчилль, готовя свои тома (диктуя рукописи), широко опирался на многочисленных помощников: экспертов, историков, секретарей. В «Предисловии» он сразу предупреждает, что будет освещать поток событий истории «в свете их тогдашней оценки человеком, который нес главную ответственность за ведение войны и за политику Британского Содружества наций и империи». В первой книге публикуются I и II тома, в которой описываются важнейшие события с 1919 года по декабрь 1940 года. Автор приводит малоизвестные исторические факты, характеристики видных государственных и военных деятелей, документы предвоенного и военного времени. Во второй книге мемуаров описываются исторические события в период с января 1941 по июнь 1943г.- нападение фашистской Германии на Советский Союз, нападение милитаристской Японии на США, создание антигитлеровской коалиции, переход союзников от обороны к наступлению. В третьей, заключительной книге публикуются V и VI тома, где описываются события в период с июня 1943г. по июль 1945г.- капитуляция союзников Германии, Тегеранская, Ялтинская и Потсдамская конференции союзников, высадка американских, английских и канадских войск в Нормандии, разгром гитлеровских войск в результате исторических побед Советской армии и союзников, капитуляция Германии.2

Мной был использован сборник, в котором включены отрывки из воспоминаний У.Черчилля, Ш. де Голля, К. Хэлла, У. Леги и Д. Эйзенхауэра о второй мировой войне. Мемуары выдающихся деятелей Запада позволяют более полно осветить события тех лет, показать степень участия каждой из сторон в разгроме гитлеровской Германии.3

Так же в своей работе я пользовалась документами и материалами по советско-французским отношениям во время Великой Отечественной войны. Цель этого сборника – содействовать установлению исторической правды в вопросе об отношениях между Советским Союзом и Францией во время войны. Разоблачая буржуазных фальсификаторов истории, документы сборника убедительно свидетельствуют, что Советский Союз во время войны был единственной великой державой, которая неизменно защищала суверенные права французского народа. Материалы сборника показывают историческую общность интересов двух великих континентальных держав – СССР и Франции - в деле обеспечения их безопасности от угрозы агрессии со стороны германского империализма. В сборник включены тексты ряда договоров и соглашений, документы дипломатической переписки между советскими, с одной стороны, и английскими и американскими представителями, с другой, записи бесед советских дипломатов с иностранными представителями.4

Еще один источник – сборник документов собранные в книге «Тегеран – Ялта – Потсдам», в который включены материалы открывающие путь к правильному определению политических курсов участвовавших в конференциях держав, выявлению их тактических и стратегических целей, как в период войны, так и в послевоенное время. Установление истины о позициях и намерениях ведущих стран антигитлеровской коалиции представляет не только чисто научный, исторический интерес, но и имеет большое актуальное значение.5

Материалы конференций еще раз свидетельствуют о неизменной верности Советского Союза делу мира, демократии и прогресса, о его неустанной борьбе за создание условий, навсегда исключающих возрождение нацистской и милитаристской Германии и повторение агрессии, о стремлении СССР к справедливому урегулированию послевоенных проблем в интересах народов, о его всемерном содействии международному сотрудничеству.

Сталина и Черчилля Ржевский называет «непримиримыми союзниками». Это довольно меткое определение во многом отражает суть их сложных взаимоотношений, когда им приходилось искать и находить трудные решения, требовавшие сочетания государственных интересов своих стран с задачами борьбы с общим врагом - гитлеровской Германией и ее союзниками. По опубликованным в книге документам и комментариям к ним можно проследить напряженную борьбу Сталина и Черчилля по вопросам, связанным с открытием союзниками второго фронта в Северной Франции, судьбой Германии, Польши и других стран Восточной Европы и, что особенно важно, послевоенным устройством мира.6

Говоря о советско-английских отношениях военного периода нельзя не упомянуть помещенные в книге рассекреченные британские документы о планах войны против СССР, разработанные по указанию Черчилля в апреле-мае 1945г. По замыслам английского премьер-министра, вскоре после разгрома гитлеровской Германии надлежало начать полномасштабную войну с Советским Союзом. Цель этой войны состояла в том, чтобы «нанести решающее поражение советским вооруженным силам», «оккупировать внутренние районы России», «принудить Россию подчиниться воле Соединенных Штатов и Британской империи». По этому поводу Ржевский пишет: «В рассекреченных в 1998г. документах личного досье Черчилля ключевым является датированный 22 мая 1945г. план экстренной операции «Немыслимое», подготовленный Объединенным штабом планирования военного кабинета. В плане сформулированы оценка обстановки, цели операции, привлекаемые силы, направления ударов войск западных союзников и их вероятные результаты. В приложениях к плану содержатся сведения о дислокации войск Красной армии и западных союзников, а также картографический материал. Время, когда премьер-министр дал поручение о разработке плана операции не указано, но, учитывая сложность его подготовки, характер и объем самих документов, есть основание полагать, что задание премьер-министра было получено планировщиками не позднее апреля 1945г.7

































Историография.

В период тяжелых кризисных ситуаций, таких, как мировые войны, резко возрастает роль государственных, политических, военных лидеров противоборствующих держав. В связи с этим не случаен многолетний и устойчивый интерес многомиллионных масс отечественных и зарубежных читателей к талантливо написанным работам советских и зарубежных историков, посвященным жизни и деятельности Уинстона Черчилля.

Рассматривая истоки второй мировой войны, авторы подвергают анализу сложнейшие политико-дипломатические коллизии накануне ее начала, показывая «закулисные игры» не только Сталина с Гитлером, но и фашистской Германии с Великобританией, Францией и другими участниками будущего конфликта, вскрывая запутанный узел международных отношений того времени. Они оценивают политику советского руководства и его действия…в которых приходилось принимать решения, так и ошибки и преступления сталинского режима. «Ни с одной из возникших задач политическое руководство страны, не располагая необходимым временем и ресурсами, отягощенное грузом просчетов и беззаконий, в должной мере не справилось», подчеркивается в книге. Вместе с тем, авторы характеризуют и политику интриг «западных демократий».8

Одна из основных задач буржуазной историографии состоит в том, чтобы снять ответственность за возникновение второй мировой войны с крупнейших монополий, которые определяли содержание и направляли империалистическую политику правительств и государственных деятелей. При этом применяются самые изощренные методы фальсификации, чтобы не дать людям ознакомиться с фактами об ответственности империализма за возникновение второй мировой войны, чтобы оправдать мюнхенскую политику правящих кругов западных держав, свалить вину на одного Гитлера или даже на Советское правительство.

Советская историческая наука противопоставляет буржуазной историографии принципиальное и объективное изучение событий, фактов, закономерностей второй мировой войны. На этой основе она устанавливает действительные причины поражения фашистской Германии и оценивает вклад каждого из участников антигитлеровской коалиции в разгром третьего рейха. Советские военные историки видят свою задачу в том, чтобы разоблачать фальсификации и искажения второй мировой войны, давать решительный отпор попыткам реакционной буржуазной историографии принизить роль Советского Союза и его Вооруженных Сил в достижении всемирно-исторической победы над гитлеровским фашизмом, «вести наступательную борьбу против буржуазной идеологии…».9

Секистов В.А., в своей монографии «Война и политика» на большом документальном материале анализирует основные проблемы войны и политики западных держав в годы второй мировой войны. В книге убедительно показывается, как правящие круги США и Англии саботировали открытие второго фронта в Западной Европе, как на завершающем этапе второй мировой войны в их политике и стратегии уже намечались тенденции перехода к «холодной войне».

Имя Уинстона Леонарда Спенсера Черчилля в большей или меньшей степени связано почти со всеми решающими событиями мировой истории первой половины ХХ века. В зависимости от выбранной точки зрения ему зачастую давали диаметрально противоположные характеристики, но столь же часто эти оценки – положительные или отрицательные – носили степень превосходную. Черчилль – фигура, представляющая особый интерес не просто из-за существенной важности его карьеры, но также и из-за того, насколько непредсказуемо она колебалась между триумфом и трагедией. При всем блеске многим его современникам он казался человеком с изъянами и ненадежным. Кейт Роббинс в свое книге о Черчилле показывает, что, будь то в поражении или победе, этот неуклюжий гений действительно был символом и отражением своей эпохи. Содержание этой книги помогает составить более объективный взгляд на нашего героя.10

У.Черчилль вошел в историю как «вождь нации» и «спаситель отечества», осуществивший свою мечту о полном и безоговорочном служении своему народу. Он стоял у истоков антигитлеровской коалиции, внес весомый вклад в послевоенное устройство в мире и образование Организации Объединенных Наций. Не критиканство и не иконоборчество должны послужить основой для трезвой оценки личности Уинстона Черчилля, а желание понять парадоксальность этого человека, прошедшего путь, на котором было немало поражений, так пишут в своей монографии Детлеф Юнкер и Дитрих Айгнер.11

Вторая мировая война была величайшей трагедией в истории. Она унесла десятки миллионов человеческих жизней, причинила неисчислимые страдания народам. Были разрушены огромные производительные силы общества, уничтожены ценнейшие памятники культуры. Народы никогда не забудут полных трагизма и героизма страниц летописи войны.

Вместе с тем огромны социальные последствия войны. В короткий срок неузнаваемо изменилась политическая карта земного шара. Отсюда вполне понятен неослабевающий интерес историков, социологов, философов и писателей к минувшей всемирной войне. О ней создана большая литература, различная по содержанию, уровню и направлению.

Историки внесли серьезный вклад в разработку истории второй мировой войны, в том числе и на Тихом океане. Их внимание обращено в основном на освещение национально-освободительного движения и рассмотрение позиций классов и партий в борьбе сил демократии против реакции. Во многих работах исследуются международные отношения, показана политик и дипломатия государств, принимавших участие в тихоокеанской войне.

Григорий Николаевич Севостьянов, в своей работе предпринял попытку комплексно проанализировать политические и дипломатические события тихоокеанской войны, показать политику Японии, США, СССР, Англии, Китая, Германии, Италии, Франции и других государств. В книге освещается военная дипломатия воюющих группировок, разногласия внутри них, позиции США и Англии на конференциях по дальневосточным вопросам. Значительное место уделено колониальным проблемам и вопросам послевоенного устройства. Автор старался воссоздать картину развития исторических событий во всей их сложности, взаимосвязи и противоречивости, рассказать о государственных деятелях и дипломатах того времени.12

Историки в содружестве с философами ведут большую работу по критическому анализу методологии буржуазной историографии, ее философской основы, господствующих принципов мировоззрения, применяемых западными исследователями в познании и объяснении исторических процессов. Ржевский Олег Александрович в своей монографии рассматривает основные течения и концепции буржуазной историографии США о второй мировой войне, раскрывает связь их с политикой и идеологией американского империализма, а также тенденциозный, фальсификаторский подход буржуазных историков к трактовке проблем второй мировой войны.13

Тегеран, Ялта и Потсдам навсегда вошли в историю как города давшие названия конференциям глав правительств СССР, США и Великобритании, знаменовавшим собой важнейшие этапы становления антигитлеровской коалиции и ее борьбы с гитлеровской Германией и милитаристской Японией.

В любой стране совещания и конференции их руководителей играют, как убедительно свидетельствует опыт, важную, по существу определяющую, роль для решения возникающих проблем и согласования общей линии. В еще большей степени сказанное относится к антигитлеровской коалиции, которая объединяла государства, принадлежащие к противоположным социально-экономическим системам. Не удивительно поэтому, что Тегеранская, Ялтинская и Потсдамская конференции вызывают живой интерес не только специалистов-историков, но и простых людей.

Восстановление исторической правды в таком вопросе, как Потсдам, вокруг которого родилось немало легенд, а еще больше фальсификаций, - насущное требование времени. О дипломатической подготовке встречи «большой тройки» - высших руководителей СССР, США и Великобритании о внешнеполитической обстановке накануне разгрома гитлеровской Германии, рассказывает в своей монографии Высоцкий В.Н. В его книге анализируются дипломатическая борьба, развернувшаяся между участниками конференции, исторические решения, принятые в Потсдаме, их значение.14

«За кулисами второй мировой войны», так называется следующая книга, касающаяся моей темы дипломной работы, автор которой Волков Федор Дмитриевич. Целью данной книги является освещение некоторых актуальных, недостаточно изученных (на момент издания) или дискуссионных политико-дипломатических проблем второй мировой и Великой Отечественной войн, показ величия освободительной миссии советского народа в Отечественной войне, спасшего как свою страну, так и народы других государств от угрозы порабощения германским фашизмом и японским милитаризмом, решающего вклада Советского Союза в разгром фашизма. В работе разоблачается несостоятельность концепций буржуазных фальсификаторов истории, пытающихся преуменьшить эту роль.

Автор не ставит перед собой задачу широкого освещения военных событий второй мировой войны, а рассматривает их в аспекте влияния на внешнюю политику и дипломатию СССР.

В работе показана роль советской дипломатии в обеспечении победы советского народа в Великой Отечественной войне, использовавшей глубокие, коренные противоречия в лагере империалистических держав. Советская дипломатия активно и последовательно боролась за единство в антигитлеровской коалиции, разоблачала антисоветские происки политиков США и Англии, обеспечивала демократические основы послевоенного мирного урегулирования.

В книге содержатся обобщенные, наиболее полные данные о попытках политических деятелей Англии и США нарушить межсоюзнические обязательства в период второй мировой войны – планы сепаратного сговора с фашистской Германией за спиной СССР, черчиллевский проект создания антисоветского объединения «Соединенные Штаты Европы», саботаж открытия второго фронта в Европе, балкано-средиземноморская стратегия Черчилля.15

Английская историография и пропаганда выдвинули тезис, который выглядит примерно так: и правительства Англии и Франции, и правительство СССР в равной степени повинны в том, что вторая мировая война была развязана Германией и ее союзниками. Все они допустили крупные ошибки в своей предвоенной политике. Англия и Франция допустили такую ошибку, пойдя в Мюнхене на соглашение с Гитлером; Советский Союз совершил свою ошибку, подписав пакт с Германией в 1939 г. И все искупили эти ошибки, продолжают английские историки и пропагандисты: Англия – Дюнкерком, а Советский Союз – своим вкладом в дело разгрома Германии.

Трухановский В.Г. в книге «Внешняя политика Англии в период второй мировой войны», раскрывает объективные и субъективные причины второй мировой войны, и показывает, какова же была политика Англии на тот момент; что и чего добивались государственные деятели этой страны, в особенности лейбористская партия, которая играла в те годы ведущую роль в мировом социал-демократическом движении.16

Вторая книга Трухановского В.Г., посвящена непосредственно биографии Уинстона Черчилля, начиная с его рождения 30 ноября 1874г. и заканчивая последним днем его жизни, 24 января 1965г.17

В монографии Трухановского В.Г. и Капитоновой Н.К., анализируются причины непоследовательной и временами враждебной политики английских правящих кругов по отношению к Советскому Союзу в рассматриваемый период, показана борьба КПСС и Советского правительства за нормализацию и развитие многостороннего сотрудничества с Великобританией. В книге убедительно опровергаются империалистические домыслы об «угрозе войны» со стороны Советского Союза для Англии и США. Советский Союз был озабочен лишь тем, чтобы восстановить разрушенное немецкими захватчиками хозяйство и двигаться дальше по пути коммунистического строительства. Приведенный в монографии обширный фактический материал свидетельствует, что «холодная война», развязанная Англией, привела к обострению международных отношений не только в Европе, но и во всем мире, способствовала росту агрессивных сил, гонке вооружений, возникновению международных конфликтов.

Глава 1. Уинстон Черчилль. Особенности становления личности и политического лидерства. 1. Начало политической карьеры.

Уинстон Черчилль появился на свет в самом сердце Англии, 30.11.1874 г. Маленьким мальчиком он находится полностью на попечении нянь и гувернанток. Он рос крепким, но далеко не красивым ребёнком. У него был крупный дефект речи: он заикался и шепелявил. Вместе с тем он был страшный болтун и почти непрестанно разговаривал с тех пор, как научился произносить слова. Он отличался чрезмерной самоуверенностью и упрямством. Эти качества усиливались по мере того, как мальчик подрастал.

С самого начала Уинстон обнаружил полнейшее нежелание учиться, как учатся все дети. Академические достижения Уинстон в Харроу представляли собой унылую картину. Учился плохо, считался в классе чуть ли не самым отстающим учеником. 18 Но именно в школе у него проснулась любовь к английскому языку, столь виртуозным мастером которым он впоследствии стал. Недаром он с самого детства любил поэзию и легко заучивал наизусть десятки стихотворений. Он упорно не хотел учить латынь, хотел классические языки рассматривались в школе как главный предмет. Полнейшее нежелание или неспособность Уинстона справиться с ними лишали его перспектив, на какой бы то ни было прогресс в учебе и поступление в дальнейшем в университет.

Как пишет Трухановский В.Г., что отставание Черчилля в школе объясняется лишь его безграничным упрямством.19 Возможность пойти в армию представлялась всё более и более приемлемым выходом из положения.

Неудачи Уинстона в школе глубоко огорчали его родителей. Отец пришёл к мысли, что сын недостаточно умен, чтобы сделать юридическую карьеру. Его отец, лорд Рандолф, выбрал для него учебное заведение. Помня, что Уинстон в детстве любил играть в солдатики, и не будучи слишком высокого мнения о его интеллектуальных способностях, лорд Рендолф решил, что единственной подходящей карьерой для сына станет карьера военного, против чего Уинстон не возражал.

В 1893 г. Черчилль поступает в Королевский военный колледж. Военные традиции в роду Черчилля были давними и очень прочными. Уинстон дважды проваливается на вступительных экзаменах и лишь с третьей попытки ему удаётся их сдать. Здесь его ум особенно не утруждали. Он читал много книг по военному делу. Большое удовольствие доставляли Черчиллю занятия на ипподроме. Любовь к верховой езде и к лошадям он сохранил на многие годы. В этом колледже уже очень скоро он становится первым студентом на своём курсе по таким предметам, как военная тактика и фортификация (наука о военно-инженерных сооружениях), и заканчивает колледж восьмым по успеваемости (по сведениям К. Роббинса – двадцатым) среди 150 своих однокурсников.20

В годы учения в колледже у Черчилля впервые пробуждается интерес к политике и, в частности, к политической карьере отца. Общего языка отец и сын так и не успели найти – лорд Рандолф вскоре ушел из жизни: он умер в 1895 г. Из-за несчастного случая в колледже ему потребовался год восстановления здоровья. В течение этого времени, находясь под родительским кровом, Уинстон наблюдал за многочисленными высокопоставленными политическими деятелями, которые были частыми гостями в доме Черчиллей. Разговор вертелся почти исключительно вокруг политических проблем. Выздоровев, он начал посещать заседания палаты общин и следить за происходящими там делами. Он задумывается над незавидным положением своего отца. Молодой Черчилль, под впечатлением услышанных разговоров, предается смутным мечтаниям о том, что как-нибудь он сам займется политикой и будет поддерживать отца во всех его битвах.

В августе 1895 г. Он уже высказывал матери свои взгляды относительно «игры в политику» и что было бы приятно в ней поиграть. Ему нравилась служба, и четыре года здорового и приятного времяпровождения, сопряженного с ответственностью и дисциплиной, во вред не пойдут, но он уже был убежден в том, что быть солдатом – не его удел. Он хотел «набить руку», прежде чем погрузиться в пучину политики. Тем не менее, он уже понимал, что нуждается в расширении кругозора. До сих пор он сумел получить только то, что он называл «чисто техническим образованием», и испытывал недостаток в глянце, который наводили Оксфорд или Кембридж.

В Олдертоне Уинстон был вне внимания кембриджских профессоров, он был сам по себе. Отец никогда не помогал сыну приобрести политическое чутьё, ни при жизни, ни после смерти. Парадокс заключается в том, что в мире политики Уинстона воспринимали все еще как сына своего отца. Он не мог избавиться от того наследства («неудачника» его считали «слегка не в себе»), но, тем не менее, не мог и обойтись без него. И трудно было решить, попытаться затмить своего отца или выпутаться из тени этого образца. Современникам также было известно, что в стиле жизни родителей Уинстон не было ничего, вносящего уют и спокойствие в противовес нестабильности, который мог быть наследственной чертой. Его собственные школьные наставники свидетельствовали, что сам Уинстон мог быть брюзгливым и отчужденным. И даже, в отдельных случаях, откровенно гадким. Принимая во внимание эти заключения, нельзя удивляться, как считает К. Роббинс, тому, что Уинстон говорил об «ожидании», прежде, чем с головой погрузиться в политику. Равно как и не удивительно, что мысль об ожидании ему не слишком нравилась. Чтобы там ещё он ни унаследовал, но нетерпеливость унаследовал, и с тех пор, как пошёл в армию, мог хотя бы повидать мир.21

После окончания колледжа Уинстон начал службу в полку, где попытался предпринять, первые самостоятельные шаги. С первых же дней стало ясно, что рутинная служба в армии с медленным и последовательным прохождением всех ступеней военной карьеры не для него. Его натура не принимала медленного движения вперед. Уинстон был чрезвычайно честолюбивым чем, ему не терпелось как можно скорее добиться влияния и власти. Бесцеремонно расталкивал соратников и соперников локтями, не скрывая убеждения, что он всех их считает ниже себе, Черчилль наживал себе гораздо больше врагов и противников, чем если бы продвигался по государственной лестнице так, как большинство других.22

Уинстон тосковал о том, что «возможности приобрести военный опыт и вести жизнь, полную приключений, стали в английской армии весьма ограниченными». Единственным местом, где велись в то время боевые действия, была Куба, народ который восстал против испанского владычества. Черчилль берет отпуск и, используя влияния своей семьи, отправляется в качестве военного корреспондента на Кубу. По пути он впервые побывал в Соединенных Штатах Америки, которая произвела на него противоречивое впечатление. С одной стороны, его поразили огромные просторы страны и практичность американцев, а с другой – полное отсутствие у них традиций и почтения к чему бы то ни было и к кому бы, то ни было. С Кубы он посылает в лондонскую газету пять живых колоритных статей о восстании с общим названием «Письма с фронта». В Лондон Черчилль возвращается с прочно поселившейся в его сердце любовью к гавайским сигарам, которую он пронес через всю жизнь.

В октябре 1896г. Черчилль вместе со своим полком отправляется служить на юг Индии. Там пристрастился к игре в поло. Всякая другая деятельность, включая и несение военной службы, рассматривалась лишь как досадный перерыв в игре в поло. Но его такая жизнь не устраивала. Уинстон писал матери, что жизнь, которую он ведет в Индии, «глупа, скучна и неинтересна». Он радовался письмам, но жаловался, что пишет только мать, и иногда так мало. Письма Уинстона были длиннее, потому что обыденные новости о поло он перемешал декламациями – чуть ли не «государственными документами», - излагающими его взгляды на политические события дня. В возрасте 22 лет он умел отличить глупое выступление, когда на него натыкался. Мать, обнаружив, в сыне беспокойную натуру отца, настоятельно советовала ему между игрой в поло и служебными делами заняться чтением. Если он не станет этого делать, то, окунувшись в политику и почувствовав недостаток знаний, он горько пожалеет о бесполезно потраченном времени. Черчилль согласился с этим и был снабжен целым набором книг по истории, философии и политэкономии. Его литературные вкусы быстро росли, и, хотя ему были нужны лишь латынь и греческий (в этот момент он хлопотал о переводе в Египет), он загрузил себя так, словно по возвращению из армии должен добиться ученой степени по истории, философии и экономике. До тех пор, пока не представилась хорошая возможность занять место в Палате Общин, должен же был он хоть что-то получить от пребывания в армии. Он признавал, хотя и с неохотой, что служба обеспечила отличную подготовку, чтение его возбуждало, но возможно отсутствие критики пробудило в нем энтузиазм к овладению речью. Он очень далеко продвинулся в шлифовке своего ораторского искусства и определял несколько его главных элементов: правильность дикции: подбор наиболее точных слов. Он определил, что великие ораторы, за исключением выступлений перед высококультурными слушателями, употребляют короткие, знакомые им самые обыденные слова. Они должны подгоняться так, чтобы создать ритм, доказательства – идти по нарастающей и подкрепляться на всем пути уместными аналогиями. Оратор – воплощение страстей большинства.23

Самообразование не поглощало всей энергии Уинстона. Его натура стремилась к бурной и энергетической деятельности. Вскоре для этого представился случай. В Северо - Западной Индии вспыхивает конфликт между британской армией и пуштунскими воинами. Черчилль договаривается с начальством своего полка, чтобы в качестве корреспондента отправиться на место военных действий. Черчиллю пришлось участвовать в настоящем сражении, и он проявил себя энергичным и инициативным командиром, обнаружив незаурядную личную смелость. Возвратившись, Черчилль описывает все, что видел в своей первой книге «История Малакандских вооруженных сил», которая вышла в 1898г. Книга имела большой успех и принесла автору не только известность, но и солидный гонорар. В то же время она вызывала гнев крупных военачальников, которых он не стеснялся, критиковал за бездарное руководство малакандской военной операцией.24

Уинстон не собирался ни в то время, ни впоследствии стать профессиональным романистом или жить исключительно литературным трудом. Планы и намерения были значительно шире. Из-под его пера вскоре вышел законченный роман, под названием «Соврала». По общему признанию критиков, художественные достоинства романа невелики. Черчилль и сам это признавал. Главной темой было революционное выступление народа, которое выступает против диктаторского режима, и в результате этого режим оказался свергнут. Но завоеванием народа угрожает революция, которую подготавливают социалисты и коммунисты. Наиболее отрицательные черты человеческой натуры воплощены в образах социалистов и коммунистов. Это знаменательно. Глубокая антипатия Черчилля к социализму и коммунизму определилась таким образом, уже в то время и не иссякла до самых последних дней его долгой жизни.25

Возвращаясь в Англию, Черчилль пишет книгу о суданской операции, назвав её «Речная война» (1899г). Книга также имела большой успех. Мастерство в описании баталий, колоритный стиль и прекрасный шаг автора произвели большое впечатление на читателей, равным образом как и смелость, с которой он критиковал такого известного военачальника, как фельдмаршал Китченер. Некоторым молодой автор показался слишком дерзким и высокомерным. Книга увеличила его популярность и финансовое положение.

Журналистика приобретала смысл и как средство сделать политическую карьеру, поскольку мечты Уинстона все больше и больше концентрировалась на политическую деятельность.

В том же 1899г., ещё работая над книгой, Черчилль уходит с военной службы. Он решает жить за счет литературных заработков, тем более что они намного превышают те суммы, которые он получал как военнослужащий. Кроме того, он решил попробовать силы на политическом поприще и выставил свою кандидатуру на выборах в парламент от Олдхэма, небольшого городка на севере Англии, как член консервативной партии. Избиратели были в основном простыми рабочими, сочувствовавшими либералами. Это был совершенно чуждый Уинстону мир. Он не знал ни нужд избирателей, ни их интересов и совершенно не представлял себе, как заставить их поверить, что отпрыск герцога Мальборо будет их достойным представителем в парламенте. Первая попытка Уинстона пройти в парламент провалилась.

В октябре 1899г., началась англо – бурская война и Черчилль устремился на юг Африки, имея полномочия главного военного корреспондента. Его популярность (как журналиста) к этому времени была настолько велика, что ему предложили чрезвычайно выгодные условия. Он должен был получать 250 фунтов стерлингов в месяц (в армии ежемесячно получал 12,5 фунтов стерлингов), причем все его расходы покрывала газета.

Уинстон Черчилль не любил спокойной обстановки, и если жизнь не приносила ему приключений, он сам направлялся на их поиски. Вскоре после прибытия на фронт он принял участие в вылазке в тыл противника. Но буры устраивают засаду, и Черчилль оказывается в плену. Его помещают в тюрьму, откуда по счастливой случайности он сбегает. Уинстону удалось, пересаживаясь с одного товарного поезда на другой и проделать по вражеской территории в общей сложности 480 км., выбраться в место расположения британских войск. История побега Черчилля приобрела широкую известность, и он стал национальным героям.

Южная Африка дала возможность Черчиллю не только написать две книги, но и пройти в парламент на этот раз Олдхем встречал его как героя, и на парламентских выборах 1900г избиратели чуть - ли не единодушно отдают за него свои голоса. Консерваторы до конца использовали популярность Уhello_html_4d0be3ca.gifинстона в своих партийных интересах. Он без конца выступал в различных избирательных округах, на митингах и призывал голосовать за кандидатов- консерваторов. Благодаря этому Уинстон получил широкую аудиторию и дополнительную возможность увеличить собственную популярность.

Убедившись в том, что во время выступлений аудитория его охотно слушала и хорошо понимает, Черчилль решает приобрести себе хотя бы небольшое состояние, выступая с платными лекциями в разных городах страны. Для занятия политикой требовались деньги. В то время члены парламента никакого вознаграждения за свою деятельность в палате общин не получали. Они должны были иметь собственные средства для существования и покрытия расходов по избирательным компаниям.

В январе 1901г., Уинстон Черчилль впервые занимает место члена парламента в палате общин. Уже очень скоро он обращает на себя внимание как блестящий оратор.

Ни в начале своей карьеры, ни в ее конце, как считает Трухановский В.Г., Черчилль не имел четко определенной и продуманной системы взглядов или установившегося мировоззрения. Он не имел продуманных взглядов, но у него были свои мнения. Он не имел определенной системы философских взглядов, но у него были некоторые идеи… Он был переполнен честолюбием и энергией, стремлением к действию, нетерпеливой решимостью продвинуться с периферии к центру событий.26

Всю жизнь Черчилль придерживается убеждения, что историю делают выдающиеся личности, герои. Из этой предпосылки он исходил и в политике, и при написании своих многочисленных книг. Себя он считал предназначенным судьбой играть именно такую выдающуюся роль. Он был абсолютно уверен, что его призвание – править английским народом. Но пока Черчиллю предстояло сделать первый официальный шаг в парламенте, являющейся своеобразным крещением нового члена общины. Он должен был произнести свою первую речь. Она создает впечатление о начинающем политике. Здесь важны и форма изложения, и дикция, и, главное содержание.

Черчилль понимал, что ораторское искусство – необходимый элемент для успешной карьеры политического деятеля. Ему стоило громадных усилий достичь успехов в этой области. Прежде всего, необходимо было преодолеть дефект речи. Поэтому приходилось строго и постоянно следить за своим произношением, выработав такие приёмы, которые бы максимально скрывали врожденный дефект. Кроме этого ему необходимо было научиться выступать и вести политику без предварительной подготовки. По традициям английского парламента прения в нем должны вестись в форме даже не диалога, а непринужденной беседы. Искусный парламентарий должен обладать быстрой реакцией и немедленно и эффективно парировать попытки сбить его или поставить в затруднительное положение.

Справиться с этим Черчилль в первые годы было трудно. Он тщательно готовил свои речи в письменном виде. Поскольку он не всегда мог предвидеть ход прений, ему приходилось делать несколько вариантов, чтобы быть готовым к различным поворотам в развитии дискуссии. В подготовке парламентских речей Черчилль обнаруживал величайшее усердие и трудолюбие. Его речи зачастую были сильны не столько глубиной мысли и логикой, сколько эмоциональным воздействием на слушателей.

Всю свою политическую жизнь, даже тогда, когда он уже был премьер-министром и распоряжался огромным аппаратом чиновников, Черчилль писал свои речи сам. Более того, он делал это с большим тщанием, интересом и удовольствием. Поскольку чтение речей по бумажке в английской палате общин считался дурным тоном, Черчиллю приходилось заучивать наизусть свои речи, зачастую в нескольких вариантах. Хотя он обладал великолепной памятью, это было нелегким делом. Его подстерегала опасность в ходе выступления спутать один вариант с другим.27

В парламенте существует традиция, согласно которой новые депутаты выступают с речью не сразу, а по прошествии, по меньшей мере, месячного срока с момента появления в палате общин. Черчилля эта традиция не устраивала, он не хотел тратить время на ожидание и уже через четыре дня произнес свою первую речь.

Выступление было в общем удачным. Члены парламента встретили его тепло. Черчиллю аплодировали обе стороны палаты общин – и консерваторы, и либералы. Однако лидеры консерваторов хмурились. Речь молодого консерваторского депутата шла вразрез с официальной линией партии. Он открыто и резко критикует своих собратьев – консерваторов за проводимую ими политику.28

Выступление Черчилля в первой же речи против политики собственной партии объяснялось не просто смелостью молодого депутата. Это была явно рассчитанная дерзость. Уинстон тем самым как бы заявил, что пойдет по стопам своего отца. А тактика отца состояла в том, чтобы нападками на лидеров собственной же партии заставить их откупиться от него дав ему крупный пост в руководстве партией и правительстве.

Уинстон не только усвоил тактику своего отца (Рандольфа) в парламенте, но в значительной степени заимствовал и его лозунги. Первое выступление Черчилля в палате общин по вопросу об англо-бурской войне было построено «демократическим методом», то есть демагогически выступать якобы в интересах широких масс.

С этих же позиций Уинстон атаковал вскоре проект реорганизации английской армии, предложенный правительством. Военный министр Бродрик внес в парламент от имени правительства законопроект, предусматривающий создание шести армейских корпусов, из которых три должны были находиться в состоянии полной готовности. В его пользу говорила активизация национально-освободительной борьбы в Британской империи, а также нарастание противоречий между Англией и Германией. Дело шло к большой войне. В области внешней политики консервативное правительство развернуло активную деятельность по созданию союзов направленных против Германии. Черчилль повел атаку против законопроекта Бродрика.

Молодой парламентарий выступил категорически против увеличения расходов на армию (по плану Бродрика). Он дал понять, что экономия на расходах на армию должна быть обращена на улучшение положения трудящихся.

В своей кампании против реформы армии Черчилль преследовал ряд целей. Ему надо было показать правительству, что он является серьезной фигурой и с ним надо считаться. Он стремился завоевать авторитет в массах, выступая в качестве поборника народных интересов, с целью увеличить свой вес в глазах лидеров партии. Наконец его атака против Бродрика была своеобразной местью консерваторам за то, что они в свое время бесцеремонно (обошлись) выбросили за борт политического корабля его отца. Консервативный депутат парламента, как пишет в своей монографии Трухановский В.Г., Артур Ли резко заметил Черчиллю: «Не надо смешивать сыновью преданность с общественным долгом. Не время и не место демонстрировать и пропагандировать традиции семьи».29

Выступления Черчилля против реформы армии лишний раз показали, что он принял политическую тактику и стратегию отца. Уинстону удалось собрать вокруг себя группу единомышленников, состоящую из подобных ему молодых честолюбцев («хулиганы»). Они часто организовывали встречи с видными деятелями различных партий.

В апреле 1904 г. Черчилль официально порвал отношения с консерваторской партией. Он все больше склонялся на сторону либералов. Как бы ни интерпретировались его действия, они были, очевидны как считает К. Роббинс, рискованной игрой. Консервативная партия была в замешательстве, но поскольку изнутри либералы были не намного лучше организованы, она ещё могла добиться победы на следующих Всеобщих выборах. В дополнение ко всему. Черчилль должен был иметь дело с критическими замечаниями по поводу того, что выражать ненависть по отношению к партии столь скоро после избрания под её покровительством, было несколько опрометчиво.30

В тот же месяц, когда вышла из печати биография лорда Рандольфа, Черчилль вернулся в Палату Общин как член парламента от либералов.

Кемпбелл – Баннерман (лидер либералов) сформировал свое либеральное правительство в декабре 1905 года, и, к удивлению многих, в его новой партии за пост заместителя министра сражался Черчилль и получил это место. Бывалые либералы восприняли новое назначение с подозрением: его, слишком очевидно молодого да раннего, неплохо было бы придержать: пусть подождет. Черчилль решил принять предложение занять пост заместителя министра по делам колоний.

Министерство колоний открывало возможности для широкого проявления инициативы, самостоятельности и энергии. Не только начальству, но и подчиненным не просто было сработаться с Черчиллем, они считали, что он слишком молод, чтобы иметь столь властный характер. Не нравилась им и его манера перестраивать по-своему тщательно готовившимся для него материалы к парламентским дебатам.

