Добавить материал и получить бесплатное свидетельство о публикации в СМИ
Эл. №ФС77-60625 от 20.01.2015
Инфоурок / История / Конспекты / Исследовательская работа "Христианизация мордвы"

Исследовательская работа "Христианизация мордвы"


  • История

Поделитесь материалом с коллегами:



МОУ «Старошайговская средняя общеобразовательная школа №2» Старошайговского муниципального района Республики Мордовия



Номинация: Этнография и археология





Исследовательская работа



Тема: «Христианизация мордвы»









Подготовил: ученик 10”Б"

МОУ «Старошайговская средняя общеобразовательная школа №2»

Старошайговского муниципального района Республики Мордовия

Родайкин Максим Олегович

Руководитель: учитель истории и обществознания

МОУ «Старошайговская средняя общеобразовательная школа №2»

Старошайговского муниципального района Республики Мордовия

Венчаков Алексей Иванович




2014 год





Введение…………………………………………………..3

Глава 1.Как проходила христианизация мордвы………5

Глава2.Социокультурная адаптация мордвы в процессе

христианизации …………………………………………11

Глава3.Православие в мордовском крае……………….16

Заключение……………………………………………….24

Список использованной литературы………………….26



















Введение:

Актуальность проблемы. Христианизация нерусских народов Среднего Поволжья волновала умы российских историков на протяжения более чем двух последних столетий. В разные исторические эпохи в зависимости от конкретной общественно-политической и идеологической ситуации менялись не только теоретические и методологические подходы, но и проблематика исследований. Первоначально, в дореволюционный период развития российской исторической науки, подавляющее большинство изысканий проводилось в рамках так называемого «миссионерского направления» и служило нуждам христианизации нерусских народов. Особенностью историографии интересующей нас проблематики того периода являлось то, что в это время реализовывалась сама политика христианизации нерусских народов, тесно связанная с их русификацией.

Историками второй половины XIX - начала XX в. была проделана огромнейшая работа по сбору и систематизации источников по христианизации нерусских народов Среднего Поволжья, разработаны вопросы о средствах, методах и характере христианизаторской политики правительства и церкви, охарактеризовано влияние православия на религиозную жизнь нерусских народов. Материалы, содержащиеся в сочинениях дореволюционного периода, широко использовались историками советской эпохи и не потеряли свою значимость и содержательность и по сей день.

Вопросы дореволюционной историографии христианизации нерусских народов Среднего Поволжья затрагивались во многих исторических исследованиях, посвященных религиозной политике царского правительства, истории Русской православной церкви, а также истории и этнографии нерусских народов Среднего Поволжья, но не были выделены как самостоятельный объект исследования. Таким образом, появилась насущная необходимость в анализе и систематизации всего накопленного дореволюционной отечественной наукой объема исторической литературы по вопросам христианизации нерусских народов Среднего Поволжья. Подобная необходимость также обусловлена все более растущим вниманием российских историков к проблемам межэтнических и межконфессиональных взаимодействий и взаимовлияний как на уровне отдельных регионов, так и в целом, на общероссийском.

Объектом исследования является дореволюционная отечественная историография христианизации нерусских народов Среднего Поволжья.

Предметом исследования являются концептуальные представления отечественных историков о христианизации нерусских народов Среднего Поволжья, содержащиеся в сочинениях и публикациях второй половины XIX - начала XX в. Под христианизацией в данном исследовании подразумевается как процесс распространения христианства в форме православия среди нерусских народов Российского государства, так и политика правительства и Русской православной церкви по насаждению христианской религии в среде неправославного населения. Процесс христианизации также включает в себя религиозное, христианское просвещение представителей нехристианских конфессий язычников, монастырскую колонизацию и церковное строительство на населенных нерусскими народами территориях и так далее. Более того, христианизация также подразумевает процесс проникновения идей православия, христианского мировоззрения в религиозное сознание нерусского населения, процесс синкретизации их религиозных верований.'Хронологическими рамками процесса официальной христианизации исследователи, полагают 1555-1917 гг.

В ходе изучения данной темы были использованы работы Мокшина Н.Ф. «Религиозное верование мордвы»,Юрченкова В.А. « Хронограф», Абрамова В.К. «Мордва вчера и сегодня»,МеркушкинаГ.Я.иДорожкина М.В. «Об основных этапах вхождение мордовского народа в состав русского государства» и других мордовских и российских историков.

Глава 1.Как проходила христианизация мордвы.

С XVI в. на территории мордвы начали воздвигаться православные монастыри и церкви. Царское правительство наделяло их пахотными, лесными, водными угодьями и приписывало к ним целые мордовские поселения. Монахи крупных монастырей центра буквально по следам русского войска, разгромившего Казанское ханство, через Шацкий, Арзамасский, Темниковский; Алатырский уезды, населенные мордвой, устремились в «подрайскую землицу», захватывая лучшие угодья. Крупнейшими монастырями на мордовских землях были Пурдышевский, Санаксарский, Саровский и др. Одной из главнейших задач, поставленных перед ними, было утверждение мордвы в христианской вере

Столкновения светских и церковных властей с «иноверцами» на почве христианизации носили порой весьма ожесточенный характер.. Так, в 1656 г. в Шацком уезде был убит архиепископ рязанский Мисаил, прибывший туда с царской грамотой, с государевыми служилыми людьми «мордву и татар во крещение приводити»

16 мая 1681 г. царь Федор Алексеевич подписал указ о предоставлении льгот мордве в случае крещения («А как они крестятся, и им во всяких податях дано будет льготы на шесть лет» ). Немалое число мордвы польстилось на льготы и крестилось, но едва удалялись священники и пристав, как новокрещеные снимали с себя кресты и продолжали жить по-старому. Спустя пять лет вышел новый указ царского правительства, в котором говорилось о том, что новокрещеная мордва «в христианской вере не тверда, в церкви божий не приходит и отцов духовных у себя не имеет» .

