Добавить материал и получить бесплатное свидетельство о публикации в СМИ
Эл. №ФС77-60625 от 20.01.2015
Инфоурок / Русский язык и литература / Другие методич. материалы / Изучение романа М.А. Булгакова "Белая гвардия" в 11 классе
ВНИМАНИЮ ВСЕХ УЧИТЕЛЕЙ: согласно Федеральному закону № 313-ФЗ все педагоги должны пройти обучение навыкам оказания первой помощи.

Дистанционный курс "Оказание первой помощи детям и взрослым" от проекта "Инфоурок" даёт Вам возможность привести свои знания в соответствие с требованиями закона и получить удостоверение о повышении квалификации установленного образца (180 часов). Начало обучения новой группы: 26 апреля.

Подать заявку на курс
  • Русский язык и литература

Изучение романа М.А. Булгакова "Белая гвардия" в 11 классе

библиотека
материалов

Харитонова Ольга Николаевна, учитель МБОУ гимназия им. Бунина города Воронежа


ИЗУЧЕНИЕ РОМАНА М.А. БУЛГАКОВА «БЕЛАЯ ГВАРДИЯ»

11 класс


Стандарт среднего (полного) общего образования по литературе рекомендуют старшеклассникам для чтения и изучения одно из произведений Михаила Булгакова: «Мастер и Маргарита» или «Белая гвардия». Имя Михаила Булгакова соседствует в программе с именами М.А. Шолохова, А.П. Платонова, И. Бабеля. Остановив выбор на романе «Белая гвардия», словесник создаст тем самым тематический ряд: «Тихий Дон», «Белая гвардия», «Сокровенный человек», рассказы из цикла «Конармия». Учащиеся, таким образом, получат возможность сравнить различные концепции исторической эпохи, различные подходы к теме «Человек и война».


УРОКИ № 1 – 2

«ВЕЛИК БЫЛ ГОД И СТРАШЕН ГОД ПО РОЖДЕСТВЕ ХРИСТОВОМ 1918»


«Белая гвардия», создававшаяся в 1922 – 1924 годах, - первое крупное произведение М.А. Булгакова. Впервые роман появился в неполном виде в 1925 году в частном московском журнале «Россия», где вышли две части из трех. Публикация не была закончена по причине закрытия журнала. Потом «Белая гвардия» печаталась на русском языке в Риге в 1927 году и в Париже в 1929 году. Полный текст увидел свет в советских изданиях в 1966 году.

«Белая гвардия» - произведение во многом автобиографическое, что неоднократно отмечалось литературной критикой. Так, исследователь творчества Булгакова В.Г. Боборыкин писал в монографии о писателе: «Турбины – это не кто иные, как Булгаковы, хотя, разумеется, кое-какие различия и есть. Дом № 13 по Андреевскому ( в романе – Алексеевскому) спуску к Подолу в Киеве, и вся обстановка в нем, и в первую очередь та атмосфера, о которой сказано, - все булгаковское… И уж коль побываешь мысленно у Турбиных, можешь твердо сказать, что побывал в том самом доме, где проходили детство, и студенческая юность будущего писателя, и те полтора года, которые провел он в Киеве в разгар гражданской войны».1

Краткое сообщение об истории создания и публикации произведения делает в начале урока один из учащихся. Основную часть занятия составляет беседа по тексту романа, анализ конкретных эпизодов и образов.

В центре внимания на данном уроке - романное изображение эпохи революции и Гражданской войны. Главная задача – проследить динамику образов Дома и Города, выявить те художественные средства, с помощью которых писателю удалось запечатлеть разрушающее воздействие войны на мирное бытие Дома и Города.

Ориентировочные вопросы для беседы:

  1. Прочитайте первый эпиграф. Что дает символический образ бурана для понимания эпохи, отраженной в романе?

  2. Чем, по-вашему, объясняется «библейский» зачин произведения? С каких позиций писатель смотрит на события Гражданской войны в России?

  3. Какими символами писатель обозначил главный конфликт эпохи? Почему он избрал языческую символику?

  4. Перенесемся мысленно в дом Турбиных. Что в атмосфере их дома особенно дорого Булгакову? С помощью каких многозначительных деталей писатель подчеркивает стабильность быта и бытия в этом семействе? (Анализ глав 1 и 2, часть 1.)

  5. Сравните два «лика» Города – прежнего, довоенного, привидевшегося во сне Алексею Турбину, и нынешнего, пережившего неоднократную смену власти. Различается ли тон авторского повествования в обоих описаниях? (Глава 4, часть 1.)

  6. В чем усматривает писатель симптомы «болезни» городского организма? Найдите приметы гибели красоты в атмосфере Города, охваченного бураном революции. (Главы 5, 6, часть 1.)

  7. Какую роль в композиционной структуре романа играют сны?

  8. Прочитайте сон Николки о паутине. Как символика сна отражает динамику образов Дома и Города? (Глава 11, часть 1.)

  9. Олицетворением каких сил служит мортира, приснившаяся раненому Алексею Турбину? (Глава 12, часть 3.)

  10. Как соотносится с явью, с действительностью Гражданской войны содержание сна Василисы о свиньях? (Глава 20, часть 3.)

  11. Рассмотрите эпизод ограбления Василисы петлюровцами. Каков здесь тон авторского повествования? Можно ли назвать квартиру Василисы Домом? (Глава15, часть 3.)

  12. Какое значение имеют в романе мотивы Бородина?

  13. Кто виноват в том, что Дом, Город, Родина оказались на краю гибели?


Роман открывают два эпиграфа. Первый – из «Капитанской дочки» А.С.Пушкина. Этот эпиграф непосредственно соотносится с сюжетом произведения: действие происходит морозной и вьюжной зимой 1918 года. «Давно уже начало мести с севера, и метет, и метет»,- читаем в романе. Понятно, конечно, что смысл фразы аллегорический. Буря, ветер, метель сразу же ассоциируются в сознании читателя с социальными катаклизмами. «Велик был год и страшен год по Рождестве Христовом 1918…» Грозная эпоха со всей неотвратимостью бурной и величественной стихии надвигается на человека. Начало романа поистине библейское, если не сказать апокалипсическое. Все происходящее в России Булгаков рассматривает не с классовых позиций (как, например, Фадеев в «Разгроме»), с космических высот взирает писатель на агонию умирающей эпохи. «…И особенно высоко в небе стояли две звезды: звезда пастушеская – вечерняя Венера и красный дрожащий Марс». Противоборство Венеры и Марса: жизни и смерти, любви, красоты и войны, хаоса и гармонии – испокон веков сопровождает развитие цивилизации. В разгар Гражданской войны в России это противоборство обрело особенно зловещие формы. Использование писателем языческих символов призвано подчеркнуть трагедию народа, отброшенного кровавыми ужасами к временам доисторического варварства.

