Добавить материал и получить бесплатное свидетельство о публикации в СМИ
Эл. №ФС77-60625 от 20.01.2015

Опубликуйте свой материал в официальном Печатном сборнике методических разработок проекта «Инфоурок»

(с присвоением ISBN)

Выберите любой материал на Вашем учительском сайте или загрузите новый

Оформите заявку на публикацию в сборник(займет не более 3 минут)

+

Получите свой экземпляр сборника и свидетельство о публикации в нем

Инфоурок / Русский язык и литература / Конспекты / Литературная гостиная "Я вернусь", посвященная жизни и творчеству Константина Симонова
ВНИМАНИЮ ВСЕХ УЧИТЕЛЕЙ: согласно Федеральному закону № 313-ФЗ все педагоги должны пройти обучение навыкам оказания первой помощи.

Дистанционный курс "Оказание первой помощи детям и взрослым" от проекта "Инфоурок" даёт Вам возможность привести свои знания в соответствие с требованиями закона и получить удостоверение о повышении квалификации установленного образца (180 часов). Начало обучения новой группы: 24 мая.

Подать заявку на курс
  • Русский язык и литература

Литературная гостиная "Я вернусь", посвященная жизни и творчеству Константина Симонова

библиотека
материалов

hello_html_2330f1c9.gifМБОУ «Константиновская школа»

Симферопольского района Республики Крым


Литературная гостиная

,

посвященная 100-летию со дня рождения

Константина Михайловича Симонова


Для учащихся 8-11 классов


Коломиец Екатерина Ивановна,

заведующая школьной библиотекой


Источники:

  1. Симонов К. Живые и мертвые. Стихотворения. Т.3. – М., 2013

  2. https://ru.wikipedia.org/wiki/Симонов,_Константин_Михайлович

  3. http://www.epwr.ru/quotauthor/431/

  4. http://www.hrono.ru/biograf/bio_s/simonov.php


Цель:

Познакомить обучающихся с малоизвестными фактами из биографии К.М. Симонова;

Прививать любовь к поэзии, лирике;

Воспитывать у учащихся патриотизм;

Привлекать школьников в библиотеку;

Развивать интерес у подрастающего поколения, молодежи к книге, чтению;

Знакомить с литературным, историческим и культурным наследием;

Материалы для инсценировки: форма для майора и лейтенанта или их элементы (пилотка, фуражка), две свечи, карта, имитация рации.

Зал украсить портретом юбиляра, цветами, рисунками детей.

Предварительная работа:

Провести конкурс рисунков среди учащихся 5-7 классов, конкурс буклетов среди учащихся 8-10 классов, посвященных творчеству и жизни Константина Симонова








Добрый день, уважаемые гости.

Писателей, поэтов, прозаиков, писавших о войне очень много. Некоторые из них писали свои произведения по рассказам старшего поколения, некоторые, изучив исторические факты и придумав историю для главного героя, а есть писатели, которые прошли всю войну сами, и передавшие нам в своих произведениях свой бесценный военный опыт. Герой нашей сегодняшней гостиной о войне знает не понаслышке. Он русский писатель неограниченного размаха: поэт, киносценарист, общественный деятель, военный корреспондент, герой Социалистического Труда,  Лауреат Ленинской и шести Сталинских премий – Константин Михайлович Симонов.

Военная судьба и военный дар Константина Симонова были предопределены, казалось, еще до его рождения. Он появился на свет 28 ноября 1915 года в Петрограде, когда его отец–генерал-полковник, Михаил Агафангелович –воевал на фронтах Первой мировой. С войны Симонов-старший так и не вернулся. Долгое время мать думала, что он погиб. Позже выяснилось, что муж был ранен, потом оказался в эмиграции… Он звал ее к себе, но к тому времени она уже снова вышла замуж. Мать Кирилла, урождённая княгиня Александра Оболенская, принадлежала к небогатой, хотя и одной из самых старинных аристократических семей. Немногие фотографии донесли до нас ее элегантный, благородный, породистый облик, — тонкое лицо, изящная поза, со вкусом подобранная (в те нищие времена) одежда, — внешность, по-своему, но унаследованная сыном. Отчимом Симонова стал тоже дворянин и тоже военный – полковник царской армии Александр Иванишин после революции стал сотрудничать с большевиками, преподавал военное дело.

Детство поэта – это строгая бедность и беспощадная армейская дисциплина.

