Добавить материал и получить бесплатное свидетельство о публикации в СМИ
Эл. №ФС77-60625 от 20.01.2015
Инфоурок / Русский язык и литература / Другие методич. материалы / МЕТЕЛЬ, ВЬЮГА, БУРАН КАК ОТРАЖЕНИЕ ЭПОХИ И СУДЬБЫ ЧЕЛОВЕКА В РУССКОЙ ЛИТЕРАТУРЕ XIX ВЕКА опыт литературоведческого исследования

МЕТЕЛЬ, ВЬЮГА, БУРАН КАК ОТРАЖЕНИЕ ЭПОХИ И СУДЬБЫ ЧЕЛОВЕКА В РУССКОЙ ЛИТЕРАТУРЕ XIX ВЕКА опыт литературоведческого исследования

  • Русский язык и литература

Поделитесь материалом с коллегами:

18





СЕКЦИЯ: «ЛИТЕРАТУРОВЕДЕНИЕ»


ДЬЯКОВСКАЯ ДАРЬЯ ВЛАДИМИРОВНА

Краснодарский край, г. Сочи

МОБУ Гимназия №15 им. Н.Н.Белоусова, 8 класс







МЕТЕЛЬ, ВЬЮГА, БУРАН КАК ОТРАЖЕНИЕ ЭПОХИ И СУДЬБЫ ЧЕЛОВЕКА
В РУССКОЙ ЛИТЕРАТУРЕ
XIX ВЕКА




Научный руководитель: Гогилова Ольга Ивановна,

учитель русского языка и литературы

МОБУ Гимназия №15 им. Н.Н.Белоусова














АННОТАЦИЯ

Русские писатели, отводя особую роль пейзажу в художественном произведении, стремились подчеркнуть еще и таинственное единство природы и человека, что наиболее полно проявилось, на мой взгляд, в изображении метели.

Манит образ метели, который в классической литературе, несомненно, является символическим. Это магический образ. Человек и стихия живут по разным законам, но эти законы взаимообусловлены.

Тема работы: «Метель, вьюга, буран как отражение эпохи и судьбы человека в русской литературе»

Работа посвящена:

  • Исследованию художественных особенностей картины метели;

  • изучению таинственного единства природы и человека;

  • исследованию приемов воспроизведения картин метели в русской литературе.

Какую же роль, по мнению критиков, в своих произведениях отводят писатели бурану?
Нельзя не согласиться с общепринятой точкой зрения, что в произведениях разных писателей «метель становится движущей силой сюжета».

Новизна моей работы в том, что я, анализируя произведения русских писателей, сравнила картины бурана в изображении Пушкина и Соллогуба, Пушкина и Гоголя.

Цель работы – выявить взаимообусловленность законов, по которым живут человек и стихия.

Задачи, вытекающие из поставленной цели, следующие:

  • осмыслить роль пейзажа (бурана), приемы его воспроизведения и художественные особенности в русской литературе XIXвека;

  • рассмотреть проблему родственности и враждебности явлений природы человеческой душе.

Объектом исследования в работе выступают лирика и прозаические произведения русских писателей XIX века.

Предметом исследования стали пейзажные зарисовки, изображающие картины метели, в произведениях А.С. Пушкина, Н.В. Гоголя, В.А. Соллогуба.

Используя методы аналитического чтения, сравнения и сопоставления, выявлены художественные особенности картин бурана в произведениях русских писателей XIX века, общие и отличительные черты в изображении стихии, выявлены приметы реального времени в изображенной стихии.


МЕТЕЛЬ, ВЬЮГА, БУРАН КАК ОТРАЖЕНИЕ ЭПОХИ И СУДЬБЫ ЧЕЛОВЕКА
В РУССКОЙ ЛИТЕРАТУРЕ
XIX ВЕКА


Введение

Работа посвящена:

  • Исследованию художественных особенностей картины метели;

  • изучению таинственного единства природы и человека;

  • исследованию приемов воспроизведения картин метели в русской литературе.

Какую же роль, по мнению критиков, в своих произведениях отводят писатели бурану?
Нельзя не согласиться с общепринятой точкой зрения, что в произведениях разных писателей «метель становится движущей силой сюжета».

Новизна моей работы в том, что я, анализируя произведения русских писателей, сравнила картины бурана в изображении Пушкина и Соллогуба, Пушкина и Гоголя.

Цель работы – выявить взаимообусловленность законов, по которым живут человек и стихия.

Задачи, вытекающие из поставленной цели, следующие:

  • осмыслить роль пейзажа (бурана), приемы его воспроизведения и художественные особенности в русской литературе XIXвека;

  • рассмотреть проблему родственности и враждебности явлений природы человеческой душе.

Объектом исследования в работе выступают лирика и прозаические произведения русских писателей XIX века.

Предметом исследования стали пейзажные зарисовки, изображающие картины метели, в произведениях А.С. Пушкина, Н.В. Гоголя, В.А. Соллогуба.