Вслед за тем внимание автора переключается на события частной жизни. Трагедией ознаменовалось «время перемен» и для семейства Турбиных: нет больше «мамы, светлой королевы». В «общий план» погибающей эпохи вписан «крупный план» человеческих похорон. И читатель становится невольным свидетелем того, как «белый гроб с телом матери снесли по крутому Алексеевскому спуску на Подол», как отпевали покойницу в маленькой церковке «Николая Доброго, что на Взвозе».

Все действие в романе концентрируется вокруг этого семейства. Красота и спокойствие – главные составляющие атмосферы турбинского дома. Наверное, поэтому он так притягателен для окружающих. За окнами свирепствует буран революции, а здесь тепло и уютно. Характеризуя неповторимую «ауру» этого дома, В.Г. Боборыкин в уже цитированной нами книге очень точно сказал о царящем тут «содружестве людей и вещей».2 Вот черные стенные часы в столовой, которые тридцать лет «родным голосом» отбивают минуты: тонк-танк. Вот «мебель старого красного бархата», «кровати с блестящими шишечками», «бронзовая лампа под абажуром». Проходишь по комнатам вслед за героями и вдыхаешь «таинственный» запах «старинного шоколада», которым пропитаны «шкапы с Наташей Ростовой, Капитанской Дочкой». Булгаков так и пишет с заглавной буквы без кавычек – ведь не произведения известных писателей стоят на полках книжного шкафа, здесь живут, являясь полноправными членами семейного содружества и Наташа Ростова, и Капитанская Дочка, и Пиковая Дама. И завещание умирающей матери «Живите… дружно», кажется, обращено не только к детям, но и к «семи пыльным комнатам», и к «бронзовой лампе», и к «золоченым чашкам», и к портьерам. И словно исполняя этот завет, вещи в турбинском доме чутко реагируют на изменения, даже весьма незначительные, в ритме жизни, в настроении жильцов. Так, гитара, названная «Николкиной подругой», издает свое «трень» в зависимости от ситуации то «нежно и глухо», то «неопределенно». «…Потому что пока, видите ли, ничего еще толком не известно…» - комментирует реакцию инструмента автор. В момент, когда состояние тревоги в доме достигает апогея, гитара «мрачно молчит». Самовар «поет зловеще и плюется», будто предупреждая хозяев о том, что «красота и прочность жизни» под угрозой разрушения, что «коварный враг», «пожалуй, может разбить снежный прекрасный город и осколки покоя растоптать каблуками». Когда в гостиной зашел разговор о союзниках, самовар запел и «угольки, подернутые седым пеплом, вывалились на поднос». Если вспомнить, что «серыми» жители города именовали союзнические с гетманской Украиной немецкие войска за цвет ворса «их серо-голубых» мундиров, деталь с угольками приобретает характер политического предсказания: немцы вышли из игры, предоставив Городу обороняться собственными силами. Словно поняв «намек» самовара, братья Турбины вопрошающе «посмотрели на печку». «Ответ – вот он. Пожалуйста:

Союзники – сволочи», - это уже надпись на изразце «вторит» голосу самовара.

К разным людям вещи относятся по-разному. Так, Мышлаевского всегда встречает «заливистый, тонкий звон» дверного звонка. Когда же на кнопку нажала рука капитана Тальберга, звоночек «затрепетал», силясь оградить «Елену ясную» от переживаний, которые принес и еще принесет ей этот чужой их Дому «прибалтийский человек». Черные столовые часы «забили, затикали, пошли ходуном» в момент объяснения Елены с мужем – и часы взволнованы происходящим: что же будет? Когда Тальберг спешно собирает вещи, торопливо оправдываясь перед супругой, часы «презрительно давятся». Но «генерального штаба карьерист» сверяет жизненное время не с семейными часами, у него другие часы – карманные, на которые он, боясь опоздать на поезд, то и дело поглядывает. У него и мораль карманная – мораль флюгера, думающего о сиюминутной выгоде. В сцене прощания Тальберга с Еленой пианино оскалило белые зубы-клавиши и «показало… партитуру Фауста…

Я за сестру тебя молю,

Сжалься, о, сжалься ты над ней!

Ты охрани ее»,-

чем едва не разжалобило отнюдь не склонного к сантиментам Тальберга.

Как видим, вещи в турбинском доме по-человечески переживают, волнуются, заступаются, умоляют, жалеют, предостерегают. Они способны выслушать и дать совет. Пример этого – разговор Елены со своим капором после отъезда мужа. Героиня поверяет капору сокровенные раздумья о неудавшемся браке, и капор « с интересом слушал, и щеки его осветились жирным красным светом», «спрашивал: - А что за человек твой муж?» Деталь многозначительная, ведь Тальберг стоит вне «содружества людей и вещей», хотя провел в Доме Турбиных более года со дня женитьбы.

Центром жилища, безусловно, является «Саардамский плотник». Жар его изразцов нельзя не ощутить, попав в семейную обитель. «Изразцовая печка в столовой грела и растила Еленку маленькую, Алексея старшего и совсем крошечного Николку». На своей поверхности печь несет надписи и рисунки, сделанные в разное время и членами семьи, и турбинскими друзьями. Здесь запечатлены и шутливые послания, и признания в любви, и грозные пророчества – все, чем богата была жизнь семейства в разное время.

Ревностно оберегают красоту и домашний уют, тепло семейного очага обитатели дома по Алексеевскому спуску. Несмотря на тревогу, все больше и больше нагнетаемую в городской атмосфере, «скатерть бела и крахмальна», «на столе чашки с нежными цветами», «полы лоснятся, и в декабре, теперь на столе, в матовой, колонной, вазе голубые гортензии и две мрачные знойные розы, утверждающие красоту и прочность жизни…» Побываешь, даже кроткое время, в семейном гнезде Турбиных – и на душе становится светлее, и действительно начинаешь думать, что красота неистребима, как «бессмертны часы», как «бессмертен Саардамский плотник», чей «голландский изразец, как мудрая скала, в самое тяжкое время живительный и жаркий».

Итак, образу Дома, практически отсутствовавшему в советской прозе тех лет, отведено одно из основных мест в романе «Белая гвардия».

Другой неодушевленный, но живой герой книги – Город.

«Прекрасный в морозе и тумане…» - этот эпитет открывает «слово» о Городе и, в конечном счете, является доминирующим в его изображении. Сад как символ рукотворной красоты поставлен в центр описания. Образ Города излучает необыкновенный свет. С рассветом Город просыпается «сияющий, как жемчужина в бирюзе». И этот божественный свет – свет жизни – поистине неугасим. «Как драгоценные камни, сияли электрические шары» уличных фонарей в ночное время. «Играл светом и переливался, светился, и танцевал, и мерцал Город по ночам до самого утра». Что такое перед нами? Уж не земной ли аналог града Божьего Нового Иерусалима, о котором упоминалось в «Откровении святого Иоанна Богослова»? Открываем Апокалипсис и читаем: «…город был чистое золото, подобен чистому стеклу. Основания стены города украшены драгоценными камнями… И город не имеет нужды ни в солнце, ни в луне для освещения его, ибо слава Божия осветила его…» То, что булгаковский Город находится под покровительством Божиим, подчеркивают заключительные строки описания: «Но лучше всего сиял электрический белый крест в руках громаднейшего Владимира на Владимирской горке, и был виден далеко, и часто <…> находили по его свету <…> путь на Город…» Однако не будем забывать, что таким Город был пусть в недалеком, но все же прошлом. Теперь прекрасный лик прежнего Города, Города, отмеченного печатью небесной благодати, может лишь привидеться в ностальгическом сне.

