Добавить материал и получить бесплатное свидетельство о публикации в СМИ
Эл. №ФС77-60625 от 20.01.2015
Инфоурок / Русский язык и литература / Научные работы / Доклад по литературному краеведению

Доклад по литературному краеведению



  • Русский язык и литература

Поделитесь материалом с коллегами:

Муниципальное бюджетное образовательное учреждение
средняя общеобразовательная школа № 72 имени Ю. В. Лукьянчикова











Был месяц май в жизни и творчестве Г. Я. Бакланова

Выполнили: Исаенко Екатерина,
Чередникова Диана,
учащиеся 8 «Б» класса

Проверил: Максимова Т. Н.








Воронеж
2015

Введение.

Обращение к данной теме не случайно. Во-первых, автор анализируемого нами рассказа Г. Я. Бакланов является уроженцем города Воронежа; его произведения составляют золотой фонд не только отечественной прозы, но и мировой литературы. Во-вторых, многие произведения Г. Бакланова экранизированы, в том числе и рассказ «Почём фунт лиха», автором сценария выступил сам писатель. В-третьих, прочтение художественного произведения «кинематографическим языком» представляет интерес как с идейно-тематической стороны, так и со стороны режиссёрской интерпретации авторского замысла.

Главная задача данной работы – обращение к теме Великой Отечественной войны в творчестве писателя, к проблеме исторической памяти, к нравственной составляющей человека. Люди не должны забывать ни славные страницы прошлого, ни тех героев, кто писал эти страницы.

Содержательная часть.

В те первые, считанные дни мира стоял передо мной четырнадцатилетний, худой немец со счётом в руках… Его не интересовало прошлое, он ничего не хотел о нём знать, он хотел получить за свинину. И он был уверен в своём праве предъявлять счёт»,- заканчивает своё произведение «Почём фунт лиха» Григорий Бакланов, но не заканчивается разговор о войне. Не заканчивают возмущаться читатели, солидарные с рассказчиком и автором: безнравственно подсчитывать потери в хозяйстве и не замечать потерь людских; безнравственно жалеть убитую свинью и делать вид, что ничего не знаешь о концлагерях по соседству, в которых умерщвляют людей, а их пеплом удобряют поля.

Забывать прошлое нельзя, ибо «сегодня, не имеющее вчера, не имеет завтра» (М. Цветаева). Об этом хорошо известно нашему земляку, писателю – фронтовику Бакланову, поэтому в своих произведениях («Южнее главного удара», «Пядь земли», «Мёртвые сразу не имут», «Июль 41года», «Карпухин») он постоянно обращается к теме Великой Отечественной войны.

Когда началась война, Григорий Яковлевич Бакланов работал слесарем на 18-м авиазаводе, который выпускал штурмовики ИЛ -2. Для того, чтобы попасть в военное училище, экстерном сдал экзамены в 10–й класс. В 1941 году Воронежским РВК Г. Я. Бакланов (настоящая фамилия Фридман) был призван в армию, окончил артиллерийское училище. С 1943 года воевал на Юго – Западном и 3 Украинском фронтах, участвовал в боях за освобождение Украины , в Молдавии, Румынии, Венгрии, Австрии. В сентябре 1943 года Бакланов был ранен в районе г. Запорожье. Закончил войну начальником разведки артиллерийского дивизиона.

Был месяц май в жизни фронтовика Бакланова – 21 –летнего вернувшегося победителя!!! Может быть, поэтому рассказ Григория Яковлевича «Почём фунт лиха» (1967) начинается так же: «Был месяц май». Эти слова станут названием телевизионного фильма режиссёра Марлена Хуциева, а сценарий к картине напишет автор рассказа - Г. Я. Бакланов. Фильм получил приз Интервидения и премию за режиссуру на Международном кинофестивале телефильмов «Злата Прага» в 1970 году. (Позднее Бакланов переименовал свой рассказ, и произведение стало называться, как и фильм Хуциева «Был месяц май»).

Обратимся к первоисточнику и вспомним сюжет произведения «Почём фунт лиха». Рассказ ведёт разведчик, старшей группы. Шестой день, как кончилась война, и они стояли в немецкой деревне, непохожей на русские сёла. Люди этой деревушки «как-то сразу…перешли к состоянию мира…о войне они говорить не любили, только осуждающе качали головами и называли Гитлера: это он виноват во всём, пусть он за всё и отвечает».

