Добавить материал и получить бесплатное свидетельство о публикации в СМИ
Эл. №ФС77-60625 от 20.01.2015
Свидетельство о публикации

Автоматическая выдача свидетельства о публикации в официальном СМИ сразу после добавления материала на сайт - Бесплатно

Добавить свой материал

За каждый опубликованный материал Вы получите бесплатное свидетельство о публикации от проекта «Инфоурок»

(Свидетельство о регистрации СМИ: Эл №ФС77-60625 от 20.01.2015)

Инфоурок / История / Научные работы / Исследовательская работа по истории "Жадовская пустынь. История и современность"
ВНИМАНИЮ ВСЕХ УЧИТЕЛЕЙ: согласно Федеральному закону № 313-ФЗ все педагоги должны пройти обучение навыкам оказания первой помощи.

Дистанционный курс "Оказание первой помощи детям и взрослым" от проекта "Инфоурок" даёт Вам возможность привести свои знания в соответствие с требованиями закона и получить удостоверение о повышении квалификации установленного образца (180 часов). Начало обучения новой группы: 28 июня.

Подать заявку на курс
  • История

Исследовательская работа по истории "Жадовская пустынь. История и современность"

библиотека
материалов


Министерство образования Ульяновской области


Департамент профессионального образования и защиты прав несовершеннолетних

ОГБОУ СПО сельскохозяйственный техникум в р.п. Жадовка








ИССЛЕДОВАТЕЛЬСКАЯ РАБОТА










ЖАДОВСКАЯ ПУСТЫНЬ.

ИСТОРИЯ И СОВРЕМЕННОСТЬ.





АВТОР:

Новикова Ю.В.

преподаватель истории









Жадовка 2013


Содержание:



Введение. 3 - 5

Глава 1.

История пустыни.

  1. Образование Жадовской пустыни. 6 - 12

  2. Возрождение и дальнейшее развитие 12 - 22

пустыни.


Глава 2.

Монастырь, как социально-идеологический организм.

  1. Попытки властей ликвидировать штат

монастыря. 23 - 31

  1. О судьбах людей, связанных с пустынью. 31 - 42

  2. Современность: отклик у населения. 42 - 48


Заключение. 48 - 50

Список литературы. 51 - 53

Приложение. 54 - 89











Введение.


Из истории мы много знаем об истории русского государства, об исторических личностях, их деятельности, о различных народах. А о культуре русского государства, как показателе исторического развития народа в духовном и материальном плане, мы знаем сравнительно меньше. Культурное наследие каждой цивилизации несколько таинственно и малоизвестно.

Тема исследовательской работы – Жадовская пустынь. История и современность.

Актуальность выбранной темы определяется большим интересом российского общества к проблемам духовности, которые зарождались в глубоком прошлом. Также актуальность определяется крайне слабой изученностью этой проблемы в современной науке.

Предметом исследования является сам монастырь – Жадовская Казанская Богородицкая пустынь.

Объект исследования – истоки становления пустыни, ее развитие и современное состояние.

Рабочая гипотеза: исследуя названную проблему, мы исходили из того, что пустынь как в прошлые времена, в годы испытаний, так и на современном этапе является духовным, культурным организмом, способным влиять на мировоззрение народа.

Цель работы: проследить историю происхождения, становления и развития пустыни, а также на конкретных примерах показать, какую роль играла пустынь в культурной, общественной, государственной жизни страны и народа.

Достичь решения поставленной цели возможно с помощью следующих задач:

  1. изучить особенности образования, развития, упадка и последующего восстановления пустыни;

  2. выявить роль пустыни в духовной жизни народа;

  3. восстановить картину хозяйственной деятельности монастыря в периоды его развития;

  4. рассмотреть роль сподвижников пустыни в ее образовании и развитии;

  5. выяснить, как повлияла пустынь на судьбы людей, тесно с ней связанных;

  6. установить влияние населения на восстановление монастыря в настоящее время.


Сегодня нам, живущим в эпоху прагматизма, трудно пред­ставить, что принесение чудотворной иконы Казанской Бо­жьей Матери из Жадовской пустыни оставалось в течение 80 лет (с 1848 по 1927 годы) одним из наиболее главных явлений духовной жизни Симбирска и Симбирской губер­нии. И тем не менее этот факт подтверждается многими оче­видцами. В частности, можно сослаться на свидетельство сто­роннего наблюдателя, географа и этнографа, полковника Ге­нерального штаба А.О. Липинского (Липинский А.О. Ма­териалы для географии и статистики России. Симбирская гу­берния. СПб., 1868, ч. 2.), собиравшего в 60-х годах XIX века географические и статистические сведения по Симбир­ской губернии. Из всех заметных явлений духовной жизни Симбирска он выделял лишь два события: ежегодный крест­ный ход в конце мая вокруг старой части города (в память о чудесном избавлении Симбирска от Степана Разина) и кре­стный ход с участием огромного количества народа в связи с принесением чудотворной иконы Казанской Божьей Матери из Жадовской пустыни.

История явления чудотворной иконы Жадовской Казан­ской Богоматери и тех чудес, которые с нею связаны, нео­днократно воспроизводилась в устных преданиях и записы­валась в виде сказаний. Первая из них приводится в рукопи­си неизвестного автора 1865 года, которая хранится в Улья­новском областном краеведческом музее им. И.А. Гончаро­ва. Можно лишь предполагать, что автором ее является один из монахов того времени. По словам Н.В. Охотина, предание о явлении иконы Тихону из с. Жадовки записано со слов архи­мандрита Августина, умершего в 1864 году, (См.: Охотин Н.В. О Чудотворной иконе Казанской Божией Мате­ри, ежегодно приносимой в г. Симбирск, из Жадовской пустыни// Сборник исторических и статистических материалов о Симбирской губернии (Приложение к памятной книжке на 1868 г.). Симбирск, 1868. С. 277—281). Рукопись была об­наружена в одной из антикварных лавок в 1903 году членом Симбирской губернской ученой архивной комиссии Сергеем Васильевичем Лазаревским, который впоследствии и передал ее в музей архивной комиссии. Описание церемонии торжественно­го перенесения иконы Казанской Божьей Матери из этой рукописи приведено в приложении.

Кроме этого, первое историческое исследо­вание Жадовской пустыни, принадлежит профессору Симбирской духовной семинарии К.И. Невоструеву, а так­же описание некоторых малоизвестных страниц из истории пустыни.

В работе учитывались пуб­ликации по истории Жадовской пустыни: Протоиерей Павел Охотин. Жадовская Казанско-Богородицкая пустынь Сим­бирской епархии. Симбирск, 1881; Сказание о явлении и чу­десах иконы Казанской Божией Матери. Симбирск, 1889; Протодиакон Алексий Скала. Жадовская пустынь. (Жадовский Богородице-Казанский мужской монастырь. История и современность). Ульяновск, 2000; Сомова Л.А. К истории Жадовской пустыни // Открытые культуры. Ульяновск, 2002. С. 97-99. "



Глава 1 История пустыни


Образование Жадовской пустыни.

Жадовская Казанская Богородицкая пустынь находится в 130 верстах от г. Симбирска, в Карсунском уезде, на юге от г. Карсуна в 75 верстах, при речке Самородке, впадающей в реку Барыш; расположена среди леса на горе, при подо­шве которой течет по лугу речка Самородка и пробивается ключ с прекрасною водою. Пустынь называется Жадовской от находящегося в 3 верстах от неё села Жадовки, в дачах которого первоначально основана. Это село упоминается в до­кументах, начиная с 1702 г.[32;111] Пустынь возникла следующим образом.

В 1709 году, по случаю Явления чудотворной Казанской иконы Пресвятой Богородицы на упомянутом выше ключе, помещики села Жадовки, подполков­ник Иван Петрович Обухов, симбиряне Лукьян Тихонович Аристов, Сельвестр Петрович Ребровский, Никита Федорович Плешивцев, с товарищами Федором Воронцовым и Василием Зимнинским, построили на месте Явления иконы дере­вянную часовню.[32;111] Когда в 1713 году игумен Сызранского Вознесенского монас­тыря, приписанного к Казанскому архиерейскому дому, Михаил вознамерился по­строить здесь церковь во имя Казанской иконы Богоматери и основать монастырь; то выше упомянутые помещики изъявили усердие пожертвовать из своих владе­ний под церковь и обитель и под огород землю, вокруг церкви на 80 саж., а под­полковник Иван Петрович Обухов жертвовал на пропитание обители, неподалеку от неё, на речке Алташейке, 15 четвертей земли, или 7 десятин [32;111]. По решении дела об отводе будущей обители жертвуемой ей земли в Казанской губернской канце­лярии, в следующем 1714 году, с благословения Казанского митрополита Тихона, пустынь была основана: в ней построена деревянная церковь во имя Казанской иконы Богородицы с приделом во имя преподобного Тихона Амафунтского, анге­ла митрополита, и учреждена община с настоятельством игуменским[32;111]. Пустыни была отведена земля в количестве 20 четвертей, или 60 десятин, подаренных ей соседними помещиками[32;111]. В декабре того же 1714 года игумен Михаил к осно­ванной им пустыни приобрел покупкою за 2 руб. с полтиною 5 четвертей земли по речке Алташейкe[32;111]. Впоследствии были подаяния и от других благотворителей.

Но самым значительным пособием к содержанию пустыни служила яр­марка в день празднования Казанской иконы Божьей Матери 8 июля, основанная при пустыни около 1733 годa[36].

О состоянии пустыни в 1738 году в ведомости о ней написано: В пустыни деревянного строения церковь 1 с двумя престолами, настоятельская и братских келий 12, хлебная, житница, конюшня, ограда деревянная на 67 саженях. По по­ложению должен быть игумен, но на лицо состоит строитель иеромонах, рядовых монахов 3, бельцов 1. Вотчин за пустынью нет, только ставится около монастыря сена на 15 копен. Денежных доходов в год в сборе надлежит быть: окладных с лавок 25 руб., за продажный скот 6 руб. 94 коп., за промен восковых свеч 16 руб. 32 коп., всего 48 р. 26 к.[38;12] В 1749 году в пустыни кроме настоятеля было братии 15 человек, а в 1759 году - 5 иеромонахов и 3 простых монаха. Они занимались отчасти работою и пчеловодством.[38;12]

В 1739 - 1746 годах вместо деревянной церкви в пустыни построена каменная церковь во имя Казанской иконы Божьей Матери с приде­лом во имя преподобного Тихона Амафунтского бывшим в ней монахом Герма­ном Аблязовым.[38;13] Этот монах Герман в мире был от кавалерии гренадерского полка полковой квартирмейстер, а потом капитан Григорий Афанасьевич Аблязов, имевший значительные поместья в Пензенском, Курмышском и других уез­дах.[38;13] Около 1742 года он поступил в пустынь, в 1746 году был в ней казначеем, принял схиму и, по преданию, всю остальную подвижническую жизнь провел в нарочно устроенной вверху колокольни палатке, погребен близ церковной трапезы с правой стороны.[38;13] Кроме главной церкви, в пустыне существовала построен­ная неизвестно когда деревянная церковь на св. воротах во имя Иоанна Воина с приделом.[38;13]

Пустынью попеременно управляли игумены и строители.

В 1764 году Жадовская пустынь упразднена.

По закрытии пустыни монашествующим велено было перейти в штатные мона­стыри: Свияжский Богородицкий или Казанский Преображенский, к церкви же пустыни для отправления богослужения определен был священник с двумя при­четниками.[39;34] Причт содержался, вероятно, доходами от молебствий чудотворной иконе и от ярмарки, а также бывшею монастырскую землёю. Но с течением вре­мени эта земля была утрачена, и в 1817 году по делу о рукоположении во священ­ники к церкви бывшей пустыни одного из причетников её резолюцией Казанского архиепископа Амвросия предписано было: «Как при церкви Жадовской пустыни ни земли, ни прохода нет, почему и существовать она не может, то и упразднить оную, а утварь и иконы отдать в церковь села Жадовки». Но до 1822 года церковь оставалась в прежнем положении. В этом году прихожане села Жадовки просили архиепископа Амвросия восстановить самостоятельность церкви и разрешить ис­править ее на их счет, а для священно-церковно-служителей построить при ней дома, перенесши их из Жадовки, и отвести им землю поблизости от церкви. По распоря­жению Преосвященного Амвросия церковь бывшей пустыни сделана опять само­стоятельной и притом приходскою села Жадовки, а деревянная Троицкая церковь этого села - приписной к ней. Впрочем, причт по прежнему жил в Жадовке, а при Казанской пустынской церкви кроме одного деревянного дома бывшего священни­ка, завещанного в её пользу, и нескольких принадлежавших ей лавок, снимавших­ся во время ярмарки торговцами, никаких строений не было.[39;35]

В таком положении была Жадовская пустынь до 1845 года.

Создание Казанско-Богородицкой пустыни на берегу речки Самородки у села Жадовка обязано чудесному обретению иконы Казанской Богородицы на родни­ке. На месте этого явления и была воздвигнута в 1709 году деревянная часовня попечением местных помещиков (Иван Петрович Обухов, симбиряне Лукьян Ти­хонович Аристов, Сельвестр Петрович Ребровский, Никита Федорович Плешивцев с товарищами Федором Воронцовым и Василием Зимнинским), а вскоре в 1714 году здесь была построена церковь во имя Казанской иконы Богоматери и основан монастырь. Строителем и основателем Казанско-Богородицкой пустыни был игумен Сызранского Вознесенского монастыря Михаил.[3;10]

Возникновение пустыни относится ко времени острых споров в русском обще­стве по поводу проведения петровских реформ государственного устройства. По­скольку преобразования Петра происходили по образцам протестантских стран (Германия, Швеция и т.д.), это вызывало активное сопротивление со стороны пра­вославия. Причем противниками Петра были не только старообрядцы, распрост­ранявшие учение о том, что Петр - антихрист, но и многие представители офици­альной церкви. Возникавшие при этом многочисленные трагедии не обошли сто­роной и Жадовскую Казанско-Богородицкую пустынь.

В начале 1722 года здесь под видом паломника появляется монах Варлаам из соседнего Пензенского Предтеченского монастыря (в миру Василий Андреевич Левин)[9;27], который был ярым сторонником учения о явлении антихриста в лице Петра и старался «просветить» в этом всех остальных христиан. В поисках союз­ников он и приехал в новую монашескую общину. Дождавшись окончания вечерней службы, Левин подошел к настоятелю и изложил свои взгляды. Игумен мол­ча выслушал своего гостя и не стал ни опровергать, ни поддерживать полубезум­ного посетителя, а сам Левин на следующий день уехал в Пензу. Там на базаре он выступал несколько недель[18;67], пока не нашелся человек, который заявил на него «слово и дело»[18;67]. На допросе в Преображенском Приказе Левин назвал всех тех, кому он сообщал свои взгляды (16 человек), и среди прочих назвал настоятеля Жадовской пустыни Михаила. В результате большинство из них было казнено, а Пензенский Предтеченский монастырь был упразднен.

Для нас, живущих почти три столетия спустя, трудно понять такую жесто­кость, однако необходимо помнить особенности взаимоотношений государства и церкви в то время. Об этом периоде церковные историки стали осторожно гово­рить лишь в конце XIX века: «Петра волновали не столько недостатки, имевшие место в церковной жизни, сколько опасность двоевластия, каковую, по его мнению, таило в себе патриаршество. Петр полагал, что возможно предотвратить эту опас­ность путем создания Духовной коллегии... Необходимость коллегиального прин­ципа управления Церковью представлялась царю таким же самоочевидным де­лом, как и подчинение Церкви его царской воле. Тем не менее Петру было ясно, что введение этого порядка выглядело решительным переворотом в глазах духо­венства и народа, и потому он желал дать своей реформе мотивированное и доход­чивое обоснование»[17;112]. В этом деле серьезную помощь Петру оказал честолюби­вый Феофан Прокопович, который и разработал главные доводы в пользу рефор­мирования Русской православной церкви на протестантский лад: «Аргументация Феофана сугубо рационалистична. У него нет никакого сакрального понятия о Церкви как Теле Христовом. Доводы в пользу коллегиальной системы не могут скрыть того факта, что основной смысл "Регламента" заключается не столько в отмене патриаршества, сколько в революционной перестройке отношений между государством и Церковью. С выходом "Духовного регламента" Русская Церковь становится составной частью государственного устройства, а Святейший Синод — государственным учреждением. Русская Церковь теряет тесную связь с вселенс­ким православием, с которым теперь ее соединяют лишь догматы и обряд»[17;113].

