Барковская Елена Павловна, учитель русского языка и литературы Майбалыкской средней школы района Магжана Жумабаева Северо- Казахстанской области.

Урок-концерт по творчеству М.И. Цветаевой «Если душа родилась крылатой…»

Цели урока: Сформировать представление о личности и своеобразии поэтического мира М.И. Цветаевой, о ее биографии и ее поэтической эволюции; оставить яркое впечатление от таланта поэтессы; работать над выразительностью слова; вырабатывать самостоятельность на уроке.

Вступительное слово учителя: В один из московских осенних дней 1910 года из Трехпрудного переулка, что близ Патриарших прудов, вышла невысокая круглолицая гимназистка, пересекла у Никитских ворот Тверской бульвар и направилась в Леонтьевский переулок, где помещалась типография Мамонтова. В руках у нее была внушительная стопка стихов, в душе – дерзость и нерешительность – «Гордость и робость», что пронзали всю её последующую жизнь и поступки. В этот знаменательный день, точная дата его, к сожалению, не установлена, Марина Цветаева, которой 26 сентября по старому стилю исполнилось восемнадцать лет,  постучалась в двери русской литературы.

Чтец: «Красною кистью рябина зажглась…»

1 ведущий: Марина Цветаева родилась 26 сентября 1892 года в Москве. Отец – профессор Московского университета Иван Владимирович Цветаев – замечательный ученый – филолог, основатель знаменитого музея изобразительных искусств на Волхонке. Будучи уже немолодым человеком, Иван Владимирович похоронил горячо любимую жену, от которой остались сын и дочь, и женился вторично, продолжая любить ушедшую. Этого не знали, но чувствовали, а потом поняли его дочери от второго брака – Марина и Анастасия. Впрочем, отец был нежно привязан к их матери – Марии Александровне, урожденной Мейн, женщине романтической, одаренной и самоотверженной, расставшейся в юности с любимым человеком. «Счастливая пора детства» была связана с рождественскими елками, с первыми книгами и рассказами матери, с «живыми картинами»; летние «золотые деньки»  протекали в старинном городке Тарусе на Оке…

2 ведущий: Благополучие покинуло семью в тот год, когда Марине исполнилось десять лет. Мария Александровна заболела чахоткой; здоровье ее требовало теплого, мягкого климата, и с осени 1902 года семья уехала за границу.  Мария Александровна лечилась в Италии, Швейцарии и Германии; Марина и Ася жили и учились в частных пансионах этих стран. Иван Владимирович разрывался между Москвой и заграницей. Тоска полусиротства чередовалась с впечатлениями от недолговечных дружб, перемен мест и неизведанных красот прелестного итальянского Нерви, швейцарских величественных Альп, сказочного германского Шварцвальда. Одиночество на людях – слишком рано познала юная Цветаева этот парадокс жизни, раздвоивший ее душу. Мечтательная девочка, ищущая уединения, нуждающаяся в ласке, она редко бывала одна. Она всю жизнь будет стремиться к блаженному, в мире не существующему одиночеству и одновременно, словно спасаясь от него, постоянно искать общения, вечно встречаясь не с теми, сетовать, разочаровываться и вновь искать, ненадолго обретать и неизбежно терять, оставаясь в постоянном зачарованном кругу собственной отчужденности.

1 ведущий: Стихи, написанные в юности, рассказы, дневники… Если б чудом можно было воссоздать весь тот хаос переживаний и впечатлений, что царил тогда в ее сердце и голове, и все, что она поверяла бумаге, получился бы объемистый сумбурный психологический роман. И, вероятно, в детской гордой и робкой душе Марины созревал честолюбивый замысел: войти в мир литературы со своим миром, со своим словом, рассказать, что она пережила…    

Чтец: «В пятнадцать лет»

2 ведущий: И она собрала стопку стихов – исповедь души за последние два года, отнесла в Леонтьевский, заплатила за печатание пятисот экземпляров и через месяц уже держала в руках довольно неказистую книгу в сине-зеленой картонной обложке под названием «Вечерний альбом».

Чтец: «Молитва»

1 ведущий: Итак, она вступила на путь, откуда сделать шаг назад было невозможно. Она послала свою книгу Брюсову, Волошину, в издательство «Мусагет». Это была большая смелость: отправить полудетские стихи Брюсову «с просьбой посмотреть». Но ведь уже тогда Цветаева бессознательно следовала девизу, который отчеканила позже: «Единственная обязанность на земле человека – правда всего существа».