Иванищев воспитывал Симонова с пятилетнего возраста и был для него, по словам поэта, “добрым гением”. Он сумел передать ему свое отношение к жизни, суровые нравственные требования и твердую убежденность, что настоящий солдат — непременно хороший человек. Храбрость и трудолюбие, прямота и обязанность, непримиримость по отношению к лжи, лени, трусости — таковы были душевные качества солдата, которые стремился сформировать отчим. Для него армейское и истинно человеческое, высоконравственное было неразрывно. Но, в то же время, влияние Оболенских влекло Кирилла в другую сторону. В ленинградском доме своей тёти Софьи Оболенской, работницы библиотеки, он написал первое стихотворение.

Своему отчиму Симонов посвятил поэму «Отец», отрывки из которой прочтет...

Единственный и неродной…
И с первой стычки – в угол!
Теперь я знаю, что со мной
Тебе бывало туго.
  
Но взял меня ты в оборот,
В солдатскую закалку,
Как отчим струсит, не возьмет,
Как лишь отцу не жалко.
  
Отцу, который наплюет
На оханья со сплетнями:
Что не жалеет, чуть не бьет
Ребенка пятилетнего,
  
Что был родной бы, так небось
Не муштровал бы эдак!
Все злому отчиму пришлось
Слыхать от дур-соседок!
  
Не знаю, может, золотым
То детство не окрестят,
Но лично я доволен им —
В нем было все на месте.


Я знал: презрение – за лень,
Я знал: за ложь – молчание,
Такое, что на третий день
Сознаешься с отчаянья.


Пожалуй, не всегда мой труд
Был нужен до зарезу,
Но ты, отец, как жизнь, был крут,
А жизнь – она железо.


Еще я знал в тринадцать лет:
Что сказано – отрезано,
Да – это да, нет – это нет,
И спорить бесполезно.
  
Знал смолоду: есть слово – долг.
Знал с детства: есть лишения.
Знал, где не струсишь – будет толк,
Где струсишь – нет прощения!


Так в детстве понял я отца:
Солдат! Нет званья лучшего!
А остальное до конца
Уж на войне доучивал.


Отец упрямый и прямой,
Враг старости смиренной,
Злой отчим! Добрый гений мой:
Пенсионер военный.

Кирилла прельщала жизнь трудового народа, он не хотел выглядеть в глазах сверстников княжеским сыночком, потому после получения семилетнего образования Симонов оставил школу и пошёл учиться на токаря.

Его оптимистический взгляд на новую Россию вскоре подвергся суровому испытанию. Когда Кирилл окончил семилетку, отчим был арестован, а он сам и его мать были выселены из квартиры. Спустя шесть месяцев, Иванищев был освобождён и реабилитирован - произошла «ошибка». Тем не менее, в результате этого события старый военнослужащий уволился из армии и устроился на гражданскую работу в Москве. Кирилл также нашёл работу в Москве и сумел опубликовать несколько стихотворений. По совету издателя, он поступил в Литературный Институт имени Горького, который успешно закончил в 1938 году. Еще студентом по публикациям в газетах и журналах Симонов приобретает известность как талантливый поэт. первыми его крупными произведениями стали исторические поэмы "Ледовое побоище" и "Суворов" (кстати, дипломная работа в литинституте). Симонов заявил о себе громко и сразу. Первым стихотворением, принесшим ему известность уже за пределами «узких кругов», было стихотворение Генерал, посвященное памяти Матэ Залка, создавшее одну из самых устойчивых легенд симоновской биографии – о его участии в войне в Испании.

Генерал


В горах этой ночью прохладно.

В разведке намаявшись днем,

Он греет холодные руки

Над желтым походным огнем.


В кофейнике кофе клокочет,

Солдаты усталые спят.

Над ним арагонские лавры

Тяжелой листвой шелестят.


И кажется вдруг генералу,

Что это зеленой листвой

Родные венгерские липы

Шумят над его головой.


Давно уж он в Венгрии не был -

С тех пор, как попал на войну,

С тех пор, как он стал коммунистом

В далеком сибирском плену.


С тех пор он повсюду воюет:

Он в Гамбурге был под огнем,

В Чапее о нем говорили,

В Хараме слыхали о нем.


Давно уж он в Венгрии не был,

Но где бы он ни был - над ним

Венгерское синее небо,

Венгерская почва под ним.


Венгерское красное знамя

Его освящает в бою.

И где б он ни бился - он всюду

За Венгрию бьется свою.


Недавно в Москве говорили,

Я слышал от многих, что он

Осколком немецкой гранаты

В бою под Уэской сражен.