Используя методы аналитического чтения, сравнения и сопоставления, выявлены художественные особенности картин бурана в произведениях русских писателей XIX века, общие и отличительные черты в изображении стихии, выявлены приметы реального времени в изображенной стихии.


Русские писатели наполнили содержание пейзажной лирики и прозаических произведений размышлениями об очень сложных вопросах человеческого бытия – о родственности и враждебности явлений природы человеческой душе, о том, есть ли в природе разумное начало или она бессмысленна в своем грозном могуществе, связаны ли каким-нибудь образом природные стихии с мыслящим и чувствующим человеческим «я».

Функции пейзажа в художественном произведении очень многообразны. Во-первых, с помощью пейзажных зарисовок воссоздается внутренний мир самого автора. Во-вторых, это важный композиционный элемент, помогающий воссоздать реальное время и пространство. В-третьих, пейзаж – это композиционная вставка, которая задерживает развитие действия, замедляет ход сюжета. Поскольку пейзаж часто появляется в самый интригующий момент, это помогает держать читателя в постоянном напряжении. Наконец, пейзаж играет важную роль в раскрытии внутреннего мира героя.

Писатели и поэты, отводя особую роль пейзажу в художественном произведении, стремились подчеркнуть еще и таинственное единство природы и человека, что наиболее полно проявилось, на мой взгляд, в изображении метели.

Исследователь творчества А.С.Пушкина И. Кульпина охарактеризовала не только изображенную поэтом стихию, но и увидела в буране с «живой душой» «разрушительную силу», которая «все смешивает в мире» и в то же время дает «ощущение внутреннего просветления, величия, торжества». [6 24].



Глава 1

Образ вьюги в стихотворениях А.С.Пушкина «Зимний вечер», «Бесы». Метельно-бесовский пейзаж в произведении Н.В. Гоголя

Александр Пушкин является одним из немногих русских поэтов, которому в своих произведениях удавалось мастерски передавать собственные чувства и мысли, проводя удивительно тонкую параллель с окружающей природой. Примером тому может служить стихотворение «Зимний вечер». Период, к которому относится написание этого стихотворения, является одним из самых сложных в жизни Александра Пушкина. В 1824 году поэт добился возвращения из южной ссылки, однако не подозревал, что его ждет еще более серьезное испытание. Вместо Москвы и Петербурга Пушкину разрешили жить в родовом имении Михайловское, где в это время находилась вся его семья. Однако самый страшный удар поджидал поэта тогда, когда выяснилось, что функции надсмотрщика решил взять на себя его отец. Именно Сергей Львович Пушкин проверял всю корреспонденцию своего сына и контролировал каждый его шаг. Боле того, он постоянно провоцировал поэта в надежде, что крупная семейная ссора при свидетелях даст возможность упечь сына в тюрьму. Столь натянутые и сложные взаимоотношения с семьей, которая фактически предала поэта, вынуждали Пушкина несколько раз под различными благовидными предлогами покидать Михайловское и подолгу гостить в соседских имениях.

Ситуация разрядилась лишь ближе к концу осени, когда родители Пушкина все же решили покинуть Михайловское и вернулись в Москву. Спустя несколько месяцев, зимой 1825 года, поэт написал свое знаменитое стихотворение «Зимний вечер», в строчках которого можно уловить оттенки безысходности и облегчения, тоски и надежды на лучшую долю одновременно.

Начинается это произведение с очень яркого и образного описания снежной бури, которая «мглою небо кроет», словно бы отрезая поэта от всего внешнего мира.

Буря мглою небо кроет,
Вихри снежные крутя;
То, как зверь, она завоет,
То заплачет, как дитя,
То по кровле обветшалой
Вдруг соломой зашумит,
То, как путник запоздалый,
К нам в окошко застучит.

Именно так Пушкин чувствует себя под домашним арестом в Михайловском, которое может покинуть лишь после согласования с надзорным управлением, да и то ненадолго. Однако, доведенный до отчаянья вынужденным заточением и одиночеством, поэт воспринимает бурю как нежданного гостья, который то плачет, словно ребенок, то воет диким зверем, шуршит соломой на крыше и стучится в окно, словно запоздалый путник.

Впрочем, в родовом имении поэт находится не один. С ним рядом – его любимая няня и кормилица Арина Родионовна, которая продолжает заботиться о своем воспитаннике все так же преданно и самоотверженно. Ее общество скрашивает серые зимние дни поэта, который подмечает каждую мелочь в облике своей наперсницы, называя ее «моя старушка».

Наша ветхая лачужка
И печальна и темна.
Что же ты, моя старушка,
Приумолкла у окна?
Или бури завываньем
Ты, мой друг, утомлена,
Или дремлешь под жужжаньем
Своего веретена?
Пушкин понимает, что няня относится к нему, как к собственному сыну, поэтому переживает за его судьбу и пытается помочь поэту мудрыми советами. Ему нравится слушать ее песни и наблюдать за веретеном, ловко скользящим в руках этой уже немолодой женщины. Но унылый зимний пейзаж за окном и снежная буря, так схожая с бурей в душе поэта, не позволяют ему в полной мере наслаждаться этой идиллией, за которую приходится расплачиваться собственной свободой.