Хозяева дома, в котором был расквартирован рассказчик, уходил ночевать вместе со своей молодой женой в другую деревню. Их 14-летний сын оставался следить за хозяйством. Утром муж с женой возвращались. У господина Рашке под расслабленной походкой чувствовалась военная выправка. Молодая жена «мощными формами и озабоченным лицом откормленного младенца казалась среди шевелящихся свиней памятником сытости и довольства».

Разведчики ни хозяину, ни хозяйке не пытались помочь, кроме работницы Магды. Её мужа, коммуниста, убили в спину на митинге, единственный сын погиб на фронте в 1941 году. Старуха, всё потерявшая на войне, работала на людей, которые не только ничего не потеряли, но ещё и приобрели.

22-летний рассказчик-разведчик поехал на мотоцикле к своему другу, тоже разведчику, Володе Яковенко в соседнюю деревню. Тот пребывал в мрачном настроении. Накануне он в поисках отца побывал в концлаере, находившемуся в трёх километрах от деревни. Вид крематория и пепел сожжённых людей потряс разведчика.»Рядом людей сжигали. Пеплом удобряли землю. А они теперь хлеб жрут»,- говорил возмущённый Яковенко.

Возвращаясь в свою деревню, рассказчик видел сочно лоснившиеся поля, набиравший силу хлеб. И всё это удобрялось пеплом пеплом сожжённых людей!!!

Во время отсутствия командира солдат Макарушка застрелил хозяйскую свинью, и сын - подросток предъявил счёт командиру. В 14 лет этот немец ещё не изведал, почём фунт лиха, но знал, сколько можно получить за килограмм полноценного свиного мяса. Виновник Макарушка, застреливший свинью, узнал в полной мере разрушительную силу войны: его мать вместе с другими жителями деревни заживо сожгли в доме фашисты, двухлетнюю сестрёнку расстреляли, сам же он чудом спасся.

Вечером во время ужина (картошка со свининой) в дом пришёл измождённый поляк, который работал вместе с женой здесь, в доме господина Рашке. Его новорождённый ребёнок был растерзан свиньями, в то время как мать побежала работать в поле. Женщина сошла от горя с ума, и хозяин за руку отвёл её в концлагерь. Муж тоже 1,5 года находился за колючей проволокой. Но увидеть господина Рашке ему не пришлось. Немец с женой ушли из деревни, к ним присоединился и их сын, узнавший в измождённом поляке бывшего работника.

Разведчикам не удалось поговорить с семьёй господина Рашке. Все её члены скрылись. Соседи отзывались о немце как о нацисте. Знали про его страшное прошлое и молчали! Боялись.

«Наверное, и сейчас наши бывшие хозяева воспринимают те майские дни как чёрные дни своей жизни»,- размышляет рассказчик. Но для разведчиков, расквартированных в этой немецкой деревушке, для всех солдат и офицеров-участников Великой Отечественной войны, для людей всей Европы, для Григория Яковлевича Бакланова, автора рассказа, фронтовика, ПОБЕДНЫЙ МАЙ 1945 года был ДОЛГОЖДАННЫМ, политым потом и кровью, сопряжённым с потерями друзей, родных и близких, но всё равно долгожданным.

«Когда я вернулся домой с фронта, мне был 21 год. Я вернулся с твёрдым убеждением в том, главное в моей жизни уже сделано. Тогда мне было на редкость легко. Мне не хотелось делать никакой карьеры, мне было безразлично, что будет со мной дальше. Я был твёрдо убеждён: главное дело моей жизни уже сделано», - вспоминал Григорий Бакланов. Но это были слова, сказанные в эмоциональном порыве. Всю свою жизнь Г. Бакланов обращался к теме Великой Отечественной войны и свою борьбу теперь уже за души людей, за нравственное начало в человеке вёл с помощью написанных им книг.

Многие произведения Бакланова были экранизированы, к фильму «Был месяц май» он сам писал сценарий.

Осенью 1969-го Марлен Хуциев начал съёмки своего нового фильма «Был месяц май»,который во многих отношениях был для режиссера необычным. Это единственная работа Марлена Хуциева, которая не опирается на личный опыт художника, на то, чему непосредственным свидетелем он сам не был. И в то же время герои впервые оказываются ровесниками режиссера. Он сделал фильм не о себе, но о своем поколении, которое во время войны спасло страну да и мир в целом. Картина имеет два выхода — в прошлое и будущее, в войну и мир.