Итак, в ходе петровской реформы церкви, государство взяло на себя полный контроль над духовной жизнью страны, что и было отражено в «Духовном регла­менте», одним из пунктов которого было обязательство духовника сообщать лю­бые противоправные намерения своих прихожан, которые он узнает во время исповеди. Тем самым нарушалась тайна исповеди, которая, начиная с первых веков христианства, признавалась нерушимой. Именно тот факт, что игумен Жадовской Казанско-Богородицкой пустыни, услышав речи Левина, посчитал их бре­дом больного человека и не донес об этом властям, стало главной причиной того, что Михаил, как и остальные участники процесса, был подвергнут лютой мучени­ческой казни.

Вот что об этом можно прочитать в материалах Сената: «По указу Его Импе­раторского Величества, Правительствующий Сенат (слушав из Тайной канцеля­рии доношения и выписки), приговорили: старца Варлама, а по обнажении мона­шества Василия Савина, сына Левина (который папред сего был капитаном), каз­нить смертию, сжечь (в Москве) для того, в нынешнем 1722 году марта в 19 числа, пришед он, Левин, в городе Пензу и кричал всенародно злыя слова, а имянно бунтовныя, касающияся к Превысокой персоне Его Императорскаго Величества и вредительныя государству, и в Тайной канцелярии по распросам его, Левина, и по розыском явилось, что не токмо на Пензе, но и прежде того отцам своим духов­ным на исповеди, и на Пензе в Предтеченском, да в Симбирском в Жадовском монастырех игуменом и начальному своему отцу старца Ионе и в Саранском уезде в церкви всенародно... он, Левин, разглашал явно... имел он намерение, чтоб во всех городах и на путех кричать и те злыя слова произносить, дабы народ к бунту возмутить... выше объявленную казнь ему, Левину, учинить и приговорили, а прежде той казни вырезать ему язык, понеже которым удом прежде злобу он произносил, тот уд и казнь прежде восприимет, и для всенароднаго ведения при том месте, где он будет сожжен, выставить лист с надписанием тех его злых вин, да таков же лист послать на Пензу к командирам и велеть выставить в том месте, где он, Левин, те злыя слова в народе произносил... Канцлер Граф Головкин. Граф Яков Брюсе. Князь Григорий Долгорукой. Граф Иван Мусин-Пушкин. Барон Петр Шафиров. Граф Андрей Матвеев. Князь Дмитрий Голицин. Июля 25 дня 1722 году»[5;87].

И здесь поневоле вспоминаются слова современного писателя: «Мученичество начинается там, где власть стремится либо упразднить Бога, либо занять Его мес­то. Оно начинается тогда, когда власть стремится вырвать Бога из человеческого сердца - зачастую вместе с сердцем. В древнем ли Риме, в социалистической Румынии, в советской России - по всему миру - вера с бесконечным мужеством противостоит самому жестокому насилию» (Нежный А. Яд и топор).


Возрождение и дальнейшее развитие пустыни.


После казни Михаила управление пустынью проходило довольно спокойно. Пожалуй, лишь единственный случай можно привести в качестве исключения - это отстранение в 1734 году игумена Павла за незаконное пострижение в мона­шество двух человек. Наказание было отменено лишь спустя 8 лет - 5 мая 1742 года, когда «по наведению справок Св. Синод вину бывшему игумену отпустил, священнослужение разрешил и велел определить в монастырь по усмотрению епископа»[30]. По старости и болезни иеромонах Павел просил оставить его в Московском Богоявленском монастыре в иеромонашеском чине. Просьба была уважена.

Пустынь постепенно развивалась. Большую помощь в ее становлении ока­зала ярмарка, располагавшаяся рядом с северными монастырскими воротами. Однако через 50 лет после своего осно­вания пустынь была закрыта в связи с секуляризацией монастырских владе­ний. В 1764 году Екатерина II приняла решение о переводе всех крупных мо­настырей на государственное обеспечение и о закрытии мелких монастырских общин.[19;97]

В результате по всей стране было закрыто около трети монастырей, а их земли были переданы в государствен­ную собственность, в ведение Коллегии экономии. Одна треть от денежной суммы, получаемой от доходов с бывших монастырских владений, шла на содержание монастырского штата, а остальное забирало себе государство.

В число прочих монашеских обителей под сокращение попала и Жадовская пустынь.

Возрождение Жадовской пустыни стало воз­можным благодаря инициативе местных помещи­ков и при поддержке Симбирского архиепископа Феодотия в 1846 году. Руководил восстановитель­ными работами иеромонах Августин. Вместе с восстановлением пус­тыни был учрежден крестный ход с чудотворной иконой Казанской Божьей Матери в Симбирск. Под­робное описание первого крестного хода из Жадов­ской пустыни В Симбирск и обратно представлено в статье в местной газете[26]. Обратный вынос иконы происходил при огромном стечении народа 20 июня по большому Саратовскому тракту[26]: «Процессия достигла места назначения - вновь сооруженной в память первого возвращения Св. Образа в Жадовскую обитель, часовни, отстоящей в 7 верстах от города[26]. Здесь во время совершения Архипа­стырем молебствия с коленопреклонением, при чтении молитвы Божественной Заступнице, жители города, обратив взоры горе, с сокрушенным сердцем просили Невесту Неневестную призреть с небеси на рабов своих и осенить покровом сво­им от всех зол.

Так совершилось первое принесение из Жадовской пустыни в Симбирск и возвращение в эту обитель чудотворной иконы Казанской Божьей Матери»[26].

Не менее интересна и показательна другая статья, написанная через десять лет после первого принесения чудотворной иконы[25]:

«Но особенно незабвенный, вечный памятник благочестия воздвиг себе Архи­пастырь наш воссозданием Жадовской Пустыни, справедливо именуемой по име­ни воссоздателя Феодотьевскою Пустынью. Почти целое столетие Пустынь эта, отстоящая от г. Симбирска на 130 верст... оставалась в совершенном запустении. Все здания ея и ограда рукою времени были совершенно уничтожены, оставалась одна, и то в убогом состоянии, небольшая церковь с маленьким при ней флиге­лем для Священнослужителей, совершающим здесь иногда Богослужение. <...>

Архипастырь напомнил гражданам Симбирска об оставленной Святыне, о за­бытом сокровище. Единодушно... все граждане обратились с просьбою к Архипа­стырю, чтобы древняя благодатная Икона Жадовской Божией Матери ежегодно на один из летних месяцев приносима была в г. Симбирск. <...>

И процвела Жадовская Пустынь, как крин: заблестели златые кресты на се­ребристых главах, забелились каменные здания и стены Святого Храма ея, во имя Казанской Божией Матери, обновлен и распространен двумя приделами, во имя Святителей Николая и Тихона; на самом месте явления Святой Иконы воздвиг­нут небольшой, но изящный, крестообразный во ия Живоносного Источника Пре­святой Богородицы, храм, в коем, при самом амвоне, бьет живоносный источник... Уединенное, картинное местоположение Пустыни, окруженной с востока, севера и запада густою широкою лентою соснового леса, а с юга- омываемой живоносным источником, бьющим под ближайшим склоном горы из под храма, из благодат­ного родника, на коем явилась Святая Икона, благорастворенный, истинно-благо­датный воздух, свежая, чистая, даже целебная вода, - все это придает Святому месту невыразимую прелесть, пленяет взор и сердце».

Пустынь по восстановлении её при Преосвященном Феодотии получила такое благоустройство, какое прежде никогда не имела и по скудности средств иметь не могла. Прежняя каменная, построенная в 1746 году монахом Германом Аблязовым, церковь длины с алтарем и папертью 14 саж., ширины с приделом около 5 саж., об одной главе, в 1853 и 1854 годах перестроена: в ней распространен алтарь, в соответствие приделу Тихона Амафунтского, с правой стороны приложен вновь придел, во имя святителя Николая Мирликийскаго, длиною 8 саж., причем и пре­жний придел во имя Тихона Амафунтского перестроен и распространен в ту же меру, и вся церковь, равно и колокольня покрыты железом, покрашенным медян­кою. Пол в алтаре и на амвоне устроен дубовый, а прежде был чугунный, какой находится в церкви и в трапезе, постлан в паперти; стены отштукатурены и по­крыты масляного краскою, а с трех сторон, также в осьмерике и куполе, украшены священными изображениями. Колокольня над трапезою трехэтажная с 6-ю ко­локолами весу 117 пуд. В настоящей церкви иконостас о пяти ярусах, вызолочен­ный, с разными херувимами во всех ярусах и над южными и север­ными дверями и с двумя разными ангелами над царскими вратами, в 1853 году исправлен и вновь вызолочен червонным золотом; тогда же подновлены прежние иконы греческого письма. Вторичный ремонт церкви произведен в 1878 году: церковь снаружи выбелена, железная крыша покрашена зеленою краскою, на ос­ад ерике по стене вновь написаны изображения святых; при входе в церковь на паперти изображены на парусине два ангела с хартиями для входящих и исходя­щих; над входной дверью написано изображение Спасителя, на противоположной стороне - Господа Саваофа; снаружи алтаря настоящей церкви написано на пару­сине изображение коронования Божьей Матери. На церкви и колокольне вновь сделаны и вызолочены кресты. В приделанном храме во имя Святителя Николая внутри окрашено масляного краскою, на потолке сделано живописное изображение вознесения Божьей Матери, а по углам - четырех евангелистов, над престо­лом - Господа Саваофа, на горнем месте - Господа Вседержителя с предстоящи­ми Божьей Матерью, Николаем Чудотворцем, Иоанном Крестителем и Тихоном Амафунтским. Сверх того устроены запрестольный крест и икона Божmей Мате­ри, употребляется во время крестного хода, и вновь написана на полотне при жер­твеннике икона Спасителя, благославляющего хлебы. Иконостас снова вызолочен с прибавлением резьбы, стены храма расписаны священными изображениями с уборкою; на левой стороне изображено несение Спасителем креста, на правой за клиросом в раме на полотне распятие Иисуса Христа, а дальше к западной сте­не - снятие со креста, на западной стене - положение во гроб. Около того же вре­мени приобретены два паникадила - в настоящую церковь и в приделе Св. Нико­лая, оба накладного серебра.[4;49]

В 80-х годах прошедшего столетия, при наместнике пустыни архимандрит Макарий, ремонтирован и деревянный храм на источнике. На месте явления иконы Божьей Матери, уже пришедший в ветхость, и под него подведен каменный фун­дамент. Этот храм устроен так, что внутри его, под царскими вратами, подле солеи, истекает источник, на котором некогда явилась чудотворная икона Божьей Мате­ри. Из этого источника богомольцы черпают воду с верою в целебную силу её.

Из прочих строений с 1847 года воздвигнуты:

  1. каменный двухэтажный кор­пус под железною крышею, дл. 11 саж., шир. 6 1/2 саж.; вверху его настоятельские покои, а внизу братские кельи;

  2. деревянная трапеза с кухнею на 11 саж.; на месте ее при наместнике пустыни Пеонии построен каменный корпус, в верх­нем этаже которого помещаются кельи, а в нижнем - трапеза и кухня;

  3. гости­ница с номерами для приезжающих, деревянная, дл. 15 саж., шир. 4 1/2 саж., при ней людская изба; вместо этой гостиницы при наместнике пустыни Макарий вы­строен каменный двухэтажный дом с номерами для приезжающих, а внутри гостиного двора деревянный флигель на 8 саж. для простых богомольцев;

  4. место пустыни обнесено каменною оградою с четырьмя жилыми башнями по углам, а гостиный и скотный двор - деревянной оградою.

В Казанской церкви пустыни замечательные святыни следующие:

  1. Местная икона Спасителя, длиною 1 арш. 11 верш., шириною 1 ар. 1 1/2 вер., в серебряной вызолоченной ризе, весом около 17 1/4 фун., устроенной в 1853 году и украшенной стразами.

  2. Чудотворная Казанская икона Божьей Матери, древнего иконного письма, вышиною 6 вер., шириною 5 1/2 вер., вся обложена серебряным листом 84 пробы, весом в 100 зол., в золотой ризе 72 пробы, весом в 1 ф. 72 1/2 зол. Риза эта укра­шена разными драгоценными камнями: яхонтами, изумрудами, бриллиантами, Мар­гаритами, бирюзою и мелкими бриллиантами. Как рассказывают, на ризу жертво­вала преимущественно Симбирская купчиха вдова Егорова; она приложила бриллиантовый фермуар с крупным жемчугом, ценою в 1500 руб., проживавшая послушницей в Симбирском Спасском женском монастыре девица Пелагея Васи­льевна Скорнякова собирала пожертвования на украшение св. иконы и от других усердствующих граждан Симбирских; а помещица Анна Александ­ровна Мотовилова, с благословения Преосвященного Феодотия, потрудилась из всех пожертвований на этот предмет устроить вышеупомянутую ризу, что под руко­водством её выполнено было монахинями Арзамасского женского монастыря. Икона заключается в маленьком киоте, вместе с которым вкладывается в доску с изображениями явлений и чудес Казанской иконы Богоматери; доска имеет в длину 1 ар. 12 верш., в ширину 1 1/2 вер. и покрыта серебряной ризой, весом в 7 1/2 фун., сделанной первоначально в 1807 году и в недавнее время возобновлен­ной - Местный образ Николая Чудотворца с житием и чудесами, длин. 1 ар. 11 вер., ширин. 1 ар. 1 вер. Который также остался от бывшей пустыни; на него в 1849 году устроена Симбирскими гражданами серебряная с позолоченными вен­цами риза, весом 11 фун. 32 зол., в память Высочайшего соизволения на ежегод­ное приношение чудотворной Казанской иконы в Симбирск. От прежней пусты­ни сохранились также образ архистратига Михаила в особом киоте и Казанская икона Пресвятой Богородицы в серебряной ризе. Икона Казанских чудотворцев Гурия, Варсонофия и Германа, в серебряной вызолоченной ризе, с частицами мо­щей их, длин. 6 3/4 вер., гнир. 5 3/4 вер., перенесена в пустынь из Покровского мо­настыря. Обе последние иконы находятся в алтаре. В приделе Тихона Амафутского по левую сторону царских врат список с чудотворной Жадовской иконы Бо­гоматери, пожертвованный Симбирским епископом Феодотием; на эту икону поло­жена прежняя риза с чудотворного образа, устроенная, как значится на пробе, в 1743 году и украшенная шестью аметистами, двумя топазами и мелкими стразами. Из предметов древности в церкви пустыни находятся: Евангелие в лист, печа­ти 1789 г., на верхней доске его серебряный вызолоченный оклад с 5-ю чеканны­ми изображениями. Потир серебряный, снаружи и внутри вызолоченный, сделан­ный в 1788 г.; при нем блюдце и лжица того времени, а дискос 1745 г.; звезда 1.747 г.; весу во всех 2 1/4 фун. Из богослужебных старинных книг имеются: Ус­тав, печати 1802 г., подписью по листам: «В Богородицкую Жадовскую пустынь княгиня Анна Ивановна Крапоткина в поминовение родителей своих и сожителя своего князя Константина и князя отрока Алексея и сродников». На минее праз­дничной по листам подпись: «... 13 дня куплена сия книга минея господским праздникам в царствующем граде Москве на печатном дворе, а купил за сию книгу Тарас Иванов сын Бекетовых в дом свой»31. По листам минее подписано: «Седьмаго на десять дне подписал сию книгу сын его Лев своею рукою, а приложена в Богородскую Жадовскую пустынь». - Сохраняется от бывшей пустыни синодик, писанный после смерти Императора Петра II в 1730 г. В него внесены имена настоятелей пустыни и братии, род монаха Германа Аблязова, роды благодетелей пустыни из дворян и купцов Мошенских: (Василия и Ивана), Афа­насия Радищева (где помещен и монах Герман Аблязов, бывшей тестем Радище­ва), Куроедовых, Петра Плешивцева, Василия Зимнинского, подполковника Ивана и Федора Обуховых, Воецких, симбирян гостинной сотни Ивана Воронцова, Якова Астраханцева, Осипа Твердышева[4;83].

Первый из управляющих пустынью по восстановлении её был иеромонах Ав­густин. Много предстояло этому управляющему относительно устройства пус­тыни, так как при церкви не было никаких зданий: но он успел, при небольшом числе братии, привести пустынь в надлежащий вид[8;91].

В 1848 г. в марте месяце иеромонах Августин сдал свою должность по пусты­ни иеромонаху Флегонту, казначею Архиерейского дома, был возведен в сан архи­мандрита и назначен наместником в Сызранский Вознесенский монастырь. На долю иеромонаха Флегонта выпало доканчивать устройство обители. Им устрое­ны приделы в настоящей каменной церкви, пустынь обнесена каменной оградой, воздвигнут каменный двухэтажный корпус на левой стороне вход в монастырс­кую ограду через св. ворота, в котором помещались келий вверху Архиерея, а внизу управляющего и братии; на речке Самородке построена мельница на двух поставах - одном мукомольном и одном обдирочном.

