Добавить материал и получить бесплатное свидетельство о публикации в СМИ
Эл. №ФС77-60625 от 20.01.2015
Инфоурок / История / Статьи / Методические советы по теме "История и социальные конфликты"

Методические советы по теме "История и социальные конфликты"


  • История

Поделитесь материалом с коллегами:

История и социальные конфликты

Проф. Лёвин В. Г.

В современном курсе «История» недостаточно внимания уделяется проблеме «социальные конфликты». Между тем, названная проблема для реальной всемирной истории имеет весомое значение. И это обстоятельство важно учитывать любому преподавателю-историку.

Замечу, что тема «социальные конфликты» вошла в исторические концепции через английских политэкономов и через французских социалистов-утопистов. Экономисты исходили из того, что в общественной жизни участвуют практические люди, которые действуют исходя из выгоды и интересов, из своих потребностей, и нередко вступают в конфликты по поводу своих интересов. В свою очередь, утописты-социалисты стремились к созданию моделей справедливого общества, в котором могли бы быть устранены причины острых социальных коллизий и фундаментальные противоречия, которые сталкивают людей в классовой борьбе.

Особое место в историческом исследовании общественных противоречий и причин классовой борьбы принадлежит К. Марксу. Его концепция не была чисто теоретическим решением и способом объяснения конкретных противоречий современного Марксу общества. Этот мыслитель стремился соединить теорию и практику. В своей исторической концепции он рассматривал объективно истинные законы истории как основание для практических изменений общественной жизни в направлении достижения социалистического (коммунистического) идеала. На деле движение в этом направлении означало восстановление социальных прав трудящихся.

Первоначально К. Маркс исследовал проблему отчуждения труда (в работе «Экономическо-философские рукописи»). Но постепенно Маркс убедился, что преодоление отчуждения труда должно быть направлено на все сферы общественной жизни: материально-производственную, политическую и культурно-духовную. «Кто был ничем, тот станет всем» – Маркс поддерживает этот лозунг. В его трактовке этот лозунг охватывает основательное социальное действие, которое включало организацию больших масс людей на социальную революцию, включало также теоретическое доказательство правомерности и реальной осуществимости глубинного социального поворота.

По Марксу, только люди являются авторами своей истории, и они же ее исполнители, вершители. История не навязана извне, она творится людьми как практическими существами. В такой истории действуют в сложном переплетении и объективные, и субъективные факторы. Но главное все-таки состоит в том, что воля и субъективизм людей имеют пределы. Для всей истории, понимаемой как общественная жизнь, есть одно необходимое условие, каковым является материально-производительный труд. Он обеспечивает необходимый для людей обмен веществ с природой. Материальное производство, складывающееся в рамках определенных форм общения людей, составляет единое общее основание всей общественной жизни. Соответственно, все историческое бытие людей проистекает из их производящей деятельности. Последняя включает в себя: производство материальных благ, производство общественных отношений, производство человека как носителя подобных отношений.

Итак, труд понимается Марксом не в качестве какой-то низшей, грязной деятельности. В его концепции труд берется как великий фактор всемирной истории. А носители труда становятся главными субъектами этой истории. Надо отметить, что труд все-таки принадлежит к сфере необходимости. Он удовлетворяет определенную нужду и потребности. И тем не менее, именно труд способен порождать свободу. Речь у Маркса идет о том, что человеческая история может преодолеть рубеж несвободы и перейти в «царство свободы». Это означает, что принуждение к труду в любой форме (в том числе и в виде эксплуатации чужого труда) способно исчезнуть на базе роста производительности общественного труда. До сих пор необходимый труд был главным источником общественного богатства. Маркс полагает, что на новом рубеже всемирной истории мера необходимого труда будет сокращаться, и источником богатства станет свободное время, обеспечивающее саморазвитие и совершенствование человека. В этом Маркс усматривал движение человеческого общества в направлении свободы. В конечном счете, социальную свободу обеспечивает рост производительности общественного труда.

