Добавить материал и получить бесплатное свидетельство о публикации в СМИ
Эл. №ФС77-60625 от 20.01.2015
Инфоурок / История / Научные работы / КУРСОВАЯ РАБОТА НА ТЕМУ: "НАЦИОНАЛЬНАЯ ШКОЛА СИБИРСКИХ ТАТАР"

КУРСОВАЯ РАБОТА НА ТЕМУ: "НАЦИОНАЛЬНАЯ ШКОЛА СИБИРСКИХ ТАТАР"


До 7 декабря продлён приём заявок на
Международный конкурс "Мириады открытий"
(конкурс сразу по 24 предметам за один оргвзнос)

  • История

Поделитесь материалом с коллегами:









Курсовая работа на тему:

Национальная школа сибирских татар

(вторая половина XIX в. – 1941 г.)































Содержание

Введение…………………………………………………………………………3

Глава I. Национальная школа в дореволюционный период (вторая половина XIX в. – 1917 г.)…………………………………………………………………4

1. Роль ислама в духовном просвещении сибирских татар………………….4

2. Особенности функционирования конфессиональных школ…………….10

Глава II. Национальная школа сибирских татар в советский период……...18

1. Организация национальных школ…………………………………………18

2. Особенности учебно – воспитательного процесса………………………..20

3. Выдающиеся учителя и просветители национальных школ……………..24

Заключение……………………………………………………………………..28

Список использованной литературы…………………………………………29





























Введение

История образования и просвещения сибирских татар представляет большой научный и практический интерес.

Происхождение сибирских татар представляет собой сложный процесс. На сибирских татар влияние, народы Саяно-алтайского нагорья, узбеки, таджики, кара-калпаки, казахи, татары Поволжья, башкиры, некоторые другие народы, с которыми предки современных сибирских татар поддерживали этнические и этнокультурные связи.

Коренные татары Западной Сибири чаще называют себя сибиртатар – жители Сибири или сибиртатарлар – сибирские татары [6, с. 25].

Школьное образование у татар Тюменского региона связано со становлением и развитием всей духовной культуры народа, являясь ее основным направлением. В своем развитии татарские школы проходят сложный путь, преодолевая все превратности общественной жизни страны в разные периоды [3, с. 5].

В своей работе я использовала труды известных авторов по изучению истории Сибири Бонифатьевой Г.Т., Прибыльского Ю.П., Сафаралеевой Ю.У., Сафронова В.Ю. и др.

Цель данной работы – проследив этот путь, выявить особенности развития национальной школы сибирских татар. И, исходя из поставленной цели, я считаю необходимым разрешить задачи по раскрытию следующих вопросов:

1. Роль ислама в духовном просвещении сибирских татар.

2. Особенности функционирования конфессиональных школ.

3. Организация национальных школ.

4. Особенности учебно – воспитательного процесса.

5. Выдающиеся учителя и просветители национальных школ.







Глава I. Национальная школа в дореволюционный период

(вторая половина XIX в. – 1917 г.).

1. Роль ислама в духовном просвещении сибирских татар.

Особенностью развития национального образования сибирских татар являлась его тесная связь с мусульманской религией.

Религиозная жизнь сибирских татар изучена недостаточно, несмотря на то, что многие исследователи поднимали эту проблему. Духовная жизнь сибирских татар развивалась на общетюркской основе. После принятия ислама важную роль в духовном воспитании сыграли исламская идеология и исламская культура.

Ислам или мусульманство – одна из мировых религий. Ислам возник в Западной Аравии в VII веке. Два основных направления в исламе – суннизм и шиизм, отличаются различным толкованием ряда мусульманских догматов.

Татары исповедовали ислам суннитского направления. С.К.Патканов дал такую характеристику роли ислама в жизни татарского населения: «Татары исповедают магометанскую религию суннитского толка. Они весьма преданы своей вере и держатся ее непоколебимо. Переходов в православие почти не было за последние сто лет, если не считать отдельных случаев, когда какой-нибудь татарин, изгнанный из общества за разные проделки, выражал желание креститься» [6, с. 31 – 32].

Ислам начал распространяться среди предков со второй половины XIV века среднеазиатскими проповедниками мусульманства – шейхами, последователями шейха Бахаутдина Накшбанди (1318-1389 гг.) из Бухары

[6, с. 32].

Как и другие народы России, исповедующие ислам суннитского направления, сибирские татары еще в конце XVIII в. были отнесены к ведению Оренбургского магометанского духовного собрания с центром в

г. Уфе. Учреждая Оренбургское собрание, царское правительство рассчитывало, что оно будет своеобразным посредником между государством и народом в области просвещения. Мусульманские школы (мектебе и медресе) попали под юрисдикцию Духовного собрания, хотя это не получило законодательного оформления.

Это выражалось в том, что Духовное собрание на протяжении всего XIX и начала ХХ в. устанавливало испытание, присваивало учительские звания и определяло учителей в мусульманские учебные заведения во всех подведомственных ему регионах.

Мусульманские учебные заведения были двух типов: мектебе (начальная религиозная школа) и медресе (среднее учебное заведение). Мектебе имелось практически в каждой татарской деревне. Оно находилось при мечети, в одном из помещений, примыкающих к ней. Как показывают материалы, мектебе у сибирских татар открывались по «желанию общества», на сельских сходах, «со времени устройства мечетей».

Выяснить точное количество мектебе в этот период не представляется возможным. Однако если использовать при расчете количество имеющихся в губернии мечетей, то можно представить примерное число мектебе. По данным на 1904 г. из существующих в Тобольской губернии 157 мечетей в Тобольском уезде располагалась 61 мечеть, в Тарском - 38, в Тюменском -41,

Ялуторовском -15 и Ишимском — 2 мечети. Следовательно, количество мектебе можно считать примерно равным этому числу. Однако нужно иметь в виду, что в некоторых населенных пунктах школ не было, а детей учили «частным порядком», т. е. речь шла о домашнем обучении. Как это было, например, по данным на начало ХХ в. в волости Оброчных чувальщиков Тобольского уезда. В рапорте инородного управления отмечалось, что «медресе и мектебе в здешней волости нет, а дети инородцев учатся частным порядком у мулл».