В 1857 г., по распоряжению Преосвященного Феодотия иеромонах Флегонт переведен в Сызранский Вознесенский монастырь в казначеи, а на его место опре­делен в том же году иеромонах Жадовской пустыни Серапион, который управлял ею около 4 месяцев[13;52].

По удалении Серапиона в мае 1857 г. управляющим Жадовской пустынью определен казначей Архиерейского дома иеромонах Пионий[13;67]. Вступивший в уп­равление пустынью, он обратил преимущественное внимание на бывающую при ней ежегодную ярмарку и вместо прежних, плохо сколоченных, лавок для тор­говли построил много хороших деревянных лавок. Потом он устроил другой каменный двухэтажный корпус против построенного прежде корпуса, на том мес­те, где стояли деревянная трапезная и кухня; в этом корпусе вверху помещаются келий, а внизу трапезная и кухня. Кроме того, иеромонах Пионий произвел исправ­ления некоторых прежних построек: монастырской ограды, гостиного двора и мель­ницы.

После смерти иеромонаха Пиония, 8 апреля 1867 г., управление обителью по­ручено иеромонаху той же пустыни Никодиму[13;71]. Его управление ознаменовалось приобретением золотой ризы на чудотворную икону Богоматери на средства жертвователей, некоторых священнослужительских облачений и других принадлеж­ностей церковных.

В 1871 г. иеромонах Никодим умер, и на его место определен епархиальным начальством иеромонах Варлаам[13;74]. Недолгое свое управление он ознаменовал при­ведением в порядок церковной библиотеки, богослужебных и церковных при­надлежностей и составлением подробной описи церковного имущества.

В марте 1872 г., по распоряжению Симбирского епископа Евгения, Варлаам переведен в Сызранский Вознесенский монастырь в наместники, а вместо него в том же году и месяце определен управляющим пустынью иеромонах Парфений[13;79]. Он и следовавший за ним иеромонах Венедикт управляли пустынью несколько месяцев и ничего не сделали.

По смерти Венедикта, 6 декабря 1873 г., в управление пустынью вступил иеро­монах той же области Герман[13;83]. Он был старец преклонных лет и болезненный и не успел ничего сделать для пустыни.

После смерти Германа, 5 ноября 1875 г., управление пустынью поручено было иеромонаху Макарию[13;92]. При вступлении его в управление обителью Преосвящен­ным Феоктистом замечено было что некоторые церковные и хозяйственные постройки требуют исправления, которое и поручено было Макарию. При нем сделан новый киот для чудотворной иконы Божьей Матери, ремонтированы сна­ружи и внутри Казанская каменная церковь и деревянный храм на источнике, приобретены два новых паникадила и хоругви, а также священнические облаче­ния, до 5-ти соборов, серебряное вызолоченное кадило в 2 фун., круг богослужеб­ных книг; украшены изображениями святых ворота на южной стороне. Мельни­ца перестроена с устройством нового механизма, о 2 поставах мукомольных и 2 обдирочных. При Макарии же выстроен каменный двухэтажный дом с номера­ми для приезжающих, а внутри гостиного двора деревянный флигель для про­стых богомольцев. На эти постройки пожертвовал много Преосвященный Варсонофий, а Варвара Ивановна Дмитриева пожертвовала пустыни 42 дес. земли с лесом и пахотными полями.

На этот раз пустынь просуществовала до 1930 года[13;111]. Особенно тяжелыми ока­зались последние годы, когда братия всеми силами пыталась сохранить общину, несмотря на непрекращающиеся усилия советских административных органов закрыть пустынь.

Мы видим из истории пустыни, что на всех этапах своего существования, возрождение монастыря было возможным лишь благодаря инициативе народа. Власти неоднократно пытались закрыть пустынь, но безрезультатно. Сначала местные помещики пожертвовали свои земли, в результате чего обитель начала свое существование. В своем дальнейшем становлении пустынь обязана ярмарке, которая располагалась рядом и оказывала большую помощь. В 1764 году, после указа Екатерины II о закрытии мелких монастырских общин, обитель попала под сокращение. Ее возрождение стало возможным опять таки благодаря инициативе местных помещиков и поддержке Симбирского архиепископа Феодотия. Начинаются восстановительные работы, необходимо много средств и если бы не поддержка народа, дальнейшее развитие пустыни было бы невозможным.

Таким образом, противостояние народа административным властям, непоколебимая вера русского народа, поддержка канонов православия неоднократно продлевали жизнь обители.

Глава 2

Монастырь, как социально-идеологический организм.


Попытки властей ликвидировать штат монастыря.

1917 год прошел довольно спокойно для пустыни. Так же, как и в прошлые годы, происходило торжественное принесение иконы Казанской Божьей Матери в Симбирск, проходила летняя ярмарка. 16 марта 1918 года тихо скончался архи­мандрит Макарий на 88 году жизни, который более 30 лет руководил жизнью пустыни (с 7 марта 1875 по 26 января 1906 г.). При нем был сделан новый киот для чудотворной иконы Божьей Матери, проведен ремонт: пол церкви и деревянного храма на источнике, украшены изображениями святых, к воротам на южной стороне, был выстроен каменный двухэтажный дом с номерами для приезжающих, а внутри гостиного двора - деревянный флигель для простых богомольцев. На эти постройки много пожертвовал архиепископ Симбирс­кий и Сызранский Варсонофий, а многие землевладельцы жертвовали земли с лесом и пахотными полями.

Вскоре после декрета о национализации земли были созданы сельские земель­ные комитеты, которые на какое-то время получили право перераспределения земельных угодий. В связи с этим, архимандрит Каллист обратился к такому комитету из ближайшего села Ушаковки с просьбой об оставлении при монасты­ре земельного надела, который поддерживал главным образом жизнь братии[32;111]:

7/20 апреля 1918 г. В Ушаковский Сельский Земельный Комитет Братии монастыря Жадовской Богородице-Казанской пустыни

Заявление

Со времени свержения самодержавия и в силу новых законов Народного прави­тельства все частно-владельческие земли, в том числе церковные и монастырс­кие, ныне подлежат ведению сельских земельных Комитетов тех сельских об­ществ, в районах которых эти частно-владельческие земли находятся, как по смежности границ с ними, так и по близости расстояния, для производства урав­нительной между ними разверстки этих земель.

Следовательно состоящий при Жадовской Пустыни участок земли в количе­стве 72 десятин, как ближайший к земле Ушаковского сельского общества, дол­жен состоять в ведении Ушаковского Сельского Земельного Комитета.

Посему Братия монастыря Жадовской Богородице-Казанской пустыни обра­щается к Ушаковскому Сельскому Земельному Комитету с покорнейшей просьбой: оставить монастырю сей пустыни бывший у него с давнего времени до сих пор участок земли при монастыре в 72 дес. Каковое количество составляются - с площадью, где обитает самый монастырь и бывает ярмарка, с лугами, огородом, небольшим количеством леса, составляющего вокруг обители только опушку; па­хотной же земли в этом количестве всего 10, 5 дес, из которых 7, 25 дес с запад­ной стороны монастыря ~ к дер. Ушаковке — разбиты на 2 поля, а третье поле в 3,25 дес с восточной стороны монастыря граничит с землей жителей с. Жадовки. В настоящее время монастырь без этой земли существовать не может и в случае отбирания этой земли монастырь должен упраздниться...».

Весьма показателен ответ местных властей. Несмотря на попытки коммунис­тической идеологии представить дело так, что крестьяне только и ждали, когда можно «сбросить» с себя власть церкви, мы видим, что на деле все обстояло иначе[32;111]:


«В Жадовскую Богородице-Казанскую пустынь»

1918 г. Апреля 21/8 дня. Мы, граждане дер. Ушаковки в присутствии Предсе­дателя Ушаковского Совета, выслушали настоящее заявление Братии Жадовской Богородице-Казанской пустыни об распоряжении временного правительства о переходе все частно-владельческие земли, леса и луга в том числе и церковной и монастырской в владении сельских земельных местных комитетов... Мы граж­дане дер. Ушаковки как истинно верующие христиане и не желая посягнуть на Святыню означенной Пустыни со Своей Сельско Общественной Стороны разре­шаем Братии Жадовской Богородице-Казанской пустыни пользоваться земель­ными и луговыми угодьями также как и пользовались и ранее только теми зем­лями и лугами, которые граничат с нашим обществом и находящегося поблизо­сти нашего района и до времени другим распоряжением Народного Правитель­ства, а также не имеем никаких возражений до сведения количества скотовод­ства, т.е. лошадей и рогатого скота и пользовании ими подножного корма где заблагорассудится Жадово-Пустынской Братии своего района и временная сда­ча под аренду ярмарочной площади предоставляется право монастырю собран­ные деньги должны только по личному нашему соглашению находится в пользу монастыря.

Твердо веруя в Бога и Чудоявленную Божию Матерь мы Ушаковское Обще­ство желаем постоять в защиту означенной пустыни дабы не упал Дух право­славного христианина и будем надеяться на помощь Чудотворной Казанской Пре­святой Богородицы.

Председатель Ушаковского общества Михаил Иванович Кирюшин».


Несмотря на все тяготы гражданской войны, на агрессивную политику новой власти, направленную на уничтожение православия, каждый год продолжалась организация крестного хода по селам губернии. Так, на общем собрании 26 апре­ля (старого стиля) 1920 г. представителей церковных приходов г. Карсуна, с. Таволжанка, с. Поселок обсуждался порядок приема чудотворной иконы из Жадов-ской пустыни. Согласно решению собрания, икона должна быть доставлена из монастыря «... в с. Таволжанку к 5 мая, где должна прибыть для служения молебнов у желающих ее принять 5,6,7 и 8 мая, а затем 9 мая к Литургии прибыть в г. Карсун. По прибытии в г. Карсун, икону принять в Соборе, где по окончании Литургии начать обход с Чудотворною Иконою по прихожанам, для служения молебнов в центре города с одной стороны площади по Саратовскую улицу, с другой по Архангельский переулок и в деревнях Песках и однодворцах 9, 10 и II мая.

После этого икона из Собора переносится в Рождественскую церковь, где по совершении Литургии, начнется обход с Иконою по прихожанам от Саратовской улицы и по конец города Казачей половины 12 и 13 мая. По окончании в этой части города у прихожан молебнов, Икона переносится в Михаила-Архангельс­кую церковь, где по окончании Литургии, начнется служение молебнов у прихо­жан Стрелецкой половины от Архангельского переулка и в деревне Глазовом Луге 14, 15 и 16 мая. По окончании у прихожан молебнов икона из Михаила-Архангельской церкви переносится опять в Собор, откуда после Литургии 17 мая производятся проводы в с. Поселки, где икона должна пробыть для служения у прихожан молебнов 17,18, 19 и 20 мая, после чего проводы Иконы должны быть в г. Симбирск по тракту на село Урень. В Симбирск Икона должна прибыть к Литургии 24 мая. <...> Для охраны порядка при встрече Святой Иконы, каждый приход должен назначить по 10 человек. Во время же обхода с Иконою по прихо­жанам, каждый приход назначает по 2 или по 3 человека для охраны Иконы и порядка».

В этот раз власти вынуждены были разрешить проведение крестного хода, однако, уже в июле того же года Губисполком выносит запрет о проведении всех крестных ходов:

«Ввиду существующего в губернии военного положения сообщить для сведе­ния всем Уисполкомам, что всякие крестные ходы на время военного положе­ния запрещаются и ни в коем случае разрешению не подлежат.

11.06.1920 г. Председатель Губисполкома Гимов».[32;111]

К концу 1926 года в монастыре оставалось два десятка монашествующих.

В это время начинается новая волна по закрытию церквей и монастырей. Для этого губернский административный отдел поручает карсунской милиции прове­сти негласное обследование деятельности братии. С отчетом начальнику Карсун­ской угормилиции пишет начальник угрозыска:

«С. Секретно.

Доношу, что мною при обследовании деятельности группы верующих Казанс­кой церкви Жадовской пустыни по поручению Вашему на отношении ГАО от 30-го Августа 1926 года за № 2289/с. негласным путем выяснено следующее:

Всего лиц при бывшем монастыре Жадовской пустыни проживающих в этих же бывших постройках монастыря (ныне принадлежащих Жидовскому Волисполкому) 20 человек из коих: архимандритов 2 человека (один из них настоя­тель), иеромонахов 6 человек, иеродиаконов 2 чел., монахов 2 чел., при чем один из монахов просфорник, и один в виде завед. хозяйством - и послушников 8 человек, в числе которых есть и несовершеннолетние. Занятия всех вышеупомянутых лиц, за исключением послушников, относятся к церковной службе по роду их званий, как указано выше. Послушники-же кроме церковной службы (пения на клиросе) работают по хозяйству имея одну лошадь, и обрабатывают на таковой около 7 десятин озимого и ярового хлеба. Источником проживания этой группы, являются: означенный засев и часть поступающих в церковь доходов от сборов и т.д. Денежными суммами заведывает сам настоятель Каллист. Прямого назва­ния монастыря уже не существует, а имеется, название Казанской церкви коллек­тива верующих с приходами ближайших деревень Ушаковки и Новая».[32;111]

В ответ - новая секретная депеша от губернских властей в карсунскую мили­цию: «8.12.1926 г. ...1) На каком основании 20 человек монахов проживают в здании бывшего монастыря при Казанской церкви Жадовской пустыни...? 2) На каких основаниях монахи пользуются 7 десятинами пахотной земли, от кого она получена...? 3) Проведено ли официально через церковный Совет наем 20 человек монахов как служителей культа названной церкви и имеется ли на это постановление общего собрания коллектива верующих, которому названная церковь была передана на пользование по договору? 4) Расследовать вопрос пользо­вания монахами церковных сумм...».[32;111]

Получив это сообщение местные власти начинают создавать такие условия, чтобы вынудить монахов самим отказаться от земли и от жизни в пустыне. От­бирается за неуплату во время налога лошадь, стоимость которой превышает в несколько раз сумму налога. Оставшись без лошади, монахи отказываются и от последних 7 десятин пашенной земли в пользу крестьян Ушаковки и сокращают общину до 5 человек, содержащихся на средства прихожан. Но и этого недоста­точно для властей. В секретном письме начальника губернского отдела ОГПУ Шийрона[33;62] в ГАО (губернский административный отдел) указывается: «Просьба поспешить исполнением нашего № 15630 от 29/XI ~ 26 г. по вопросу об оконча­тельной ликвидации Жидовского монастыря».

Власти пытаются всеми мерами заставить местных жителей отказаться от поддержки монастыря и ликвидировать штат монастыря полностью, однако это было не просто сделать, поскольку жители Ушаковки и Новой не хотели расста­ваться с иконой и со своими духовными наставниками:

«В Жадовский Волисполком

Настоящим просим ВИК образовать в бывшем Жадовском монастыре при­ходскую церковь д. Ушаковки и д. Новой. Деревни со штатом: Архимандрита Каллиста, двух Иеромонахов, Одного Диакона и одного псаломщика. Осталь­ной штат после Вашего разрешения Нами будет уволен, ввиду того, что такой штат монашествующих Нам содержать тяжело. При этом просим оста­вить за нами т.е. за этим приходским сокращенным штатом, всеми чтимую Икону, здание церкви, и возможное помещение под квартиры священнослужи­телей.

В свободных зданиях бывшего монастыря желательно поместить культурное учреждение, как школу 2 ступени, или лечебное учреждение, так как иначе зда­ния приходят в ветхость и растаскиваются.

О сокращении штата монашествующего состава у Нас вопрос обсуждался и раньше, но теперь ввиду разных соображений этот вопрос просим с Вашей сто­роны утвердить.

Председатель приходского совета бывшего

Жадовского Монастыря И. Авдеев

Член прих. сов. - Церк. староста Гусев

Настоятель - Управляющ. б. Жадовского Монастыря Каллист. 2.03.1927».[33;64]

Но даже после формального закрытия общины оставшиеся монахи продолжа­ли свою подвижническую деятельность, вызывая тем самым раздражение и не­нависть у местной администрации. Так, в июле 1929 года архимандрит Каллист и его помощники привезли парализованного старца Василия[15;64] из Копышевки, ко­торый уже был широко известен во многих селах Карсунского и соседних райо­нов. Власти использовали этот случай для возбуждения уголовного дела против монахов весной 1930 года.