Новому Иерусалиму, «вечному золотому Городу» из турбинского сновидения противостоит Город 1918 года, нездоровое бытие которого заставляет вспомнить библейскую легенду о Вавилоне. С началом войны под сень Владимирского креста стекалась разномастная публика: бежавшие из столицы аристократы и банкиры, промышленники и купцы, поэты и журналисты, актрисы и кокотки. Облик Города потерял цельность, стал бесформенным: «Город разбухал, ширился, лез, как опара из горшка». Тон авторского повествования приобретает иронический и даже саркастический оттенок. Нарушилось естественное течение жизни, привычный порядок вещей распался. Горожане оказались втянуты в грязный политический спектакль. «Оперетка», разыгранная вокруг «игрушечного короля» - гетмана, изображена Булгаковым с откровенной издевкой. Весело подтрунивают над собой и сами обитатели «невсамделишного царства». Когда же «деревянный король» «получил мат», всем становится не до смеха: «оперетка» грозит вылиться в страшное мистериальное действо. «Чудовищные» знамения следуют одно за другим. Об одних «знамениях» писатель рассказывает эпически бесстрастно: «Среди бела дня… убили не кого иного, как главнокомандующего германской армией на Украине…» О других - с нескрываемой болью: «…побежали с верхнего Города – Печерска растерзанные, окровавленные люди с воем и визгом…», «рухнуло несколько домов…» Третьи «знамения» вызывают легкую насмешку, например «предзнаменование», обрушившееся на Василису в виде красавицы молочницы, которая объявила о подорожании своего товара.

И вот уже война на подступах к Городу, силится прокрасться к его сердцевине. Глубокая скорбь звучит в голосе автора, повествующего о том, как рушится мирная жизнь, как уходит в небытие красота. Бытовые зарисовки получают под пером художника символический смысл.

Салон мадам Анжу «Парижский шик», помещавшийся в самом центре Города, еще совсем недавно служил средоточием прекрасного. Теперь же на территорию Венеры со всей бесцеремонностью грубого вояки вторгся Марс, и то, что составляло обличье Красоты, обращено в «обрывки бумаги» и «красные и зеленые лоскутки». С коробками из-под дамских шляпок соседствуют «ручные бомбы с деревянными рукоятками и несколько кругов пулеметных лент». Рядом со швейной машинкой «высовывал свое рыльце пулемет». И то и другое – творение рук человеческих, только первое являет собой орудие созидания, а второе несет разрушение и смерть.

Городскую гимназию Булгаков сравнивает с гигантским кораблем. Некогда на этом корабле, «вынесшем в открытое море десятки тысяч жизней», царило оживление. Ныне здесь «мертвый покой». Гимназический сад превращен в склад боеприпасов: «…страшно тупорылые мортиры торчат под шеренгою каштанов…» А немного погодя «каменная коробка» оплота просвещения взвоет от звуков «страшного марша» вошедшего туда взвода, и даже крысы, что «сидели в глубоких норах» подвала, «ошалеют от ужаса». И сад, и гимназию, и магазин мадам Анжу мы видим глазами Алексея Турбина. «Хаос мироздания» порождает растерянность в душе героя. Алексей, как и многие окружающие люди, не в состоянии понять причины происходящего: «… куда же все делось?<…> Почему в гимназии цейхгауз?<…> куда девалась мадам Анжу и почему бомбы в ее магазине легли рядом с пустыми картонками?» Ему начинает казаться, что «черная туча заслонила небо, что налетел какой-то вихрь и смыл всю жизнь, как страшный вал смывает пристань».

Изо всех сил упорствует, не хочет сдаваться на штурм революционных бурь твердыня турбинского Дома. Ни уличная стрельба, ни известие о гибели царской семьи не могут первое время заставить его старожилов поверить в реальность грозной стихии. Холодное, мертвенное дыхание вьюжной эпохи и в прямом, буквальном, и в переносном смысле слова впервые коснулось обитателей этого острова тепла и уюта с приходом Мышлаевского. После бегства Тальберга домочадцы почувствовали неотвратимость приближающейся катастрофы. Вдруг пришло осознание того, что «трещина в вазе турбинской жизни» образовалась не сейчас, а гораздо раньше, и все то время, пока они упорно отказывались взглянуть правде в глаза, живительная влага, «добрая вода» «уходила через нее незаметно», и теперь, оказывается, сосуд почти пуст. Умирающая мать оставила детям духовное завещание: «Живите дружно». «А им придется мучиться и умирать». «Жизнь-то им перебило на самом рассвете». «Кругом становилось все страшнее и страшнее. На севере воет и воет вьюга, а здесь под ногами глухо погромыхивает, ворчит встревоженная утроба земли». Шаг за шагом «хаос мироздания» осваивает жизненное пространство Дома, внося разлад в «содружество людей и вещей». Сдернут с лампы абажур. На столе не видно знойных роз. Полинявший Еленин капор, подобно барометру, указывает, что прошлого не вернуть, а настоящее безотрадно. Предчувствием беды, грозящей семейству, проникнут сон Николки о тугой паутине, опутавшей все вокруг. Кажется, так просто: отодвинь ее от лица – и тебе откроется «чистейший снег, сколько угодно, целые равнины». Но паутина опутывает все туже и туже. Удастся ли не задохнуться?

С приездом Лариосика в Доме начинается настоящий «полтергейст»: капор окончательно «растерзан», с буфета сыплется посуда, разбит любимый мамин праздничный сервиз. И конечно, не в Лариосике тут дело, не в этом неуклюжем чудаке. Хотя в известной мере Лариосик – фигура символическая. В концентрированном, «сгущенном» виде он воплощает качество, присущее в разной степени всем Турбиным и, в конечном счете, большинству представителей русской интеллигенции: он живет «в себе», вне времени и пространства, не беря в расчет войн и революций, перебоев с доставкой почты и экономических неурядиц: так, он искренне удивлен, узнав, что Турбины не получили до сих пор телеграмму, извещавшую о его приезде, и всерьез надеется взамен разбитого сервиза купить в магазине назавтра новый. Но жизнь заставляет услышать звучание времени, каким бы неприятным для человеческого слуха, как, например, звон разбитой посуды, оно ни было. Так что поиски «покоя за кремовыми шторами» оказались тщетными для Лариона Ларионовича Суржанского.

