Инфоурок / Русский язык / Презентации / Литературная композиция "Юлия Друнина"

Литературная композиция "Юлия Друнина"

Курсы профессиональной переподготовки
124 курса

Выдаем дипломы установленного образца

Заочное обучение - на сайте «Инфоурок»
(в дипломе форма обучения не указывается)

Начало обучения: 29 ноября
(набор групп каждую неделю)

Лицензия на образовательную деятельность
(№5201 выдана ООО «Инфоурок» 20.05.2016)


Скидка 50%

от 13 800  6 900 руб. / 300 часов

от 17 800  8 900 руб. / 600 часов

Выберите квалификацию, которая должна быть указана в Вашем дипломе:
... и ещё 87 других квалификаций, которые Вы можете получить

Получите наградные документы сразу с 38 конкурсов за один орг.взнос: Подробнее ->>

библиотека
материалов

МОУ «СОШ № 4 г.Новоузенска»













Мероприятие, посвященное писательнице Великой Отечественной войны

Ю. Друниной «Душа обязана трудиться», проведенное в 5 «Б» классе









16.04.2011 г. Учитель Асанова С.Ж.












« Душа обязана трудиться»

1-й участник. Мы расскажем о поэтессе Юлии Друниной, прошедшей санитаркой всю войну и сохранившей о ней память на всю жизнь. Юлия Друнина принадлежит к поколению, юность которого проходила испытание на зрелость на фронтовых дорогах Великой Отечественной войны 17- летний выпускницей одной из московских школ она, как и многие ее сверстницы, в 1941 году добровольно ушла на фронт бойцом санитарного взвода.

2-й участник. Был строг безусый батальонный,

Не по-мальчишески суров.

Ах, как тогда горели клены!-

Не в переносном смысле слов.

Измученный, седой от пыли,

Он к нам, хромая, подошел.

( Мы под Москвой окопы рыли-

Девчонки из столичных школ.)

Сказал впрямую; « В ротах жарко.

И много раненых… Так вот-

Необходима! Кто пойдет?»

И все мы «Я!» сказали сразу,

Как по команде, в унисон

Был строг комбат- студент инизя,

А тут вдруг улыбнулся он.

- Пожалуй, новым батальоном

Командовать придется мне!

Ах, как тогда горели клены!-

Как в страшном сне, как в страшном сне!

3-й участник. Из воспоминаний поэта Николая Старшинова: «В ее характере наиболее яркими чертами были решительность и твердость. Если уж она что решила, ничем ее не собьешь. Николай силой. Наверное, это особенно проявилось, когда она добровольцем уходила на фронт. Их семью тогда эвакуировали из Москвы в Заводоуковку Тюменской области, они едва успели кое-как там устроиться, и родители- школьные учителя- были категорически против этого ее шага. Тем более единственный ребенок в семье, да еще очень поздний: отцу тогда было уже за 60, он там в Заводоуковке и умер…»

4-й участник.

Я ушла из детства в грязную теплушку,

В эшелон пехоты, в санитарный взвод.

Дальние разрывы слушал и не слушал

Ко всему привыкший 41-й год.

Так сказала она о себе в 1942 году. И поздние в ее стихах будет звучать этот мотив ухода из детства в огонь войны, из которой она не возвратилась даже через годы и десятилетия.

(Звучит запись песни « Эх, дороги…» - 1-й куплет.)

1-й участник. Качается рожь несжатая,

Шагают бойцы по ней.

Шагаем и мы - девчата,

Похожие на парней.

Нет, это горят не хаты-

То юность моя в огне.

Идут по войне девчата,

Похожие на парней.

3-й участник. « Надо еще подчеркнуть, кем на войне Юля была. Медсестрой, санитаркой в пехоте, самом неблагоустроенном роде войск, и не где- нибудь в госпитале, а на самой передовой, в пекле, где под огнем приходилось некрепкими девичьими руками вытаскивать тяжеленных раненых. Смертельная опасность и тяжелый труд вместе. В общем, намучилась и насмотрелась».