Вот строки обвинительного заключения: «Попы и монахи Жадовского монас­тыря, Барышского р-на в лице архимандрита ПАВЛОВА Константина Егоровича, ФОКИНА Аркадия Кирилловича, и Аристова Дамасская Герасимовича, в целях извлечения доходов иного рода поборов среди населения окружающих сел в июле м-це привезли в монастырь неизвестного местному населению больного человека, которого и стали выдавать за юродивого святого, для популяризации и привлече­ния большого количества верующих, объявили, что юродивый человек может творить чудеса. Благодаря чего со всех сел и деревень в монастырь приезжали верующие для поклонения юродивому до 500 чел., ежедневно. Несли пожертвования деньгами и холстом. Попы и монахи служили ежедневно службу в церкви в честь юродивого святого, носили его на ключ, где также служили службу. По их научению верующие с целью исцеления от болезней, целовали больному руки и лицо. В целях же наживы монахи хотели оставить при монастыре больного на более продолжительное время, но это им не разрешили зав. школой ШКМ Родькин, так как школа находится вблизи места расположения монастыря и их тор­жества имели отражение на школьной работе, на что Родькину была произведена угроза убить со стороны монахов посредством подброса анонимной записки. Во время работы по коллективизации монахи имели свое влияние на верующую массу крестьян, благодаря чего последние отказались вступить в колхоз. Нео­днократно после службы в церкви собирали женщин и вели с ними беседы на разные темы, антисоветского характера.

Для школьных надобностей необходимо было сломить монастырские ворота, и когда работали ученики школы разбирали кирпичи, в это время проходил монах Аристов вместе с женщинами, говорил, обращаясь к женщинам: «вон смотрите, чему их учат, не науке, а хулиганству и разврату. Не следует своих детей в такие школы отдавать».

Привлеченные по настоящему делу в качестве обвиняемых виновными себя не признали.

Следственное дело по обвинению Павлова Константина Егоровича, Фокина Ар­кадия Киреевича и Аристова Дамаския Герасимовича направляется на рассмот­рение Особого Совещания при Коллегии ОГПУ».[9;86]

В результате заседания тройки при ПП ОГПУ по Средне-Волжскому краю 10 апреля 1930 года в г. Самаре приговорили:

«Павлова Константина Егоровича - заключить в концлагерь, сроком на 5 (пять) лет, с заменой высылкой через ПП ОГПУ в СЕВЕРНЫЙ КРАЙ, на тот же срок с 14/3-30 г. Аристова Домаския Герасимовича и Фокина Аркадия Кирилловича – заключить в концлагерь, сроком на 3 (три) года каждого, считая срок обоим с 15/3-1930 года»[9;91].

Дальнейшая их судьба неизвестна.


О судьбах людей, связанных с пустынью.

Несколько слов о последних насельниках монастыря. Архимандрит Каллист (в миру Константин Егорович Павлов) окончил полный курс в Казанской учи­тельской семинарии и по приготовлении держал экзамен на священника в г. Сим­бирске. По окончании курса в Казанской учительской семинарии состоял учите­лем в земской школе и домашним учителем у симбирского губернатора Терентьева в имении при с. Кияти Буинского уезда с 1 ноября 1880 года.

Во время работы учителем был награжден от земства и Министерства народ­ного просвещения денежными премиями. «Рукоположен во священника к Успенской церкви г. Симбирска, что в детском приюте учреждения императрицы Ма­рии -12 февраля 1889. Со времени получения священства до перехода в монаше­ство состоял в детском приюте учителем и законоучителем до 12 февраля 1901 года.

За усердное исполнение служебных обязанностей по должности учителя и за­коноучителя в приюте награжден: набедренником 23 декабря 1896, фиолетовой скуфьей 17 декабря 1899. Вместе, с увольнением от занимаемой должности для пострижения в монашество Симбирское Губернское Попечительство выразило официальную глубокую благодарность за многолетние и научные труды по церк­ви и школе в детском приюте - 28 декабря 1900 г. Пострижен в монашество в Жадовской пустыни 18 марта 1901.

По должности казначея и делопроизводителя в монастыре награжден наперс­ным крестом от Священного Синода 6 мая 1903 г. Утвержден в должности уп­равляющего Жадовской пустынью 16 января 1906 г. Ко дню рождения Его Им­ператорского Величества Государя Императора (6 мая) возведен в сан Архиманд­рита 21 мая 1912 г. Указом Консистории от 12 июля 1912 г. за № 12325 утвер­жден в должности благочинного женских монастырей Сызранского уезда 12 июля 1912 г. Указом Консистории от 3 декабря 1913 года за № 21700 перемещен на должность наместника в Сызранский Вознесенский мужской монастырь с на­значением благочинным монастыря Жадовской пустыни 3 декабря 1913г,[40;47]

В 1916 году Каллист возвращается в Жадовскую пустынь. В 1924 году на него заводят первое уголовное дело, в котором его обвинение сходно с тем, за которое пострадал первый настоятель Жадовской пустыни. Советские власти обвинили его в недоносительстве на якобы существующий в Жадовке контрреволюцион­ный союз по спасению страны. Данное дело возникло на основании материала Карсунского Уездуполномоченного Симгуботдела ОГПУ в ноябре 1923 г., где ука­зано, что в селе Жадовке Карсунского уезда в 1919 г. возникла контрреволюцион­ная организация, именуемая «Союз спасения родины». О том насколько наду­манным оказалось обвинение можно судить по материалам уголовного дела: «В конце 1919 г. в селе Жадовка был организован союз, именуемый «Союз спасения родины», цель которого - борьба с властью Советов и свержения Рабоче-Крестьянского правительства. Организовал союз Бобров, который завербовал для дея­тельности Союза около 30 человек членов... Для осуществления планов союза по распоряжению Боброва члены союза Соболев, Бирюкова, Опрятнова-Парфенова расклеивали прокламации, написанные от руки, например: «Берите топоры и вилы, и бейте коммунистам рыло»... руководитель Бобров был намерен приобрести ору­жие у оперировавшего в то время крупного бандита Ухачева, к которому Бобров посылал 2-х членов организации Мусатова и Серякова Александра, но последние Ухачева не нашли <...> В задачи Союза входило разрушение различных соору­жений Республики, например: членам Союза Романчуку и Балыкову было пору­чено Бобровым порвать телефонные провода между Жадовкой и Базарным Сызганом, но последними это поручение исполнено не было. <...>

Имеющиеся деньги у Боброва по его просьбе пересчитывала член союза Аксенова Нина, в общей сложности знали архимандрит Калист Павлов настоятель Жадовской пустыни и школьная работница с Румянцевской фабрики Дейхман. Первому было предложено одним членом союза о вступлении в организацию союза спасения родины, второй было подброшено в класс анонимное письмо с подобного рода предложением. <...> Павлов Константин Егорович виновным себя, признал и в свое оправдание приводит свою политичность, как служителя куль­та. Дейхман Антонина Мартыновна в предъявленном обвинении виновной себя не признала, мотивируя тем, что анонимному письму, где ее приглашали вступить в организацию, она не придала никакого значения».[40;48]

Интересно, что из всех обвиняемых (26 человек) в особо опасные, которых со­держали под стражей в Симбирском Губдомзаке (доме заключения), были запи­саны трое, среди них и Каллист. К счастью, суд не счел нужным применить в этот раз строгое наказание, его отпустили в монастырь, осудив на 2 года условно. Однако далеко не всем участникам этого процесса так повезло. Бобров Б.Н. был направлен на принудительное лечение в психиатрическую больницу специально­го типа, где он и умер 13.05.1925 года. Реабилитирован 15.04.94.[9;163]. Из других участников этого процесса известна судьба лишь Григория Анисимовича Кабатова (1905 г.р.), который на процессе признался, что рассказывал в селе о бандите Ухачеве, но без всякого злого умысла: «по поручению Боброва совместно с други­ми членами агитировал среди крестьян об успехах бандита Ухачева, но в этом отчета себе не давал и какая цель в этом была не знаю». После отбытия срока он был вторично осужден уже в 1937 году и умер 02.02.1938 года в Тайшетлаге (Иркутская обл.).

Иеромонах Виссарион (в миру Бурдасов Василий Никифорович) родился в 1898 году в селе Русская Хомутерь[34;295]. В 1912 году родители отдали его в послуш­ники Жадовского мужского монастыря, откуда в 1918 году его призвали в Крас­ную Армию. В 1921 году он был демобилизован и вновь вернулся в Жадовскую пустынь, где жил до 1927 года.

В 1925 году Виссарион был рукоположен в сан священника, в 1927-1932 годах служил в разных приходах, затем в 1932 году был арестован в Ясашном Сызгане (вместе со священником Нечаевым Яковом Егоровичем, священником Засыпкиным Виктором, священником Троицким Николаем) и осужден на 8 лет. От­бывал заключение на строительстве канала Волга - Москва, Беломорско-Балтийском канале, где встретил случайно архимандрита Каллиста. Под впечатлением от этой встречи Виссарион написал стих «Прощай, обитель». (см. Приложение С.88)

В декабре 1936 года Виссарион был досрочно освобожден, жил в доме у своих родителей в с. Русская Хомутерь, но уже в 1937 году, по его словам, «за мной приехали и снова хотели арестовать, но я из квартиры сбежал» и до 1943 года жил на нелегальном положении. В 1943 году был арестован, вышел в 1945 году и вновь находился на нелегальном положении до 1949 года, когда был арестован в третий раз. Знаменательно, что еще до первого ареста он спрашивал старицу Пашу Таволжанскую[15;121], что его ждет, а в ответ услышал, что переплывет на своей лодке три моря, а потому надобно лодку проконопатить. Виссарион понял смысл предсказания лишь после того, как трижды прошел лагерные испытания.

По рассказам Марии Дмитриевны Подгорновой, он был строгим к правилам богослужения, но удивительно добрым в общении. Как-то вспоминал, что когда он стал послушником в Жадовской пустыни (ему было тогда лет 13-14), то в качестве первого послушания получил задание пасти коров, по поводу чего он тогда сильно переживал, как бы кто из односельчан не увидел, какое «не выдаю­щееся послушание» у него. Выйдя из заключения, Виссарион решил было не служить, а жить как обычный мирянин (как он говорил, «выращивать картошку и ничего больше не делать»), однако вскоре после этого решения увидел сон, где паслись овцы без пастуха, а когда он спросил - что это за овцы, то услышал голос, что он сам является пастырем этих овец. А вскоре услышал еще голос, который говорил о зажженной свече, которую не ставят под кровать. Мария Дмитриевна рассказывала случай, когда после одного из сроков, будучи стриженным и бри­тым, шел домой, но, слегка заблудившись, вышел на деревню Коченяевку, и там зашел в ближайшую избу, где его не знали, и только маленькая девочка стала тере­бить мать за подол со словами «батюшка», на что он сказал: «Истинно так и есть». Последний раз он был в ссылке в системе Наркомлеса в тайге на севере Красноярского края (в настоящее время территория Новосибирской обл.). Осенью 1954 года, вскоре после того, как улетел самолет (прилетавший туда 2 раза в год), начальник вызвал его и сообщил о том, что пришел приказ об освобождении, но так как самолет уже улетел, то он может оставаться до весны. Однако Виссарион решил идти пешком через тайгу в одиночку. Взял с собой топор, небольшой запас еды, спички и пошел. Только пройдя около 700 км, вы­шел впервые на избушку. В той избушке он увидел иконы и впервые почувствовал, что потихоньку стал отходить от ужасов ссыльной жизни.[15;143]

После возвращения он служил в се­лах Карсунского, Инзенского и Базарно-Сызганского районов. По словам лю­дей, знавших его, он нигде не оставался надолго, переходил пешком из одного села в другое, при этом приходилось но­чевать и в стогах. Совершал требы тай­но, по ночам, чтобы власти не успели спохватиться. Часто бывал в доме стар­ца Василия (в с. Копышевке) и очень переживал, что не довелось ему попро­щаться с ним (старец Василий умер в 1950 году). Виссарион умер 2 октября 1974 года и был похоронен в своем род­ном селе.

Архимандрит Ермоген (в миру Кузьмин Михаил Антонович) родил­ся в 1884 году. В 1903-1905 годах - послушник Троицкого монастыря в г. Алатыре, в 1905-1915 годы - послуш­ник Жадовского мужского монастыря, в 1915-1920 годы - пострижен в мона­хи и рукоположен в дьякона в Возне­сенском монастыре г. Сызрани. В 1920 году Ермоген вновь вернулся в Жадовскую пустынь, где прожил до 1927 года. В 1920-1923 годы - он иеродьякон, а в 1923 году был переведен в священ­нический сан архиепископом Алексан­дром (Трапицыным). В 1925 году он ста­новится игуменом Жадовской пустыни по назначению епископа Симбирского Виссариона (представителя григорианства). В 1926-1927 годах Ермоген - архимандрит Жадовской пустыни (возведен епископом Виссарионом). В это же время он получает награду от митрополита Сергия (местоблюстителя патриарше­го престола). Интересно воспоминание Ермогена о его встрече с митрополитом Сергием. В ответ на вопрос Ермогена: «С кем же правда?», Сергий молча поцело­вал его и благословил. В 1927 году он был возведен в епископы (архиепископом Константином Булычевым, епископом Борисом Рукиным и епископом Висса­рионом Зорниным) в Ульяновске, где и служил некоторое время. Затем, в 1928 году, он был назначен в г. Барнаул, но, разочаровавшись в григорианстве, уже через год возвращается в родные места и служит заштатным епископом сначала в д. Орловке Нижегородского края, затем в с. Дворянское (Кузоватовский рай­он). В 1932 году во время ареста он служил приходским священником в с. Загоскино. Вместе с ним по одному делу проходило более 50 человек, среди которых были: последняя настоятельница Симбирского Спасского женского монастыря Анфия Лютикова; епископ Павлов Иван Андреевич; архиепископ Гринев Митро-фан Васильевич - «сергиевской ориентации»; архимандрит Аношин Федор Васи­льевич, бывший послушником в Жадовской пустыни в 1925 году, и рукоположен­ный там же в сан иеромонаха в 1927 году; архимандрит Юденичев Николай Михайлович и многие другие священнослужители.[6;89]

Ермоген освободился только после 1953 года. Последние годы своей жизни (точная дата смерти неизвестна, но по рассказам местных жителей - около 1960 года) служил в с. Теньковке, где и похоронен. На его могиле, которая почитается и поныне, лежит закладной камень церкви, разрушенной в начале 60-х годов.

Среди многих людей, тесно связанных своею судьбой с пустынью, необходимо упомянуть архиепископа Иоанна Братолюбова (1882-1968)[14;76], возглавлявшего с 1953 по 1959 годы Ульяновскую епархию, который в мае 1907 года был пострижен в Жадовской пу­стыне в монашество и там же рукоположен в сан иеромонаха. В память об этом он хранил кар­тину «Вид Жадовской пустыни с юго-восточной стороны»,.

Благодаря фотографиям Виссариона, Ермогена и Каллиста, можно ре­шить загадку старой коллективной фотографии монахов и послушников Жадовской пустыни.(см. Приложение С.83)

В центре фотографии - архимандрит Каллист. При внимательном рассмотрении его можно легко узнать по фотографии 1899 года, которую он подарил «Дорогому Куму Василию Никифоровичу о. Никифорову на добрую память от искренне любящего друга Константина Егоровича Павлова. 1899 года июня 29 дня»[41;50].

За Каллистом, по левую руку от него, стоит Виссарион в одежде простого мона­ха или послушника, а т.к. он был рукоположен в священнослужители в 1925 году, то это «верхний предел» времени фотографирования. По правую руку от Каллиста сидит Ермоген, у него на груди наперсный крест, который выдается как награда для человека, имеющего священнический сан. Поскольку он стал иеро­монахом в 1923 году, то очевидно, что фотография не могла быть сделана до 1923 года.

По списку 1927 года известно, что в монастыре было три мальчика: Бронский Петр Григорьевич (которому в 1925 году было 15-16 лет), Бронский Ефим Григо­рьевич (соответственно - 11-12 лет) и Ятманкин Петр Иванович (10-11 лет). Бронский Петр в монастыре с 1922 года, а Ефим и Ятманкин - с 1924 года. Это дает косвенное свидетельство о том, что фотография должна была быть сделана не ранее 1924 года. Таким образом, можно утверждать, что это фотография 1924 -1925 годов. Оставшихся людей можно попытаться идентифицировать по возрас­ту, согласно спискам монашествующих.

Среди людей верхнего ряда, которые одеты в простую монашескую одежду, должны были находиться: монах Никодим (Карасев Назарий Миронович), просфорник, 63-64 года (в монастыре с 1886 года); монах Димитрий (Смиткин Яков Иванович), эконом, 55-56 лет (в монастыре с 1920 года); письмоводитель и певчий.

Грубов Никифор Прохорович, 53-54 года (в монастыре с 1908 года); Федотов Ксенофонт Семенович, певчий, 42-43 года (в монастыре с 1920 года). Вместе с перечисленными людь­ми в центре верхнего ряда стоит еще один молодой человек, предположительно, это иеромонах Аркадий (Фокин Александр Киреевич), 32 года, который в 1922 году был еще простым монахом.

