Экологические основы природопользования

Лекция № 8

Тема: Проблемы пищевых ресурсов и сохранения человеческих ресурсов.

План

1. Пищевые ресурсы человечества.

2. Проблема питания и производства сельскохозяйственной продукции.

3. Проблема сохранения человеческих ресурсов.

4. Воспроизводство населения.

1. Пищевые ресурсы человечества

       В системе мирового сельского хозяйства поддерживается в целом тенденция к росту по всем основным продовольствен­ным компонентам, но увеличение объемов сельскохозяйствен­ного производства по-прежнему недостаточно для покрытия рыночного спроса до уровня, обеспечивающего продоволь­ственную безопасность населения, т. е. сохраняются “ножни­цы” между темпами прироста мирового продовольствия и воз­можностями удовлетворения потребностей народонаселения.

     В критической продовольственной ситуации к концу XX в. оказались районы Сахеля (Африка), Южного Судана, засушливые области Эфиопии, Сомали, Кении, Танзании, горные районы Руанды, Бурундии, аридные области Юж­ной Африки, значительные территории Южной и Юго-За­падной Азии, горные районы Южной Америки. Кризисные ситуации в этих районах обусловлены природно-климатическими факторами, а также структурой аграрного сектора и сложившимися социально-экономическими условиями.

Специалисты ФАО (Продовольственная и сельскохозяй­ственная организация ООН) и ВОЗ (Всемирная организа­ция здравоохранения — одно из специализированных учреж­дений ООН) предлагают оценивать энергетические пот­ребности среднестатистического жителя Земли на уровне 2400 ккал в день, который позволяет поддерживать сравни­тельно эффективную жизнедеятельность. Если в развитых государствах средненациональные данные свидетельствуют о достаточном, зачастую чрезмерном энергетическом уров­не питания, то подавляющее большинство развивающихся стран испытывают хронический дефицит продовольствия.

 Калорийность пищи, ее соответствие энергетическим нор­мам — важнейший элемент сбалансированности питания. Не менее важно качество потребляемых продуктов питания — сбалансированность белковых, углеводных и жировых ком­понентов пищи, определенного соотношения в ней витами­нов, микроэлементов, минеральных солей и т. п.

Пищевые продукты, поступающие на рынки развитого мира, обладают высокими потребительскими свойствами (ра­циональное сочетание белковых, жировых и углеводных ком­понентов и др.), тогда как основная масса продовольственных товаров на рынках развивающегося мира не имеет подобных качественных показателей. Это касается и продуктов пита­ния, экспортируемых в Россию.

Развивающиеся страны обеспечивают прирост сельскохо­зяйственной продукции за счет расширения обрабатываемых угодий. В развитых странах налицо противоположная тен­денция. Например, если за последние годы в США сбор ку­курузы утроился, то площади под этой культурой уменьши­лась на 13 млн га.

        Ограниченные возможности (технические, финансовые, материальные и т. п.) развивающегося мира обусловливают преимущественно экстенсивный характер развития аграр­ного сектора: увеличение объемов сельскохозяйственных уго­дий за счет сведения лесных массивов. Для сельскохозяйствен­ных целей уже расчищаются районы тропических лесов, прилегающие к бассейнам рек Конго, Амазонки и др. Однако если на африканском континенте еще достаточно площадей, которые могут быть использованы для сельскохозяйственных целей, то применительно к азиатскому региону речь идет о реальных пределах экстенсивного пути развития аг­рарного сектора.   

      В некоторых развивающихся странах, где применялись высокоурожайные сорта пшеницы и риса, интенсификация сельскохозяйственного производства, “зеленая революция”, дала положительный эффект.                                                                                                                    

Пример: в Индии активное применение современных агротехнических мероп­риятий, широкое использование интенсивных технологичес­ких процессов привело к значительному росту сборов зерна, приблизив страну к уровню продовольственного самообеспе­чения.

            В тех регионах, где были созданы условия для примене­ния высокоурожайных сортов, химических удобрений и со­временных средств защиты растений, усовершенствованных технических систем, широкомасштабных ирригационных ме­роприятий, “зеленая революция” стала существенным фак­тором роста сельскохозяйственного производства. Однако ее результаты были неодинаковы в различных регионах. Если в условиях африканского континента по тем или иным причи­нам (традиции аграрного сектора, неблагоприятные природ­но-климатические условия, характер почвенного покрова и др.) “зеленая революция" не оказала, по сути дела, замет­ного воздействия на производительность аграрных структур, то в странах Юго-Восточной Азии, Латинской Америки ее успехи были очевидны.

