Инфоурок Литература Другие методич. материалыМатериалы для изучения главы "Максим Максимыч" (роман М. Ю. Лермонтова "Герой нашего времени"

Материалы для изучения главы "Максим Максимыч" (роман М. Ю. Лермонтова "Герой нашего времени"

Скачать материал
Выберите документ из архива для просмотра:

Выбранный для просмотра документ Вопросы по главе (раздаточный материал для обучающихся).docx

библиотека
материалов

Вопросы по главе «Максим Максимыч»

1. Кто герои главы?

2. Где происходят события?

3. С кем рассказчик встретился во Владикавказе?

4. Кто прибыл во Владикавказ вместе с оказией?

5. Чего ожидал Максим Максимыч от Печорина?

6. Дождался ли Максим Максимыч встречи с Печориным в день его приезда во Владикавказ?

7. Когда Максим Максимыч встретился с Печориным?

8. Что необычного было в портрете Печорина?

9. Как Печорин вёл себя во время встречи с Максимом Максимычем?

10. Почему Максим Максимыч был расстроен после встречи с Печориным?



Вопросы по главе «Максим Максимыч»

1. Кто герои главы?

2. Где происходят события?

3. С кем рассказчик встретился во Владикавказе?

4. Кто прибыл во Владикавказ вместе с оказией?

5. Чего ожидал Максим Максимыч от Печорина?

6. Дождался ли Максим Максимыч встречи с Печориным в день его приезда во Владикавказ?

7. Когда Максим Максимыч встретился с Печориным?

8. Что необычного было в портрете Печорина?

9. Как Печорин вёл себя во время встречи с Максимом Максимычем?

10. Почему Максим Максимыч был расстроен после встречи с Печориным?



Вопросы по главе «Максим Максимыч»

1. Кто герои главы?

2. Где происходят события?

3. С кем рассказчик встретился во Владикавказе?

4. Кто прибыл во Владикавказ вместе с оказией?

5. Чего ожидал Максим Максимыч от Печорина?

6. Дождался ли Максим Максимыч встречи с Печориным в день его приезда во Владикавказ?

7. Когда Максим Максимыч встретился с Печориным?

8. Что необычного было в портрете Печорина?

9. Как Печорин вёл себя во время встречи с Максимом Максимычем?

10. Почему Максим Максимыч был расстроен после встречи с Печориным?


Вопросы по главе «Максим Максимыч»

1. Кто герои главы?

2. Где происходят события?

3. С кем рассказчик встретился во Владикавказе?

4. Кто прибыл во Владикавказ вместе с оказией?

5. Чего ожидал Максим Максимыч от Печорина?

6. Дождался ли Максим Максимыч встречи с Печориным в день его приезда во Владикавказ?

7. Когда Максим Максимыч встретился с Печориным?

8. Что необычного было в портрете Печорина?

9. Как Печорин вёл себя во время встречи с Максимом Максимычем?

10. Почему Максим Максимыч был расстроен после встречи с Печориным?



Вопросы по главе «Максим Максимыч»

1. Кто герои главы?

2. Где происходят события?

3. С кем рассказчик встретился во Владикавказе?

4. Кто прибыл во Владикавказ вместе с оказией?

5. Чего ожидал Максим Максимыч от Печорина?

6. Дождался ли Максим Максимыч встречи с Печориным в день его приезда во Владикавказ?

7. Когда Максим Максимыч встретился с Печориным?

8. Что необычного было в портрете Печорина?

9. Как Печорин вёл себя во время встречи с Максимом Максимычем?

10. Почему Максим Максимыч был расстроен после встречи с Печориным?



Вопросы по главе «Максим Максимыч»

1. Кто герои главы?

2. Где происходят события?

3. С кем рассказчик встретился во Владикавказе?

4. Кто прибыл во Владикавказ вместе с оказией?

5. Чего ожидал Максим Максимыч от Печорина?

6. Дождался ли Максим Максимыч встречи с Печориным в день его приезда во Владикавказ?