На фотографии среди сидящих, кроме Каллиста и Ермогена, - иеромонах Герман (Аверьянов Григорий Аверкиевич), 54-55 лет, иеромонах Дамаскин (Аристов Дмитрий Герасимович), 48-49 лет, иеромонах Роман (Череповский Василий Иванович), 57-58 лет, иеромонах Леонтий (Архипов Логгин Васи­льевич), 63-64 года, иеромонах Ираклий (Не­чаев Яков Егорович), 27-28 лет. Если сле­довать возрастному критерию, то получает­ся, что крайний слева на фото - это иеромо­нах Леонтий, крайний справа - иеромонах Ираклий, об остальных приходится лишь предполагать. (в самарс­кой газете «Благовест» (№ 8 за 1994 г.) была опубликована фотография четверых/мона­хов Жадовской пустыни: Виссариона, Ирак­лия, Ермогена и Аркадия. Оказалось, что наши предположения были верны и действи­тельно крайний справа на коллективной фо­тографии - это Ираклий, а в центре верхне­го ряда - Аркадий.)

О судьбе иеромонаха Ираклия изве­стно следующее: по Ведомости о монаше­ствующих и послушниках монастыря Жа­довской Казанско-Богородицкой пустыни на 1914 год: «Нечаев Яков, 17 лет, учился в церковно-приходской школе, крестьянин дер. Поповой Симбирской губернии, певчий и состоит келейником у слепого Архимандрита Макарил». В Книге памяти жертв политических репрессий (Ульяновск, 1996) можно прочитать: «Нечаев Яков Егорович (иеромонах Ираклий) 1899 г.р. Место рождения: Барышского района; служитель религиозного культа; место проживания: с. Аристовка (Инзенский район). Осужд. 07.04.32 тройкой ОГПУ по Средневолжскому краю. Обе. по ст.ст. 58-10, 58-11 УК РСФСР. Приговор: 8 лет. Реаб. 06.10.89». Вторая запись: «Нечаев Яков Егорович архимандрит; место проживания: г. Ульяновск. Осужд. 29.12.37 по постановлению тройки при УНКВД по Куйбышевской области. Обе. по ст.ст. 58-10 ч. 2, 58-11 УК РСФСР. Расстрел. Реаб. 28.09.56».

Здесь можно добавить несколько слов о судьбе других последних насельников Жадовской пустыни. К сожалению, далеко не обо всех удалось узнать на сегод­няшний день. В частности, по книгам памяти жертв политических репрессий известна судьба еще нескольких бывших послушников пустыни - это Цветков Иван, который родился в семье пономаря 25.04.1877 года (с. Воропаевка, Литвиновский р-н Самарской обл.), получил домашнее образование, с 1902 по 1911 годы - послушник Жадовской пустыни, 28.10.1911 год - псаломщик в с. Сурки (ныне Вешкаймского р-на), 15 мая 1917 года перемещен в с. Каргино, в 1937 году священник в с. Русское Тимошкино, расстрелян в Сызрани 17 февраля 1938 года. Наумов Игнатий Пудович, 1884 г.р. Место рождения: Пензенская область. Служитель религиозного культа. Место проживания: с. Малая Хомутерь (Барышский район). Осуждение: 07.01.1933 года тройкой ОГПУ по Средневолжско­му краю. Обвинение: по ст.ст. 58-10, 58-11 УК РСФСР. Приговор: 3 года. Реаб. 16.10.1989 года.

Кузнецов Павел Иванович[6;49],1891 г.р.; русский; священник; место прожива­ния: с. Сибирячиха Солонешенского р-на. Арест: 12.02.1930 года. Осужд. 11.04.1930 года. Осужден Особой тройкой при ПП ОГПУ по Сибкраю. Обв. по ст. 58-11 УК. Приговор: к 5 годам лишения свободы. Реаб. 11.07,1989 года. Реаби­литирован прокуратурой Алтайского края.

Спирина Мария Ивановна, работавшая в пустыне хлебопекарем, переехала пос­ле закрытия монастыря в Ивановскую область, где была осуждена в 1939 году по статье «контрреволюционная организационная деятельность» к 10 годам лише­ния свободы, затем уже в ссылке в Акмолинской области ее осудили еще раз на 3 года. Из мест поселения освобождена 12.05.1956 года. Была реабилитирована в 1991 году.

Среди послушников Жадовской пустыни с 1903 по 1906 годы был и Иван Игошкин, который впоследствии прошел многие испытания и был прославлен даром прозорливости и чудотворений[7;52]. В 1929 году в Московском Богоявленском монастыре иерей Иоанн Игошкин был пострижен в монашество с именем Гавриил, год спустя возведен в сан игумена. В апреле 1931 года игумен Гавриил был арестован и приговорен к трем годам исправительно-трудового лагеря. 29 июня 1932 года досрочно освобожден с запретом проживания в 12 городах. Поселился в г. Ростове Ярославской обл., позже — во Владимире. В декабре 1933 года вернулся в Москву. В начале 1934 года архиепископом Дмитровским Питиримом (Крыловым) возведен в сан архимандрита. Служил в храме Николы в Пыжах, в храме Воскресения Христова в Кадашах, в Покровской церкви с. Звягино Пушкинского р-на Московской обл., в храме во имя Сошествия Святого Духа в г. Пушкино. В 1936 году во время богослужения он был арестован и вышел из лагеря лишь в середине 1942 года. Несколько лет он проживал в с. Базарный Урень Ульяновской области, не совершая храмового служения. Здесь он постоян­но бывал у старца Василия в Копышевке. С 1946 года он служил в Никольской церкви г. Мелекесса (ныне г. Димитровград) Ульяновской области. 8 июля 1949 года по доносу церковного регента св. Гавриил был снова арестован и приговорен к 10 годам лагерей с конфискацией имущества. Трижды судимый, отец Гавриил пробыл в лагерях в общей сложности 17 с половиной лет. 20 августа 2000 года архимандрит Гавриил был причислен к лику святых для общецерковного почи­тания в Соборе новомучеников и исповедников Российских.


Современность: отклик у населения.

Как явствует из истории Жадовской пустыни, за три века своего существова­ния пустынь неоднократно горела, закрывалась, а монахи изгонялись из своей обители. Однако, несмотря на все драматические повороты истории, пустынь вос­ставала из пепла и руин. Каждый раз это восстановление ока­зывалось возможным благодаря усилиям подвижников православия, каковыми стали первый строитель Казанской Богородицкой пустыни игумен Михаил, пав­ший жертвой петровских реформ; восстановитель и попечитель пустыни благоче­стивый Григорий Аблязов; иеромонах Августин; архимандриты Макарий и Каллист; а также многие миряне, жертвовавшие в пользу пустыни свои земли и оказывавшие любую посильную помощь.

Последнее восстановление Жадовского монастыря произошло в 1996 году. А в скором времени после этого была возвращена и чудотворная икона Казанской Божьей Матери. Случилось это так. В сентябре 1994 года архиепископ Симбирс­кий и Мелекесский Прокл обратился к Святейшему Патриарху Московскому и всея Руси с просьбой благословить открытие Жадовской пустыни. Этому обраще­нию предшествовали необычные события. Несколько дней многие жители оказы­вались свидетелями чудесного появления трех божественных образов на стене бывшего братского корпуса. Анастасия Ивановна Чаадаева вспоминает, что обра­зы Спасителя, Богородицы и Николая Чудотворца проявились на стене между окнами первого и второго этажа: «С краю была женщина с ребеночком - Богоро­дица, следом Николай Угодник и Спаситель. Народу здесь было... и из Жадовки, и из Бары­ша, и из Новой деревни, и милиция была...».Образы на стене исчезли так же внезапно, как и появились: «Тут и свет включали на стену, но ничего уже не было видно». Этот случай и побудил Владыку Прокла обратиться с проше­нием о восстановлении пустыни. В октябре 1994 года было получено патриаршее благо­словение, а в 1996 году состоялось открытие Жадовского монастыря во главе с наместни­ком игуменом Агафангелом (в миру Алек­сандр Семенов). Весьма знаменательно, что через Агафангела, которого крестил Виссарион, осуществилась живая преемственность между разными поколениями братии Жадовской пустыни. В ходе церемонии открытия произошло и другое знамена­тельное явление - была получена поздравительная телеграмма от Патриарха, ад­ресованная священно-архимандриту Жадовского монастыря Владыке Проклу: «До­рогой Владыко! Совершая богослужение в храме Казанской Божьей Матери на Красной площади, мысленно пребывал с вами на первом богослужении в Жадов­ской обители».

В своей речи Владыка Прокл высказал сожаление, что не сохранилась главная святыня пустыни - чудотворная икона, которая долгие годы считалась утерян­ной. Однако... икона не пропала.

За несколько дней перед закрытием монастыря архимандрит Каллист вручил ее на хранение местному врачу Сергею Алексеевичу Архарову, известному своим благочестием (по словам Н. Шитова, он был автором книги «О назначении хри­стианской жизни»). Архаров был арестован в 1937 году. Перед арестом он успел сказать теще, чтобы та отдала икону Ираклионову Николаю Алексеевичу, рабо­тавшему бухгалтером на местном лесопильном заводе. Ираклионов еще до рево­люции закончил Сызранское духовное училище, однако не стал священником, поскольку его дед священник Троицкий не благословил его, желая, чтобы хоть кто-то в семье остался в живых. Николай Алексеевич, опасаясь за судьбу образа Жадовской Казанской Божьей Матери, вел очень осторожный образ жизни. Тем не менее, по праздникам иконы Казанской Божией матери, чудотворную икону перед рассветом выносили тайно на родник, где она была впервые обретена. Жена Н.А. Ираклионова часто бывала в Николаевской церкви села Оськино. В середи­не 1970-х годов, уже после того, как здесь стал служить протоиерей Николай Шитов, она предложила своему мужу передать икону настоятелю храма. Иракли­онов не сразу согласился с женой, а решил познакомиться с настоятелем сам. Сначала он подошел к нему под предлогом того, чтобы посмотреть издания Сим­бирских Епархиальных ведомостей. Затем появился на литургии, чтобы попро­сить текст канона на Рождество на греческом языке, который он помнил пре­красно, несмотря на свой возраст (ему было уже за 80 лет). Потом еще несколько раз они встречались и беседовали на разные темы. В конце концов, Ираклионов рассказал об иконе и согласился передать при условии, что икона будет хранить­ся в семье Шитова, но если откроется когда-либо Жадовский монастырь, то будет передана туда. Кроме того, он попросил сделать ризу для иконы, поскольку все это время, чтобы не вызывать подозрений, она хранилась под жестяной литогра­фией. Сложность была в том, что тогда официально нигде не делались иконные оклады. С большим трудом удалось договориться с мастерами-реставраторами из Эрмитажа. В 1978 году оклад был изготовлен и Рождественским постом при­везен к Ираклионову. Николай Шитов вспоминает: «Приехали, отслужили моле­бен с водосвятием и акафистом, Николай Алексеевич плакал, прощаясь со святыней. Потом он приезжал к нам часто, взяв с меня слово никому не говорить об иконе».[8;114]

То, что Ираклионов так долго присматривался к священнику, было вполне понятно, поскольку в те годы власть предпринимала много усилий, чтобы разру­шить церковь изнутри. Начиная с конца 50-х годов, шло интенсивное завершение строительства «светлого будущего», где христианству не оставлялось места. В 1959 году была закрыта Ульяновская епархия. В Ульяновской области из более чем тысячи дореволюционных храмов осталось всего 9 действующих церквей (2 - в городе Ульяновске, 1 - в городе Мелекессе, а также в отдаленных селах: Кокрять, Кивать, Бирля, Оськино, Павловка Барышского района, Ляховка). Да и
эти оставшиеся храмы власти намеревались закрыть со временем под разными предлогами. Так, в селе Кивать под видом того, что колокольный звон якобы отвлекает учеников и мешает отдыхать трудящимся, в начале 60-х годов официально запрещено использовать колокола во время службы[35]. Чуть ранее -
в 1959 году, под аналогичным предлогом был закрыт Казанский собор в Ульяновске на улице Водников. В райцентре Сурское (бывшее Промзино Городище) пытались остановить паломничество на Николину гору: на месте явления чудотворной иконы Николая Угодника устраивали военно-спортивные соревнования,
приуроченные ко дню памяти святителя и чудотворца Николая Мирликийского (место соревнований ограждалось, чтобы не пропустить верующих), а саму гору даже попробовали срыть бульдозерами[36]. В селе Оськино не давали разрешение
на ремонт деревянного храма несколько десятилетий, видимо, в надежде, что в скором времени его можно будет закрыть под предлогом ветхости. Выставлялись милицейские кордоны, чтобы не пустить верующих к рекам на праздник Крещения[36] и т.п. В эти же годы был разрушен главный монастырский храм[36] в
Жадовской пустыне, построенный еще Григорием Аблязовым.

Несмотря на все меры, предпринимаемые советскими и партийными органами по активному искоренению православия, многие прихожане продолжали посе­щать церковные службы, добираясь до храма много часов. Протоиерей Николай Шитов рассказывал, что он уже с одиннадцатилетнего возраста ходил один через лес за 40 км в ближайшую Богородице-Казанскую церковь села Кивать: «Рано утром выхожу и успеваю как раз к началу вечерней службы». После окончания школы Николай поступил и успешно окончил Московскую духовную семинарию и был назначен священником в село Оськино.

Еще в 1990-е годы, приезжая в гости к Н. Шитову, Владыка Прокл постоянно обращал внимание на эту икону. Однако священник, памятуя о своем обещании, никогда не рассказывал о ее происхождении. Лишь после открытия Жадовской пустыни он сообщил об этом архиепископу. На наш вопрос, не жалко ли было расставаться с иконой, протоиерей Николай ответил: «Нет, поскольку это должно принадлежать всем».

Вскоре была составлена епархиальная комиссия по освидетельствованию под­линности иконы, которая подтвердила, что вновь обретенная икона есть та самая чудотворная икона, с которой началась история Жадовской пустыни: «Исходя из вышеприведенного описания, представленного к освидетельствованию образа, опи­раясь на имеющиеся описания Казанской иконы Божьей Матери из Жадовской обители Симбирской епархии, составленные в прошлом веке, принимая во внимание многочисленные характерные особеннос­ти освидетельствуемого образа, изучив в под­робностях историю сохранения сего образа с момента изнесения его из ликвидируемой оби­тели до сего дня, мы с радостью и благодарно­стью Подателю всех благ Господу и Его Пре­чистой Матери свидетельствуем представлен­ный к освидетельствованию образ есть истин­ная Чудотворная икона Казанской Божьей Ма­тери, издревле почитаемая в Симбирске и Сим­бирской губернии, находившаяся в Богородице-Казанской Жадовской пустыни до момента ее закрытия и по милости Божьей сохранившаяся до сего времени и ныне, по воле Господней, нами обретенная. С радостью великой свидетельствуем об этом и пред вновь обретенным Образом Пречистой Девы с умилением восклицаем:

«Пресвятая Богородице, спаси нас/».[13;84]

Попечением Высокопреосвященнейшего Прокла, Архиепископа Симбирского и Мелекесского, Богородице-Казанской Жадовской обители Священноархимандрита был сделан новый оклад для иконы, а в 2002 году был изготовлен специаль­ный резной киот, в котором находится чудотворная икона в настоящее время.

2 мая 2005 года состоялось освящение закладки храма в честь Казанской Божьей Матери на месте бывшего главного храма Жадовской пустыни. Здесь, в одном из приделов, и находится икона Жадовской Казанской Богородицы.

Казанская Богородицкая пустынь не только существует в настоящее время, но и процветает. Со всех уголков нашей Великой страны в большие православные праздники стекаются сюда вереницы паломников. Восстановительные работы не прекращаются и по сей день: возведена гостиница для паломников, идет строительство нового храма с 9-ю позолоченными куполами. Продолжаются традиционные ежегодные крестные ходы с участием огромного количества народа в связи с принесением чудотворной иконы Казанской Божьей Матери из Жадовской пустыни.

Монастырь повлиял и круто изменил не только судьбы людей тесно с ним связанных, принимающих участие в его восстановлении, но и стал духовным наставником огромного количества верующих, нашедших здесь свою последнюю надежду.


Заключение.

Исследуя данную проблему, мы пришли к следующим выводам:

  • создание и возрождение монастыря оказывало огромное влияние на духовное состояние общества, служило народу поддержкой в годы тягот и лишений;

  • развитие пустыни было возможным благодаря инициативе народа, пожертвования которого, позволяли обители возродиться;

  • пустынь была не только источником веры, - это самостоятельный социально-идеологический организм, ведущий свое хозяйство и полностью себя обеспечивающий;

  • вклад сподвижников пустыни в ее развитие имел огромное значение не только для самого монастыря, но и для духовного, культурного наследия нашей страны.