2 ведущий: Бесстрашная и безоглядная правдивость и искренность во всем были всю жизнь ее радостью и горем, ее крыльями и путами, ее волей и пленом, ее небесами и преисподней… Эта наивная первозданность, создавая особое обаяние непосредственности, подкупила читателей «Вечернего альбома». На книгу последовали отклики М. Волошина, Н. Гумилева, В. Брюсова и других – отклики одобрительные и ожидающие дальнейшего.

Чтец: «Моим стихам, написанным так рано…»

1 ведущий: В один день с Мариной, но годом позже – 26 сентября 1893 года – родился ее муж – Сергей Яковлевич Эфрон. Сергей – студент первого курса медицинского института. Они встретились, когда ей было 18, ему - 17 лет. Полюбили друг друга. Они встретились 11 мая 1911 года на пустынном, усыпанном мелкой галькой Коктебельском берегу. Она собирала камешки, он стал помогать ей – грустный, кроткий красавец-юноша, с поразительными, огромными, с пол- лица глазами. Заглянув в них и прочтя все наперед, Марина загадала, если он подойдет к ней и подарит сердолик, она выйдет за него замуж. Конечно, сердолик этот он нашел сразу, вложил ей в ладонь изнутри освещенный круглый камень, который она хранила всю жизнь.

Чтец: «Ждут нас пыльные дороги…»

2 ведущий: Обвенчались Марина и Сергей в январе 1912 года и короткий промежуток между встречей и началом первой мировой войны был единственным в их жизни периодом бесконечного счастья.

Чтец: «Я с вызовом ношу его кольцо…»

1 ведущий: 5 сентября 1912 года, в половине шестого утра, под звон колокола родилась Аля. Ариадна Эфрон. Дочь! Девочка! Царица бала!               

2 ведущий: Первая мировая война. Сергей отправляется на фронт с санитарным поездом в качестве брата милосердия. В годы гражданской войны связь между Мариной и Сергеем прервалась почти полностью.

Чтец: «Сегодня ночью я одна в ночи».

1 ведущий: 1922 год – год отъезда Цветаевой из России. Из мира, где ее стихи были кому-то нужны. По всем городам и пригородам Марина прошла инкогнито. Не узнанная, не признанная ни Берлином, ни Прагой, ни Парижем. Если бы она была эмигранткой, а не слыла ей, то как-нибудь прижилась  на чужбине среди своих. Если бы она не была собой!

Чтец: «Тоска по Родине»

2 ведущий:  Прошлое не знает сослагательного наклонения, поэтому бессмысленно задавать вопрос: как сложилась бы судьба Марины Цветаевой, если бы ее муж, Сергей Эфрон не пошел в Белую армию, а после поражения не оказался бы в эмиграции; но почти несомненно, что ее отъезд был вызван его отъездом. Возвращение – тем паче. Бывший белый офицер стал агентом советских спецслужб, участвовал в подпольных силовых акциях, а когда возникла угроза ареста, вместе с дочерью бежал в СССР.

1 ведущий: В 1939 году Марина Ивановна последовала за ними. Ее семья наконец воссоединилась; все вместе жили в подмосковном поселке Болшево. Но это последнее счастье длилось недолго: в августе арестовали дочь, в октябре - мужа. Странно-наивная надежда вернуться на родину «желанным и жданным гостем» не сбылась. Книги, которые она привезла, никто не собирался печатать. Эмигрантская нищета сменилась нищетой советской, едва ли не более горькой и унизительной.  В эвакуации, в Елабуге, ей не дали даже места посудомойки… здесь, в Елабуге, и настиг ее «одиночества верховный час». Измученная, 31 августа 1941 года Марина Цветаева покончила с собой.

Чтец:

         Знаю, умру на заре!  На которой из двух?

          Вместе с которой из двух – не решить по заказу!

          Ах, если б можно, чтоб дважды мой факел потух!

          Чтоб на вечерней заре и на утренней сразу!

          Пляшущим шагом прошла по земле! Неба дочь!

          С полным передником роз! – Ни ростка не наруша!

          Знаю, умру на заре! – Ястребиную ночь

          Бог не пошлет на мою лебединую душу!

          Нежной рукой отведя нецелованый крест,

          В щедрое небо рванусь за последним приветом.

          Прорезь зари – и ответной улыбки прорез…

          Я и в предсмертной икоте останусь поэтом!