В картине «Был месяц май» хроника последнего боя за Берлин сменяется игровыми кадрами мирной, но отнюдь не спокойной жизни, а в финале появляются на экране тоже документально запечатлённые люди современной Европы. Фильм естественно движется от общего через единичное вновь к общему. Единичное смыкает прошлое и настоящее. Человек в хронике включён в исторические события, он существует вместе с другими людьми и неотрывно от них. Все они делают Историю, а предмет интереса хроники — именно История. Хроника запечатлевает не лицо человека, а лик Времени. Вводя документальные кадры, режиссер не собирался «подчеркнуть достоверность пролога», а «ставил перед собой другую задачу». Думается, он хотел из исторического вычленить человеческое. Экран дает нам возможность внимательно вглядеться в лица молодых парней,которые вместе со всеми сражались за нашу общую победу. История приобретает конкретность. Мы вспоминаем, что подлинный главный персонаж исторического события — человек.

Жизнь продолжается, потому что был когда-то месяц май. И нужно помнить, что он был, этот месяц Победы. Как напоминание или как «предупреждение из прошлого». Мир должен ощущать свою зависимость от подвига солдат, таких, как эти пятеро героев ленты «был месяц май». Без победы в мае 45-ого не было бы ничего. А помнить об этом необходимо еще и потому, что все может вновь повториться. Память — обязанность всех живущих. Люди предпочитают предавать забвению то, что не очень приятно им вспоминать. Но тем самым они готовят почву для новых преступлений против человечества. Правильно, что Марлен Хуциев отказался в финале от закадрового голова одного из персонажей, вспоминающего уже сегодня о прошлом. Это, во-первых, лишило бы нынешнюю хронику обобщенности звучания, а во-вторых, что гораздо важнее, сделало бы рассказанную конкретную историю, наоборот, отдаленной от нас. Между тем, она воспринимается как глубоко современная, актуальная. Не случайно Семён Фрейлих и Александр Мачерет рассматривали «Был месяц май» в одном ряду с «Мне 20 лет» и «Июльским дождем», называя эти три произведения трилогией. Мачерет сказал, что все они направлены против «духовного мещанства». Фрейлих более точно определял суть трилогии, «в которой Хуциев изобразил битву духовного и бездуховного начал в современного человеке». Он же справедливо отметил, что режиссера на сей раз интересует герой «в момент прозрения».

Эти солдаты-победители бегали еще пацанами, когда Гитлер пришел к власти. Да и к началу Великой Отечественной войны им было еще по 17-18 лет. Парням 1923-24 годов рождения даже не о чем вспоминать из предвоенной жизни. Какая жизнь, если они только успели окончить школу, а юность прошла уже на войне.В одной из центральных сцен (вечеринка в гостях у Яковенко) молодой лейтенант Николаев вспоминает то, что было не на фронте: военное училище, танцы с девушками перед отправкой в передовую. В его словах появляется грудь, сожаление об утраченной юности. А Яковенко, который постарше (его играл Петр Тодоровский, кстати, оператор фильмов «Весна на Заречной улице» и «Два Фёдора», ровесник Марлена Хуциева, успевший, в отличие от него, попасть на войну), говорит о своей уже семнадцатилетней сестренке, но думает-то он о себе — о том ,что вот прошло четыре года, и их не вернуть назад, заново не пережить. Яковенко начинает насвистывать чуть печальный вальс, а потом все подхватывают этот свист. И откуда-то на смену возникает мелодия духового оркестра, возвращающая парней хотя бы в мечтах в их короткую юность. Звучит вальс, как мотив судьбы, уносящий души в такое далекое прошлое. А может, это уже настоящее?

Идут под луной молодые и веселые офицеры, хмельные то ли от вина, то ли от переполняющей их радости, скрепленные фронтовой дружбой и общностью своих судеб — одно поколение. Едут в найденной под мостом немецкой легковой машине, виляя на ней из стороны в сторону, словно танцуя, отдавшись упоению движением, ветром, ночью, спокойствием и тишиной. Раскачивается свет фар в такт вальса — но вдруг натыкается на колючую проволоку, и вальс обрывается. Так же четыре года назад война оборвала юность этих парней. А теперь прервался внезапный миг счастья, наслаждения победой.