В январе 1906 году проходили парламентские выборы принесшие победу либералам. Черчилль выставил свою кандидатуру в Манчестере. В ходе избирательной компании поддержка еврейской общины оказалась для Черчилля весьма полезной.

Положение Черчилля на этих выборах было трудным. Политические противники искусно использовали для дискредитации кандидата его перебежку от консерваторов к либералам. На митингах приводили многочисленные выдержки из его прежних речей, в которых он со свойственным ему темпераментом и бесцеремонностью поносил либеральную партию и восхвалял консервантов. Зачитывая эти выдержки, у него требовали ответа, как их понимать. Черчилль как мог пытался парировать эти атаки . Он заявлял, что во время пребывания в консерваторской партии наговорил много неумных вещей, но, поняв, что консерваторы являются.»глупой партией, покинул их ряды.31

Лозунг свободной торговли помог Черчиллю одержать победу на выборах в Манчестере. Он прошёл в парламент большинством голосов.

В августе этого года Черчилль попросил своего секретаря прислать ему (отдыхавшему в Швейцарии) текст речи французского министра внутренних дел Клемансо против социализма.

В октябре Черчилль выступил в Глазго с речью, в которой сформулировал своё отношение к социализму. Он утвердил, что рабочему классу Англии не нужно иметь свою политическую партию, а его интересы должны выражать и представлять тред-юнионы.

Оратор настаивал, что рабочему классу незачем иметь своё организованное представительство в парламенте, что рабочих в палате общин достойно представляют либералы ( представители профсоюзов в парламенте примыкали к либералам). Черчилль призывал рабочий класс доверить заботу о его политических и иных интересах либералам, то есть партии английской буржуазии. Этот призыв отказаться от самостоятельного рабочего представительства в парламенте был по существу призывом к отказу от ведения самостоятельной борьбы.

Черчилль, конечно, понимал, что в рядах рабочего класса найдётся большое количество людей, которые предпочтут пойти по пути самостоятельной борьбы за свои интересы и будут вести её революционными методами. Он не оставил у своих слушателей никаких сомнений в том, что его отношение к революционному движению является безоговорочно отрицательным и враждебным занять такую позицию в отношении революционного движения, он никогда не менял её до конца своей жизни.

Он был не подготовлен вести борьбу с идеями социализма в теоретической области, так как никогда не читал Маркса, да и вряд ли, по мнению Трухановского В.Г., знакомился с популярными работами по марксизму.

Черчилль не вполне, понимал разницу между революционным социализмом (общественная собственность на средства производства и провозглашение принципа социальной справедливости, свободы и равенства) и оппортунизмом ( противопоставление своих взглядов позиции большинства) английских лейбористов и поэтому, говоря о социалистах, часто смешивал одно с другим. Он сводил доктрину социализма к коллективизму, а доктрину либерализма (демократическая свобода и свобода предпринимательства) – к индивидуализму и упорно доказывал, что между индивидуализмом и коллективизмом никакой принципиальной разницы нет, что различие между ними выдумали социалисты и что на самом деле индивидуализм либералов и коллективизм социалистов в повседневной жизни находятся в тесном единению «Освещая наши улицы и организуя водоснабжение, – говорил Черчилль в Глазго, – мы действуем коллективно. Но когда дело касается любви к женщине, мы не действуем коллективными методами, и женщины не выходят за нас замуж коллективно».32

За очень небольшой срок Черчилль проявил себя как энергичный младший министр, весьма работоспособный и инициативный. Сильные мира сего начинали понимать, что Уинстон, если ему дать власть, будет усердно служить интересам капиталистической Англии, ибо реализация его личных честолюбивых замыслов теснейшим образом связана с благополучием английского империалистического государства.

В это время Черчилль начинает интересоваться вольными вопросами и недаром. Война была не за горами. Отношения между великими державами все более ухудшались. Завершилась расстановка силы перед первой мировой войной. В 1907 году Англия, наконец достигла соглашения с Россией которая была достроена Антанта – военный союз, направленный по всей Германии и ее партнеров. Военная область всегда притягивала Черчилля. Он был убежден, что в случае войны военно-морской флот явится главным оружием Англии. В 1907 году у него завязались тесные отношения с адмиралом Фишером, которые в то время осуществлял реорганизацию английского флота. Общение с Фишером дало Черчиллю возможность быть подробно осведомленным о состоянии и перспективах развития английского военно-морского флота.

Первые и весьма внушительные успехи на политическом поприще укрепили убеждения Черчилля в том, что ему предназначено судьбой великое будущее. В те годы у него повышается интерес к личности Наполеона, которым он никогда не переставал восхищаться.

Судьба ему улыбалась. Премьер-министр Кемпбелл Баннерман был серьезно болен, и в конце 1907 году стало ясно, что дни его сочтены. Это означало, что появится новый премьер-министр и произойдет реорганизация правительства. Черчилль намерен был добиваться, чтобы его сделали членом кабинета. Баннерману было известно, что Черчилль стремится попасть в состав кабинета (которым принадлежала полнота власти). Это были министры первого ранга, представляющие собой собственно правительство. А быть в числе министров второго ранга, роль и влияние которых была не столь значительна, Черчилля не устраивала. Баннерман терпеть не мог «торопящихся людей». В апреле 1908 году Кэмпбелл Баннерман подал в отставку. Премьер-министром стал Асквит, который предложил Черчиллю пост военно-морского министра. Он отказался, так как адмиралтейство не сулило больших возможностей для нетерпеливой и длительной натуры Черчилля, тогда Асквит предложил ему министерство местного самоуправления. Но работа в областных социальных проблем его не увлекала. Черчилль решил принять пост министра торговли, несмотря на то, что этот пост котировался не очень высоко. Его не смутило, что министр торговли получал 2 тысячи фунтов стерлингов в год, тогда как многие другие министры-5 тысячи фунтов стерлингов. Определяющим было то, что министр торговли получал место в составе кабинета. Кроме того, министерство торговли могло явиться хорошим трамплином для нового прыжка вверх.

Со времен Кромвеля существовало правило, по которому министр возведенный в ранг чина кабинета, должен был выступить вновь на выборах в парламент и получить подтверждение своего парламентского мандата. Поэтому Черчиллю пришлось провести трудную внеочередную избирательную компанию.

Условия для него в этой компании сложились весьма неблагоприятно. Либеральная партия почти ничего не выполнила из своих обещаний, данных избирателям во время прошлых выборов. Росло напряжение, в отношениях между профсоюзами и предпринимателями. Обострились классовые противоречия в стране. До сих пор на нем все еще лежало довольно свежее клеймо ренегата и перебежчика. Консерваторы ненавидели его и считали изменником своему классу. Консервативная пресса, которая раньше с удовольствием печатала статьи Черчилля, теперь выступила резко против него. Провал на выборах, как считают его биографы, был вызван в значительной степени тем, что консерваторам удалось изобразить Черчилля человеком ненадежным и лишённым каких бы то ни было принципов.33

Но недаром Черчилль считался везучим. Ему пришла телеграмма от либеральной организации города Данди в Шотландии с приглашением быть её кандидатом в парламент. Черчилль принял предложение. После трудной борьбы Черчилль победил на выборах. С тех пор он на протяжении 15 лет представлял в парламенте этот избирательный округ. За победой в Данди последовало еще более важное событие в жизни Черчилля – он женился.

К 33 годам жизненный путь Уинстона Черчилля полностью определился. Он добился бесспорного успеха в политике: представлял в парламенте надежный избирательный округ, был членом кабинета, пользовался большим влиянием, находился в центре событий. Теперь уже всем было ясно, что «торопящийся молодой человек» вступил в пору зрелости.

Министерство торговли давало возможность Черчиллю не только заниматься вопросами относящимися непосредственно к компетенции этого ведомства, но и вторгаться во многие смежные сферы, в частности в сферу социальных проблем. Черчилль активно пользовался этими возможностями, чтобы создать себе репутацию политического деятеля широкого плана.

Ни в то время, ни впоследствии он не был знатоком социальных проблем. Он расширяет свои контакты с людьми, занимающимися изучением этих проблем, и в этом ему помогает Ллойд Джордж. Черчилль получает разрешение премьер-министра Асквита на проведение закона о создании бирж труда. Дело в том, что иногда имели место случаи, когда безработица в одном районе совпадала по времени с нехваткой рабочей силы в другом. Биржи труда освобождали предпринимателей от расходов, связанных с подысканием рабочей силы.

Ллойд Джордж и следовавший его идеям Черчилль выступали за социальные реформы, чтобы привлечь на сторону либеральной партии английский рабочий класс. Они стремились завоевать симпатии рабочих и нейтрализовать влияние лейбористской партии находившейся тогда на левом фланге английского политического фронта. Стратегия Ллойда Джорджа и Черчилля состояла в том, как считает Трухановский В.Г., чтобы «предвосхитить требования рабочего класса и показать, что он может от либералов получить значительно больше чем от лейбористов».

Черчилль весьма расширительно толковал функции своего министерства. Не прошло и двух лет, как министерство торговли по существу стало одновременно и министерством труда. Расширение функций министерства нашло официальное признание со стороны правительства. Тем самым министр торговли был поставлен в ряд министров первого ранга.

Правительство распустило палату общин, и назначило на январь 1910 года новые выборы в парламент, Черчилль был одним из самых активных ораторов, стоявших на либеральной платформе в компании Всеобщих выборов. Он успешно провел свою избирательную компанию в Данди и был вновь избран в парламент.

Либералы после выборов остались у власти. Асквит не счел нужным произвести радикальную перестановку в правительстве. Ему казалось необходимым заменить лишь министра по делам Ирландии и министра внутренних дел. В первом случае возникал вопрос о самоуправлении для Ирландии. Что касается министерства внутренних дел, то с каждым днем увеличивающиеся число забастовок и иных выступлений рабочего класса, приобретавших все более острый характер, требовало назначения в это министерство человека с твердой волей. Черчиллю было предложено выбрать любой из этих постов, Ирландский вопрос был сложным и трудным, не один министр уже сломал на нем шею, и Черчилль это понимал. Он опасался, что, взяв министерство по делам Ирландии, лавров не приобретет, а провалиться может, и предпочел министерство внутренних дел.34

Старшинство поста было неоспоримо и символизировалось тем фактом, что в обязанности министра входило ежедневно, пока шла сессия парламента писать королю относительно того, чем занимается Палата Общин. На практике его обязанности расширены от наблюдения за тайными аспектами регуляции иммиграционных процессов, до главной ответственности за поддержание закона и порядка. Он также должен был давать королю советы по применению его права помилования. Особенно серьезными были проблемы с управлением нормами, которые требовали определенного внимания. Склонности Черчилля оставались либеральными, возможно потому, что из всех министров внутренних дел он единственный побывал в плену. Среди прочих изменений он ввел более долгие сроки уплаты штрафов, сократил время одиночного заключения и предпринял шаги по улучшению присмотра за вышедшими из тюрем заключенными. Вследствие этого он считал справедливым отношение к нему общественности как к министру- реформатору.35

Последние выборы в парламент привели к тому, что либералы и консерванты обладали равным количеством голосов. Это заставило либералов искать путей к соглашению с консерваторами. Равенство сил в палате общин вызывало к жизни идею создания коалиции. Это диктовалось, прежде всего: 1) мощным подъемом стачечного движения; 2) рост напряжения в отношениях между Англией и некоторыми другими странами; 3) дыхание приближавшейся войны.

Черчиллю коалиция с консерваторами помогла бы найти пути обратно в консервативную партию или, по крайней мере, обеспечить примирение с ней. Кампания ненависти, которую вели против него консерваторы, ещё продолжалась с нарастающей интенсивностью. Черчилль делал вид, что это его мало трогает, пытался отшучиваться от нападок консерваторов. Было решено провести конституционную конференцию. Черчилль, с одной стороны, был заинтересован в налаживании коалиции с консерваторами, надеясь этим путем восстановить с ними отношения и вновь сблизиться с партией убеждения которой были близки ему, а с другой стороны, он очень боялся, как бы налаживания блока с консерваторами не кончилось для него лично политической катастрофой.

Консерваторы отказались от коалиции с либералами, что привело к провалу конституционной конференции и прекращению политического перемирия между двумя партиями.

Глубоко огорченный, Черчилль счёл разумным уехать из Лондона на длительное время, отправившись в путешествия на яхте по Средиземному морю.

Вернувшись, у Черчилля обнаруживается интерес к проблемам внешней политики. Все чаще и чаще в его речах повторяется мысль о приближающейся войне с Германией. А пока же Черчилль прилагал энергичные усилия для выполнения функции министра внутренних дел. В результате английские трудящиеся начали убеждаться, что он никоим образом не является поборником социальных реформ, а представляет собой одного из самых упорных и последовательных их врагов. Черчилль в качестве министра внутренних дел имел прямое отношение к использованию силы для подавления забастовок.

Летом 1911 года в Англии одна за другой вспыхивают многочисленные забастовки. Бастовали моряки торгового флота и портовые рабочие. Движение выходило из-под контроля старых оппортунистических купленных буржуазией вождей. Забастовки зачастую проходили под руководством новых молодых, по-боевому настроенных лидеров. Предприниматели являлись в министерство внутренних дел, требуя защиты от рабочих. Черчилль шел на обострение борьбы. Он отвергал предложения о решении споров старыми компромиссными средствами и делал ставку на использования войск против бастующих, чтобы силой привести рабочий класс к покорности.

Действия Черчилля подвергались резкой критике в парламенте. Использования войск против рабочих означало, что с Черчиллем – «либеральным» политиком и «социальным реформатором», заигрывавшим недолгое время с профсоюзами и рабочим классом, покончено раз и навсегда.

Деятельность Черчилля имела свои последствия. Рабочий класс относился к нему всё хуже и хуже, у обеих сторон увеличивалось чувство взаимной ненависти. В то же время правящие круги страны убеждались, что Черчилль является надежным защитником их интересов, человеком, способным к энергичным действиям в сложных условиях, наделенным большой силой воли, решительностью и организаторскими способностями. Авторитет Черчилля в глазах правящих кругов, несмотря на экстравагантность действий и излишнее усердие, несомненно, поднялся.

В это время Черчилль тратит много времени на изучение вопросов внешней политике и отношений Англии со странами Европы. Министр Холдейн разрешает своему штату знакомить его с состоянием военной подготовки Англии. На основании идей и информации, полученной у военных специалистов, Черчилль составил меморандум о «военных аспектах континентальной проблемы» и вручил его премьер-министру.

Этот документ был несомненным успехом Черчилля. Он свидетельствовал о том, что Черчилль, обладал весьма скромным военным образованием, которое дала ему школа кавалерийских офицеров, смог быстро и профессионально разобраться в ряде важных военных вопросов. Черчилль сумел собрать наиболее интересные мнения и выводы видных военных специалистов и просеять их сквозь сито собственного здравого смысла.36

На заседании членов Комитета имперской обороны, 23 августа 1911 года, были заслушаны доклады о стратегических планах военного министерства и адмиралтейства. Заседания показало, что подготовка военно-морского флота к предстоящей войне осуществляется плохо. Асквит начал размышлять над тем, кого бы направить в адмиралтейство, чтобы заменить военно-морского министра Маккенну.

Решительные меры Черчилля по борьбе с рабочим движением, а также проявленные им способности при рассмотрении военных вопросов побудили Асквита и других ведущих членов кабинета обратиться к кандидатуре Черчилля. Адмиралтейство приобрело большое значение в отличие от прежних времен, и сулило богатые возможности для активной деятельности в военной области. Черчилль сразу им ответил согласием.

В ноябре 1911 года премьер-министр Генри Асквит назначает Уинстона Черчилля первым лордом адмиралтейства, что в Великобритании соответствует посту военно-морского министра. Наращивание Германией своей военной мощи, в том числе военно-морских сил, приводит премьера Асквита к убеждению, что адмиралтейство нуждается в новом, сильном и энергичном, руководителе.

С переходом Черчилля в военно-морское министерство заканчивается период его формирования как государственного деятеля. Его задачей на новом месте была быстрейшая подготовка военно-морского флота Англии к войне с Германией, к войне, которая, как он полагал, могла начаться в любой момент. Будучи реалистом и понимая, что война с Германией неизбежна, Черчилль первым делом принимается оснащать британский военно-морской флот линкорами, в чем ему активно помогает адмирал Фишер. Черчилль проводит полную реорганизацию военно-морских сил, разрабатывает так называемую «противолодочную тактику», то есть тактику ведения войны с учетом использования противником подводных лодок и существенно модернизирует военно-морской флот в целом. Кроме того, он создает – впервые в мировой практике – морские военно-воздушные силы, призванные защищать подступы к стране с моря.37

Он посетил все наиболее важные военно-морские базы, побывал почти на всех крупных судах, знал досконально расположение и нужды флота. Черчилль требовал готовить английский флот так, чтобы он мог быстро и решительно разгромить германский флот. Черчилль решил для себя, что дело идет к войне, он и готовился к ней.

Первой заботой нового военно-морского министра было создание штаба в адмиралтействе. Черчиллю пришлось заменить ряд адмиралов, которые отстали от жизни. Он плохо ладил с адмиралами. Им не нравилось выслушивать от бывшего младшего кавалерийского офицера постоянные поучения о том, как лучше командовать флотом. Военно-морские офицеры – плохие спорщики, они не готовились для этой цели, и поэтому им трудно вести дела с военно-морским министром.

Черчилль и Фишер (первый морской лорд и помощник) осуществили два серьезных изменения во флоте: 1)заменили на кораблях калибр орудия с13,5 на 15 дюймов; 2)перевели флот с угля на нефть, что обеспечило большую быстроходность и мобильность. Эти действия, бесспорно, усилили боевую готовность английского флота.

Необходимо было принять меры для укрепления своих политических позиций. Сделка с консерваторами в то время исключалась, и Черчилль решает упрочить свои позиции в либеральной партии. С этой целью он принимает активное участие в развернувшейся в предвоенные годы борьбе по ирландскому вопросу. Черчилль шумно выступал в поддержку гомруля - ввести в Ирландии самоуправление. Решение ирландского вопроса откладывалось на послевоенный период.





















































2. Уинстон Черчилль в годы первой мировой войны.

30 июля Австро-Венгрия объявила войну Сербии. Запахло порохом. Черчилль писал в эти дни жене: « Все движется к катастрофе, к крушению. Мне интересно, я, испытываю подъем и счастье. Ужасно, не правда ли? Приготовление к войне захватывающе увлекательны для меня. Молю бога простить мне отвратительно легкомысленные настроения».38

В течение десяти дней, предшествовавших вступлению Англии в войну, английское правительство рассматривало вопрос о своем отношении к ней. Черчилль занял твердую позицию в пользу немедленного вступления в войну. Когда 1 августа Германия объявила войну России, Черчилль под свою личную ответственность, не спросив санкции правительства, отдал приказ о полной мобилизации флота. Вероятно, таким путем он хотел подтолкнуть правительство на объявление войны Германии. 4 августа 1914 год Англия объявила войну Германии.

Черчилль с первых дней боевых действий стремился к решительному сражению с германским флотом. Развязывание военных действий ещё глубже погрузило его в планирование деталей. Он был неутомим, требователен, проникал повсюду и проявлял воображение. Консерваторы критиковали Черчилля за то, что он носится по территории Франции, вместо того чтобы больше бывать в адмиралтействе. Имели место случаи , когда военно-морской министр отсутствовал на заседаниях правительства, на которых решались вопросы прямо относящиеся к его ведомству. 21 сентября 1914 года он выступил с речью, в которой заявил, что поскольку немецкий флот не выходит из портов, то англичанам надлежит «выкапывать немцев из их нор, как крыс». Английскому общественному мнению не понравились эти замечания. Англичане понимали, что немцы является опасным противником и что, оскорбляя их, Черчилль испытывает судьбу. Через три дня немецкая подводная лодка торпедировала вблизи голландского побережья три английских крейсера. Военно-морской министр плохо усваивал уроки войны. Он, человек большого здравого смысла, в то время допускал один промах за другим. Уж очень ему хотелось военной славы.

По возвращению в Англию у него состоялся длинный разговор с Асквитом. Черчилль придал разговору весьма конфиденциальный характер. Он просил не рассматривать его будущее, как его рассматривают все другие. Отведав крови в течении нескольких последних дней, заявил Черчилль, он, как тигр, почувствовал что у него есть желание отведать ее побольше. Военно-морской министр просил Асквита освободить его от занимаемого поста (чем раньше, тем лучше) и поручить ему какое-нибудь военное командование. Черчилль заявил, что его политическая карьера ничего в сравнении с военной славой.39

13 января 1915 года Черчилль изложил свой проект на заседании Военного совета – специального органа по руководству ведением войны, состоявшего из ряда ответственных министров, генералов и адмиралов. За исключением министра финансов Ллойд Джордж, все члены совета согласились с предложением военно-морского министра. Присутствовавшие адмиралы Фишер и Уильсон промолчали. Была принята директива, поручившая адмиралтейству подготовить военно-морскую экспедицию, чтобы в феврале подвергнуть бомбардировке и захватить полуостров Галлиполл, имея своей целью Константинополь.

Неорганизованность, несогласованность между военными и флотскими деятелями, величайшая путаница, сопутствовавшие задуманной организации, в дальнейшем, имеют своим началом это заседание Военного совета. Черчилль заверял, что победа будет одержана одним флотом, и что армия появиться лишь для того, чтобы «пожать её плоды». Адмиралам не нравилась вся эта затея.

В начале февраля Черчилль получил поддержку со стороны Китченера. Во Франции обстановка сложилась таким образом, что появилась возможность выделить войска на поддержку флота. Но Черчиллю не терпелось. Ему нужны были лавры, которые он не хотел делить ни с кем другим. Поэтому 19 января, не дождавшись прибытия войск, флот начал самостоятельные операции в районе Дарданелл. В течение первых 10 дней операция развивалась, в общем, успешно. Но сопротивление турок оказалось неожиданно упорным. Продвижение флота приостановилось.

18 марта был предпринят новый штурм Дарданелл. Корабли неожиданно наткнулись на мины. Почти половина флота, штурмовавшего проливы, была потеряна. Адмирал, командовавший операцией, заявил, что она не может продолжать без поддержки армии. Черчилля это раздражало, и он решил отдать приказ продолжать операцию силами флота.

Если бы операция по захвату полуострова была должным образом спланирована и подготовлена, а действия флота и сухопутных войск проходили более организованно, то весьма вероятно, как пишет Трухановский.В.Г. в своей монографии «Уинстон Черчилль», что усилиям англичан сопутствовал бы успех».40

Консервативная печать использовала провал операции по захвату Дарданелл для дальнейшей дискредитации Черчилля. Черчилль недооценил значение нападок. Он думал, что это обычные критические упражнения консерваторов на его счет. Будучи очень занят дарданелльской операцией, Черчилль не уделял необходимого внимания палате общин, появляясь там редко и ненадолго. Он не заметил, что обстановка в парламенте менялась не в его пользу.

Не подозревая о грозившей ему опасности, Черчилль в день отставки Фишера подготовил новый состав коллегии адмиралтейства, включая кандидатуру приемника Фишера. Асквит одобрил его предложение.

Между тем консерваторы решили использовать столкновение между Фишером и Черчиллем, чтобы свалить последнего. Учитывая обстановку в стране и соотношение сил в палате общин, подобный поворот событий ничего хорошего правительству не сулил. Единственный выход – создать коалицию.

Черчилль ничего об этом не знал. Когда на следующий день он явился в палату общин, чтобы огласить новый состав адмиралтейства, Асквит и Ллойд Джордж сообщили ему, что создается коалиционное правительство и что консерваторы поставили условием своего участия в таком правительстве удаление Черчилля из адмиралтейства. Это был неожиданный и страшный удар. Случившееся он воспринимает как полную катастрофу и искренне считает, что на его политической карьере поставлен крест.41

В отчаянии Черчилль решился на унизительный шаг. Он знал, что Бонар Лоу (лидер консервантов) был его самым упорным врагом среди консервантов, и тем не менее 17 мая направил ему письмо в котором умолял согласиться на то, чтобы его оставили в адмиралтействе. Но всё было напрасно. Асквиту удалось выторговать для Черчилля в коалиционном правительстве лишь пост министра без портфеля.

Это была синекура - хорошо оплачиваемая, но не требующая никакого труда должность, которая по определению Ллойда Джорджа, «обычно резервировалась либо для новичков в кабинете, либо для одряхлевших маститых политиков». Черчилль был фактически отстранен от власти и лишен возможности влиять на решение правительства. Черчилль оказался сброшенным с поста рулевого на нижнюю палубу, где он мог лишь убирать за другими.42

Самым страшным для Черчилля было то, что его лишили возможности участвовать в руководстве войной. На протяжении некоторого времени Черчилль участвовал в работе Военного совета, но голос его там по существу не имел никакого значения. Черчилль продолжал агитировать за доведения до конца операции по захвату проливов. Увлекаясь, он утверждал, что там «лежит самый короткий путь к триумфальному миру». Но правительство знало, что это не так, и искало способа, как бы выбраться из трясины, в которой оно попало, прежде всего, по милости Черчилля.

Заботясь об империалистических интересах Англии, Черчилль надеялся также проложить путь к примирению со своей старой партией – консерваторами. Но консерваторы накрепко блокировали Черчилля. Тогда он принял решение, удивившее многих.

Черчилль подал в отставку с поста канцлера герцогства Ланкастерского и направился во Францию в действующую армию в звании майора. Уход Черчилля на фронт свидетельствует о силе его характера. Он не мог остаться в стороне. К тому же нужно было дать выход чувству страшной обиды, которую он испытывал в связи с освобождением его, как он полагал, несправедливым, с поста министром военно-морского флота.

В ноябре 1915года Черчилль отправляется во Францию, чтобы вступить в ряды 2-го гренадерского гвардейского батальона, входившего в британские экспедиционные войска. В свое время этим батальоном командовал его великий предок, герцог Мальборо. Офицеры- сослуживцы приняли бывшего военно-морского министра, имевшего теперь скромное звание майора, прохладно, за глаза называя его «этим чертовым политиком», а старшие чины получали особое удовольствие, когда недавний член правительства отдавал им честь.43

Черчилль понимал, что он должен сразу же хорошо зарекомендовать себя на военной службе. Поэтому он сделал все, чтобы установить нормальные отношения со своими коллегами-офицерами. Его жизнерадостный характер, остроумие, кипучая энергия, а также незаурядная личная храбрость, вскоре помогли ему наладить необходимый контакт с сослуживцами. Консерваторы же стремились сорвать его назначение на какой-либо значительный военный пост.

Вскоре Черчилля повышают до звания подполковника и отдают под его команду 6-й королевский полк шотландских стрелков. Он всегда относился к шотландцам с большой симпатией - ведь недаром же он выбрал себе в жены шотландку. Теперь, став командиром шотландских стрелков и стараясь поддержать их боевой дух, он читал им вслух, к их немалому удивлению, стихотворения Роберта Бернса, хотя попытки имитировать шотландское произношение ему не очень-то удавались.

Черчиллю нравилась война, где в его руках находилось верховное руководство военными действиями, но совсем не нравилась война, в которой ему приходилось выполнять армейские обязанности, наравне с тысячами английских офицеров и сотнями тысяч английских солдат. Он хотел быть героем на войне, а положение рядового ее участника ему отнюдь не импонировало.

Черчилля часто навещали видные деятели, совершавшие поездки на фронт. Солдатам очень нравилось, что он заставлял гостей лазать в окопы, где их элегантная форма рвалась и пачкалась, а тщательно вычищенные ботинки покрывались грязью.

Черчилль принимает решение уйти с фронта. Он знал, что враги будут издеваться над ним и попытаются использовать это обстоятельство, чтобы еще больше подорвать его авторитет, разрекламировав его уход из действующей армии. В марте 1916года, пробыв на фронте в общей сложности около четырех месяцев, Уинстон в письме к своему другу лорду Бивербруку рассказывает, что он подумывает об отказе от военной службы и о возвращении в Англию. Руководство войной со стороны английского правительства, пишет он, осуществляется неудовлетворительно и он хочет принять участие в выправлении положения. Черчилль считает это вполне убедительным мотивом для ухода с фронта.44

В марте 1916года он направляется в отпуск в Лондон, чтобы принять участие в заседаниях парламента и выступить в дебатах по вопросу об ассигнованиях на военно-морской флот. Он выступает в прениях с большой программного характера речью. Черчилль держится так, будто бы он не пехотный офицер, а ведущий член правительства. Он поучает премьер-министра, как дальше вести войну. Выступая, таким образом, Черчилль недвусмысленно предлагал правительству вернуть его с фронта и поручить ответственный пост по руководству войной.

Министр оказался перед дилеммой: если он удовлетворит просьбу Черчилля, его могут обвинить в протежировании, если же просьба будет отклонена, могут сказать, что он побоялся критики, которую Черчилль мог бы подвергнуть в палате общин военное министерство и правительство. В конце концов министерство разрешило Черчиллю подать в отставку из армии, но при условии, что он больше не будет проситься на военную службу. Это условие Черчилль очень легко принял, так как был сыт по горло военной службой. В июне 1916г. он окончательно вернулся в Лондон.

Черчилль жаждал вернуться к активной политической деятельности. Ему необходимо было, прежде всего, восстановить свою репутацию, чтобы получить какой-то шанс на возвращение в правительство. Практически это означало, что он должен убедить общественное мнение в том, что не несет ответственность за трагедию на полуострове Галлиполи и что это была разумная операция, не удавшаяся не по его вине. Черчилль мог оправдаться, лишь взвалив вину на других. Асквит прекрасно понимал, что Черчилль, стараясь обелить себя, будет губить его репутацию и репутацию генерала Китченера. Поэтому премьер-министр категорически отказал Черчиллю в разрешении опубликовать подготовленные им материалы относительно дарданелльской операции. Отказ мотивировался тем, что в военное время нельзя разглашать секреты.

Обстановка не благоприятствовала возвращению Черчилля к власти. Общественное мнение было настроено против него, консерваторы по-прежнему относились к нему враждебно. Отражая эти настроения, английские газеты выступали против того, чтобы Черчиллю позволили принимать участие в руководстве государственными делами.

К концу 1916года активизировались интриги, направленные на то, чтобы свергнуть Асквита и сделать премьер-министром Дэвида Ллойда Джорджа.

В декабре Ллойд Джордж образовал свое коалиционное правительство. У нового премьера сложились неплохие отношения с Черчиллем, и он был готов предоставить ему пост в правительстве. Но консерваторы заявили категорический протест. Бонар Лоу (лидер консерваторов) сказал, что он откажется участвовать в правительстве, если в него будет включен Черчилль. Ллойд Джорджу и Бивербруку, как они ни старались, не удалось поколебать упорство Бонар Лоу, и Черчилль снова остался за бортом.

В июле 1917г. Ллойд Джордж предложил Черчиллю портфель министра военного снаряжения. Этот пост не давал возможности участвовать в руководстве войной и влиять на политику правительства. Пока корреспонденты Черчилля сожалели, что он не получил поста соответственно своим возможностям, более мудрые голоса убеждали его хвататься за Министерство снабжения и не стараться захватить власть во всем правительстве. Отношение оппозиции к его назначению могло даже дать Черчиллю некоторую паузу.45

Назначение Черчилля вызвало бурю в парламенте и за его пределами. В парламенте имело место выступления, в которых депутаты утверждали, что назначение Черчилля создает «опасность для государства». Депутация консерваторов в составе около 40 человек отправилась к Бонар Лоу с протестом против включения Черчилля в правительство. Возникла опасность для существования правительства. Противники Черчилля признавали, что он был человеком блестящим и талантливым, личностью сильной и привлекательной. Они признавали его смелость и соглашались, что он был неутомимым работником. Они указывали, что даже в самые трудные политические моменты Джозеф Чемберлен в Бирмингеме и сэр Кэмпбел Баннерман в Шотландии могли рассчитывать на непоколебимую преданность местных людей. Черчилль же никогда не вызывал и еще менее умел сохранить за собой привязанность какой-либо группы людей, области или города. Ажиотаж вокруг назначения Черчилля явился для него неприятным откровением. Он не представлял себе, что его непопулярность столь велика. Черчилль мечтал не о министерстве военного снаряжения, которое с таким трудом получил, и все же он был счастлив вновь вернуться в правительство.

Еще, будучи первым лордом адмиралтейства, Черчилль инициировал разработку, совершенно нового вида оружия, получившего название «танк». Став министром, отвечающим за военное снаряжение британской армии, Черчилль организует серийное производство танков, которое активно и очень успешно используются англичанами на фронтах первой мировой войны. Его все больше преследовала идея создать армию превосходящую всех в техническом отношении.

Все то время, которое он пребывал в Министерстве военного снабжения, Черчилль благородно считал, что ему надо посетить Францию как объявлял, чтобы составить личное представление о нуждах армии, а в действительности, чтобы сформировать для себя впечатление о ходе войны. Его все больше преследовала идея создать армию, превосходящую всех в техническом отношении. Ллойд Джордж посылает его во Францию, как для оценки ситуации, так и для того, чтобы убедить французское правительство в необходимости энергичной атаки. Черчилль еще в январе был предупрежден об опасности весеннего наступления Германии. В эти дни конца марта он вновь был в своей стихии. Он вновь очутился в самом центре принятия решений, что он едва ли мог себе представить за год до этого. В разговоре с премьер-министром, он подчеркивал, что никогда не примет на себя политической ответственности без признания за ним настоящей власти.46

По окончании лета Уинстон снова был отправлен во Францию, где он увлекся ходом сражения. Он придерживался того взгляда, как пишет в своей монографии К.Роббинс, что работа обусловливала постоянную необходимость для него находиться в соприкосновении с условиями на местах. Эта его точка зрения на свои обязанности разделялась не повсеместно. В Палате Общин не видели его месяцами. За каждый удачный случай использования танка, Черчилль хвастался, как за оправдание своих собственных амбициозных планов войны машин в 1919году.

В марте 1918г. Германия предприняла последнее мощное наступление на Западном фронте, которое успеха не имело. И в ноябре 1918г. Германия капитулировала.

Хотя враги Англии были повержены, Черчилль считал, что «поставленная цель еще не достигнута, еще остались иные враги; у победителей оспаривают власть новые силы, препятствующие справедливому решению мировых проблем». Под новыми силами, которые препятствовали Англии решать мировые проблемы по ее усмотрению, Черчилль подразумевал Великую Октябрьскую социалистическую революцию в России и революционное движение, охватившее ряд стран Европы. Черчилль, равно как и Ллойд Джордж, считал, что революцию нужно «усмирить войной».47

В день, когда Англия закончила первую мировую войну, все помыслы Черчилля были уже обращены к новой войне-войне против Советской России. С необычайной легкостью, по мнению Трухановского В.Г., он шел на союз с только что разбитым врагом Англии- Германией, чтобы вместе с ней вести войну против революционной России. Черчилль был одержим идеей новой, на этот раз контрреволюционной войны, но ему пока приходилось скрывать свои замыслы от общественного мнения. Он не желал карать Германию и ослаблять ее репарациями. Он хотел видеть сильную Германию, способную задушить революционную Россию. Но политическая игра в Англии имеет правила, и Черчилль в своем избирательном округе(это был все тот же Данди), как и другие кандидаты коалиции, выступал в поддержку шовинистических лозунгов.

В избирательные округа, где были выставлены кандидаты коалиции, Ллойд Джордж и лидер консерваторов Бонар Лоу, направили письма, приглашая избирателей отдать голоса кандидатам коалиции. Эти письма в народе назвали «купонами»-по аналогии с купонами, по которым продавались нормированные во время войны товары, и поэтому декабрьские выборы 1918года названы как «выборы по купонам». Выборы по существу принесли победу консерваторам. Это был парламент, состоявший в основном из представителей бизнеса, хорошо заработавших на только что закончившейся войне.

Черчилля назначили военным министром, причем ему было подчинено также авиационное министерство, в сопровождении предсказуемой критики со стороны консервативно настроенной части прессы. Протесты против назначения Черчилля имели место быть. Особое недовольство вызывало то обстоятельство, что в его руках сосредоточивалось управление двумя министерствами.