Немалую важность имеет практическая значимость нашего исследования: данный материал дает возможность использовать его на уроках истории при изучении, в частности, истории родного края, при изучении истории Отечества по темам: культурное, социально-экономическое развитие XVIII-XIX веков, репрессии инакомыслящих. Огромны воспитательные возможности данного материала, как на уроках, так и во внеклассной работе:

  • формирование ценностных ориентаций и убеждений школьников на основе личностного осмысления социального, духовного, нравственного опыта людей в прошлом и настоящем;

  • развитие гуманитарной культуры школьников;

  • приобщение к ценностям национальной культуры;

  • воспитание уважения к истории, культуре, традициям своего народа;

  • формирование стремления сохранять и приумножать культурное наследие своей страны.

Культурное наследие народа – одно из важных составляющих его духовной жизни. Во все времена именно культура являлась хранительницей традиционных устоев и традиционной православной веры русского народа. В истории русского православия самым тяжелым и страшным оказался век XX.

XX век – это в первую очередь время разрушения традиционной России, ибо удары были нанесены по коренным, вековым устоям русского народа – в частности православию. В итоге все, чем столетиями держалась, на чем основывалась российская цивилизация, оказалось разрушенным и уничтоженным…

Восстановление церквей, монастырей, укрепление роли православия в духовной жизни народа дает надежду на великое будущее Великой страны.

Братия Казанско-Богородицкого монастыря и их добровольные помощники много делают для полного восстановления разрушенной в советские годы пусты­ни и надеются на сердечное участие и помощь со стороны общества. Но при этом надо подчеркнуть, что это воссоздание чрезвычайно важно, прежде всего, для са­мого общества, поскольку всегда монастыри были местом, где можно было не только найти утешение и понимание, но и получить образцы удивительного сми­рения и трудолюбия, которых так не хватает в современной жизни.

Восстановление монастырей на российской земле дает надежду, что возможно духовное возрождение всего общества, поскольку, по словам одного из знамени­тых отечественных историков, «древнерусское монашество было точным показа­телем нравственного состояния своего мирского общества; стремление, покидать мир усиливалось не оттого, что в миру скоплялись бедствия, а по мере того, как в нем возвышались нравственные силы».[19;206]












Список литературы:


    1. Андреев В.. К.И. Невоструев // Русская старина, 1908, № 1-2.

    2. Бракгауз и Ефрон. Энциклопедический словарь.

    3. Гуркин В.А.. Очерки по истории Жадовской пустыни. Ульяновск, 2002.

    4. Гуркин В.А.. Сказание о Жадовской Богородицкой пустыни. Ульяновск: изд. «Корпорация технологий продвижения», 2005.

    5. Есипов Г.В.. Раскольничьи дела XVIII в.. СПб., 1861.

    6. Жертвы политических репрессий в Алтайском крае 1919-1930. Барнаул, 1998. Т.1.

    7. Жизнеописание святого преподобноисповедника Гавриила (Игошкина) архимандрита Мелекесского // Автор составитель Куликова Л.. Ульяновск, 2000.

    8. К истории Жадовской пустыни // Открытые культуры. Ульяновск, 2002.

    9. Книга памяти жертв политических репрессий. Ульяновск,1996.

    10. Липицкий А.О.. Материалы для географии и статистики России. Симбирская губерния. СПб., 1868, ч.2.

    11. Неболюбов П.. Капитон Иванович Невоструев (биографический очерк) // Сборник в память 10-летия Симбирской Ученой Архивной Комиссии. Симбирск, 1906.

    12. Охотин Н.В.. О Чудотворной иконе Казанской Божьей Матери, ежегодно приносимой в г. Симбирсик, из Жадовской пустыни // Сборник исторических и статистических материалов о Симбирской губернии (Приложение к памятной книжке на1868 г.). Симбирск, 1868.

    13. Протодиакон Алексий Скала. Жадовская пустынь. (Жадовский Богородице-Казанский мужской монастырь. История и современность). Ульяновск, 2002.

    14. Протоиерей Павел Охотин. Жадовская Казанско-Богородицкая пустынь Симбирской епархии. Симбирск, 1881.

    15. Протоирей В. Дмитриев. Блаженный старец Василий. Ульяновск, 1996.

    16. Сказание о явлении и чудесах иконы Казанской Божьей Матери. Симбирск, 1889.

    17. Смолич И.. История Русской церкви. Глава II. Церковь и государство. 1993.

    18. Соловьев А.. Упраздненные монастыри и пустыни Симбирской епархии. Симбирск, 1909.

    19. Соловьев С.М.. История России с древнейших времен. Т. 18, гл. 3, 1983.

Периодические издания.

    1. Волжский вестник // Ред. Изд. В. Черников (еженедельное издание). Симбирск. 27 июня 1879 г., №25.

    2. «Московские ведомости», 1872 г., №304.

    3. Мономах, 2004 г., №4.

    4. Православная газета «Благовест», 1999 г., №27.

    5. «Самарские Епархиальные Ведомости», 1867 г.

    6. «Санкт-Петербургские ведомости», 1872 г., №335, 1873 г., №18.

    7. «Симбирские губернские ведомости», 1857г., №12.

    8. Симбирская церковная старина, вып. 2. Симбирск, 1915 г.

    9. «Современник», 1872 г., №99.

    10. «Симбирские Епархиальные ведомости», 1900г., №4, 1994 г., №1.


Источники

    1. Ульяновский областной краеведческий музей. № ПО15-3 УКМ 8086.

    2. Государственный архив Ульяновской области. Ф. 872 оп. 1, д. 10.

    3. ГАУО. Ф. Р-200, оп. 2, д. 510, л. 111.

    4. ГАУО. Ф. Р-633, оп. 3,д. 5, л. 62-65.

    5. ГАУО. Ф. Р-2704, оп. 3, д. 94, л. 295.

    6. ГАУО. Ф. Р-3038, оп. 3, д. 25.

    7. ГАУО. Ф. Р-3910, оп. 1, д. 71.

    8. ГАУО. Ф. Р-634, оп. 2, д. 128.

    9. ГАУО. Ф. 872, оп. 1. д. 10, л. 12-13.

    10. ГАУО. Ф. 872, оп. 1. д. 10, л. 34-35.

    11. ГАУО. Ф. 872, оп. 1. д. 10, л. 47-48.

    12. ГАУО. Ф. 872, оп. 1. д. 10, л. 50.






















ПРИЛОЖЕНИЯ

1

16 февраля 1714 г. — Указ из Казанской губернской канцелярии

Симбирскому обер-коменданту Ивану Бахметеву

об отказе Жадовской пустыни земли,

пожертвованной соседними помещиками

Великаго государя царя и великаго князя Петра Алексеевича, всея Великия и Малыя и Белыя Россия самодержца указ в Симбирск обер-коменданту Ивану Ефимовичу Бахметьеву.

В прошлом 713 году били челом государю полуполковник Иван Петров сын Обухов да синбиреня Лукьян Тихонов сын Аристов, Сельвестр Петров сын Реб-ровский, Никита Федоров сын Плешивцов с товарищи, Федор Воронцов, Василий Зимнинской: по благословлению де пресвященнаго Тихона, митрополита Казанскаго Свияжскаго, построена на поместной их земле в Синбирском уезде на озна­ченном ключе часовня во имя пресвятых Богородицы явления иконы Казанския; а ныне до Сызранскаго Вознесенскаго монастыря игумен Михаил обещался на том новоявленном ключе построить церковь Божию во имя ея же Пресвятыя Богородицы, и они де, Лукьян Аристов с товарищи, по обещанию своему под цер­ковь Божию и под монастырь и на пропитание церковным служителям и мона­хом дают из своих поместных дач в тех же урочищах, от церкви Божией по ось-мидесят сажень земли под огороды, вверх идучи, по правою сторону речки Само­родки, кругом от церкви: а Иван Обухов поступился к тому же монастырю из поместья своего в Симбирском уезде за валом, по речке Алташее, из примерной земли, пять четвертей; чтобы великий государь пожаловал их, велел меж их поместныя земли со всеми угодьи по зарученным их челобитным за тем монастырем справить. Да к той челобитной вместо Лукьяна Аристова, Селиверста Ребровска-го, Никиты Плешивцова с товарищи отец их духовный, села Николаевскаго, Жадовка тож, поп Илья Епифанов, по их велению, а Федор Воронцов и Василий Зимнинский руки приложил сам, а полуполковник Иван Обухов в челобитной и в Казани в Губернской Канцелярии к допросным речам руку приложил сам же. А в отказных книгах отказа Симбирские приказные палаты подьячего Стефана Белоусова 1704 году мая в ... день написано: дано и отказано примерные земли Ивану Петрову сыну Обухову в Синбирском уезде в урочищах на речке Барыш, на речке Алташейке и в иных урочищах к прежнему его синбирскому и алатыр-скому поместьям сто четвертей в поле, а в дву по тому же с сенными покосы и со всеми угодьи; а за выше написанными челобитчиками, за Лукьяном Аристовым с товарищи, дач и отказных книг в Казани в Губернаторской канцелярии не сыс­кано. И сего февраля в 16 день указу великаго государя и по приказу ближняго боярина и губернатора Казанскаго Петра Самойловича Салтыкова и по помете на выписке дьяка Дмитрия Неупокоева вышеписанную поместную землю по отдаче Ивана Обухова велено отдать для строения того монастыря, а о дачах Лукьяна Аристова, Селиверста Ребровского, Никиты Плешивцева с товарищи, Федора Во­ронцова, Василия Зимнинского, в Синбирску справится, такия дачи за ними есть ли, а буде есть, и их допросить, а по допросе, буде спору не буде, из всех их дач дать же к тому монастырю земли против их челобитья. И как ты сей великаго госу­даря указ получишь, и ты б Лукьяна Аристова, Селиверста Ребровского, Никиту Плешивцева с товарищи, Федора Воронцова, Василия Зимнинского велел поста­вить в Синбирску перед собою в расправной канцелярии и при свидетелях их допросить: из поместья они своего в Синбирском уезде в урочищах по речке Са­мородке пашни по осьмидесяти сажень и по перечнику тож ли число к вышеоз­наченному монастырю поступаются ль; и в челобитной вместо Лукьяна с товари­щи отец их духовный, села Николаевскаго, Жадовка тож, поп Илья Епифанов руку приложил по их ли велению, а Федор Воронцов и Василий Зимнинский руки при­ложили сами ль и буде они в допросе против челобития своего скажут и ни в чем не оспорят, и тебе б о том у них взять сказку за руками, а допрося и взяв сказку, в Синбирской уезд, в вышеозначенныя урочища, в поместья Ивана Обухова и Лу­кьяна Аристова, Селиверста Ребровского, Никиты Плешивцова с товарищи, Федо­ра Воронцова, Василия Зимнинского, послать кого пригоже да в тех поместьях велеть переписать места дворовыя и пашню и села и лес и всякия угодья, а пере­писав да из тех поместей Ивана Обухова на пять четвертей, а Лукьяна Аристова, Селиверста Ребровского, Никиты Плешивцова с товарищи да Федора Воронцова, Василия Зимнинскаго по осьмидесяти сажень в поле, а в дву по тому же, велел отказать к вышеозначенному новопостроенному Богородскому монастырю со всеми угодьи; да что во всех поместьях чего отказано будет тебе б то все велеть написать в книги имянно порознь да те книги за руками тех людей, которые у отказу тех поместий будут, и за откащиковую и Лукьяновою Аристова, Селиверста Ребровс­кого, Никиты Плешивцова с товарищи да Федора Воронцова, Василия Зимнинска­го допросныя речи за их и за свидетелевыми и тебе за своею руками прислать в Казань и велеть подать в губернаторской канцелярии ближнем боярину и губер­натору Казанскому Петру Самойловичу Салтыкову с товарищи, а таковы же кни­ги и Лукьяна Аристова, Селиверста Ребровского, Никиты Плешивцева с товари­щи, Федора Воронцова, Василия Зимнинского допросныя речи, тех же людей за руками, оставить в Синбирску в распросной канцелярии впредь для ведома и спору. У подлинного указу помета дьяка Дмитрия Неупокоева, справа подьячего Афанасия Акимова. А подлинной указ подан в Синбирску в расправной канцеля­рии впредь для ведома и спору. У подлинного указу помета дьяка Дмитрия Не­упокоева, справа подьячего Афанасия Акимова. А подлинной указ подан в Син­бирску в расправной канцелярии обер-коменданту Ивану Ефремовичу Бахметеву, а сей с подлинного указу список оставлен на Сызрань в Вознесенском монастыре у игумена Михаила.



(Из описи Жадовской пустыни, составленной 15 декабря 1763 года прапорщи­ком Иваном Суховым).

2

1714 г. Благословенная грамота Казанскаго митрополита Тихона

на построение в Жадовской пустыне церкви в честь Казанской иконы Божией Матери с приделами


Божиею милостью великий господин преосвященнейший Тихон, митрополит Казанский и Свияжский. В нынешнем 714 году февраля в 26 день били челом нам, преосвященнейшему митрополиту, синбиряня Лукьян Тихонов сын Аристов, Селиверст Петров сын Ребровский, Никита Федоров сын Плешивцов с товарищи: в прошлом де 709 году по нашему архиерейскому указу, а по их же челобитью, построена де на поместных их землях в Синбирском уезде, в селе Николаевском, Жадовка тож, на новоявленном ключе часовня во имя Пресвятыя Богородицы Казанския; и ныне де желает на том же ключе построить церковь Божию в то же именование с приделом Тихона Чудотворца Вознесенскаго монастыря игумен Михаил, и под тое де церковь и под монастырь, и священнослужителем под се­литьбу и на пропитание дают они, челобитчики, из своих поместных дач в тех же урочищах, по правою сторону речки Самородки, кругом от церкви по осьмидеся-ти сажень; и чтоб нам, преосвященному митрополиту, пожаловать их, челобитчи­ков, благословите и повелети на том ключе церковь Божию во имя Пресвятыя Богородицы Казанския с приделом Тихона Чудотворца Сызранскаго Вознесенс­каго монастыря игумену Михаилу строити и о строении тоя церкви дати нашу архиерейскую благословенную грамоту, почему та церковь строити. И мы вели­кий господин, преосвященнейший Тихон, митрополит Казанский и Свияжский, слушав того вышеписаннаго челобитья, пожаловали, благословили и повелели не вышеозначенном ключе церковь Божию во имя Пресвятыя Богородицы Казанс­кия с приделом Тихона Чудотворца строити и о строении той церкви и придела дати нашу архиерейскую благословенную грамоту. А в начале на основании тоя церкви и придела быти иерею, крест водрузити и молебен пети и святою водою крапити, и все строити по чину, как о том напечатано в новоисправном большом требнике; и строити та церковь и придел по чину правильнаго уставнаго законо­положения, как о сем правила и устав церковный повелевает о единой, или о трех, или о пяти главах, а шатровых церквей отнюдь бы не строити, понеже есть про­тивно восточной православной церкви, в одно же западному суемудрию Римскаго костела; и чтоб у той церкви и придела алтари были пространны и светлы с прирубными пятистенными стенами; престолы учинить о четырех столбцах, а за пре­стольные образы поставить не близ престолов, чтоб во время иерейскаго служе­ния иерею в каждении меж престолов запрестольных образов пройти было сво­бодно; а во святый алтарь из церкви учинить трои двери - царския, северныя, южныя, и в церкви учинить трои двери - северныя, южныя и западныя, перед западными дверьми учинить паперть; а в начале на правой стороне царских две­рей поставить образ Всемилостиваго Спаса, подле Спасова образа поставить про­чие образы по своему обещанию; на левой стороне царских дверей поставить об­раз настоящего храма. Пресвятыя Богородицы Казанския и прочих святых обра­зы по чину; такожде и сверху во иконостасе поставить образы по чину ж; а при­дел во имя Тихона Чудотворца строить за церковного стеною на северной стране и вход учинить от западной страны с паперти, и все учинить в приделе такожде, как и в настоящей большой церкви. А к той церкви и под монастырь по челоби­тью вышеписанных помещиков и полковника Ивана Обухова из поместных дач земля отказать велено, и о том из Казанской губернской канцелярии указ вели-каго государя в архиерейской казенной приказ прислан. И как та церковь и придел совершены и со всеми церковными украшении ко освящению поставлена будут, также вышепомянутых помещиков, по челобитью их, земля отказана будет, и о том нам, преосвященнейшему митрополиту, учинить ведомо, и по нашему ука­зу о освящении той церкви и придела указ и освященные антиминсы посланы будут. А буде та церковь и приделе построены не супротив нашего вышеписаннаго указу, или образы не по чину поставлены будут, и по нашему указу тоя церкви и приделу освященным не быть, потому что противно правильному законополо­жению и церковному уставу. А что от того церковнаго строения останется лесу и щепь, и тот лес скласть особь, и никому того лесу на построение мирских домов не продавать, окроме церковнаго строения, а щепы отдать просвирнице и велеть теми щепами топить печь, в которой просфоры пекутся. И все учинить по вышеписанному нашему архиерейскому указу. Писался в нашем митрополичем доме при кафедральном храме Благовещения Владычицы нашея Богородицы и Присно-девы Марии лета от Рождества Христова 1714 года марта в 15 день. На подлин­ной грамоте архиерейская печать приложена. Помета казначея иеромонаха Алек­сея Раифскаго. Справа подьячего Матвея Киреева.