В 1740 г. в Казани была учреждена Контора новокрещенских дел, призванная ускорить христианизацию на территории Казанской, Нижегородской, Воронежской и Астраханской губерний. В указе царского правительства от 11 сентября 1740 г. об отправлении архимандрита Д. Сеченова, назначенного главой конторы, в эти губернии, повелевалось давать новообращенным льготы от податей на три года, освобождать их от рекрутской повинности, от работы на казенных заводах, «давать каждому по кресту медному, что на персях носят, весом каждый по пяти золотников, да по одной рубахе с порты, ипо сермяжному кафтану с шапкою, и рукавицы, обуви чирики с чулками, а кто познатнее, тем при крещении давать кресты серебряные по четыре золотника, кафтан из сукон крашеных, какого цвета кто похочет, ценою по 50 копеек аршин, а вместо чириков сапоги ценою в 45 копеек, женскому полу волосники и очельники, по рубахе холщовой. Да от денег, мужескому полу, кои от рождения выше 15 лет, по рублю по 50 копеек, а от 10 до 15 лет — по рублю, а кои ниже 10 лет, тем — по 50 копеек»

Намного ухудшилось положение тех, кто несмотря на подачки, не хотел креститься, ибо все повинности и подати крестившихся в льготные годы было приказано «взыскивать на оставшихся в тех местах некрещеных иноверцах».

В 1744 г. в челобитной, адресованной императрице Анне Иоанновне, мордовские «прявты» деревень Романиха и КлючихаТерюшевской волости Нижегородского уезда Данила и ЖивайкаЦанаевы от имени «всей той волости мордвы» просили не подвергать их насильному крещению, отозвать из волости прибывшего туда епископа Нижегородского Дмитрия с протопопами, попами и солдатами, который не желавших креститься арестовывал, держал под крепким караулом в кандалах и колодках, бил мучительски, смертно, привязав к столбам, и в купель окунал связанных и кресты надевал на связанных. Однако принудительное крещение продолжалось, а за содействие мордве в составлении указанной челобитной солдата Преображенского полка Григория Зубкова по императорскому указу было повелено бить «при полку нещадно батогами, дабы впредь другие того чинить не дерзали» .

Так начиналось Терюшевское восстание мордвы 1743—1745 гг., возглавленное Несмеяном Кривовым и Пумрасом Семеновым. Понимая, какую опасность оно представляет, епископ Нижегородский и Алатырский Дмитрий просил Синод быстрее подавить его, ибо «протчих мест новокрещеные народы... мордва, и черемисы, и чуваша вси от того возмутятся и воссвирепеть могут» .

Прибывшие войска действительно скоро и жестоко подавили восстание, а его предводителя Несмеяна Кривова «за снятие с себя креста и за расколотие святые иконы», и за то, «что он во всем был первой возмутитель и заводчик», Правительствующий Сенат приговорил «зжечь при собрании всей Терюшевской волости новокрещеных и некрещеных мордвы при селе Сарлее, при котором собрание и на преосвященного Дмитрия нападение от мордвы было». «Учинить смертную казнь» повелевалось и другому лидеру этого восстания, бурмистру деревни КлеихаПумрасу Семенову «за возмущение мордвы». Остальные руководители и повстанцы «в страх другим» были биты кнутом и плетьми .

Протест не только мордвы, но и других народов Среднего Поволжья против христианства, как религии, насильственно внедряемой в народ царизмом, иногда облекался в религиозную форму: отказ от принудительно навязанного православия, возврат к «язычеству», но вместе с тем имели место попытки как-то трансформировать старую языческую веру, чтобы можно было эффективнее противопоставить ее православию.

Один из ярких эпизодов такого реформаторства связан с движением мордвы той же Терюшевской волости, проходившем в 1808—1810 годах. Возникнув как обычное крестьянское сопротивление помещичье-крепостному гнету (отказ от барщинных работ), оно затем превратилось в религиозно-реформаторское движение. Возглавил его местный же крестьянин — житель деревни Большое Сеськино, принадлежавшей графине Сен-Приест, Кузьма Алексеев. Мордовские крестьяне указанной волости стали собираться в лесах на общие моления — озксы, проводившиеся, как докладывал нижегородский губернатор А. М. Руновский министру внутренних дел князю А. В. Куракину, «по древнему их идолопоклонническому мордовскому заблуждению». На этих мольбищах К. Алексеев объяснял крестьянам, что они должны быть свободными, не должны принадлежать помещикам и выплачивать оброк, что «Христа больше нет, не будет больше и христианской веры», что скоро «прежняя их мордовская вера возвысится, а христианская упадет»

Царское правительство жестоко расправилось с крестьянским движением. Его руководитель с семью наиболее близкими «сообщниками» был арестован и предан военно-полевому суду, который приговорил Кузьму Алексеева к сечению плетьми, вырезанию ноздрей, наложению клейма на лбу и щеках и к ссылке на поселение в Иркутскую губернию. Архиепископ Нижегородский и Арзамасский Вениамин лично объезжал волость, совместно с помещиками и полицией назначал к каждой десятидворкеновокрещен смотрителей, получивших приказание «наблюдать, дабы живущие в оных препорученных им дворах новокрещены не исправляли никакого моления по мордовским обрядам, а молились бы по-христиански»