Именно большевизмом был больше всего озабочен Черчилль. Он думал, что именно большевики срывали его митинги в Данди. У него было видение тирании зла, продвигающейся от Японии к самому сердцу Европы. Сила его убежденности привела к тому, что среди тех, кто считал себя уравновешенным, появилось мнение, что он был одержим навязчивой идеей на этот счет. В августе 1919году Кабинет согласился по его инициативе с тем, что в течение следующих десяти лет Британская империя не даст себя вовлечь в какую-либо большую войну и что необходимость в экспедиционных силах отпала. Поскольку Ллойд Джордж в последние месяцы был занят в основном делами проходившей в Париже мирной конференции, то Черчилль по существу получил свободу рук для своих контрреволюционных авантюр.

Английское правительство играло активную роль в организации контрреволюционной интервенции в России. Между империалистической Англией и империалистической Россией существовали глубокие противоречия. В Лондоне, задолго до революции, разрабатывались планы ослабления России и отстранения ее от участия в решении европейских дел после окончания войны. После революции, империалистические противоречия были заменены на классовые противоречия между капитализмом и социализмом. После этого враждебность английского империализма к России, теперь уже к революционной социалистической России, возросла в огромной степени. Классовая война по замыслу английских руководителей должна будет не только ликвидировать возникшую в России Советскую власть, но и ослабить Советскую страну.

Говоря о событиях в России, Черчилль терял над собой всякий контроль, позволял себе любые оскорбления и инсинуации в адрес народов России, большевиков и их лидеров. Черчилль ненавидел Россию не только потому, что она была советской, но и потому, что она была мощной державой.48

Главная тяжесть борьбы против Советской России, в соответствии с идеей Черчилля, предполагалось возложить на Германию. В английском правительстве не было единства по вопросу о том, как лучше вести борьбу против революционной России. Возглавляя военное министерство, Черчилль сосредоточил в своих руках решение всех практических вопросов по оказанию помощи белогвардейцам. Правительство решило направить Черчилля в Париж, чтобы еще раз поставить перед руководителями мирной конференции вопрос о России. Подразумевалось, что Черчилль попытается добиться в Париже решения в пользу продолжения и расширения вооруженной борьбы против народов России.

Проект Черчилля подразумевал предъявление советскому правительству ультиматума со слегка замаскированным требованием капитуляции, причём условия, на которые такая капитуляция должна будет состояться, не указывались, за исключением одного, ликвидации Советской власти. Ультиматум умышленно был сформулирован так, что Советское правительство ни в коем случае не могло его принять. Черчиллю очень хотелось получить от Советского правительства отрицательный ответ, чтобы иметь предлог для организации концентрированного военного наступления интервентов и белогвардейцев на Советскую Россию.

Неудача, которую потерпел Черчилль в Париже, не уменьшила его рвения в борьбе против Советской власти. С поразительной настойчивостью, различными методами он убеждал всех, кого только можно, в необходимости решительной борьбы против русской революции. Черчилль выступал с публичными речами, рассылал влиятельным лицам меморандумы, внушая членам английского правительства, представителям иностранных государств в Лондоне идею о необходимости задушить революцию в России. Вернувшись из Парижа, он с удвоенной энергией принялся за подготовку похода адмирала Колчака против Советской России, который должен будет начаться весной 1919 года.49

В мае 1919 года Парижская мирная конференция приняла решения признать Колчака в качестве правителя всей России и оказать ему всемерную помощь, с тем, чтобы его власть распространилась на территорию всей России. Это была победа линии Черчилля. Он развил бурную деятельность по реализации принятого в Париже решения.

17 июня 1919 года состоявшаяся в Сауспорте конференция лейбористской партии единогласно проголосовала за осуждение интервенции в Россию. 29 июля газета « Дейли экспресс» писала: «Страна совершенно не желает вести большую войну в России…Давайте покончим с манией величия Уинстона Черчилля, военного азартного игрока. Давайте вернем наших солдат домой».50

Под нажимом народа английское правительство было вынуждено принять в 1919г. решение отозвать свои войска из России. Поскольку военное министерство находилось в распоряжении Черчилля, он, используя свое положение, попытался вопреки воле народа и официально, принятому решению продолжать вести войну в России на собственный страх и риск.

Как повествует нам Трухановский В.Г., что интервенцию в Советской России в Англии называли «личной войной г-на Черчилля».



















3. Черчилль в 20-е годы.

К началу 1921года обнаружился полный провал попыток Англии и других империалистических держав свергнуть Советскую власть в России силами внешней и внутренней контрреволюции.

В январе 1921года Черчилль получает новое назначение- в министерство колоний и «переносит свое внимание с Европы на страны Востока». Черчилль выдвинул идею, чтобы отныне основную тяжесть полицейских функций (урегулирование конфликтов) в колониальных странах, и прежде всего на Ближнем Востоке, несла не сухопутная армия, а военно-воздушные силы Англии. Черчилль предложил усмирять с помощью бомбардировок с воздуха и пулеметным огнем с самолетов. Принятие этого плана давало Англии большую экономию(расходы сокращены с 40млн. до 5млн.ф.ст.в год).

К концу 1922года коалиция консерваторов с либералами уже изжила себя. Новое, теперь уже однопартийное правительство сформировал лидер консерваторов Бонар Лоу, который распустил парламент и назначил новые выборы в палату общин.

За три дня до начала избирательной кампании 1922г. у Черчилля случается острый приступ аппендицита, и ему делают операцию. Как следствие, он подключается к предвыборной борьбе слишком поздно и проигрывает выборы. Впервые с 1900года Черчилль оказался вне парламента. Впоследствии он с грустью вспоминал об итогах декабрьских выборов1922г.: «Я и глазом не успел моргнуть, как оказался без работы, без места в парламенте, без партии и даже без аппендикса».51

В период вынужденного политического безделья Черчилль пристально следил за дебатами в палате общин, за деятельностью правительства. Беседы с друзьями сводились к тому, что люди, в руках которых в настоящее время находится власть в Англии,- это компании посредственностей и что дела в стране и в мире шли бы намного лучше, если бы ему, Черчиллю, была предоставлена возможность направлять их.

Последние выборы в парламент дали большинство консерваторам. Особенно было неприятным для Черчилля то, что лейбористская партия получила больше мест в парламенте, чем обе группы либералов, вместе взятые, и стала официальной оппозицией его величества.

Распад либеральной партии был ускорен действиями таких ее лидеров, как Ллойд Джордж и Черчилль. В годы войны они дискредитировали (подрывали доверие) английский либерализм. Ко всему этому прибавлялись нескончаемые интриги и борьба между отдельными лидерами либералов.

Для Черчилля стало ясно одно: к власти он может прийти только через консервативную партию, и, следовательно, надо любой ценой вернуться к консерваторам. Лидером консерваторов и премьер- министром стал Стэнли Болдуин, с которым у Черчилля налаживался некоторый контакт.

Болдуин был сторонником немедленного введения протекционизма (стимулирование экспорта и ограничение импорта). Поэтому он распустил парламент и назначил на декабрь 1923года новые выборы. Это дало Черчиллю возможность предпринять попытку пройти в парламент. И на этот раз избирательная кампания была для Черчилля неудачной. Нападки на социализм, на лейбористов и на Советский Союз, которыми он до выборов мостил себе путь обратно к консерваторам, естественно, восстановили против него все более или менее прогрессивные и либеральные элементы в избирательном округе. Черчилль запугивал английскую буржуазию тем, что руководство лейбористской партии намерено «самым основательным образом подорвать существующие социальные и экономические основы цивилизации». Его не послушались, и лидер лейбористской партии Рамзей Макдональд сформировал первое в истории Англии лейбористское правительство, которое пошло на установление дипломатических отношений с Советским Союзом. Это дало Черчиллю повод с еще большим усердием поносить лейбористских лидеров и приписывать им намерения и цели.

Первое лейбористское правительство просуществовало недолго. Новые выборы в палату общин состоялись 29октября 1924года. Консерваторы провели крупную провокацию с целью обеспечить себе победу на выборах. Они опубликовали фальшивку (поддельное письмо Коминтерна, об организации вооруженного восстания и как свергнуть власть буржуазии в Англии). Они выступали под антикоммунистическим и антисоветским знаменем. Консерваторы на этот раз уже официально выдвинули Черчилля в качестве своего кандидата в избирательном округе Эппинг. Наконец он был снова избран в парламент. Консервативные лидеры высоко оценили усердие Черчилля в борьбе против социализма и не только вновь приняли его в свои ряды, но и щедро наградили.52

Несколько позднее он становится канцлером казначейства (министром финансов) в правительстве, возглавляемом премьер-министром Стэнли Болдуином, то есть получает тот же пост, который занимал почти за сорок лет до этого его отец, лорд Рандолф Черчилль.53

Назначение Черчилля министром -финансов выглядело странным еще и потому, что было известно его полное невежество в финансовых вопросах и отсутствие всякого интереса к ним. Еще в школе он не ладил с арифметикой. Это было наследственное. Некомпетентность во вверенной ему области дала себя знать уже вскоре после назначения в связи с проектом государственного бюджета, который одним мог принести льготы, другим - увеличение налогов. Этот бюджет вошел в историю Англии надолго и имел далеко идущие последствия. Он восстанавливал золотой паритет фунта стерлингов (соотношение между валютами разных стран). В то же время введение золотого паритета фунта явилось тяжелым ударом по промышленности и рабочему классу Англии. Бюджет был утвержден консервативным большинством палаты общин, ибо он отражал взгляды не только и не столько Черчилля, сколько правительства Болдуина в целом.

Коммунистическая партия Англии хорошо понимала складывающуюся в стране обстановку. Она выступала за объединение всех сил английского рабочего класса для отпора образовавшемуся блоку правительства, предпринимателей и правых оппортунистических рабочих лидеров.

В ходе контактов между правительством и представителями рабочих Черчилль старался сорвать переговоры и вел дело к тому, чтобы вынудить рабочих пойти на всеобщую забастовку и затем разгромить их. Эрнест Бевин, один из руководителей всеобщей забастовки, впоследствии неоднократно публично обвинял Черчилля в том, что его вмешательство в самую последнюю минуту сорвало намечавшуюся между правительством и руководителями профсоюзов договоренность и сделало всеобщую стачку неизбежной.54

4 мая1926г. в Англии началась первая в истории страны всеобщая стачка, в которой кроме, шахтеров приняли участие все основные отряды английского рабочего класса. Черчилль почувствовал себя в своей стихии - он любил острые моменты борьбы и погружался в нее с головой. Этим он хотел показать, насколько он значительнее и нужнее в это бурное время для правящих кругов страны, чем флегматичный и жаждущий покоя Болдуин.

Наибольшую известность в те дни он приобрел как издатель и главный редактор «Бритиш газет». Ни одна газета в Лондоне не выходила, ибо типографские рабочие бастовали. Черчилль организовал при содействии лорда Бивербрука на базе газеты «Морнинг пост» издание «Бритиш газет», которая вела ожесточенную атаку на участников забастовки. Это была доведенная до крайности антирабочая пропаганда. В период всеобщей забастовки Черчилль обнаружил такую враждебность к рабочему классу, которой не проявлял никто другой из состава английского правительства. Возглавлявшие забастовку члены Генсовета тред-юнионов все больше приходили в смятение. Они проявляли колебания и неустойчивость с первого же дня всеобщей стачки и в конце концов 12 мая объявили о ее прекращении. Черчилль немало сделал для того, чтобы обеспечить это поражение.

В январе 1927г. Черчилль направился с визитом в Рим в качестве гостя фашистского диктатора Муссолини. Фашистская пресса рассыпалась в комплиментах и похвалах в адрес Черчилля. После того как Муссолини в течение недели чествовал Черчилля, английский министр собрал пресс-конференцию, на которой восхвалял итальянский фашизм.

Черчилль выдвинул идею, чтобы «Англия, Франция, Италия и Германия, работали совместно над возрождением Европы и залечиванием ран, нанесенных войной». Иными словами, он предлагал создать контрреволюционный директорат из четырех держав, который обеспечил бы успех в борьбе против революционного движения. Но в то время подобное предложение не имело шансов на осуществление.

С годами ненависть Черчилля к Советскому государству не проходила. В многочисленных речах он выступал с нападками на большевистскую партию, изображая ее самым опасным врагом Англии и всего человечества. 20 июня 1926г. в публичной речи Черчилль говорил: «Если бы русские большевики только смогли опрокинуть Англию, разрушить ее процветание, бросить ее в состояние анархии, уничтожить Британскую империю как мировую силу, была бы открыта дорога для всеобщей резни, за которой последовало бы установление всемирной тирании во главе с ними…» С точки зрения норм международного права подобные заявления со стороны членов английского правительства в адрес правительства страны, с которой Англия поддерживала дипломатические отношения, были недопустимы. Однако Черчилль не считал нужным руководствоваться общепринятыми нормами в своем поведении. Он негодовал по поводу того, что между Англией и Советским Союзом существовали дипломатические отношения и официальные советские представители находились в Лондоне.55

В 1926г. Черчилль все еще надеялся, что в России будет восстановлено «цивилизованное правительство», под которым он понимал буржуазное правительство. Он все еще был готов вести борьбу за реставрацию капитализма в СССР, а для начала хотел разорвать дипломатические отношения с Советским государством.

27 мая 1927года английское правительство разорвало дипломатические отношения с СССР.

Английские правящие круги пытались поднять капиталистические страны на новый поход против Советского Союза, активно работали над сколачиванием антисоветского блока. И Уинстон Черчилль сыграл в этих делах весьма активную роль. Выступая в июле 1927г. с речью, он заявил: «Мы объявили советских представителей…неподходящими для поддержания отношений между цивилизованными странами». Черчилль ратовал за создание враждебного СССР блока империалистических государств.56

Его шумный антисоциализм причинял политический ущерб и консерваторам, настраивая народные массы против их партии. Антирабочая и враждебная Советскому Союзу политика правительства консерваторов, его безразличие к проблемам безработицы в стране привели к падению авторитета консервативной партии в английском народе.

Новые выборы в парламент состоялись в мае 1929г. Лейбористы получили больше мандатов, чем какая-либо другая партия. Черчилль баллотировался в избирательном округе Эппинг. В соответствии с итогами выборов лидер лейбористов Макдональд сформировал правительство, состоящее из одних лейбористов. Уинстон Черчилль, как консерватор, естественно, потерял свой министерский пост.

Поражение консерваторов на выборах в 1929г. не означало для Черчилля почетный уход с правительственной скамьи. Вместо накоплений он передал своему преемнику долг в 6 миллиардов в пересчете на марки и сам считал себя весьма посредственным руководителем для столь ответственного ведомства. Вопросы экономической, финансовой и социальной политики ни в коей мере не соответствовали его интересам; у него не было ни малейшего желания попробовать себя еще раз на этом поприще. Впрочем, по мнению Детлеф Юнкера и Дитриха Айгнера, перспективы такой возможности были весьма ограничены. Многие современники после этой новой осечки склонны были считать политическую карьеру Черчилля законченной, и никого не удивило, что консерваторы отказались от его услуг.57

Второму лейбористскому правительству пришлось действовать в годы мирового экономического кризиса, начавшегося в 1929г. Началась массовая безработица. Черчилль, свободный от правительственных обязанностей, мог активно действовать лишь в парламенте. Однако экономические проблемы не вызвали у него никакого интереса. Но, был найден политический сюжет для его выступлений в парламенте.

Не прекращавшаяся после первой мировой войны национально- освободительная борьба в Индии заставила английские правящие круги заняться в конце 20-х годов изучением вопроса о предоставлении верхушке индийских помещиков и буржуазии некоторой весьма незначительной доли участия в управлении внутренними делами Индии. Когда обнаружилось, что Болдуин ратует за некоторые уступки имущим классам Индии, Черчилль в январе 1931г. порвал с ним и вышел из так называемого «теневого кабинета». «Теневой кабинет»- руководящая верхушка парламентской фракции партии, находящейся в оппозиции. Порвав с Болдуином, Черчилль «принялся с поразительной энергией объединять все те элементы внутри консервативной партии и вне ее, которые, как и сам Черчилль, стремились избавиться от Болдуина. Для Черчилля это была борьба за руководство консервативной партией, за пост ее лидера и в конечном счете за кресло премьер-министра. Однако, в конце концов Черчилль потерпел поражение, а Болдуин сохранил пост лидера консервативной партии. В 1931г., Болдуин и Макдональд формировали коалиционное правительство. Поскольку Черчилль не пользовался поддержкой со стороны общественного мнения страны, ему пришлось довольствоваться в течение многих лет скромной ролью рядового члена парламента, которых в Англии называют заднескамеечниками.

Бывший министр финансов при существующих обстоятельствах явно не был «человеком дня». Впрочем, на первый взгляд, непонятно, почему Черчилль должен был оставаться в «политической пустыне» в то время, когда его опыт, компетентность, его динамичность и способность принимать решения могли сослужить отличную службу в иной области, ведь - как считают его биографы и он сам- он мог бы повернуть ход большой политики в другую сторону. Здесь выходит на первый план его собственная почти канонизированная легенда об «одиноком проповеднике в пустыне» , который был слишком велик для гномов своего времени, слишком гениален для ограниченных, слишком полон сил для ленивых, слишком решителен для не решительных и слишком большим ясновидцем для слепых, чтобы они пригласили его к управлению, хотя было еще совсем не поздно, и человек такого масштаба мог бы еще повернуть судьбу и уберечь Англию и Европу от катастрофы гитлеровской войны. Его гагиографы (авторы описания жизни святых) были так очарованы портретом «одинокого певца за сценой» и мифом о Кассандре, чьи предсказания и таланты остались неиспользованными, что они без малейших сомнений превозносят его как «борца-одиночку» против фашизма, как титана, бросающегося навстречу грозному року, не встречающего ничего, кроме ударов, обрушивающихся со всех сторон на него. Поздно, слишком поздно пробудилась Англия, чтобы призвать того, кто был прав во всех своих предсказаниях и кому все же удалось – благодаря несгибаемой воле и непоколебимой уверенности в своих силах - в последнюю минуту увести страну от пропасти, а человечество от гибели.















Глава 2.Черчилль в политике Англии накануне и в начальный период второй мировой войны.

1.Черчилль в английской политике накануне второй мировой войны.

Тридцатые годы, как в области внутренней, так и особенно внешней политики это были трудные для Англии годы. 30-е годы явились трудным временем и для Уинстона Черчилля. Особенно тяжелы были первые годы этого «дьявольского десятилетия», когда казалось, что у него нет никаких перспектив возвращения к активной государственной деятельности. В это время он погрузился в журналистскую и литературную работу. Карьера Черчилля, вероятно, и закончилась бы, если бы он не совершил в то время радикального поворота и не занялся проблемой опасности, которая все больше и больше угрожала Англии со стороны Германии, поднявшей после прихода нацистов к власти знамя реванша. Выступления Черчилля по этому вопросу на протяжении ряда лет помогли ему восстановить свою репутацию.58

В середине 30-х годов место Индии в речах заняла Германия. К тому времени для английских государственных деятелей не составляло секрета, что вопреки Версальскому мирному договору Германия проводит тайное перевооружение. Когда же нацисты под знаменем реванша и подготовки новой войны захватили власть в Германии, в Англии многие начали задумываться над тем, чем все это грозит английским интересам в Европе. Все больше и больше размышлял на эту тему и Черчилль.

На заседании в Женеве конференции по разоружению, Советский Союз выступил с конкретной программой всеобщего разоружения, принятие которой могло бы содействовать уменьшению военной угрозы и облегчению налогового бремени, лежавшего на трудящихся. Английское правительство на словах выступало за разоружение, но в то же время сделало все, что от него зависело, чтобы помешать принятию советского предложения. Англия выдвинула свою программу, которая имела целью сохранить собственное вооружение по существу нетронутым и в то же время ослабить вооружение своих партнеров.

В апреле 1933г. Черчилль говорил: «Немцы требуют равенства в вооружении и равенства в организации армий и флотов… Это чрезвычайно опасные требования. Ничто в жизни не вечно. Но если Германия достигнет полного равенства в военном положении со своими соседями в то время, когда ее собственные претензии еще не удовлетворены и когда она находится в том настроении, которое мы могли с прискорбием наблюдать, мы, несомненно, окажемся недалеко от возобновления всеобщей европейской войны». В конце 1933г. Германия покинула конференцию по разоружению и вышла из Лиги наций. Английское правительство понимало, что дело идет к новой большой войне.59

После провала конференции по разоружению Черчилль почувствовал, что его руки развязаны, и стал бороться уже не против возможного разоружения, а за энергичное перевооружение Англии. В отличие от многих английских государственных и военных деятелей, Черчилль верно оценивал значение техники в войнах ХХ столетия. Он многое сделал для конструирования, изготовления и использования танков. Теперь, в 30-х годах, предметом его внимания стала военная авиация. Черчилль исходил из того, что потенциальным военным противником Англии является Германия. Поскольку Англия отделена от Западной Европы внушительной водной преградой- проливом Ла-Манш, то ей следует опасаться, прежде всего, германской военной авиации. Черчилль самым внимательным образом следил за развитием военной авиации в Германии и добивался быстрейшего перевооружения английской авиации.

Речи Черчилля в палате общин по этому вопросу относятся к числу наиболее рациональных и удачных. Они свидетельствуют о хорошей осведомленности Черчилля как в отношении происходящего в Германии, так и о состоянии английских вооружений. Он упорно работал над собиранием информации об англо-германских отношениях и о состоянии вооружений обеих стран. Он завязал тесные отношения с рядом высокопоставленных чиновников военного министерства и министерства иностранных дел. Черчилль был видной политической фигурой, и поэтому с ним поддерживали контакт некоторые политические деятели Франции. Имел он связи и в Берлине.

Речи Черчилля о политике Англии в канун второй мировой войны были опубликованы в сборнике под названием «Пока Англия спала». Сборник произвел громадное впечатление на многих в англосаксонском мире. В 1934г. английское правительство приняло ряд мер по увеличению своих военно-воздушных сил. Обсуждение этих мер в парламенте дало возможность Черчиллю вновь изложить свои аргументы.

Летом 1935г. английское правительство образовало секретный комитет, который должен был ведать исследовательской работой в области противовоздушной обороны. Болдуин предложил Черчиллю войти в комитет. Черчилль согласился, но оговорил, что сохраняет за собой право критики действий правительства, ибо он недоволен приготовлениями Англии в области авиации. Он согласился также на требование Черчилля включить в состав технической подкомиссии профессора Линдемана(знаток военной техники).

Выборы в парламент происходили в октябре 1935г. Консерваторы победили. Во время выборов Черчилль предпринял попытку сблизиться с руководством консервативной партии. Примирение нужно было ему по двум причинам: чтобы при поддержке партии победить на выборах и сохранить за собой на следующий срок парламентский мандат и чтобы при реорганизации правительства после выборов иметь некоторые шансы на получение министерского портфеля. Как и раньше, Черчилль баллотировался в избирательном округе Эппинг. В это время он уже понял маневр Болдуина и сам выступал с требованием проведения политики санкций против фашистской Италии- приходилось учитывать настроения избирателей. Черчилль горячо желал получить правительственный пост. Обстановка, казалось, складывалась таким образом, что возможность его включения в правительство не была уж совсем иллюзорной. Спор из-за политики в отношении Индии, приведший к разрыву с Болдуином и уходу Черчилля из «теневого кабинета», закончился сам собой, ибо к этому времени закон о реформе управления Индией был уже принят. Как только были объявлены итоги выборов, Болдуин заявил, что не имеет ни малейшего намерения включать Черчилля в состав правительства.

Черчиллю по-прежнему приходилось довольствоваться в парламенте ролью «заднескамеечника». Он болезненно переживал это положение и при малейшем изменении внутри правительства пытался найти для себя место в нем. Весной 1936г. кабинет склонялся в пользу создания нового министерства, которое должно было заняться координацией деятельности военных министерств. Зашла речь о том, не следует ли поручить руководство новым министерством Черчиллю. Ему очень хотелось проявить свои способности на этом поприще. Но его время еще не пришло.

По интерпретации Трухановского В.Г. и биографов Черчилля, его не допустили в правительство по двум причинам. Во-первых, оказавшись в правительстве, он неизбежно ввязался бы в борьбу за кресло премьер-министра и мог помешать Невилю Чемберлену занять его; к тому же другие деятели консервативной партии отнюдь не желали иметь своим лидером Уинстона Черчилля. Во-вторых, в середине 30-хгодов Черчилль пришел к определенному мнению о политике, которую Англия должна была вести в отношении Германии. В министерстве иностранных дел Англии в то время один из важных постов занимал Роберт Ванситтарт, умный дипломат, правильнее других оценивавший угрозу интересам Англии со стороны рвавшейся к реваншу Германии. Общение с Ванситтартом, несомненно, помогло Черчиллю выработать в общем верный взгляд по этому вопросу.60

Черчилль исходит из того, что Англия должна опираться в проведении своей европейской политики на Францию и Лигу наций. Он считал необходимым использовать Лигу наций для создания антигерманского фронта в Европе. Знаменательно, что Советский Союз при этом не упоминался, хотя из рассуждений Черчилля о Лиге наций можно сделать вывод, что он не исключал участия в ней Советского Союза и, следовательно, сотрудничества между Англией и СССР в целях сдерживания Германии.

Выступление Черчилля с этой программой представляло собой изложение в существовавших тогда условиях известного английского принципа «баланса сил». Этот принцип означает не что иное, как требование установления и поддержания в Европе английской гегемонии. Принцип «баланса сил» означает, в действительности требование превосходства…требование превосходства сил, означает акт агрессии».

Таким образом, программа Черчилля-это программа империалистической борьбы Англии против своего опаснейшего противника-Германии. Черчилль раньше многих других английских политических деятелей понял угрозу, которую Германия представляла в 30-е годы для Англии. Он отдавал себе отчет в том, что для Англии более важным было не то, что гитлеровская Германия готова была вести борьбу против Советского Союза, но то, что она являлась опаснейшим врагом Англии. Постепенно в уме Черчилля последнее обстоятельство все более и более перевешивает первое. Поняв это, Черчилль показал свое превосходство над другими английскими политиками своего времени.

Черчилль осознал и другое, а именно что политика нацистской Германии враждебна и иным странам, и, следовательно, у Англии имелась объективная возможность объединиться с этими государствами в сопротивлении германскому наступлению. Наконец, не последнюю роль играло и то, что, выступая знаменосцем борьбы против Германии, Черчилль получал возможность восстановить свою политическую репутацию и влияние в Англии. Этот путь вновь мог привести его к власти, и, чем больше нарастала германская угроза, тем более определенно двигался по нему Черчилль.

Хоть Черчилль довольно рано понял значение германской угрозы для Англии, это не означало, что он уже тогда занял безоговорочно враждебную позицию в отношении фюрера германских фашистов Адольфа Гитлера, возглавлявшего движение за реванш и, следовательно, за подготовку новой войны против тех держав, которые нанесли поражение Германии в первой мировой войне, включая и Англию. Черчилль даже питал к Гитлеру определенные симпатии. Превыше всего он ценил и уважал политический успех. Черчилль восхищался тем, что безвестный ефрейтор поднялся до роли главы государства. В Гитлере Черчиллю импонировало и то, что фюрер выступал в качестве злейшего врага Советского Союза и революционного движения. Черчилля разделяли с Гитлером те противоречия, которые лежали в основе борьбы между английским и германским империализмом. Гитлер требовал ликвидации Версальского мирного договора, и Черчилль воспринимал это как требование к Англии отказаться от плодов ее победы в первой мировой войне. Если бы Гитлер ограничился бы только пропагандой священной войны против России, Черчилль, вполне вероятно, не поссорился бы с ним. Но он с симпатией пишет о том, как энергично и настойчиво Гитлер вел борьбу за власть в Германии, обнаружив в этой борьбе «патриотическое рвение и любовь к своей стране».61

Черчилль осуждал все действия английского правительства, которые вели к укреплению позиций Германии против Англии и разжигали реваншистские настроения в Германии. Летом 1935г. было заключено англо-германское военно-морское соглашение, которое давало возможность немцам широко развернуть строительство своего военно-морского флота. Правительство Болдуина, подписывая это соглашение, рассчитывало, что строящийся германский флот явится орудием Германии для войны против СССР на Балтике. Но Черчилль видел в этом соглашении и другую сторону. «Я не думаю, - говорил он 22 июня 1935г., - что это одностороннее действие Англии послужит делу мира. Непосредственным результатом его является то, что тоннаж германского флота с каждым днем приближается к таким размерам, которые обеспечат ему полное господство на Балтийском море, и очень скоро одно из препятствий на пути к европейской войне постепенно начнет исчезать…».62

Лейбористская партия в это время выступала за использование Лиги наций в целях поддержания мира и борьбы против агрессии. Тем самым она отражала настроения основной массы английских трудящихся. Однако лейбористы не поддерживали требования о перевооружении Англии. В английском народе не было уверенности, что перевооружение будет направлено исключительно против агрессивных держав. Вся история Англии эпохи империализма свидетельствовала о том, что вооруженные силы страны используются ее правящими кругами в империалистических, агрессивных целях. Именно опасениями народа на этот счет объясняется, почему шумная кампания Черчилля в пользу быстрого перевооружения не встречала широкого отклика в стране.

28 мая1937г. Болдуин ушел в отставку с поста премьер-министра в связи с преклонным возрастом. Его приемником стал Невиль Чемберлен. Это опять поставило вопрос об использовании Черчилля в составе правительства. Черчилль демонстративно выступил в поддержку кандидатуры Чемберлена. Расхождения между ними по вопросам внешней политики, безусловно, были. Невиль Чемберлен полагал, что Германию нужно подтолкнуть на войну с Советским Союзом и что в результате этой войны Советский Союз будет уничтожен или до крайности ослаблен, а Германия настолько истощит свои силы, что утратит способность бороться против Англии за гегемонию в Европе. Для того чтобы организовать такую войну, Чемберлен готов был идти на очень большие уступки Германии, которые чрезвычайно укрепляли ее в политическом, экономическом и военном отношении.

Вот здесь-то Черчилль и расходился с Чемберленом. Он понимал, что рост агрессивной мощи нацистской Германии опасен не только для СССР, но и для Англии и других государств. Черчилль внимательнее прочел и лучше усвоил книгу Гитлера «майн кампф» - библию германского фашизма. Он понимал, что заявлениям Гитлера об отсутствии у него враждебных замыслов в отношении Англии верить нельзя, что Германия может ударить не только на восток, но и на запад. В соответствии с этим, Черчилль требовал, чтобы английское правительство принимало соответствующие меры страховки. По мере того как Германия усиливалась и, следовательно, возрастала угроза с ее стороны для Англии, Черчилль все чаще и чаще размышлял о том, что в коалицию государств, которые должны были быть противопоставлены Германии, следует включить Советский Союз.

Советское правительство в 30-е годы неоднократно вносило предложения о создании в том или ином виде фронта мира, который должен был остановить развитие германской агрессии в Европе. Но такие предложения неизменно отклонялись английским правительством и другими правительствами империалистических стран. Черчилль: «Я в то время настаивал на том, что только заключение франко-англо-русского союза даст надежду сдержать натиск нацистов». Однако, когда Чемберлен сообщал в парламенте об отрицательной реакции кабинета на то или иное предложение, исходившее из Москвы, Черчилль не выступал с энергичной критикой английского правительства по этому вопросу.63

Когда ухудшение ситуации в Европе было на лицо, Черчилль направлял правительству торжественные предупреждения. Визит в Германию лорда Галифакса в ноябре 1937 года заставил Уинстона предупредить палату общин о глупости выдвижения Британией условий относительно расходов либо на маленькие нации, либо на большие идеалы. Его предчувствия неминуемого бедствия усилились после отставки Идена с поста министра иностранных дел в феврале 1938года. Он предпочел интерпретировать акцию Идена как действия сильной молодой фигуры, направленные против «длинных, мрачных, растянутых потоков дрейфа и капитуляции». Аншлюс Австрии (насильственное присоединение к Германии) в марте 1938года был еще одним указанием на то, что Европа столкнулась с «программой агрессии, хорошо рассчитанной и выверенной во времени». Страны все более и более сталкивались с выбором между подчинением и принятием «эффективных мер», пока оставалось время. Для Черчилля это обозначало выбор между разговорами о «царствовании закона в Европе» и объединением мелких государств континента. Он продолжал оказывать давление на правительство относительно его программы перевооружения, в общем, и вопроса воздушного паритета с Германией в особенности. Британия и Франция должны быть вместе. Он даже лично съездил в Париж для того, чтобы акцентировать это положение в разговоре с определенными французскими политиками. Тем не менее, было неверным полагать, что в эти месяцы Черчилль не занимался ничем, кроме лоббирования и статей. Он все еще был глубоко погружен в свою письменную работу, одновременно и над последним томом «Мальборо», и над первой главой его нового труда на тему «англо-говорящих народов».64

Французская реакция, так же как английская и американская, видела в фашизме единственную силу, способную, по ее мнению, уничтожить или по крайней мере ослабить ненавистное ей Советское государство. Поэтому Франция вслед за Англией и США стремилась добиться направления германской агрессии на Восток, против стран Центральной и Юго-Восточной Европы, против Советского Союза, рассчитывая таким образом удовлетворить и территориальные притязания германского империализма. Кульминационным моментом этой близорукой и антинациональной политики была Мюнхенская конференция 29-30 сентября 1938 г., когда правительства Франции и Англии, а также стоявшие за ними правящие круги США ради осуществления своих антисоветских планов выдали Германии Чехословакию как «аванс» за будущий поход против Советского Союза. Как известно, преступная мюнхенская политика в конечном счете обернулась против ее творцов.

В это же время Черчилль опять начинает говорить о необходимости достижения взаимопонимания с СССР с целью приостановить германскую экспансию. Чемберлен и его единомышленники в правительстве выступали противниками контактов с СССР, их политика состояла в том, чтобы договориться с Германией против СССР, а не с Советским Союзом против нацистской Германии. Поэтому, как замечает Черчилль, в Англии «советские предложения фактически игнорировались. Эти предложения не были использованы для давления на Гитлера, к ним отнеслись с равнодушием, чтобы не сказать с презрением, которое запомнилось Сталину. События шли своим чередом, так, будто бы Советской России вообще не существовало. Впоследствии мы дорого поплатились за это».

И вот в конце сентября 1938г. Невиль Чемберлен и премьер- министр Франции Даладье явились к Гитлеру в Мюнхен, где при участии Муссолини заключили соглашение об отторжении от Чехословакии Судетской области и передачи ее Германии. Тем самым Чехословакия была резко ослаблена, и ее полное поглощение рейхом стало делом нескольких месяцев.

Когда встал вопрос о будущем Чехословакии, Черчилль выставлял напоказ свою веру в то, что Британия, Франция и Россия, действуя в согласии, определенно смогут предотвратить бедствие войны. Он выказывал симпатию судетским немцам - около трех миллионов, которых жили в Чехословакии, когда к концу первой мировой войны границы этой страны были урегулированы, - но полагал, что их лидер, Конрад Хейнлейн, с которым он встретился, должен принять «автономию». Черчилль был против передачи Судет Германии. В последние дни сентября, когда Чемберлен летал то в Германию, то из нее, Черчилль проницательно наблюдал за событиями, тревожась, что премьер- министр привезет «мир с бесчестием». В конце концов, ему казалось, что Мюнхенское соглашение как раз и было таким урегулированием. Он презрительно относился к тем, кто полагал, что умиротворение Европы было достигнуто. В палате общин о судьбе Чехословакии он говорил в меланхоличных выражениях, по мнению К.Роббинса. Страна во всех отношениях страдала от своих связей с западными демократиями. Мюнхенское соглашение было «полным и абсолютным поражением».