1-й участник. Четверть роты уже скосила…

Распростёртая на снегу,

Плачет девочка от бессилья,

Задыхается: «Не могу!»

Тяжеленный попался малый,

Сил тащит его больше нет…

(Санитарочке той усталой

Восемнадцать сравнялось лет.)

Отлежишься. Обдуется ветром.

Станет легче дышать чуть-чуть.

Сантиметр за сантиметром

Ты продолжишь свой крестный путь.

Между жизнью и смертью грани-

До чего же хрупки они…

Так приди же, солдат, в сознанье,

На сестренку хоть раз взгляни!

Если вас не найдут снаряды,

Не добьет диверсанта нож,

Ты получишь, сестра, награда-

Человек опять спасешь.

Он вернется из лазарета,

Снова ты обманула смерть.

И одно лишь сознанье это

Всю-то жизнь тебя будет греть.

4-й участник. Этих нелегких военных буднях к фронтовых девчатам и к Юлии приходит первое робкое чувство любви.

Ко мне в окоп сквозь минные разрывы

Незваной гостьей забрела любовь.

Не знала я, что можно быть счастливой

У дымных Сталинградских берегов.

Мои неповторимые рассветы!

Крутой разгон мальчишеских дорог.

Опять горит обветренное лето,

Опять осколки падают у ног.

По - сталинградски падают осколки,

А я одна, наедине с судьбой.

Порою Вислу называю Волгой,

Но никого не спутаю с тобой.

2-й участник

Ждала тебя. И верила . И знала:

Мне нужно верить, чтобы пережить

Бои, походы, вечную усталость,

Ознобные могилы- блиндажи.

Пережила. И встреча под Полтавой.

Окопный май. Солдатский неуют.

В уставах не записанное право

На поцелуй, на пять моих минут.

Минута счастья делим на двоих

Пусть - артналет, пусть смерть от нас на волос.

Разрыв! А рядом – нежность глаз твоих

И ласковый срывающий голос.

Минута счастья делим на двоих…

3-й участник. Из воспоминаний Н. Старшинова: « В газетах того времени нередко писалось, что поголовно все выздоравливающие из госпиталей рвались обратно на фронт. Увы, не все. Я помню, как при мне двое контуженных в палате симулировали потерю речи, чтобы не возвращаться в этот ад … А Юля дважды туда ходила добровольцем. Её тяжело ранили, осколок перебил сонную артерию – прошел буквально в двух миллиметрах. Но, едва поправившись, опять рванула на передовую. Только после второго ранения ее списали вконец, тогда она и пришла в Литинститут».

1-й участник. Тот осколок, ржавый и щербатый,

Мне прислала, как повестку, смерть…

Только б дотащили до санбата.

Не терять сознание, не сметь!

А с носилок свешивались косы –

Для чего их, дурра, берегла?

Вот багровый дождь ударил косо,

Подступила, затопила мгла…

Ничего! Мне только восемнадцать.

Я еще не кончила войну.

Мне еще к победе пробиваться

Сквозь снегов и марли белизну!

3-й участник. О своем знакомстве с Юлией Друниной рассказывает поэт Н. Старшинов: «Это было в конце 1944 года в Литературном институте им. М. Горьгкого, куда я пришел на костылях прямо из госпиталя весной, а она- несколькими месяцами позже. Ходила, как и многие из нас, в солдатских кирзовых сапогах, в поношенной гимнастике, в шинели».

5-й участник.

Возвратившись с фронта в 45-м,

Я стеснялась стоптанных сапог

И своей шинели перемятой,

Пропыленной пылью всех дорог.

Мне теперь уже и непонятно,

Почему так мучили меня

На руках пороховые пятна

Да следы железа и огня…

2-й участник.

Я принесла домой с фронтов России

Веселое презрение к тряпью.

Как норковую шубку я носила

Шинельку обгоревшую свою.

Пусть на локтях топорщилась заплатки,

Пусть сапоги протерлись- не беда!