Иерархи русской православной церкви объявляли «грехом» житейские контакты русских крещеных крестьян с некрещеной мордвой, накладывали на них церковное табу. Однако жизнь вносила свои коррективы. Складывание широкой экономической общности в рамках единого всероссийского рынка, единой системы товарно-денежных отношений, отсутствие каких-либо принципиальных отличий в уровне развития крестьянского хозяйства мордвы и русских, смешанное расселение, возникавшее по мере миграции русских в мордовские земли, совместная борьба против угнетателей внутри страны, как и совместная защита ее от внешнего нападения, участие мордвы в качестве спутника русских в освоении других земель способствовали выработке добрососедских отношений. Очень примечательна в этой связи одна из русских пословиц, записанная молодым Н. А. Добролюбовым в середине прошлого века в Нижегородской губернии: «С боярами знаться честно, с попами свято, а с мордвой хоть грех, да лучше всех» .

Неоднократные попытки православного духовенства наложить церковный запрет на повседневные связи русского крещеного крестьянства с мордвой еще не крещеной оказались безуспешными, были обречены на провал. Как доносил в Синод епископ Нижегородский и Алатырский Дмитрий, «неученые христиане (русские крестьяне..) при их (мордвы.) бесовских игралищах приходят обществом и скверным их жертвам приобщаются, пьют и едят с ними заедино»

Некоторые наиболее дальновидные миссионеры предлагали поощрять браки новокрещен с русскими, о чем, в частности, писал в Правительствующий Сенат 5 июня 1733 г. архиепископ Казанский и Свияжский Илларион, отмечавший, что «за русскими никого из оных (новокрещенок народов Поволжья..) не имеется». Принятие православия хотя и облегчило браки мордвы, марийцев, удмуртов, чувашей с русскими, зато еще более затруднило их с мусульманскими народами — их соседями (татарами, башкирами), ибо губернаторам и воеводам на местах не раз повелевалось «смотреть накрепко», чтоб «махометане мордву, чувашей, черемис, вотяков и протчих тому подобных иноверцев в свою веру не превращали и не обрезывали» .

Не удовлетворяясь данными указаниями, казанский губернатор граф Платон Мусин-Пушкин по доношению того же архиепископа Иллариона от 20 октября 1732 г., в свою очередь, настаивал перед Правительствующим Сенатом на принятии новых ограничений, направленных против распространения мусульманства. «Також запретить надлежит,— предлагал он,— чтоб магометане чувашских, черемисских, мордовских и вотяцких вдов и дочерей девок под смертною казнью в замужество за себя не брали»

Мордва и чуваши, марийцы и удмурты, так или иначе приобщаясь к православию, становились ближе и между собой, и к русским, другим народам России, исповедовавшим православие. И хотя православие у поволжских народов не зашло так глубоко, чтобы идентифицироваться, отождествиться с их этническим самосознанием, как у русских (русский — православный), тем не менее было бы неверно утверждать, как это иногда делается, что будто христианизация их носила чисто формальный характер.

Однако даже система Ильминского, несмотря на явное миссионерско-русификаторское содержание, внедрялась крайне непоследовательно,- поскольку преподавание на инородческих языках казалось царским властям занятием опасным. Например, член Ученого комитета Министерства народного просвещения Георгиевский в 1867 г. утверждал, что нельзя учить инородцев на родном языке, ибо это «может послужить к пробуждению племенного самолюбия и уважения к собственному языку». На страницах «Журнала Министерства народного просвещения» при обсуждении вопроса об образовании инородцев было высказано такое суждение: «...язык — это народ: утвердите язык письменностью, дайте ему некоторую литературную обработку, изложите его грамматические правила, введите его в школу и церковь, и вы тем самым утвердите соответствующую народность, и доселе безразличную в отношении к языку массу инородцев, с явным даже влечением к усвоению русского языка, вы обратите в племя, которое будет дорожить своими особенностями и будет настаивать на своем обособлении»

Как явствовало из циркуляра, направленного 23 мая 1870 г. министром народного просвещения графом Д. А. Толстым управляющему Казанским учебным округом М. Соколову, инородческие языки могли быть употребляемы в школах лишь «...по необходимости, как орудие при первоначальном обучении и развитии инородцев» . В свою очередь, разъясняя это положение, М. Соколов писал Н. И. Ильминскому 9 июня 1870 г., что оно не дает повода полагать, будто в инородческих школах будут учить инородческим языкам, которые не имеют ни грамматики, ни письменности, и изучение которых, в смысле изучения языка, немыслимо»

Глава 2. Социокультурная адаптация мордвы в процессе христианизации.