В итоге складывается концепция, согласно которой угнетение и эксплуатация – это первый результат социальной свободы (рождается свобода для меньшинства). Капитализм дает всем гражданам личную свободу и правовое равенство, но он не избавляет труд от экономического принуждения. И все-таки капитализм содействует делу свободы, наращивая производство, увеличивая мощь капитала. В погоне за увеличением прибыли (а это основной закон жизни капитала) капитализм увеличивает производительность общественного труда и тем способствует делу всемирно-исторической свободы. Правда, капитализм решает такую задачу бессознательно, стихийно, зачастую расточительно, через кризисы разного рода. В этом, по Марксу, проявляется глубинный исторический предел капитализма.

Как ученый К. Маркс стремился исключить произвол из объяснительных схем всемирной истории. За поверхностным слоем общественной жизни, где люди действуют движимые личными страстями или расчетами, он искал некие фундаментальные объективные факторы. По его мнению, действия людей в истории всегда определяются обстоятельствами и объективными условиями. К ним Маркс причисляет устойчивые общественные отношения и существование конкретно-исторической социальной системы (по Марксу это «общественно-экономические формации»). Действия людей приобретают объективно выраженную направленность, вытекающую из их общественного положения, из их социальных интересов. Это не индивидуальные интересы, а своеобразная системная функция, то, что большие группы людей вынуждены делать в силу своего социального положения. Здесь возникает историческая необходимость, которая проявляется во взаимодействии и борьбе различных общественных сил. Особое внимание Маркс уделял организации и побуждению к действию классовых сил, и прежде всего – пролетариата, в котором он усматривал всемирно-историческую силу.

Любопытные метаморфозы претерпевает в концепции Маркса сознание. Оно становится социальным феноменом, рождается общественное сознание, которое, в конечном счете, отражает наличие и расстановку классовых сил в обществе. Социальные системы, сменяя друг друга, проходят свой объективный путь в истории. Такие системы обезличены, хотя человеческие индивиды (личности) включены в эти системы. Действуют такие системы подобно стихийной силе. Находясь в системе, люди или не могут предвидеть, или не в силах предотвратить последствия своего личного выбора, личных действий. Любой человек не в силах навязать системе какие-то собственные интересы.

Индивидуальное сознание отдельного человека оказывает исчезающе малое влияние на историю. Действительное воздействие на нее идет через общественное сознание, которое, в конечном счете, оказывается классовым. Если представители класса осознают действительный классовый интерес, тогда они становятся реальными деятелями истории. В этом контексте находит свое место пролетарское сознание. Оно способно уловить всемирный закон истории, обусловливающий закат капитализма. В пролетарском сознании отражается историческая миссия и историческая мощь пролетариата. Теория Маркса должна была вооружить пролетариат таким сознанием.

Практически осуществляемая история в новейшее время тесно связана с политикой. По Марксу, политика – это своеобразная надстройка над экономической реальностью. Вместе с тем, ее укорененность в обществе опосредована государством. Политика – функция государства. Но в этом качестве выступает политика господствующих классов, с ее помощью последние реализуют свой классовый интерес, обеспечивая существование социальной системы господства и подчинения. Среди господствующих классов может вестись внутриполитическая борьба – за лидерство в политике. Однако социальная система включает еще одну часть общества – подчиненную, угнетенную. Она стоит вне государственной политики. Ее роль зачастую разрушительная, а ее политика в отношении решения всемирно-исторических задач может быть легковесной и случайной. Прослеживая зигзаги развития пролетарской политики, Маркс убедился, что и она может иметь подобный характер (примером может служить борьба рабочих, получившая название «бунт против машин»). И все-таки дело меняется. Пролетарская политика приобрела реальную историческую силу благодаря двум обстоятельства. Первое оказалось связанным с массовой пролетаризацией населения, к которому вела беспощадная капиталистическая эксплуатация. Массовая сила пролетариата приобрела мощь вулкана и оказалась нацелена на революцию. Другое обстоятельство оказалось связано с внесение организованного начала в рабочее, пролетарское движение. В роли организаторов выступили рабочие партии, которые побуждали пролетариат на решение главной исторической задачи – вырвать политическую власть у буржуазии.