Вьюга, метель — очень важные символы в пушкинской дьяволиаде. Одним из первых стихотворений болдинской осени 30-гo года стало стихотворение «Бесы» – самый точный снимок душевного состояния поэта в эти дни.

В «Бесах» строка за строкой кружила и неслась куда-то вьюга, занося дороги, плюя в очи снегом, сбивая с пути. Каждый русский человек знает это чувство тревоги и тоски, когда вьюга плачет и злится, а снег уже не просто снег – он кажется чем-то неведомым и злым, толкающим в овраг коня. Кружишь и кружишь в поле, не в силах вырваться из чьих-то колдовских объятий. В народе говорят: это водит бес. И разве не видит его отчаявшийся путник – этот сверкающий искрой глаз? Разве не слышит жалобного бесовского воя? Не так ли и в жизни порой кружат возле нас бесы разные, стращая и надрывая сердце своим визгом?

Мчатся тучи, вьются тучи;

Невидимкою луна

Освещает снег летучий;
Вьюга злится, вьюга плачет,
Кони чуткие храпят,
Вот уж он далече скачет;
Лишь глаза во мгле горят…
Вижу: духи собралися
Средь белеющих равнин.

Образ бесов вводится здесь целым комплексом средств. Мало того, что сами слова «бесконечны, безобразны» дают представление об огромной, неисчислимой массе. Тучи параллельны бесам, напрямую связаны с ними. Мчащиеся тучи оказываются мчащимися бесами. Невозможно понять, кто есть кто. И буря, и бесы знаменуют переживания поэта в переломный момент его судьбы.

Бесы проявляют враждебность по отношению к человеку:

Посмотри: вон, вон играет,
Дует, плюет на меня;
Вот - теперь в овраг толкает
Одичалого коня…

но сами оказываются существами страдательными: они гонимы, подобно осенним листьям - игрушке ветра, вой их похож на плач:

Сколько их! Куда их гонят?

Что так жалобно поют?

Мчатся бесы рой за роем

В беспредельной вышине,

Визгом жалобным и воем

Надрывая сердце мне.

Ведьмы и бесы – злые существа. Бес может вселиться в человека и мучить его. Может запутать человека, и тот собьётся с пути: «Сбились мы. Что делать нам?»

Бесконечны, безобразны,
Будто листья в ноябре...
Сколько их? куда их гонят?
Что так жалобно поют?
Домового ли хоронят,
Ведьму ль замуж выдают?

Домовой смертен, поэтому у Пушкина домового... хоронят.

В последних двух строчках тема женитьбы А.С.Пушкина в переосмысленном виде прорвалась в текст. В образе бесовского праздника можно увидеть причудливо переплетённые отголоски мыслей поэта о предстоящей свадьбе, о холерных смертях, о холере.

В «Бесах» завершающая строфа обращает к началу, означая бесконечность вихревого кружения. Проецируя хаотический вариант метельного сюжета в плоскость истории, можно видеть в нем отражение «трагической неразрешимости важнейших проблем бытия».

Мчатся тучи, вьются тучи;
Невидимкою луна
Освещает снег летучий;
Мутно небо, ночь мутна.
Мчатся бесы рой за роем
В беспредельной вышине,
Визгом жалобным и воем
Надрывая сердце мне...

Схожий метельно-бесовский пейзаж возникает у Н.В. Гоголя почти одновременно с Пушкиным: «Ночь перед Рождеством» и «Бесы» написаны в 1830 году, здесь почти дословное совпадение в описании бесовской ночи у двух авторов.

Но совсем другие ощущения возникают, когда знакомишься с повестью Н.В.Гоголя «Ночь перед Рождеством», где разбросанные сказочным чертом кучи замерзшего снега превращаются в метель. Не возникает ни чувства страха, ни переживаний за судьбу оказавшихся один на один с вьюгой героев повести.

У Гоголя метель связана с проделками черта: желая вернуть домой Чуба, тот начинает «разрывать со всех сторон кучи замерзшего снега». В результате «поднялась метель. В воздухе забелело. Снег метался взад и вперед сетью и угрожал залепить глаза, рот и уши пешеходам».
Метель, имеющая бесовское происхождение, приводит к череде комических случайностей, в результате которых больше всех страдает сам же черт. Метель является кратким эпизодом в «Ночи перед Рождеством»: как только месяц, вылетев из кармана похитителя, возвращается на небо, «метели как не бывало»

Гоголевская метель, устроенная чертом, дает начало взаимодействия комических и чудесных случайностей. Из-за разгулявшейся метели Чуб не узнал свою хату и отправился к Солохе, у которой в мешках уже сидели черт и дьяк, а потом и сам занял место в мешке. Результатом проделок находчивой Солохи стало удачное путешествие Вакулы в Москву к царице за черевичками, окончившееся свадьбой кузнеца и капризной Оксаны.

Таким образом, то, что у Пушкина отдает жутью, у Гоголя пока еще овеяно духом фольклорной забавы.