И вот уже война властвует в Доме. Вот ее «знаки»: «тяжелый запах йода, спирта и эфира», «военный совет в гостиной». А браунинг в коробке из-под карамели, подвешенный на канате у окна, - разве это не сама Смерть тянется к Дому? Мечется в жару лихорадки раненый Алексей Турбин. «Поэтому часы не били двенадцать раз, стояли молча стрелки и были похожи на сверкающий меч, обернутый в траурный флаг. Виною траура, виною разнобоя на жизненных часах всех лиц, крепко привязанных к пыльному и старому турбинскому уюту, был тонкий ртутный столбик. В три часа в спальне Турбина он показал 39,6». Образ мортиры, которая мерещится раненому Алексею, мортиры, заполнившей собой все пространство квартиры, являет собой символ разрушения, которому Война подвергает Дом. Дом не умер, но перестал быть Домом в высшем смысле этого слова; он теперь лишь пристанище, «как постоялый двор».

Об этом же – о разрушении жизни – говорит сон Василисы. Клыкастые свиньи, взрывшие своими пятачками грядки в огороде, олицетворяют деструктивные силы, деятельность которых перечеркнула результаты векового созидательного труда народа и поставила страну на грань катастрофы. Помимо того, что сон Василисы о свиньях имеет обобщенно-аллегорический смысл, он почти напрямую соотносится с конкретным эпизодом из жизни героя – ограблением его петлюровскими бандитами. Ночной кошмар, таким образом, смыкается с явью. Ужасающая картина уничтожения огородной растительности в Василисином сновидении перекликается с варварством реальным – с надругательством, учиненным петлюровцами над жилищем четы Лисовичей: «Гигант пачками легко, игрушечно, сбросил с полки ряд за рядом книги <…> Из ящиков <…> выскакивали груды бумаг, печати, печатки, карточки, ручки, портсигары.<…> Урод перевернул корзину. <…> В спальне мгновенно хаос: полезли из зеркального шкафа, горбом, одеяла, простыни, кверху ногами встал матрац…» Но – странное дело! – писатель как будто и не сочувствует персонажу, сцена описана в откровенно комических тонах. Василиса поддался азарту накопительства и превратил святыню Дома во вместилище нажитого добра, буквально начинив плоть своей квартиры-крепости многочисленными тайниками, - за это его и постигла кара. Во время обыска даже лампочка люстры, до этого источавшая «с неполно накаленных нитей тусклый красноватый свет», вдруг «вспыхнула ярко-бело и радостно». «Электричество, разгораясь к ночи, разбрызгивало веселый свет», оно словно помогает новоявленным экспроприаторам собственности отыскивать припрятанные сокровища.

А еще служит этот сон косвенным напоминанием о том, что, говоря словами Ф.М. Достоевского, «всякий пред всеми за всех виноват», что каждый в ответе за совершающееся вокруг. Герой «Братьев Карамазовых» отмечал: «…не знают только этого люди, а если б узнали – сейчас был бы рай!» Василисе, чтобы осознать эту истину, чтобы понять, что и он стоит в ряду тех, кто позволил розовеньким поросятам перерасти в клыкастых чудовищ, понадобилось пережить бандитский налет. Совсем недавно приветствовавший силы, свергнувшие самодержавие, Василиса теперь обрушивает поток ругательств на устроителей так называемой революции: «Вот так революция… хорошенькая революция. Вешать их надо было всех, а теперь поздно…»

За двумя главными образами романа – Дома и Города – просматривается другое важное понятие, без которого нет человека, - Родина. Мы не найдем у Булгакова трескучих патриотических фраз, но не можем не почувствовать боль писателя за то, что происходит в отечестве. Поэтому так настойчиво звучат в произведении мотивы, которые можно было бы назвать «Бородинскими». Знаменитые лермонтовские строки: «…ведь были ж схватки боевые!? Да говорят еще какие!!! Не да-а-а-а-ром помнит вся Россия // Про день Бородина!!» - усилены гремящими басами под сводами гимназии. Вариации на тему Бородина развивает в своей патриотической речи перед рядами артиллеристов полковник Малышев. Булгаковский герой во всем подобен лермонтовскому:

Полковник наш рожден был хватом,

Слуга царю, отец солдатам…

Малышеву, правда, не пришлось проявить героизм на поле брани, но «отцом солдатам» и офицерам он стал в полном смысле слова. И об этом речь еще впереди.

Славные страницы российской истории воскрешает панорама Бородинского сражения на полотне, что висит в вестибюле гимназии, превращенной в цейхгауз в это смутное время. Марширующим по коридорам юнкерам мнится, что «сверкающий Александр» с картины острием палаша указует им путь. Офицеры, прапорщики, юнкера – все равно понимают, что слава и доблесть предков не могут быть посрамлены ныне. Но писатель подчеркивает, что этим патриотическим порывам суждено пропасть втуне. Вскоре артиллеристы мортирного дивизиона, преданные начальством и союзниками, будут распущены Малышевым и, в панике срывая погоны и другие знаки воинского отличия, разбегутся кто куда. «Ах, боже мой, боже мой! Нужно защищать теперь…Но что? Пустоту? Гул шагов? Разве ты, Александр, спасешь Бородинскими полками гибнущий дом? Оживи, сведи их с полотна! Они побили бы Петлюру». Пропадет втуне и эта мольба Алексея Турбина.

И невольно возникает вопрос: кто же виноват в том, что, говоря словами Анны Ахматовой, «все расхищено, предано, продано»? Такие, как германский майор фон Шратт, ведущий двойную игру? Такие, как Тальберг или гетман, в извращенном, эгоистичном сознании которых выхолощено до предела содержание понятий «родина» и «патриотизм»? Да, они. Но не только они. Булгаковские герои не лишены чувства ответственности, вины за хаос, в который ввергнуты Дом, Город, Отечество в целом. «Просентиментальничали жизнь», - подытоживает Турбин-старший свои раздумья о судьбе родины, о судьбе своей семьи.


УРОК № 3

«И СУДИМ БЫЛ КАЖДЫЙ ПО ДЕЛАМ СВОИМ»

Предметом рассмотрения на данном уроке-семинаре является тема «Человек и война». Основной вопрос, на который предстоит ответить:

- Как в экстремальных ситуациях Гражданской войны проявляется нравственная сущность человека и какой смысл имеет в этой связи второй эпиграф – цитата из Откровения Иоанна Богослова (Апокалипсиса)?

Готовясь к семинару, старшеклассники анализируют дома эпизоды, предложенные учителем (материал для самоподготовки педагог-словесник заранее распределяет между учащимися). Таким образом, «сердцевину» урока составляют выступления ребят. При необходимости учитель дополняет сообщения учеников. Безусловно, внести дополнения в ходе семинара могут также все желающие. Итоги обсуждения центральной проблемы подводятся коллективно.

Эпизоды, которые предлагаются для анализа на семинарском занятии:

1. Отъезд Тальберга (ч.1, гл. 2).

2. Рассказ Мышлаевского о событиях под Красным Трактиром (ч. 1, гл. 2).

3. Два выступления полковника Малышева перед офицерами и юнкерами

(ч. 1, гл. 6,7).

4. Предательство полковника Щеткина (ч. 2, гл. 8).