            Так, Филиппины, повысив урожайность риса почти на 70%, уже в 60-х гг. вышли по этому продукту на уровень само­обеспеченности. В середине 70-х гг. Южная Корея, использо­вав достижения “зеленой революции”, отказалась от импор­та риса. Но период быстрых результатов завершился. И дело не столько в качестве применяемых удобрений или в уровне агротехнических методов, сколько в том, что традиционные, наиболее высокоурожайные сорта уже достигли “предела фотосинтеза”.

            Кроме того, вредители сельскохозяйственных культур чрезвычайно быстро адаптируются к химическим средствам защиты растений: если в 50-х гг. было известно до десятка насекомых, не восприимчивых к таким средствам, то в 90-х гг. их стало уже более 400. Под их воздействием возникают мутанты, полностью адаптировавшиеся к традиционным ре­агентам. В результате падает урожайность, загрязняется биосфера, снижается качество пищевых продуктов и т. п.

            В то же время в западном мире продуктивность аграрно­го сектора постоянно увеличивается. Так, в странах Евро­пейского сообщества ежегодные темпы прироста в сельском хозяйстве составляли около 2%, а потребления — 0,5%. Фор­мирующаяся единая политика стран ЕС в области сельского хозяйства ориентирована не столько на повышение произ­водительности труда, сколько на сокращение излишков про­дукции, минимизацию использования химических удобрений и средств защиты, предотвращение деградационных изме­нений биосферы.

            Опыт мирового аграрного развития свидетельствует о региональной специфике продовольственного обеспечения, связанной с демографическими особенностями, уровнем эко­номики, традициями и т. п. Однако суть мировых тенденций состоит в понимании того, что выход на уровень националь­ной продовольственной безопасности связан с созданием эф­фективной социально-экономической аграрной структуры, важнейшим элементом которой является не только продо­вольственное обеспечение, но и сохранение естественных характеристик биосферы.

                  2. Проблема питания и производства сельскохозяйственной продукции

            Важным фактором сокращения численности населения могут стать ограничения на производство продовольствия, связанные с окружающей средой. В настоящее время в этой области складывается очень тревожная ситуация На сегод­няшний день 64 страны не могут прокормить себя, их насе­ление составляет 1,1 млрд чел. От 0,5 до 1 млрд человек в мире хронически голодает, 24 млн новорожденных серьезно страдают от недоедания, 35 тыс. чел. ежедневно умирают от плохого питания.

        Мировое производство продуктов питания в 1989 г. (население мира составляло 5,2 млрд чел.) при усло­вии равномерного распределения с учетом 40% реальных по­терь урожая до потребления позволило бы накормить:

            а) млрд чел. — из расчета минимума, необходимого для вы­живания, 3,9 млрд — из расчета умеренного питания;

            б) млрд. чел — из расчета современного европейского уровня. Уже к 1995 г. положение ухудшилось, так как население выросло на 0,4 млрд чел., произошел застой в производстве зерна на душу населения.

            В странах — основных производителях зерновых (США, Китай, Европа, Индонезия и др.) урожайность перестала ра­сти.

            Площадь пахотных земель на душу населения сокраща­ется и по прогнозам будет и в дальнейшем сокращаться. Все это означает, что резервы “зеленой революции” исчерпаны в тех странах, где ее плодами могло бы воспользоваться сельское население, а новой инженерно-генетической рево­люции пока нет. Исчерпана также площадь пахотных земель, доступная современным технологиям при существующих со­циально-экономических условиях.

            В то же время за последние 20 лет пустыни распростра­нились на площади примерно 120 млн га, а 1,5 млрд га паст­бищ и возделываемых земель в развивающихся странах под­верглись умеренному опустыниванию. Фермеры мира поте­ряли 480 млрд т верхнего слоя почвы, что эквивалентно пахотным угодьям Индии. От 6 до 7 млн га сельскохозяй­ственных земель ежегодно становятся непродуктивными.

            Затопление, подтопление, засоление и осолонцевание снижают плодородие еще на 1,5 млн га.

        Потери сельскохо­зяйственных земель заставляют население развивающихся стран разрушать все новые участки дикой природы, по при­меру развитых стран применять на истощающихся почвах массированные дозы удобрений и ядохимикатов, что приво­дит к загрязнению среды и ухудшению здоровья населения.