Черчилль понимал, насколько не в пользу Англии изменилось соотношение сил в Европе в результате Мюнхена. Он совершенно справедливо расценил Мюнхенское соглашение как поражение Англии и Франции. Далее Черчилль, не смущаясь явным противоречием, убедительно показал, что Мюнхенское соглашение ничего общего с делом обеспечения мира не имело и что оно поставило Англию в зависимое от Германии положение. « Мы без войны потерпели поражение,- сказал Черчилль, - последствия которого будем испытывать очень долго. Мы пережили ужасный этап нашей истории, когда было нарушено равновесие Европы…Для меня невыносимо сознание, что наша страна входит в орбиту нацистской Германии, попадает под ее власть и влияние и что наше существование отныне станет зависеть от ее доброй воли или прихоти». Он закончил свою речь грозным предупреждением: « Не думайте, что это конец. Это только начало расплаты. Это только первый глоток, первое предвкушение той горькой чаши, которую нам будут подносить год за годом».65

Черчилль и его немногочисленные единомышленники осудили Мюнхен, но они не использовали открывшихся в связи с Мюнхенским соглашением возможностей для борьбы против правительства Чемберлена с целью изменения его состава и политики. Черчилль становился все более и более осторожным и старался не раздражать руководство консервативной партии. Он знал, что без согласия людей, руководивших партией, ему не получить министерского портфеля. Парламент 366 голосами против 114 одобрил Мюнхенское соглашение.

А между тем широкие круги общественности в Англии и Франции все больше и больше начинали понимать простую истину, заключавшуюся в том, что спасение для их стран состоит в союзе с СССР. После кратковременных восторгов по поводу того, что Чемберлен привез из Мюнхена «длительный и устойчивый мир», быстро наступило отрезвление. Многим стало совершенно ясно, что Мюнхен лишь приблизил войну с Германией. Английский народ все яснее понимал, что предотвратить новую войну нельзя без союза с СССР. «Поскольку мы сами поставили себя в это ужасное положение в 1939г.,-пишет Черчилль,- было жизненно важно опереться на более широкую надежду». Такой надеждой был Советский Союз, но правительство Чемберлена ее игнорировало.

Если английское правительство не имело серьезных намерений организовать фронт сопротивления агрессии, то у Советского правительства, напротив, такие намерения были. 17 апреля 1939г. правительствам Англии и Франции СССР вручило предложения, предусматривавшие обязательство трех держав оказывать друг другу немедленно всяческую помощь, включая и военную, в случае агрессии в Европе против любого из договаривающихся государств. В палате общин 19 мая, Черчилль говорит: «Этот вопрос о Восточном фронте имеет гигантское значение. Я удивлен тем, что он не вызывает большего беспокойства. Я, конечно, не прошу милости у Советской России. Сейчас не время просить милости у других стран. Однако перед нами предложение - справедливое и, по-моему, более выгодное, чем те условия, которых хочет добиться наше правительство. Это предложение проще, прямее и более действенно. Нельзя допускать, чтобы его отложили в сторону, чтобы оно ни к чему не привело».66

Подытоживая английскую политику периода между двумя мировыми войнами, Черчилль писал: «Самодовольная глупость и беспомощность англичан… сыграли определенную роль в развязывании тех ужасных бедствий, которые обрушились на мир».

2. Политика в начале второй мировой войны.

Вторая мировая война вспыхнула 1 сентября 1939г., когда Германия совершила нападение на Польшу. Объективный ход событий, наконец открыл перед Черчиллем путь к власти.

У Англии и Франции был союзный договор с Польшей, по которому обе страны должны были немедленно оказать ей всякую, включая и военную, помощь. Предполагалось, что помощь и уж во всяком случае, объявление Англией войны Германии последует автоматически. В действительности же правительство Чемберлена вопреки торжественно взятым им обязательствам в последний момент предприняло попытку уклониться от выполнения данных Польше обязательств и договориться с Германией о мирном разрешении польского вопроса.

Английский народ считал, что отступления быть не должно, что с политикой умиротворения, скандальным образом провалившейся, надлежит покончить и что Англия должна выполнить свои обязательства перед Польшей, т.е. прежде всего, объявить войну фашистской Германии. Подавляющее большинство членов палаты общин придерживалось того же мнения. Невиль Чемберлен старался выиграть время, надеясь как-то договориться с немцами и избежать объявления войны. В палате общин 2 сентября раздавались угрожающие речи в адрес правительства. Депутаты требовали, чтобы Англия сдержала данное Польше слово.

На парламентских дебатах позиция Уинстона Черчилля казалась странной. Самый непримиримый критик правительства, на протяжении ряда лет требовавший, чтобы Англия оказала Германии решительное сопротивление, вдруг в этот важный момент молчал. Это объяснялось тем, что в день нападения Германии на Польшу, он получил приглашение от Чемберлена посетить его вечером на Даунинг-стрит,10. Черчилль сразу понял, в чем дело, и потому вел себя 1сентября сдержанно и осторожно. Его предположения оправдались.

Чемберлен предложил ему войти в состав правительства и стать членом военного кабинета. Черчилль сразу же согласился. Затем последовал разговор о составе военного кабинета. «Чемберлен сказал мне, что он обдумал мои предложения, что либералы не войдут в правительство, что он готов в известной мере учесть мои замечания о среднем возрасте и включить в состав военного кабинета трех военных министров, несмотря на их исполнительные функции, и что средний возраст будет около 60 лет. Это, сказал он, позволяет ему предложить мне морское министерство, а также место в военном кабинете. Я был весьма рад этому, так как я, естественно, предпочитал, хотя и не высказывал этого, иметь определенную работу, а не сидеть и корпеть над работой, сделанной другими. Если бы премьер- министр в самом начале предоставил мне выбор между военным кабинетом и морским министерством, я, конечно, предпочел бы последнее. Теперь я имел и то и другое».67

Печать, и в первую очередь газета «Таймс», поддерживала принцип создания военного кабинета в составе не более пяти или шести министров, которые должны быть полностью освобождены от своих обязанностей по министерству. Только таким образом, утверждала печать, можно будет проводить глубоко продуманную и согласованную военную политику, особенно в той части, в какой это касается широких ее аспектов. Короче говоря, «пять человек, которые руководят войной и не занимаются ничем другим»,- вот идеал. Члены военного кабинета не могут нести прямой ответственности за повседневные события. Они могут принимать важные решения, они могут давать общие советы заранее или критиковать впоследствии, но они не идут ни в какое сравнение, например, с морским министерством и т.д., которые зная все вопросы в деталях и опираясь на своих коллег-специалистов, осуществляют на практике все мероприятия. Дружными усилиями они могут решить почти любые вопросы.

Чемберлен объявил в палате общин, что с 11 часов утра 3 сентября 1939г. Англия находится в состоянии войны с Германией.

Черчилль не знал точно, почему начинаются войны, но что они начинаются - знал. Его изучение истории, опыт первой мировой войны и внутренние склонности говорили ему, что нехотя в войнах не сражаются и войны не выигрывают. Казалось более вероятным, что Британскую империю спасут скорее энергичное неблагоразумие в мире и действие, чем какие- либо другие средства.68

Вскоре после того как началась война, германское военно-морское министерство, как это стало нам известно из их захваченных архивов, занялось изучением проблемы вторжения в Англию. В отличие от нас, немцы совершенно не сомневались в том, что единственный путь лежит через узкую часть Ла-Манша. Они никогда и не думали об ином варианте. Если бы мы знали об этом, нам было бы значительно легче. Вторжение через Ла-Манш проводилось бы на самый защищенный участок нашего побережья - (… входивший в систему обороны Лондона). Ни в каком другом районе острова мы не могли бы вступить в действие так быстро и такими крупными частями всех трех видов вооруженных сил.69

Объявление войны Германии было официальным признанием краха политики Невиля Чемберлена. А это означало, что уход Чемберлена с поста премьер- министра, по мере того как война будет развиваться, станет неизбежным. Поэтому Черчилль был озабочен тем, чтобы сделать свою кандидатуру максимально приемлемой для замены Чемберлена на посту премьер- министра. Он снискал в английском общественном мнении большую популярность и приобрел авторитет как сторонник сопротивления агрессивной Германии.

За свою длительную политическую жизнь Черчилль ухитрился испортить отношения со всеми политическими партиями. Теперь ему нужно было упорно работать над созданием базы для сотрудничества с руководством консерваторов. Он это хорошо понимал и не жалел усилий в этом направлении.

Черчилль настойчиво культивировал и афишировал отношения сотрудничества с Чемберленом и консерваторами, зная, как много зависит от них в его дальнейшей политической судьбе. Черчилль до возникновения войны пребывал почти в полном одиночестве. Число его последователей сократилось до двух. Положение в парламенте также было неблагоприятным для него. В 1939г. консерваторы имели подавляющее большинство в парламенте, и Черчилль не мог бы ничего поделать с ними, если бы опирался на поддержку, лишь двух оппозиционных партий и на несколько консервативных бунтарей. Ему нужно было повести за собой всю консервативную партию, не раскалывать ее. Во всяком случае, это он намерен был сделать. Годы горького опыта убедили его в том, что нужна организованная поддержка. Поэтому Черчилль двигался осторожно. Он не интриговал. Он был лояльным коллегой.

В правительстве Чемберлена Черчилль получил пост военно-морского министра и члена кабинета. « Я уведомил морское министерство, что приму дела немедленно и прибуду туда в шесть часов. В связи с этим морское министерство любезно оповестило флот: « Уинстон вернулся». Итак, я снова вернулся в кабинет, который я с болью и горечью покинул почти четверть века тому назад».70

Он, безусловно, был сторонником энергичного, решительного ведения войны против Германии. Период с сентября 1939 по апрель 1940 года - это период «странной войны», когда Англия, официально находясь в состоянии войны с Германией, по существу войну не вела.71

В адмиралтействе Черчилль развернул кипучую деятельность. Военно-морская сфера была самой активной в военном отношении во время «странной войны». На море шла настоящая война. Черчилль работал по 18 часов в сутки, руководя отправкой торговых судов в составе конвоев, охраняемых военно-морским флотом, подготовляя планы блокады Германии с моря, занимаясь постройкой новых военных судов и организуя охоту за немецкими подводными лодками и рейдерами.

На этот раз, более чем когда-либо, Черчилля интересуют многие другие вопросы, не относящиеся к компетенции военно-морского министерства. Будущий премьер-министр, а Черчилль верил, что станет им, должен быть осведомлен об очень многом. Черчилль создал в адмиралтействе специальный статистический отдел и поставил во главе его своего долголетнего ближайшего советника по научным вопросам профессора Линдемана. Отдел Линдемана снабжал Черчилля таблицами и справками, касающимися не столько статистики, сколько хода войны в целом. Таким образом, он получил источник постоянной и надежной информации.

Когда я пришел в морское министерство, у меня уже было определенное представление о стратегическом положении на море. Противнику жизненно важно было сохранить господство на Балтийском море. Поставки из Скандинавии, шведская руда и прежде всего оборона против возможных русских десантов на протяженном и незащищенном северном побережье Германии, от которого Берлин в одном месте находится всего лишь в ста милях, диктовали германскому военно-морскому флоту необходимость сохранить господство на Балтийском море. Поэтому я был уверен, что на этом первом этапе Германия не поступится своим господством на Балтике. Следовательно, хотя немцы могут послать подводные лодки, крейсера или, возможно, даже один «карманный» линкор для нарушения наших линий снабжения, они не рискнут ни одним кораблем, который им необходим для сохранения господства на Балтийском море. Германский флот, восстанавливавшийся в это время, при сложившихся обстоятельствах должен был считать это своей первоочередной и почти единственной задачей. Для поддерживания превосходства на море и для осуществления нашего основного наступательного мероприятия- блокады мы должны были, конечно, сохранить превосходящие силы флота в наших северных водах. Однако нам казалось, что не будет никакой необходимости держать слишком крупные военно-морские силы для наблюдения за вылазками из Балтийского моря или из Гельголандской бухты. Безопасность Англии значительно повысилась бы, если бы при помощи воздушных налетов нам удавалось, хотя бы временно выводить из строя Кильский канал- эту боковую дверь из Балтийского моря.72

Сам Черчилль напыщенно, как пишет в своей монографии Кейт Роббинс, описывал всю свою прошлую жизнь как подготовку к тому, что отныне лежало перед ним. В самом деле, ни один другой премьер- министр в ХХ веке, и лишь несколько - до него, достигли высочайшего положения на земле со столь широким кругом опыта и свойств. Та манера, в которой он будет держать в руках власть как премьер-министр, будет отражать это удивительное разнообразие. Впервые он будет обладать полной силой решения. Он был неустрашим в бомбардировке премьер-министров, от Кемпбелл-Баннермана до Невилла Чемберлена, записками и предложения, которые выходили за рамки его непосредственных служебных обязанностей. Они по – своему слушали или игнорировали его советы. Теперь он вел диалоги лишь с самим собой. Было трудно ожидать, что он не станет засыпать предложениями коллег, но впервые он мог больше не полагаться на кого-либо еще. В прошлом, часто его раздражению в то время, иные люди отделяли ценные мысли от несуразицы в его предложениях. С другой стороны, он принес на новый пост непревзойденное знание поведения других премьер-министров, не исключая того, как они управляли им самим.73

Обстоятельства его прихода к власти, имеют фундаментальную важность. Он вошел в соревнование лишь из-за того, что премьер-министр потерял доверие существенной части своей собственной партии. Формально говоря, это премьер-министр не потерял власти управления. Чемберлен мог продолжать оставаться у власти до тех пор, пока не потерпит поражения в палате общин. Вероятно, он не смог бы продержаться слишком долго, хотя абсолютной уверенности в этом нет. Он скорее предпочел бы уйти, чем продолжать бороться. Из этого следовало, что сам Черчилль мог упасть с вершин власти подобным же образом. Поэтому его положение было не похоже на положение других главных фигур войны: Сталина, Гитлера, Рузвельта. Они могли быть отстранены только по случаю смерти от естественных причин или убийства. Только Черчилля могли отстранить голосованием в парламенте, если возникнет неудовлетворенность его руководством. Президентская власть не была неограниченной, но она была более постоянной. Следовательно, в международном отношении британский премьер-министр был более уязвим, чем его двойники.

В этой компании премьер-министр Британии всегда будет в таком положении, но положение Черчилля даже в этом случае было особенным. Премьер-министры в норме становятся премьер-министрами из-за того, что они являются лидерами партий, либо партий с абсолютным большинством в парламенте, либо с существенной поддержкой других партий, чтобы обеспечить большинство. Черчилль не был лидером партии. Становясь премьер-министром по приглашению Короны, он не становился партийным лидером. Невилл Чемберлен продолжал удерживать это положение до тех пор, пока не умер, в 1940году.

В конце сентября 1940г. здоровье Невиля Чемберлена ухудшилось, он подал в отставку и вскоре скончался. Возник вопрос об избрании нового лидера консервативной партии. К этому времени уже было ясно, что им может быть только Черчилль. «Уинстон Черчилль является нашим секретным оружием, - писала газета «Санди Таймс». – В этот великий час мы поистине счастливы сражаться под несравненным предводительством великого лидера. Сегодня Уинстон Черчилль не только воплощение духа Англии, он наш упорный лидер, к которому полны доверия не только англичане, но и весь мир свободных людей» Так выражала эта газета точку зрения тогдашних руководителей консервативной партии Англии.74

Черчилль стал лидером Консервативной партии после смерти Чемберлена, но это было вынужденным браком. Уинстон хорошо знал, что своим положением на Даунинг-стрит, 10 он не обязан иерархии Консервативной партии или кому-либо из ее органов. Когда они смотрели на его рекорд целиком, многие члены парламента от консерваторов не могли поддержать его без оговорок, и он, в свою очередь, ко многим из них относился с подозрением. В этом отношении роль содействия Чемберлена, в последние месяцы его жизни поддерживавшего Черчилля внутри Консервативной партии, обладала значительной важностью.

Это положение было особенно деликатным, так как одним из способов, которым Черчилль с самого начала пытался укрепить свою собственную позицию, была эксплуатация потери им власти в 30-х и выжимание кредита из того факта, что он не был «виновником». У него не заняло много времени выжить «подпорченных» политиков, как бы высоко или низко ни было их сословие. «Чистка» была разъединенной и по большей части не язвительной, но сторонники Чемберлена знали, что они на пути к периферии войны. Однако каждый понимал, что результат управления первой мировой войной если не вызвал, то ускорил фатальный раскол могучей Либеральной партии.

Возвышение Черчилля было удачным ходом в том парламенте, который был избран в 1935 году. Как и в 1914, война в 1939 году разразилась, когда политики взирали на приближающиеся выборы. С тех пор как главные партии согласились на перемирие во время выборов, в балансе не могло быть существенных изменений. В палату общин, на закрытую или открытую сессию, Черчилль должен был приходить в моменты триумфа, бедствия или рутинной обыденности. В мае 1940г. он сформировал коалицию. Во второй мировой войне она дошла почти до той же самой точки, которая была и в первой. Однако Черчилль формировал свою коалицию не так, как надлежит премьер-министру, неохотно расширяя партийную основу своего правительства. Его коалиция была коалицией с самого начала, и ее состав отражал испытываемую им необходимость не только создать правительство национального единства, путем многопартийного участия, но сделать это таким образом, который гарантировал бы его личную власть. В результате получилась странная смесь из «друзей Черчилля», людей, не зависящих от формальных межпартийных назначений. Естественно, с течением времени, в персональном составе происходили значительные изменения, но Черчилль никогда не позволял ситуации развиваться таким образом, чтобы кто бы то ни был смог занять позицию, опасную для него самого. Тем не менее, многозначительно, что личный рейтинг Черчилля был выше, чем у правительства, кроме самого конца войны. Это несоответствие позже выразилось в мнении, что если Черчилль когда-нибудь и будет заменен, то скорее на того, кто будет обладать сравнимой по величине харизмой. С негативной точки зрения, Черчилль остался у власти только потому, что вокруг не нашлось никого лучше, чтобы его заменить. С позитивной - его рекорд наводил на мысль, что он и останется, рекордом.75

В тот момент политическая обстановка сложилась в его пользу. Народ выступал за ведение активной, решительной борьбы против фашистской Германии, и среди видных лиц, действовавших на английской политической сцене в то время, только Черчилль обнаружил выдающиеся способности руководить такой войной.

Наконец Черчилль получил ту власть, к которой стремился всю жизнь. Впоследствии он вспоминал о чувствах, которые испытал 10 мая 1940 г., когда «был облечен величайшей властью в государстве». «В эти последние, насыщенные событиями дни политического кризиса,- писал он,- мой пульс бился все так же ровно…Когда я около трех часов утра улегся в постель, я испытал чувство большого облегчения. Наконец-то я получил право отдавать приказания по всем вопросам. Я чувствовал себя избранником судьбы, и мне казалось, что вся моя прошлая жизнь была лишь подготовкой к этому часу и к этому испытанию». Черчилль всегда считал, что судьба поставила его выше всех других людей. Став премьер-министром Англии в самый трудный для страны час, он еще больше уверовал в свою исключительность. «Я считал, - пишет он, -что знаю очень много обо всем, и был уверен, что не провалюсь. Поэтому, с нетерпением ожидая утра, я тем не менее спал спокойным глубоким сном и не нуждался в ободряющих сновидениях. Действительность была лучше сновидений».76

А действительность в то время состояла в том, что под мощными ударами германских армий рушился франко- английский фронт в Западной Европе и возникала смертельная опасность для национального и государственного существования английского народа.

13 мая 1940 года Черчилль произнес в палате общин краткую «тронную» речь. «Мне нечего предложить вам,- заявил он,- кроме крови, труда, пота и слез». И продолжал: «Вы спросите: какова наша политика? Я отвечу: продолжать войну на море, на суше и в воздухе, со всей нашей мощью и со всей нашей силой…Такова наша политика. Вы спросите: какова наша цель? Я могу ответить одним словом: победа! Победа любой ценой, победа, несмотря ни на что, победа, каким бы долгим и тяжким ни был путь к ней».77

Консерваторы крайне неохотно отдали власть Черчиллю. Когда в мае 1940г., сформировав свое правительство, он впервые появился в палате общин, консервативная часть палаты демонстративно выразила свои симпатии Чемберлену и подчеркнула свою неприязнь к Черчиллю. Все консервативные депутаты, а они составляли подавляющее большинство в палате общин, встали и бурно приветствовали Чемберлена. Черчилль же был встречен гробовым молчанием консервативных скамей. На протяжении первых недель его приветствовали в основном лейбористы. Все это объяснялось тем, что Черчилль был навязан консерваторам стечением обстоятельств и волей народа. И консерваторы это подчеркивали своим поведением.

В состав нового правительства были включены многие министры, ответственные за проведение в свое время мюнхенской политики. Чемберлен и Галифакс вошли в состав военного кабинета - высшего органа по руководству войной. Противники политики умиротворения были допущены на вторые роли. Засилье мюнхенцев в правительстве Черчилля объяснялось не только тем, что Черчилль зависел от консервативной партии, которую они возглавляли, и от подчинявшегося им консервативного большинства в палате общин, но и тем, что Черчилль и бывшие мюнхенцы стояли на одних и тех же классовых позициях, и поэтому они легко могли сговориться. Уже в период формирования правительства имели место разговоры о том, что в место тех, кто в свое время проводил политику умиротворения агрессоров, в правительство должны быть включены люди, энергично выступавшие против этой политики. Черчилль категорически возразил против подобных требований и взял под защиту бывших мюнхенцев. Сохранение их в правительстве имело свое последствие - в Англии на протяжении длительного периода прогрессивные и патриотические силы вели борьбу за удаление из правительства бывших мюнхенцев. Одновременно бывшие мюнхенцы оказывали сильное влияние на политику правительства Черчилля и осложняли ведение войны против фашистской Германии и ее союзников.

Компартия организовала широкую массовую кампанию под лозунгом «Мюнхенцы должны уйти из правительства!». Это было требование радикально покончить с мюнхенской политикой и энергично вести войну против фашизма. Многие профсоюзные и другие рабочие организации поддерживали требование компартии. Состоявшийся в январе 1941г. Народный конвент также поддержал это требование и выступил с идеей создания народного правительства, которое представляло бы интересы трудящейся Англии. Решения конвента явились твердым предупреждением английским правящим кругам, что народ не потерпит дальнейшего проведения мюнхенской политики.78

Кроме поста премьер-министра Черчилль принял посты лидера палаты общин и министра обороны. В качестве министра обороны он по существу взял на себя верховное руководство военными операциями.

Английским военным туговато приходилось с Черчиллем, поскольку характер он имел решительный, уверенность в собственной мудрости и правоте безграничную и очень не любил сталкиваться с противодействием с чьей бы то ни было стороны. Спорить с ним было очень трудно: он мог заговорить и переговорить любого. Однако, столкновения между стратегом-любителем и профессиональными военными в Англии в период второй мировой войны не перерастали в большие конфликты. Дело в том, что и Черчилль и военные лидеры придерживались в широком смысле примерно одних и тех же взглядов на ведение войны. Иногда он ими был просто не доволен. Английская печать также часто критиковала своих генералов за то, что они из-за неспособности, безынициативности и нерешительности проигрывали сражения. Подстегивание Черчиллем военных лидеров было, несомненно, полезным и вело к активизации их деятельности.

Аналогичным образом, действовал Черчилль и в отношении руководителей гражданских министерств и служб. Под его руководством началась действительная перестройка страны на военный лад. Быстрыми темпами создавалась массовая армия, расширялись авиация и военно-морской флот, энергично развертывалась военная промышленность.

Черчилль любил заниматься внешней политикой и уделял ей большое внимание. С самого начала его пребывания на посту премьер-министра основные проблемы англо-американских отношений решались им самим в личной переписке с президентом Рузвельтом. Черчилль много занимался и отношениями с Советским Союзом. Министерство иностранных дел, возглавлявшееся вначале Галифаксом, а затем близким к Черчиллю Антони Иденом, оказалось отодвинутым на второй план.

Черчилль был человеком решительного характера, большой воли и энергии. К тому же он был хорошим оратором. Эти качества он полностью использовал в деле руководства страной в войне против Германии. В многочисленных речах, составленных с точным учетом обстановки и психологического состояния английского народа, он громил Гитлера и его клику и призывал свой народ к энергичному ведению войны. Эти выступления Черчилля импонировали народным массам, которые, наконец, получили энергичного военного лидера, выражавшего их настроения. Авторитет Черчилля неуклонно повышался.79

Вся полнота власти в Англии во время войны концентрировалась в руках членов узкого военного кабинета. Кабинет опирался на поддержку всех политических партий, представленных в парламенте, и поэтому чувствовал себя прочно. Черчилль по своим личным качествам был выдающимся членом военного кабинета. В сочетании с правами, которыми он пользовался как премьер-министр и министр обороны, это привело к концентрации в его руках огромной, по существу неограниченной власти. Трухановский и другие историки замечают по этому поводу, что в силу сложившейся обстановки Черчилль «превратился в диктатора». Этому способствовали не только обстоятельства, но и безграничная вера Черчилля в свои возможности.

Первые дни пребывания Черчилля у власти были трудными. Немецкие армии, прорвав франко-английский фронт, затопили Северную Францию, двигались на Париж и создали реальную опасность уничтожения английского экспедиционного корпуса. Вероятно, Черчилль с первых же дней немецкого наступления понял, что битва во Франции проиграна. Это означало, что Англия в самом ближайшем будущем останется без своего главного и последнего союзника.

Перед правительством Черчилля сразу же встало несколько задач. Ему нужно было любыми средствами продлить сопротивление Франции, чтобы причинить максимальный урон немецкой военной машине и выиграть время для укрепления обороны Англии - для подготовки армии, авиации и производства вооружения.

Французы настойчиво требовали подкреплений. У англичан сухопутных войск было мало, но они располагали сильной военной авиацией, и французское правительство требовало все новых и новых эскадрилий. Невзирая на опасность, Черчилль несколько раз, в самые критические моменты, прилетал во Францию для встречи с членами французского правительства. На этих встречах французы, как правило, просили самолетов, а Черчилль уклонялся от того, чтобы бросить свои авиационные резервы во Францию, и настаивал, чтобы Франция продолжала борьбу имеющимися у нее средствами.

В письме председателя французского комитета Ш. де Голля премьер-министру Великобритании У.Черчиллю, говорится о просьбе оказать помощь в деле снабжения продовольствием, оружием и снаряжением секретной французской армии. На что Черчилль ответил (в мягкой форме) отказом.80

Вскоре крупные английские и французские силы были отрезаны немцами на севере Франции, и главной заботой правительства Черчилля стала эвакуация своего экспедиционного корпуса. Английские войска, а также часть французских войск были эвакуированы, но им пришлось бросить во Франции все свое вооружение. Таким образом, английская армия потерпела в 1940г. сокрушительное поражение. Перспективы дальнейшей борьбы с Германией для Англии были весьма мрачными.

В этот момент, как никогда, сказались решимость и отвага, которыми обладал Черчилль. Когда 4 июня собрался парламент, премьер-министр произнес пламенную речь, обращенную к английскому народу. «Несмотря на неудачи,- сказал он, - мы не сдадимся и не покоримся. Мы дойдем до конца, мы будем сражаться во Франции, мы будем сражаться на морях и океанах, мы будем сражаться с возрастающей уверенностью и растущей силой в воздухе, мы будем оборонять наш остров, чего бы это ни стоило, мы будем сражаться в пунктах высадки, мы будем сражаться на полях и на улицах, мы будем сражаться на холмах, мы не сдадимся никогда. И если даже - чему я ни на минуту не поверю- наш остров или его значительная часть будут захвачены и люди будут умирать с голоду, наша заморская империя, вооруженная и охраняемая английским флотом, будет продолжать борьбу».81

Во второй половине мая 1940г. Черчилль предпринял безнадежную попытку склонить на свою сторону Муссолини. Он обратился к фашистскому диктатору с личным посланием, напоминая о своем давнем дружественным отношением к нему, и просил воздержаться от вступления в войну на стороне Германии. Это обращение не дало результатов. Фашистская Италия поспешила на помощь победителю. Англия получила нового сильного врага в Южной Европе, на Средиземном море и в Северной Африке.82

В последние дни агонии Франции Черчилль с целью продлить ее сопротивление выступил с сенсационной идеей объединения Англии с Францией в едином государстве, которое должно было иметь одну конституцию, общий парламент, единое правительство и вооруженные силы. Смысл этого предложения сводился к желанию побудить Францию продолжать сражаться против Германии, опираясь на свои колониальные владения, и прежде всего на Северную Африку. Кроме того, реализация идеи Черчилля передала бы в распоряжение Англии французскую колониальную империю и мощный французский военно-морской флот. Во Франции к этому времени в правительстве одержали верх элементы, ориентировавшиеся на сговор с победоносной Германией, а не с Англией, дни которой, как тогда казалось, были сочтены. Предложение Черчилля успеха не имело. 22 июня 1940 года Франция подписала перемирие с Германией. Англия осталась в одиночестве, потеряв всех своих союзников.

Руководители Англии после разгрома Франции считали, что поражение Германии может быть достигнуто совокупным применением следующих средств: экономического давления, действий военно-воздушных сил против промышленных и транспортных объектов Германии, а также против гражданского населения, организации

широкого движения сопротивления на завоеванных Германией территориях. Дальнейший ход войны показал, что этих средств, для завоевания победы недостаточно.

Уинстон Черчилль в это время проявил волю к борьбе, равную воле английского народа. Это в огромной степени увеличило его популярность. По мере того, как народ убеждался, что Черчилль принимает энергичные меры для ведения войны, он превращался в национального военного лидера, и это постепенно меняло его положение в консервативной партии. Консерваторы все лучше понимали, что, лишь используя его растущий авторитет, они могут восстановить влияние своей партии в народе.















































3. Поиск новых союзников.

Черчилль полностью отдавал себе отчет в том, что, оставаясь в одиночестве, Англия обречена на неминуемое и быстрое поражение. Поэтому, занимаясь осуществлением многих решительных мер по мобилизации ресурсов страны на отпор врагу, по расширению военной промышленности и созданию массовых вооруженных сил, по подготовке отпора немецким войскам, в случае если они осуществят вторжение на Британские острова, Черчилль предпринимал лихорадочные меры по приобретению новых союзников. Германия показала себя как страшный и мощный враг, поэтому и союзники нужны были равной или превосходящей мощи. Только два таких государства не участвовали в то время в войне. Это Советский Союз и Соединенные Штаты Америки. В их сторону и обратил Черчилль свои взоры. Он сохранил и расширил личную переписку с президентом Рузвельтом, в которой обсуждались важнейшие вопросы англо-американских отношений и положения в мире.

Черчилль настойчиво убеждал Рузвельта, что для Соединенных Штатов выгодна победа Англии, а победа Германии чревата огромными неприятностями и опасностями. Он стремился путем различных мероприятий подтолкнуть США к вступлению в войну против Германии. И когда он договаривался с Рузвельтом о том, что США передадут Англии в обмен на базы в Карибском море 50 старых эсминцев, для него было важно не столько получить пополнение для английского военно-морского флота, сколько побудить США таким образом сделать шаг на пути к вступлению в войну. Вместе с тем моральная и материальная (в виде различных поставок вооружения) поддержка со стороны США, оказанная Англии во второй половине 1940 и в первой половине 1941г., явилась существенной помощью для нее в это трудное время.83

Соединенные Штаты оказывали эту поддержку, но вступить в войну не торопились. Английские руководители опасались, что трагическая развязка может наступить до того, как Америка окончательно и бесповоротно встанет рядом с Англией. Это обстоятельство придавало особенно важное значение использованию Советского Союза в борьбе с Германией.

Известно, что Советский Союз готов был в 1939г. вместе с Англией и другими странами выступить против фашистской Германии, с тем чтобы помешать ей развязать войну, а если это не удастся, то обеспечить быстрый разгром агрессора. Создание такого антифашистского фронта тогда оказалось сорванным, прежде всего по вине английского правительства, и союзные отношения между Англией и СССР не были установлены.84

Черчилль решил исправить кардинальную ошибку, допущенную Чемберленом, и опереться в войне с Германией на поддержку Советского Союза. Было бы, не правильно полагать, что в это время английское правительство взяло прямой и определенный курс на равноправный союз с СССР в борьбе против фашизма. Проведению такого курса мешали как враждебность реакционных кругов Англии, так и нежелание бывших мюнхенцев бороться против Германии вмести с Советским Союзом. Играло роль и то, что Черчилль на протяжении всей своей политической жизни был врагом дела социализма и, следовательно, социального строя, существовавшего в Советском Союзе. Но нужда заставляла его отодвигать на второй план свои чувства. Поэтому Черчилль летом 1940 г. послал в Советский Союз считавшегося тогда левым лейбористом Стаффорда Криппса, который должен был работать над улучшением англо-советских отношений и попытаться побудить Советский Союз отказаться от нейтралитета во второй мировой войне. Советское правительство внимательно отнеслось к миссии Криппса и настороженно воспринимало попытки английских руководителей заставить СССР разорвать договор о ненападении с Германией.

Черчилль имел от разведки сведения, что Германия концентрирует войска против СССР. Его тревожило, как бы концентрация германских войск на советских границах не оказалась лишь средством военно-политического давления на СССР, и Советский Союз не капитулировал бы перед Германией без войны. А Черчиллю, как воздух, нужна была война между Германией и СССР. Лишь такая война дала бы Англии мощного союзника и, следовательно, надежду не только выжить в борьбе с Германией, но и одержать над ней победу. Участие Советского Союза в войне дало бы Англии возможность продержаться до тех пор, пока наконец Соединенные Штаты не выступят на ее стороне. Таким образом, страшная нужда заставляла Черчилля в 1940-1941гг. желать войны между Германией и СССР, которая отвечала долговременным стратегическим замыслам английских империалистов и в то же время являлась якорем спасения для Англии, которой в противном случае грозил неминуемый разгром во второй мировой войне. Однако, Черчилль делал предупреждения главе Советского правительства Сталину И.В. весной 1941г. о вероятной возможности нападения Германии на СССР.

Препровождая в ночь с 12 на 13 апреля заместителю народного комиссара иностранных дел СССР послание Черчилля на имя Сталина И.В., Стаффорд Криппс писал, что, «если Советское правительство не примет немедленно решения о сотрудничестве со странами, еще сопротивляющимися державам «оси» на Балканах, русские потеряют последний шанс защищать свои границы вместе с другими». Криппс, таким образом, по существу требовал, чтобы СССР немедленно разорвал пакт о ненападении с Германией и напал на нее. Эти требования не могли не создать у Советского правительства дополнительных оснований для размышлений о том, чем вызвана такая предупредительность и «забота» о безопасности Советского Союза со стороны Черчилля. Подталкивая Советский Союз на выступление против Германии, Черчилль одновременно подстрекал и Германию к нападению на СССР.85

Весной 1941года германское правительство решило направить в Англию заместителя Гитлера по руководству фашистской партией Рудольфа Гесса, чтобы заключить с Англией мир и привлечь ее к участию в войне против СССР на стороне Германии. Гесс и те, кто его посылал, рассчитывали, что влияние бывших мюнхенцев в политической и экономической жизни Англии должно быть сильным и что эти элементы добьются тем или иным способом заключения мира с Германией. Однако германские руководители переоценили степень влияния мюнхенцев и недооценили решимость английского народа, не желавшего мира с фашизмом, равно как и основывавшуюся на этом прочность позиции Черчилля.86

Из того, что говорил Гесс, английские деятели поняли, что им по существу предлагается мир на условиях подчинения Англии Германии. Нетрудно было догадаться, что в случае победы Германии над СССР степень такого подчинения невероятно возрастет. Это делало привезенное Гессом предложение неприемлемым для английских правящих кругов. Для Черчилля же оно было вдвойне неприемлемым. Гесс потребовал отстранения Черчилля от власти и создания нового правительства, состоящего из профашистски настроенных деятелей. Черчилль понял всю опасность этих предложений для Англии и для себя лично и выступил за их отклонение.

Предложения Гесса приняты не были. В то же время английское правительство хранило загадочное молчание явно с тем, чтобы руководители Германии не могли понять его истинного отношения к миссии Гесса.