5. Гибель Най-Турса (ч. 2, гл. 11).

6. Николка Турбин помогает семье Най-Турса (ч. 3, гл. 17).

7. Молитва Елены (ч.3, гл. 18).

8. Русаков читает Священное писание (ч. 3, гл. 20).

9. Сон Алексея Турбина о рае господнем (ч. 1, гл. 5).


Война обнажает «изнанку» человеческих душ. Идет проверка основ личности. По вечным законам справедливости судим будет каждый «сообразно с делами своими» - утверждает автор, помещая в эпиграф строки из апокалипсиса. Тема возмездия за содеянное, тема моральной ответственности за свои поступки, за выбор, который человек делает в жизни, - ведущая тема романа.

А поступки у разных людей разные, равно как и их жизненный выбор. «Генерального штаба карьерист» и приспособленец с «двухслойными глазами» капитан Тальберг при первой же опасности бежит за границу «крысьей побежкой», самым бессовестным образом бросив на произвол судьбы жену. «Мерзавец он. Больше ничего! <…> О, чертова кукла, лишенная малейшего понятия о чести!» - такую характеристику дает Елениному мужу Алексей Турбин. О «перевертышах» с флюгерной философией с презрением и брезгливостью говорит Алексей: «Я позавчера спрашиваю этого каналью, доктора Курицького, он, изволите ли видеть, разучился говорить по-русски с ноября прошлого года. Был Курицкий, а стал Курицький… Мобилизация <…>, жалко, что вы не видели, что делалось вчера в участках. Все валютчики знали о мобилизации за три дня до приказа. Здорово? И у каждого грыжа. У всех верхушка правого легкого, а у кого нет верхушки, - просто пропал, словно сквозь землю провалился».

Людей, подобных Тальбергу, людей, погубивших прекрасный Город, предавших своих близких, не так уж мало на страницах романа. Это и гетман, и полковник Щеткин, и прочая, по выражению Мышлаевского, «штабная сволочь». Поведение полковника Щеткина отличается особым цинизмом. В то время как в цепи под Красным Трактиром замерзают вверенные ему люди, он в теплом вагоне первого класса попивает коньяк. Со всей очевидностью цена его «патриотических» речей («Господа офицеры, вся надежда города на вас. Оправдайте доверие гибнущей матери городов русских») обнаруживается, когда войско Петлюры подходит к Городу. Напрасно напряженно ждут приказа из штаба офицеры и юнкера, напрасно тревожат они «телефонную птицу». «Полковника Щеткина уже с утра не было в штабе…» Тайно переодевшись в «штатское мохнатое пальто», он спешно отбыл в Липки, где в алькове «хорошо обставленной квартиры» его заключила в объятия «полная золотистая блондинка». Тон авторского повествования становится яростным: «Ничего этого не знали юнкера первой дружины. А жаль! Если бы знали, то, может быть, осенило бы их вдохновение, и, вместо того чтобы вертеться под шрапнельным небом у Пост-Волынского, отправились бы они в уютную квартирку в Липках, извлекли бы оттуда сонного полковника Щеткина и, выведя, повесили бы его на фонаре, как раз напротив квартирки с золотистою особой».

Обращает на себя внимание фигура Михаила Семеновича Шполянского, «человека с глазами змеи и с черными баками». Предтечей антихриста называет его Русаков. «Он молод. Но мерзости в нем, как в тысячелетнем дьяволе. Жен он склоняет на разврат, юношей на порок…» - поясняет Русаков данное Шполянскому определение. Онегинская внешность не помешала председателю «Магнитного Триплета» продать душу дьяволу. «Он уехал в царство антихриста в Москву, чтобы подать сигнал и полчища аггелов вести на этот Город», - говорит Русаков, имея в виду переход Шполянского на сторону Троцкого.

Но, слава Богу, мир держится не на таких, как Тальберг, Щеткин или Шполянский. Любимые герои Булгакова в экстремальных обстоятельствах поступают по совести, мужественно исполняют свой долг. Так, Мышлаевский, оберегая Город, мерзнет в легкой шинели и сапогах на жутком морозе с сорока такими же, как он, офицерами, подставленными «штабной сволочью». Едва не обвиненный в предательстве полковник Малышев поступает единственно честно в создавшейся ситуации – распускает по домам юнкеров, осознав бессмысленность сопротивления петлюровцам. Най-Турс, как отец, заботится о вверенном ему корпусе. Не могут не тронуть читателя эпизоды, рассказывающие о том, как он получает валенки для юнкеров, как прикрывает пулеметным огнем отход своих подопечных, как срывает погоны с Николки и кричит голосом «кавалерийской трубы»: «Удигай, гвупый мавый! Говогю – удигай!» Последнее, что командир успел сказать, было: «…бгосьте гегойствовать к чегтям…» Он умирает с чувством выполненного долга, жертвуя собой ради спасения семнадцатилетних мальчиков, напичканных лжепатриотическими лозунгами, мечтавших, подобно Николке Турбину, о высоком подвиге на поле брани. Смерть Ная и есть настоящий подвиг, подвиг во имя жизни.

Людьми долга, чести и немалого мужества оказываются и сами Турбины. Они не предают ни своих друзей, ни своих убеждений. Мы видим их готовность защищать Родину, Город, Дом. Алексей Турбин ныне гражданский врач и мог бы не принимать участия в военных действиях, однако записывается в дивизион Малышева вместе с товарищами Шервинским и Мышлаевским: «Завтра, я уже решил, я иду в этот самый дивизион, и если ваш Малышев не возьмет меня врачом, я пойду рядовым». Николке не удалось проявить героизм на поле брани, о котором он мечтал, но он совсем по-взрослому, великолепно справляется с обязанностями унтер-офицера в отсутствие позорно сбежавших штабс-капитана Безрукова и командира отдела. Через весь Город вывел Турбин-младший на боевые рубежи двадцать восемь юнкеров и готов был отдать жизнь за родной Город. И, наверное, в самом деле лишился бы жизни, если бы не Най-Турс. Затем Николка, рискуя собой, находит родню Най-Турса, стойко выносит все ужасы пребывания в анатомичке, помогает похоронить командира, навещает мать и сестру погибшего.

Достойным членом турбинского «содружества» стал в конце концов и Лариосик. Чудаковатый птицевод, он был поначалу довольно настороженно встречен у Турбиных, воспринимался как помеха. Перенеся вместе с семейством все невзгоды, он позабыл о житомирской драме, научился смотреть на чужие беды как на свои собственные. Оправившийся после ранения Алексей думает: «Лариосик очень симпатичный. Он не мешает семье. Нет, скорее нужен. Надо его поблагодарить за уход…»

Рассмотрим также эпизод молитвы Елены. Молодая женщина обнаруживает удивительную самоотверженность, она готова пожертвовать личным счастьем, лишь бы брат был жив и здоров. «Мать-заступница, - обращается Елена к почерневшему лику Богоматери, стоя на коленях перед старой иконой. - <…> Пожалей нас.<…> Пусть Сергей не возвращается… Отымаешь – отымай, но этого смертью не карай… Все мы в крови повинны. Но ты не карай».