7. Когда Максим Максимыч встретился с Печориным?

8. Что необычного было в портрете Печорина?

9. Как Печорин вёл себя во время встречи с Максимом Максимычем?

10. Почему Максим Максимыч был расстроен после встречи с Печориным?


Выбранный для просмотра документ Герои главы.docx

библиотека
материалов

Печорин (Григорий Александрович)

Максим Максимыч

Рассказчик


Выбранный для просмотра документ Максим Максимыч (глава в скоращении).docx

библиотека
материалов

ГЕРОЙ НАШЕГО ВРЕМЕНИ

II. Максим Максимыч


Расставшись с Максимом Максимычем, я к ужину поспел в Владыкавказ.

Я остановился в гостинице.

Мне объявили, что я должен прожить тут еще три дня, ибо «оказия» из Екатеринограда ещё не пришла и, следовательно, отправляться обратно не может. И я, для развлечения вздумал записывать рассказ Максима Максимыча о Бэле, не воображая, что он будет первым звеном длинной цепи повестей. А вы, может быть, не знаете, что такое «оказия»? Это прикрытие, состоящее из полроты пехоты и пушки, с которыми ходят обозы через Кабарду из Владыкавказа в Екатериноград.

Первый день я провел очень скучно; на другой рано утром въезжает на двор повозка… А! Максим Максимыч!.. Мы встретились как старые приятели. Я предложил ему свою комнату. Он не церемонился, даже ударил меня по плечу и скривил рот на манер улыбки. Такой чудак!..

Закурив трубки, мы уселись: я у окна, он у затопленной печи, потому что день был сырой и холодный. Мы молчали. Об чём было нам говорить?.. Он уж рассказал мне об себе всё, что было занимательного, а мне было нечего рассказывать. Я смотрел в окно.

Так сидели мы долго. Солнце пряталось за холодные вершины, и беловатый туман начинал расходиться в долинах, когда на улице раздался звон дорожного колокольчика и крик извозчиков. Несколько повозок с грязными армянами въехало на двор гостиницы и за ними пустая дорожная коляска; её лёгкий ход, удобное устройство и щёгольской вид имели какой-то заграничный отпечаток. За нею шёл человек с большими усами, в венгерке, довольно хорошо одетый для лакея; в его звании нельзя было ошибиться, видя ухарскую замашку, с которой он вытряхивал золу из трубки и покрикивал на ямщика. Он был явно балованный слуга ленивого барина .

Скажи, любезный, – закричал я ему в окно, – что это – оказия пришла, что ли?

Он посмотрел довольно дерзко, поправил галстук и отвернулся; шедший подле него армянин, улыбаясь, отвечал за него, что точно пришла оказия и завтра утром отправится обратно.

Слава Богу! – сказал Максим Максимыч, подошедший к окну в это время. – Экая чудная коляска! – прибавил он, – верно какой-нибудь чиновник едет на следствие в Тифлис. Видно, не знает наших горок!

А кто бы это такое был – пойдемте-ка узнать…

Мы вышли в коридор. В конце коридора была отворена дверь в боковую комнату. Лакей с извозчиком перетаскивали в неё чемоданы.

Послушай, братец, – спросил у него штабс-капитан, – чья эта чудесная коляска?.. а?.. Прекрасная коляска!..

Чья коляска?.. моего господина…

А кто твой господин?

Печорин…

Что ты? что ты? Печорин?.. Ах, Боже мой!.. да не служил ли он на Кавказе?.. – воскликнул Максим Максимыч, дёрнув меня за рукав. У него в глазах сверкала радость.

Служил, кажется, – да я у них недавно.

Ну так!.. так!.. Григорий Александрович?.. Так ведь его зовут?.. Мы с твоим барином были приятели, – прибавил он, ударив дружески по плечу лакея, так что заставил его пошатнуться…

Позвольте, сударь, вы мне мешаете, – сказал тот, нахмурившись.

Экой ты, братец!.. Да знаешь ли? мы с твоим барином были друзья закадычные, жили вместе… Да где же он сам остался?..