Метель, становясь одним из элементов святочного рассказа, определяет судьбу его персонажей. Однако свои философские потенции, как известно, этот природный символ раскроет именно в творчестве Пушкина.


Выводы по 1 главе

Метель — один из самых излюбленных образов-символов в творчестве Пушкина. Это разгул стихии, хаос, сопряженный с бурей чувств и темными, непознаваемыми силами. “Мчатся тучи, вьются тучи, невидимкою луна освещает снег летучий, мутно небо, ночь мутна…” Волшебные строки, задевающие потаенные струны души, дышащие детством, и личным, и человеческим. “То, как зверь, она завоет, то заплачет, как дитя…” «Соединение зверя и ребенка в одном образе — никто и никогда этого не делал так, как Александр Сергеевич, этот образ идет из самой глубины Поэзии, из бесконечных глубин подсознания, где соединяются высокое и низкое, свет и тьма» [5, 74].

Метель, снежная буря, заметающая перед путником дороги, сбивающая его с пути - такова жизнь всякого человека. Он - безвольное орудие игры метели-стихии - думает действовать по личным целям, а в действительности движется ее прихотью: так углубился в сознании Пушкина этот образ. То, что у Пушкина вызывает страх, у Гоголя овеяно духом фольклорной забавы.


Глава 2

Образ метели в повести А. С. Пушкина «Метель»

А. Пушкин был человеком широких взглядов, его интересовала жизнь во всех ее проявлениях, и он с удовольствием о ней писал. В своих произведениях писатель размышляет о роли судьбы в жизни человека, высказывает мысль о неизбежности фатума. Автор смело играет судьбами героев, причудливо меняя сюжеты их жизней. Так, в цикле «Повести покойного Ивана Петровича Белкина», А. Пушкин пытается понять, какова роль случая в разных жизненных ситуациях. Наиболее яркие примеры авторских раздумий на эту тему находим в повести «Метель».

« Метель — один из самых излюбленных образов-символов в творчестве Пушкина», - пишет в своей статье «Образы и звуки прозы Пушкина» Ольга Щербинина. [8, 24]. Это разгул стихии, хаос, сопряженный с бурей чувств и темными, непознаваемыми силами. Снежная буря, буран, метель используются автором в «Метели» и «Капитанской дочке» для более глубокого раскрытия идеи произведения.

Обратимся к повести «Метель». Прежде чем перейти к анализу центрального, самого яркого и таинственного эпизода произведения, блуждания в метели, обратимся к истории повести. Итальянская исследовательница Антония Глассе в своей работе “Из чего сделалась „Метель“ Пушкина”[9, 28], ссылаясь на малодоступные архивы, приходит к выводу, что повесть “Метель” имеет бытовой основой историю побега графини Ольги Строгановой с графом Ферзеном. Это был крупный великосветский скандал 1829 года. Побег закончился военным судом и наказанием участников. Повесть написана в следующем, 1830 году и сделана как пародия на историю Строгановой и Ферзена.

Заметим, что в народе всегда осуждались подобные поступки. Марье Гавриловне родители не дают благословения, и она собирается венчаться с Владимиром тайно. В то время это считалось преступлением против Бога и царя («Метель не утихала; ветер дул навстречу, как будто силясь остановить молодую преступницу»). Тайное венчание против воли родителей — своего рода бунт, мятеж, отсюда и образ бури, метели. Отсюда и “бес попутал”, но Провидение вывело на свет. Разгул и месть стихии в наказание за преступление против заповедей Бога — широко распространенный фольклорный мотив.

Сцена блуждания Владимира среди снежной бури выстроена в соответствии с известным мифологическим сюжетом “леший водит”: “Дорога была ему знакома, и езды всего двадцать минут” — и тем не менее герой заблудился в самом знакомом месте; это явно дьявольское наваждение, козни беса, лешего, вплоть до пения петуха. “Пели петухи, как достигли они Жадрина”. Блуждание связано со стихией бури, бурана, метели — силы мифической. Бурмин - это суженый, обретённый в бурю.

Итак, перед нами сказочно – мифологический сюжет с фольклорным мотивом мести стихии.

Проследим, как автор описывает метель: «окрестность исчезла во мгле мутной и жёлтой», «метель не утихала, небо не прояснялось», «он поминутно был по пояс в снегу», « он … въехал во мрак дерев, обнажённых зимою». Всё пронизано мраком и холодом, напоминает о смерти. Не случайно в народных представлениях зима со всеми своими атрибутами: снегом, метелью ассоциировалась с печалью и смертью. Например, в народной загадке о земле и снеге: "Ни хилела, ни болела, а саван надела". Или о снеге: "Увидел мать, умер опять".