Учитывая факты относящиеся к этому делу, и существовавшую в то время расстановку сил в мире, а также заинтересованность английского правительства в войне между Германией и СССР, приходим к выводу, что молчание английского правительства выглядело весьма красноречиво. Оно должно было подтолкнуть Гитлера к тому, что, если он нападает на Советский Союз, ему не придется вести войну на два фронта. Английский журнал «Лейбор мансли» назвал молчание – «ловушкой», намеком для Гитлера, чтобы подтолкнуть его напасть на СССР.

Гитлер и все военные руководители Германии безоговорочно придерживались принципа не идти на войну, которую пришлось бы вести на два фронта. Учитывая, что Черчилль осуществлял полное руководство английской внешней политикой, а также важность вопроса, следует предположить, что «ярким умом в английской дипломатии», бросившей Гитлеру эту приманку, мог быть ни кто иной, как сам Черчилль.87

В середине июня 1941г. Черчилль предполагал, что до нападения Германии на СССР остались считанные дни, а может быть, и часы. У него не было сомнений в том, что Англия должна опереться на поддержку со стороны Советского Союза, которую ей даст это нападение. Рузвельт согласился с Черчиллем, что Советскому Союзу должна быть оказана помощь в войне с Германией, ибо это требуют жизненные интересы и Англии и Соединенных Штатов.88

В уик-энд накануне 22 июня 1941г. гостями у Черчилля были Иден, Стаффорд Криппс, лорд Бивербрук, лорд Крэнборн и американский посол Уайнант. Он привез Черчиллю сообщение от Рузвельта, что президент поддержит «любое заявление, которое может сделать премьер-министр, приветствуя Россию как союзника».

В воскресенье, 22 июня, в 8 часов утра сообщили Черчиллю о войне между Германией и СССР. В 9 часов вечера Черчилль выступил с речью по радио, где заявил: «Я вижу русских солдат, стоящих на рубежах родной страны, охраняющих землю, которую их отцы населяли со времен незапамятных, я вижу нависшую над ними немецкую военную машину, тупую, вымуштрованную, послушную, жестокую армаду нацистской солдатни, надвигающуюся как стая саранчи. И за ними я вижу ту кучку негодяев, которые планируют и организуют весь этот водопад ужаса, низвергающегося на человечество. У нас, в Великобритании, только одна цель. Мы полны решимости уничтожить Гитлера и малейшие следы нацистского режима…Мы поможем России и русскому народу всем, чем только сможем. Опасность для России - это опасность для нас и для Америки, и борьба каждого русского за свой дом и очаг- это борьба каждого свободного человека в любом уголке земного шара».89

В этот момент Черчилль показал себя крупным государственным деятелем. Он понял, в чем состоят коренные жизненные интересы его страны, что в данных условиях наилучшим образом отвечает этим интересам, и совершил крутой поворот в английской политике и в своей собственной деятельности. Никто другой в Англии не был таким последовательным и упорным врагом Советского Союза, как Уинстон Черчилль, но он решился на этот поворот, потому что другого выхода из того положения, в котором оказалась его страна весной 1941г., не было.

Придя к власти в труднейший для Англии момент, Черчилль обнаружил большую решимость, равную решимости английского народа, и не колеблясь выступил за продолжение войны; не займи Черчилль этой позиции, английские мюнхенцы могли бы попытаться тогда капитулировать перед фашистскими державами и присоединиться к ним в их политике международного разбоя. Придя к власти, правительство Черчилля приняло решительные меры по перестройке экономики и всей жизни страны на военный лад в целях дальнейшего ведения войны против фашистских держав. Черчилль раньше и яснее других английских деятелей понял, что залог спасения Англии - в военном союзе с Советским Союзом и США, и в июне 1941г. пошел на объединение военных усилий с СССР. Правительство Черчилля считало необходимым сохранение союзнических отношений с Советским Союзом для обеспечения победы над фашистской Германией, и это нашло свое выражение в подписанном 26 мая 1942 года англо-советском союзном договоре. Он по-прежнему публично говорил, что остается последовательным врагом существующего в СССР общественного строя. Он сформулировал своеобразную программу своей деятельности в рамках намечавшегося союза с СССР. Тем самым он успокоил реакционные элементы в Англии и США насчет характера его политики в отношении Советского Союза. Разумеется, эта позиция английского премьер-министра не могла не осложнить установление союзных отношений с СССР. Противоречие между готовностью Черчилля вступить в союз с СССР и намерением и впредь занимать враждебную позицию в отношении существующего в Советском Союзе общественного строя дало себя знать в полной мере в антигитлеровской коалиции, в которой руководимое Черчиллем английское правительство сыграло важную роль.

Вступление Советского Союза в войну сулило Англии значительное ослабление германской военной машины на полях России. Но на окончательную победу СССР над Германией английские государственные деятели не рассчитывали и потому выжидали с оказанием ему практической помощи. 12 июля было подписано соглашение о совместных действиях правительства СССР и правительства Англии в войне против Германии, по которому обе стороны обязались оказывать друг другу помощь и поддержку всякого рода в этой войне, а также не вести переговоров и не заключать сепаратного перемирия или мира с Германией. Постепенно англо-советские союзные отношения налаживались.

Вступление Советского Союза в войну радикальным образом изменило мировую обстановку. В августе 1941г. Черчилль встретился с Рузвельтом, чтобы наметить совместную линию поведения в новых условиях. Открылось первое за войну совещание президента США и премьер-министра Англии. На совещании было решено оказать помощь СССР поставками вооружения и стратегического сырья. Однако это решение было принято лишь в принципе, и его реализация зависела от дальнейшего хода борьбы на советско-германском фронте.

Черчилль и Рузвельт сформулировали Атлантическую хартию и заявили в ней, что Англия и США стремятся к справедливому и демократическому миру, который должен последовать за победой над Германией и ее союзниками. Как выяснилось впоследствии, это не было выражением истинных намерений обоих правительств, а лишь пропагандистским обращением к народам с целью получить их поддержку в ведении войны. Оба государственных деятеля обсуждали в общих чертах вопрос о том, каким бы им хотелось видеть мир после войны. Они пришли к единодушному мнению, что по окончании войны все государства должны быть разоружены, а в Англии и США должны сохранить свои вооружения и продиктовать послевоенное мирное урегулирование для «всех народов во всех землях».90

Шла речь о том, что и Советский Союз должен быть разоружен и, следовательно, его судьба будет зависеть от Англии и Соединенных Штатов. Таким образом, намечалась линия борьбы за установление англо-американского господства в послевоенном мире. Руководители Англии и США вырабатывали эти планы, когда СССР уже нес основную тяжесть войны против Германии на своих плечах, а Америка еще не участвовала в войне.

Во время встречи премьер-министра Англии и президента США вскрылись острые политические и экономические противоречия между двумя странами. Черчилль решительно выступил против американских попыток наступления на экономические и колониальные позиции английского империализма. Однако на конференции во многом возобладала точка зрения США, что отражало соотношение сил в англо-американском блоке. В этом плане оба политических деятеля очень ревниво относились друг к другу.

Поскольку Черчилль все еще не верил в способность Советского Союза выстоять в вооруженной борьбе с Германией, для него особенно важно было добиться скорейшего вступления Америки в войну. На Дальнем Востоке усилилась напряженность в американо-японских отношениях. Японская военщина использовала европейскую войну для развертывания агрессии в Азии и на Тихом океане, что было чревато войной между Японией и США. Черчилль понимал, что столкновение интересов обеих держав может привести к вооруженному конфликту между ними. В силу союза, существовавшего между Японией и Германией, этот конфликт автоматически привел бы к объявлению войны между Германией и США. Поэтому Черчилль делал все, что мог, чтобы побудить американское правительство «проявить твердость» в отношениях с Японией.

Япония напала на американский военный флот в Перл-Харборе 7 декабря 1941г., одновременно и на Англию в Малайе. Английский парламент 8 декабря единодушно проголосовал за объявление войны Японии. Война между Японией и США повлекла за собой объявление 11 декабря 1941г. Германией и Италией войны Соединенным Штатам. Черчилль торжествовал: теперь было ясно, что, получив в качестве союзников СССР и США, Англия выживет, что отныне она имеет реальные шансы на победу в войне.







Глава 3. Дипломатия У.Черчилля в период решающих побед над фашизмом.

1.Период коренного перелома.

Традиционная политика английских правящих кругов состояла в том, чтобы вести войну по возможности чужими руками. Получив мощных союзников, правительство Черчилля взяло курс на преимущественное использование английских вооруженных сил в районе Ближнего Востока и Средиземного моря. Там оно вело колониальную войну за свои империалистические интересы. В то же время задача разгрома основных сил Германии, находившихся на Европейском материке, возлагалась целиком на Советский Союз. Черчилль хотел, чтобы Советский Союз истек кровью на войне и к моменту победы настолько ослабел, что не в состоянии был бы играть первостепенную роль в Европе и во всем мире. Эта идея всецело овладела им особенно с того момента, когда после временных неудач в начале войны на востоке Красная Армия превратилась в существенный военный фактор победы союзников. В принципе война должна была в целом вестись на суше. В ответ на открытие фронта на востоке следовало вновь открыть фронт на западе, чтобы помочь русским, которые одни несли всю огромную тяжесть борьбы с вермахтом в ожидании того, что он будет взят в клещи. На настоятельные и взволнованные призывы Сталина…открыть второй фронт на западе Черчилль отвечал систематической обструкцией (отказом). Он хотел оставить русских одних сражаться против немцев. В этом случае и те и другие вышли бы из войны истощенными, каким бы ни был ее исход.91

По замыслу Черчилля Англия должна была воздерживаться от схватки с основными вооруженными силами Германии в Западной Европе и вести борьбу на периферии, ослабляя противника локальными ударами и подрывая его мощь морской блокадой и авиационными бомбардировками промышленных и населенных центров.

Видные представители правящих кругов США и Англии выступали за оказание Советскому Союзу не только экономической, но и военной помощи в войне против Германии. Довод в пользу оказания немедленной и эффективной помощи Советскому Союзу лорд Бивербрук, например, сформулировал в письме к Г.Гопкинсу следующим образом: «Если мы не поможем русским сейчас, они могут потерпеть поражение. Тогда Гитлер, освобожденный наконец от беспокойства относительно Востока, сосредоточит все свои силы против нас на Западе».92

Уже в первые недели войны, Советское правительство вынуждено было поставить вопрос о том, чтобы Лондон выполнил свои союзнические обязательства и оказал ему помощь, обещанную в выступлении Черчилля от 22 июня 1941г. и затем в соглашении от 12 июля. Помощь могла быть оказана, прежде всего, участием английских вооруженных сил в борьбе против Германии на Европейском материке. Все говорило за то , что Англия и США должны открыть на западе второй фронт против Германии, которого так боялись нацистские руководители и который мог бы намного сократить сроки и жертвы войны.

Одновременно с разработкой американо-английского плана вторжения в Северную Африку происходили дипломатические переговоры с Советским правительством по вопросу открытия второго фронта в Европе в 1941г.

Одновременная вооруженная борьба на двух главных фронтах лишала германское верховное командование возможности создать решающее превосходство на каком-либо одном фронте. Исторический опыт показал безнадежность для Германии войны на два фронта. Поэтому предложение Советского правительства исходило из учета исторического опыта.

В ответ на предложение Советского правительства от 18 июля о создании второго фронта в Северной Франции Черчилль сообщил, что «начальники штабов не видят возможности сделать что-либо в таких размерах, чтобы это могло принести Вам хотя бы самую малую пользу».93

Советское правительство неоднократно ставило вопрос об открытии второго фронта в Европе - вначале в 1941г., а затем в 1942г. Черчилль упорно отказывался удовлетворить это справедливое требование. Он сообщал, что «начальники штабов не видят возможности сделать что-либо в таких размерах, чтобы это могло принести вам хотя бы самую малую пользу». Несколько иначе смотрели на проблему второго фронта американские руководители. В силу ряда причин они высказывались за то, чтобы второй фронт был открыт в 1942г. В апреле 1942 г. личный представитель президента США Гарри Гопкинс и начальник штаба армии США генерал Маршалл прибыли в Лондон и обсуждали с Черчиллем и другими английскими лидерами проблему высадки в Западной Европе. Была достигнута договоренность, что в 1942 г. будет осуществлена высадка на материке небольших англо-американских сил, а в 1943г. последует вторжение мощных сил.

Его личный врач лорд Моран впоследствии писал, что Черчилль «использовал все свое искусство, свое красноречие, весь свой огромный опыт, чтобы оттянуть этот несчастный день», т.е. открытие второго фронта. Секретарь военного кабинета говорил Морану: задержка открытия второго фронта «была самым большим достижением Черчилля после того, что он сделал в 1940 году (задержка вторжения во Францию).94

Хотя Черчиллю и не хотелось предпринимать крупную операцию в Западной Европе, он не мог при решении этого вопроса игнорировать желание английского народа, чтобы его страна добросовестно выполняла союзнические обязанности перед СССР. Коммунисты и другие прогрессивные люди Англии выступали с требованием выполнения правительством Англии его обязательства об открытии второго фронта. В городах страны проходили многочисленные демонстрации и митинги под лозунгом скорейшего открытия второго фронта. Английский народ понимал, что невыполнение союзнических обязательств опасно не только для СССР, но и для самой Англии.

В мае 1942 г. нарком иностранных дел СССР В.М.Молотов прибыл в Лондон. Он поставил перед английским правительством вопрос, как оно рассматривает перспективу отвлечения в 1942 г. с советско-германского фронта, по меньшей мере, 40 германских дивизий. Черчилль упорно уклонялся от взятия конкретных обязательств в отношении сроков и масштабов высадки. Поскольку было известно, что советский нарком из Лондона направляется в Вашингтон, Черчилль предложил ему на обратном пути в СССР заехать в Лондон и обещал дать тогда «более конкретный ответ в свете обсуждения этого вопроса в Вашингтоне».

30 мая в ходе переговоров с Рузвельтом и его советниками Молотов поставил вопрос об открытии второго фронта в 1942 г. перед американским правительством. Президент попросил советского представителя уведомить свое правительство в том, «что мы надеемся создать второй фронт в этом году». В ходе дальнейших переговоров с американцами, а позднее и с англичанами был согласован текст коммюнике (соглашение), содержавшего обязательство США и Англии открыть второй фронт в Европе в 1942 г. В письме к Черчиллю Рузвельт объяснил, почему он дал такое обязательство: необходимо было, чтобы советский нарком «вернулся из своей поездки с какими-то реальными результатами и сделал Сталину благоприятный отчет».95

Черчилль, как и Рузвельт тревожно следил за гигантской битвой, развертывавшейся на советско-германском фронте. Он боялся, как бы Советское правительство, убедившись, что оно не может в ближайшее время рассчитывать на получение от Англии и США военной помощи, не предпочло единоборству с Германией выход из войны и заключение с ней мира. Эти опасения у Черчилля усиливались в связи с тем, что в 1941г. и особенно в 1942г. положение на советско-германском фронте для СССР действительно было крайне тяжелым. Поэтому он и решил «помочь» Советскому Союзу фальшивым обещанием оказать в 1942 г. военную помощь. Согласие на открытие второго фронта в 1942 г. было оформлено путем включения в совместное англо-советское коммюнике фразы, гласившей, что во время переговоров «между обеими странами была достигнута полная договоренность в отношении неотложных задач создания второго фронта в Европе в 1942г.». Аналогичная фраза содержалась и в советско-американском коммюнике. Оба коммюнике были опубликованы 11 июня 1942г. после возвращения советского наркома в Москву. Таким образом, Англия и США дали Советскому Союзу четкое и определенное обязательство открыть второй фронт в 1942г. и объявили об этом для всеобщего сведения.

Обязательство Черчилля открыть второй фронт в 1942 г. и его согласие на опубликование этого коммюнике, было заранее рассчитанным обманом Советского правительства. В момент составления англо-советского коммюнике Черчилль вручил советскому наркому памятную записку, которую в дальнейшем использовали для оправдания недобросовестного отношения английского правительства к своим обязанностям о втором фронте. Эта записка не что иное, как «хамбаг»- ложь, прикрытая благовидным предлогом.

Уинстон Черчилль, а затем и многие западные историки впоследствии пытались объяснить нарушение этой договоренности чуть ли не каким-то тактическим маневром в отношении гитлеровской Германии. В своих мемуарах Черчилль пишет, что такое публичное заявление могло бы внушить немцам опасение и «задержать как можно больше их войск на Западе».96

19 июня в Вашингтон прибыл Черчилль со своим штабом для переговоров, которые были направлены на выяснение конкретных форм замены второго фронта в Европе вторжением англо-американских войск во Французскую Северную Африку. Политические и военные руководители США еще в ходе Вашингтонской конференции 1941-1942гг. сделали выбор в пользу плана «Джимнаст» (стягивание кольца вокруг Германии начиналось с Африканского континента, чтобы затем наступать через Средиземное море в Италию и в конечном счете – в Германию. Более длинный путь трудно было придумать.), вместо плана «Следжхаммер» (форсирование через Ла-Манш). Если нет такого плана, говорил Черчилль, в котором предусматриваются меры, обеспечивающие захват постоянного плацдарма на Европейском континенте, то остается лишь один выход – осуществить план «Джимнаст». Этой операцией, убеждал Черчилль, можно «нанести удар по Гитлеру в 1942г.» Вывод Черчилля из всего сказанного состоял в том, что выполнение плана «Джимнаст» окажет-де прямо или косвенно помощь России.

Заявление Черчилля о том, что выполнение плана «Джимнаст» окажет Советскому Союзу хотя бы косвенную помощь, не могло никого ввести в заблуждение. Штаб армии США не скрывал, что даже успешное выполнение этого плана «не заставит немцев перебросить с русского фронта ни одного немецкого солдата, танка или самолета». Это мнение было доведено до сведения Рузвельта и Гопкинса.

В июле 1942 г. Черчилль и Рузвельт без участия Советского правительства пересмотрели свое обязательство об открытии второго фронта. Вместо высадки в Европе они решили предпринять в 1942г. вторжение в Северную Африку. Это было грубейшим нарушением союзнических обязательств перед СССР, и Черчилль очень беспокоился по поводу того, как будет реагировать на такое решение своих союзников Советское правительство. Беспокойство охватило и всех высших английских руководителей.

Черчилль направил Рузвельту следующее послание: «Я сам уверен, что…операция «Джимнаст», несомненно, даст наилучшие шансы для облегчения положения русских на Восточном фронте в 1942г.». Это были фальшивые фразы. Черчилль хорошо понимал, что североафриканская экспедиция не сможет заставить Гитлера ослабить свои силы на советско-германском фронте. События в Северной Африке не решали исхода второй мировой войны.

Больше того, по мнению Маршалла и Эйзенхауэра, решение о проведении операции «Джимнаст» означало, что «союзники допускают возможность поражения России в войне…».

18 июля 1942г., накануне англо-американских переговоров в Лондоне, Советское правительство получило от Черчилля послание, в котором он извещал о решении английского правительства отложить организацию второго фронта с 1942 на 1943год.

Для успокоения советской стороны, Черчилль, без каких бы то ни было оговорок заявил, что вторжение англо-американских войск на континент Европы в 1943г. произойдет в большом масштабе, и назвал следующую цифру: «свыше 1 миллиона человек при соответствующей авиационной поддержке». Но уже тогда стало ясно, что вопрос об организации второго фронта в Европе «начинает принимать несерьезный характер».

В ответном послании Советское правительство было вынуждено самым категоричным образом заявить, что оно «не может примириться с откладыванием организации второго фронта в Европе на 1943г.»97

В августе этого года, Черчилль прибыл в Москву, где пытался убедить Советское правительство, во-первых, в том, что Англия не в состоянии открыть второй фронт в текущем 1942г., и, во-вторых, в том, что Англия и не брала на себя такого обязательства (при этом он ссылался на памятную записку). Этим он хотел показать, что «его совесть чиста, поскольку он не обманул и не ввел в заблуждение» Советское правительство. «Ехать было моей обязанностью,- телеграфировал Черчилль Эттли о своем визите к Сталину. Он был уверен, что «те разочаровывающие новости, которые я привез (касаются второго фронта), не могли быть сообщены никем, кроме меня лично, без того, чтобы не привести к действительно серьезному отходу в сторону. Черчилля не смущало, что в англо-советском коммюнике от 11 июня 1942г. было твердо зафиксировано обязательство Англии на этот счет и, что сам его приезд в Москву для оправданий перед Советским правительством, лишь подтверждал как существование обязательства об открытии второго фронта в 1942г., так и нарушение его Англией, а также и США.

Советские руководители заявили Черчиллю, что, по их убеждению, правительства Англии и США грубо нарушают взятые обязательства, отказываясь открыть второй фронт в 1942 году, и считают, что 1942 год представляет наиболее благоприятные условия для создания второго фронта в Европе, так как почти все силы немецких войск, и притом лучшие силы, отвлечены на восточный фронт, а в Европе оставлено незначительное количество сил, и притом худших сил. Неизвестно, будет ли представлять 1943 год такие же благоприятные условия для создания второго фронта, как 1942 год.

Советское правительство приняло к сведению намерение союзников высадиться в 1942 г. в Северной Африке и заверение Черчилля (оно также оказалось обманом, и впоследствии не было выполнено), что английские и американские войска вторгнутся в Западную Европу мощными силами в 1943г.

Черчилль обещал, что после завершения операций в Северной Африке ударить по «брюху гитлеровской Европы». Иллюстрируя свою мысль, он рисовал крокодила и объяснял с помощью этого рисунка советским руководителям, как англичане намереваются атаковать мягкое брюхо крокодила.98

В проекте меморандума Маршалла в адрес Рузвельта говорилось, что «никакие булавочные уколы не отвлекут их (т.е. немцев) от поставленной цели». Только высадка американо-английских войск на Европейском континенте и в необходимых масштабах могла оказать помощь советским войскам. Но для этого нужна была готовность пойти на решительные действия по захвату стратегического плацдарма и развитию достигнутого успеха. Однако ни готовности, ни желания открыть второй фронт в Западной Европе у правящих кругов США и Англии не было. Поэтому в принципе «президент и премьер-министр пришли к соглашению о посылке армии во Французскую Северную Африку в конце года». Это был сговор о совместных действиях в обход взятых на себя обязательств по открытию второго фронта в Европе в 1942г. Правящие круги США к приезду Черчилля уже имели вполне разработанный план замены открытия второго фронта в Европе в 1942г. развертыванием военных действий в бассейне Средиземного моря.99

Поездка в Москву укрепила мнение Черчилля, что советские армии выстоят, они успешно перемалывают гитлеровские армии и с помощью можно не спешить. Черчилль даже заключил пари с начальником имперского генерального штаба Бруком, утверждая, что немцы не захватят Баку. Каждую неделю на заседании кабинета он «подшучивал над ним», спрашивая, кто же выиграет пари. Черчилль шутил в обстановке, полной трагизма для советского народа.100

Черчилль всерьез опасался, что недобросовестное поведение союзников побудит Советский Союз пойти на заключение сепаратного мира с Германией. Никаких признаков этого он в Москве не заметил и с величайшим удовлетворением сообщил английскому военному кабинету.

Второй фронт был не единственной проблемой, осложнявшей и затруднявшей развитие союзных отношений между СССР и Англией в годы второй мировой войны. Серьезный ущерб этим отношениям наносило стремления Черчилля и его правительства уклониться от признания существовавших в 1941 г. границ Советского Союза и тем самым создать условия для отторжения от СССР ряда территорий при будущем мирном урегулировании. В вопросе о границах Советского Союза такую же позицию, как Черчилль, занимало и американское правительство. Более того, когда Черчилль, опасаясь за судьбу союза с СССР, склонялся к мнению, что, может быть, лучше было бы все же удовлетворить требования СССР, Вашингтон дал категорически отрицательный ответ.

Английские вооруженные силы с переменным успехом вели военные действия в Северной Африке против немецко-итальянских войск. По размаху и значению эти операции не могли идти ни в какое сравнение с операциями на советско-германском фронте. Поэтому Черчиллю очень нужна была эффектная победа английского оружия. Необходимость такой победы вызывалась и внутриполитическими соображениями. Военные неудачи и поражения, которые терпело английское оружие в 1942 г., серьезно ослабили позиции правительства Черчилля и самого премьер-министра.

Когда в конце 1942 г. английские войска перешли в наступление против немцев и итальянцев и одержали над ними победу у Эль-Аламейна, Черчилль принялся раздувать это в общем-то второразрядное военное событие до невероятных размеров. Он назвал его «великой битвой», дал указание звонить в колокола по всей Англии и впоследствии утверждал, что битва за Эль-Аламейн «фактически знаменовала поворот судьбы» и явилась «самым решающим сухопутным сражением с целью защиты интересов союзников».

Американский генерал Ведемейер, как сообщает нам в своей монографии Трухановский В.Г., пишет: «Черчилль страшно преувеличивал значение победы союзников в Африке». Этим он преследовал три цели: во-первых, стремился противопоставить Эль-Аламейн советской победе под Сталинградом; во-вторых, хотел укрепить положение своего правительства на внутриполитическом фронте и, следовательно, свои позиции как премьер-министра; в-третьих, демонстрировал перед всем миром крупный вклад Англии в борьбу против Германии и Италии, чтобы ослабить неблагоприятное впечатление от той политики, которую Англия вела в отношении фашистских агрессоров накануне войны.

Поразмыслив некоторое время над тем, что он увидел и услышал в Москве, английский премьер-министр понял, что Советский Союз выйдет из войны не разбитым и ослабленным, как предполагали Черчилль и его единомышленники, а мощной державой. Подобный оборот дела неизбежно должен был оказать решающее влияние на ход войны на ее завершающем этапе. Мощный Советский Союз, думал Черчилль, обязательно будет вести дело к полному разгрому фашизма, результатом чего может явиться бурное развитие революционного движения в странах Европы и во всем мире. Победа Советского Союза в войне в огромной степени укрепит дело социализма, а тот факт, что именно победоносный Советский Союз освободит от фашизма ряд стран Европы, явится дополнительным стимулом для развития социалистической революции в европейских странах. Черчилль тревожился на этот счет сильнее, чем кто-либо другой.

В октябре 1942г., во время ожесточенных боев на советско-германском фронте, Черчилль думал не о том, как помочь своему союзнику. Плодом его «мысли» и фантазии явился секретный меморандум, разосланный членам кабинета. В этом документе развивалась идея создания коалиции европейских государств, направленной против СССР.

«Мои мысли,- писал Черчилль,- сосредоточены в первую очередь на Европе-на возрождении величия Европы, колыбели современных наций и цивилизации. Было бы страшной катастрофой, если бы русское варварство подавило культуру и независимость древних государств Европы. Как это не трудно сейчас сказать, я думаю, что европейская семья народов может действовать единодушно под руководством Совета Европы. Я надеюсь в будущем на создание Соединенных Штатов Европы».

Нужно было быть Черчиллем, чтобы в дни сражений под Сталинградом назвать варваром советский народ, спасавший европейскую цивилизацию от фашистского варварства, а его победу и освобождение народов от гитлеризма - «страшной катастрофой».

Идея Черчилля не была оригинальной. Нечто подобное выдвигалось еще в годы первой мировой войны графом Куденгове-Каллерги. В своей работе «О лозунге Соединенных Штатов Европы» В.И.Ленин раскрыл сущность этого реакционного плана, скрывавшего идею экономического порабощения слаборазвитых стран более сильными, идею общей борьбы капиталистов против социализма. «Конечно,- писал В.И.Ленин, -возможны временные соглашения между капиталистами и между державами. В этом смысле возможны и Соединенные Штаты Европы, как соглашение европейских капиталистов…о том, как бы сообща давить социализм в Европе, сообща охранять награбленные колонии…».101

Именно такое объединение европейских капиталистов для борьбы с социализмом, с СССР под видом «спасения цивилизации» предлагал создать Черчилль задолго до окончания второй мировой войны.102

Разумеется, в то время и впоследствии в ходе войны Черчилль неоднократно направлял Советскому правительству официальные послания, в которых писал, что он радуется победам советского оружия и восхищается успехами Советского государства. Это была лицемерная дань вежливости.103

Огромный размах сражений на советско-германском фронте убеждал Черчилля, насколько важно для Англии сохранить союз с СССР. Без этого о победе и думать было нечего. После Сталинграда Черчилль и его правительство особенно настойчиво старались переложить на Советский Союз максимум жертв и тягот войны. Одновременно они форсировали выработку участниками антигитлеровской коалиции основ послевоенного мирного урегулирования, стремясь заранее связать Советский Союз в этом отношении.

Правительство Черчилля продолжало нарушать свои обязательства по открытию второго фронта. В Москве в августе 1942 г. Черчилль заверил Советское правительство, что второй фронт будет открыт в 1943 г. Его заверения оказались чистейшим обманом. Узнав об этом, правительство СССР заявило энергичный протест. Неоднократное нарушение Англией и США обязательств о втором фронте, указало оно, ставит вопрос «о сохранении…доверия к союзникам». Советские руководители тщательно анализировали слова и дела Черчилля, стремясь установить его истинные намерения и цели, и приходили к неутешительным выводам.

После битвы на Курской дуге летом 1943 г. был окончательно закреплен перелом в ходе второй мировой войны и Красная Армия начала неудержимый марш на запад, изгоняя захватчиков с собственной территории и неся свободу народам Европы. Такой поворот событий поставил вопрос о втором фронте в иную плоскость. По мере продвижения советских войск на запад политики Лондона и Вашингтона постепенно приходили к мысли, что им надо поторопиться со вторым фронтом, и не столько, чтобы помочь своему советскому союзнику, сколько чтобы ввести свои войска в Западную Европу до того, как она будет освобождена Красной Армией.104

В конце ноября - начале декабря 1943г. в Тегеране в здании советского посольства произошло историческое событие-встреча руководителей трех держав антигитлеровской коалиции. Это было важное дипломатическое событие второй мировой войны, новый этап в международной жизни, в развитии межсоюзнических отношений. Решения этой конференции явились ценным вкладом в международное сотрудничество, в разгром фашистской Германии.

Идея встречи «большой тройки» - глав правительств СССР, США и Англии была выдвинута Черчиллем и Рузвельтом в августе 1943г. во время Квебекской конференции. От встречи «большой тройки», патетически воскликнул Черчилль, будет зависеть не только быстрейшее окончание войны, но и будущее всего мира.105

Условным обозначением этой операции он предлагал древнегреческое слово «Эврика» ( «я нашел»), а вместо слова «Тегеран» использовать шифр «Каир III». Черчилль, очевидно, отождествлял себя со знаменитым греческим ученым Архимедом. Правда, он намеревался совершить в Тегеране не «открытие», а «закрытие» второго фронта.

В тот момент, когда происходила горячая полемика между Рузвельтом, Черчиллем и Сталиным о месте и дате созыва конференции, британский премьер снова вынашивал планы сепаратной встречи с президентом США. «Бывший военный моряк» предлагал президенту организовать встречу руководителей военных штабов США и Англии, а затем присоединиться к их совещанию и после принятия соответствующих решений совместно отправиться на «Эврику».В воскресенье 28 ноября 1943г. в 4 часа дня открылось первое пленарное заседание Тегеранской конференции, продолжавшееся три с половиной часа.

На первом заседании конференции Рузвельт спросил у Черчилля, что прежде чем перейти к работе, не желает ли он сказать несколько общих слов о важности этой встречи. Черчилль: Это – величайшая концентрация мировых сил, которая когда - либо была в истории человечества. В наших руках решение вопроса о сокращении сроков войны, О завоевании победы, о будущей судьбе человечества. Я молюсь за то, чтобы мы были достойны замечательной возможности, данной нам богом,- возможности служить человечеству.106

При полной противоположности политических взглядов представителей двух общественных систем, при самом различном понимании целей войны у них была и общая задача – разгром фашистской Германии и ее союзников. При этом СССР стремился восстановить мир на истерзанной германским фашизмом и японским милитаризмом Земле, а США и Англия надеялись устранить своего опасного конкурента.

Если бы Черчилля по-настоящему беспокоили судьбы человечества, британские и американские армии сделали бы все возможное, чтобы своевременно открыть второй фронт, спасти тем самым миллионы человеческих жизней.

Важнейшими вопросами, обсуждавшимися в Тегеране, были военные проблемы, и в частности дальнейшего ведения войны – вопрос о втором фронте. Открытие второго фронта означало бы сокращение сроков кровопролитной войны, спасение человеческих жизней, помощь Красной Армии, по-прежнему сражавшейся один на один. Для СССР это был и политический вопрос, связанный с освободительным характером войны. Грубое нарушение Англии и США твердых обязательств об открытии второго фронта в 1942-1943гг. нанесло огромный ущерб общей борьбе против фашистской Германии и ее союзников. Поэтому на первом же заседании глав правительств в Тегеране советская делегация настойчиво добивалась от правительств США и Англии точного выполнения принятых обязательств и осуществления крупных военных операций в Северной Франции.

В декларации, опубликованной после окончания Тегеранской конференции, руководители союзных держав твердо заявили: «Мы согласовали наши планы уничтожения германских вооруженных сил. Мы пришли к полному соглашению относительно масштаба и сроков операции, которые будут предприняты с востока, запада и юга. Никакая сила в мире не может помешать нам уничтожить германские армии на суше, их подводные лодки на море и разрушать их военные заводы с воздуха. Наше наступление будет беспощадным и нарастающим».107

Тегеранские решения впервые предопределили и скоординировали основы тройственной коалиционной стратегии. Вскоре фашистская Германия ощутила на себе мощные удары союзников.

К концу 1943 г. внутри антигитлеровской коалиции произошло радикальное изменение в соотношении сил не в пользу Англии. Советский Союз с успехом выполнял роль главной ударной силы в борьбе против гитлеровской Германии и ее сателлитов, и соответственно его роль в определении послевоенных судеб мира возрастала. Соединенные Штаты разворачивали свои вооруженные силы и военную промышленность, в результате чего их влияние в коалиции также увеличивалось. Вследствие этого влияние Англии относительно падало. И по мере того, как война шла к концу, Черчиллю все больше приходилось считаться с мнением других участников коалиции и все меньше удавалось навязывать собственные предложения.

2. Дипломатия У.Черчилля на завершающем этапе войны 1941-1945гг.

Наряду с тенденциями, ведущими к сближению между Англией и США, за которое Черчилль неустанно ратовал, действовали и противоположные - обострялись и углублялись противоречия между английским и американским империализмом. Чем больше изменялось соотношение сил между двумя странами в ущерб Англии, чем сильнее обнаруживалась в политике США тенденция к установлению в послевоенном мире своего господства, тем больше обострялись англо-американские противоречия. США использовали оказание помощи Англии по ленд-лизу для того, чтобы навязать ей условия, неблагоприятные для английской внешней торговли. Соединенные Штаты вмешивались в финансовую политику Англии и пытались регулировать объем ее валютных запасов. Американские правящие круги пытались подчинить своему влиянию номинально независимую Индию, вытеснив оттуда английских колонизаторов. Они использовали военные условия для вытеснения английских товаров и влияния из Латинской Америки. Черчилль был склонен не оказывать настойчивого сопротивления и в этом вопросе.

Обдумывая послевоенное устройство мира, Черчилль развивал, во-первых, идею создания ряда федераций в Европе и в мире вообще и, во-вторых, концепцию тесного англо-американского союза, который должен был по его замыслу обеспечить англо-американскую гегемонию в послевоенном мире. Американцам Черчилль заявил, что план создания региональных объединений в Европе (подразумевалось, но вслух не произносилось, что руководить этими объединениями должна, конечно, Англия) направлен против Советского Союза и революционного движения. Это была правда, но не вся правда. Английское правительство надеялось, что, опираясь на такие объединения, ему будет легче разговаривать со своим более мощным и все более бесцеремонным американским партнером. Об этом Черчилль в беседах с американцами, конечно, не распространялся.