Слуга объявил, что Печорин остался ужинать и ночевать у полковника Н…

Да не зайдёт ли он вечером сюда? – сказал Максим Максимыч, – или ты, любезный, не пойдешь ли к нему за чем-нибудь?.. Коли пойдешь, так скажи, что здесь Максим Максимыч; так и скажи… уж он знает…

Лакей сделал презрительную мину, однако уверил Максима Максимыча, что он исполнит его поручение.

Ведь сейчас прибежит!.. – сказал мне Максим Максимыч с торжествующим видом, – пойду за ворота его дожидаться… Эх! жалко, что я не знаком с Н…

Максим Максимыч сел за воротами на скамейку, а я ушёл в свою комнату. Признаться, я также с некоторым нетерпением ждал появления этого Печорина; по рассказу штабс-капитана, я составил себе о нём не очень выгодное понятие, однако некоторые черты в его характере показались мне замечательными. Через час инвалид принес кипящий самовар и чайник.

Максим Максимыч, не хотите ли чаю? – закричал я ему в окно.

Благодарствуйте; что-то не хочется.

Эй, выпейте! Смотрите, ведь уж поздно, холодно.

Ничего; благодарствуйте…

Ну, как угодно! – Я стал пить чай один; минут через десять входит мой старик:

А ведь вы правы: все лучше выпить чайку, – да я всё ждал… Уж человек его давно к нему пошёл, да, видно, что-нибудь задержало.

Он наскоро выхлебнул чашку, отказался от второй у ушел опять за ворота в каком-то беспокойстве: явно было, что старика огорчало небрежение Печорина, и тем более, что он мне недавно говорил о своей с ним дружбе и еще час тому назад был уверен, что он прибежит, как только услышит его имя.

Уже было поздно и темно, когда я снова отворил окно и стал звать Максима Максимыча, говоря, что пора спать; он что-то пробормотал сквозь зубы; я повторил приглашение, – он ничего не отвечал.

Я лёг на диван, завернувшись в шинель и оставив свечу на лежанке, скоро задремал и проспал бы спокойно, если б, уж очень поздно, Максим Максимыч, взойдя в комнату, не разбудил меня. Он бросил трубку на стол, стал ходить по комнате, шевырять в печи, наконец лёг, но долго кашлял, плевал, ворочался…

На другой день утром я проснулся рано; но Максим Максимыч предупредил меня. Я нашёл его у ворот, сидящего на скамейке. «Мне надо сходить к коменданту, – сказал он, – так пожалуйста, если Печорин придет, пришлите за мной…»

Я обещался. Он побежал, как будто члены его получили вновь юношескую силу и гибкость.

Утро было свежее, но прекрасное.

Не прошло десяти минут, как на конце площади показался тот, которого мы ожидали. Он шел с полковником Н…, который, доведя его до гостиницы, простился с ним и поворотил в крепость. Я тотчас же послал инвалида за Максимом Максимычем.

Навстречу Печорина вышел его лакей и доложил, что сейчас станут закладывать, подал ему ящик с сигарами и, получив несколько приказаний, отправился хлопотать. Его господин, закурив сигару, зевнул раза два и сел на скамью по другую сторону ворот. Теперь я должен нарисовать его портрет.