Метель – предвестница смерти для Владимира. Не случайно он видит в это время, как «что-то стало чернеть». Обратим внимание, что в то же самое время перед Бурминым в метели показался огонек церкви, и он поехал на СВЕТ. Для одного героя, того, кто пытался нарушить волю Творца и изменить судьбу метель, как стихия, как божественное провидение, явилась предвестницей наказания (Владимир впоследствии погибает на войне), другим же, как в известной сказке «Морозко», сулит награждение (случайная свадьба для Бурмина оказалась счастливой, он влюбляется в свою жену). Интересно, что Марья Гавриловна наказана временно, автор щадит, хотя она также получает предупреждение (На дворе была метель; ветер выл, ставни тряслись и стучали; всё казалось ей угрозой и печальным предзнаменованием). Очевидно, к женщинам Пушкин в силу своего благородного воспитания имел снисхождение.

Обобщая всё вышесказанное, подведём первые итоги – что же скрывается за образом метели? Провидение, судьба, рок, месть.

Выводы по 2 главе

Метель - призрак счастья, убегающий от человека, все пытающегося его догнать. Такова судьба многих русских людей, бесшабашных игроков, всегда готовых махнуть на себя рукой и жить наудачу, не загадывая и не рассчитывая? Тем героям «Метели», которые ничего не рассчитывали (Марья Гавриловна и Бурмин) выпало редкое счастье: они поставили на удачу и выиграли. Не повезло тому, кто планирует (Владимир). «Не заботьтесь о завтрашнем дне, ибо завтрашний сам будет заботиться о своём», - говорит апостол Матфей. Пушкин подтверждает эту истину, помещая своих героев в круговорот метели. Божественная стихия «играет» с людьми, то давая надежду (чёрное пятно – знакомая роща, как думал Владимир), то обманывая их (роща оказалось не той). И хоть в конце повести мы можем сказать по – шекспировски : «Все хорошо, что хорошо кончается», - всё же воспоминание о Владимире заставляют понимать, что счастье зыбко.

Итак, ещё один штрих к образу метели: метель – это русская рулетка, круговорот страстей, пугающая неизвестность.

Глава 3

«Метель» А.С. Пушкина и В.А.Соллогуба

В 1849 году писатель В.А. Соллогуб опубликовал рассказ, который назывался по-пушкински – «Метель».

Заглавия произведений А.С.Пушкина и В.А.Соллогуба замыкают намеченный в них ряд реминисценций – повторение, воспроизведение чужого текста: описание метели, постоялого двора, мотив случайной встречи.

В обоих произведениях метель становится движущей силой сюжета. Она символ непредсказуемости жизни. Только пушкинская «Метель» соединила судьбы Марьи Гавриловны и Бурмина, а соллогубовская – подарила радость встречи и рождение любви.

В повести А.С.Пушкина «Метель» мы найдём мотивы сватовства и женитьбы, мотив глупой и роковой «шалости» Бурмина, обвенчавшегося зимою, в метель, с незнакомою девушкой, собиравшейся венчаться с другим. Но главное – лейтмотив метели, олицетворяющей слепую и бешеную судьбу, играющую людскими жизнями, сводящую и разводящую людей по своему произволу.

Сравним описание метели у двух писателей. У Пушкина дана яркая картина непогоды немногословным описанием, но от этого она и кажется ужасом, страшной реальностью.

В повести Пушкина «небо слилося с землею»; точно так же все перепуталось в душе молодой преступницы, покидавшей без благословления родительский дом. И Владимир блуждает в метели. В одну минуту дорогу занесло; окрестность исчезла... Метель не утихала, небо не прояснялось. Герой без конца проваливается в снегу, самостоятельно не может найти дороги во мгле мутной и желтоватой, потому что заблудился не только в метели, но и в жизни.

Несколько по-другому изображена метель В.А.Соллогубом:

«…Кто не езжал зимой по нашим степям, тот не может составить себе никакого понятия о степной метели. Сперва валит снег, и ветер порывисто сыплет им во все стороны, не зная отпора и преграды. Земля, как скованное море, покрытое беспредельною, хрупкою скатертью, резко отделяется от черного неба, нависшего над ней другой сплошною, черною степью. Ни птица не пролетит, ни заяц не промелькнет: все безлюдно, мертво, дико, беспредельно и полно суровой таинственности. Один голос начинающейся бури раздается свободно по плоскому пространству и плачет, и воет, и ревет страшными, одной степи известными голосами. Вдруг вся природа содрогается. Летит метель на крыльях вихря. Начинается что-то непонятное, чудное, невыразимое. Земля ли в судорогах рвется к небу, небо ли рушится на землю; но все вдруг смешивается, вертится, сливается в адский хаос. Глыбы снега, как исполинские саваны, поднимаются, шатаясь, кверху и, клубясь с страшным гулом, борются между собой, падают, кувыркаются, рассыпаются и снова поднимаются еще больше, еще страшнее. Кругом ни дороги, ни следа. Метель со всех сторон. Тут ее царство, тут ее разгул, тут ее дикое веселье. Беда тому, кто попался ей в руки: она замучит его, завертит, засыплет снегом да насмеется вдоволь, а иной раз так и живого не отпустит…»

Не кажутся яростными ни снег, который падал густыми хлопьями, ни ветер, что порывисто сыплет им во все стороны. Да и земля резко отделяется от чёрного неба. Страдает лишь одинокая буря, голос которой «плачет, и воет, и ревёт... Летит метель на крыльях вихря. Начинается что-то непонятное, чудное, невообразимое… Метель со всех сторон. Тут её царство, тут её разгул, тут её дикое веселье. И хотя автор предупреждает: беда тому, кто попался ей в руки: она замучит, завертит его, засыплет снегом да насмеётся вдоволь, а иной раз и живого не отпустит – возникает ощущение, что в рассказе В.А.Соллогуба разгулявшаяся метель несет не столько ужас, сколько какое-то дикое веселье, возбуждение, неожиданную развязку, но ни в коей мере не трагедию.