Пока еще в небе испанском

Германские птицы видны,

Не верьте: ни письма, ни слухи

О смерти его неверны.


Он жив. Он сейчас под Уэской.

Солдаты усталые спят.

Над ним арагонские лавры

Тяжелой листвой шелестят.

Путь Симонова-поэта наверх, к признанию и успеху, оказался быстрым. В начале осени 1939 года Симонов отправляется на свою первую войну – он назначен поэтом в газету «Героическая красноармейская» на Халхин-Гол. Незадолго до отъезда на фронт окончательно меняет имя и вместо изначального Кирилл берет псевдоним Константин Симонов. Причина тому самая заурядная: не выговаривая «р» и твердого «л», произнести собственное имя ему было затруднительно. Псевдоним становится литературным фактом, и вскоре имя Константин Симонов приобретает популярность.

Именно на Халхин-Голе «дозрел» талант Симонова, где из многообещающего молодого литератора он стал поэтом и солдатом.

Между двумя войнами впервые попытал свои силы в драматургии. И если первая пьеса История одной любви не принесла ему пышных лавров, то вторая – Парень из нашего города, законченная накануне Великой Отечественной, на несколько десятилетий вошла в репертуар лучших отечественных театров.

С первых дней и до конца Великой Отечественной К.М. Симонов находился, в буквальном смысле этих слов, на переднем крае. Став корреспондентом газеты "Красная звезда", он исколесил фронтовые дороги "от Черного до Баренцева моря". Те суровые годы стали для него и временем нового творческого подъема. Выходят три сборника его лирических стихотворений, среди которых получившее подлинно всенародную известность "Жди меня"; строки из него цитировали в письмах с фронта своим любимым даже люди, весьма далекие от поэзии... 

Жди меня, и я вернусь.

Только очень жди,

Жди, когда наводят грусть

Желтые дожди,

Жди, когда снега метут,

Жди, когда жара,

Жди, когда других не ждут,

Позабыв вчера.

Жди, когда из дальних мест

Писем не придет,

Жди, когда уж надоест

Всем, кто вместе ждет.


Жди меня, и я вернусь,

Не желай добра

Всем, кто знает наизусть,

Что забыть пора.

Пусть поверят сын и мать

В то, что нет меня,

Пусть друзья устанут ждать,

Сядут у огня,

Выпьют горькое вино

На помин души...

Жди. И с ними заодно

Выпить не спеши.


Жди меня, и я вернусь,

Всем смертям назло.

Кто не ждал меня, тот пусть

Скажет: - Повезло.

Не понять, не ждавшим им,

Как среди огня

Ожиданием своим

Ты спасла меня.

Как я выжил, будем знать

Только мы с тобой,-

Просто ты умела ждать,

Как никто другой.

Война стала для Симонова вершиной его лирики — и вершиной естественного исполнения им его гражданского и человеческого долга. Его героями всегда были солдаты, главные победители гитлеровского фашизма. Сегодня мы представляем вашему вниманию инсценировку стихотворения «Сын Артиллериста»

Был у майора Деева

Товарищ — майор Петров,

Дружили еще с гражданской,

Еще с двадцатых годов.

Вместе рубали белых

Шашками на скаку,

Вместе потом служили

В артиллерийском полку.


А у майора Петрова

Был Ленька, любимый сын,

Без матери, при казарме,

Рос мальчишка один.

И если Петров в отъезде,—

Бывало, вместо отца

Друг его оставался

Для этого сорванца.


Вызовет Деев Леньку:

А ну, поедем гулять:

Сыну артиллериста

Пора к коню привыкать!—

С Ленькой вдвоем поедет

В рысь, а потом в карьер.

Бывало, Ленька спасует,

Взять не сможет барьер,

Свалится и захнычет.

Понятно, еще малец!—


Деев его поднимет,

Словно второй отец.

Подсадит снова на лошадь:

Учись, брат, барьеры брать!

Держись, мой мальчик: на свете

Два раза не умирать.

Ничто нас в жизни не может

Вышибить из седла!—

Такая уж поговорка

У майора была.


Прошло еще два-три года,

И в стороны унесло

Деева и Петрова

Военное ремесло.


Десять лет пролетело.

Кончилась тишина,

Громом загрохотала

Над родиною война.

Деев дрался на Севере;

В полярной глуши своей

Иногда по газетам

Искал имена друзей.

Однажды нашел Петрова:

«Значит, жив и здоров!»