Возникает, однако, вопрос: какое положительное содержание несла политика второго рода, т. е. пролетарская политика? У Маркса имелся только общий ответ: переход к новой социальной системе, способной развиваться без частной собственности и без государства. Политический переход к такому состоянию осуществляется через диктатуру пролетариата, которая в силу массовости пролетариата перестает быть собственно диктатурой, тиранией над народом.

В этом пункте своей концепции Маркс проявил политическую недальновидность и неосмотрительность. Впоследствии историческая практика показала, как реально проявляет себя диктатура, даже если она носит название пролетарской. Она оказалась способной подавлять людей в угоду великой и благой исторической цели.

В капиталистической общественной системе, по Марксу, завязался новый узел всемирной истории – со своими уникальными, и одновременно общечеловеческими противоречиями. Главное среди них определялось как противоречие между трудом и капиталом. Его преодоление и снятие, предполагал Маркс, должно было осуществиться в результате так называемой социальной революции. В своей концепции он принципиально называл революции «локомотивами истории».

Преодоление пороков и противоречий современного Марксу капитализма действительно было актуальной задачей. Жестокая поляризация общества достигла уже в XIX веке высокого напряжения. Но попытки выйти из капитализма посредством «созревшей» революции, как думал Маркс (и многие его последователи), не привели к появлению того типа общества, которое обозначило бы переход в «царство свободы». Реально свершившиеся революционные выступления (революции в Европе XIX века, включая Парижскую коммуну, революции в России и в Азии) несли с собой сильную струю волюнтаризма, прожектерства, произвола и насилия. Обещанного счастья они не принесли. Напротив, десятки и сотни миллионов людей испытали невиданные по масштабам лишения и великие трагедии. К этому добавились иные массовые несчастья человечества. Оно перемалывалось в мировых войнах двадцатого века. Муки людей дополнились десятками локальных войн и межнациональных конфликтов. Длительное время поддерживалась и совершенствовалась колониальная система угнетения.

Мировая история стала глобальной и несет в себе черты трагизма. Маркс предвидел другую историю, и его предвидение не сбылось. Прогресс, о котором он говорил, не оправдал себя. Реальная история продемонстрировала свой многовекторный характер. В ней, и это стоит подчеркнуть, активно действовали не только разрушительные, революционные силы, но также

«консервативные силы», которые преуспели в области модернизации своей политики. В частности, они осуществили, хотя и под сильным давлением «снизу», поворот целей государства к социальной политике. По такому пути пошли США, Канада, многие страны европейского континента.

Оказалось, что фантазия Маркса об отмирании государства в результате социальной революции, лишена почвы. В реальной истории шел процесс социализации государства, имело место расширение его функций в направлении контроля над законностью экономической и социальной деятельности и поддержка социальных программ. Выявилось к тому же, что политика может первенствовать над экономикой, поворачивая последнюю к социальным целям. Но для этого нужны мощные демократические реформы, к которым толкают демократические движения, в том числе – организованные силы трудящихся. Важная цель подобных реформ: противодействие любым формам бесконтрольной власти.

Развитие многих стран пошло по пути, позволившем смягчить противоречия между трудом и капиталом. Одновременно были использованы социальные механизмы, позволившие овладеть силами научно-технического прогресса. Совершенствовалась также организация и управление экономикой и социальными процессами, внедрялась социальная инженерия и современные технологии во многие области нового общества. История, по крайней мере, в одной из своих ветвей приобрела инженерный и технологический облик. Кроме того, были освоены демократические политические институты, допущены к жизни элементы духовной свободы.