Выявить точное число учащихся в школах-мектебе также не представляется возможным. Данные сохранились лишь по некоторым уездам Тобольской губернии. В Тобольском уезде в 1897 г. в трех татарских волостях в 23 школах обучались 451 мальчик и 213 девочек. В 1898 г. в Тюменском уезде в 34 школах-мектебе насчитывалось 1093 мальчика и 665 девочек. В Ялуторовском уезде по данным на 1911 г. в 14 мусульманских школах обучалось 283 мальчика и 206 девочек.

Учителями в мектебе обычно были приходские муллы. Как уже было отмечено выше, звания учителей присваивались Оренбургским духовным собранием. Самым высшим званием считался мударрис — старший учитель, заведующий медресе. Вторым по рангу шел мугаллим - учитель. Низшим являлось звание мугалим-сабияна — учителя малолетних детей. Звание мударриса присваивалось только имамам, а мугаллимами и мугаллим-сабиянами могли стать и муэдзины. К примеру, в Тюменском уезде большинство духовных лиц по данным на 1886 г. имели учительские должности — мугаллима (7 имамов) и мугаллим-сабияна (7 имамов). В юртах Муллашевских, Мало-Каскаринских и Кыштырлинских имамы не имели учительских званий. Если мулла не выполнял обязанности учителя, на эту должность приглашали простых «грамотеев». Назначая учителя мектебе в приход, прихожане на сходе могли определить годовое жалованье учителя. Хотя в некоторых местностях определенного вознаграждения учителю общины не назначали, предоставляли право принимать приношения от учеников. Как правило, оплата учителям состояла в хлебе и деньгах. Например, мулла юрт Нижне-Ингальских Ялуторовского уезда «за право учения детей» получал от родителей «добром и деньгами, по их между собой соглашению». Некоторые общины, по сведениям С. К. Патканова, предоставляли учителям дополнительный пай пашни, сенокоса или рыболовный пай [7, с.185].

Задачей мектебе было научить учеников обрядам, молитвам и правилам мусульманской религии. Учащимся давалось первоначальное образование, их обучали чтению и письму. Чтение производилось вслух. Дети, вместе с учителем, громко выкрикивали название букв, затем учились написанию их, после — складыванию из них слогов и только затем — слов и фраз. Азбуку заучивали по несколько букв в один урок, затем переходили к складам. Этот метод назывался «буквослагательным». Данный способ обучения чтению не давал быстрых результатов, лишь усидчивость и способность отдельных учащихся позволяли им до конца освоить алфавит. После усвоения алфавита лучшие ученики приступали к чтению религиозно-дидактических произведений восточных и татарских писателей на языке тюрки1: «Ахырзаман китабы» («Книга о светопреставлении») С. Бакыргани, «Кисса-и Йусуф («Книга о Юсуфе») Кол Гали, «Кырык фарыс» («40 заповедей»), «Фазаиль-шор» («Описание мучений за грехи на том свете») и др. Изучение этих книг играло важную роль в религиозно-нравственном воспитании учащихся.

Кроме того, знакомясь с лучшими образцами мусульманской назидательной литературы, учащиеся усваивали и некоторые сведения по истории, географии, этике, эстетике, что, безусловно, способствовало их умственному развитию.

Деления на классы в мектебе не было. Ученики различались между собой тем, кто какой учебник или отдел учебника изучал. Обычно время пребывания в училище зависело от способностей и усердия ученика. Не было и определенного времени для приема новых учеников в мектебе, так как с каждым учеником учитель занимался отдельно. Сознательного усвоения материала от учеников не требовалось, они заучивали на память то, что задавал учитель. Говоря о программе мектебе в целом, можно констатировать, что она соответствовала целям и задачам правительства. По положению 1864 г., целью национальных школ было «утверждать в народе религиозные и нравственные понятия», а лишь затем «распространять первоначальные полезные знания» [4, с. 118].

Учащихся, успешно прошедших курс обучения в мектебе и желающих получить дальнейшее образование, отправляли в медресе. Большинство исследователей относят медресе к средним, а иногда и к высшим мусульманским учебным заведениям. М. Н. Фархшатов называет медресе «повышенной школой». Медресе готовили служителей культа, мулл, учителей начальных мусульманских школ. Тобольской губернии первое медресе было образовано в г. Тобольске в XVII в. Оно являлось «первым средним мусульманским учебным заведением в Сибири и одним из старейших медресе в России». Здесь учились не только дети больских татар и бухарцев, но и приезжих из Тюменского, Ялуторовского и даже Тарского уезда Тобольской губернии. В дальнейшем медресе стали появляться и в других населенных пунктах, где проживали сибирские татары, и ко второй половине XIX в. их уже насчитывалось 30 [2, с. 133]. В зависимости от того, по чьей инициативе открывались и на какие средства содержались медресе, они были двух типов — частные и общественные. Частными являлись медресе в юртах Казанских, Тукузских, Турбинских Тобольского уезда; в юртах Ембаевских Тюменского уезда; в г. Таре Тарское медресе в конце XIX — начале XX в. содержалось на средства купца Абдул-Фаттаха Айтикина, Ембаевское — за счет братьев Сайдуковых. К общественным относились медресе в юртах Вагайских, Кызылбаевских, Комаровских Тобольского уезда.

Для прохождения полного курса медресе требовалось 6–8, а иногда и 10–15 лет. Правда, не все ученики-шакирды заканчивали полный курс, большая часть выходили из медресе до его окончания.

Главными предметами для изучения были арабский язык, мусульманское богословие, логика, мусульманское законоведение (шариат), арифметика, геометрия, география, астрономия, медицина. В XVIII–XIX вв. эти учебные предметы изучались по древним арабским и среднеазиатским сочинениям.

Ученики медресе начинали с того, что выучивали наизусть Аваль-и-гыльм, т. е. краткий мусульманский катехизис в вопросах и ответах, изложенный на персидском языке, затем, уже более или менее основательно, изучали грамматику арабского языка. Следующий курс распадался на 2 части: «мушкилят» и «масаля». Мушкилят — курс образовательный, масяля — юридический. Юридический курс включал религиозное право и гражданское и уголовное законодательство. Математику учащиеся проходили попутно, при изучении наследственного права, и ее изучение сводилось к 4 правилам арифметики и некоторым положениям геометрии, необходимым для измерения земли, при разделе ее наследниками, а также при купле-продаже. Книги богословского, философского и риторического содержания, а также по математике были написаны на арабском, турецком и персидском языках, что зачастую осложняло их понимание.