В последующей сцене чисто кинематографически переданы нарастающее беспокойство и тревога — тени солдат на фоне ярко освещенной фарами стены барака, прыгающие лучи карманных фонарей, гулкие шаги в пустоте помещений. Из темноты выхватываются все новые и новые жуткие подробности концлагеря. А за его пределами уже ждет рассвет, и в небе пугающе кричат стаи воронья. Потом рассказы поляка и немца, бывших узников концлагеря, окончательно проясняют то, что не было известно молодым русским парням. Оказывается, их внешне добродушных хозяин хутора Рашке удобрял землю золой из топок и даже был виновником смерти нескольких людей.

Обобщенное опять возвращается к частному. Фашизм опирался на конкретных людей, добропорядочных обывателей, «бауэров»,которые кормили армию, а если было нужно — сами шли в нее сражаться и умирать за то что ,что немцы — высшая раса. Фашизм давал обывателю свободу действий, раскрепощал его позволял выразить свои подавленные инстинкты, пробуждал дух национализма и шовинизма. «Криг Капут!»-но готовность к подчинению осталась в каждом из этих рашке. Более того-из них никуда не улетучилась и прежняя национальная спесь. Даже немец, который провёл шесть лет в концлагере, по-прежнему твердит, что «нельзя плохо говорить о Германии». Такие, как он, легко поддаются влиянию вируса фашизма. А пока будут существовать ракше (не случайно этому, можно сказать, нарицательному персонажу удаётся тихо скрыться с хутора, раствориться без следа), не исчезнет угроза рецидива этой «национальной болезни». То , что знали наши войны о фашизме оказалась «ничем» по сравнению с открывшейся им истиной. Григорий Бакланов, чей рассказ «По чём фунт лиха» лёг в основу сценария картины «Был месяц май», рассказывал о замысле: «Сейчас, когда людям кажется, что они всё знают о минувшей войне, удивлять может только наше тогдашнее удивление. И неосведомлённость. Мы, чей путь не лежал через Майданек или Освенцим, кто не освобождал узников, ещё не знали, что были газовые камеры, куда эшелонами привозили людей душить газами. Что была целая промышленность уничтожения, где утилизировалось всё: и женские волосы и пепел, оставшийся от сожжения и взрослых и детей». Поэтому уже пустой концлагерь становится для героев ленты будто их истинным прозрением. Сцена в концлагере находится в самом центре повествования и несёт основной смысл. Молодые офицеры оказываются в таком же положении, как и современные люди, которые что-то слышали о концлагерях, но конкретного представления о том, как там убивали, почти не имеют. И вот когда волей случая они попадают в Освенцим или Бухенвальд, то прозревают, понимая, что есть фашизм на самом деле. Персонажи фильма тоже осматривают концлагерь как музей- неторопливо, сосредоточено,пытаясь разобраться: зачем здесь нужны камеры, труба, топки. Яковенко вдруг вспоминает: «Эти ребята, которые лагерь освобождали, танкисты, рассказывали,будто немцы тут людей жгли». «Как жгли?- не может понять Николаев. -Зачем?». Этот же вопрос задавало человечество, когда на Нюрнбергском процессе стали известны все злодеяния фашистов. Но гораздо важнее: почему они смогли это сделать? Можно даже хорошо знать по хронике о зверствах нацистов, помнить обо всем, и тем не менее, не понимать того, почему фашизм существовал и до сих пор еще не изжит?
Когда герои ходят по концлагерю, их сопровождает за кадром хриплый собачий лай. Потом два немца, бывших узника, скажут, что теперь не могут слышать, как лают собаки. Для них это- концлагерь, фашизм. Лай навсегда остался в памяти. Война окончена. Узники освобождены. Но продолжает лаять собака, как будто чувствует, что ее хозяева вернутся и заполнят лагерь новыми жертвами- какой национальности на этот раз?
Уходят солдаты из концлагеря сырым прохладным утром, полные тревоги и смятения. Им еще предстоит услышать свидетельства живых очевидцев- тех, кто смог выжить и выйти из лагерей. И узнают о том, для какой цели сжигали людей в крематории, кто пользовался услугами концлагерей, делая вид, что не имеет к этому никакого отношения. Уходят солдаты, оставив у барака машину с едва светящимися фарами в утреннем тумане, на которой они пережили ночью неожиданные мгновения радости. И теперь былое счастье светит для них как блеклый свет.
Уже солнечным днем вернувшемуся на хутор Николаеву сын Рашке предъявит счет за напрасно убитую солдатом Макарушкой свинью, подсчитав даже то, что свинья могла еще расти. Каким был бы счет для фашизма, если бы подсчитали не только размер материального ущерба, количество погибших, но и то, кем могли стать замученные и сожженные, что они сделали бы для человечества? Сколько погибло детей, так и не успев стать великими? Это не поддается учету. За это нельзя ничем расплатиться.
А один из немцев, бывших заключенных, потом расскажет Николаеву, что родственники уничтожаемых в концлагере должны были оплачивать расходные счета. Лейтенант не может понять: как люди могли сами платить за уничтожение? Немец отвечает:«Люди всегда все делают сами. Сами строят себе лагеря. Сами строят себе тюрьмы. Сами платят за расстрел». Он теперь понял, что все его соотечественники, все люди виновны- они сами породили фашизм.«Мы тоже не верили, пока не случилось. Не знали. Не хотели знать... Потом мы боялись. Страх. Что можно было тогда изменить?» Как это точно сказано – сначала не верили в возможность прихода фашизма к власти, потом, когда это свершилось, уже боялись установленного порядка . Сначала надеялись, что всё обойдётся, и потому продолжали жить беспечно – затем, чтобы пребывать в том же спокойствии, более того – остаться в живых, слепо подчинились фашизму. Исполняли всё то, что им приказывали, поэтому не чувствовали себя виновными. Строили концлагеря, сидели в них, платили за смерть, доносили на соседей, получали за это деньги, отводили своих работников в крематории и удобряли пеплом поля… Люди давно уже умерли, но остался пепел, развеянный ветром, который везде: в этой земле, в колосьях пшеницы… И из движения руки бывшего узника Штефана по колосьям, словно из пепла, затем появляются на экране лица современных людей, идущих по улицам европейских городов. Если эти люди забудут обо всём, что произошло в минувшую мировую войну, их ожидает та же участь, что и мирных прохожих довоенной Европы, которые ничего не хотели замечать и спешили по улицам, не останавливаясь. Они, оставшиеся на киноплёнке, пока не знают то, что знаем мы, глядя на мир, живущий в счастливом неведении. Им только предстоит пережить все ужасы войны, а выжившим – испытать упоительное чувство победы. Мы видим на фотографии солдата, безымянного героя XX века, спасшего мир, вернувшего ход Времени в нормальное русло. Теперь фото этого воина в современной газете воспринимается как запечатлённая История. Человек – это сама История. Более идеальной причастности ко Времени не может быть.