Одной из важнейших проблем социально-политической истории мордовского народа является вопрос о формах и сроках его присоединения к Русскому государству. Начало массового перехода мордовских феодалов на сторону Москвы датируется 20—40-ми гг. XVI в. В это время братья Гиреи признают верховную власть султана Османской Порты, что привело к новому сплочению тюркско-исламских сил от Урала до Дуная под эгидой последнего. Мощь этого союза, к которому присоединились многие князья поволжских народов, в том числе и часть мордовских, ярко продемонстрировал объединенный крымско-казанский поход 1521 г, когда полному разгрому подверглась вся центральная русская область от Тулы до Владимира и Нижнего Новгорода. Сильно пострадали и мордовские земли. Только общими политическими интересами русских и мордовских феодалов можно объяснить факт быстрого появления после этого на обширной территории Мордовского края многочисленных крепостей. Строятся Васильсурск, Мокшанск, восстанавливаются Темников (на новом месте), Шацк, Курмыш, Наровчат. Так постепенно государством мордовского народа стала Московское царство. Однако мордва продолжала оставаться свободной, исповедующей свою религию, со своими традициями и сложившейся социально-государственной структурой на ее территории, вошедшей в состав России не в результате завоевания, а на договорной основе. Но объединение мордвы с Россией было длительным процессом, растянувшимся на века. Начиналось оно в пору, когда Русь еще не представляла собой единого целого, а завершилось, когда было создано единое централизованное Российское государство. Присоединение мордвы к России, включение в единый российский «организм» имели позитивное значение не только для социально-экономического и политического, но и для этнического развития мордвы. Это стимулировало ее консолидацию.

Одной из важнейших составляющих процесса вхождения мордвы в состав Российского государства является христианизация. Процесс христианизации мордовского народа, отмечает Н. Ф. Мокшин, был сложным, длительным и противоречивым, сопряженным с другим исторически гораздо более широким и многозначительным процессом присоединения мордовского народа к Российскому государству и последующего его развития в составе России. «Обращение в христианство было одной из важных мер национально-колониальной политики царского самодержавия, предпринятой для укрепления власти среди народов Поволжья, ее идеологического обоснования»

Христианизация мордвы как полноценный процесс началась в XVI в. Началом этого века датируются первые письменные свидетельства о проникновении христианства в среду мордовского народа. Приобщение мордвы к христианству было сопряжено с рядом трудностей.

Христианство в ряде случаев вводилось насильственными методами: «водружение здесь (среди народов Поволжья) креста, особенно же привитие православия к коренным не может свершиться вдруг, тем более без сопротивления и борьбы со стороны недавно покоренных буйных иноверческих племен» Эта борьба была интенсивной (волнения, восстания). Интенсивное заселение русскими мордовских земель, изменение хозяйственного уклада мордвы способствовали ассимиляционным процессам, что оказывало существенную помощь в деле ее христианизации Политика христианизации осуществлялась более гибкими методами.

Нельзя не отметить коммуникативные трудности христианизации. Из-за плохого знания мордвой русского языка «христианизация шла медленно и трудно, что, естественно, не радовало миссионеров, по этой причине они склонялись к необходимости для более основательного внедрения в мордовскую среду православия использовать родной язык». Создавались миссионерские школы, в которых обучались представители нерусских народов, в частности, мордва. Задачей этих школ было воспитание миссионеров из мордовского народа. Эта мера была более действенной для развития мордовского народа, его культуры и языка, так как стали составляться мордовские словари, грамматики мордовского языка, многие библейские книги были переведены на мордовские языки («Евангелие от Матфея», «Евангелие от Луки» и др.), а затем появились книги на мордовских языках, которые сыграли большую роль в приобщении мордовского народа к культуре и образованию («Букварь для мордвы-эрзи» с присоединением молитв и русской азбуки (1884, 1892, 1894), «Букварь для мордвы-мокши» (1892, 1897) и др.). Это не только укрепило православие среди мордовского народа, но и способствовало его просвещению, повышению ее общей культуры, формированию мордовских литературных языков, развитию национального самосознания.

В Среднем Поволжье Русской православной церкви приходилось соперничать с мусульманством, проникшим на эту территорию еще в начале XIII в. Обращению мордвы в христианство в тот период помешало монгольское нашествие. Это историческое событие повлекло за собой принятие ислама отдельными мордовскими поселениями: «После установления экономического и политического господства над значительной частью мордовского народа золотоордынские феодалы начали усиленно оттеснять мордовскую культуру, язык, насильственно распространять ислам». Но ислам не был воспринят мордовским народом. Гораздо большее воздействие на мировоззрение мордвы оказало православие, которое «приблизилось» к мордовскому народу именно через переход на его родной язык. «Закрепление православия в мордовской среде падает на вторую половину XVIII — начало XIX века, когда оно проникло в быт, стало составной частью уклада».

На ранних стадиях развития сознания единственно возможным универсальным способом духовного освоения мира была мифология, которая синкретически соединяла реалистические знания, художественные образы, религиозные верования, социальные нормы и образцы. В рамках первобытного мифологического комплекса возникали и развивались верования и связанные с ними ритуалы, образовывавшие своеобразнуюпроторелигию. Воздействие христианства обусловливало деградацию язычества. Однако под влиянием христианства древняя традиция не только разрушалась, но и эволюционировала: христианство способствовало трансформации языческого пантеона, внедряло новые идеи или подавало стимул к переосмыслению старых. Русское язычество после христианизации не только не деградировало, но и в отдельных частях, способных к сосуществованию с христианством, развивалось. Взаимовлияние христианства и русского язычества привело к возникновению религиозного синкретизма, вере народной, синкретичной по своей сущности. Одним из видов народной религии является народное православие, которое, бытуя на той или иной территории, возникая на той или иной национально-культурной почве, приобретает особые, специфические черты, которые восходят к верованиям и культуре каждого отдельного народа. Так, свою специфику имеет и мордовское народное православие, что прослеживается через историю христианизации мордвы.