Арабские руководства по изучению этих предметов: «фараиз» — гражданские законы преимущественно о наследстве и торговых делах; «Няху», «Шархмулла», «Кафия», «Кауагид», «Гауамил», «Магзи», «Бадян» — грамматика арабского языка и др.

Правительственные чиновники достаточно высоко оценивали медресе и ставили их на один уровень с богословскими факультетами университетов, духовными семинариями или академиями. Положительно отзывался о медресе в г. Тобольске историк С. В. Бахрушин, считая его «рассадницей грамотности» среди татарского населения города».

В то же время директор народных училищ А. Е. Алекторов считал, что обучение в медресе «возбуждает фанатизм и слепое верование в правила ислама, с другой же стороны, не отвечает требованиям современной жизни.

Действительно, несмотря на религиозно-схоластический характер обучения, в целом лучшие медресе края обеспечивали своим ученикам сравнительно высокий по тем временам уровень подготовки. Благодаря наличию богатых библиотек при медресе некоторые шакирды занимались самообразованием и тем самым расширяли объем полученных знаний. Так, в библиотеке Ембаевского медресе в конце XIX в. насчитывалось более 2200 томов рукописных и печатных книг, выписанных или привезенных из Бухары, Туркестана, Египта, Сирии, Иерусалима. Некоторые из них являлись уникальными историческими памятниками.

Деятельность передовых учителей также способствовала расширению традиционной программы медресе. В 1870–1880-х гг. в Ембаевском медресе работал учителем Мулькай Юмачиков, выходец из тюменских татар. Юмачиков был образованным для своего времени человеком, владел арабским, персидским, казахским языками, писал поэтические произведения на татарском, казахском и арабском языках. А. Ибрагимов стал известным ученым-исламоведом, крупным общественно-политическим деятелем мусульман России. Достаточно высокий для своего времени уровень образования имели и некоторые педагоги женщины, обучавшие девочек. Так, в медресе г. Тары в 90-х гг. XIX в. обучала Биби - Ханифа Ниязова, которая, как писали в газете «Тарджиман», «отличается большими познаниями в турецкой и арабской письменности». Х. Ниязова публиковала педагогические работы, в которых излагала свои взгляды на обучение татар-мусульман.


2. Особенности функционирования конфессиональных школ.

В пореформенный период правительство пытается регламентировать мусульманское образование путем организации государственных школ. В основу организации школ легла педагогическая система известного ученого, миссионера Н. И. Ильминского (1822–1891). Суть системы Н. И. Ильминского заключалась в распространении среди «инородцев» русского языка «для сближения многочисленной мусульманской массы с русским государством и русским народом».

Система Ильминского использовалась для обучения не только крещенных «инородцев», но и вообще всех мусульман. В отношении первых система Ильминского ставила цель «укрепить их в православии». Для них предусматривалось учреждение четырехлетних школ с первоначальным преподаванием «на инородческих наречиях». Для «инородцев»-мусульман предусматривалось создание школ с упором на преподавание русского языка, хотя также допускалось, особенно в первый год обучения, применение родного языка.

Изучение родного языка в школах системы Ильминского вызвало появление книг на «инородческих» языках. Стали появляться переводы как учебных, так и церковно-богослужебных православных книг. С этой целью по инициативе Ильминского в 1866 г. в Казани была учреждена особая переводческая комиссия при братстве св. Гурия. В продолжение более 30 лет она перевела на языки восточной части России громадное количество книг, брошюр и листков церковно-богослужебного и религиозно-нравственного содержания. Издания ее расходились в Сибири в конце XIX — начале XX в. во время охватившего Тобольскую пархию миссионерского движения. Система Н. И. Ильминского была одобрена правительством и узаконена в 1870 г. в правилах «О мерах к образованию инородцев, относительно татар-магометан». Правила 1870 г. ставили более чем недвусмысленную цель — обрусение инородцев и «слияние с русским народом».

Согласно правилам «О мерах к образованию инородцев, относительно татар-магометан», в мусульманских учебных заведениях русский язык вводился как обязательный предмет. Причем татарские общества должны были на собственные средства учреждать классы русского языка при мектебе и медресе. Утверждалось, что «орудием первоначального обучения для каждого племени должно быть родное наречие его», а учителями инородческих школ могли быть «инородцы», и «притом хорошо знающие русский язык, или же русские, хорошо говорящие по-татарски». Устанавливалось еще одно правило — «должно быть обращено внимание на образование женщин». Справедливо было подмечено, что «племенные наречие и особенности…преимущественно сохраняются и поддерживаются матерями».

Однако эта мера не дала желаемых результатов: мусульмане противились применению этих правил и всеми способами уклонялись от обучения своих детей русскому языку. Русско-татарские школы в Тобольской губернии в этот период так и не появились. Преподавание русского языка осуществлялось лишь в некоторых медресе Тобольской губернии, например в Ембаевском и Турбинском. Вместе с тем идеи властей нашли отклик среди представителей православной церкви. Стараниями епископа Тобольского и Сибирского Авраамия 8 сентября 1885 г. была создана школа при Иоанно-Введенском женском монастыре для обучения детей русских и татар. Первоначально в нее стали ходить 20 татарских и 16 русских учеников. Обучение состояло в изучении русского языка, «в усовершенствовании в чтении по книге, в передаче прочитанного устно по вопросам учительницы; в списывании с книги и прописей; по арифметике проходили 4 дейтвия с устными задачами». Как указывалось в отчете за 1887 г., «пройдено: первоначальные буквы, склады, складывание отдельных слов и кратких предложений; по арифметике — непрерывный счет до ста, письменное их обозначение и решение кратких устных задач, а по чистописанию заучивание наизусть букв».

Значительные изменения в системе школьного образования сибирских татар произошли в конце XIX — начале XX в. в результате движения, охватившего все мусульманские регионы страны, получившего название «джадидизм» (от «усуль джадид» — «новый метод»). Он стал альтернативой для господствовавшего долгое время в системе мусульманского образования

«усуль кадим», т. е. «старого метода».