Заключение

В заключение работы хотелось бы привести слова Г. Я. Бакланова, которые он сказал корреспонденту, обратившемуся к писателю с вопросом: «Григорий Яковлевич, если бы вам представилась возможность 9 мая обратиться со своим словом к народу, что бы вы сказалы?». Г. Я. Бакланов ответил:

-- Помните «Песнь о Гайавате» в бунинском переводе?

Я устал от ваших распрей,

Я устал от ваших споров,

От борьбы кровопролитной.

От молитв о кровной мести.

Ваша сила – лишь согласье,

А бессилие – в разладе…

Вот и я бы, пожалуй, обратился к живущим в России: перестаньте тянуть каждый к себе, разрывать её на куски. Если вы действительно любите ее, хотите, чтобы она не канула в бездну, чтобы жизнь , уймите страсти. Хотя бы во имя детей своих и внуков.


Список литературы

Антология мудрости / Сост. В. Ю. Шойхер. М., Вече, 2012

Бакланов Г. Собрание сочинений, тт. 1-4 М., 1983-1985

Бакланов Г. И тогда приходят мародёры. М., 1996

Киноэнциклопедический словарь М., «Советская Энциклопедия» 1987

Литературная газета М., 1995

Http://Kinanet.livejournal.com

http://Km.ru



Автор
Дата добавления 19.11.2016
Раздел Русский язык и литература
Подраздел Научные работы
Просмотров38
Номер материала ДБ-369780
Получить свидетельство о публикации


Включите уведомления прямо сейчас и мы сразу сообщим Вам о важных новостях. Не волнуйтесь, мы будем отправлять только самое главное.
Специальное предложение
Вверх