В газете его хвалили,

На Юге дрался Петров.

Потом, приехавши с Юга,

Кто-то сказал ему,

Что Петров, Николай Егорыч,

Геройски погиб в Крыму.

Деев вынул газету,

Спросил: «Какого числа?»—

И с грустью понял, что почта

Сюда слишком долго шла...


А вскоре в один из пасмурных

Северных вечеров

К Дееву в полк назначен

Был лейтенант Петров.

Деев сидел над картой

При двух чадящих свечах.

Вошел высокий военный,

Косая сажень в плечах.

В первые две минуты

Майор его не узнал.

Лишь басок лейтенанта

О чем-то напоминал.

А ну, повернитесь к свету,—

И свечку к нему поднес.

Все те же детские губы,

Тот же курносый нос.

А что усы — так ведь это

Сбрить!— и весь разговор.

Ленька?— Так точно, Ленька,

Он самый, товарищ майор!


Значит, окончил школу,

Будем вместе служить.

Жаль, до такого счастья

Отцу не пришлось дожить.—

У Леньки в глазах блеснула

Непрошеная слеза.

Он, скрипнув зубами, молча

Отер рукавом глаза.

И снова пришлось майору,

Как в детстве, ему сказать:

Держись, мой мальчик: на свете

Два раза не умирать.

Ничто нас в жизни не может

Вышибить из седла!—

Такая уж поговорка

У майора была.


А через две недели

Шел в скалах тяжелый бой,

Чтоб выручить всех, обязан

Кто-то рискнуть собой.

Майор к себе вызвал Леньку,

Взглянул на него в упор.

По вашему приказанью

Явился, товарищ майор.

Ну что ж, хорошо, что явился.

Оставь документы мне.

Пойдешь один, без радиста,

Рация на спине.

И через фронт, по скалам,

Ночью в немецкий тыл

Пройдешь по такой тропинке,

Где никто не ходил.

Будешь оттуда по радио

Вести огонь батарей.

Ясно?— Так точно, ясно.

Ну, так иди скорей.

Нет, погоди немножко.—

Майор на секунду встал,

Как в детстве, двумя руками

Леньку к себе прижал:—

Идешь на такое дело,

Что трудно прийти назад.

Как командир, тебя я

Туда посылать не рад.

Но как отец... Ответь мне:

Отец я тебе иль нет?

Отец,— сказал ему Ленька

И обнял его в ответ.


Так вот, как отец, раз вышло

На жизнь и смерть воевать,

Отцовский мой долг и право

Сыном своим рисковать,

Раньше других я должен

Сына вперед посылать.

Держись, мой мальчик: на свете

Два раза не умирать.

Ничто нас в жизни не может

Вышибить из седла!—

Такая уж поговорка

У майора была.

Понял меня?— Все понял.

Разрешите идти?— Иди!—

Майор остался в землянке,

Снаряды рвались впереди.

Где-то гремело и ухало.

Майор следил по часам.

В сто раз ему было б легче,

Если бы шел он сам.

Двенадцать... Сейчас, наверно,

Прошел он через посты.

Час... Сейчас он добрался

К подножию высоты.

Два... Он теперь, должно быть,

Ползет на самый хребет.

Три... Поскорей бы, чтобы

Его не застал рассвет.

Деев вышел на воздух —

Как ярко светит луна,

Не могла подождать до завтра,

Проклята будь она!


Всю ночь, шагая как маятник,

Глаз майор не смыкал,

Пока по радио утром

Донесся первый сигнал:

Все в порядке, добрался.

Немцы левей меня,

Координаты три, десять,

Скорей давайте огня!—

Орудия зарядили,

Майор рассчитал все сам,

И с ревом первые залпы

Ударили по горам.

И снова сигнал по радио:

Немцы правей меня,

Координаты пять, десять,

Скорее еще огня!


Летели земля и скалы,

Столбом поднимался дым,

Казалось, теперь оттуда

Никто не уйдет живым.

Третий сигнал по радио:

Немцы вокруг меня,

Бейте четыре, десять,

Не жалейте огня!


Майор побледнел, услышав:

Четыре, десять — как раз

То место, где его Ленька

Должен сидеть сейчас.

Но, не подавши виду,

Забыв, что он был отцом,

Майор продолжал командовать

Со спокойным лицом:

«Огонь!»— летели снаряды.

«Огонь!»— заряжай скорей!

По квадрату четыре, десять

Било шесть батарей.