(Из описи Жадовской пустыни, составленной 15 декабря 1763 года прапорщи­ком Иваном Суховым).













3 1845 г.

Представление Симбирской духовной консистории

в Святейший Синод, которым испрашивалось позволение

открыть Жадовскую пустынь с припискою ея к Симбирскому Архиерейскому дому

В Симбирской консистории по справке оказалось:

Жадовская Казанская пустынь именовалась Симбирскою; построена около 1714 г.; упразднена при открытии штатов 1764 г. и приписана к церкви села Жадовки. Настоятельство в ней с самаго начала по конец существования было попеременно игуменское и строительское, ив 1752 году находились на лицо иеро­монахи: Павел, Алексей, Феофил, Аарон, Питирим и простые монахи: Алексей, Рафаил и Дмитрий. Крестьян не было, а пахотной земли, приложенной по обеща­нию помещика Василия Иванова сына Обухова, было 5 десятин (правильно - чет­вертей) в поле, а в дву по тому ж, с сенными покосами. Монашествующие пита­лись своею работою и с работниками. Существующая ныне в этой пустыне цер­ковь во имя Казанския Божия Матери с приделом преподобнаго Тихона Амафун-тскаго Чудотворца каменнаго здания, в состоянии твердая; освящены первая в лето 7254 (1746) июля 5 дня, а второй 7249 (1741). До 1817 года церковь сия была самостоятельною, и при ней находился особый причт из священника и двух причетников, но в 1817 году по делу о рукоположении к оной священника одно­го из причетников ея резолюция преосвященнаго Амвросия, архиепископа Казанскаго, 19 июня последовавшею, предписано: «Как при церкви Жадовской пусты­ни ни земли, ни прихода нет, почему и существовать она не может, вследствие чего и упразднить оную, а утварь и иконы отдать в церковь села Жадовки». К испол­нению сей резолюции Казанскою консисториею от 17 июля того же 1817 г. пред­писано было Карсунскому духовному правлению; но до 1822 г. оставалась цер­ковь сия в прежнем ея положении, а в 1822 г. марта 7 числа прихожане села Жадовки чрез повереннаго своего, г-на Обухова, крестьянина Дениса Петрова, по­данным тому же преосвященному Амвросию прошением просил воcстановить оную церковь с дозволением им, какия есть при ней церк.служителей из села Жадовки, для коих вместо имеющейся у них во владении при том селе земли, они обязательно обязуются отвести другую, по близости к пустынской цер­кви, в удобном месте, а домы их из Жадовки перенесть в пустынь и здесь постро­ить собственным их прихожан коштом; существующую же в Жадовке деревян­ную церковь покрыть новым тесом и оставить на своем месте для отпевания умерших тел.

Резолюциею Преосвященнаго подписано: «Прихожанам на прописанном ус­ловии церковь бывшей Жадовской пустыни исправить дозволить и потом счи­тать ее уже приходскою села Жадовки, а деревянную церковь считать придель­ною, дозволив и оную поправить». О чем к исполнению консисториею предписа­но Карсунскому же духовному правлению и местному благочинному того же мар­та от 8 числа. Но земля не переменна, и причт из Жадовки не перемещен, а оста­ются на своих местах доныне. Впрочем, при церкви в пустыне бывшим при оной священником построен дом и при смерти оставлен по завещанию со всем при нем строением в пользу той церкви, при которой сверх того имеются собствен-ныя лавки, кои сдаются в наем торговцам во время ежегодно бываемой здесь ярмарки. Куда же девалась, или к кому поступила во владение, по упразднению пустыни, та земля, которая в количестве 5 четвертей была куплена у Кафтырева, и 15 десятин, которыя значились за нею в 1752 г., пожертвованных от помещика Обухова, сведений не имеется.

Близ оной пустыни существуют однопричетныя церкви в селах: Жадовке за 3, Воецком за 4 и Румянцево за 6 верст, из коих при первой до 1817 г. находился один священник и два причетника.

(Из дела Симбирской духовной консистории 1845 г. по описи № 719)




4

Программа проводов чудотворной иконы из пустыни в г. Симбирск и обратно в пустынь

Время выноса иконы Казанския Божия Матери из Жадовской пустыни в г. Симбирск назначить до того числа, в которое она должна прибыть в Симбирск за 7 дней, так что если 15 мая будет воскресный день, то и вынос должен быть в воскресенье; — за тем местами отдыха по тракту из пустыни до Симбирска назначить: 1) Базарный Сызган; 2) Куроедово; 3) Вешкайму; 4) г. Карсун; 5) Уренскую Карлинскую слободу; 6) уничтоженный г. Тагай; и 7) сельцо Баратаевку, из коего приносится Св. икона в г. Симбирск; для обратного шествия в пустынь — села: 1) Ключищи; 2) Елшанку; 3) Степное Воецкое; 4) Поповку; 5) Беклемишево; 6) Беликово и 7) Жадовку, отку­да в пустынь.

Что же касается порядка выноса и шествия с сею иконою в пути, то как ныне, так и впредь на будущее время постановить правилом:

  1. Благочинный ближайшего к пустыни округа к означенному времени назначает и командирует в пустынь из окружающих селение двоих священников с дьяконом и некоторым числом причетни­ков; тоже делают и другие благочинные, командируя то же число духовных в села, чрез кои будет шествие с чудотворною иконою, так чтобы при Св. иконе всегда было два священника с дьяконом и причетниками и Управляющий Жадовской пустынью, или благочинный, или кто другой, началь­ством епархиальным назначенный. Накануне дня выноса иконы Божией Матери из пустыни, в церкви оной совершается всенощное бдение, а на утрие в самый день выноса Божественная литургия, по окончании коей выносится икона в путь с хоругвями при колокольном звоне дотоле, пока шествие скроется из вида. Управляющий пустынью, или другой кто назначенный епархиальным начальством. Со всем собравшимся духовенством сопровождает Св. икону с животворящим крестом в руках до места по возможности, а прочее духовенство попеременно сопровождает от села.

  2. Шествие в дороге располагается следующим порядком: впереди несется фонарь с зажжен­ной в нем свечой; потом причетники поют канон Божией Матери с запевом: Пресвятая Богородице, спаси нас! — икона Божией Матери в особо устроенном киоте, за нею два свещеносца рядом, потом начальствующий священнослужитель с Св. крестом; имея позади себя дьякона и причетника в сти­харях. Икону несут усердствующие богомольцы.

  3. При приближении хода к селению, при церкви, где она есть, делается обыкновенный коло­кольный звон; духовенство сего села и назначенное провожать Св. икону до другого села встре­чает оную вне села, перед входом в которое встретив икону и совершив обычную литию с осененн­ом селения и народа, с Св. иконою шествуют при том же звоне в селение и икона вносится в церкоdm.

1) Там, где должно поставить икону на ночь, совершается всенощное бдение, и на другой день ранняя литургия, после которой продолжается ход.

  1. По выходе из селения всегда также совершается лития с осенением селения и народа Св. иконою.

При всяком прибытии Св. иконы в селение дозволяется совершать ей для усердствующих и желающих молебное пение как в церкви, так и в домах, если того будут просить, не воспрещается также совершать обычные литии и моления по тракту шествия при часовнях издревле построенных усердием православных предков в честь каких-либо Св. икон или в благочестивое воспоминание церковных и отечественных событий.

  1. В день шествия иконы из последнего селения в город городское духовенство в 7 ч. утра собирается в бывший Покровский монастырь, из которого потом выходит за город; встретив Св. ико­ну, возвращается с ней в монастырь, где потом совершается Божественная литургия по обычном отпусте духовенства.


5

Церемониал встречи чудотворного образа

Казанский Божия Матери из Жадовской пустыни жителями г. Симбирска,

составленный гражданским начальством обще с епархиальным,

в исполнение Высочайшего повеления



В 9 часов утра, 16 мая, все участвующие в церемониале должны прибыть за город по Московс­кому тракту на 4-ю версту и там ожидать прибытия иконы. По совершении обычного служения, по распоряжению епархиального начальства, шествие в город начинается следующим порядком:

  1. Несколько человек жандарм, при начальнике команды, на лошадях.

  2. Рота гарнизонного батальона.

  3. Рота батальона кантонистов.

  4. Воспитанники гимназии и семинарии с их инспекторами.

  5. Часть богомольцев простого звания в числе коих должны быть и удельные крестьяне со своим головою и старшинами, имеющими нарядные кафтаны.

  6. Цеховые со своими значками, их конвоируют два унтер-офицера.

  7. Несколько человек почетных мещан.

  8. Несколько человек почетных купцов.

  9. Неслужащие дворяне, их конвоируют два унтер-офицера гарнизонного батальона.


  1. Архиерейские певчие, их конвоируют два унтер-офицера гарнизонного батальона.

  2. Большой фонарь с зажженной свечой.

  3. Большой крест, хоругви и Св. иконы городских церквей.

  4. Духовенство: причетники в стихарях, дьяконы с кадилами; священники, протоиерей и архи­мандриты — в облачении. Старший протоиерей несет на блюде крест, а второй из протоиереев — Св. Евангелие. Затем иподьяконы с дикириями и трикириями.

  5. Городской Голова с Бургомистром в мундирах несут чудотворную икону Казанския Божия Матери; над ней дьяконы держат рипиды; их конвоируют 4 унтер-офицера гарнизонного батальо­на.

  6. Архиерей, имея позади себя протодьякона и дьякона. Их конвоируют два унтер-офицера гарнизонного батальона.

  7. Гражданский Губернатор, Губернский Предводитель дворянства, Вице-Губернатор, Губернс­кий Прокурор и другие начальствующие отдельных частей лица, также уездный Предводитель — в полных мундирах.

  8. Члены и чиновники всех присутственных мест и ведомств, а за ними дворянство и почетное купечество. Их конвоируют два унтер-офицера.

  9. Взвод гарнизонного батальона.

  10. Богомольцы простого звания.

  11. По сторонам процессии идут несколько рядовых гарнизонного батальона, полицейские нижние чины при городовых унтер-офицерах и квартальных надзирателях, также несколько человек жан­дарм верхами.

  12. За порядком процессии по духовной части наблюдает Ключарь, по гражданской — Полицей­мейстер.











6

Прибавление к церемониалу 1851 г.



20 числа мая городское духовенство, по отправлении в своих церквах литургии порану, начав благовест к оной в 6 ч. утра, с хоругвями и иконами, в светлых облачениях, собравшись в Кафед­ральный собор, все вместе должно собраться в Покровский монастырь к 7 /2 часам, для шествия оттуда церемониально к назначенному месту сретения иконы.



















7

О порядке обношения чудотворной иконы по городским церквам


  1. Чудотворная икона Казанския Богоматери, по встрече с известным церемониалом 20 числа сего мая и принесении в город, первоначально принята будет в Кафедральный собор, а из оного на другой же день, по окончании литургии, и по совершении крестного хода, совершаемого в это чис­ло в Симбирске ежегодно в благодарность Господу Богу за то, как гласит предание, что мятежник Разин не овладел городом сим, — препровождена будет в бывший Покровский монастырь, где и будет находиться 21 и 22 числа до всенощного бдения; ко всенощной же перенесется в Спасовоз-несенский собор, в котором будет находиться 23, 24, и 25 числа; из собора также перенесется в Троицкую церковь на 26, 27 и 28 ч. с тем однако ж, чтобы на 27 за всенощной и в самое 27 ч. до окончания литургии находится Св. икона в Кафедральном соборе. По случаю храмового праздни­ка; потом переносима будет из церкви в церковь ко всенощным в следующем порядке: из Троицкой церкви в Спасский девичий монастырь на 29 и 30; в Никольскую — на 31 мая и 1 июня; Владимир­скую — на 2 и 3; Воскресенскую на 4, 5 и 6; Богоявленскую на 7, 8, 9 и 10; Тихвинскую на 11-е; Петропавловскую и приписную к ней Успенскую на 12 и 13, и Смоленскую на 14, 15 и 16-е. Сего ж числа чудотворной иконе возвратиться в сопровождении Смоленского притча в Кафедральный собор, из коего на другой день, т.е. 17 числа, по окончании литургии, имеет быть изнесена и препровожде­на в Жадовскую пустынь.

  2. Переносить чудотворную икону из одной церкви в другую, по предварительном позыве в ко­локол той церкви, куда следует икона, причтам обеих церквей с крестами и хоругвями и при коло­кольном в обеих церквах звоне, и во все то время, пока будет в которой церкви находиться, отправ­лять всенощное бдение и литургию при звоне в большой колокол и во все колокола в надлежащее время. В свободное от обычного Богослужения время дозволяется с этой иконой делать ход для молебствия и в дому желающих, единственно прихожан той церкви; из монастырей брать икону, по удовлетворении живущих в них, не возбраняется и посторонним, в недальнем расстоянии от них жи­тельствующим, и преимущественно в общественные заведения и присутственные места.






















8

О порядке выноса чудотворной иконы Казанския Божия Матери из г. Симбирска в Жадовскую пустынь


  1. 17 июня городское духовенство, по отправлении в своих церквах литургии порану, начав бла­говест к оной в 7 ч. утра, должно с хоругвями и Св. иконами в светлых облачениях, собраться в Кафедральный собор к 9 час.

  2. По изнесении иконы из Кафедрального собора во время шествия ее городом и до назначен­ного места за город, весь церемониал соблюдается в таком же порядке, как и при встрече.

3.Духовной процессии от Кафедрального собора следовать мимо Св. ворот Спасского девичьего монастыря улицами: Дворцовою, Большою мимо Спасовознесенского собора и Гроицкой Церкви, Покровского монастыря на Саратовский выезд за город до назначенного места.

  1. Во время шествия городом быть обычным литиям перед св. воротами Спасского девичьего монастыря, у Спасовознесенского собора и перед вратами Покровского монастыря.

  2. От назначенного места за городом чудотворную икону сопровождать до ближайшем о (ели Ключищ из городского духовенства. Согласно распоряжению прежних годов, двоим священникам, двоим дьяконам и четверым причетникам, по назначению Благочинного.








9

Письмо Преосвященного Феодотия В.В. Обухову

Его Высокородию Василию Васильевичу Обухову

Милостивейший Государь Василий Васильевич!

Симбирской Губернии, Карсунского уезда, в недальном разстоянии от села Жадовки, некогда существовала Пустынь, под названием — Казанския, и доныне значущейся на специальной карте России, XXXII издания Г.А. Шуберта. Пустынь сия в 1764 году, во время учреждения в монастырях шта­тов по обстоятельствам упразднена, и монастырская каменная церковь, выстроенная усердием г. Аблязова, причислена была к селу Жадовке, отчего и получила название Жадовская. В сей мона­стырской церкви имеется явленная Икона Казанския Пресвятыя Богородицы, издревле уважаемая православными, по дознанным на ней различным чудотворениям, к которой и по ныне усердие хри­стиан не охладевает, и многие притекают сюда с теплою верою, для излияния в молитве сердечных своих чувствований. Но нередко случалось, что за отсутствием находившегося при сей церкви при­чта, приходившие Богомольцы оставались без исполнения своих желаний, а потому и обратились ко мне с просьбою, об учреждении в бывой Жадовской Пустыни постояннаго Богослужения. Приняв в уважение таковую их просьбу, я представил оную на благоусмотрение Святейшему Правительству­ющему Синоду, с предположением вышеупомянутую монастырскую церковь, впредь до дальнейша-го о ней усмотрения, причислить к Симбирскому Архиерейскому Дому, и для свершения в ней ежед­невной службы Божией, и для удовлетворения благочестивому желанию Богомольцев, определить к оной несколько человек монашествующих; Святейший Правительствующий Синод раземотрел та­ковое представление, и найдя предположение мое основательным и удобоисполнимым, указом сво­им от 3 Июля сего 1846 года благовольно утвердить оное во всей силе, и ныне в Богородицкой Жадовской Пустыни возобновлено постоянное богослужение и пустынь сия оглашается уже все­дневными Господу Богу молитвами, остается только устроить для монашествующей братии прилич­ный приют и обезпечить то святое место необходимым для него содержанием.