Он полагал, что сохранение на постоянной основе и расширение сложившегося в годы войны англо-американского блока должно снять возражения США против создания региональных союзов в Европе под эгидой Англии. В мае 1943 г., во время одного из своих частых визитов в США, Черчилль пригласил в английское посольство группу видных американских государственных деятелей (Рузвельта среди них не было) и выступил перед ними с идеей «послевоенного сотрудничества Соединенных Штатов и Британского содружества наций в братском сообществе». Черчилль готов был идти по этому пути довольно далеко. Он предлагал, чтобы граждане Англии и США могли, не теряя своего нынешнего гражданства, свободно приезжать, поселяться и торговать на равных началах на территориях друг друга. По его словам, было бы целесообразно ввести общий паспорт и выработать какую-то общую форму гражданства, в соответствии с которой американские и английские граждане пользовались бы правом голоса по истечении определенного срока проживания и могли работать в государственных учреждениях на территориях друг друга, подчиняясь существующим там законам. Черчилль предлагал сохранить и после войны объединенный англо-американский военный штаб, систематически вести переговоры между штабами обеих стран и принять меры для обеспечения общей линии во внешней политике.

По замыслу Черчилля союз с Америкой должен был помочь Англии сохранить на многие годы свое господство над гигантской колониальной империей. Выработав вместе с Рузвельтом Атлантическую хартию, которая провозглашала право народов избирать по собственному желанию форму управления своими делами, Черчилль тут же официально заявил, что Британская империя должна быть исключена из сферы действия Атлантической хартии. Он неоднократно выступал с заявлениями, что не потерпит никаких изменений в управлении Британской колониальной империей.

Усилиями Советского Союза проблема колоний в годы войны была превращена из внутренней, касавшейся исключительно компетенции соответствующих государств-колонизаторов, в международную проблему, рассматривавшуюся всеми участниками антигитлеровской коалиции. На конференции в Сан-Франциско, которая создала Организацию Объединенных Наций и приняла ее Устав, Советский Союз отстаивал признание права на независимость за народами колоний и зависимых стран. Против него объединенными силами выступали английская, американская, французская и ряд других делегаций. Обстановка на конференции сложилась таким образом, что колонизаторам не удалось помешать включению в Устав ООН положений, отвечавших, хотя и недостаточно полно, интересам национально-освободительной борьбы народов.

В области внутренней политики Черчилль не имел во время войны больших забот. Сознавая, что Англия ведет справедливую антифашистскую войну, английские трудящиеся единодушно поддерживали правительство и его меры, направленные на завоевание победы.

Правительство Черчилля осуществило систему мероприятий, которые должны были в какой-то степени сдержать рост цен на продовольствие и предметы первой необходимости. Хотя эти меры не предотвратили снижения уровня реальной заработной платы, однако они все же несколько смягчили внутриполитическую обстановку.

Если правительство Черчилля к концу войны усвоило тактику умолчания относительно послевоенного будущего Англии, то левые силы страны все более настойчиво требовали изменения экономических и социальных условий в стране после победы. Большое недовольство вызывало то, что Черчилль все больше концентрировал власть в своих руках. Премьер-министр по своему усмотрению перетасовывал военный кабинет. Роль кабинета и парламента в управлении страной сокращалась. «К концу 1942 г.,- замечает Хьюз,- Черчилль в действительности стал фактическим диктатором Англии».108

В Англии постепенно нарастало критическое отношение к Черчиллю. В какой-то момент на завершающем этапе войны рост его популярности замедлился, а затем начался и обратный процесс. Последние месяцы войны, бесспорно, прошли под знаком именно такого обратного процесса. Черчилль и другие консервативные лидеры не придавали этому значения и вскоре столкнулись с большими неприятностями во время парламентских выборов 1945 года.

Черчилль в октябре 1944г. заявил, что выборы в парламент произойдут сразу же после победы над Германией. Он не слишком стремился ускорить выборы. Его устроило бы сохранение коалиции с лейбористами и либералами и на послевоенный период.

Черчилль понимал, что победа Советского Союза в войне неизбежно будет стимулировать рост международного революционного движения, содействовать вызреванию революционной ситуации в странах Европы. В этом же направлении действовало и то, что коммунистические партии Европы находились в первых рядах борьбы против фашизма. Было очевидно, что в таких условиях война должна закончиться новым революционным взрывом, который может смести буржуазный строй в ряде государств. Кошмар социалистической революции мучил Черчилля на протяжении всей войны. Страхом перед революцией диктовались многие действия его правительства.

Упорно борясь против стратегической концепции нанесения удара по Германии в Западной Европе, Черчилль так же настойчиво отстаивал свой стратегический план удара по врагу с юга через Балканы. Главным в его стратегии были политические соображения. Черчилль добивался введения английских и американских войск на Балканы с тем, чтобы они затем сделали мощный рывок на север, заняли страны Юго-Восточной и Центральной Европы и преградили Красной Армии путь на запад. Введение англо-американских войск служило бы гарантией того, что в странах этого региона будут восстановлены реакционные порядки, а заодно укрепится влияние Англии. Он оказывал сильный нажим на командовавшего англо-американскими войсками в Европе генерала Эйзенхауэра, добиваясь, чтобы американцы согласились на балканскую стратегию.

Против балканской стратегии Черчилля возражал не только Советский Союз. Американцы прекрасно понимали, что балканская стратегия имеет две стороны - не только антисоветскую, но и антиамериканскую. Крайне неохотно Черчилль был вынужден согласиться на то, чтобы союзники нанесли удар по Германии с запада. Он настолько упорно боролся за свой план, что ему удалось задержать начало «Оверлорда»(кодовое название операции по высадке десанта в Нормандии) до того момента, когда его ценность как решающей операции была утрачена. Советский Союз пунктуально выполнил свое обязательство предпринять весной 1944г. мощное наступление, облегчающее вторжение союзников через Ла-Манш. Наступление немцев кое-как удалось задержать, но угроза разгрома ими второго фронта существовала в самой острой форме. Это заставило Черчилля обратиться 6 января 1945г. к Сталину с просьбой помочь «крупным русским наступлением на фронте Вислы или где-нибудь в другом месте в течение января». В течение первых трех недель наступления советские войска продвинулись на 500 км на главном направлении наступления, вышли на реку Одер и оказались в 70 км от Берлина. Верность СССР своему союзническому долгу еще выше подняла его мировой престиж.

9 октября 1944г. лидеры СССР и Великобритании И.В.Сталин и У.Черчилль заключили «процентное соглашение». Этому предшествовало письмо Черчилля главе советского Народного комиссариата иностранных дел (НКИД) В.М.Молотову от 16 апреля, в котором Черчилль дал понять, что Лондон готов признать советские интересы в Румынии и фактически предложил Москве сделку: советское доминирование в Румынии взамен на признание Греции британской сферой интересов.109

В октябре 1944 г. Черчилль в сопровождении Идена посетил Москву, чтобы решить вопросы, связанные с Польшей и Балканскими странами. Рузвельт не мог принять участия в этой встрече из-за занятости в связи с предстоящими президентскими выборами. Черчилль попытался навязать будущей Польше по существу реакционное правительство, не допустит в него прогрессивных деятелей, и прежде всего коммунистов. Эта позиция противоречила не только интересам польского народа, но и принятым с участием, самого же, Черчилля решениям Крымской конференции в феврале 1945 года.

Участники конференции рассмотрели широкий круг военно-стратегических, политических и экономических проблем и приняли решения по целому ряду вопросов связанных с освобождением Европы от фашизма и завершением войны на Тихом океане. Эта конференция закрепила сложившиеся в ходе войны основы совместной политики главных держав антигитлеровской коалиции и наметила широкую программу демократического устройства послевоенного мира. Она стала примером боевого содружества «большой тройки». Это была «высшая точка сотрудничества трех союзных держав в ведении войны против общего врага».

На Крымской конференции в феврале 1945 г. с участием Черчилля было принято решение, говорившее об общей решимости СССР, Англии и США «сохранить и усилить в предстоящий мирный период то единство целей и действий, которое сделало в современной войне победу возможной и несомненной…Только при продолжающемся и растущем сотрудничестве и взаимопонимании между нашими тремя станами…может быть реализовано высшее стремление человечества- прочный и длительный мир».110
Черчилль подписался под этим решением вынужденно. В то время он на самом деле думал не о взаимопонимании с СССР, а об использовании силы, с тем, чтобы ограничить влияние Советского Союза в мировой политике и заставить его согласиться на экспорт западными державами контрреволюции в страны Европы, освобождаемые Красной Армией.

У.Черчилль уезжал из Ялты внешне довольный. Для этого были все основания-Германия, угрожавшая самому существованию Великобритании, была накануне разгрома. Советский союз взял на себя обязательство вступить в войну против Японии. Но, несмотря на это, на протяжении всей конференции чувствовались постоянная настороженность и трудно скрываемое волнение английского премьера. Он был недоволен постоянным председательством Ф.Рузвельта. Его одолевали мысли о судьбе Британской империи, которая не могла сохраниться в неизменном виде после войны. Еще больше его беспокоили победы Советской армии и ее быстрое продвижение в глубь Европы, которое расстраивало планы У.Черчилля на установление здесь английского господства. Но особенно волновало его то обстоятельство, что в Ялте он, пожалуй, по-настоящему впервые почувствовал себя слабее своих собеседников. У.Черчилль чаще, чем обычно, курил, нервно постукивал по столу. Иногда это возбуждение открыто прорывалось наружу не только в дискуссиях с И.В.Сталиным, но даже в спорах с Ф.Рузвельтом. Лицо английского премьера тогда наливалось кровью и покрывалось испариной, а очки съезжали на кончик носа. Эта нервозность еще больше ощущалась, когда У.Черчилль оставался наедине со своим ближайшим окружением.

Знаменитая «львиная терраса» в Воронцовском дворце в Алупке стала любимым местом отдыха главы английской делегации. Он даже мечтал увезти одну из скульптур, украшавших террасу,- спящего льва. Трудно сказать, что определяло симпатии Черчилля к этому спящему льву: то ли он напоминал ему о приближении собственной старости, то ли он видел в нем символ заката Британской империи. Но во всяком случае на «львиной террасе», где У.Черчилль провел, размышляя, не один час, он начал все больше осознавать, что времена былого величия английского империализма безвозвратно отходят в прошлое. По словам дочери У.Черчилля Сары, она никогда не видела отца таким злым, как это было временами с ним в Ялте. Даже шампанское и коньяк, с которых он обычно начинал свой рабочий день, не всегда помогали изменить его настроение. Мысли его были всецело заняты тем, как оттеснить Советский союз, потеснить демократические силы и обеспечить диктат в отношении СССР и других стран, становившихся на пути демократического развития.111

Его политика и стратегия в марте 1945г. состояла в следующем: во-первых, Советская Россия стала смертельной угрозой для свободного мира; во-вторых, надо немедленно создать новый фронт против ее стремительного продвижения; в-третьих, этот фронт в Европе должен уходить как можно дальше на восток; в-четвертых, главная и подлинная цель англо-американских армий- Берлин; в-пятых, освобождение Чехословакии и вступление американских войск в Прагу, имеет важное значение; в-шестых, Вена и по существу вся Австрия должна управляться западными державами…в-седьмых, необходимо обуздать агрессивные притязания маршала Тито…Наконец,- и это главное- урегулирование между Западом и Востоком по всем основным вопросам, касающимся Европы, должно быть достигнуто до того, как армии демократии уйдут…», так он писал в своих военных мемуарах.112

Теперь для него Россия- это смертельная угроза, и против нее должен быть немедленно создан новый фронт. Разумеется, официальная позиция Черчилля оставалась прежней, от ялтинских решений он тогда еще не отказался, но в действительности, его политика находилась в прямом противоречии с этими решениями.

Вопреки ялтинским решениям Черчилль предпринял попытку добиться от генерала Эйзенхауэра, чтобы союзные войска сделали мощный рывок в сторону Берлина и заняли германскую столицу раньше, чем это сможет сделать Красная Армия. Когда 12 апреля 1945г. Франклин Рузвельт умер и президентом США стал Гарри Трумэн, Черчилль счел, что у него появились дополнительные шансы взорвать антигитлеровскую коалицию на последнем этапе войны.

Идея новой встречи «большой тройки» исходила от У.Черчилля. Он высказал эту мысль в переписке с Г.Трумэном. 18 мая 1945 г. Черчилль сообщил советскому послу в Лондоне Ф.Гусеву, что ведет переписку с Г.Трумэном об организации встречи трех держав и что ввиду большого количества возникших после победы важных вопросов и напряженного положения придает ей «исключительно важное значение». Место проведения новой конференции были избраны, по предложению И.В.Сталина, предместья Берлина. Это не было случайным. Берлин был столицей поверженной гитлеровской Германии и являлся в глазах народов всего мира олицетворением агрессии и мракобесия. Поэтому проведение здесь конференции глав государств-победительниц было глубоко символичным, олицетворяя крах фашизма и победу антигитлеровской коалиции. Конфедерация была прежде всего призвана урегулировать неотложные международные проблемы, возникшие после окончания войны в Европе. Теперь предстояло принять окончательные решения по всему комплексу германских дел. Однако ввиду различного подхода сторон к комплексу германских дел достичь по ним конкретных практических решений, которые отвечали бы целям, провозглашенным антигитлеровской коалицией, оказалось не так просто. Две недели заседала «большая тройка». Она хотя и не дала ответа на все вопросы, но решила основные задачи, которые стояли перед антигитлеровской коалицией.113

Впоследствии Черчилль поведал миру, что «еще до того, как кончилась война, и в то время, когда немцы сдавались сотнями тысяч, а наши улицы были заполнены ликующими толпами, я направил Монтгомери (командующему английскими войсками в Западной Европе) телеграмму, предписывая тщательно собирать и складывать германское оружие, чтобы его легко можно было снова раздать германским солдатам, с которыми нам пришлось бы сотрудничать, если бы советское наступление продолжалось». Западногерманский публицист С.Хаффнер писал на этот счет: «Надежда Гитлера на столкновение Запада с Востоком была не такой уж необоснованной: весной и ранним летом 1945 года действительно существовала опасность, что война между победителями могла вспыхнуть сразу же. По крайней мере, один из ведущих деятелей коалиции - Черчилль был готов и даже стремился к этому». Приведенное выше свидетельство самого Черчилля- это откровенное признание того факта, что на заключительном этапе войны Черчилль готов был вступить в союз с недобитыми нацистами и вместе с ними повернуть оружие против своего союзника- СССР!

Черчилль пытался договориться с американцами о том, чтобы вместе с ними заключить сепаратное - без участия СССР- перемирие с Германией. Американское правительство не пошло на это. В досье, которое американский Комитет начальников штабов подготовил для делегации США на Берлинской конференции, был помещен документ, который гласил, что к концу войны наблюдается «феноменальный рост мощи Советского Союза» и, следовательно, «в случае конфликта между Англией и СССР разница в военных силах, которые они выставят на континенте Европы, будет в нынешних условиях такова, что ее не сможет преодолеть наше вмешательство на стороне Англии. С учетом военных факторов- людских ресурсов, географических условий и особенно нашей способности перебросить силы через океан и развернуть их на континенте - мы сможем успешно защитить Англию, однако мы не сможем нанести поражение России. Другими словами, мы окажемся в войне, которую не сможем выиграть».

4 мая 1945 г. А.Иден, находившийся в Сан-Франциско, получил от Черчилля телеграмму, в которой содержались инструкции договориться с американцами о спешном раскрытии карт в отношении русских. В конце 1958 г. известный английский корреспондент Дж.Билэнкин опубликовал содержание своей беседы со специальным представителем Трумэна Джозефом Дэвисом, который 26 мая 1945г. имел конфиденциальную беседу с Черчиллем. В ходе беседы Черчилль доказывал о необходимости как можно скорее начать войну против Советского Союза, так как, по его мнению, русские почти истекли кровью.114

Одним из важнейших факторов, помешавших Черчиллю повернуть фронт против СССР, были симпатии народов к Советскому Союзу.

Разумеется, свои глубоко враждебные СССР планы Черчилль строил в глубокой тайне. Официально перед Советским правительством он выступал в качестве добросовестного и надежного союзника. Внешне в англо-советских отношениях все как будто бы обстояло хорошо. Создавалось впечатление, что эти отношения становятся все более и более сердечными.

9 мая 1945года - безоговорочная капитуляция гитлеровской Германии.

Смесь идеализма и безжалостности, романтичности и реализма, которая десятилетиями питала понимание Черчиллем политической власти, сохранялась в этих переменах. Какой-то части его скорее нравилось вести себя как властитель и распоряжаться судьбами целых стран на обратной стороне конверта. Часть его с энтузиазмом относилась к традиционной монархии. Часть его готовилась противостоять коммунистам, как в случае с Тито в Югославии, если бы нашлись военные преимущества для того, чтобы это сделать. Часть его с нетерпением ждала будущей всемирной организации и мира без войны, и даже (в одной из бесед) цивилизации, которая будет сообразовываться с предписаниями Нагорной Проповеди. Часть его получала наслаждение от езды вокруг Афин на Рождество в бронированной машине с пистолетом в руке. Часть его напыщенно говорила об англоговорящих народах и полагала, что во внутренней логике британско-американских взаимоотношений было больше, чем неизбежно казалось. Часть его ненавидела то, что американцы сделают с Британской империей. В этом отношении, по окончании войны в Европе, он был особенно озабочен тем, чтобы принять участие в заключительной акции против Японии в качестве показателя намерений Британии заново восстановить Юго-Восточную Азиатскую империю, если даже, в конце концов, Индия будет потеряна. Часть его опасалась, что власть навсегда уплыла из рук островной расы. Он не мог понять, в ноябре 1944 года, «как мы будем содержать экспедиционную армию в 50 или 60 дивизий, тот минимум, который требуется для того, чтобы принять участие в игре континентальной войны.

Черчилль лелеял идею, чтобы американские войска не были отведены до тех пор, пока у Советского Союза под угрозой применения силы не будут вырваны важные уступки. Черчилль считал необходимым провести встречу на высоком уровне и добиться от правительства СССР принятия английских и американских требований относительно Польши и ряда других стран Восточной и Юго-Восточной Европы, имея в виду подавление развивающейся в этих странах революции и сохранение капиталистического строя. Это явилось бы грубейшим нарушением лишь недавно заключенных тремя великими державами соглашений. Но Черчилля это не смущало.

Реализация предложенного Черчиллем плана могла привести к возникновению войны между Англией, США и СССР. Черчилль прекрасно отдавал себе в этом отчет. Более того, он дал указание своим военным советникам изучить возможности и перспективы такой войны. Соотношение сил оставалось прежним, и Черчилль был бессилен реализовать свою угрозу. К мнению американских начальников штабов о невозможности выиграть войну против СССР присоединились английские военные руководители.

В конце мая 1945г. к Черчиллю прибыл личный представитель Трумэна Дэвис для подготовки Потсдамской конференции глав трех правительств. В беседах с ним Черчилль проявил такую враждебность в отношении Советского Союза, что Дэвис, как он докладывал своему шефу, был «поражен резким изменением его отношения к Советам. Оно вселило в меня страх, что мира не будет. Я слышал, что такие настроения существуют в Англии, но не доверял этим сообщениям…Слушая, с какой яростью он говорит об угрозе распространения коммунизма в Европе…я думал о том, не собирается ли он, премьер-министр, теперь заявить перед всем миром, что он и Англия допустили ошибку, не поддержав Гитлера, ибо, насколько я его понял, он теперь проповедует ту доктрину, которую Гитлер и Геббельс проповедовали и повторяли на протяжении последних четырех лет, стараясь нарушить единство между союзниками и «разделять и властвовать». Они делали точно такие же заключения и выводы, какие сейчас делает он».115

С такими настроениями Черчилль направился на конференцию глав трех держав - СССР, Англии и США, которая состоялась 17июля-2августа 1945г. в Потсдаме.

Решения конференции явились компромиссом между различными позициями трех держав. Важное значение имели решения по германскому вопросу. Они предусматривали демократизацию политической жизни, демилитаризацию (разоружение) и денацификацию Германии. Англия и США планировали максимального ослабления Германии ,т.е, лишить ее военно-промышленного потенциала, превратив в основном в аграрную страну. Были и планы расчленения Германии на ряд самостоятельных государств. Однако, по мере того как обнаруживалось, что Советский Союз выйдет из войны окрепшим и победоносным, в английских правительственных сферах начали сомневаться в целесообразности осуществления этих планов в отношении Германии. Английское правительство стало подумывать о том, что после войны лучше иметь достаточно сильную Германию, чтобы ее можно было использовать против Советского Союза.

Черчилль при поддержке Трумэна сделал на Потсдамской конференции все возможное, чтобы ограничить права СССР на справедливое получение им репараций от Германии. Законные требования СССР в этом отношении удовлетворены не были. Ему также не удалось взорвать антигитлеровскую коалицию.

Англия и США должны были считаться с предложениями СССР также и потому, что английский и американские народы требовали сохранения сотрудничества и союза с СССР на послевоенный период. Черчилля и Трумэна побуждало также идти на компромисс с СССР в Потсдаме твердое намерение американского правительства получить поддержку Советского Союза для завершения войны на Дальнем Востоке. Черчилль не был особенно заинтересован в этом, поскольку основную тяжесть войны на дальневосточном театре несли США, но он не мог не считаться с позицией американцев в данном вопросе.

На Потсдамской конференции глав правительств СССР, Англии и США большие споры вызвал вопрос о западных границах Польши. Советский союз выступал за возврат польскому народу его исконных земель, ранее силой захваченных немцами, Черчилль же стремился провести западную границу Польши так, чтобы часть этих земель все же осталась у Германии. Однако английский премьер-министр не смог добиться своего- по настоянию Советского союза Польша получила справедливые границы.

Британский премьер испытал огромную радость, когда во время работы Потсдамской конференции американская делегация получила доклад о том, что успешно произведен экспериментальный взрыв атомной бомбы. Черчилль знал, что исследования в этой области должны были дать Америке - а по его расчетам, и Англии - новое оружие огромной разрушительной силы. Теперь такое оружие было создано.

Первая мысль Черчилля, после того как он прочел переданный ему Трумэном доклад, состояла в том, что атомную бомбу следует использовать против Советского Союза, что теперь Англия и США, запугав СССР новым оружием, смогут добиться его капитуляции. Черчилль говорил, что сейчас Советскому Союзу можно заявить: «Если вы настаиваете на том, чтобы сделать то или это, то ладно же…а затем - куда девались эти русские?» Имелось в виду, что после «ладно же» сбрасываются атомные бомбы на Советский Союз, в результате чего «эти русские» будут стерты с лица земли. Аланбрук замечает, что Черчилль «уже видел себя способным уничтожить все русские промышленные центры, все города».

Радость, которую испытывал Черчилль по поводу победы над Германией, омрачалась тем, что в конце войны и особенно после нее в странах Европы, а затем и Азии поднялась мощная волна социалистической революции, которая разрушила капитализм в ряде государств и привела к возникновению мировой социалистической системы. Капитализм как система потерпел серьезный урон. Это и превращало в глазах Черчилля триумф победы над Германией в трагедию.













































3. Итоги второй мировой войны и послевоенная политика Черчилля.

Весной 1945г. Черчилль глубоко разошелся в своих планах с настроениями английского народа. В 1945г. для всей Европы, не исключая и Англии, в настроениях народных масс был характерен сдвиг влево. Англичане хотели продолжения союза и сотрудничества с СССР и переустройства своей внутренней жизни на демократических основах. Черчилль этого не заметил, не понял, и результатом явился страшный для него удар.

23 мая 1945г. Черчилль подал в отставку, и существование национального правительства, действовавшего в 1940-1945гг. под его руководством, прекратилось. Автоматически перестал функционировать и военный кабинет.

Черчилль образовал так называемое переходное правительство, которое должно было управлять страной до выборов в парламент, назначенных на 5 июля. И здесь он допустил крупную, тактическую ошибку. Переходное правительство было сформировано исключительно из консерваторов самого реакционного толка, в прошлом активнейших поборников Мюнхена, людей, ответственных за пагубный политический курс Англии в период между двумя мировыми войнами. Состав нового правительства представлял собой как бы программу на послевоенный период. Рядовой англичанин сразу же понял, что Черчилль ни о каких реформах не помышляет, что под его властью Англию попытаются возвратить на позиции мрачных 20-х и 30-х годов. Таким образом, уже на этом этапе Черчилль серьезно подорвал свои позиции на будущих выборах. Английские избиратели насторожились и усомнились в том, что он является действительно тем человеком, которому можно доверить управление страной в условиях мира.

Главным политическим противником консерваторов на выборах была лейбористская партия. Отказ лейбористов от участия в коалиционном правительстве под руководством Черчилля и их выступления на выборах против консерваторов привели в негодование Черчилля и других консервативных лидеров. Они утратили чувство реальности и повели избирательную борьбу таким образом, что она намного ослабила их собственные позиции на выборах. В конечном счете, исход выборов решала создавшаяся после войны новая расстановка классовых сил в стране.

Черчилль обрушился с нападками личного характера на лидеров лейбористской партии (обвиняя прежде всего в том, что она является социалистической партией), которые только что были членами его военного кабинета, лояльно сотрудничали с ним на протяжении ряда лет и по существу в 1940г. поставили его у власти, дав согласие на участие в коалиционном правительстве под его руководством. Он заявил, что «лейбористская партия является опасным вызовом свободе и авторитету английского народа», что ее победа на выборах означала бы, в конечном счете, установление таких порядков, какие Гитлер ввел в Германии.

Подобные выступления против лейбористов, против социализма были второй тактической ошибкой Черчилля в избирательной кампании 1945г. Многие консерваторы это сразу же поняли. «Таймс» и некоторые другие газеты пытались смягчить высказывания Черчилля, но напрасно. Он слишком верил в свою популярность и государственную мудрость, чтобы его можно было убедить в ошибочности взятой линии.

Как писалось уже выше, Черчилль не уловил настроений царивших в стране. Он всю свою жизнь был очень далек от народа, и избиратели это чувствовали. В апреле 1945г. Клементина( жена У.Черчилля) говорила лорду Морану, что «Уинстон всегда смотрел на мир как бы в шорах…Он ничего не знает о жизни простых людей. Он никогда не ездил в автобусе и только один раз был в метро».116

Победа в войне для английского избирателя была уже делом прошлого. Англичан интересовало будущее. Они хотели голосовать за человека, который выиграет мир, и не были уверены, что Черчилль является именно таким человеком.

Консервативные организаторы избирательной кампании быстро усвоили, что выступления против СССР неизбежно оттолкнут избирателей. Поэтому Черчилль и его коллеги по партии, атакуя лейбористов как социалистов, в то же время настойчиво пытались убедить избирателей, что именно консерваторы обеспечили союз с СССР во второй мировой войне. Особенно подчеркивалось, что Черчилль якобы является лучшим другом Сталина.

Лейбористское же руководство провело избирательную кампанию 1945г. весьма разумно. Оно выступило с программой важных реформ, которая отвечала настроениям избирателей. Лейбористы обещали национализацию ряда крупных отраслей английской экономики, коренную реорганизацию системы социального страхования, а также широкое развитие жилищного строительства. Они обещали приложить все силы к тому, чтобы боевой союз между Англией, СССР и США, возникший в ходе войны, был сохранен и в послевоенный период. Значительная разница в пользу лейбористов наблюдалась в стиле проведения избирательной кампании обеими партиями. Черчилль путешествовал по стране в специальном поезде, а на митинги прибывал в роскошном открытом автомобиле. Лидер лейбористов Эттли разъезжал из города в город на старенькой машине вместе с женой. Человек спокойный, уравновешенный и без особых претензий, он держал себя в ходе избирательной кампании скромно. Его непритязательные выступления контрастировали с разнузданной и претенциозной манерой Черчилля и производили выгодное для лейбористов впечатление.

У Черчилля не было ни малейшего сомнения в том, каков будет вердикт избирателей. Голосование проходило 5июля. Черчилль распорядился, чтобы в день объявления итогов выборов в его лондонском доме был организован небольшой семейный обед в честь победы консерваторов.

Консерваторы потерпели на выборах сокрушительное поражение. Лейбористы получили 393 места в палате общин, а консерваторы вместе с примыкавшими к ним – лишь 213. Это был тяжкий и совершенно неожиданный для Черчилля удар. В час его высшего торжества, когда он выступал в ореоле славы вождя английского народа, который он привел к победе, когда казалось, что авторитет его достиг апогея, избиратели отвергли Черчилля и его партию.

Кейт Роббинс, в своей монографии, ставит вопрос : внес ли Черчилль личный вклад в увеличение размеров поражения, или без него оно могло стать только еще больше? И в то время, и впоследствии мнения разошлись. «Манчестер Гардиан» не одинока в критике Черчилля за то, что он превратил выборы в «персональный плебисцит». Даже если предположить, что он это и сделал, до сих пор не так-то легко оценить эффект этого. Возможно, часть избирателей опасалась, что у победившего Черчилля окажется слишком много власти. Возможно, бессознательно он перенесет в мирное время тот способ применения власти, который нация могла исключительно терпеть, и только во время войны. Необходимо было сократить эту власть и единственным способом для этого было - голосовать против него. Иначе говоря, именно его успех принимался в расчет против него. Некоторые консерваторы могли предполагать такое, не преодолев своей предвоенной подозрительности к рекорду Черчилля. С другой стороны, доказуемо, что в 1945 году Черчилль был более популярен, чем Консервативная партия, и что, следовательно, он лично переманил многих избирателей из числа тех, кто не хотел голосовать за Консервативную партию по каким-либо другим основаниям. В противовес этому, широко внушалось, что Черчилль недооценивал настроение в стране в связи с внутренними вопросами. Его заявление, что «никакая социалистическая система не может быть установлена без политической полиции», иначе говоря, без «гестапо» (хотя смягченно указал на первое), лейбористы осудили как паникерство. Его понимание этой проблемы считалось в лучшем случае неблагоразумием и служило лишним свидетельством врожденной предрасположенности к преувеличению.117

Черчилль никогда не понял и никогда не простил английскому народу то, что произошло с ним на выборах 1945г. Он был убежден, что английский народ совершил величайшее безрассудство, отстранив от власти его и партию консерваторов. Упреки по этому поводу в адрес английского народа рассыпаны в изобилии по шести томам военных мемуаров Черчилля, где приведены слова Плутарха: «Неблагодарность по отношению к своим великим людям есть характерная черта сильных народов». Особенно остро Черчилль переживал то, что солдаты в основной своей массе проголосовали против консерваторов, тогда как он считал, что зарекомендовал себя в годы войны, прежде всего как великий военный лидер.118

Вместо возвращения в Потсдам Черчиллю пришлось направиться во дворец и вручить королю отставку своего правительства. Король предложил ему орден Подвязки, но экс-премьер счел момент не подходящим для принятия наград. Формирование нового кабинета было поручено лидеру лейбористов Клементу Эттли.

Послание к стране от премьер-министра, 26 июля 1945 года. «Решение английского народа выражено в голосах, подсчитанных сегодня. Поэтому я сложил с себя бремя, возложенное на меня в более мрачный период. Я сожалею, что мне не дали возможности закончить работу против Японии. Однако в этом отношении все планы и вся подготовка уже завершены, и результаты могут быть получены значительно быстрее, чем мы досих пор могли ожидать. На новое правительство ложится колоссальная ответственность за границей и внутри страны, и все мы должны надеяться, что оно с успехом будет нести ее. Мне остается только выразить английскому народу от имени которого я действовал в эти опасные годы, свою глубокую благодарность за непоколебимую, неизменную поддержку, которую он оказывал мне при выполнении моей задачи, и за многочисленные проявления его благосклонности к своему слуге».119

Эттли, став премьер-министром, предложил Черчиллю вернуться с ним на Потсдамскую конференцию на тех же правах, на каких он сам вначале ездил в Берлин. Черчилль отказался. Он не мог вернуться в качестве рядового члена делегации туда, где выступал облеченный полномочиями главного представителя Англии как один из трех руководителей коалиции, обеспечившей победу над Германией.

Предстояло решить вопрос, как быть и что делать дальше. Многим из близких Черчиллю людей казалось, что ему следует уйти от активной политической деятельности и оставшиеся годы жизни наслаждаться славой, которую он приобрел в годы войны, не довольствуясь сравнительно скромной ролью лидера оппозиции в палате общин. Многие друзья советовали ему оставить парламент и посвятить себя созданию истории второй мировой войны.

Не таков, однако, был Черчилль, чтобы прислушаться к этим советам, признать свое окончательное поражение и навсегда уйти от активной политической деятельности. Ведь откажись он от поста лидера оппозиции и лидера партии, ему уже больше не бывать премьер-министром. Поэтому Черчилль заявил, что намерен заниматься всеми вопросами, с которыми придется столкнуться в послевоенный период в парламенте, и продолжать руководить консервативной партией. Черчиллю к этому времени уже исполнилось 71год, но чувствовал он себя хорошо и был уверен, что вновь вернется на Даунинг-стрит,10.

Черчилль поставил своей главной задачей в парламенте как можно сильнее дискредитировать лейбористское правительство и тем самым приблизить возвращение к власти консерваторов. Это была, в общем, трудная задача. Правительство Эттли активно действовало в основном в области экономической политики и социальных проблем. В этой сфере лейбористские министры были сильнее Черчилля.

Распад колониальной системы, огромные военные расходы, прежде всего по содержанию войск за границей, усиление паразитизма и загнивания английского капитализма в связи с высокой степенью милитаризации экономики и большим ростом государственно-монополистической бюрократической надстройки – все эти факторы обусловили падение роли Англии внутри капиталистического мира после второй мировой войны. Не способствовала повышению международного престижа страны и политика ее правительства в первые послевоенные годы.

В нарушение англо-советского договора 1942г. Лейбористское правительство сразу же после войны фактически ликвидировало союзные отношения с СССР и вместе с США начало «холодную войну» против Советского Союза и других социалистических стран. Правящие круги Англии сохранили созданный в годы войны англо-американский блок и в союзе с США саботировали дело разоружения. Втянув Англию в НАТО, лейбористы возложили на английский народ тяжкое бремя вооружений.

Вступление Англии в НАТО и заключение Парижских соглашений (то есть установление союзнических отношений между Великобританией и ФРГ) стало основанием для постановки Советским Союзом вопроса об аннулировании договора от 26 мая 1942года. Об этом советское правительство предупредило Великобританию (где в этот период у власти находилась партия консерваторов, сменившая лейбористов) нотой от 20 декабря 1954года. Английское правительство в двух ответных нотах утверждало, что указанные действия не противоречат условиям англо-советского договора 1942года. Советская сторона придерживалась иной точки зрения, расценивая ратификацию Парижских соглашений как прикрытие антисоветской деятельности правящих кругов Англии; в силу этих соображений Президиум Верховного Совета СССР 7 мая 1955г. аннулировал англо-советский Договор о союзе 1942года.120

На протяжении шести лет правления лейбористов английский народ все больше и больше убеждался, что все их разговоры о социализме, о «государстве всеобщего благоденствия» были фальшью, что их внутренняя политика проводилась в интересах монополистического капитала.

Такова была общая обстановка в Англии, когда Черчилль возглавлял в парламенте консервативную оппозицию его величества. Он не слишком интересовался парламентскими делами в послевоенные годы, не часто появлялся в палате общин, довольно редко и в общем неудачно выступал.

Обвинения, которые бросал Черчилль в адрес лейбористского правительства, шли по двум линиям. Он утверждал, что все проводимые лейбористами мероприятия вызваны не необходимостью, а их приверженностью к определенным социалистическим доктринам. Одновременно он предрекал неминуемый крах английской экономики, который последует как непосредственный результат действий лейбористского правительства.