Нравственное прозрение даровал писатель и такому персонажу, как Русаков. В финале романа мы застаем его, в недавнем прошлом автора богохульных стихов, за чтением Священного Писания. Горожанин, являющий собой символ нравственного разложения («звездная сыпь» сифилитика на груди поэта – симптом не только физического недуга, но и духовного хаоса), обратился к Богу – значит положение «этого Города, который гниет так же, как и» Русаков, отнюдь не безнадежно, значит Дорогу к Храму не занесло еще буранами революции. Путь к спасению не заказан никому. Пред Вседержителем Вселенной не существует деления на красных и белых. Господь одинаково милостив ко всем сирым и заблудшим, души которых открыты для покаяния. И нужно помнить, что однажды придется держать ответ перед вечностью и что «судим будет каждый по делам своим».


УРОК № 4

«КРАСОТА СПАСЕТ МИР»

- Победой какой из сторон завершается в романе символический поединок Венеры и Марса?

Поиски ответа на этот основополагающий для художественной концепции произведения вопрос составляет «ядро» заключительного урока. При подготовке к занятию можно поделить учащихся на две группы, условно говоря, «марсиан» и «венерианцев». Каждая группа получает предварительное задание подобрать текстуальный материал, продумать аргументы в пользу «своей» стороны.

Урок проходит в форме диспута. Представители спорящих сторон поочередно «берут» слово. Направляет обсуждение, конечно, учитель.

Какие же эпизоды романа рекомендовать для обсуждения на уроке?

Материал для подготовки к уроку

Группа учащихся № 1

Марс: война, хаос, смерть

1. Похороны жертв резни в Попелюхе (ч. 1, гл. 6).

Прочитайте разговор, услышанный в толпе Алексеем Турбиным. В чем видят свидетели происшедшего симптомы конца света?

Почему Алексея тоже захватила волна ненависти? Когда ему стало стыдно за свой поступок?

2. Изображение еврейских погромов в романе (ч. 2, гл. 8; ч. 3, гл. 20).

Как в этих эпизодах отразилась жестокость войны?

С помощью каких деталей Булгаков показывает, что человеческая жизнь предельно обесценена?

3. «Охота» на людей на улицах Города (на примере бегства Алексея Турбина) (ч. 3, гл. 13).

Прочитайте отрывок, начиная от слов: «В упор на него, по Прорезной покатой улице…» - и заканчивая фразой: «Седьмая себе». Какое сравнение находит писатель для того, чтобы передать внутреннее состояние человека, «бегущего под пулями»?

Почему человек превратился в загнанного зверя?

4. Разговор Василисы и Карася (ч. 3, гл. 15).

Прав ли Василиса в оценке революции? Как вы думаете, согласен ли автор со своим героем?

5. Церковная служба в Софийском соборе в период «правления» Петлюры (ч. 3, гл. 16).

Как реализуется в данном эпизоде мотив бесовщины?

Какие еще сцены романа изображают разгул «нечистой силы» в Городе?

6. Прибытие бронепоезда «Пролетарий» на станцию Дарница (ч. 3, гл. 20).

Можно ли приход в Город большевиков считать победой Марса?

Какие детали призваны подчеркнуть воинственную, «марсианскую» природу пролетарской власти?


Материал для подготовки к уроку

Группа учащихся № 2

Венера: мир, красота, жизнь

1. Алексей Турбин и Юлия Рейс (ч. 3, гл. 13).

Расскажите о чудесном спасении героя. В чем символическое значение этого эпизода?

2. Три встречи Николки Турбина (ч. 2, гл. 11).

Какие чувства всколыхнула в душе героя встреча с «Нероном»? Как Николке удалось подавить в себе ненависть?

Перескажите эпизод, где Николка выступает в качестве спасителя.

Чем поразила Николку дворовая сценка?

3. Обед у Турбиных (ч. 3, гл. 19).

Как изменилась обстановка в доме Турбиных?

Удалось ли выстоять «содружеству людей и вещей»?

4. Сон Елены и сон Петьки Щеглова (ч. 3, гл. 20).

Что сулит будущее булгаковским героям?

Каково значение снов для выявления авторской концепции жизни и эпохи?

5. «Звездный» пейзаж в финале романа.

Прочитайте пейзажную зарисовку. Как вы понимаете заключительные слова автора о звездах?


Через все произведение проходит мотив конца света. «- Господи… последние времена. Что ж это, режут людей?..» - слышит Алексей Турбин на улице. Попираются гражданские и имущественные права человека, забыто о неприкосновенности жилища, да и самая человеческая жизнь обесценена до предела. Эпизоды убийства Фельдмана и расправы с безвестным уличным прохожим приводят в ужас. За что, например, рубанули шашкой по голове «мирного жителя» Якова Фельдмана, бежавшего к повитухе? За то, что впопыхах предъявил новым властям «не тот» документ? За то, что поставлял в гарнизон города стратегически важный продукт – сало? Или потому, что сотнику Галаньбе захотелось «разгуляться» в разведке? «Жидюга…» - раздалось в адрес Якова Григорьевича, едва его «котиковый пирожок» показался на пустынной улице. Ба, да это начало еврейского погрома. Так и не добрался Фельдман до повивальной бабки. Не узнает читатель и того, что сталось с женой Фельдмана. Неисповедимы пути Господни, тем более тропки, заметенные бураном «междоусобной брани». Торопился человек, чтобы помочь появлению на свет новой жизни, а обрел смерть. Сцена расправы с безвестным уличным прохожим, завершающая изображение еврейских погромов, ничего, кроме ужаса и содрогания, вызвать не может. Ничем не оправданная жестокость. Под пером писателя эпизод этот перерастает рамки частного трагического происшествия и обретает глобальный символический смысл. Булгаков заставляет читателя взглянуть в лицо самоё смерти. И задуматься о цене жизни. «Заплатит ли кто-нибудь за кровь?» - вопрошает писатель. Вывод, который он делает, малоутешителен: «Нет. Никто… Дешева кровь на червонных полях, и никто выкупать ее не будет. Никто». Поистине осуществилось грозное апокалипсическое пророчество: «Третий ангел вылил чашу свою в реки и источники вод; и сделалась кровь». Эти слова прочел Турбину-старшему отец Александр и оказался прав сторицей. Понятно, что революция видится Булгакову отнюдь не борьбой за высокую идею счастья народного. Хаос и бессмысленное кровопролитие – вот, что такое революция, в глазах писателя. «Революция уже выродилась в пугачевщину», - говорит инженер Лисович Карасю. Думается, под этими словами мог бы подписаться сам Булгаков. Вот они, деяния новоявленного Пугачева: «Да-с, смерть не замедлила.<…> Самоё её не было видно, но, явственно видный, предшествовал ей некий корявый мужичонков гнев. Он бежал по метели и холоду в дырявых лаптишках <…> и выл. В руках он нес великую дубину, без которой не обходится ни одно начинании на Руси. Запорхали легонькие красные петушки…» Но главную опасность революции для общества булгаковский Василиса видит не столько в смуте политической, в уничтожении материальных ценностей, сколько в смуте духовной, в том, что разрушена система моральных табу: «Да ведь дело, голубчик, не в одной сигнализации! Никакой сигнализацией вы не остановите того развала и разложения, которые свили себе гнездо в душах человеческих». Однако добро бы только пугачевщина, а то ведь – бесовщина. Нечистая сила куражится на улицах города. Нет больше Нового Иерусалима. Нет и Вавилона. Содом, настоящий Содом. Не случайно читают Турбины «Бесов» Ф.М.Достоевского. Под сводами гимназии чудятся Алексею Турбину писк и шорохи, «точно проснулись демоны». Апофеоз бесовщины связывается писателем с приходом в город петлюровцев. «Пэтурра», бывший узник камеры с мистическим номером 666 , - уж не сатана ли это? В период его «правления» даже праздничная церковная служба оборачивается соборным грехом: «Через все проходы, в шорохе, гуле, несло полузадушенную, опьяненную углекислотой толпу. То и дело вспыхивали болезненные крики женщин. Карманные воры с черными кашне работали сосредоточенно тяжело, продвигая в слипшихся комках человеческого давленого мяса ученые виртуозные руки. Хрустели тысячи ног…