Очень похожи «милые героини, которых закружила метель-непогода, метель-жизнь, даря одной супружество, другой – любовь. Сходными являются и мотивы случайной встречи в жизни девушек. Но офицер и дама, проговорив всю ночь, разъезжаются, хотя изба казалась им раем, потому что В.А.Соллогуб следует пушкинской идее святости брака.

А метель в пушкинской повести развела Марью Гавриловну с «заблудившимся» Владимиром, но соединила с Бурминым, случайно попавшим в церковь и обвенчавшимся с незнакомой девушкой. В повести «Метель» Марья Гавриловна и Владимир пытаются утвердить себя, противопоставляя свои чувства и действия сложившемуся укладу, а Бурмин совершает неожиданные поступки, как будто повинуясь воле Провидения.

Выводы по 3 главе

В «Метели» А.С.Пушкина, как и в «Бесах», и в «Метели» В.А.Соллогуба человек теряет верное направление пути, но итог развития метельного сюжета в этих произведениях принципиально иной. Метель представляет здесь стихию умную, мудрее самого человека. Люди, как дети, заблуждаются в своих замыслах и хотениях, - метель подхватит, закружит, оглушит их, и в мутной мгле твердой рукой выведет на правильный путь, куда им, помимо их ведома, и надо было попасть. Она знает их подлинную, их скрытую волю лучше их самих.

Глава 4

Образ снежной бури в романе А. С. Пушкина «Капитанская дочка». «Метель» в жизни Александра Сергеевича Пушкина.

Итоговым произведением А. С. Пушкина является роман «Капитанская дочка». Произведение интересно тем, что автор затрагивает в нём многие проблемы бытия: нравственные, социальные, человеческие. Для нас этот роман представляет ещё больший интерес, так как одним из самых значимых эпизодов является описание бурана в степи. Он является ключом в решении вышеперечисленных проблем, в определении авторской позиции.

Обратимся к содержанию произведения. Главный герой, Пётр Гринёв, достигши того возраста, когда пора проявить себя как гражданина, отправляется на службу в Оренбургскую крепость. Это новый этап в его жизни. Ему придётся забыть на время тихую, беспечную жизнь в имении родителей и научиться жить самостоятельно на чужой стороне, быть готовым к любым испытаниям физическим, а также чести и совести. Именно на пороге значительных изменений в жизни, герой попадает в метель. «Ямщик поскакал; но всё поглядывал на восток. Лошади бежали дружно. Ветер между тем час от часу становился сильнее. Облачко обратилось в белую тучу, которая тяжело подымалась, росла, и постепенно облегала небо. Пошел мелкий снег - и вдруг повалил хлопьями. Ветер завыл; сделалась метель. В одно мгновение темное небо смешалось со снежным морем. Всё исчезло. "Ну барин", - закричал ямщик - "беда: буран!"... Ветер выл с такой свирепой выразительностию, что казался одушевлённым, снег засывал меня и Савельича …». [2]. Очень динамичное описание создаётся при помощи многократного использования глагольных форм ( становился, обратилось, подымалась, росла, облегла; пошёл, повалил, завыл, сделалась, смешалось, исчезло; выл, засыпал).

Похожее описание мы находим и в «Метели»: «Но едва Владимир выехал за околицу в поле, как поднялся ветер и сделалась такая метель, что он ничего не взвидел. В одну минуту дорогу занесло; окрестность исчезла во мгле мутной и желтоватой, сквозь которую летели белые хлопья снегу; небо слилося с землею. Владимир очутился в поле и напрасно хотел снова попасть на дорогу; лошадь ступала наудачу и поминутно то взъезжала на сугроб, то проваливалась в яму; сани поминутно опрокидывались». Описание также изобилует глаголами (выехал, поднялся, сделалась, не взвидел; занесло, исчезла, летели, слилося; очутился, хотел попасть; ступала, взъезжала, проваливалась, опрокидывались), отдельные выражения, создающие особый, пушкинский, колорит, автор цитирует свой же текст, использует приём градации для придания эмоциональности речи.

Но метель в «Капитанской дочке», это ещё и буран, ураган, бушующее море. Метель превращает всё в хаос, автор её одушевляет, делает живой, увеличивая её силу. Она переворачивает всё с ног на голову. Именно поэтому Пётр в результате попадает на службу не в Оренбург, а «В *** полк и в глухую крепость на границу киргиз – кайсацких степей!..». С другой стороны, она производит действие апокалипсиса: «Всё исчезло». В повести «Метель» всё же остаётся мгла мутная и желтоватая.