У сибирских татар первым медресе, где были введены новые методы обучения, явилось Ембаевское. Известный этнограф Ф. Т. Валеев считает, что в Ембаево переход к джадидизму произошел раньше, чем во многих других медресе страны. Это было, несомненно, обусловлено наличием прогрессивно настроенных преподавателей, работавших в Ембаево,— выпускников медресе Уфы, Казани, Оренбурга, Троицка. Именно в этих учебных заведениях шакирды знакомились с идеями джадидизма, а затем, усвоив их, применяли в своей учебной практике. Активными сторонниками обучения учащихся медресе по новому методу выступали как общественные деятели, учителя, так и прогрессивные представители мусульманского духовенства. Так, известный общественно-политический деятель, ученый, исламовед Габдерашит Ибрагимов (1857–1944), выходец из сибирских бухарцев, ратовал за новые методы обучения в медресе. В записке «О положении мусульманских низших и высших школ (мектебов и медерсе) в России», поданной Министерству народного просвещения, Г. Ибрагимов писал о том, чтобы власти, прежде всего, дали возможность развиваться народу, расширять кругозор, и «тогда он сам поймет, что ему нужно, и сам будет стремиться к изучению государственного языка и воспитанию детей в русских учебных заведениях». Он считал, что в мектебе и медресе должны

быть разработаны особые программы учебных занятий особыми комиссиями из компетентных лиц. В число обязательных предметов в мектебе и медресе кроме наук духовных необходимо ввести и общеобразовательные: арифметику, географию, историю Русскую и всеобщую. Все эти предметы должны, по мнению Г. Ибрагимова, преподаваться на родном языке учащихся. Также автор записки считал, что для окончивших курс мектебе и медресе следует установить особый выпускной экзамен с выдачей свидетельства.

Аналогичные идеи выражали и некоторые передовые мусульманские учителя. Выступая в целом за реформирование школы, они хотели оставить ее религиозную основу. 21 января 1908 г. в журнале «Маалюмат», который стал выходить в Уфе, под редакцией члена Государственной думы 2-го созыва М. С. Хасанова, была напечатана резолюция съезда учителей г. Омска и предлагалась примерная программа реформированной школы. Заметим, что журнал издавался при поддержке Оренбургского магометанского духовного собрания.

В предисловии к программе отмечалось, что в новометодных школах необходимо уделить внимание светским предметам (арифметике, географии, истории, арабскому языку), «как имеющим прямое отношение к предметам религиозного характера». Так, например, «при изучении отдела шариата о наследстве и о долях его и применении наследственного права в практической жизни — необходимо знание арифметики. Обращение к кибле во время обязательных молитв требует знания географии. История пророков, равно как и история ислама, также имеют большую связь с мусульманской религией; знание же арабского языка необходимо для каждого мусульманина». Программа была рассчитана на 5 отделений. В каждом отделении учащиеся должны были проходить чтение на татарском («материнском») языке, пересказ прочитанного по книгам, написанным татарскими авторами. Также учащиеся должны были научиться писать со слов учителя из книг на татарском языке. Большое внимание в программе во всех отделениях уделялось чтению Корана, заучиванию наизусть молитв. Так же ученикам должны сообщаться и разные полезные (исторические, географические, религиозные, светские) сведения.

В начале XX в. власти вновь поднимают вопрос о языке преподавания в мусульманских школах. Как считали многие представителей власти, языком преподавания в «инородческих» школах должен быть не родной, а русский язык. В третьей Думе был выработан проект нового положения о начальных училищах. В параграфе 17 этого законопроекта указывалось: «В училищах, в коих дети при поступлении в них не говорят по-русски, допускается при обучении пользоваться природным языком в первые два года обучения. С начала 3-го года обучения, преподавание всех предметов, кроме Закона Божия и родного языка, должно производиться на русском языке. К преподаванию русского языка надлежит в таких училищах приступать не позже 3-го месяца первого года обучения».

В 1906 г. утверждаются правила относительно мусульманских учебных заведений. Устанавливалось, что училища для образования «инородцев» должны быть первоначальными (школы грамоты) с двухгодичным курсом, начальные одноклассные с четырехгодичным и двух классные с шеститигодичным курсом обучения.

Кроме этих школ, на средства правительства, обществ или частных лиц могли учреждать классы русского языка при конфессиональных инородческих училищах, а также отдельно от них. Отмечалось, что учителями в этих училищах и классах могли быть как «иноверцы соответствующих исповеданий, хорошо знающие русский язык, так и русские, хорошо знающие местные инородческие наречия». Открытие частных инородческих вероисповедных училищ происходило с разрешения инспектора инородных школ, «по представлении надлежащих удостоверений, что содержание училища обеспечено необходимыми для того средствами, что при нем будет состоять класс русского языка». На инспекторов народных училищ возлагался и надзор за школами мусульман и теми учебниками и пособиями, которые использовались в этих школах.

И в дальнейшем правительство отстаивало мнение относительно введения русского языка в начальных школах мусульман. Резолюция первого общеземского съезда по народному образованию, проходившего в Москве в 1911 г., пошла дальше в этом вопросе. В ней утверждалось правило, чтобы изучение русской речи в мусульманских начальных школах начиналось с первого года обучения. Перед учащимися ставилась задача — «уметь говорить по-русски и писать без искажения слов».

Местные власти также не оставляли вниманием мусульманские школы. Тобольский губернатор в начале ХХ в. в переписке с министром народного просвещения выражал озабоченность состоянием школьного образования среди татар и бухарцев губернии. В частности, чиновник сообщал о том, что несмотря на «долговременное соседство с русскими» татары мужчины могут лишь «объясняться по-русски, хотя нередко с немалым трудом». Губернатор считал, что незнание татарами русского языка «способствует фанатическому отчуждению их от всего русского». Он был убежден, что главным препятствием к распространению русской грамотности среди татар было отсутствие специальных школ. Далее губернатор предлагал конкретные меры по реализации планов по распространению «русской грамотности»: для обучения татар и бухарцев необходимо открыть первоначально не менее 4 школ — по одной на уезды, с назначением в них учителей из татар. При этом предпочтительным чиновник считал привлекать в эти школы учителей из татар, окончивших Казанскую татарскую учительскую семинарию. Предусматривалось, что для привлечения учителей издалека необходимо назначить им оклад «значительно повышенный сравнительно с окладом, получаемым учителями в русских школах». В дальнейшем такие школы предполагалось открывать и в татарских селениях.