Следует отметить, что православие как универсалирующее начало окончательно не побеждает. Языческие элементы остаются в мордовском народе, возникает некое «двоеверие», происходит смешение дохристианских и христианских религиозных представлений. Это повлекло за собой определенные изменения в культуре мордвы. Мордовские дохристианские верования и обряды более тесно связаны с окружающим миром, трудовой, общественной и семейной жизнью народа, чем христианская религия. Мордва с большой охотой и без принуждения со стороны официальных властей заимствовала, например, многое их дохристианских верований и обрядов русского народа, что вполне естественно, так как эти верования и обряды были сходны с мордовскими, приспособлены к хозяйственно-бытовому укладу русского крестьянина, похожего на уклад мордовского. Этим и объясняется переосмысление, видоизменение и приспособление христианской религии и обрядов в сознании мордвы с точки зрения дохристианских верований. Миссионеры Русской православной церкви, отмечает Н. Ф. Мокшин, понимали это и в целях быстрейшей христианизации стали действовать иным путем. Этот путь выразился в стремлении приспособить христианское вероучение и обряды к мордовским верованиям и обрядам, производственно-бытовым условиям и общинно-семейным традициям мордовского народа

Итогом длительного взаимодействия христианства с дохристианскими верованиями и обрядами явилось возникновение мордовского варианта православия, представляющего собой русское православие, адаптированное к дохристианским верованиям и обрядам мордвы.

Глава 3.Православие в мордовском крае.

Православие в мордовском крае прослеживается с XVI в. Самый ранний храм на территории Мордовии датируется 1591 г. – Рождество-Богородицкая церковь Пурдошевского монастыря близ г. Темникова. В древних могильниках мордвы обнаруживаются кресты, датируемые предыдущими веками, что свидетельствует о достаточно ранних культурных контактах эрзи и мокши с православными русскими регионами. С момента основания (1536 г.) Темников и его уезд прочно вписались в реалии русского государственного бытования, а русский православный элемент уже являлся важным компонентом этноконфессионального и социального расклада края. Темниковская Мещера, игравшая роль форпоста русского продвижения на восток, в сторону Казанского ханства, в 1571 г. была включена в Первую засечную черту; засеки шли от Шацка на Темников, затем вдоль р. Алатырь до Суры (здесь при впадении Алатыря в Суру был заложен г. Алатырь), потом на Васильсурск (Василь-город) к Волге. Тогда же в глубине охраняемой территории возник г. Арзамас – важные форпосты христианской миссии. Начало монашеству в Присурье было положено еще в кон. XV в., когда великий князь Иоанн III Васильевич пожаловал митрополиту Нижегородскому Геронтию земли по Суре для Нижегородского Благовещенского монастыря. Еще один монастырь в нижнем течении Суры появился в 1500, но он просуществовал недолго. Основание русских городов Васильсурска (при впадении Суры в Волгу) в 1523 г. и Свияжска (при впадении Свияги в Волгу) в 1551 г. открыло широкие возможности для проникновения иночества в порубежную зону, а с 1552, с падения Казани, началось интенсивное продвижение монахов-миссионеров на восток и юг. Во втор.пол. XVI в. в Понизовье возникло 50 монастырей, в XVII в. еще 110. Монашество свое влияние распространяло на инородческое население, втягивая в христианскую культуру чувашей, марийцев, мордву.

Арзамас, Алатырь и Шацк, в XVII–XVIII вв. провинциальные столицы края, распространявших свое административное воздействие на обширный регион с мордовским населением по р. Суре, Мокше, Цне. Вместе с тем темниковские дружины формировались из инородческого и иноконфессионального элемента достаточно долго. Напр., в росписи 1625 в городе значилось «с воеводой Афанасием сыном Кукориным... князей и мурз и татар 383 человека, черкас 15 человек, мордвы 1020 дворов, а на службу из того числа хаживало 340, с трех дворов человек». К кон. XVI — нач. XVII в. православная прослойка в Темникове оказалась способной создать два прихода и построить Никольский собор и Иоанно-Богословскую церковь в северной части города. С христианизацией мордвы и владетельных татар в кон. XVII – нач. XVIII в. иноверчествосошло на нет. По данным 1740-х, в Темникове функционировали три церкви, в уезде — 26, а клир состоял из протопопа, 38 священников, 8 дияконов, 31 дьячка и 33 пономарей. В 1781 в городе обитало 3676 жителей, приписанных к восьми церквям. На руб. XIX–XX вв. население превышало уже 5700 человек; в уезде насчитывалось 260 сел и деревень, 142000 жителей, в т. ч. ок. 70 процентов русских, до 23 процентов мордвы и 7 процентов татар. По данным сер. XIX в., в пределах Темниковского уезда жили 89555 православных христиан, 4971 мусульманин и 86 раскольников.

Уже в нач. XVII в. в Темникове существовал монастырь, позднее в уезде развилось пустынножительство, завершившееся возникновением не-скольких ярких монашеских общежитий, в т. ч. Саровской пустыни и Санаксара. Узаконение первого монастыря, в Пурдошках, произошло при патриархе Иове, в 1591. П. И. Мельников-Печерский писал, что пурдошевские монахи появились ради устроения «миссионерского стана... для крещения темниковской, или еникеевской, мордвы». Произошло это, по мнению исследователей, около 1573 при участии Звенигородского Савво-Сторожевского монастыря.