Такой нарядной и такой богатой

Я позже не бывала никогда!

3-й участник. « В быту она была, как, впрочем, и многие поэтессы, довольно неорганизованной. Хозяйством заниматься не любила. Хотя могла очень неплохо приготовить обед, если было из чего.

По редакциям не ходила, даже не знала, где многие из них находятся и кто в них ведает поэзией. А между тем ее фронтовые стихи произвели сильное впечатление в конце войны и сразу после ее завершения. Мы все знали наизусть ее « Зинку».

Зинка

Памяти однополчанки-

Героя Советского Союза

Зины Самсоновой

4-й участник.

Мы легли у разбитой ели,

Ждем, когда же начнет светлеть.

Под шинелью вдвоем теплее

Над продрогшей, гнилой земле.

2-й участник.

- Знаешь, Юлька, я – против грусти,

Но сегодня она – не в счет.

Дома, в яблочном захолустье

Мама, мамка моя живет.


У тебя есть друзья, любимый.

У меня – лишь она одна.

Пахнет в хате квашней и дымом,

За порогом бурлит весна.

Старой кажется: каждый кустик

Беспокойную дочку ждет…

Знаешь, Юлька, я – против грусти,

Но сегодня она – не в счет.

4-й участник.

Отогрелись мы еле-еле.

Вдруг – нежданный приказ: «Вперед!»

Снова рядом в сырой шинели

Светлокосый солдат идет.


С каждым днем становилось горше.

Шли без митингов и знамен.

В окруженье попал под Оршей

Наш потрепанный батальон.


Зинка нас повела в атаку,

Мы пробились по черной ржи,

По воронкам и буеракам,

Через смертные рубежи.

(Затемнение, грохот разрывов.)

Мы не ждали посмертной славы.

Мы хотели со славой жить.

Почему же в бинтах кровавых

Светлокосый солдат лежит?


Ее тело своей шинелью

Укрывала я, губы сжав,

Белорусские ветры пели

О рязанских глухих садах.


Знаешь, Зинка, я – против грусти,

Но сегодня она – не в счет.

Где-то в яблочном захолустье

Мама, мамка твоя живет.


У меня есть друзья, любимый,

У нее ты была одна.

Пахнет в хате квашней и дымом,

За порогом бурлит весна.


И старушка в цветастом платье

У иконы свечу зажгла.

Я не знаю, как написать ей,

Чтоб тебя она не ждала?

Звучит запись песни «Тишина» в исполнении ансамбля «Ариэль»: «Соловьи, не пойте больше песен, соловьи…»)

3-й участник. С последних дней Отечественной до последних своих дней Юля не могла оторваться от войны. И в стихах, даже в пейзажных или любовных зарисовках, то и дело возникали у нее многие подробности военных дней.

Все грущу о шинели,

Вижу дымные сны –

Нет, меня не сумели

Возвратить из войны.


Дни летят, словно пули,

Как снаряды – года…

До сих пор не вернули,

Не вернут никогда.


И куда же мне деться?

Друг убит на войне,

А замолкшее сердце

Стало биться во мне.

(звучит в записи 1- куплет песни «Где же вы теперь, друзья-однополчане?».)

5-й участник.

Я хочу забыть вас, полковчане,

Но на это не хватает сил,

Потому что мешковатый парень

Сердцем амбразуру заслонил.

Потому что полковое знамя

Раненая девушка несла –

Скромная толстушка из Рязани,

Из совсем обычного села.

Все забыть. И только слушать песни.

И бродить часами на ветру…

Где же мой застенчивый ровесник,

Наш не многословный политрук?

Я хочу забыть свою пехоту.

Я забыть пехоту не могу.

Беларусь. Горящие болота.

Мертвые шинели на снегу.