Открытие 1 августа 1913 г. в г. Тюмени русско-татарской одноклассной школы явилось конкретным примером воплощения намерений властей по образованию татар-мусульман на новых началах. Школа была открыта на средства Тюменского городского управления в помещении, предоставленном бесплатно А. И. Текутьевым. На содержание школы от казны поступало 420 руб. и из городских сумм 240 руб. в год. Хозяйственные и учебные расходы по училищу относились на счет магометанского общества. Учителями школы являлись тюменский мулла С. Г. Габитов, учитель мусульманского вероучения и татарского языка и учитель русских образовательных предметов Муратов Исмаил Ибрагимович из казанских татар, мусульманского вероисповедания, окончил курс в Казанской татарской учительской школе. За работу учителя получали жалованье: С. Г. Габитов — 120 руб., И. И. Муратов — 540 руб. в год.

В школе обучались 58 мальчиков. Срок обучения составлял три года. Преподавание велось на русском языке с первого года обучения (кроме Закона Божия и родного языка), так как отмчалось, что все поступающие мальчики сносно говорят по-русски уже в семье до поступления в школу.

В школе имелась ученическая библиотека, насчитывавшая 102 книги на русском и татарском языках, приобретенные по каталогу разрешенных книг для начальных училищ Министерства народного просвещения. Далее указаны названия учебников на татарском языке, которые использовались в

школе:

1. Татарская азбука «Мугаллым-Эль-аввель», сост. Гадимаксудов.

2. Книга для чтения «Уку», сост. Хусаин Абузяров.

3. Вероучение «Гильми-Халь», сост. Зуфар Касымов.

4. Чтение Аль-Корана по правилам, книга с правилами для Корана, сост. Шагит Рязанов.

5. Диктант, руководство для учителей книга «Имя Мугаллими», сост. Сала-Метдин Кацалетдинов.

6. История, книга «Тарих Анбия», сост. Рахим Ханафи.

Полусветский характер приобрела в этот период и татарская школа в г. Тобольске. Здесь, наряду с изучением Корана, преподавались математика («счет»), история, ориентирование, этика, физкультура, татарский язык («казанские тюрки»), диктант. Программой предусматривалось выставление оценок, а также переводные экзамены. В школе получали образование и девочки.

Таким образом, во второй половине XIX — начале XX в. в школьном образовании сибирских татар происходили значительные изменения. Реформы были обусловлены объективными причинами: мусульманские школы «старого порядка» не отвечали потребностям изменившегося общества. Необходимость реформ осознавали и официальные власти, и прогрессивные представители мусульманского общества. Выразителем официальной идеологии явился миссионер Н. И. Ильминский. Система Н. И. Ильминского, ставившая задачу обрусения «инородцев» путем введения русского языка в мектебе и медресе, плохо прививалась в татарских конфессиональных школах Западной Сибири.

В то же время идеи И. Гаспринского, опиравшиеся на новые методы в системе конфессионального образования мусульман, были поддержаны мусульманским населением Сибири. Новометодные школы, не затрагивая в целом конфессиональной основы, в то же время постепенно начинают приобретать светские черты. Благодаря введению в программу мектебе и медресе татарского языка, ведению светских предметов на родном языке мусульманские школы начинают приобретать национальный характер.

Следует отметить, что реформы в школьном образовании у сибирских татар развивались параллельно аналогичным процессам, происходившим среди мусульман других регионов, прежде всего Поволжья и Урала. Кроме того, в новометодных школах и Поволжья, и Сибири использовались учебники, литература на волжско-татарском языке. Безусловно, это способствовало сближению сибирских и поволжских татар.



Глава II. Национальная школа сибирских татар в советский период.

1. Организация национальных школ.

Октябрьская революция 1917 года прервала социокультурное развитие самодержавной России. Две революции и гражданская война, быстрая смена властей, повлекли за собой трудности и разрушения. После октябрьских событий кризисные тенденции в экономической и политической жизни не только ослабли, но, наоборот, приобрели особенно угрожающий характер. Революция и гражданская война оказали существенное влияние на культурную жизнь национальностей края.

Так, национальные школы (мектебе и медресе), не закончив свое реформирование в дореволюционной России, оказались в новой политической ситуации после Октября 1917 года. 20 ноября 1918 года вышел «Декрет Совета Народных Комиссаров об отделении церкви от государства и школы от церкви».

К началу 1922-1923 учебного года в Тюменской губернии было 64 школы первой ступени с количеством учащихся 2564 человек и 84 учителя. В 1924 году в Тобольске и Тюмени были открыты семилетние татарские школы. По другому источнику, в 1922-1923 учебном году в губернии функционировало 67 школ 1 ступени, в которых обучалось2561 учащийся и работало 87 учителей. Детских домов было 6, в них воспитывалось 217 детей. Библиотек было 6, изб-читален – 10. На тюрко-татарском отделении Тюменского педагогического техникума обучалось 53 учащихся.

Большую роль в организации просвещения среди татарского населения края в первое время сыграло татаро-башкирское бюро при партийных комитетах, которые через советы национальных меньшинств (совнацмены) при отделах народного образования, своих представителей на местах, принимали срочные меры по открытию новых школ, подбору учителей, могущих обучать детей на родном языке, выделению помещений, организовывали курсы по подготовке учителей, изыскивали средства, выписывали необходимые учебники, литературу на татарском языке.

Обратимся к истории школ крупного татарского селения Тукуз (Токуз, Тукус, юрты Тукусские), на примере который можно проследить, как осуществлялся переход к светским советским школам. Перед революцией здесь существовали три мечети и в них три мектебе. Они были включены в начале 20-х гг. ХХ в. в государственную сеть школьного образования. По архивным документам до зимы 1920 года в Тукузе работали три школы и составляли смету расходов на содержание данных школ. Тукузская школа (училище) (часть Заречная), Тукузская школа (училище) (часть Уллаульская).