К кон.царствования первого Романова, Михаила Федоровича, Пурдошевский Рождество-Богородицкий монастырь уже обладал несколькими храмами и значительными земельными владениями: селом и четырьмя деревнями, 2000 душами крестьян, 1250 десятинами пашни, сенными покосами и т. д. Появление этой обители говорило о том, что христианское устроение края вошло в фазу доминирования: русская православная прослойка хотя и не составляла тогда большинства населения, но функционировала компактно, в десятках сел вдоль р. Мокша и Алатырь, в самом Темникове, в Арзамасе и Алатыре. Интенсивное заселение края русскими шло по нескольким направлениям: во-первых, из Москвы присылались воинские люди для несения городовой и полевой службы; во-вторых, на пожалованные земли русские и иностранные служилые люди переселяли крестьян из центральных и северных уездов; в-третьих, в Понизовье стекались в большом количестве беглые, находившие здесь волю и землю; наконец, в четвертых – шла вольная колонизация, прежде всего на земли монастырей, не облагавшиеся государственными поборами. Политическая историография выявила темпы русской коло-низации и назвала опорные пункты: кроме городов, это с. Пурдошки, Урей, Аксел, Ковыляй, Гуляево, а также две личные государевы крепости на Мокше – Троицк и Краснослободск, появившиеся в кон. XVI в. как вотчины бояр, впоследствии царей Романовых. Крупные поселения, изначально русско-христианские, располагались друг от друга на расстоянии 10-15 км., определяли черту распространения православия на рубежах Дикой Степи. Ближнее Понизовье, или Мещера, вплоть до впадения р. Мокши в р. Оку, напрямую ведалось Приказом Казанского дворца, а в духовном отношении – Патриаршим приказом. В 1610-х многие села и города края были причислены к Патриаршей области, а первым архиереем мордовского края стал патриарх Филарет. На протяжении всего XVII и перв. пол. XVIII в. край не раз «перекраивался», но часть земель опять оставалась в прямом ведении патриархов, а позднее Святейшего Правительствующего Синода.

Таков первый этап христианизации мордовского Среднего Поволжья. Второй этап был связан с освоением Присурского бассейна, р-на Второй засечной черты, на которой появились города Инсар, Шишкеев, Саранск, Атемар, Карсун, Симбирск (1640-е), сразу формировавшиеся как русские христианские поселения. Прежде всего интенсивно заселялись русскими людьми пространство между двумя засеками, Первой и Второй: сегодня это территории Краснослободского, Атюрьевского, Ковылкинского, Ельниковского, Ромодановского, Ичалковского и др. р-нов РМ. Уже во втор.пол. XVII в. вся эта территория в массе своей являлась христианской, и если мордва, тяготевшая ко Второй черте, еще сохраняла верность языческому прошлому, то в р-не Первой черты процесс христианизации язычников приобрел необратимый характер. Самые крупные мордовские села Темниковского края Стандрово, Широмасово, Нароватово и Шокша в 1680-88-х не только приняли пра-вославие, но и построили собственные храмы, что было зарегистрировано в окладных книгах епископа Рязанского Иосифа. Аналогичные процессы проходили и на восточной окраине края, где христианизация мордвы продвигалась от г. Алатыря. В самом крупном мордовском селе ПриалатырьяАрдатово первая христианская новокрещенская община появилась в 1686, и тогда же по указу царя Петра Алексеевича для новокрещен была построена деревянная часовня. В XVIII в. бывшее мордовское село выросло в город Ардатов, уездный центр Симбирской губернии.

Большое значение для христианского устроения края имели монастыри, возникшие в р-не р. Цна и вошедшие позднее в состав Тамбовской епархии, – прежде всего Матвеева Чернеева пустынь и Мамонтова обитель (втор.пол. XVI – гач. XVII вв.). Уже в первый год жизни в лесах старец Матвей крестил 25 мордовских семей, в дальнейшем размах его миссионерской деятельности непрерывно возрастал. В истории о. Матвей даже получил прозвище «мордовский апостол». Деятельность монахов Матвеевой пустыни оказалась первым удачным опытом крещения мордвы в массовом порядке. Среди первонасельников Сарова в нач. XVIII в. оказалось много выходцев из мокшанских сел низовья Мокши и Цны, что свидетельствовало о плодотворности иноческой миссии среди приверженцев старинных языческих культов. Монастырское просветительство показало путь продуктивного миссионерства; реально же новокрещены, в основном концентрировавшиеся в селениях вокруг обителей, составляли весьма незначительную прослойку в некрещенной массе. Однако к моменту возникновения раскола основная масса негра-мотного православного крестьянства, как русского, так и мордовского, уже обладала иммунитетом к протестным идеям; старообрядцы в Примокшанье и Присурье не получили серьезной поддержки потому, что не смогли поколебать комплиментарное отношение крестьянской массы к сложившимся духовным традициям строгой и понятной религиозной системы. Частные успехи монастырского миссионерства (а в этой работе участвовали в первой пол.XVII в. алатырские Троицкий и Духов, Арзамасский Спасский, Пурдошевский, нижегородские монастыри) породила иллюзию, что наступила пора массового крещения мордвы. Первую такую попытку совершил архиепископ Рязанский Мисаил. Как правящий архипастырь, Мисаил особое внимание уделял христианизации язычников-мордвы и мусульман-татар, проживавших на востоке и северо-востоке Рязанской епархии, в т. ч. на территории современной Мордовии. Владыка совершил три миссионерских путешествия, предпринял попытки массового крещения иноверцев. Им было крещено 4200 чел. в Верхоценском и Шацком у., но в Конобеевской волости православие приняли только 315 человек. В 1655 архиепископ Мисаил предпринял второе путешествие, а зимой 1656 состоялось последнее путешествие, во время которого язычники и татары «учинились непослушны и во крещение не пошли». Близ д. Ямбиревой святитель был встречен полутысячной толпой мордвы, атаковавшей миссионеров со всех сторон на лыжах. Мисаил был засыпан стрелами. Через несколько дней владыка Мисаил умер от ран в д. Алгамазово. В ходе годичного расследования арестованные мокшане, всего 684 чел. (вместе с домочадцами) принесли покаяние, приняли православие, были прощены и выпущены из тюрьмы.