В сцене «буран в степи» очень важен образ коней. Современные мифологи трактуют образ коня в мировой культуре как символ стихии, темных, неуправляемых сил. Поэт исходил, конечно, не из ученых изысканий. Он шел от своей гениальной интуиции, напитанной национальной культурой. Кони в романе бегут - в повести ступают-, поэтому мы и чувствуем большую экспрессивность картины, поэтому и в судьбе главного героя изменится не только семейное положение, как у героев «Метели», но произойдет переосмысление всей жизни. Понятны слова Савельича: «Воротился бы на постоялый двор… .И куда спешим? Добро бы на свадьбу!», - в них и пророчество («Вскоре потом Пётр Андреевич женился на Марье Ивановне»), и предчувствие «крутых» перемен, они же заставляют вспомнить ранее написанную «Метель» и оценить происходящее: не так страшна авантюра с женитьбой, как предстоящая встреча с необузданной пугачёвской стихией. Метель для Гринёва ещё долго не закончится.

Вот и первое знамение новой жизни – встреча с Пугачёвым. «Но ничего не мог различить, кроме мутного кружения метели…Вдруг увидел я что–то чёрное . ..Должно быть, или волк , или человек». Символическая подробность, деталь: среди мутного кружения метели что-то чернеется (вспомним «Метель»).

Весь образ нового героя, начиная с его появления, овеян таинственностью. В нём есть что–то загадочно - необъяснимое, как и в самой стихии метели. Спасение он несёт Гринёву или смерть? Как мы увидим из последующих событий, и то и другое. Именно по вине Пугачёва Пётр окажется на виселице, но и именно благодаря Пугачёву герой останется жить и обретёт семейное счастье.

Метель для положительного героя не символизирует разрушение, крах, скорее предвещает глобальные перемены (тот же вывод мы делали, анализируя «Метель»). О гибели она оповещает тех, кто нарушает нравственные и государственные законы. Человек - «оборотень», самозванец, но он же простой казак, великодушный, готовый помочь. Интересно, что, как и в «Метели», Пушкин строит свой сюжет вокруг подмены: в повести – жениха, в романе – отца (сон Гринёва)., делая сюжет мифологическим. Отсюда и мифичность образа Пугачёва. В нём сокрыта вся правда о русском народе, стихийном, непредсказуемом, самобытном.

Что ещё может означать буран в степи? Представим человека, попавшего в метель. Что он чувствует? Волнение перед неизвестностью, но вместе с этим - какой-то подъём, возбуждение. Пётр Гринёв не соглашается ехать обратно, а - только вперёд. Стихия даёт ему силы, внутреннее просветление, он чувствует, что ему надо ехать вперёд (как бы сложилась его жизнь, если бы не встреча с Пугачёвым?). Вещий сон – это тоже результат внутреннего прозрения. «Буран» символизирует внутреннее просветление, величие, торжество: в романе величие и временное торжество Пугачёва, и внутреннее просветление Петра Гринёва через сеть дальнейших испытаний.

Прозревает и читатель, когда, читая главы о приступе Пугачева, его бурной деятельности в Белогорской крепости, начинает понимать, может быть, самое главное значение анализируемого нами эпизода. Метель, буран и мятеж, бунт (кстати, в некоторых изданиях А. С. Пушкина сохранилось написание «мятель»). Эти слова сближает не только звуковая анафора, хотя символично и то, что она здесь есть. Все эти слова обозначают стихию: метель и буран - природную, а мятеж и бунт – народную. Перед нами контекстуальные синонимы. Вот ещё один символический смысл метели – мятеж, бунт.

Не так страшна метель природная, как человеческая. Природа щадит героев, они успешно преодолевают её испытания, а человек не щадит своих же собратьев (как это часто встречается в нашей жизни и насколько это страшно!): «Но приведи бог видеть русский бунт, бессмысленный и беспощадный!». Именно русский бунт хаотичен, безжалостен, жесток («казнить так казнить, миловать так миловать», - этими словами Пугачёв определяет национальную особенность русского характера), как сурова и русская природа с её буранами, метелями, вьюгами.

Метель стала роковой и для А. С. Пушкина. … «В роковой день дуэли Пушкина день был морозный, дул ледяной ветер, снега на Черной речке намело по колено. Как метался поэт накануне дуэли, какая буря бушевала в душе его! (“Пожар”, — напишет Лермонтов.) Конец января — время белых снегов, вьюг и метелей, которые так любил поэт, вкладывая в понятие бури понимание жизни как стихии. Зима в XIX столетии еще была зимой, а то не видать бы русской литературе белых снегов и метелей — сквозной ее темы, щемящей ноты, вечного очарования.. В последний день земной жизни Пушкина — санный, конный путь с Черной речки на Мойку, 12». [5, 75].