Он был среднего роста; стройный, тонкий стан его и широкие плечи доказывали крепкое сложение, способное переносить все трудности кочевой жизни и перемены климатов, не побеждённое ни развратом столичной жизни, ни бурями душевными; пыльный бархатный сюртучок его, застегнутый только на две нижние пуговицы, позволял разглядеть ослепительно чистое белье, изобличавшее привычки порядочного человека; его запачканные перчатки казались нарочно сшитыми по его маленькой аристократической руке, и когда он снял одну перчатку, то я был удивлен худобой его бледных пальцев. Его походка была небрежна и ленива, но я заметил, что он не размахивал руками, – верный признак некоторой скрытности характера. Впрочем, это мои собственные замечания, основанные на моих же наблюдениях, и я вовсе не хочу вас заставить веровать в них слепо. Когда он опустился на скамью, то прямой стан его согнулся, как будто у него в спине не было ни одной косточки; положение всего его тела изобразило какую-то нервическую слабость: он сидел, как сидит бальзакова тридцатилетняя кокетка на своих пуховых креслах после утомительного бала. С первого взгляда на лицо его я бы не дал ему более двадцати трех лет, хотя после я готов был дать ему тридцать. В его улыбке было что-то детское. Его кожа имела какую-то женскую нежность; белокурые волосы, вьющиеся от природы, так живописно обрисовывали его бледный, благородный лоб, на котором, только по долгом наблюдении, можно было заметить следы морщин, пересекавших одна другую и, вероятно, обозначавшихся гораздо явственнее в минуты гнева или душевного беспокойства. Несмотря на светлый цвет его волос, усы его и брови были чёрные – признак породы в человеке, так, как чёрная грива и чёрный хвост у белой лошади. Чтоб докончить портрет, я скажу, что у него был немного вздернутый нос, зубы ослепительной белизны и карие глаза; о глазах я должен сказать еще несколько слов.

Во-первых, они не смеялись, когда он смеялся! – Вам не случалось замечать такой странности у некоторых людей?.. Это признак – или злого нрава, или глубокой постоянной грусти. Из-за полуопущенных ресниц они сияли каким-то фосфорическим блеском, если можно так выразиться. То не было отражение жара душевного или играющего воображения: то был блеск, подобный блеску гладкой стали, ослепительный, но холодный; взгляд его – непродолжительный, но проницательный и тяжелый, оставлял по себе неприятное впечатление нескромного вопроса и мог бы казаться дерзким, если б не был столь равнодушно спокоен. Все эти замечания пришли мне на ум, может быть, только потому, что я знал некоторые подробности его жизни, и, может быть, на другого вид его произвёл бы совершенно различное впечатление; но так как вы о нём не услышите ни от кого, кроме меня, то поневоле должны довольствоваться этим изображением. Скажу в заключение, что он был вообще очень недурён и имел одну из тех оригинальных физиономий, которые особенно нравятся женщинам светским.

Лошади были уже заложены; колокольчик по временам звенел под дугою, и лакей уже два раза подходил к Печорину с докладом, что всё готово, а Максим Максимыч ещё не являлся. К счастию, Печорин был погружён в задумчивость и, кажется, вовсе не торопился в дорогу. Я подошёл к нему.

Если вы захотите ещё немного подождать, – сказал я, – то будете иметь удовольствие увидаться с старым приятелем…

Ах, точно! – быстро отвечал он, – мне вчера говорили: но где же он? – Я обернулся к площади и увидел Максима Максимыча, бегущего что было мочи… Через несколько минут он был уже возле нас; он едва мог дышать; пот градом катился с лица его; мокрые клочки седых волос, вырвавшись из-под шапки, приклеились ко лбу его; колени его дрожали… он хотел кинуться на шею Печорину, но тот довольно холодно, хотя с приветливой улыбкой, протянул ему руку. Штабс-капитан на минуту остолбенел, но потом жадно схватил его руку обеими руками: он еще не мог говорить.

Как я рад, дорогой Максим Максимыч. Ну, как вы поживаете? – сказал Печорин.

А… ты?.. а вы? – пробормотал со слезами на глазах старик… – сколько лет… сколько дней… да куда это?..

Еду в Персию – и дальше…

Неужто сейчас?.. Да подождите, дражайший!.. Неужто сейчас расстанемся?.. Столько времени не видались…

Мне пора, Максим Максимыч, – был ответ.

Боже мой, боже мой! да куда это так спешите?.. Мне столько бы хотелось вам сказать… столько расспросить… Ну что? в отставке?.. как?.. что поделывали?..

Скучал! – отвечал Печорин, улыбаясь.

А помните наше житье-бытье в крепости? Славная страна для охоты!.. Ведь вы были страстный охотник стрелять… А Бэла?..