В итоге не появилось какое-либо идеальное общество. Человечество движется в истории неравномерно. Наряду с развитыми странами существуют страны отсталые. Но, кроме того, теперь уже в глобальном масштабе возникли новые вызовы для человеческой истории (экологические проблемы, техногенные катастрофы, международный терроризм и др.). Современное человечество вновь стоит перед выбором путей своего развития, в том числе тех, которые могли бы обеспечить само право людей на всемирную историю.

Добавлю, что концепция Маркса реализовала весьма общий, но все-таки односторонний подход к постижению истории. Рассматривая историю как развитие общественной жизни людей, эта концепция рассматривала в качестве основы истории преобразования в недрах общественно-экономической формации. Главным и всеобщим субъектом истории объявлялось экономическое общество. В конечном счете, экономические интересы и экономический человек стали в этой концепции сердцем и двигателем истории. Тем самым, история превратилась в одномерный процесс. Однако реальная мировая история не охватывается экономическими бурями и брожениями. По крайней мере, в ней есть значительная группа явлений, весьма далеких от экономических способов организации общественной жизни. К ним можно отнести религию, искусство, миротворчество, заботу о воспитании детей и т.п.

Итак, тема «социальные конфликты» не ушла в прошлое мировой истории. Но она дополняется сегодня другими темами, заслуживающими нашего повышенного внимания. К ним надо причислить темы гуманизма, ненасилия, преодоления мирового терроризма, всеобщего образования и многие иные, которые встают во весь рост в наше время.



Краткое описание документа:

История и социальные конфликты

Проф. Лёвин В. Г.


В современном курсе «История» недостаточно внимания уделяется проблеме «социальные конфликты». Между тем, названная проблема для реальной всемирной истории имеет весомое значение. И это обстоятельство важно учитывать любому преподавателю-историку.

Замечу, что тема «социальные конфликты» вошла в современные исторические концепции через английских политэкономов и через французских социалистов-утопистов. Экономисты исходили из того, что в общественной жизни участвуют практические люди, которые действуют исходя из выгоды и интересов, из своих потребностей, и нередко вступают в конфликты по поводу своих интересов. В свою очередь, утописты-социалисты стремились к созданию моделей справедливого общества, в котором могли бы быть устранены причины острых социальных коллизий и фундаментальные противоречия, которые сталкивают людей в классовой борьбе.

Особое место в историческом исследовании общественных противоречий и причин классовой борьбы принадлежит К. Марксу. Его концепция не была чисто теоретическим решением и способом объяснения конкретных противоречий современного Марксу общества. Этот мыслитель стремился соединить теорию и практику. В своей исторической концепции он рассматривал объективно истинные законы истории как основание для практических изменений общественной жизни в направлении достижения социалистического (коммунистического) идеала. На деле движение в этом направлении означало восстановление социальных прав трудящихся.

Первоначально К. Маркс исследовал проблему отчуждения труда (в работе «Экономическо-философские рукописи»). Но постепенно Маркс убедился, что преодоление отчуждения труда должно быть направлено на все сферы общественной жизни: материально-производственную, политическую и культурно-духовную. «Кто был ничем, тот станет всем» – Маркс поддерживает этот лозунг. В его трактовке этот лозунг охватывает основательное социальное действие, которое включало организацию больших масс людей на социальную революцию, включало также теоретическое доказательство правомерности и реальной осуществимости глубинного социального поворота.

По Марксу, только люди являются авторами своей истории, и они же ее исполнители, вершители. История не навязана извне, она творится людьми как практическими существами. В такой истории действуют в сложном переплетении и объективные, и субъективные факторы. Но главное все-таки состоит в том, что воля и субъективизм людей имеют пределы. Для всей истории, понимаемой как общественная жизнь, есть одно необходимое условие, каковым является материально-производительный труд. Он обеспечивает необходимый для людей обмен веществ с природой. Материальное производство, складывающееся в рамках определенных форм общения людей, составляет единое общее основание всей общественной жизни. Соответственно, все историческое бытие людей проистекает из их производящей деятельности. Последняя включает в себя: производство материальных благ, производство общественных отношений, производство человека как носителя подобных отношений.