Выводы по 4 главе

Итак, можно выделить две ипостаси образа метели: созидающую и разрушающую. С одной стороны, метель даёт человеку внутреннее просветление, ощущение собственного величия, победы над стихией. С другой стороны, она, как русская рулетка, терзающая человека неизвестность, определяет его удачу – счастье или проигрыш – смерть, может награждать или мстить. И в этом значении метель выступает как рок, властительница судеб.

Самое обобщённое и глубокое толкование метели - мятеж, бунт, который, несмотря на высокие цели, ужасен.

Заключение

Раскрывая гипотезу, можно сказать, что действительно существует таинственное единство природы и человека: внутреннее движение в природе влияет на настроение человека, стихия влияет на судьбу литературных героев.

В рассматриваемых произведениях русской литературы XIX века общим в описании метели являются зрительно осязаемые детали движения, кружения, переменчивости, но роль пейзажа различна.

Так, писатели XIX века с помощью разнообразных художественных средств создали образ стихии, живущей по своим законам и в то же время олицетворяющей слепую и бешеную судьбу, играющую людскими жизнями, сводящую и разводящую людей по своему произволу. Основной мотив исследуемых произведений – метель, стихия жизни, которую человек должен принимать как данность, бороться с которой не имеет смысла, ее надо принимать и проживать, пережидать, терпеливо сносить. Как показал анализ, писатели сумели охарактеризовать саму стихию, её «душу». Метель словно живая, похожая на человека, словно ей самой неуютно, будто самой нужна помощь в чём-то.

Чрезвычайно важно, что в русской литературе мотив метели связан не только с темой потусторонних сил, но и с темой бунта.

Метель – это проявление природных сил. Природа может быть спокойной, мирной. Но иногда она предстает перед человеком как нечто непостижимое и мистическое. В повести А. С.Пушкина «Метель» эта природная стихия является проявлением высшей, божественной воли.

Героиня повести Маша, которая «была воспитана на французских романах», была влюблена. Избранник Маши тоже очень любил ее. Но, вместе с тем, счастье влюбленных было невозможно, потому что родители девушки была настроены против этого брака. И влюбленные решили обвенчаться тайно, чтобы потом упасть в ноги родителям и вымолить их прощение. Но то, что было задумано, все-таки не осуществилось.

В судьбу молодых влюбленных вмешалась метель. Как только Владимир, возлюбленный Маши, отправился в церковь на венчание, снег занес всю дорогу, и он заблудился. Возможно, если бы не метель, влюбленные смогли бы исполнить свое решение. В их планы вмешалась сама судьба. Марья Гавриловна вышла замуж за другого, который стал впоследствии ее судьбой и ее счастьем.

В романе «Капитанская дочка» метель служит символом разгулявшейся стихии, вихрей судьбы и истории. Не случайно Гринев попадает в снежную бурю в начале произведения, перед тем, как будут разворачиваться события пугачевского восстания. Какая-то высшая сила уже закрутила, втянула героя в свой исторический «сюжет», главным действующим лицом которой будет Пугачев. Именно он и появляется из метели, чтобы вывести Гринева. Эта сцена имеет символический смысл: Пугачев выводит Петра не только из снежного ненастья, на протяжении романа он заставляет его о многом задуматься, многое в жизни понять.

В позднем творчестве Пушкина метель приобретает негативный смысл. Она становится символом разгула нечистой силы, враждебности, злобы (стихотворение «Бесы»).

Таким образом, метель – это еще и ощущение внутреннего просветления, величие, торжество. В произведениях русских писателей много общего: картины бесовского наваждения, сюжетные линии, картины мира, где все перемешалось, разительно похожи. Метель становится движущей силой сюжета. Она символ непредсказуемости жизни. Во время метели человек ощущает свое единство с миром и в то же время осознает независимость, неподвластность, таинственность, мощь и красоту природной стихии.

Список литературы

  1. Пушкин А.С. Стихотворения. - М.: «Художественная литература», 1998

  2. Пушкин А.С. Романы и повести. - М. .: «Художественная литература», 1998

  3. Соллогуб В.А. Избранная проза. М. : «Художественная литература», 1983

  4. Н.В.Гоголь «Вечера на хуторе близ Диканьки».- М. «Детская литература», 1982

  5. Классики и современники. Юмор серьезных писателей. М.: «Русское слово», 1990

  6. Кульпина И. Новые подходы в обучении литературе. «Литература в школе» №4, 2000

  7. Бочаров С. «Зимний вечер» Пушкина. . М.: «Русское слово», 1998

  8. Ольга Щербинина. Образы и звуки прозы Пушкина. «Литература в школе» №6, 2002

  9. Антония Глассе . «Из чего сделалась „Метель“ Пушкина». «НЛО», № 14, 1996


Выберите курс повышения квалификации со скидкой 50%:

Автор
Дата добавления 22.12.2015
Раздел Русский язык и литература
Подраздел Другие методич. материалы
Просмотров912
Номер материала ДВ-279756
Получить свидетельство о публикации

Включите уведомления прямо сейчас и мы сразу сообщим Вам о важных новостях. Не волнуйтесь, мы будем отправлять только самое главное.
Специальное предложение
Вверх