Печорин чуть-чуть побледнел и отвернулся…

Да, помню! – сказал он, почти тотчас принужденно зевнув…

Максим Максимыч стал его упрашивать остаться с ним ещё часа два.

Мы славно пообедаем, – говорил он, – мы поговорим… вы мне расскажете про свое житьё в Петербурге… А?

Право, мне нечего рассказывать, дорогой Максим Максимыч… Однако прощайте, мне пора… я спешу… Благодарю, что не забыли… – прибавил он, взяв его за руку.

Старик нахмурил брови… он был печален и сердит, хотя старался скрыть это.

Забыть! – проворчал он, – я-то не забыл ничего… Ну, да бог с вами!.. Не так я думал с вами встретиться…

Ну полно, полно! – сказал Печорин, обняв его дружески, – неужели я не тот же?.. Что делать?.. всякому своя дорога… Удастся ли ещё встретиться, – бог знает!.. – Говоря это, он уже сидел в коляске, и ямщик уже начал подбирать вожжи.

Постой, постой! – закричал вдруг Максим Максимыч, ухватясь за дверцы коляски, – совсем было позабыл… У меня остались ваши бумаги, Григорий Александрович… я их таскаю с собой… думал найти вас в Грузии, а вот где бог дал свидеться… Что мне с ними делать?..

Что хотите! – отвечал Печорин. – Прощайте…

Так вы в Персию?.. а когда вернётесь?.. – кричал вслед Максим Максимыч…

Коляска была уж далеко; но Печорин сделал знак рукой, который можно было перевести следующим образом: вряд ли! да и зачем?..

Давно уж не слышно было ни звона колокольчика, ни стука колес по кремнистой дороге, – а бедный старик еще стоял на том же месте в глубокой задумчивости.

Да, – сказал он наконец, стараясь принять равнодушный вид, хотя слеза досады по временам сверкала на его ресницах, – конечно, мы были приятели, – ну, да что приятели в нынешнем веке!.. Что ему во мне? Я не богат, не чиновен, да и по летам совсем ему не пара… Вишь, каким он франтом сделался, как побывал опять в Петербурге… Что за коляска!.. сколько поклажи!.. и лакей такой гордый!.. – Эти слова были произнесены с иронической улыбкой. – Скажите, – продолжал он, обратясь ко мне, – ну что вы об этом думаете?.. ну, какой бес несет его теперь в Персию?.. Смешно, ей-богу, смешно!.. Да я всегда знал, что он ветреный человек, на которого нельзя надеяться… А, право, жаль, что он дурно кончит… да и нельзя иначе!.. Уж я всегда говорил, что нет проку в том, кто старых друзей забывает!.. – Тут он отвернулся, чтоб скрыть свое волнение, пошел ходить по двору около своей повозки, показывая, будто осматривает колеса, тогда как глаза его поминутно наполнялись слезами.

Максим Максимыч, – сказал я, подошедши к нему, – а что это за бумаги вам оставил Печорин?

А бог его знает! какие-то записки…

Что вы из них сделаете?

Что? а велю наделать патронов.

Отдайте их лучше мне.

Он посмотрел на меня с удивлением, проворчал что-то сквозь зубы и начал рыться в чемодане; вот он вынул одну тетрадку и бросил её с презрением на землю; потом другая, третья и десятая имели ту же участь: в его досаде было что-то детское; мне стало смешно и жалко…

Вот они все, – сказал он, – поздравляю вас с находкою…

И я могу делать с ними все, что хочу?

Хоть в газетах печатайте. Какое мне дело?.. Что, я разве друг его какой?.. или родственник? Правда, мы жили долго под одной кровлей… А мало ли с кем я не жил?..

Я схватил бумаги и поскорее унёс их, боясь, чтоб штабс-капитан не раскаялся. Скоро пришли нам объявить, что через час тронется оказия; я велел закладывать. Штабс-капитан вошёл в комнату в то время, когда я уже надевал шапку; он, казалось, не готовился к отъезду; у него был какой-то принуждённый, холодный вид.