Итак, труд понимается Марксом не в качестве какой-то низшей, грязной деятельности. В его концепции труд берется как великий фактор всемирной истории. А носители труда становятся главными субъектами этой истории. Надо отметить, что труд все-таки принадлежит к сфере необходимости. Он удовлетворяет определенную нужду и потребности. И тем не менее, именно труд способен порождать свободу. Речь у Маркса идет о том, что человеческая история может преодолеть рубеж несвободы и перейти в «царство свободы». Это означает, что принуждение к труду в любой форме (в том числе и в виде эксплуатации чужого труда) способно исчезнуть на базе роста производительности общественного труда. До сих пор необходимый труд был главным источником общественного богатства. Маркс полагает, что на новом рубеже всемирной истории мера необходимого труда будет сокращаться, и источником богатства станет свободное время, обеспечивающее саморазвитие и совершенствование человека. В этом Маркс усматривал движение человеческого общества в направлении свободы. В конечном счете, социальную свободу обеспечивает рост производительности общественного труда.

В итоге складывается концепция, согласно которой угнетение и эксплуатация – это первый результат социальной свободы (рождается свобода для меньшинства). Капитализм дает всем гражданам личную свободу и правовое равенство, но он не избавляет труд от экономического принуждения. И все-таки капитализм содействует делу свободы, наращивая производство, увеличивая мощь капитала. В погоне за увеличением прибыли (а это основной закон жизни капитала) капитализм увеличивает производительность общественного труда и тем способствует делу всемирно-исторической свободы. Правда, капитализм решает такую задачу бессознательно, стихийно, зачастую расточительно, через кризисы разного рода. В этом, по Марксу, проявляется глубинный исторический предел капитализма.

Как ученый К. Маркс стремился исключить произвол из объяснительных схем всемирной истории. За поверхностным слоем общественной жизни, где люди действуют движимые личными страстями или расчетами, он искал некие фундаментальные объективные факторы. По его мнению, действия людей в истории всегда определяются обстоятельствами и объективными условиями. К ним Маркс причисляет устойчивые общественные отношения и существование конкретно-исторической социальной системы (по Марксу это «общественно-экономические формации»). Действия людей приобретают объективно выраженную направленность, вытекающую из их общественного положения, из их социальных интересов. Это не индивидуальные интересы, а своеобразная системная функция, то, что большие группы людей вынуждены делать в силу своего социального положения. Здесь возникает историческая необходимость, которая проявляется во взаимодействии и борьбе различных общественных сил. Особое внимание Маркс уделял организации и побуждению к действию классовых сил, и прежде всего – пролетариата, в котором он усматривал всемирно-историческую силу.

Любопытные метаморфозы претерпевает в концепции Маркса сознание. Оно становится социальным феноменом, рождается общественное сознание, которое, в конечном счете, отражает наличие и расстановку классовых сил в обществе. Социальные системы, сменяя друг друга, проходят свой объективный путь в истории. Такие системы обезличены, хотя человеческие индивиды (личности) включены в эти системы. Действуют такие системы подобно стихийной силе. Находясь в системе, люди или не могут предвидеть, или не в силах предотвратить последствия своего личного выбора, личных действий. Любой человек не в силах навязать системе какие-то собственные интересы.

Индивидуальное сознание отдельного человека оказывает исчезающе малое влияние на историю. Действительное воздействие на нее идет через общественное сознание, которое, в конечном счете, оказывается классовым. Если представители класса осознают действительный классовый интерес, тогда они становятся реальными деятелями истории. В этом контексте находит свое место пролетарское сознание. Оно способно уловить всемирный закон истории, обусловливающий закат капитализма. В пролетарском сознании отражается историческая миссия и историческая мощь пролетариата. Теория Маркса должна была вооружить пролетариат таким сознанием.