Часто речи Черчилля звучали не так, как хотелось его коллегам-консерваторам. Он их произносил, не спрашивая ничьего совета и не консультируясь со своим «теневым кабинетом». Не соответствующие духу времени, не учитывающие соотношения сил в парламенте и, что особенно важно, настроений рядового англичанина, эти выступления все больше и больше вызывали раздражения среди видных деятелей консервативной партии. Он не уделял достаточного внимания своим обязанностям лидера оппозиции, не старался как-то сплотить консерваторов в палате общин в монолитную группу, действующую согласованно под единым руководством. По свидетельству Морана, «он раздражался, когда слышал, что консерваторы должны вырабатывать определенную политику. Обязанность лидера оппозиции, говорил он, состоит в том, чтобы нападать на правительство; только в этом и ни в чем другом». Моран замечает на этот счет: «Уинстон стареет. Его дело уже сделано, он живет в прошлом».121

В это время в печати консервативного направления появляются статьи, озаглавленные весьма многозначительно: «Не является ли Черчилль обузой для консерваторов?». Трухановский В.Г. в своей монографии «Уинстон Черчилль» утверждает, что его упрямство, неспособность применяться к новой обстановке объективно причиняли вред консерваторам. И в то же время консервативная партия не могла обойтись без Черчилля. У консерваторов не было других крупных лидеров, которые пользовались бы большой популярностью в стране и, возглавив партию, могли бы привлечь к ней внимание избирателей. Военная слава Черчилля была такой картой, на которую консерваторы ставили в борьбе за симпатии рядового англичанина.122

Черчилль не импонировал консерваторам, но служил выгодной приманкой в их руках, которой они широко пользовались. Борясь за свержение лейбористского правительства и за возврат к власти консерваторов, Черчилль пытался навязать английскому народу группу обанкротившихся реакционных политиков, дискредитировавших себя и консервативную партию еще в 30-е годы. А именно эта группа управляла партией и сохраняла Черчилля на посту ее лидера.

В 1945-1951гг. Черчилль пишет многочисленные статьи, совершает поездки за границу, произносит речи, присутствует в качестве почетного гостя на многих митингах и собраниях. Такая активная деятельность свидетельствовала, что у него все еще были значительные запасы сил и энергии. Но этим не исчерпывались занятия Черчилля. Он вновь много времени уделяет живописи, увлекся скачками, сельским хозяйством.

Главным среди всех его занятий было написание шеститомной истории второй мировой войны. К созданию этого труда Черчилль готовился, еще будучи премьер-министром. Опыт с книгой «Мировой кризис» был учтен им полностью. Став членом правительства Чемберлена, а затем премьер-министром, Черчилль собирал копии всех наиболее важных документов, которые попадали ему в руки. Он любил излагать свои мысли письменно и готовил по многим вопросам бесконечные памятные записки, меморандумы, распоряжения. Свою переписку с Рузвельтом и Сталиным Черчилль вел не в виде официальных документов, исходящих от правительств, а путем так называемых частных писем, копии которых также тщательно собирались. Все эти и многие другие дополнительные материалы были сконцентрированы в Чартвелле и явились основой задуманного труда.

Для Черчилля история всегда была повестью о подвигах добрых и злых героев, действующих на фоне безликой, инертной человеческой массы. И историю второй мировой войны он писал под этим углом зрения. Разумеется, в центре событий фигура самого Черчилля. Все хорошее и разумное, что было сделано в годы войны, сделано прежде всего благодаря ему. Все плохое объясняется или злым гением Гитлера и ему подобных, или же некомпетентностью и глупостью государственных деятелей Англии, Франции, США и других стран. Черчилль получил Нобелевскую премию за свои литературные произведения, и прежде всего за историю второй мировой войны.

Зимой 1945/46 г. Черчилль провел несколько месяцев в Соединенных Штатах. Здесь он встречался с президентом Трумэном, руководителями государственного департамента и другими деятелями. Во время этих встреч возникла идея выступления Черчилля по проблемам мировой политики и была определена его общая линия. 10 февраля основные положения были согласованы с президентом Трумэном. Когда речь была готова, они отправились в г. Фултон, в штате Миссури, где и произнес в Вестминстерском колледже 5 марта 1946 г. Черчилль свою «знаменитую» речь, положившую начало «холодной войне».123

Черчилль в своем выступлении не только высказал личные взгляды, но и провозгласил антисоветскую программу правящих кругов обеих стран – Англии и Соединенных Штатов Америки. Присутствие Трумэна в Фултоне подчеркнуло значение, которое в Америке придавали этому выступлению. К тому же США должны были в силу своего положения в капиталистическом мире сыграть ведущую роль в реализации предложенного Черчиллем плана.

Заявив, что миру угрожает прямая и непосредственная опасность новой мировой войны и тирании и что причиной этой угрозы является Советский Союз и международное коммунистическое движение, оратор предложил создать «братскую ассоциацию народов, говорящих на английском языке. Это означает особые отношения между Британским содружеством наций и империей, с одной стороны, и Соединенными Штатами-с другой.124

Можно поставить вопрос: против кого должен был быть направлен англо-американский союз? Черчилль совершенно четко и определенно объяснил – против Советского Союза и развивающейся социалистической революции. Он употребил в своей речи ставший в последствии очень популярным у антисоветских пропагандистов термин «железный занавес», который, по его словам, опустился на континент Европы и разделил ее по линии от Штеттина на Балтике и до Триеста на Адриатике.

Черчилль предложил применить силу против СССР, и притом срочно, пока США имеют атомную бомбу, а Советский Союз еще не изготовил это оружие. Его уже не удовлетворял традиционный английский принцип баланса сил, когда Англия, используя одну страну против другой, проводила свою политику на Европейском континенте. «Наша страна доктрина равновесия сил является не состоятельной,- говорил Черчилль.- Мы не можем позволить себе полагаться на незначительный перевес в силах» Теперь он сформулировал новую политику империалистов, ставшую впоследствии известной как политика «с позиции силы». «Судя по моим встречам с русскими,- сказал Черчилль,- я уверен, что они больше всего восхищаются силой». Он предложил немедленно, в 1946 г., «достигнуть полного взаимопонимания с Россией по всем вопросам». Это означало, что если Советский Союз не капитулирует перед угрозой применения силы, то против него необходимо будет развязать превентивную (предупреждающую) войну.125

«Взаимопонимание с Россией» должно было «поддерживаться всей силой стран, говорящих на английском языке, и всеми их связями». Таким образом, высказывалась идея установления англо-американского мирового господства. Эта идея не была новой. Как известно, Черчилль лелеял ее на протяжении всей второй мировой войны.

Смысл речи Черчилля в Фултоне сводился к следующему: Советский Союз является главной угрозой безопасности и свободе всех остальных народов, поэтому человечество должно объединиться под англо-американским руководством и силой ликвидировать эту угрозу. Таким образом, Черчилль пытался поднять весь мир против советского народа. Все это говорилось, когда и года не прошло после того, как советский народ ценой гигантских жертв и страданий обеспечил разгром фашизма и принес свободу порабощенным народам. Это говорилось после того, как благодаря огромным жертвам, принесенным народами СССР на алтарь победы, Англия спаслась от угрожающего ей неминуемого разгрома. Это говорилось в дни, когда, как предполагали англо-американские военные специалисты, Англия и США вели бы еще войну на Дальнем Востоке против Японии, если бы Советский Союз не вступил в эту войну на стороне союзников и тем самым не обеспечил ее быстрое, так сказать, досрочное окончание.

Из интервью И.В.Сталина корреспонденту «Правды» о речи Черчилля в Фултоне. 13 марта 1946г.: На днях один из корреспондентов «Правды» обратился к тов. Сталину с просьбой разъяснить ряд вопросов, связанных с речью г. Черчилля. Тов. Сталин дал соответствующие разъяснения, которые приводятся ниже в виде ответов на вопросы корреспондента.

Вопрос. Как Вы расцениваете последнюю речь г. Черчилля, произнесенную им в Соединенных Штатах Америки.

Ответ. Я расцениваю ее как опасный акт, рассчитанный на то, чтобы посеять семена раздора между союзными государствами и затруднить их союзничество.

Вопрос. Можно ли считать, что речь г. Черчилля причиняет ущерб делу мира и безопасности.

Ответ. Безусловно, да. По сути дела г. Черчилль стоит теперь на позиции поджигателей войны. И г. Черчилль здесь не одинок, - у него имеются друзья не только в Англии, но и в Соединенных Штатах Америки.

Следует отметить, что г. Черчилль и его друзья поразительно напоминают в этом отношении Гитлера и его друзей. Гитлер начал дело развязывания войны с того, что провозгласил расовую теорию, объявив, что только люди, говорящие на немецком языке, представляют полноценную нацию. Г-н Черчилль начинает дело развязывания войны тоже с расовой теории, утверждая, что только нации, говорящие на английском языке, являются полноценными нациями, призванными вершить судьбы всего мира. Немецкая расовая теория привела Гитлера и его друзей к тому выводу, что немцы, как единственно полноценная нация, должны господствовать над другими нациями. Английская расовая теория приводит г. Черчилля и его друзей к тому выводу, что нации, говорящие на английском языке, как единственно полноценные, должны господствовать над остальными нациями мира.

По сути дела г. Черчилль и его друзья в Англии и США предъявляют нациям, не говорящим на английском языке, нечто вроде ультиматума: признайте наше господство добровольно, и тогда все будет в порядке, - в противном случае неизбежна война.

Но нации проливали кровь в течение пяти лет жестокой войны ради свободы и независимости своих стран, а не ради того, чтобы заменить господство гитлеров господством черчиллей. Вполне вероятно поэтому, что нации, не говорящие на английском языке и составляющие вместе с тем громадное большинство населения мира, не согласятся пойти в новое рабство.

Трагедия г. Черчилля состоит в том, что он, как закоренелый тори, не понимает этой простой и очевидной истины.

Несомненно, что установка г. Черчилля есть установка на войну, призыв к войне с СССР. Ясно также и то, что такая установка г. Черчилля несовместима с существующим союзным договором между Англией и СССР. Правда, г. Черчилль для того, чтобы запутать читателей, мимоходом заявляет, что срок советско-английского договора о взаимопомощи и сотрудничестве вполне можно было бы продлить до 50 лет. Но как совместить подобное заявление г. Черчилля с его установкой на войну с СССР, с его проповедью войны против СССР? Ясно, что эти вещи никак нельзя совместить. И если г. Черчилль, призывающий к войне с Советским Союзом, считает вместе с тем возможным продление срока англо-советского договора до 50 лет, то это значит, что он рассматривает этот договор, как пустую бумажку, нужную ему лишь для того, чтобы прикрыть ею и замаскировать свою антисоветскую установку. Поэтому нельзя относиться серьезно к фальшивым заявлениям друзей г. Черчилля в Англии о продлении срока советско-английского договора до 50 и больше лет. Продление срока договора не имеет смысла, если одна из сторон нарушает договор и превращает его в пустую бумажку. (…).

Г-ну Черчиллю так же не нравилось появление советского режима в России после первой мировой войны. Он так же бил тревогу и организовал военный поход «14 государств» против России, поставив себе целью повернуть назад колесо истории. Но история оказалась сильнее черчиллевской интервенции, и донкихотские замашки г. Черчилля привели к тому, что он потерпел тогда полное поражение. Я не знаю, удастся ли г. Черчиллю и его друзьям организовать после второй мировой войны новый военный поход против «Восточной Европы».

Но если им это удастся, - что мало вероятно, ибо миллионы «простых людей» стоят на страже дела мира, - то можно с уверенностью сказать, что они будут биты так же, как они были биты в прошлом, 26 лет тому назад.

Не удивительно, что речь Черчилля в Фултоне была воспринята в СССР с глубоким возмущением. Советские люди увидели, что он стал вдохновителем нового военного похода против СССР, поджигателем мировой войны, глашатаем установления господства над миром одной расы и подчинения ей всех других народов. Речь Черчилля вызвала тревогу и в буржуазном мире. Очень многие поняли, что это призыв к развязыванию новой мировой войны. В английском парламенте более 100 лейбористов предложили резолюцию, осуждающую выступление Черчилля. Однако правительство Эттли уклонилось от того, чтобы официально отмежеваться от идей, которые бывший премьер проповедовал в Фултоне. Оно заявило, что это частное мнение частного лица. На самом же деле вся последующая внешняя политика лейбористов осуществлялась в соответствии с линией, намеченной в Фултоне.126

Английская компартия выступала с осуждением империалистической программы, сформулированной Черчиллем в Фултоне. Коммунистическая печать не только разоблачала антисоветскую направленность фултонской речи, ее безграничную враждебность делу социализма и прогресса, но и показала, что программа Черчилля является по существу программой подготовки и развязывания новой мировой войны.

В марте 1947г. американское правительство провозгласило «доктрину Трумэна», и тем самым внешнеполитический план, изложенный Черчиллем, был принят в качестве государственной политики. Усилиями правительств Англии и США сколачивались агрессивные военно-политические блоки, направленные против СССР и социалистического и национально-освободительного движения. Это была фултонская программа в действии.

Вскоре Черчилль развернул новую шумную пропагандистскую кампанию. Осенью 1946г. он подготовил речь, с которой выступил 19 сентября в Цюрихском университете. На этот раз он предложил создать так называемую объединенную Европу с целью противопоставить ее Советскому Союзу и ликвидировать объединенными усилиями европейской реакции демократические и социалистические завоевания народов стран Восточной Европы. Главной силой в объединенной Европе, по мысли Черчилля, должна стать Германия. Объединенная Европа в планах Черчилля – это не только антисоветский бастион, но и опора для Англии в ее отношениях с Соединенными Штатами. Опираясь на мощь Британской империи и на поддержку объединенной Европы, Англия могла бы на равных с США основаниях выступать на мировой арене.

План Черчилля, рассчитанный на восстановление ведущей роли Англии в мировой политике, предусматривал оттеснение США на второе место. Добиться этого Черчилль рассчитывал в результате американо-советского столкновения. Отсюда и его усилия побудить США занять более жесткую позицию в отношении Советского Союза.

В речи на конференции консервативной партии в Лландудно в октябре 1948 г., Черчилль предложил немедленно, не откладывая дела в долгий ящик, предъявить Советскому Союзу определенные ультимативные требования. Черчилль утверждал, что «урегулирование с Советской Россией» мирным путем немыслимо, и призывал капиталистические державы тут же, безотлагательно начать войну против СССР, «пока они располагают атомной энергией и до того, как русские коммунисты тоже ее добудут».127

Черчилль был одинок в планах насильственной ликвидации социализма на земном шаре, и прежде всего в СССР. Его взгляды разделяли влиятельные круги Англии и Соединенных Штатов Америки. Черчилль был лишь мощным рупором этих кругов. В докладе, подготовленном в английском институте международных отношений в 1950г., утверждалось, что империалистическим державам надлежало добиваться реставрации капитализма в странах народной демократии и отторжения от СССР ряда его территорий.

23 февраля 1950г. в Англии состоялись очередные выборы в палату общин. Сознавая стремление английского народа к миру и сотрудничеству с СССР, Черчилль выдвинул во время избирательной кампании «идею новых переговоров с Советской Россией на самом высоком уровне». Тем самым он хотел убедить избирателей, будто его помыслы заняты налаживанием нормальных отношений между Англией и СССР, и одновременно напомнить, что в годы войны он небезуспешно сотрудничал с Советским правительством, используя метод переговоров на высоком уровне. За этим заявлением в действительности не скрывалось ничего, кроме желания привлечь избирателей и заставить их забыть о том, что Черчилль говорил некоторое время назад в Фултоне, в Цюрихе, в Лландудно и во многих других местах. Заранее готовя себе возможность пренебречь данным обещанием, Черчилль объявил, что многое будет зависеть от Соединенных Штатов Америки. Даже его лейбористский друг Бевин заметил, что обещание Черчилля организовать встречу с представителями СССР и США на высоком уровне является предвыборным трюком.

В результате выборов лейбористы получили в новом парламенте 315 мандатов, консерваторы- 298 мест. Правительство Эттли осталось у власти, опираясь на незначительное большинство в палате общин. Это обстоятельство делало позиции правительства непрочными, а новые выборы в парламент весьма вероятными в самом ближайшем будущем.

За годы, проведенные в отставке, состояние здоровья Черчилля, пошатнувшееся к концу войны, заметно поправилось, частично это следует отнести за счет жажды реванша, которая вселяла в него энергию и бодрость. В 1948г. экс-премьера избрали почетным членом Академии художеств.

Черчилль не смог прийти к власти в итоге выборов в парламент в 1950 году. После этого нового провала вся оставшаяся у Черчилля энергия сконцентрировалась на нападках на лейбористское правительство (из-за политики перевооружения), стараясь максимально дискредитировать его, Черчилль пытался ускорить новые выборы в палату общин. Разумеется, он выступал не против гонки вооружений, а утверждал, что все делается не так, как надо и как делалось бы, если бы он был премьер-министром. Неблагоприятное положение в стране и в партии вынудило лейбористское правительство назначить досрочные выборы в парламент на 25 октября 1951г.

Черчилля очень беспокоило, что его рассматривают как поджигателя войны. Поэтому он опять пустил в ход предложение об организации совещания с главами правительств СССР и США, если консерваторы придут к власти. Консерваторы выиграли избирательную кампанию с небольшим перевесом: консерваторы- 321 место, а лейбористы- 295.

Итоги выборов были объявлены 25 октября 1951г., а на следующий день Черчилль снова, в третий и последний раз, стал премьер-министром Англии, на тот момент ему уже было 77 лет. Следуя практике, которая была введена им в военное время, взял себе портфель министра обороны, которому подчинялись военно-морской, военный и авиационный министры. Однако в мирное время такая практика оказалась ненужной, да и силы у Черчилля были уже не те, и он вскоре отказался от этого поста. Со стороны могло показаться, что и в этом возрасте он все еще чувствовал себя вполне здоровым и достаточно энергичным. Однако в действительности могучий организм Черчилля начал сдавать. Он постепенно глох, и обращения за помощью к врачам не дали ощутимых результатов.

Последнее премьерство доставило Черчиллю вначале большое удовлетворение. Он понимал, что в 1940г. его сделали главой правительства в силу сложившихся тогда условий. Теперь же, в 1951г., Черчилль получил кресло премьер-министра в полном соответствии с английской традицией, после победы возглавляемой им партии на выборах.

Черчилль, критиковал лейбористов за неудовлетворительное руководство делом перевооружения Англии, принял решение о том, чтобы перевооружение осуществлялось несколько менее интенсивно. Правительство Эттли имело ввиду истратить на гонку вооружений 4700млн.ф.ст. в течение трех лет, Черчилль же запланировал израсходовать эту сумму за четыре года. Это удивило многих. Что касается внутренней политики, то и здесь консервативное правительство никаких радикальных изменений не внесло. А в общем внутриполитические проблемы по-прежнему мало интересовали Черчилля. В этой сфере его министры действовали со значительной долей самостоятельности. Премьер сосредоточил свое внимание, прежде всего, на вопросах внешней политики.

В январе 1952 г. Черчилль направился в Соединенные Штаты для встречи с президентом США. Черчилль хотел получить у американцев помощь для осуществления программы перевооружения. Еще в 1948г. лейбористское правительство разрешило создание на Британских островах американских военных баз. Теперь Черчилль договорился с американцами, что в случае войны эти базы будут использоваться по взаимному согласию обоих правительств. Участники переговоров подтвердили свою готовность консультироваться по всем важным вопросам, затрагивающим проблему войны и мира. Президент и премьер-министр обещали поддерживать создаваемое Европейское оборонительное сообщество и использовать Западную Германию в военных блоках, участниками которых являлись США и Англия. Черчилль пытался добиться американского согласия на то, чтобы в армиях стран НАТО на вооружение была принята новая английская винтовка, которую англичане считали лучшей в мире. Однако американцы не пошли на это.

Черчиллю была предоставлена возможность выступить с речью перед американским конгрессом. Он воспользовался ею и в решительных заявлениях заявил о поддержке Англией войны в Корее и политики, проводимой США против Китая. Его речь в конгрессе значительно отличалась от тех речей, которые он произносил в Англии. Она была более агрессивной и проамериканской. Английскую общественность несколько встревожила агрессивность заявлений, сделанных Черчиллем в Америке.

Правительство Черчилля продолжало политику «с позиции силы» и уделяло большое внимание исследованиям в области атомной энергии. Еще в 1945г., после успешного испытания в США первой атомной бомбы, Черчилль правильно оценил значение нового оружия, рожденного научно-технической революцией. Но он ошибся в своих прогнозах, связанных с политическими аспектами атомной проблемы. Не оправдались его надежды угрозой применения этого оружия подчинить Советский Союз англо-американскому диктату. Неприятной неожиданностью было для Черчилля также то, что в США в августе 1946г. актом Макмагона приняли решение не делиться с Англией атомными секретами, хотя английские ученые и техники принимали активное участие в создании нового оружия.

Неправ оказался Черчилль и в другом: во-первых, он считал, что Сталин, когда Трумэн сообщил ему в Потсдаме о создании атомной бомбы, не понял значения этого события, и, во-вторых, полагал, что Советскому Союзу потребуется очень большой срок для раскрытия секрета нового оружия и его изготовления. Советский атомный взрыв в августе 1949г. явился для Черчилля громом среди ясного неба, и не для него одного. С этого момента и до возвращения консерваторов к власти в октябре 1951г. Черчилль неустанно критиковал лейбористское правительство за отставание в области ядерной энергии, но правительство хранило молчание. В сентябре 1949г. Черчилль вместе с другими депутатами парламента - консерваторами потребовал пересмотра английской атомной программы на том основании, что «нас обогнали русские».128

Вернувшись к власти, Черчилль «с восхищением и завистью» обнаружил, что его лейбористские предшественники уже истратили на атомную программу почти 100 млн.ф.ст., утаив эти расходы от парламента. 3 октября 1952г. Англия испытала свою первую атомную бомбу.

Можно поставить вопрос: какие цели преследовали английские правящие круги, идя на тяжелые жертвы в сфере экономики страны с целью получения собственного ядерного оружия? Во-первых, обладание им должно было укрепить позиции Англии в ее борьбе против социализма, коммунизма, национально-освободительного движения, помочь достигнуть «урегулирования» с Советским Союзом в духе фултонской речи Черчилля, т.е. одержать победу в «холодной войне». Во-вторых, сделать более прочными позиции Англии в ее отношениях с США, которые становились все более и более неравноправными. Английская атомная бомба должна была дать возможность правительству Англии разговаривать с американцами на равных. В-третьих, правящие круги Англии питали надежду, что, обретя атомную бомбу, она вернет себе положение великой мировой державы. Черчилль сформулировал следующее: «Если мы не внесем свой собственный вклад (в развитие атомных вооружений), у нас не может быть уверенности, что в чрезвычайных условиях ресурсы других стран будут планироваться в точном соответствии с нашим желанием или что цели, представляющие для нас наибольшую угрозу, получат необходимый, по нашему мнению… приоритет в первые же несколько часов».129

В правительстве Черчилля все были уверены, что путь к восстановлению былого величия Британии лежит через самостоятельное обладание ядерным оружием. Консерваторы не принимали в расчет то обстоятельство, что участие Англии в гонке ядерных вооружений неизбежно подорвет ее экономику и, следовательно, ослабит ее положение в ряду других держав. В 1955г. консервативное правительство решило полным ходом развернуть работы по изготовлению ядерного оружия. 15 мая 1957 г. была испытана первая водородная бомба английского производства.

В феврале 1952г. скончался английский король Георг VI. На траурной церемонии ( которая тянулась целую неделю) восхваляя Георга VI, Черчилль не упускал ни единого случая для прославления собственной персоны. Отдавая последнюю дань покойному королю, он подводил англичан к мысли, что Англия прошла с честью все испытания военных лет лишь по тому, что ею управлял в трудные годы войны Уинстон Черчилль.

В 1953г. молодая королева наградила Черчилля высшим орденом Англии – орденом Подвязки. Награда давала ему рыцарское достоинство и право именоваться сэром Уинстоном Черчиллем.

Последний срок пребывания у власти был бледным периодом в политической биографии Черчилля. Его стратегическая концепция, в основе которой лежала надежда ликвидировать социалистическую систему и восстановить всемирное единство системы капитализма, к этому времени изжила себя. Черчиллю самому пришлось признать это и сделать соответствующие выводы.

В 1957г. Черчилль писал, что «возник новый, совершенно не мыслимый баланс сил, баланс, который основывается на обладании средствами взаимного уничтожения». Речь шла о крупнейших, имевших огромное историческое значение достижениях Советского Союза в области науки и техники. Советский Союз в сроки, которые Черчилль не мог предвидеть, создал вначале атомную бомбу, а затем водородную бомбу и сделал это значительно раньше, чем Англия изготовило свое ядерное оружие. Таким образом, замысел Черчилля, состоявший в том, чтобы свести счеты с Советским Союзом, пока он не обладал ядерным оружием, потерпел полный крах.

Английское лейбористское правительство, вместе с американским и рядом других империалистических правительств, создало систему военно-политических блоков в соответствии с планом, намеченным Черчиллем в его речи в Фултоне. Однако эти блоки, оказавшись перед лицом политической и военной мощи, которая была противопоставлена им социалистическим лагерем и другими силами, выступавшими за сохранение мира, оказались не в состоянии достигнуть тех целей, которые намечал Черчилль в Фултоне. В самой Англии, равно как и в других империалистических странах, возникло мощное движение народов за мир, против провозглашенной Черчиллем политики войны. Это движение стало серьезной поддержкой миролюбивого внешнеполитического курса стран социализма и существенным препятствием на пути англо-американских организаторов третьей мировой войны. Политика гонки вооружений, которую с благословения Черчилля провозгласило лейбористское правительство, оказалась несостоятельной. Безопасность Англии она не укрепила, а экономика страны была сильно ослаблена.

Ввиду всех этих обстоятельств Черчиллю в бытность его премьер-министром пришлось констатировать полный провал планов, которые он сформулировал в Фултоне. Он признал не только то, что капитализм не в состоянии уничтожить социализм силой оружия, но и то, что если такая попытка будет предпринята, то Англия, оказавшись на передовой линии ядерного фронта, первая подвергнется уничтожению. Черчилль вынужден был заключить, что сейчас уже и речи не может быть «о безоговорочной капитуляции Советского Союза», что в случае войны обе стороны окажутся в состоянии «разорвать на мелкие части все человечество, включая самих себя».

Черчилль в 1957 г. размышлял: «Мне даже приходило в голову, что следует заранее объявить и провести мирную военно-воздушную демонстрацию над главными советскими городами, которая должна сопровождаться информированием советских лидеров о некоторых наших новейших изобретениях в области военной техники. Все это вызвало бы у советских лидеров более дружественное и трезвое отношение к нам». Такая «демонстрация» стала бы не чем иным, как началом войны, ибо нельзя допустить, чтобы правительство СССР в подобных условиях не приняло все меры, чтобы очистить советское небо от чужих самолетов.

Однако вскоре Черчилль приходит к выводу, что подобный шантаж и провокации в отношении СССР уже не осуществимы. «Ядерный век,- пишет он,- изменил отношения между великими державами…Производство русскими этих видов оружия и замечательный успех их военно-воздушных сил уже давно сделали невозможным осуществление этой идеи».130

В марте 1953г. умер Сталин. Черчилль переоценил значение смерти И.В.Сталина для советской внешней политики. Он предположил, что в ней отныне наступит коренной поворот. У Черчилля возникла идея организации совещания на высоком уровне между представителями СССР, Англии, США и Франции. Английский премьер-министр рассчитывал, что на совещании можно будет оказать нажим на Советское правительство и добиться от него важных уступок в пользу империалистических держав. Если бы этого достичь не удалось, то совещание все же оказалось бы полезным с разведывательной точки зрения. «За круглым столом» можно было определить, каковы шансы на то, чтобы в дальнейшем заставить Советское правительство стать более сговорчивым в отношениях с капиталистическим миром. Черчилль собирался выяснить, не появился ли у русских «новый взгляд».

Ему хотелось, чтобы такое совещание воскресило в памяти английского народа встречи Большой тройки периода второй мировой войны, в которых он принимал участие и которые принесли ему признание и славу. Теперь, когда двух членов Большой тройки уже не было в живых, Черчилль, несомненно, стал бы наиболее яркой фигурой совещания.

Важно было для Черчилля и другое: выполнить хотя бы по видимости свои обязательства перед избирателями, которым он неоднократно обещал, что, придя к власти, примет меры для организации встречи в верхах с представителями Советского Союза. Газета «Дейли телеграф» писала, как пишет в своей монографии Трухановский В.Г., что Черчилль «не питал иллюзий относительно возможностей такой встречи, но он глубоко чувствовал, что английский народ не простит, если в деле обеспечения реального мира будет упущен какой-нибудь шанс, как бы незначителен он ни был».

В этом вопросе у Черчилля наметились известные расхождения с американскими лидерами. Если английский премьер проявлял готовность встретиться «за круглым столом» с советскими представителями, то американское правительство не хотело такой встречи: она могла лишь помешать реализации его планов. В то время в Соединенных Штатах активизировалась реакция и на политической авансцене - лицедействовал крайний реакционер сенатор Маккарти. Американское правительство осуществляло очередную серию агрессивных военных акций на Дальнем Востоке.

Черчилль и многие другие в Англии понимали, что политика США на Дальнем Востоке может вызвать третью мировую войну. А это означало, что Англия, как выдвинутая вперед атомная база Америки, первой сгорела бы в ядерном пламени. Даже если бы дело ограничилось большой войной в границах только Дальнего Востока и Азии, то итог ее для Англии во всех случаях оказался бы отрицательным. Если бы победили народы Азии, то поражение Америки было бы одновременно и поражением Англии. Ее колониальные интересы были бы окончательно ликвидированы. Если же победителем оказались бы США, расстановка сил на Дальнем Востоке сложилась бы таким образом, что и в этом случае Англия должна была утратить свои колониальные интересы. Их обязательно прибрал бы к рукам американский империализм.

Его чувства в отношении Советского Союза были непреклонны. В том же 1953г. он заявил: «Наступит день, когда во всем цивилизованном мире с несомненностью будет признано, что удушение большевизма при его рождении явилось бы величайшим благодеянием для человечества». Это говорилось одновременно с рассуждениями о желательности встречи в верхах с советскими руководителями. Как тут не прийти к выводу, что серьезно о достижении договоренности с СССР по спорным международным проблемам он не думал. Однако, в 1953-1954гг., Черчилль вдруг стал говорить о том, что он «желает прийти к мирному соглашению о сосуществовании с Россией».

Эти декларации в устах Черчилля были признанием полного краха политики, провозглашенной им в Фултоне. Там он требовал превентивной войны против Советского Союза, со стороны которого, как он утверждал, человечеству грозят самые страшные беды и опасности. Теперь же он выступал за мирное сосуществование с тем же государством.

Было бы большой ошибкой утверждать, что в конце своей политической жизни Черчилль из врага социализма номер один превратился в сторонника мирного сосуществования с ним. Мирное сосуществование в интерпретации Черчилля далеко не то, что советские люди вкладывают в это понятие. Выступая в национальном клубе печати США, Черчилль заявил, что его предложение о мирном сосуществовании сводится к тому, чтобы «осуществить изменения в жесткой русской системе», и что эти изменения могут быть осуществлены «при помощи культурных и торговых контактов между западным миром и русским народом». Таким образом, черчиллевская идея мирного сосуществования - это новый план того, как добиться изменения и перерождения существующей в СССР социально-экономической системы, не прибегая к военным средствам. Черчилль официально подтвердил, что его разговоры о мирном сосуществовании не предусматривали отказа от борьбы против социализма во имя реставрации капитализма. Речь, разумеется, не шла о том, чтобы капиталистический мир в своей борьбе против СССР и других социалистических стран ограничился лишь политической, экономической и идеологической борьбой. Сила, оружие являлись, как и ранее, важным средством, при помощи которого Черчилль намеревался достигнуть своих целей в отношениях с миром социализма.

Одновременно Черчилль подчеркивал, что на протяжении многих лет, начиная с последних месяцев второй мировой войны, он лелеял идею использования Германии против СССР. В конце 1954г. Черчилль поведал пораженным англичанам, что накануне капитуляции Германии он отдал приказ фельдмаршалу Монтгомери собирать немецкое оружие, чтобы его можно было вновь раздать немцам, если вместе с ними придется выступить против СССР. Откровение Черчилля было с возмущением встречено в Англии. Оно показало, во-первых, что английское правительство вело недостойную линию в отношениях с СССР в конце войны, а во-вторых, что и теперь, в 1954г., оно глубоко враждебно настроено к СССР. Раз Черчилль считает возможным публично хвастать подобными «заслугами», то грош цена его заверениям о стремлении к мирному урегулированию спорных вопросов.131

В 1954г. американская политика на Дальнем Востоке поставила мир на грань новой мировой войны. Государственный секретарь США Даллес срочно прибыл в Лондон, но не смог убедить правительство Черчилля в целесообразности развязывания войны в Азии. Английское правительство считало нужным рассмотреть индокитайский вопрос на конференции заинтересованных стран в Женеве. Такая конференция состоялась. Советский Союз, Китай, Франция и ряд других стран высказались за мирное разрешение индокитайского вопроса. Англия присоединилась к ним. Американцы сочли, что англичане их предали.

Причин, по которым правительство Черчилля заняло разумную позицию в Женеве, было несколько. Прежде всего оно боялось, что авантюристическая американская политика на Дальнем Востоке приведет к возникновению третий мировой войны с трагическими для Англии последствиями. Было известно, что Россия имеет в своем распоряжении новейшую и самую разрушительную водородную бомбу. Военные эксперты подсчитали, что 8 удачно сброшенных бомб этого типа совершенно уничтожат Англию. Предполагалось, что Россия должна иметь к лету 1954г. более 8 таких бомб.

Последние годы своего пребывания у власти Черчилль посвятил усилиям, направленным на включение в созданные ранее агрессивные военно-политические блоки наиболее реакционной и агрессивной в то время силы в Западной Европе - Западной Германии; стараниями правительств Англии, США и Франции у власти в Западной Германии вновь были поставлены те политические группировки, которые в свое время подготовили две мировые войны и теперь ни в коем случае не хотели примириться с итогами последней из них. Включение в империалистические блоки Западной Германии означало окончательный разрыв с политикой союза с СССР, которой придерживалось английское правительство в годы второй мировой войны, и, следовательно, ликвидацию англо-советского союзного договора 1942г. К этому и вело дело правительство Черчилля в 1952-1955гг.

В мае 1952г. Англия и ряд других держав заключили с правительством Аденауэра два договора, предусматривавших создание западногерманских вооруженных сил (как ядро европейской армии). Черчилль знал, что без согласия Франции нельзя будет вновь вооружить Западную Германию. Чтобы вырвать у французов согласие на включение западногерманских воинских частей в состав «европейской армии», Черчилль запугивал их тем, что если они откажутся ратифицировать (утвердить) Боннский и Парижский договоры 1952г., то германские вооруженные силы все равно будут созданы в рамках Атлантического союза. И чтобы нейтрализовать опасения Франции относительно последствий такой политики в отношении ФРГ, правительство Черчилля согласилось в качестве гарантии «хорошего поведения» получающей оружие Западной Германии держать на ее территории свои воинские части. В конце концов реакционные силы Англии, США и самой Франции добились ратификации французским парламентом соглашения о ремилитаризации Западной Германии.

Участие Англии в этих соглашения означало, что английское правительство официально вступало вместе с правительством США, Франции и некоторых других стран в союз с ФРГ против Советского государства, ибо, как признавал и сам Черчилль, перевооружение Западной Германии было направлено против СССР. Тем самым правительство Черчилля заявляло перед всем миром, что оно игнорирует договор о союзе между Англией и СССР и демонстрирует готовность окончательно порвать союзные отношения с Советским Союзом, установившиеся в годы второй мировой войны.

Советское правительство неоднократно предупреждало, что, если Англия вступит в направленный против СССР союз с западногерманскими реваншистами, она тем самым разорвет англо-советский союзный договор. Правительство Черчилля не вняло предупреждениям Советского правительства, и 7 мая 1955г. Президиум Верховного Совета СССР принял Указ об аннулировании англо-советского договора. Таким образом, Черчилль закончил свою политическую карьеру двусторонней акцией: заключил союз против СССР с западногерманским империализмом и одновременно разорвал договор о союзе между Англией и СССР.