Основная масса мордвы в районе Второй засечной черты приняла христианство только в 1743-46-х. В целом этот процесс прошел мирно, но эксцессы случались, и достаточно серьезные. Так, грубые методы христианизации мордвы-терюхан, допущенные епископом Нижегородским Димитрием (Сеченовым), привели к восстанию язычников, которое продолжалось около трех лет (1743-45-е). В 1740 епископ Димитрий, известный миссионер, глава Поволжской новкрещенской конторы, был назначен на Нижегородскую кафедру. Вскоре он крестил около 2000 язычников-мордвы, приписанных к Починковской поташной конторе. В 1742, согласно указу императрицы Елизаветы, епископ Димитрий начал широкомасштабную миссионерскую акцию среди язычников, подвергая насильственному крещению целые деревни. В целом мордва принимала крещение спокойно. За полтора года по уездам были крещены в среднем по 10-17 тыс. чел. В Терюшевской волости были крещены до половины населения – 8257 душ. Особо упорствовавших язычников епископ Димитрий приказывал арестовывать; некоторые священники-миссионеры, поддержанные архиереем, доходили до рукоприкладства, приказывали солдатам миссионерских команд разбивать в избах окна и двери, ломать трубы и печи и т. д. Сам Димитрий, объезжая епархию, 18 мая 1743 приказал уничтожить мордовское кладбище возле с. Сорлей, чем вызвал открытый бунт населения, который удалось подавить с большим трудом.

Существовала и вторая линия миссионерской политики, собственно просвещенческая; она стала заметной только в XVIII в., но ее успехи следует отнести к XIX в., когда появилось высокообразованное духовенство, оказывавшее серьезное воздействие на умственное состояние общества.

Одну из первых попыток перевести миссионерство на образовательную ступень предпринял подканцелярист Починковской поташной конторы Василий Симонов, выступивший с оригинальным проектом христианизации мордвы. В 1723 он разработал и подал в Св. Синод записку, в которой вывел в качестве главной причины слабого распространения христианства среди язычников их крайнее невежество. Предложения В. Симонова сводились к тому, чтобы «повелено было оных призритьсветом… чтобы просветить книжным учением мордовских детей, которые породилися от крещенных и некрещенных». Предполагалось, что в дальнейшем получившие образование молодые люди послужат распространению православия в своем народе. Проект В. Симонова остался на бумаге, однако на протяжении всего XVIII в. идеи починковского миссионера появлялись и в других документах, направ-ленных на внедрение образовательного элемента в работу священников среди инородцев и иноверцев, напр., схожие мысли имелись в проекте казанского губернатора князя С. Голицына (1740-е), в переписке казанских архиереев с Синодом и Сенатом по поводу крещения марийцев (черемис) и татар-магометан. В XIX в. просветительское миссионерство нашло свое отражение в деятельности общества св. Гурия и особенно в трудах Н. И. Ильминского.

Массовое крещение мордвы на местах в 1740-х прошло, сравнительно с терюшевской трагедией, без особых эксцессов. Напр., священник села Никольского (сегодня ВольноникольскоеАтюрьевского р-на) Тимофей Парфеньев в 1746 крестил мокшан в с. Старые и Новые Курташки «всех до единого человека, и по крещении по желании их приписал приходом в Темниковском уезде в показное село Никольское к нему в духовенство, которых и числил в приходе... и всякие требы исправлял и вере христианской обучал со увещеванием...». Каньгушские мокшане, крестившиеся в 1743, уже в 1745 обращались к епископу Казанскому Луке с просьбой благословить строительство храма. Широким и плодотворным миссионерством занимался священник Тимофей Иванов, крестивший многих эрзян, а затем в 1780-х создавший первый приход и построивший храм в эрзянском селе Парадеево. Удачно занимался православной миссией диакон ичалковского храма Григорий Васильев, вплоть до 1790-х обращавший в христианство последних язычников Нижнего Приалатырья. В иных местах крещение прошло формально, и только с годами новокрещены втянулись в приходскую жизнь; известны и случаи убийства миссионеров, нападений на священников за то, что они противодействовали языческиммолянам своих прихожан. Даже во втор.пол. XIX в. рецидивы упорного язычества наблюдались не столь уж и редко. Напр., жители с. Старое Пшенево еще в кон. XIX в. проявляли равнодушие к христианству, которое воспринимали как нечто официальное, полицейское.

Заключение

Мордовский этнос был втянут в орбиту Российского государства в период, когда религия являлась одним из основополагающих национально-государственных критериев, а христианизация - государственной политикой. Центральная власть создала четкую законодательную основу деятельности православной церкви и положения других верований. Российское законодательство предусматривало признание первенства и господства православия. Вместе с тем, признавался принцип свободы вероисповедания для представителей иных конфессий, в том числе язычников. Законодательством были определены порядок присоединения к гоподствующей церкви, система льгот для новокрещенных, меры пресечения «отпадения» от православия. Принципами присоединения иноверцев официально были признаны «увещевания», «кротость», «добрые примеры», а не насилие. Обязанности по привлечению к православной церкви в основном лежали на приходских священниках, которые «в особо нужных случаях» должны были «входить в соглашение с гражданским начальством».