А вы, Максим Максимыч, разве не едете?

Нет-с.

А что так?

Да я еще коменданта не видал, а мне надо сдать ему кой-какие казённые вещи…

Да ведь вы же были у него?

Был, конечно, – сказал он, заминаясь – да его дома не было… а я не дождался.

Я понял его: бедный старик, в первый раз от роду, может быть, бросил дела службы для собственной надобности, говоря языком бумажным, – и как же он был награждён!

Очень жаль, – сказал я ему, – очень жаль, Максим Максимыч, что нам до срока надо расстаться.

Где нам, необразованным старикам, за вами гоняться!.. Вы молодёжь светская, гордая: ещё пока здесь, под черкесскими пулями, так вы туда-сюда… а после встретишься, так стыдитесь и руку протянуть нашему брату.

Я не заслужил этих упрёков, Максим Максимыч.

Да я, знаете, так, к слову говорю: а впрочем, желаю вам всякого счастия и веселой дороги.

Мы простились довольно сухо. Добрый Максим Максимыч сделался упрямым, сварливым штабс-капитаном! И отчего? Оттого, что Печорин в рассеянности или от другой причины протянул ему руку, когда тот хотел кинуться ему на шею! Грустно видеть, когда юноша теряет лучшие свои надежды и мечты, хотя есть надежда, что он заменит старые заблуждения новыми, не менее проходящими, но зато не менее сладкими… Но чем их заменить в лета Максима Максимыча? Поневоле сердце очерствеет и душа закроется…

Я уехал один.

Выбранный для просмотра документ Словарь (на доску).docx

библиотека
материалов

Владикавказ - город на юге России, в центральной части Северного Кавказа.

Проницательный взгляд – наблюдательный.

Холодный взгляд – строгий и недоброжелательный.

  • Если Вы считаете, что материал нарушает авторские права либо по каким-то другим причинам должен быть удален с сайта, Вы можете оставить жалобу на материал.
    Пожаловаться на материал
Скачать материал
Найдите материал к любому уроку,
указав свой предмет (категорию), класс, учебник и тему:
также Вы можете выбрать тип материала:
Проверен экспертом
Общая информация
Учебник: «Литература (в 2 частях)», Коровина В.Я., Журавлёв В.П., Збарский И.С. и др./ Под ред. Коровиной В.Я.
Тема: О романе «Герой нашего времени»

Номер материала: ДБ-520929

Скачать материал
Похожие материалы

Вам будут интересны эти курсы:

Курс повышения квалификации «Методические аспекты при изучении литературы «серебряного века» в современной школе»
Курс повышения квалификации «История русской литературы конца 20 - начала 21 вв. и особенности ее преподавания в новой школе»
Курс профессиональной переподготовки «Русский язык и литература: теория и методика преподавания в образовательной организации»
Курс повышения квалификации «Методические аспекты при изучении русской литературы последней трети XIX века в современной школе»
Курс профессиональной переподготовки «Управление персоналом и оформление трудовых отношений»
Курс профессиональной переподготовки «Клиническая психология: организация реабилитационной работы в социальной сфере»
Курс повышения квалификации «Маркетинг в организации как средство привлечения новых клиентов»
Курс повышения квалификации «Правовое регулирование рекламной и PR-деятельности»
Курс профессиональной переподготовки «Русский язык как иностранный: теория и методика преподавания в образовательной организации»
Курс повышения квалификации «Использование элементов театрализации на уроках литературного чтения в начальной школе»
Курс профессиональной переподготовки «Организация деятельности помощника-референта руководителя со знанием иностранных языков»
Курс профессиональной переподготовки «Организация деятельности секретаря руководителя со знанием английского языка»
Курс профессиональной переподготовки «Управление сервисами информационных технологий»
Курс профессиональной переподготовки «Метрология, стандартизация и сертификация»
Курс профессиональной переподготовки «Управление качеством»

Оставьте свой комментарий

Авторизуйтесь, чтобы задавать вопросы.