            Потеря продовольственной базы вызывает обнищание, повышение смертности, особенно детской, ведет к конфлик­там из-за земельных и водных ресурсов, что особенно на­глядно видно на примере Руанды и Бурунди, где под видом этнического конфликта идет борьба за землю.

            Решить региональную продовольственную проблему, не усугубляя социально-экологических противоречий, можно лишь путем сочетания экстенсивных и интенсивных методов сельскохозяйственного производства, учитывающего прин­ципы рационального природопользования.

3. Проблема сохранения человеческих ресурсов

            Большая часть (до 80%) населения земного шара прожи­вает в развивающихся регионах, а меньшая — в развитых. Кроме того, на африканском континенте темпы прироста населения составили в середине 80-х гг. — 3%, в Латинской Америке — 2,2%, в Азии (без Японии) — 1,94%; на каждые 1000 человек в развитых странах приходилось около 16 ново­рожденных (показатель детской смертности — 17 смертей на 1000 рождений), в развивающихся странах — до 33 (показа­тель детской смертности — 91). Самые высокие коэффици­енты рождаемости характерны для Африки.

            В России с начала 90-х гг. наблюдается резкий рост смер­тности (в 2 раза выше, чем в развитых странах) и снижение рождаемости. Статистика середины 90-х гг. свидетельствует об ухудшении количественных и качественных характерис­тик населения в России.     В середине 80-х гг. в развитых странах на 100 женщин приходилось 94 мужчины, а в развивающихся — 103.

            В развитых странах продолжительность жизни жен­щин — 78 лет (в Японии, Швейцарии, Испании — более 80 лет), мужчин — 70 лет (в Японии — около 75 лет). Соот­ветствующие пропорции характерны и для развивающихся стран, но продолжительность жизни в них значительно мень­ше (по данным ООН — около 50 лет).

            Из официальных данных 90-х гг. следует, что средняя продолжительность жизни мужчин-россиян около 60 лет (для москвичей этот показатель еще меньше).

            В 80—90-х гг. процесс старения населения в развитых странах поставил большие проблемы перед государственной политикой, так как государственные расходы на содержа­ние престарелых значительно увеличились. Аналогичные проблемы характерны и для России. В большинстве ее реги­онов социально-экономические условия значительно хуже, чем в других развитых странах. Уровень смертности превы­шал уровень рождаемости.

4. Воспроизводство населения

           Фундаментом воспроизвод­ства населения является образование семьи. Одной из харак­теристик процесса народонаселения является фертиль­ность — количество детей, приходящихся на 1000 женщин детородного возраста (до 49 лет). Высокие показатели фер­тильности определяются не столько биологическими возмож­ностями человека, сколько демографическими традициями, социально-экономическими и социокультурными условиями.

            Например, в значительной части развивающегося мира на женщину приходится в среднем от пяти до шести рожде­ний (что примерно в 2 раза превышает соответствующие показатели для развитых стран).

            Существуют четыре пути, ориентированные на преодо­ление демографо-экологических противоречий современной цивилизации:

            - первый — стратегия планирования семьи, когда жестко регулируется рождаемость детей (пример Индии, Китая). Однако этот очень эффективный способ противоречит свобо­де выбора человека в демократическом государстве;

            - второй путь предполагает, что экономический рост ав­томатически приведет к снижению рождаемости. Но этот ва­риант слишком растянут во времени;

            - третий путь (его предлагают развитые страны) состоит в том, что развитый мир должен способствовать экономи­ческому прогрессу мира развивающегося, что приведет к его

демографической стабилизации. Однако многолетний опыт соответствующей помощи (“зеленая революция”, перенос тех­нологий и др.) показал свою незначительную эффективность;

            - четвертый, социально-культурный путь — расширение образовательной деятельности, активное участие женщин в общественной политической и экономической жизни, повыше­ние степени управляемости демографических процессов и т. п.

        В середине 90-х гг. прошлого века стало ясно: человече­ство не может рассчитывать на автоматическую регуляцию мировых демографических процессов. Ожидание демографи­ческой стабильности “естественным путем” угрожает безо­пасности цивилизации. Необходимо включить реальные ме­ханизмы (экономические, социокультурные), обеспечивающие сочетание свободы принятия решений и оптимального регу­лирования демографических процессов.