Практически осуществляемая история в новейшее время тесно связана с политикой. По Марксу, политика – это своеобразная надстройка над экономической реальностью. Вместе с тем, ее укорененность в обществе опосредована государством. Политика – функция государства. Но в этом качестве выступает политика господствующих классов, с ее помощью последние реализуют свой классовый интерес, обеспечивая существование социальной системы господства и подчинения. Среди господствующих классов может вестись внутриполитическая борьба – за лидерство в политике. Однако социальная система включает еще одну часть общества – подчиненную, угнетенную. Она стоит вне государственной политики. Ее роль зачастую разрушительная, а ее политика в отношении решения всемирно-исторических задач может быть легковесной и случайной. Прослеживая зигзаги развития пролетарской политики, Маркс убедился, что и она может иметь подобный характер (примером может служить борьба рабочих, получившая название «бунт против машин»). И все-таки дело меняется. Пролетарская политика приобрела реальную историческую силу благодаря двум обстоятельства. Первое оказалось связанным с массовой пролетаризацией населения, к которому вела беспощадная капиталистическая эксплуатация. Массовая сила пролетариата приобрела мощь вулкана и оказалась нацелена на революцию. Другое обстоятельство оказалось связано с внесение организованного начала в рабочее, пролетарское движение. В роли организаторов выступили рабочие партии, которые побуждали пролетариат на решение главной исторической задачи – вырвать политическую власть у буржуазии.

Возникает, однако, вопрос: какое положительное содержание несла политика второго рода, т. е. пролетарская политика? У Маркса имелся только общий ответ: переход к новой социальной системе, способной развиваться без частной собственности и без государства. Политический переход к такому состоянию осуществляется через диктатуру пролетариата, которая в силу массовости пролетариата перестает быть собственно диктатурой, тиранией над народом.

В этом пункте своей концепции Маркс проявил политическую недальновидность и неосмотрительность. Впоследствии историческая практика показала, как реально проявляет себя диктатура, даже если она носит название пролетарской. Она оказалась способной подавлять людей в угоду великой и благой исторической цели.

В капиталистической общественной системе, по Марксу, завязался новый узел всемирной истории – со своими уникальными, и одновременно общечеловеческими противоречиями. Главное среди них определялось как противоречие между трудом и капиталом. Его преодоление и снятие, предполагал Маркс, должно было осуществиться в результате так называемой социальной революции. В своей концепции он принципиально называл революции «локомотивами истории».

Преодоление пороков и противоречий современного Марксу капитализма действительно было актуальной задачей. Жестокая поляризация общества достигла уже в XIX веке высокого напряжения. Но попытки выйти из капитализма посредством «созревшей» революции, как думал Маркс (и многие его последователи), не привели к появлению того типа общества, которое обозначило бы переход в «царство свободы». Реально свершившиеся революционные выступления (революции в Европе XIX века, включая Парижскую коммуну, революции в России и в Азии) несли с собой сильную струю волюнтаризма, прожектерства, произвола и насилия. Обещанного счастья они не принесли. Напротив, десятки и сотни миллионов людей испытали невиданные по масштабам лишения и великие трагедии. К этому добавились иные массовые несчастья человечества. Оно перемалывалось в мировых войнах двадцатого века. Муки людей дополнились десятками локальных войн и межнациональных конфликтов. Длительное время поддерживалась и совершенствовалась колониальная система угнетения.

Мировая история стала глобальной и несет в себе черты трагизма. Маркс предвидел другую историю, и его предвидение не сбылось. Прогресс, о котором он говорил, не оправдал себя. Реальная история продемонстрировала свой многовекторный характер. В ней, и это стоит подчеркнуть, активно действовали не только разрушительные, революционные силы, но также «консервативные силы», которые преуспели в области модернизации своей политики. В частности, они осуществили, хотя и под сильным давлением «снизу», поворот целей государства к социальной политике. По такому пути пошли США, Канада, многие страны европейского континента.