- И не рад, что пошел. Что же это делается?

- Чтоб тебя, сволочь, раздавило…»

Не несет просветления и церковный благовест: «Софийский тяжелый колокол на главной колокольне гудел, стараясь покрыть всю эту страшную кутерьму. Маленькие колокола тявкали, заливаясь, без ладу и складу, вперебой, точно сатана влез на колокольню, сам дьявол в рясе и, забавляясь, поднимал гвалт… Метались и кричали маленькие колокола, словно яростные собаки на цепи». Крестный ход выливается в чертовщину, едва на старой площади Софии силы Петлюры устраивают военный «парад». Старцы на паперти гнусавят: «Ой, когда конец века искончается, // А тогда Страшный суд приближается…» Чрезвычайно важно отметить, что и крестный ход, и парад петлюровских банд смыкаются, находя единое завершение в облаве на тех, «кто в погонах», в расстреле белых офицеров у церковного палисадника. Кровь жертв буквально вопиет… нет, не из земли даже – с небес, с купола Софийского собора: «Совершенно внезапно лопнул в прорезе между куполами серый фон, и показалось в мутной мгле внезапное солнце. Было оно… совершенно красно, как чистая кровь. От шара… протянулись полосы запекшейся крови и сукровицы. Солнце окрасило в кровь главный купол Софии, а на площадь от него легла странная тень…» Этот кровавый отсвет осеняет чуть позже и оратора, агитирующего собравшихся за власть советов, и толпу, ведущую «большевика-провокатора» на расправу. Конец Петлюры не становится, однако, концом чертовщины. Рядом со Шполянским, которого в романе именуют агентом дьявола-Троцкого, «Пэтурра» всего лишь мелкий бес. Именно Шполянский руководил подрывной операцией по выведению из строя военной техники у петлюровцев. Надо полагать, делал он это по заданию Москвы, куда и отбыл, со слов Русакова, подготавливать наступление «царства антихриста». В конце романа Шервинский сообщает за обедом, что на Город движется новое воинство:

« - Маленькие, как кокарды, пятиконечные… на папахах. Тучей, говорят, идут… Словом, в полночь будут здесь…

- Почему такая точность: в полночь…»

Как известно, полночь – излюбленное время «шалостей» нечистой силы. Не есть ли это те самые «полчища аггелов», посланные по сигналу сатанинского прихвостня Шполянского? Неужели и впрямь конец света?

Заключительная 20-ая глава открывается словами: «Велик был год и страшен год по Рождестве Христовом 1918, но 1919 был его страшней». За сценой убийства прохожего гайдамацкой дивизией следует многозначительная пейзажная зарисовка: «И в ту минуту, когда лежащий испустил дух, звезда Марс над слободкой под Городом вдруг разорвалась в замерзшей выси, брызнула огнем и оглушительно ударила». Марс торжествует победу. «За окнами расцветала все победоноснее студеная ночь… Играли звезды, сжимаясь и расширяясь, и особенно высоко была звезда красная и пятиконечная – Марс». Даже голубая прекрасная Венера получает красноватый оттенок. «Пятиконечный Марс», царствующий на звездном небосводе, - уж не намек ли это на большевистский террор? И большевики не замедлили явиться: на станцию Дарница прибыл бронепоезд «Пролетарий». А вот и сам пролетарий: «А у бронепоезда… ходил, как маятник, человек в длинной шинели, рваных валенках и остроконечном куколе-башлыке». Большевистский часовой чувствует кровную связь с воинственной планетой: «Вырастал во сне небосвод невиданный. Весь красный, сверкающий и весь одетый Марсами в их живом сверкании. Душа человека мгновенно наполнилась счастьем… а от голубой луны фонаря временами поблескивала на груди человека ответная звезда. Она была маленькая и тоже пятиконечная». С чем же пришел в Город Марсов слуга? Принес он народам не мир, но меч: «Винтовку он нежно лелеял в руке, как уставшая мать ребенка, и рядом с ним ходила меж рельсами, под скупым фонарем, по снегу, острая щепка черной тени и теневой беззвучный штык». Он, пожалуй, замерз бы на посту, этот голодный, зверски уставший часовой, если бы не был разбужен окриком. Так неужели он остался жить только для того, чтобы, подпитываясь жестокой энергетикой Марса, сеять вокруг себя смерть?

И все же авторская концепция жизни и исторической эпохи не замыкается на пессимизме. Ни войнам, ни революциям не уничтожить красоту, ибо она составляет основу общечеловеческого, вселенского бытия. Укрываясь в магазине мадам Анжу, Алексей Турбин отмечает, что, несмотря на беспорядок и бомбы, там «до сих пор пахнет духами… слабо, но пахнет».

Показательны в этом плане картины бегства обоих Турбинных: старшего – Алексея и младшего – Николки. Идет настоящая «охота» на людей. Бегущий «под выстрелами» человек уподоблен писателем загнанному зверю. На бегу Алексей Турбин «совершенно по-волчьи» косит глазами и, отстреливаясь, скалит зубы. На смену ненужному в подобных случаях уму приходит, по выражению автора, «мудрый звериный инстинкт». Николку, «сражающегося» с Нероном (так юнкер про себя окрестил рыжебородого дворника, запершего ворота), Булгаков сравнивает то с волчонком, то с боевым петухом. Долго потом будут преследовать героев и во сне, и наяву возгласы: «Тримай! Тримай!» Однако картины эти знаменуют собой прорыв человека сквозь хаос и смерть к жизни и любви. Алексею спасение является в образе женщины «необычайной красоты» – Юлии Рейс. Словно сама Венера спустилась с небес, чтобы заслонить героя от гибели. Правда, исходя из текста, скорее напрашивается сравнение Юлии с Ариадной, которая выводит Тесея-Турбина из коридора городских подворотен, минуя многочисленные ярусы какого-то «сказочного белого сада» («Ишь лабиринт… словно нарочно», - очень смутно подумал Турбин…») в «странный и тихий домик», где не слышен вой революционных вихрей.