Создавались два типа школ для взрослых. Школа для малограмотных с шестимесячным курсом с целью ликвидации малограмотности, «т.е. закрепление навыков, полученных на ликпункте и умение пользоваться книгой, газетой для дальнейшего приобретения знаний». В другой школе для взрослых повышенного типа с 2-3 годичным курсом, сообщали знания окончившим школы малограмотных с более сложной программой. Общеобразовательные школы для взрослых повышенного типа делились на две основные группы: 1) сельско-хозяйственным уклонном и 2) с индустриально-производственным уклоном. Методами работы предусматривались практические занятия в кабинетах, библиотеках, на экскурсиях по опытно-сельскохозяйственным участкам или образцовым предприятиям.

Преподавались предметы: русский язык и литература, обществоведение с политграмотой, математика, естествознание, физика, химия, география, машиноведение или основы сельского хозяйства. Татарские школы работали на основе арабской графики. В 1928 году была проведена реформа письменности, она предусматривала переход с арабской графики на латинскую. А затем на короткий срок реформа в конце 30-х был осуществлен с латинской графики на кириллицу. Эти изменения для татарского населения стали историческими, объективную оценку которым еще предстоит сделать.


2. Особенности учебно – воспитательного процесса.

Мусульманская церковь проявляла большую заботу о религиозном образовании и воспитании детей сибирских татар. В 1860 году в Тобольской губернии насчитывалось 149 мечетей, при каждой из них действовала мектебе – начальная школа. Занятия с мальчиками проводил мулла, а с девочками его жена. Программа обучения, рассчитанная на 4 – 5 лет, предусматривала изучение арабской и татарской грамоты, Корана, заповедей шариата.

Наиболее способные выпускники мектебе продолжали учение в медресе – средних мусульманских заведениях, которые готовили учителей и служителей культа. Продолжительность обучения составляла 8 – 10 лет. Учащиеся основательно постигали арабский язык, мусульманское богословие, логику, религиозное законоведение, арифметику, геометрию, географию, астрономию и медицину. Одно из лучших считалось медресе в юртах Ембаевских Тюменского уезда. Среди его преподавателей были питомцы Казанского и Стамбульского университетов. Школьная библиотека имела 2 200 печатных и рукописных произведений, в том числе уникальные исторические памятники арабской письменности. Медресе, открытое в 1871 году, содержалось до 1917 года на средства сибирских бухарцев братьев Сайдуковых [5, с. 42].

В октябре 1918 года в Тобольске для детей татарского населения было открыто духовное мусульманское училище – медресе. Руководил медресе Айтмухаметов Ахметхаджи – сын основателя Тобольской соборной мечети Айтмухаметова Туктасынахаджи. Медресе располагалось во дворе вновь выстроенной кирпичной мечети и было построено из бревен старой мечети. Оно полностью находилось во введении мусульманского духовенства и содержалось на средства населения и отдельных зажиточных людей.

В медресе преподавался «Фариз» («Деление»), правила о разделе наследства по предписанию шариата. Здесь изучались синтаксис арабского языка, четыре действия арифметики, давались сведения о браке, продаже, барыше, изучались произведения древних писателей. В программу были введены и общеобразовательные предметы. Девочкам давали некоторые сведения о медицине, санитарной гигиене.

В 1919 г. все существовавшие татарские школы были включены в хозяйственную сеть, была создана Единая трудовая светская школа. Медресе имама Ахметхаджи было преобразовано в светскую четырехлетнюю школу первой ступени имени К. Н. Нариманова. Школа располагалась в одноэтажном деревянном здании по ул. Большая Пеляцкая (ныне ул. Пушкина, деревянный домик во дворе леспромхоза). В мусульманской школе работали: заведующая школой – Е. А. Протопопова, учитель татарского языка – Наурузов Р. Н., учитель – Лобков К. М., сторож школы – Тифер М. Н. В школе обучалось 36 детей.

Были заново разработаны учебные планы, программы и учебные пособия, организованы курсы для учителей. В развитии становления школы большую помощь оказывало население, родители учащихся, жители заабрамовской части города.

В период «Великой смуты» было сохранено главное – тяга татар к просвещению, бережное хранение своих национальных традиций, духовно-нравственное воспитание.

В 1924 г. школа была преобразована в семилетку. Здесь стали обучаться дети из деревень Вагайского, Тобольского, Уватского районов, так как это была единственная татарская школа - семилетка в округе. Она располагалась в доме купца Опарина по ул. Семакова, в ней обучалась от 500 до 600 учащихся. Заведовали школой в эти годы Мария Зверева, Курмантаев Х. А., Мухаметзянов Ш. С., Урамаев М. Н. Отдавали ученикам знания и теплоту своих сердец учителя Ченбаев Э., Муратов Х., Алфятунова Ф., Бабукин М., Ишмухаметов З., Качкуров Ф. и др.

Все предметы преподавались на татарском языке.

В школе работали кружки, было развито самообслуживание, действовали комитет содействия детям, учком, комсомольская и пионерские организации, струнный оркестр, школьный театр. В 1929 году в школе происходит «социальная чистка» - дети мусульманского духовенства и торговцев были отчислены из школы.

В отличие от правительственных или светских школ, преобразованных в эпоху реформ 60-х годов «сверху» на буржуазный лад, школы сибирских татар, как и большинства нерусских народов, продолжали развиваться на старой, религиозно-схоластической основе. Модернизация проводилась в них позднее, и внедрялась «снизу», по мере утверждения в местном обществе капиталистических отношений.

Следует отметить, что по сравнению с другими коренными народами Западной Сибири, где просветительная работа проводилась «сверху», т.е. государство и церковью, у татар данного региона просветительные процессы проходили и «снизу». Они исходили от национально-культурных истоков, что являлось особенностью социокультурного развития.

До конца ХIХ века мектебы (начальные школы) и медресе (средние и высшие) в крае оставались в целом конфессиональными учебными заведениями. Исследователи отмечают, что после отмены крепостного права, с началом государственных реформ, произошел, прежде всего, их количественный прирост. Сохранившиеся источники не дают возможность выстроить статистически выведенную диаграмму расширения мусульманских школ, так как специальных учреждений по этим проблемам не было.