5-й участник . В хмурый зябкий осенний день 1991 года поэтесса Юлия Друнина ушла из жизни по собственной воле. Почему же? Почему обаятельный, жизнерадостный человек, участник войны, до того не сломленный испытаниями и невзгодами, вдруг потерял точку опоры и сознательно идет на непоправимый, невозвратный шаг? Может быть в посмертной книге, названной «Судный час», мы найдем ответ?

4-й участник.

Судный час

Покрывается сердце инеем –

Очень холодно в судный час…

А у вас глаза, как у инока –

Я таких не встречала глаз.


Ухожу, нету сил.

Лишь издали

(Все же крещеная!)

Помолюсь

За таких вот, как вы –

За избранных

Удержать над обрывом Русь.


Но боюсь, что и вы бессильны.

Потому выбираю смерть.

Как летит под откос Россия,

Не могу, не хочу смотреть!

(Звучит 1-й куплет песни «Живи страна» в исполнении М. Распутиной)

4-й участник.

Прозрачных пальцев нервное сплетенье,

Крутой излом бровей, усталость век,

И голос - тихий, как сердцебиенье,-

Такой ты мне запомнилась навек…

Была красивой – не была счастливой,

Бесстрашная – застенчивой была…

Политехнический… Оваций взрывы.

Студенчества растрепанные гривы.

Поэты на эстраде, у стола.

Ну, Юля, сядь с ведущим рядом,

Но ты с досадой морщишься:

Не надо!

Я лучше – сзади, во втором ряду –

Вот так всегда: ты не рвалась стать « первой»,

Дешевой славы не искала, нет,

Поскольку каждой жилкой, каждым нервом

Была ты Божьей помощью поэт.

БЫЛА! – Трагичней не придумать слова,

В нем безнадежность и тоска слились.

Была. Сидела рядышком… И снова

Я всматриваюсь в темноту кулис.

Быть может, ты всего лишь запоздала

И вот сейчас на цыпочках войдешь,

Чтоб, зашептавшись и привстав, из зала

Тебе заулыбалась молодежь…

С самой собой играть бесцельно в прятки.

С детсада я не верю в чудеса.

Да, ты ушла. Со смерти взятки гладки.

Звучат других поэтов голоса.

Иные голосистей. Правда это.

Но только утверждаю я одно:

И самому горластому поэту

Твой голос заглушить не суждено,-

Твой голос – тихий, как сердцебиенье.

В нем чувствуется школа поколений,

Науку скромности прошедших на войне –

Тех, кто свою « карьеру» начинали

В сырой землянке – не в концертном зале,

И не в огне реклам – в другом огне…

Эти строки написала Юлия Друнина о поэтессе Веронике Тушновой, но они и о ней самой.



Самые низкие цены на курсы переподготовки

Специально для учителей, воспитателей и других работников системы образования действуют 50% скидки при обучении на курсах профессиональной переподготовки.

После окончания обучения выдаётся диплом о профессиональной переподготовке установленного образца с присвоением квалификации (признаётся при прохождении аттестации по всей России).

Обучение проходит заочно прямо на сайте проекта "Инфоурок", но в дипломе форма обучения не указывается.

Начало обучения ближайшей группы: 29 ноября. Оплата возможна в беспроцентную рассрочку (10% в начале обучения и 90% в конце обучения)!

Подайте заявку на интересующий Вас курс сейчас: https://infourok.ru


Общая информация

Номер материала: ДБ-092370
Курсы профессиональной переподготовки
124 курса

Выдаем дипломы установленного образца

Заочное обучение - на сайте «Инфоурок»
(в дипломе форма обучения не указывается)

Начало обучения: 29 ноября
(набор групп каждую неделю)

Лицензия на образовательную деятельность
(№5201 выдана ООО «Инфоурок» 20.05.2016)


Скидка 50%

от 13 800  6 900 руб. / 300 часов

от 17 800  8 900 руб. / 600 часов

Выберите квалификацию, которая должна быть указана в Вашем дипломе:
... и ещё 87 других квалификаций, которые Вы можете получить

Похожие материалы

Получите наградные документы сразу с 38 конкурсов за один орг.взнос: Подробнее ->>