По собранным доселе сведениям о бывой Богородицкой Жадовской Пустыни открылось, что вовремя её земли с лесом и прочими угодиями, частию приобретенной покупкою, а частию пожертвованной усердием современных гг. владельцев, в числе коих, как значится по документам монастырским, есть жертва и Ваших предков гг. Обуховых, из пятнадцати десятин пахотной и сено косной земли состоящия: но за Упразднением пустыни сей, и за зачислением церкви в заштатную, земли, принадлежащия монастырю и остававшиеся при церкви, неизвестно по какому случаю выпу­щены были из виду, и во время генерального размежевания, одна половина оной перешла в общее владение Жадовских разночинных обывателей, а другая причислена с соседней новой деревни, состоящей под владением села Воецкого Вашей Вотчинной Конторы, и из сей последней половины большая часть земли передана недавно заменой во владение г. Ушакова к существования, она имела в собственности довольно значительное количество пахот­ной и сенокосной новостроенной деревни Сергиевке.

Что вышепрописанныя земля некогда принадлежала пустыни, тому служат доказательством, во-первых, купчая земель, в 1714 году совершенная, по которой значиться, что по речке Алташейки куплено было Настоятелем Обители Игуменом Михаилом от стольника Михаила Ковтырева, пахот­ной и сенокосной земли с лесом и прочими угодиями — пять четвертей, и в двух потому же, во-вторых, единогласныя показания соседних старожилых людей, помнящих еще последнего Настоя­теля Игумена Аарона и те местныя поляны, которые некогда возделывались потами благочествых подвижников Жадовской обители, и хотя нивы сии по упразднении монастыря изменились уже и заросли довольно частым сосновым лесом, но следы старцевых трудов еще не уничтожились, и уро­чища под названием Старцевы, неизменно сохраняются в народном предании.

Не желая входить в подробное изследование о прежней монастырской собственности, которая в свое время ограничена была живыми урочищами, но предвидя необходимость в обезпечении безбедным содержанием возобновляемой обители, я обращаюсь к Вам Василий Васильевич с пол­ною моею уверенностию что Вы не откажетесь содействовать в этом спасительном деле как отде­лением к упомянутой пустыни прежде пожертвованной Вашими предками пятидесяти десятин па­хотной и сенокосной земли, так и уступкою того участка, который в 1714 году куплен был от г-на Кавтырева, и который по генеральному размежеванию взошел во владение Вашего соседняго к Пустыни имения.

Согласясь на таковое предложение Вы поставите наилучший памятник Вашим Предкам, усерд­ствовавших к древней Святыни Божией Матери, и обяжете Жадовской обители подвижников возно­сить Господу Богу всегдашние молитвы о благоденствии Вашем и Семейства Вашего.

Пребывая в ожидании на сей отзыв Вашего ответа с истинным моим почтением.

ноября « » дня 1846 года

Государственный архив Ульяновской области. Ф. 872, оп. 1, д. 10, л. 12—13 об.









10

Акт о передаче земли в вечную и неотъемлемую собственность

Жадовской пустыни


1851 года июля дня, Мы нижеподписавшиеся владельцы дачи Симбирской Губернии Карсунско-го уезда села Николаевского, Жадовки тож, приемля во внимание наше, что в дачах села Жадовки, состоящих в общем нашем владении, около уже пяти лет к общему нашему душевному назиданию и спасению возобновлена мужская Казанско-Богородицкая Пустыня, которая здесь существовала издревле. Желая споспешествовать богоугодному сему делу, тем более, что в этой обители имеется чудотворный образ Казанския Божия Матери, к которому все мы имеем особенную веру и любовь, < (>1ласились мы ту землю, на которой устраивается обитель, выделить из общих наших владений в количестве двадцати десятин, жертвуя на сей предмет каждый тот участок земли, падает на часть его владений. Вследствие сего и представляем Духовному Начальству помянутую площадь в количе­стве двадцати десятин усвоить на законном основании в вечную и неотъемлемую собственность Жадовской Казанско-Богородицкой Пустыни, с изходатайствованием на это от кого следует закон­ных актов.

Статская Советница Екатерина Илларионова Протопопова, урожденная Безобразова.

Назначенную на полюбовной сказке составленной в 1838 году землю для ярморки состоящей при Казанской Пустыни в числе двадцати десятин в обще владельцев владение из числа которой следующую на мою часть землю жертвую Пустыне в вечную и неотъемлемую собственность. От­ставной Коллежский Асессор Василий Васильев сын Обухов.

По доверенности матери моей Прапорщицы Марии Николаевны Собакиной дочь ее Капитанша Анна Алексеева Патрикеева.

К сей подписки села Жадовки однодворец Петр Иванов Ребровский а вместо его неграмотно­го по личному прошению того села однодворец за него и за себя Михаила Симонов [Ребровский] руку приложил. К сей подписки села Жадовки однодворец Николай Иванов Стяшкин за себя и вместо того села однодворца Василия Сергеева Ребровскава за неумением его грамоти по личной прозьбе руку приложил. В том же подписуюсь однодворец Осип Иванов Ребровский. — К сей под­писки села Жадовки однодворцы Василий Иванов, Иван Федоров, Афанасий Кузмин, Василий Ива­нов Ребровские а вместо их первого по слабости зрения, а прочих за неумением их грамоти по их личной просьбе того же села однодворец Михаил Симонов Ребровский руку приложил.

К сей подписки Купец Никифор Сергеев Синягин, я же Неврюев, руку приложил. К сей подписки вместо отца моего Карсунского мещанина Спиридона Григорьева и Сызранского мещанина Алек­сандра Антонова Молчановых за неумением их грамоти по личному прошению Карсунский меща­нин Василий Спиридонов Молчанов руку приложил. Коллежский Асессор Николай Семенов сын Кункин за себя и вместо двоюродной сестры моей Губернской секретарши Марьи Семеновны Преображенской. К сей подписки села Жадовки вместо однодворца Ефима Федорова неграмотно­го по его личной просьбе того же села однодворец Михаил Симеонов Ребровский руку приложил. К сей подписки за себя и вместо села Жадовки однодворцев Михаила Ефимова, Ивана Симеонова и Павла Михайлова за неумением грамоти по их прошению, того же села однодворец Никанор Максимов Ребровский руку приложил. К сей подписки Титулярная Советница Екатерина Молчанова руку приложила.

К сей подписки вдова цехового мастера Ольга Иванова Головачева руку приложила.

К сей подписки недоросль Петр Семенов Лапшинский руку приложил. К сему подписки вместо однодворцев села Жадовки Федота Иванова, Тимофея и Димитрия Кузминых и Димитрия Сергеева за неумением грамоти по их личной просьбе того же села однодворец Николай Иванов Стяжкин руку приложил.

Что села Жадовки однодворцы из числа площади назначенной по сказке 1838 года следу­ющую на их часть землю к Казанско-Богородицкой Пустыни пожертвовали с добровольного их согласия, в том свидетельствую Карсунский Уездный Стряпчий Ласточкин. По доверенности жены из дворян ... 1-го разряда Николай Алексеев руку приложил. Свидетелем был отставный Генерал-Майор Александр Андреев сын Дувнинг, руку приложил. Свидетелем был подпорутчик Александр Павлов сын Ленивцев, руку приложил. — Свидетелем был и руку приложил Прапорщик Василий Александров сын Карякин.

Подлиной акт для подписи своему господину действительному тайному советнику Сергею Васи­льевичу Шереметову получил бурмистр его Димитрий Иванович Жезиков, а по безграмотству и по приказанию его расписался тогож господина земской Михаила Блиников.


Государственный архив Ульяновской области. Ф. 872, оп. 1, д. 10, л. 34—35.








11

Рапорт священника К. Державина о чудесном исцелении

Его Преосвященству

Преосвященнейшему

Феодотию Епископу Симбирскому

и Сызранскому и Кавалеру

Карсунского уезда села Беклемишева

Священника Константина Державина

Покорнейший рапорт

Долгом считаю довести до вашего сведения Вашего Преосвященства, что прошлого октября 24 дня, икона Казанской Божией Матери, бывши по желанию г. Сабаниной в приходской деревни моей Бутырках оказала особенные чудеса достойные нашего внимания: дочь г. Сабаниной, Анна Алексеевна Патрекеева, была одержима сильною падучею болезнею, лишилась от нее языка, так, что не только не могла ничего говорить, но и язык сделался жесткий без всякого чувствия; почему и прибыли они в означенную деревню для излечения к лекарю г. Фридрицу, который более месяца продолжал употреблять свои средства, но успеха ещё видно не было. Наконец г. Сабанина имея полную веру к Царице Небесной дала обет Богу, что если Господь возвратит язык болящей в пре­жнее положение; то немедленно послать за образом Божией Матери в Жадовскую пустынь. Жела­ние матери по вере её исполнилось и больная после глубокого сна в скором времени начала гово­рить по-прежнему. Видя такое чудесное событие и приписывая это собственно Чудотворной Иконе Богоматери, она тотчас послала за оной для совершения благодарственного молебствия к Господу за столь великую милость; а после сего и болезнь припадок её постепенно уменьшается. Между же тем ныне сама уже г. Патрекеева объяснила мне, что много чудес видела она от Заступницы по которым все семейство ее имеет такую веру, а особенно из них достойно внимания следующее: три года тому назад как она по усердию своему просила с иконою Богоматери в свою деревню Озерки, где крестьяне её также усердно желали, чтобы среди деревни отслужить молебен с водоосвящени­ем, а после сего принести в каждый дом Заступницу и окропить. Желание их было исполнено: но напротив того самого дома, где совершалось молебствие, находилась девятилетняя девочка по имени Ульяна Лазарева, которая от рождения своего была сиднем и никак не могла вставать; когда же было окропление домов, то дали и ей прислониться к иконе Божией Матери и окропили водою, после чего она вскоре заснула глубоким сном и когда проснулась, то вдруг встала сама и пошла кругом лавки, ныне же хотя и чувствует иногда расслабление, но без нужды может ходить.



Декабря 14 дня 1850 года.

К сему рапорту села Беклемишева священник Константин Державин руку приложа.

Резолюция архиерея на рапорте:

Слава Богу и Его по плоти Пречистой Матери!

17 Декабря 1850

Государственный архив Ульяновской области. Ф. 872, оп. 1, д. 10, л. 47- 48





12

5. Письмо от помещицы М.С. Новиковой

Ваше Преподобие Отец Настоятель Флегонт! И отец Серапион.

По внушению чувств религии пишу к вам. Отцы мои желания мои не осуществились быть у вас в обители и видеться лично с вами получаю гнева Божия эпидемической болезни холеры, кого рая у нас и по сие время ещё существует и просить вас, чтобы вы предложили Преовященнейшему Феодосию о моем желании пожертвовать в вашу обитель к Чудотворной иконе Царице Небесной Казанской Божией Матери участок земли из моего родового имения, состоящий в количестве 145 десятин в расстоянии от вашей пустыни 12 верст, Симбирской губернии Сызранского уезда в селе Тимошкино. Почему и желая предварительно посоветоваться с вами равно и отцом моим духовным Серапионом как вы предположите и каким Актом упомянутый участок в обитель вашу передать и желая слышать от вас ваше мнение и добрый ваш совет, посоветуйтесь и вы мои родные с вашими коротко знакомыми хорошими людьми; как это сделать, а как я предполагаю что не иначе нужно будет сделать купчию крепость на кого вам будет угодно, а потом уже он или то лицо, передаст вам царственною записью как это делается. Вот отцы мои мой совет, а впрочем я совершенно полага­юсь на вас как вам будет угодно. Я буду ожидать от вас ваших добрых советов с подателем сего письма. Он живет в Тимошкино, когда вам будет угодно вы ему прикажите как явится к вам в пол­ное ваше распоряжение. — Но во всяком случае я непременно если вы поможете постараюсь при первой моей возможности быть у вас в обители и переговорить об этом предмете лично с вами, а в настоящее время не худо же иметь нам в отношении дела предварительное соглашение о вашем мнении через сего подателя буду надеяться что вы почтите меня вашим ответом.

Пожелания вам от Бога и Царицы Небесной всего лучшего и преуспевания в вашей и постничес­кой жизни, и прошу ваших теплых молитв за меня грешную у всеобщей нашей Заступницы.

С истинным моим уважением имею честь быть вашей покорнейшей слугою.

Мария Сергеевна Новикова

Саратов

13 сентября 1853 года

Государственный архив Ульяновской области. Ф. 872, оп. 1, д. 10, л. 50—50 об.



hello_html_2dc789a7.jpg

Константин Егорович Павлов

до поступления в К.Е. Павлов, он же архимандрит Каллист.

Жадовскую пустынь. Фото 1899 г. Фото 1924-25 гг.






hello_html_38d86a0c.jpg







Монах Виссарион. Он же в сане иеромонаха.

1924 г. 1950 г.







hello_html_m6f65b594.jpg



Монахи и послушники Жадовской обители. 1924-25 гг.





hello_html_293df1f6.jpg



2008 год. Гостиница для поломников.






hello_html_50e22544.jpg



2008 год. Церковь при монастыре.



hello_html_731b953d.jpg



2008 год. Главные ворота монастыря.




hello_html_m5f735a23.jpg


2007 год. Общий вид Жадовской пустыни.




hello_html_m1ab14f70.jpg




2008 год. Иконная лавка при монастыре.




hello_html_6d0691bb.jpg


2008 год. Купальня около Святого родника.


hello_html_76661edb.jpg



2013 год. Святой родник и купальня




hello_html_m2cf85fc2.jpg





hello_html_m7401d42a.jpg




2007 год. Возведение нового Храма..



hello_html_11815668.jpg


2013 год. Новый храм


Прощай обитель.

Прощай, Заступница Святая А теперь ты, Мать-обитель,

И обитель наша Мать, Ты стоишь как сирота,

О тебе ведь, Дорогая Где исчезла и повяла

Нам приходится страдать. Вся земная красота.


Ты как мать нас всех жалела Где наш Каллист, старец славный?

И питала как детей, Он страдает там вдали

И покой ты нам давала И всечасно вспоминает:

Во обители своей. «Где вы, детки, все мои?


Где всечасно стройно пела Вы как овцы разбрелися

Громко пение псалмов, В разны страны – кто куда.

Призывала нас к молитве Помолитесь, помяните

Тобою собранных рабов, Вы старейшего отца.


Где звон чудный будит рано, Я уж старый и бессильный,

Каждый день нас в храм ходить Никому не нужен стал.

И невольно приходилось Жил в обители родимой,

О грехах Бога молить. Никогда сего не ждал.


Где источник наш целебный – 40 лет я прожил в ней

Как млеком питались мы, И все силы положил,

И в болезнях исцелялись, Дорогие мои детки,

Как в больницу к нему шли. Не забудьте с кем я жил.


Там, как рай земной в пустыне Вы не плачьте, не скорбите,

Утешением нам был. Что пришлось нам перенесть,

Дорогие мои братья, Что в обители родимой

Для нас всех он был любим. Обещались мы нести.

Я ведь знаю, что монаху Но ты, Ходатая нас грешных,

Молодому трудно жить Собери нас всех к себе.

Среди мира и соблазна, Мы пришли бы и сказали:

Но все надо переносить. Нам покоя нет нигде.


Призывайте вы в молитве Мы как птички бы слетелись

Матерь Божию к себе. Под твой чудный всепокров,

Она – Мать всем нам родная, Свои кости положили

Не оставит нас нигде. У твоих святых ворот.


Хоть на море и в темнице, Как Адама Бог из рая,

Во изгнании, в скорбях Так и нас изгнал Господь

За грехи мы все страдаем Из Божественного рая -

Не оставь, Благая нас. Он терпеть больше не мог».


А я, грешник, всех грешнее –

День и ночь скорблю душой,

Что я раньше всех из мира

Во обитель не ушел.





Стих был написан Виссарионом. Текст пере дали настоятель Рождественской церкви с. Павловка Барышского района протоиерей Александр Мартышкин и его дочь Любовь. У них сохранилась и магнитофонная запись пения этого стиха в исполнении автора.






Подайте заявку сейчас на любой интересующий Вас курс переподготовки, чтобы получить диплом со скидкой 50% уже осенью 2017 года.


Выберите специальность, которую Вы хотите получить:

Обучение проходит дистанционно на сайте проекта "Инфоурок".
По итогам обучения слушателям выдаются печатные дипломы установленного образца.

ПЕРЕЙТИ В КАТАЛОГ КУРСОВ

Автор
Дата добавления 17.11.2016
Раздел История
Подраздел Научные работы
Просмотров212
Номер материала ДБ-361033
Получить свидетельство о публикации
Похожие материалы

Включите уведомления прямо сейчас и мы сразу сообщим Вам о важных новостях. Не волнуйтесь, мы будем отправлять только самое главное.
Специальное предложение
Вверх