Современники отмечали существование школ в каждом мусульманском селении, где есть мечеть. «В редких татарских селениях нет мечети и муллы при ней и в этом отношении дети татар поставлены в лучшие условия, чем дети крестьян». «…редкая мечеть не имеет при себе школы, да и тогда служащий в ней мулла не отказывает давать частные уроки детям своих прихожан».

В «Кратких отчетах губернаторов о состоянии Тобольской губернии» за 1875-1899 годы отмечается, что в городе Таре существовало медресе и обучалось в нем 53 мальчика. В этом же документе проводились сведения, что за 1890 год в городе Ялуторовске и в округах имеются при мечетях 14 магометанских школ, содержащиеся за счет общества.

Это говорит о том, что конфессиональные школы количественно росли на рубеже столетий.

Учащиеся в мектебе и медресе по социальному составу были разнородны, потому что разрешалось обучаться каждому ребенку и посещение школ детьми зависело от родителей.

Возраст учащихся в мектебах колебался от 7 до 13 лет. По мнению С. К. Патканова школу посещали почти все дети от 7 до 13 лет и учились 2 или 3 года. «Курс учения небольшой: дети овладевали с чтением, кое-как писать и немного корану». Другой автор дает следующую характеристику «…грамотность у оседлых татар существует и половина детей в волостях грамотны; это благодаря татарским школам, в которых учителями являются в большинстве муллы. Магометане позаботились о школах, и грамотность считают необходимой, хотя она служит преимущественно для целей религиозных и укоренения магометанского закона».

Организация учебно-воспитательной деятельности школы определяется ее целью. «Конечная цель мектебе, - указывало совещание высшего мусульманского духовенства при Духовном собрании в начале ХХ века – научить мусульманских детей чтению и письму, познакомить их с установками ислама, воспитывать их в доброй нравственности и указать им путь к достижению благополучия земного и небесного и тем содействовать миру и покою государства».

Учебный курс мектебе соответствовал поставленной цели. Установленного срока обучения в начальной школе не было, обычно он составлял 3-4 года.

Состав педагогического персонала по шариату должен был состоять из лиц мусульманского вероисповедания, обладающих религиозно-нравственными качествами, знающих свое дело и любящих учеников, уважающих свою родину, правдивых и милосердных. В учениках стремились развивать духовно-нравственные качества: уважение к родителям, старшим, ближним, любовь к родине, стране.

Все учащиеся делились на два деления: старшее и младшее. Занятия для тех и других проводились в одних и тех же комнатах, но учение проводилось в разные часы. Занятия для старших детей от 8 до 11 утра и под руководством учителя-муллы. В остальное время дня эти ученики готовили уроки и занимались с младшими. Около 2 часов дня учитель проверял младших и следил за правильным ходом учения. При отсутствии учителя за порядком следили его сыновья. Во время занятий учитель сидел на тюфяке или сложенном вдвое ковре, опираясь на подушки, ученики располагались полукругом вокруг него, кто на скамье, кто прямо на полу. На каждые 2-3 ученика имелась одна книга. Днем отдыха в училище была пятница, а для старших, кроме того, и четверг.



3. Выдающиеся учителя и просветители национальных школ.

В ярком созвездии именитых деятелей образования и культуры сибирских татар звездой первой величины является Якуб Камалиевич Занкиев, Заслуженный учитель школы Российской Федерации, член Союза писателей Республики Татарстан, Заслуженный гражданин Тобольска. Плоть от плоти родного народа, он впитывал в себя его лучшие духовные и нравственные качества: житейскую мудрость, исключительное трудолюбие, порядочность и честность, почитание старших и заботу о детях, терпимость и сострадание. Талантливый мыслитель и художник, одаренный педагог и психолог, превосходный знаток и ревнитель народной жизни, автор увлекательных произведений возбуждает глубокий интерес современников, неравнодушных к его уникальному наследию [1, с. 41].

Судьба Занкиева неотделима от драматической участи того поколения соотечественников, которому досталось изведать и пережить великие победы и бедствия XX века. Он ровесник Октября.
Слава Занкиева приумножилась благодаря Всероссийской научно-практической конференции “Занкиевские чтения”, которую в год 90-летия Якуба Камалиевича провел Тобольский государственный педагогический институт им. Д.И.Менделеева [8]. Конференция уделила внимание неисследованным граням таланта, малоизвестным страницам творческой и профессиональной биографии учителя и писателя, журналиста и публициста, общественного деятеля, помогла увековечить имя нашего выдающегося земляка. Мы так мало еще сделали для человека, который всю свою жизнь трудился на благо страны!

Якуб Камалиевич Занкиев, учитель-фронтовик, прошедший с 10-й гвардейской Краснознаменной орденов Ленина, Кутузова и Богдана Хмельницкого истребительно-противотанковой артиллерийской бригадой всю войну. Ратные заслуги его увенчаны орденами Красной Звезды, Отечественной войны I степени, боевыми медалями. За огромный вклад в дело обучения и воспитания подрастающего поколения Я.К. Занкиев удостоен звания «Заслуженный учитель школы РСФСР». Он известен землякам не только как талантливый педагог и руководитель, но и как превосходный знаток народной жизни, автор увлекательных статей, очерков, детских рассказов. Он член Союза писателей Республики Татарстан, Заслуженный гражданин Тобольска. Главные его творения – романы «Зори Иртыша» и «Любовь, объятая пламенем».