Радио час молчало,

Потом донесся сигнал:

Молчал: оглушило взрывом.

Бейте, как я сказал.

Я верю, свои снаряды

Не могут тронуть меня.

Немцы бегут, нажмите,

Дайте море огня!


И на командном пункте,

Приняв последний сигнал,

Майор в оглохшее радио,

Не выдержав, закричал:

Ты слышишь меня, я верю:

Смертью таких не взять.

Держись, мой мальчик: на свете

Два раза не умирать.

Никто нас в жизни не может

Вышибить из седла!—

Такая уж поговорка

У майора была.


В атаку пошла пехота —

К полудню была чиста

От убегавших немцев

Скалистая высота.

Всюду валялись трупы,

Раненый, но живой

Был найден в ущелье Ленька

С обвязанной головой.

Когда размотали повязку,

Что наспех он завязал,

Майор поглядел на Леньку

И вдруг его не узнал:

Был он как будто прежний,

Спокойный и молодой,

Все те же глаза мальчишки,

Но только... совсем седой.


Он обнял майора, прежде

Чем в госпиталь уезжать:

Держись, отец: на свете

Два раза не умирать.

Ничто нас в жизни не может

Вышибить из седла!—

Такая уж поговорка

Теперь у Леньки была...


Вот какая история

Про славные эти дела

На полуострове Среднем

Рассказана мне была.

А вверху, над горами,

Все так же плыла луна,

Близко грохали взрывы,

Продолжалась война.

Трещал телефон, и, волнуясь,

Командир по землянке ходил,

И кто-то так же, как Ленька,

Шел к немцам сегодня в тыл.

Победу двадцатидевятилетний Симонов встретил уже знаменитым писателем, лауреатом Сталинских премий, самым молодым из руководителей Союза Писателей, автором известных стихов, пьес, прозы, переводимой на разные языки.

Именно годы страшного лихолетья дали Симонову возможность реализовать образ настоящего мужчины. Настоящий мужчина знает войну. Настоящий мужчина любит и защищает родину. Настоящий мужчина умеет дружить и ценить настоящую дружбу. Настоящий мужчина любит настоящую женщину.

Первым браком Симонов был женат на Евгении Ласкиной хрупкой, изящной, насмешливой женщине. В 1939-м у них родился сын, — тогда же Симонов знакомится со знаменитой Валентиной Серовой, молодой вдовой недавно погибшего летчика Анатолия Серова. Отношения с Серовой, знаменитой по картине “Девушка с характером”, увенчались не только браком, но и принесли Симонову оглушительную популярность стихами. Но брак распался, и вместе с ним навсегда ушла любовная симоновская лирика — больше ничего подобного тому эмоциональному взлету с Симоновым не случится.

Я очень тоскую, 
Я б выискать рад
 
Другую такую,
 
Чем ехать назад.

Чтоб так же смеялся 
И пел ее рот,
 
Чтоб век я боялся,
 
Что вновь не придет.

Где взять мне такую, 
Чтоб все ей простить,
 
Чтоб жить с ней, рискуя
 
Недолго прожить?

Чтоб с каждым рассветом, 
Вставая без сна,
 
Таким же отпетым
 
Бывать, как она.

Чтоб, встретясь с ней взглядом 
В бессонной тиши,
 
Любить в ней две рядом
 
Живущих души.

Не знать, что стрясется 
С утра дотемна,
 
Какой обернется
 
Душою она.

Я, с нею измучась, 
Не зная, как жить,
 
Хотел свою участь
 
С другой облегчить.

Но чтобы другою 
Ее заменить,
 
Вновь точно такою
 
Должна она быть;

А злой и бесценной, 
Проклятой, - такой
 
Нет в целой вселенной
 
Второй под рукой.

Отгремели последние залпы Великой Отечественной. В эти непростые для страны годы, когда на политическом горизонте замаячила тень новой, "холодной" войны, К.М. Симонов побывал в ряде стран Европы, США и Канаде, Китае и Японии, выступая страстным пропагандистом мира и дружбы между народами. Общественная деятельность, работа в правлении Союза писателей, руководство журналом "Новый мир" и "Литературной газетой"… Поразительно, как Симонову удавалось на протяжении десятилетий заниматься всем этим и многим другим без ущерба собственному творчеству, поистине многогранному. Поэт, прозаик, драматург, он был еще публицистом, критиком, переводчиком, писал киносценарии, оставил интереснейшие дневники и воспоминания. Жадный до всего нового, не обошел вниманием и молодую "музу" телевидения, создав для голубого экрана цикл волнующих передач"Солдатские мемуары"...