К середине 50-х годов обнаружилась несостоятельность внешней политики Черчилля. Провал «холодной войны», знаменосцем которой он выступал, чрезвычайно подорвал его авторитет. С каждым днем становилось все более ясно, что во главе правительства нужен новый человек с новыми идеями, более гибкий и менее дискредитированный в глазах народа. К тому же Черчилль был уже очень стар. Бремя обязанностей премьер-министра стало для него непосильным.

В ноябре 1954г. было пышно отпраздновано 80-летие Уинстона Черчилля. Произносились речи, восхвалявшие его как крупнейшего английского политического деятеля, как одного из выдающихся лидеров буржуазного мира. На чествовании присутствовала палата общин, палата лордов, дипломатический корпус и высокопоставленные гости из-за рубежа.

На протяжении 1953-1954гг. в руководстве консервативной партии все более и более настойчиво велись разговоры о том, что Черчиллю пора в отставку, что его следует заменить во главе правительства и консервативной партии другим лидером. Расхождений относительно его преемника не было. Еще в свое время, в 1940г., когда Черчилля избирали лидером консервативной партии, некоторые консерваторы предлагали избрать заместителем лидера Антони Идена. Имелось в виду в какой-то степени поставить Черчилля под контроль более спокойного человека. Но тогда же признали нецелесообразность этого. В 1942г., направляясь в США, Черчилль рекомендовал королю в случае его гибели назначить премьер-министром Идена.

Черчилль знал, что в консервативной партии усиливаются настроения в пользу его отставки. Не было секретом для него и то, что «кронпринц» заждался. Иногда Черчилль поддразнивал Антони Идена, заявляя, что Гладстон в последний раз возглавлял правительство, когда ему уже было за 80. Окончательное решение уйти от дел он принял в январе 1955года.

Отставка Черчилля готовилась постепенно, без шума. Его провожали на покой со всеми возможными почестями. 4 апреля 1955г. королева Елизавета II с супругом посетила премьер-министра в его резиденции на Даунинг-стрит, 10, где в его честь был дан обед. На обеде присутствовали члены кабинета, видные лейбористы, многие военные деятели времен второй мировой войны и ближайшие сотрудники Черчилля. Присутствие королевы на обеде было знаком особого внимания к уходящему на покой премьер-министру.

5 апреля все формальности были завершены. Сильно сутулясь, опираясь на палку, престарелый премьер-министр вышел из автомобиля у подъезда Букингемского дворца. Он вручил королеве просьбу об отставке со своего поста. На следующий день во дворец был приглашен Антони Иден, и ему поручили сформировать новое правительство.

На этот раз отставка Черчилля была окончательной. Длительная политическая карьера, изобиловавшая многими превратностями, закончилась. Номинально он остался членом парламента, но по существу полностью ушел из политической жизни.

В 1964г. Черчилль принимает решение не выставлять больше свою кандидатуру на выборах в парламент. Закончилась длительная парламентская карьера, продолжавшаяся с небольшим перерывом на протяжении 65 лет. Палата общин устроила ему теплые проводы. В конце 1964г. Черчилль отметил свое 90-летие.

В начале января 1965г. Черчилль простудился и слег. 15 января у него произошло кровоизлияние в мозг, и он потерял сознание. В бессознательном состоянии больной находился более недели. 24 января последовало сообщение о кончине Уинстона Черчилля.































Заключение.

Черчилль понимал, что Англия не могла выстоять или одержать победу после военного поражения под Дюнкерком, разгрома Франции, воздушного «блицкрига» без решающей поддержки СССР.

Судьбы Англии, Европы и всего мира зависели от исхода борьбы СССР с фашистскими захватчиками. Смертельная опасность для самого существования Англии и всей Британской империи, для будущего США диктовало правительством этих стран пойти на союз с социалистическим государством, против капиталистических же, но фашистских государств.

СССР не представляли угрозы Англии и США, а фашистские государства: Германия, Италия и Япония непосредственно угрожали им.

Министр иностранных дел Великобритании А.Иден днем 22 июня заявил советскому послу в Лондоне И.Майскому, что «нападение Германии на СССР носит характер самой явной и оголтелой агрессии», что ни о каком мире между Англией и Германией не может бать и речи».132 Подобные мотивы определяли и политику США в отношении СССР. Заявление о поддержке СССР Соединенными Штатами Америки было сделано исполняющим обязанности госсекретаря С.Уэллесом, который подтвердил: «Гитлеровская армия сегодня – главная опасность для американского континента».133

У.Черчилль 22 июня 1941 года сообщая о вторжении Гитлера в Россию, говорил об опасности нацистского режима, что «любой человек или государство, которые идут с Гитлером, наши враги…Отсюда следует, что мы окажем России и русскому народу всю помощь, какую только сможем».134 Но, не смотря на свои слова, Черчилль смотрел на союз с СССР как на «печальную необходимость». У него был свой стратегический замысел – добиться максимального ослабления врага №1 – фашистской Германии и истощения своего союзника военного времени – Советского Союза, чтобы после победы продиктовать свою волю и тому и другому.

Несмотря на первоначально разные цели, государства с разными системами и взглядами перед лицом общего врага нашли компромисс. Совместная опасность заставила искать пути к сотрудничеству. Началом такого сотрудничества являлся второй фронт в Европе.

Черчилль был одним из самых популярных государственных деятелей буржуазного мира в ХХ в. Он приобрел известность давно, еще на заре своей политической деятельности или даже несколько раньше. Уинстон в начале своей самостоятельной жизни уже пользовался в своих кругах в какой-то степени популярностью как сын известного родителя. Его приключения во время военных походов конца 19 века, разрекламированные прежде всего им же самим, содействовали популярности его персоны. Приобретению Черчиллем известности содействовала и далеко не обычная его политическая биография. Он дважды с большим шумом менял политическую партию, что, естественно, вызывало громкий резонанс в обществе. Многие его экстравагантные выходки очень часто были рассчитаны на то, чтобы обратить на себя внимание. Никто не сделал так многого для собственной рекламы, как сам Черчилль. Его многочисленные книги, главным действующим лицом которых неизменно являлся автор, были лучшей рекламой.

С 1940 г., когда Черчилль возглавил правительство и стал лидером консерваторов, начинается безудержное восхваление его личности. С этого времени поток литературы о Черчилле увеличивается, а ее качество резко ухудшается. Именно тогда рождается легенда о Черчилле, в дальнейшем поддерживаемая и распространяемая пропагандистским аппаратом английских буржуазных кругов.

Все это было не случайно. Консерваторы и их мощный пропагандистский аппарат, не жалея сил и средств, возвеличивали Черчилля, чтобы за его широкой спиной спрятать свои провалы кануна второй мировой войны. Они сознательно культивировали легенду о Черчилле, ибо, восхваляя своего лидера, тем самым пытались реабилитировать свою партию и поднять ее авторитет в глазах народа. Естественно, что в этих условиях правда о Черчилле зачастую должна была отходить на второй план, уступая место восторженным вымыслам. Дело дошло до того, что глава английской церкви архиепископ Кентерберийский сочинил и опубликовал специальную молитву о Черчилле, которая начиналась словами: «Черчилль – это дар провидения господня».135

Гитлер и его война все изменили, дали этой яркой личности, искавшей свой путь, главный смысл; они перенесли эту жизнь из низов повседневной политики на такие высоты, где судьба одного человека сливается с силами, движущими мировую историю. Черчилль очень красиво писал о том, как оправдалась его собственная вера в судьбу, как он, «ведомый провидением», почувствовал в день 10 мая 1940 года свое призвание стать спасителем своего народа.136

Легенда изображает Черчилля великим полководцем – это результат главным образом его собственных усилий. С раннего детства Уинстону не давали покоя военные лавры его предка – первого герцога Мальборо. Шеститомные мемуары Черчилля перегружены материалами, характеризующими его собственную деятельность в этой области.

Черчилль действительно активнейшим образом участвовал в руководстве военными действиями, которые вели вооруженные силы Англии во второй мировой войне. Но, как показал ход основных сражений второй мировой войны, его стратегическая концепция, предусматривавшая достижение победы путем нанесения врагу ударов на периферии, а также при помощи воздушных бомбардировок его промышленных и населенных центров, оказалась несостоятельной. Решающие удары, приведшие к победе, были нанесены на основных фронтах, и прежде всего на советско-германском фронте.

Консервативная пропаганда, усиленно подчеркивая роль Черчилля в создании антигитлеровской коалиции, совершенно умалчивает о том, что он много потрудился над тем, чтобы уничтожить эту коалицию, как только для Англии миновала непосредственная опасность. В основе таких действий лежали неприязнь к Советскому Союзу и стремление лишить его плодов будущей победы.

Бесспорно установлено, что Черчилль с симпатией относился к итальянскому фашизму. Об этом он не раз официально заявлял сам. Не подлежит сомнению и то, что Черчилль рассматривал германский фашизм как орудие борьбы против революционного движения в самой Германии и за ее пределами. Черчилль восхищался достижениями Гитлера внутри Германии и желал, чтобы Англия, если бы ее постигло такое поражение, смогла найти для себя руководителя, подобного Гитлеру. Все это говорит о том, что с фашизмом, как таковым, он готов был иметь дело. Но конкретная обстановка в годы войны сложилась таким образом, что война против Германии и Италии являлась в то же время войной против германского нацизма и итальянского фашизма.

Главная заслуга перед человечеством, которую легенда приписывает Черчиллю, - его борьба за свободу. Вся жизнь Черчилля свидетельствует об обратном.

В 1957г. Черчилль писал, что страх и ненависть относятся к числу самых худших отрицательных сторон человеческой натуры. Судя по всему, Черчилль был, бесспорно, лично храбрым человеком как во фронтовых условиях, так и в многочисленных политических баталиях. Однако ненависть была характерна для него – неудержимая ненависть к социализму, к революционному движению, к национально-освободительной борьбе. Эта ненависть была настолько велика, что часто лишала Черчилля – человека, наделенного недюженным умом, способности действовать, сообразуясь с требованиями логики и здравого смысла.

ХХ век – это век революционного преобразования общества. В первой половине и в середине ХХ в. были две основные линии борьбы народов земного шара за свою свободу: первая – это борьба за социальное освобождение, принявшая форму социалистической революции, установившей на одной трети земного шара социалистический общественный строй; вторая – это борьба за национальное освобождение, в ходе которой народы разрушили существовавшие колониальные империи и самую крупную из них – Британскую империю.

Черчилль был самым упорным, последовательным и настойчивым врагом социального освобождения народов. Когда народы России в 1917 г. Совершили социалистическую революцию, Черчилль больше, чем кто-либо другой из буржуазных государственных деятелей, сделал все для того, чтобы задушить эту революцию, отнять власть у трудящихся и восстановить в России буржуазный строй. Когда затем через четверть века народы Восточной Европы в своих странах подняли знамя социалистической революции, Черчилль неистово требовал, чтобы их стремления к социальной свободе были задавлены силой оружия. Не кто иной, как Черчилль, выступил в 1946 г. с идеей применить атомное оружие для ликвидации социалистического строя и восстановления единства капиталистического мира на всем земном шаре.

Аналогичной была позиция Черчилля и в отношении английских трудящихся, ведущих классовую борьбу и стремящихся к социальному освобождению. Если рабочие начинали стачку, а Черчилль находился в это время у власти, для него не существовало вопроса о том, справедливы требования бастующих или нет. Не задумываясь, он бросал против них войска и полицию.

Черчилль последовательно и настойчиво боролся против народов колониальных и зависимых стран, выступавших за свое национальное освобождение. Именно он в начале 20-х годов предложил использовать новейшую для того времени военную технику для подавления национально-освободительных движений. Черчилль упорно сопротивлялся не только ликвидации, но и какому бы то ни было ослаблению английского колониального гнета в Индии. И если народы Британской империи после второй мировой войны завоевали политическую свободу, то они сделали это вопреки Черчиллю, сломив его ожесточенное сопротивление.

Вместе с тем нельзя не признать, что Черчилль, бесспорно, был крупным государственным деятелем, человеком выдающихся дарований. Природа наделила его незаурядным умом, сильной волей и необычайной энергией. Смелость, целеустремленность, решительность, разносторонняя одаренность и редкостная работоспособность, блестящее ораторское мастерство и талант публициста – все эти качества обеспечили ему заслуженный успех на политическом поприще.

В активе Черчилля, несомненно есть достижения крупного масштаба. В 30-е годы в отличие от других лидеров консервативной партии Черчилль понял значение германской угрозы для Англии и сделал единственно разумный, а для консерватора весьма смелый вывод о том, что эта угроза может быть ликвидирована лишь в союзе с СССР.

Весной 1940г. Черчилль сделал важнейший в его политической жизни шаг, решив продолжать войну против Германии и вступить для этой цели в союз с СССР и Соединенными Штатами Америки. В Англии возник единый фронт, в котором народ объединился для отпора смертельному врагу, а Черчилль превратился из лидера консервативной партии в национального военного лидера. Заслуги Черчилля во второй мировой войне стали возможны потому, что его политика опиралась на поддержку английского народа. Непреклонная решимость, мужество и упорная воля английского народа к победе над фашизмом, проявленные в годы второй мировой войны, - вот истинный источник славы Уинстона Черчилля как военного лидера.

Правильный шаг, сделанный Черчиллем весной 1940г., спас Англию от верного разгрома и дал ей возможность закончить войну в рядах победоносной антифашистской коалиции. Это был наивысший триумф Черчилля как государственного деятеля. Его успех объяснялся тем, что в силу сложившихся обстоятельств его действия в тот период наилучшим образом отвечали национальным интересам Англии, интересам ее народа и поддерживались народом. Лучший час Черчилля как государственного деятеля – это тот час, когда он шел вместе с английским народом.

















Библиография:

Источники.



1. Черчилль Уинстон. Вторая мировая война. В 3-х книгах. М.: Воениздат,1991.

2. Черчилль У. Мускулы мира. – М.: Эксмо,2009.

  1. Вторая мировая война в воспоминаниях У.Черчилля, Ш. де Голля, К.Хэлла, У.Легги, Д.Эйзенхауэра. Составитель: Троянская Е.Я.- М.: Политиздат,1990.

  2. Советско-французские отношения во время великой отечественной войны 1941-1945гг. Издательство «Политическая литература». М.,1959

  3. Тегеран. Ялта. Потсдам. Сборник документов. Издательство «Международные отношения». М.,1971

  4. Ржевский О.А. Сталин и Черчилль. Встречи. Беседы. Дискуссии. Документы, комментарии, 1941-1945. М.,2004.

  5. Ржевский О.А. Война и дипломатия. Документы, комментарии 1941-1942гг. М.,1997.

  6. Черчилль У. Рождение Британии. Смоленск,2002

























Литература.

  1. Бережков В.М. Страницы дипломатической истории. М.,1984

  2. Бедарида Ф. Черчилль. М.: Молодая гвардия,2003

  3. Бизли Патрик. Разведка особого назначения: история оперативного разведывательного центра английского Адмиралтейства, 1939-1945гг. М.: Прогресс,1981

  4. Виноградов К.Б. Уинстон Черчилль: молодые годы. // Новая и новейшая история,2000,№6

  5. Волков Ф.Д. За кулисами второй мировой войны. М.: Мысль,1985.

  6. Волков Ф.Д. Тайны Уайтхолла и Даунинг-стрит. М.: Мысль,1980

  7. Высоцкий В.Н. Мероприятие «Терминал». Потсдам,1945 год. М., 1975

  8. Голубев А.В. «Мы ждали второго фронта»: союзники глазами советского общества в годы второй мировой войны. //Новая и новейшая история,2009,№6

  9. Голубев А.В. «Россия может полагаться лишь на саму себя»: представления о будущей войне в советском обществе 1930-х годов. //Отечественная история,2008,№5

  10. Дзелепи Э. Секрет Черчилля. (К 3-й мировой войне – 1945…). М: Прогресс,1975

  11. Дилкс Д. Черчилль, Иден и Сталин: штрихи к политическим портретам. //Новая и новейшая история,2005,№1

  12. Дилкс Д. Черчилль и операция «Немыслимое»,1945г. //Новая и новейшая история, 2002,№3

  13. Дилкс Д. «Большой доминион»: Уинстон Черчилль в Канаде 1900-1954. Торонто, 2005

  14. Злобин Н.В. По пути усиления «холодной войны».// Вопросы истории, 2000, №9

  15. Злобин Н.В. Неизвестные американские архивные материалы о выступлении У.Черчилля 5 марта 1946г. //Новая и новейшая история,2000,№2

  16. Зюзин Е.И. Малоизвестные страницы войны. М.,1990

  17. Иванов Р.Ф. Сталин и союзники. 1941-1945гг. М.,2005

  18. Юнкер Д., Айгнер Д. Франклин Рузвельт. Уинстон Черчилль. Серия «Исторические силуэты». Ростов-на-Дону: «Феникс»,1998

  19. Калинин А.А. Советско-британские переговоры о разделе сфер влияния в Европе в 1944г.// Вопросы истории, 2009, №9

  20. Карли М.Д. 1939г. Альянс, который не состоялся, и приближение второй мировой войны. М.,2005

  21. Кошкин А.А. Дипломатическая прелюдия войны на Тихом океане.// Вопросы истории, 2002,№4

  22. Кульков Е.Н. Война 1941-1945. М.,2001

  23. Ленин В.И. Полное собрание сочинений. Т.26

  24. Медведев Ж.А. План «Барбаросса».// Вопросы истории, 2002, №6

  25. Манштейн Э. Утерянные победы. Ростов-на-Дону,1999

  26. Мадер Ю. Тайное становится явным. М.: Прогресс,1970

  27. Николаев Н.Н. Внешняя политика правых лейбористов Англии в период подготовки и начала Второй мировой войны (1935-1940гг.). М.,1953

  28. Пелипась М.Я. Скованные одной цепью: США и Великобритания на Ближнем и Среднем Востоке в 1945-1956гг. Томск,2003

  29. Роуз Н. Черчилль. Бурная жизнь. М.: АСТ,2003

  30. Роббинс К. Черчилль. Издательство «Феникс». Ростов-на-Дону,1997

  31. Робертс Д. Шанс для мира? Советская кампания в пользу завершения «холодной войны». 1953-1955гг. // Новая и новейшая история, 2008,№6

  32. Ржевскиий О.А. Война и общество накануне и в период второй мировой войны. М.: Издательство «Наука», 2008

  33. Ржевский О.А. Визит В.М.Молотова в Лондон в мае 1942г.// Новая и новейшая история, 1997, №6

  34. Ржевский О.А. Операция «Толстой». Визит Уинстона Черчилля в Москву в октябре 1944г. //Новая и новейшая история, 2003,№5,6

  35. Ржевский О.А. Война и история: Буржуазная историография США о второй мировой войне. М.: Мысль,1984

  36. Ротштейн Э. Внешняя политика Англии и ее критики. 1830-1950. М.: Прогресс,1973

  37. Рыжиков В.А. Советско-английские отношения 1917-1977гг. М.: «Знание»,1977

  38. Системная история международных отношений. В 2-х т. Т.1.М.,2006.

  39. Секистов В.А. Война и политика. М.: Воениздат,1970

  40. Севостьянов Г.Н. Дипломатическая история войны на Тихом океане. М.: Издательство «Наука»,1969

  41. Свободная мысль. 1998,№3

  42. Сиполс В.Я. Тайны дипломатические. Канун Великой отечественной. 1939-1941гг. М.,1997

  43. Смирнов В.П. Краткая история второй мировой войны. М.: Издательство « Весь мир»,2005

  44. Соколов В.В. Между И.В.Сталиным и У.Черчиллем в первые месяцы войны. // Новая и новейшая история,2001,№6

  45. Судьбы ХХ века. Уинстон Черчилль. М.,1999

  46. Типпельскирх К. История второй мировой войны. СПб.,1994

  47. Трухановский В.Г. Внешняя политика Англии в период второй мировой войны (1939-1945). М.: Издательство «Наука»,1965

  48. Трухановский В.Г. Уинстон Черчилль. Политическая биография. М.: Издательство «Мысль»,1977

  49. Хаттон Б. Секретная миссия Рудольфа Гесса. Закулисные игры мировых держав.1941-1945. М.: Эксмо,2010

  50. Кочкин Н.В. Англо-советский союзный договор 1942г. и начало «холодной войны». // Вопросы истории,2000,№1

  51. Семенникова Л.И. Россия в мировом сообществе цивилизаций. М.,2006

  52. Зигмунд А.М. Адольф Гитлер. Путь к власти. Харьков,2007

  53. Трухановский В.Г., Капитонова Н.К. Советско-английские отношения 1945-1978. М.,1979

  54. Уткин А.И. Дипломатия Франклина Рузвельта. Свердловск,1990

  55. Уткин А.И. Черчилль: победитель двух войн. Смоленск,2003

  56. Яковлев Н.Н. Франклин Рузвельт: человек и политик. М.,1981

  57. Хибберт К. Бенито Муссолини. М.,1996

  58. Чикваидзе А.Д. Английский кабинет накануне второй мировой войны. Тбилиси: «Мицниереба»,1976

hello_html_48b6ab16.gif

1 Черчилль У. Мускулы мира. М.: эксмо.,2009

2 Черчилль Уинстон. «Вторая мировая война». В 3-х книгах. М.:Воениздат,1991

3 Вторая мировая война в воспоминаниях У.Черчилля, Ш. де Голля, К.Хэлла, У.Леги, Д.Эйзенхауэра. Составитель: Троянская Е.Я. М.: Политиздат,1990

4 Советско-французские отношения во время Второй мировой войны 1941-1945гг. Издательство «Политическая литература». М.,1959

5 Тегеран. Ялта. Потсдам. Сборник документов. Издательство «Международные отношения». М.,1971

6 Ржевский О.А. Сталин и Черчилль. Встречи. Беседы. Дискуссии. Документы, комментарии,1941-1945гг. М.,2004

7 Ржевский О.А. Война и дипломатия. Документы, комментарии 1941-1942гг. М.,1997

8 Кульков Е.Н. Война 1941-1945. М.,2001.С.45

9 Секистов В.А. Война и политика. М., Воениздат,1970. С23

10 Роббинс К. Черчилль. Издательство «Феникс».Ростов-на-Дону,1997. С.4

11 Юнкер Д., Айгнер Д. Франклин Рузвельт. Уинстон Черчилль. Издательство «Феникс». Ростов-на-Дону,1998. С.177

12 Севостьянов Г.Н. Дипломатическая история войны на Тихом океане. Издательство «Наука». М.,1969. С.6

13 Ржевский О.А. Война и история: Буржуазная историография США о второй мировой войне. М.,1984. С.334

14 Высоцкий В.Н. Мероприятие «Терминал». Потсдам,1945год. М.,1975.С.3

15 Волков Ф.Д. За кулисами второй мировой войны. М.,1985.С.8

16 Трухановский В.Г. Внешняя политика Англии в период второй мировой войны. М.,1965.С.11

17 Трухановский В.Г. Уинстон Черчилль. Политическая биография. М.,1977.С.447



18 У.Черчилль. Мускулы мира. М.,2009.С.7

19 Трухановский В.Г. Уинстон Черчилль . Политическая биография. М.,1977.С.27

20 Роббинс К. Черчилль. Ростов-на-Дону,1997.С.23

21 Роббинс К. Черчилль. Ростов-на-Дону,1997.С.27

22 Трухановский В.Г. Уинстон Черчилль. Политическая биография. М.,1977.С.35

23 Роббинс К. Черчилль. Ростов-на-Дону,1997.С.38

24 У.Черчилль. Мускулы мира. М.,2009.С.9

25 Виноградов К.Б. Уинстон Черчилль: молодые годы. //Новая и новейшая история,2000,№6. С.146

26 Трухановский В.Г. Уинстон Черчилль. Политическая биография. М.,1977.С.62

27 Уткин А.И. Черчилль : победитель двух войн. Смоленск,2003. С.15

28 У.Черчилль. Мускулы мира. М.,2009.С11

29 Трухановский В.Г. Уинстон Черчилль. Политическая биография. М.,1977.С.68

30 Роббинс К. Черчилль. Ростов-на-Дону,1997.С.66

31 Виноградов К.Б. Уинстон Черчилль: молодые годы. //Новая и новейшая история,2000,№6. С.147

32Трухановский В.Г. Уинстон Черчилль. Политическая биография. М.,1977. С.87

33 Юнкер Д., Айгнер Д. Франклин Рузвельт. Уинстон Черчилль. Серия «Исторические силуэты». Ростов-на-Дону: «Феникс»,1998. С.150

34 Бедарида Ф. Черчилль. М.: Молодая гвардия,2003. С.39

35 Роббинс К. Черчилль. Ростов-на-Дону,1997.С89

36 Трухановский В.Г. Уинстон Черчилль. Политическая биография. М.,1977.С121

37 У.Черчииль. Мускулы мира. М.,2009.С13

38 Роуз Н. Черчилль. Бурная жизнь. М,: АСТ,2003. С,44

39 Судьбы ХХ века. Уинстон Черчилль. М.,1999. С.32

40 Трухановский В.Г. Уинстон Черчилль. Политическая биография. М.,1977. С.145

41 У.Черчилль. Мускулы мира. М.,2009.С.13

42 Юнкер Д., Айгнер Д. Франклин Рузвельт. Уинстон Черчилль. Серия «Исторические силуэты». Ростов-на Дону: «Феникс»,1998. С.166

43 У.Черчилль. Мускулы мира. М.,2009.С.13

44 Трухановский В.Г. Уинстон Черчилль. Политическая биография. М.,1977.С 158

45 Роббинс К. Черчилль. Ростов-на-Дону,1977.С.135

46 Роббинс К.Черчилль. Издательство «Феникс». Ростов-на-Дону,1997. С.138

47 Трухановский В.Г. Уинстон Черчилль. Политическая биография. М.,1977.С170

48 Трухановский В.Г. Уинстон Черчилль. Политическая биография. М.,1977.С.175

49 Дилкс Д. Черчилль, Иден и Сталин: штрихи к политическим портретам. //Новая и новейшая история,2005,№1. С.143

50 Юнкер Д., Айгнер Д. Франклин Рузвельт. Уинстон Черчилль. Издательство «Феникс». Ростов-на-Дону,1998. С.156

51 Трухановский В.Г. Уинстон Черчилль. Политическая биография. М.,1977.С204

52 Виноградов К.Б. Уинстон Черчилль : молодые годы. //Новая и новейшая история,2000,№:147

53 У.Черчилль. Мускулы мира. М.,2009.С.15

54 Виноградов К.Б. Уинстон Черчилль: молодые годы. //Новая и новейшая история,2000,№6. С.148

55 Трухановский В.Г. Уинстон Черчилль. Политическая биография. М.,1977.С.227

56 Дилкс Д. Черчилль, Иден и Сталин: штрихи к политическим портретам. //Новая и новейшая история,2005,№1. С.144

57 Юнкер Д., Айгнер Д. Франклин Рузвельт. Уинстон Черчилль. Серия «Исторические силуэты». Ростов-на-Дону: «Феникс»,1998. С.280

58 Роуз Н. Черчилль. Бурная жизнь. М.: АСТ,2003. С.72

59 Там же. С.80

60 Трухановский В.Г. Уинстон Черчилль. Политическая биография. М.,1977.С.263

61 Зигмунд А.М. Адольф Гитлер. Путь к власти. Харьков,2007. С.283

62 Чикваидзе А.Д. Английский кабинет накануне второй мировой войны. Тбилиси: «Мицниереба»,1976. С.63

63 Голубев А.В. «Россия может полагаться только на саму себя».: представления о будущей войне в советском обществе 1930-х годов. //Отечественная история,2008,№5. С.108

64 Роббинс К. Черчилль. Ростов-на-Дону,1997.С.206

65 Трухановский В.Г. Уинстон Черчилль. Политическая биография. М.,1977.С.278

66 У.Черчилль. Мускулы мира. М.,2009.С.109

67 Вторая мировая война в воспоминаниях У.Черчилля, Ш. де Голля, К.Хэлла, У.Леги, Д.Эйзенхауэра. М.,1990.С.6

68 Роббинс К. Черчилль. Ростов-на-Дону,1997.С.217

69 Волков Ф.Д. За кулисами второй мировой войны. М.: Мысль,1985. С.69

70. Вторая мировая война в воспоминаниях У.Черчилля, Ш. де Голля, К.Хэлла, У.Леги, Д.Эйзенхауэра. М.,1990.С.7

71 Сиполс В.Я. Тайны дипломатические. Канун Великой Отечественной.1939-1941. М.,1997. С.241

72 Вторая мировая война в воспоминаниях У.Черчилля, Ш. де Голля, К.Хэлла, У.Леги, Д.Эйзенхауэра. М.,1990.С.9

73 Роббинс К. Черчилль. Ростов-на-Дону,1997.С.222

74 Трухановский В.Г. Уинстон Черчилль. Политическая биография. М.,1977. С.324

75 Роббинс К. Черчилль. Ростов-на-Дону,1997.С.228

76 Трухановский В.Г. Уинстон Черчилль. Политическая биография. М.,1977.С314

77 Уинстон Черчилль. Мускулы мира. М.,2009. С.19

78 Ржевский О.А. Война и общество накануне и в период второй мировой войны. М.: Издательство «Наука»,2008. С.112

79 Трухановский В.Г. Уинстон Черчилль. Политическая биография. М.,1977.С.319

80 Советско-французские отношения во время великой отечественной войны 1941-1945гг. Документы и материалы. М.,1959.С.122

81 Черчилль У. Мускулы мира. - М.: Эксмо,2009. С.176

82 Хибберт К. Бенито Муссолини. М.,1996. С.290

83 Уткин А.И. Дипломатия Франклина Рузвельта. Свердловск,1990. С.209

84 Карли М.Д. 1939г. Альянс, который не состоялся, и приближение второй мировой войны. М.,2005. С.90

85 Трухановский В.Г. Уинстон Черчилль. Политическая биография. М.,1977.С.327

86 Хаттон Б. Секретная миссия Рудольфа Гесса. Закулисные игры мировых держав.1941-1945. М.: Эксмо,2010.С.262

87 Зигмунд А.М. Адольф Гитлер. Путь к власти. Харьков,2007. С.297

88 Кошкин А.А. Дипломатическая прелюдия войны на Тихом океане.// Вопросы истории,2002,№4.С.27

89 У.Черчилль. Мускулы мира. М.,2009.С.265

90 Яковлев Н.Н. Франклин Рузвельт: человек и политик. М.,1981. С.364

91 Трухановский В.Г. Уинстон Черчилль. Политическая биография. М.,1977.С.339

92 Секистов В.А. Война и политика. М.,1970. С.227

93 Секистов В.А. Война и политика. М.,1970. С.226

94 Голубев А.В. «Мы ждали второго фронта»: союзники глазами советского общества в годы второй мировой войны. //Новая и новейшая история,2009,№6. С.3

95 Сиполс В.Я. Тайны дипломатические. Канун Великой отечественной. 1939-1941. М.,1997. С.298

96 Тегеран. Ялта. Потсдам. Сборник документов. М.,1971.С.12

97 Секистов В.А. Война и политика. М.,1970. С.239

98 Волков Ф.Д. За кулисами второй мировой войны. М.: Мысль, 1985. С.156

99 Секистов В.А. Война и политика. М.,1970. С.237

100 Уткин А.И. Черчилль: победитель двух войн. Смоленск,2003. С.84

101 Ленин В.И. Полное собрание сочинений. Т.26. С.354

102 Волков Ф.Д. За кулисами второй мировой войны. М.: Мысль.,1985. С.161

103 Трухановский В.Г. Уинстон Черчилль. Политическая биография. М.,1977.С.354

104 Семенникова Л.И. Россия в мировом сообществе цивилизаций. М.,2006. С.684

105 Волков Ф.Д. За кулисами второй мировой войны. М.: Мысль,1985. С.172

106 Первое заседание конференции глав правительств СССР, США и Великобритании. //Тегеран. Ялта. Потсдам. Сборник документов. Издательство «Международные отношения». М.,1971. С.37

107 Там же. С.43

108 Трухановский В.Г. Уинстон Черчилль. Политическая биография. М.,1977.С.363

109 Калинин А.А. Советско-британские переговоры о разделе сфер влияния в Европе в 1944г.// Вопросы истории,2009,№9.С.144

110 Единство в организации мира, как и в ведении войны. //Тегеран. Ялта. Потсдам. Сборник документов. М.,1971.С.192

111 Высоцкий В.Н. Мероприятие «Терминал». Потсдам,1945 год. М.,1975.С.12

112 Типпельскирх К. История второй мировой войны. СПб.,1994. С.317

113 Высоцкий В.Н. Мероприятие «Терминал». Потсдам,1945. М.,1975.С.163

114 Секистов В.А. Война и политика. М., Воениздат,1970.С.488

115 Трухановский В.Г. Уинстон Черчилль. Политическая биография. М.,1977.С.377

116 Трухановский В.Г. Уинстон Черчилль. Политическая биография. М.,1977.С.385

117 Роббинс К. Черчилль. Ростов-на-Дону,1997.С.266

118 Трухановский В.Г. Уинстон Черчилль. Политическая биография. М.,388

119 Черчилль Уинстон. Вторая мировая война. Т.3. М.,1991.С.686

120 Кочкин Н.В. Англо-советский союзный договор 1942г. и начало «холодной войны». //Вопросы истории,2000,№1.С.100

121 Трухановский В.Г. Уинстон Черчилль. Политическая биография. М.,1977.С.396

122Злобин Н.В. Неизвестные американские архивные материалы о выступлении У.Черчилля 5 марта 1946г. //Новая и новейшая история,2000,№2. С.156

123 Черчилль У. Мускулы мира. М.,2009. С.465

124 Злобин Н.В. По пути усиления «холодной» войны.// Вопросы истории, 2000,№9.С.139

125 Пелипась М.Я. Скованные одной цепью : США и Великобритания на Ближнем и Среднем Востоке в 1941-1956гг. Томск,2003. С.23

126 Злобин Н.В. Неизвестные американские архивные материалы о выступлении У.Черчилля 5 марта 1946г. //Новая и новейшая история,2000,№2. С.159

127 Трухановский В.Г. Уинстон Черчилль. Политическая биография. М.,1977.С.411

128 Трухановский В.Г. Уинстон Черчилль. Политическая биография. М.,1977.С.422

129 Там же. С.424


130 Робертс Д. Шанс для мира? Советская кампания в пользу завершения «холодной войны».1953-1955гг. // Новая и новейшая история,2008,№6. С.35

131 Дилкс Д. Черчилль, Иден и Сталин: штрихи к политическим портретам.// Новая и новейшая история,2005,№1. С.145

132 Советско-английские отношения во время Великой Отечественной Войны 1941-1945гг. М.,1983 С.46-47

133 Коваль В.С.Политика и стратегия США во второй мировой войне:(Проблема парирования угрозы из Европы до перелома в войне).Киев,1987 С.68

134 Советско-английские отношения во время Великой Отечественной Войны 1941-1945гг.М.,1983 С.50

135 Трухановский В.Г.Уинстон Черчилль. Политическая биография. Издательство «Мысль»Москва,1977 С.452

136 Юнкер Д., Айгнер Д. Франклин Рузвельт. Уинстон Черчилль. Серия «Исторические силуэты». Ростов-на-Дону: «Феникс»,1998 С.348


Подайте заявку сейчас на любой интересующий Вас курс переподготовки, чтобы получить диплом со скидкой 50% уже осенью 2017 года.


Выберите специальность, которую Вы хотите получить:

Обучение проходит дистанционно на сайте проекта "Инфоурок".
По итогам обучения слушателям выдаются печатные дипломы установленного образца.

ПЕРЕЙТИ В КАТАЛОГ КУРСОВ

Автор
Дата добавления 16.02.2016
Раздел Другое
Подраздел Другие методич. материалы
Просмотров591
Номер материала ДВ-459124
Получить свидетельство о публикации
Похожие материалы

Включите уведомления прямо сейчас и мы сразу сообщим Вам о важных новостях. Не волнуйтесь, мы будем отправлять только самое главное.
Специальное предложение
Вверх