Глубокий след не только в истории и культуре тюркских мусульманских народов России, но и многих других народов мира, оставил Абдерашит Гумерович Ибрагимов (родился в г. Таре в 1857 г.). Родители его, образованные люди, отец Гумер Ибрагимович хорошо знал арабский, иранский и русский языки. Мать Гафифа-Банат, получив домашнее образование, в течение сорока лет обучала девочек-татарок и бухарцев г. Тары и Тарского уезда. Начальное образование Абдерашит получил дома. Годы учебы в медресе были для него годами тяжелых испытаний. Осиротев в четырнадцать лет, пришлось учиться и одновременно зарабатывать на жизнь. В 1878- 1879 гг. А. Ибрагимов служил учителем в семьях-богатых казахов в Кокчетавском и Атбасарском уездах Казахстана. В 1879 - 1884 гг. А. Ибрагимов находился в Медине, где совершенствовал свои знания по истории, теории ислама, большое внимание уделял изучению арабского языка и литературы. Изучив классический ислам в Медине, он проявил себя как крупный ученый-исламовед. В 1885 году по приглашению своих земляков А. Ибрагимов стал указным муллой соборной мечети и мударрисом тарского медресе. Однако он не мирился с исполнением стесненной этикетом должности. Абдерашит очень любил путешествовать. Так, в 1897—1901 г. Абдерашит Ибрагимов совершил путешествие по маршруту Стамбул-Египет-Палестина–Иран–Франция–Италия-Австрия-Сербия-Болгария-Южная Россия-Кавказ-Бухара-Туркестан-Урал-Сибирь. С первых лет XX века и в годы первой русской революции А. Ибрагимов в своей собственной типографии выпускает издание «Миръат» («Зеркало»), газету «Ольфэт» («Дружба»), еженедельник «Тильмиз» («Шакирд») на арабск» м языке. Много внимания он уделял делу реформирования народного образования. В частности, отстаивал идею перехода от старого метода обучения в мусульманских школах, к новому. Абдерашит Ибрагимов придавал важнейшее значение изучению учащимися в медресе русского языка и литературы, чтению произведений Ломоносова, Пушкина, Толстого и других русских писателей.

А. Ибрагимов был хорошо знаком с трудами таких ученых-сибироведов, как Г. Миллер, И. Фишер, И. Георги, В. Радлов, Г. Потанин, Н. Ядринцев и др. В 1908—1909 гг. он устанавливал личные контакты с профессорами Томского университета Н. Соболевым, И. Малиновским, А. Андреевым и др. Во время встреч А. Ибрагимова с ними поднимались вопросы о путях экономического, культурного развития, о перспективе организации школьного образования «инородцев» Сибири, в том числе сибирских татар. Результатом его последующих путешествий стали историко-этнографические исследования о тюркских племенах, из которых формировались сибирские татары, о роли бухарцев в Сибири, о хозяйственной деятельности, о народном образовании и культуре сибирских татар. Умер он 31 августа 1944 года в Японии.

Огромную популярность обрел житель г. Тобольска Айтмухаметов Тухтасынхаджи Сафаралеевич. Он известен как ревнитель просвещения среди мусульманского населения, гласный думы, член учетного комитета в государственном банке, казначей общества мусульман-прогрессистов. Его избирали представителем татарского населения на торжества коронации Николая II и 300-летнего юбилея Дома Романовых, он же был одним из учредителей общества мусульман-прогрессистов, на свои средства открыл школу и содержал ее. Его стараниями была построена в Тобольске каменная ныне действующая мечеть в подгорной части города на улице Большой Пиляцкой (теперь ул. Пушкина). Средства на постройку были собраны среди мусульман Тобольской губернии. По его же настоянию деревянное здание старой мечети было перестроено в помещение татарской школы, которая содержалась на средства мусульманского общества. Другую мечеть он построил в Нижних Аремзянах (Тобольский район), при этой мечети работала начальная татарская школа. Умер Тухтасынхаджи в 1915 году и похоронен в юртах Будолинских. Народ посвятил ему байты.











Заключение

Таким образом, приятие ислама было поворотным событием в жизни сибирских татар. Оно открыло путь к передовой исламской цивилизации, ислам сыграл большую роль в укреплении государства сибирских татар, содействовал избавлению сибирских татар от отжившей тенгрианской религии. Приняв ислам, татары усвоили основы мусульманского правоведения (фикх), свода мусульманского права. Важнейшее значение принятия ислама состояло в том, что в населенных пунктах открывались мечети, а при них - начальные школы (мэктэбе). Благодаря исламу здесь распространялись арабский и персидский языки, а так же арабская культура. Принятие ислама еще более сближало сибирских татар с родственными казанскими, предки которых приняли ислам еще в X в. Ислам способствовал усилению связи сибирских татар с тюрко-мусульманскими народами Средней Азии. В Западную Сибирь из Средней Азии пришли мусульманское духовенство, образованные люди, вместе с ними - религиозные светские книги. Старое руническое письмо сибирских татар было заменено более прогрессивным арабским. Появились среди сибирских татар образованные люди, распространялась грамотность.

Ислам был официальной религией в Тюменском и Сибирском ханствах, постепенно стал единственной религией сибирских татар. Ислам и его идеология, исламское сознание населения Сибирского ханства помогали выжить как народу в условиях жесточайшего экономического, национального и религиозного геноцида после завоевания земель ханства Московским государством.













Список использованной литературы

1. Бонифатьева Г., Прибыльский Ю. Имя твое – Учитель. – Тюмень: «Вектор Бук», 2005. – 224 с.

2. Государственно-конфессиональные отношения и религиозные объединения в Тюменской области: Справочник /Под. ред. В.П.Клюевой. – Тюмень, 2009. – 304 с.

3. Национальная школа сибирских татар. Хрестоматия. Том 3. – Тюмень: «Вектор Бук», 2005. – 244 с.

4. Очерки истории Тюменской области./ Под. ред. Кружинова В.М. – Тюмень, 1994. – с.241 – 251.

5. Прибыльский Ю.П. Школа тюменского края 18-20 вв. – Тобольск, 1998. – 112 с.

6. Сафаралеева Ю.У. Духовные всходы. – Тюмень: Издательство «Вектор Бук», 2008 – 200 с.

7. Сафронов В.Ю., Сладкова Л.Н. Откуда земля сибирская пошла. – Екатеринбург: «Уральский рабочий»,2001. – 381 с.

8. Ханиса Алишина. Сибирский Макаренко. / Парламентская газета «Тюменские известия». № 136












57 вебинаров для учителей на разные темы
ПЕРЕЙТИ к бесплатному просмотру
(заказ свидетельства о просмотре - только до 11 декабря)

Автор
Дата добавления 18.11.2016
Раздел История
Подраздел Научные работы
Просмотров11
Номер материала ДБ-366001
Получить свидетельство о публикации

Включите уведомления прямо сейчас и мы сразу сообщим Вам о важных новостях. Не волнуйтесь, мы будем отправлять только самое главное.
Специальное предложение
Вверх