Но "удачник" Симонов испытал и опалу. В конце 50-х годов ему пришлось срочно уехать долой с глаз правительства, которому он не угодил, в частности, слишком настойчивой памятью о жертвах, которые принес народ в годы войны. Во время войны слово "Ташкент" стало синонимом понятия "эвакуация". Подполковник Константин Симонов отправился в эвакуацию после Победы. 

Дом друзей, куда можно зайти безо всякого,

Где и с горя, и с радости ты ночевал,

Где всегда приютят и всегда одинаково,

Под шумок, чем найдут, угостят наповал.


Где тебе самому руку стиснут до хруста,

А подарок твой в угол засунут, как хлам;

Где бывает и густо, бывает и пусто,

Чего нет - того нет, а что есть - пополам.


Дом друзей, где удач твоих вовсе не ценят

И где счет неудачам твоим не ведут;

Где, пока не изменишься сам,- не изменят,

Что бы ни было - бровью не поведут!


Где, пока не расскажешь, допросов не будет,

Но попросишь суда - прям, как штык, будет суд;

Где за дерзость - простят, а за трусость - засудят,

И того, чтобы нос задирал, не снесут!


Дом друзей!- в нем свои есть заботы, потери -

Он в войну и с вдовством, и с сиротством знаком,

Но в нем горю чужому открыты все двери,

А свое, молчаливое,- век под замком.


Сколько раз в твоей жизни при непогоде

Он тебя пригревал - этот дом, сколько раз

Он бывал на житейском большом переходе

Как энзэ - как неприкосновенный запас!


Дом друзей! Чем ему отплатить за щедроты?

Всей любовью своей или памятью, всей?

Или проще - чтоб не был в долгу у него ты,

Сделать собственный дом тоже домом друзей?


Я хотел посвятить это стихотворенье

Той семье, что сейчас у меня на устах,

Но боюсь - там рассердятся за посвященье,

А узнать себя - верно узнают и так!

Никогда Константин Михайлович Симонов не был кумиром, зато всегда — живым пульсирующим генератором антивоенного гуманизма особого рода: от имени человека, повидавшего все уродства войны, он звал не к пацифизму, а к умению жертвенно сражаться в защиту семьи, народа, сохранения мира.

Умер К.М. Симонов до обидного рано, в 1979 году. Он завещал сжечь свой прах и пепел рассыпать по полю, на котором он чудом остался живым в одном из сражений...

Завершит нашу литературную гостиную Песня военных корреспондентов

ПЕСНЯ ВОЕННЫХ КОРРЕСПОНДЕНТОВ

От Москвы до Бреста

Нет такого места,

Где бы не скитались мы в пыли.

С лейкой и с блокнотом,

А то и с пулеметом

Сквозь огонь и стужу мы прошли.

Без глотка, товарищ,

Песню не заваришь,

Так давай по маленькой нальем.

Выпьем за писавших,

Выпьем за снимавших,

Выпьем за шагавших под огнем!


Есть, чтоб выпить, повод —

За военный провод,

За У-2, за эмку, за успех.

Как пешком шагали,

Как плечом толкали,

Как мы поспевали раньше всех.

От ветров и водки

Хрипли наши глотки,

Но мы скажем тем, кто упрекнет:

«С наше покочуйте,

С наше поночуйте,

С наше повоюйте хоть бы год!»


Там, где мы бывали,

Нам танков не давали —

Но мы не терялись никогда.

На пикапе драном

И с одним наганом

Первыми въезжали в города.

Так выпьем за победу,

За нашу газету.

А не доживем, мой дорогой,

Кто-нибудь услышит,

Снимет и напишет,

Кто-нибудь помянет нас с тобой!




Автор
Дата добавления 14.03.2016
Раздел Русский язык и литература
Подраздел Конспекты
Просмотров127
Номер материала ДВ-527747
Получить свидетельство о публикации

Выберите специальность, которую Вы хотите получить:

Обучение проходит дистанционно на сайте проекта "Инфоурок".
По итогам обучения слушателям выдаются печатные дипломы установленного образца.

ПЕРЕЙТИ В КАТАЛОГ КУРСОВ

Похожие материалы

Включите уведомления прямо сейчас и мы сразу сообщим Вам о важных новостях. Не волнуйтесь, мы будем отправлять только самое главное.
Специальное предложение
Вверх