Принятие мордвой православия явилось своеобразным идеологическим обоснованием и реализацией ее вхождения в состав Российского государства. При посредстве религии мордва окончательно вошла в систему, стягивающую этносы в рамках единого пространственно-временного континуума, степень ее комфортности существенно повысился. Кроме того, этнос приобщился к великой традиции, которая отобрала среди всего многообразия ценностей приоритетные и сообщила им народный характер - вывела их из сферы критики и тем самым предупредила релятивизацию ценностей. Это было весьма важно в условиях серьезного кризиса и трансформации традиционного языческого мировоззрения мордвы.

Православие имеет глубокие исторические корни в мордовском крае. Оно срослось с душой мордовского народа, составляет одну из основ его творческого потенциала.



Список используемой литературы

1. Мокшин Н.Ф. Религиозные верования мордвы. Саранск: Морд.кн. изд-во, 1998.

2 . Документы и материалы по истории Мордовской АССР. Саранск: Морд.кн. изд-во, 1940. Т. 1.

3. Мельников И.П. (Андрей Печерский) Очерки мордвы. Саранск: Морд.кн. изд-во, 1981.

4.Юрченкова Н.Г. Трансформация мифологических представлений мордвы под воздействием мировых религий. Саранск: МГУ, 2005.

5. Смирнова В. Б. Монастырское землевладение на территории Мордовии и борьба с ним крестьян в XVII—XVIII вв. //Социально-экономическое положение трудящихся Среднего Поволжья (дооктябрьский период).— Саранск, 1989.

6. Кузнецов С. К. Мордва.—М., 1912г.

7.Юрчёнков В.А. Хронограф. Саранск 1991 г.

8.Жиганов М.Ф. «Навеки вместе».Саранск 1982 г.

24



Краткое описание документа:

Актуальность проблемы. Христианизация нерусских народов Среднего Поволжья волновала умы российских историков на протяжения более чем двух последних столетий. В разные исторические эпохи в зависимости от конкретной общественно-политической и идеологической ситуации менялись не только теоретические и методологические подходы, но и проблематика исследований. Первоначально, в дореволюционный период развития российской исторической науки, подавляющее большинство изысканий проводилось в рамках так называемого «миссионерского направления» и служило нуждам христианизации нерусских народов. Особенностью историографии интересующей нас проблематики того периода являлось то, что в это время реализовывалась сама политика христианизации нерусских народов, тесно связанная с их русификацией.

Историками второй половины XIX - начала XX в. была проделана огромнейшая работа по сбору и систематизации источников по христианизации нерусских народов Среднего Поволжья, разработаны вопросы о средствах, методах и характере христианизаторской политики правительства и церкви, охарактеризовано влияние православия на религиозную жизнь нерусских народов. Материалы, содержащиеся в сочинениях дореволюционного периода, широко использовались историками советской эпохи и не потеряли свою значимость и содержательность и по сей день.

Вопросы дореволюционной историографии христианизации нерусских народов Среднего Поволжья затрагивались во многих исторических исследованиях, посвященных религиозной политике царского правительства, истории Русской православной церкви, а также истории и этнографии нерусских народов Среднего Поволжья, но не были выделены как самостоятельный объект исследования. Таким образом, появилась насущная необходимость в анализе и систематизации всего накопленного дореволюционной отечественной наукой объема исторической литературы по вопросам христианизации нерусских народов Среднего Поволжья. Подобная необходимость также обусловлена все более растущим вниманием российских историков к проблемам межэтнических и межконфессиональных взаимодействий и взаимовлияний как на уровне отдельных регионов, так и в целом, на общероссийском.

Объектом исследования является дореволюционная отечественная историография христианизации нерусских народов Среднего Поволжья.

Предметом исследования являются концептуальные представления отечественных историков о христианизации нерусских народов Среднего Поволжья, содержащиеся в сочинениях и публикациях второй половины XIX - начала XX в. Под христианизацией в данном исследовании подразумевается как процесс распространения христианства в форме православия среди нерусских народов Российского государства, так и политика правительства и Русской православной церкви по насаждению христианской религии в среде неправославного населения. Процесс христианизации также включает в себя религиозное, христианское просвещение представителей нехристианских конфессий язычников, монастырскую колонизацию и церковное строительство на населенных нерусскими народами территориях и так далее. Более того, христианизация также подразумевает процесс проникновения идей православия, христианского мировоззрения в религиозное сознание нерусского населения, процесс синкретизации их религиозных верований.'Хронологическими рамками процесса официальной христианизации исследователи, полагают 1555-1917 гг.

 

В ходе изучения данной темы были использованы работы Мокшина Н.Ф. «Религиозное верование мордвы»,Юрченкова В.А. « Хронограф», Абрамова  В.К. «Мордва вчера и сегодня»,МеркушкинаГ.Я.иДорожкина М.В. «Об основных этапах вхождение мордовского народа в состав русского государства» и других мордовских и российских историков.

Автор
Дата добавления 14.04.2015
Раздел История
Подраздел Конспекты
Просмотров943
Номер материала 483769
Получить свидетельство о публикации

Похожие материалы

Включите уведомления прямо сейчас и мы сразу сообщим Вам о важных новостях. Не волнуйтесь, мы будем отправлять только самое главное.
Специальное предложение
Вверх