Николка же, вырвавшись из лап кровожадного Нерона, не только спасается сам, но и выручает неразумного юного кадета. Так Николка продолжил най-турсову эстафету жизни, эстафету добра. В довершение всего Николка становится свидетелем уличной сценки: во дворе дома № 7 (счастливое число!) мирно играют малыши. Наверняка днем раньше герой не нашел бы в этом ничего примечательного. Но огненный марафон по городским улицам заставил его иначе взглянуть на подобное дворовое происшествие. «Катаются мирно так», - удивленно подумал Николка. Жизнь есть жизнь, она продолжается. И ребятишки съезжают с горки на салазках, весело хохочут, в детской наивности не понимая, «чего это стреляют там наверху». Впрочем, война наложила свой безобразный отпечаток и на детские души. Паренек, что стоял в сторонке от малышей и ковырял в носу, со спокойной уверенностью на вопрос Николки отвечает: «Офицерню бьют наши». Фраза прозвучала как приговор, и Николку покоробило от сказанного: от грубо-просторечного «офицерня» и особенно от слова «наши» - свидетельства того, что и в детском восприятии действительность расколота революцией на «своих» и «чужих».

Добравшись до дома и выждав некоторое время, Николка отправляется «на разведку». Ничего нового о происходящем в Городе он, разумеется, не узнал, зато по возвращении он увидел сквозь окошко примыкающего к дому флигелька, как соседка Марья Петровна мыла Петьку. Мать выжимала на голове мальчика губку, «мыло залезло ему в глаза», и он захныкал. Продрогший на холоде Николка всем своим существом ощутил мирное тепло этого жилища. Теплеет и на душе у читателя, который вместе с булгаковским героем задумывается о том, как это, в сущности, прекрасно, когда ребенок плачет оттого только, что мыло попало в глаза.

Много пришлось вынести Турбиным в течение зимы 1918-1919 годов. Но, несмотря на невзгоды, в финале романа в их доме за общей трапезой вновь собираются все (не считая, разумеется, сбежавшего Тальберга). «И все было по-прежнему, кроме одного – не стояли на столе мрачные, знойные розы, ибо давно уже не существовало разгромленной конфетницы Маркизы, ушедшей в неизвестную даль, очевидно, туда, где покоится и мадам Анжу. Не было и погон ни на одном из сидевших за столом, и погоны уплыли куда-то и растворились в метели за окнами». В теплом Доме слышатся смех и музыка. Пианино изрыгает марш «Двуглавый орел». «Содружество людей и вещей» выстояло, и это главное.

Итог романного действия подводит целая «кавалькада» снов. Елене писатель посылает пророческий сон о судьбе ее близких и друзей. В композиционной структуре романа этот сон играет роль своеобразного эпилога. А живущий по соседству с Турбиными во флигельке Петька Щеглов бежит во сне по зеленому лугу, простирая руки навстречу сияющему солнечному шару. И хочется надеяться, что будущее ребенка будет таким же «простым и радостным», как его сон, утверждающий неистребимость красоты земного мира. Петька «от удовольствия расхохотался во сне». И сверчок «весело стрекотал за печкой», вторя смеху ребенка.

Роман венчает картина звездной ночи. Над «грешной и окровавленной землей» высится «полночный крест Владимира», издали напоминающий «угрожающий острый меч». «Но он не страшен, - уверяет художник. – Все пройдет. Страдания, муки, кровь, голод и мор. Меч исчезнет, а вот звезды останутся. < > Так почему же мы не хотим обратить свой взгляд на них? Почему?» Писатель призывает каждого из нас взглянуть на свое земное бытие с иных позиций и, ощутив на себе дыхание вечности, соизмерять жизненное поведение с ее поступью.

Итог изучения темы «Литература 20-х годов» - письменная работа.

Ориентировочные темы сочинений

  1. Образ Города как смысловой центр романа «Белая гвардия».

  2. «Кто дома не строил – земли недостоин». (М. Цветаева.)

  3. Судьба русской интеллигенция в эпоху революции.

  4. Символика снов в романе «Белая гвардия».

  5. Человек в вихре войны.

  6. «Красота спасет мир» (Ф. Достоевский).

  7. «…Только любовью держится и движется жизнь». (И. Тургенев.)

1 Боборыкин В.Г. Михаил Булгаков. Книга для учащихся старших классов. – М.: Просвещение, 1991. – С. 6.


2 Боборыкин В.Г. Михаил Булгаков. Книга для учащихся старших классов. – М.: Просвещение, 1991. – С. 68.



20


Автор
Дата добавления 10.05.2016
Раздел Русский язык и литература
Подраздел Другие методич. материалы
Просмотров1012
Номер материала ДБ-073464
Получить свидетельство о публикации

"Инфоурок" приглашает всех педагогов и детей к участию в самой массовой интернет-олимпиаде «Весна 2017» с рекордно низкой оплатой за одного ученика - всего 45 рублей

В олимпиадах "Инфоурок" лучшие условия для учителей и учеников:

1. невероятно низкий размер орг.взноса — всего 58 рублей, из которых 13 рублей остаётся учителю на компенсацию расходов;
2. подходящие по сложности для большинства учеников задания;
3. призовой фонд 1.000.000 рублей для самых активных учителей;
4. официальные наградные документы для учителей бесплатно(от организатора - ООО "Инфоурок" - имеющего образовательную лицензию и свидетельство СМИ) - при участии от 10 учеников
5. бесплатный доступ ко всем видеоурокам проекта "Инфоурок";
6. легко подать заявку, не нужно отправлять ответы в бумажном виде;
7. родителям всех учеников - благодарственные письма от «Инфоурок».
и многое другое...

Подайте заявку сейчас - https://infourok.ru/konkurs


Выберите специальность, которую Вы хотите получить:

Обучение проходит дистанционно на сайте проекта "Инфоурок".
По итогам обучения слушателям выдаются печатные дипломы установленного образца.

ПЕРЕЙТИ В КАТАЛОГ КУРСОВ


Идёт приём заявок на международный конкурс по математике "Весенний марафон" для учеников 1-11 классов и дошкольников

Уникальность конкурса в преимуществах для учителей и учеников:

1. Задания подходят для учеников с любым уровнем знаний;
2. Бесплатные наградные документы для учителей;
3. Невероятно низкий орг.взнос - всего 38 рублей;
4. Публикация рейтинга классов по итогам конкурса;
и многое другое...

Подайте заявку сейчас - https://urokimatematiki.ru

Похожие материалы

Включите уведомления прямо сейчас и мы сразу сообщим Вам о важных новостях. Не волнуйтесь, мы будем отправлять только самое главное.
Специальное предложение
Вверх