Оказалось, что фантазия Маркса об отмирании государства в результате социальной революции, лишена почвы. В реальной истории шел процесс социализации государства, имело место расширение его функций в направлении контроля над законностью экономической и социальной деятельности и поддержка социальных программ. Выявилось к тому же, что политика может первенствовать над экономикой, поворачивая последнюю к социальным целям. Но для этого нужны мощные демократические реформы, к которым толкают демократические движения, в том числе – организованные силы трудящихся. Важная цель подобных реформ: противодействие любым формам бесконтрольной власти.

Развитие многих стран пошло по пути, позволившем смягчить противоречия между трудом и капиталом. Одновременно были использованы социальные механизмы, позволившие овладеть силами научно-технического прогресса. Совершенствовалась также организация и управление экономикой и социальными процессами, внедрялась социальная инженерия и современные технологии во многие области нового общества. История, по крайней мере, в одной из своих ветвей приобрела инженерный и технологический облик. Кроме того, были освоены демократические политические институты, допущены к жизни элементы духовной свободы.

В итоге не появилось какое-либо идеальное общество. Человечество движется в истории неравномерно. Наряду с развитыми странами существуют страны отсталые. Но, кроме того, теперь уже в глобальном масштабе возникли новые вызовы для человеческой истории (экологические проблемы, техногенные катастрофы, международный терроризм и др.). Современное человечество вновь стоит перед выбором путей своего развития, в том числе тех, которые могли бы обеспечить само право людей на всемирную историю.

Добавлю, что концепция Маркса реализовала весьма общий, но все-таки односторонний подход к постижению истории. Рассматривая историю как развитие общественной жизни людей, эта концепция рассматривала в качестве основы истории преобразования в недрах общественно-экономической формации. Главным и всеобщим субъектом истории объявлялось экономическое общество. В конечном счете, экономические интересы и экономический человек стали в этой концепции сердцем и двигателем истории. Тем самым, история превратилась в одномерный процесс. Однако реальная мировая история не охватывается экономическими бурями и брожениями. По крайней мере, в ней есть значительная группа явлений, весьма далеких от экономических способов организации общественной жизни. К ним можно отнести религию, искусство, миротворчество, заботу о воспитании детей и т.п.

Итак, тема «социальные конфликты» не ушла в прошлое мировой истории. Но она дополняется сегодня другими темами, заслуживающими нашего повышенного внимания. К ним надо причислить темы гуманизма, ненасилия, преодоления мирового терроризма, всеобщего образования и многие иные, которые встают во весь рост в наше время.

Литература:

1. Зайцев А.К. Социальный конфликт. – М., 2000.

2. Лёвин В. Г. Философия марксизма//История философии. Конспект лекций. – Самара: Самарский гос. Техн. Ун-т. 2007. С. 120-140.

3. К. Маркс. К критике гегелевской философии права. Введение (конец 1843 — январь 1844 г.) — К. Маркс и Ф. Энгельс. Сочинения. Изд. 2-е. Т. 1.

4. К. Маркс. Экономическо-философские рукописи 1844 года.— К. Маркс и Ф. Энгельс. Сочинения. Изд. 2-е. Т. 42.

5. К. Маркс. Классовая борьба во Франции (январь — 1 ноября 1850 г.).— К. Маркс и Ф. Энгельс. Сочинения. Изд. 2-е. Т. 7.

6. Шумпетер Й.Гл.1. Карл Маркс// Десять великих экономистов от Маркса до Кейнса. – М.: Институт Гайдара, 2011. С. 17-116.

Автор
Дата добавления 10.08.2016
Раздел История
Подраздел Статьи
Просмотров74
Номер материала ДБ-154037
Получить свидетельство о публикации

Похожие материалы

Включите уведомления прямо сейчас и мы сразу сообщим Вам о важных новостях. Не волнуйтесь, мы будем отправлять только самое главное.
Специальное предложение
Вверх