Добавить материал и получить бесплатное свидетельство о публикации в СМИ
Эл. №ФС77-60625 от 20.01.2015

Опубликуйте свой материал в официальном Печатном сборнике методических разработок проекта «Инфоурок»

(с присвоением ISBN)

Выберите любой материал на Вашем учительском сайте или загрузите новый

Оформите заявку на публикацию в сборник(займет не более 3 минут)

+

Получите свой экземпляр сборника и свидетельство о публикации в нем

Инфоурок / Школьному психологу / Другие методич. материалы / Методический материал "Диагностический инструментарий"
ВНИМАНИЮ ВСЕХ УЧИТЕЛЕЙ: согласно Федеральному закону № 313-ФЗ все педагоги должны пройти обучение навыкам оказания первой помощи.

Дистанционный курс "Оказание первой помощи детям и взрослым" от проекта "Инфоурок" даёт Вам возможность привести свои знания в соответствие с требованиями закона и получить удостоверение о повышении квалификации установленного образца (180 часов). Начало обучения новой группы: 24 мая.

Подать заявку на курс
  • Школьному психологу

Методический материал "Диагностический инструментарий"

библиотека
материалов

Диагностирующий инструментарий

1. Опросник STAXI Ч. Спилбергера
(адаптация С. Л. Соловьевой)

Инструкция. Эта шкала поделена на три части. В каждой части содержаться утверждения, описывающие чувства и поступки людей. Пожалуйста, обратите внимание, что каждая часть имеет отдельную инструкцию. Здесь нет правильных или неправильных ответов. Давайте тот ответ, который наиболее точно вас характеризует.

Часть 1. Как я себя чувствую сейчас. Обведите в кружок тот вариант ответа, который соответствует тому, как вы чувствуете себя СЕЙЧАС. Не тратьте слишком много времени на обдумывание и помните, что здесь нет хороших или плохих ответов.

Утверждения

Совершенно нет

Немного

Умеренно

Очень

1. Я разъярен

1

2

3

4

2. Я чувствую себя раздраженным

1

2

3

4

3. Я зол

1

2

3

4

4. Я чувствую, мне хочется накричать на кого-нибудь

1

2

3

4

5. Я чувствую, что мне хочется разбить что-нибудь вдребезги

1

2

3

4

6. Я взбешен

1

2

3

4

7. Я чувствую, как мне хочется стукнуть по столу кулаком

1

2

3

4

8. Я чувствую, как мне хочется кого-нибудь ударить

1

2

3

4


9. Я готов взорваться

1

2

3

4

10. Я чувствую, что мне хочется ругаться

1

2

3

4

Часть 2. Как я себя чувствую обычно. Обведите в кружок тот вариант ответа, который соответствует тому, как вы чувствуете себя ОБЫЧНО. Не тратьте слишком много времени на обдумывание и помните, что здесь нет хороших или плохих ответов.

Утверждения

Почти никогда

Иногда

Часто

Почти всегда

11. Я легко завожусь

1

2

3

4

12. Я человек огненного темперамента

1

2

3

4

13. Я вспыльчивый человек

1

2

3

4

14. Меня злит, когда мне приходится действовать медленнее из-за чужих ошибок

1

2

3

4

15. Меня раздражает, если моя хорошая работа останется незамеченной

1

2

3

4

16. Я – взрывчатый человек

1

2

3

4

17. Когда я взбешен, я говорю очень неприятные вещи

1

2

3

4

18. Я впадаю в ярость, когда меня критикуют в чьем-то присутствии

1

2

3

4

19. Когда я сильно неудовлетворен чем-то и никак не могу сделать что хочу, мне хочется кого-нибудь ударить

1

2

3

4

20. Меня приводит в ярость, если я делаю хорошую работу, а ее плохо оценивают

1

2

3

4

Часть 3. Когда я зол или разъярен. Каждый из нас бывает в ярости и чувствует гнев в какие-то моменты. Но люди различаются в том, как они себя ведут, когда злятся. Ниже приведены утверждения, описывающие поведение людей в состоянии гнева или ярости. Прочитайте, пожалуйста, каждое утверждение. Обведите кружком цифру, соответствующую тому, насколько часто вы В ОБЩЕМ реагируете и поступаете так, как описано в утверждении, когда вы разозлены или рассержены. Не тратьте слишком много времени на обдумывание и помните, что здесь нет хороших или плохих ответов.

Утверждения

Почти никогда

Иногда

Часто

Почти всегда

21. Я контролирую свой гнев

1

2

3

4

22. Я проявляю свою злость

1

2

3

4

23. Во мне накапливается возбуждение, не находя разрядки

1

2

3

4

24. Я терпелив с окружающими

1

2

3

4

25. Я угрюмый и хмурый

1

2

3

4

26. Я.отдаляюсь от людей

1

2

3

4

27. Я делаю едкие замечания окружающим

1

2

3

4

28. Я не даю выход гневу

1

2

3

4

29. Я могу хлопнуть дверью

1

2

3

4

30. Моя злость не находит выхода, и я надолго остаюсь раздраженным

1

2

3

4

31. Я контролирую свое поведение

1

2

3

4

32. Я ругаюсь с окружающими

1

2

3

4

33. Я склонен копить обиды, о которых никому не говорю

1

2

3

4

34. Если меня что-то взбесит, я этого просто так не спускаю

1

2

3

4

35. Я могу удержать себя от потери самообладания

1

2

3

4

36. Я затаиваю обиду

1

2

3

4

37. Я гораздо более злой, чем это обычно признаю

1

2

3

4

38. Я все сдерживаю внутри

1

2

3

4

39. Я говорю гадкие вещи

1

2

3

4

40. Ничто не заставит меня показать свою злость

1

2

3

4

41. Я раздражаюсь гораздо в большей степени, чем окружающие это замечают

1

2

3

4

42. Я теряю самообладание

1

2

3

4

43. Если кто-то меня раздражает, я готов высказать ему, что я чувствую

1

2

3

4

44. Я контролирую свое чувство гнева

1

2

3

4

Оценка агрессивности

Обработка данных

Утверждения с 1 по 10 – шкала агрессии как психического состояния.

Утверждения с 11 по 20 – шкала агрессии как черты, как свойства личности.

Утверждения 11, 12, 13 и 16 – шкала агрессии как компонента в структуре темперамента.

Утверждения 14, 15, 18 и 20 – шкала агрессии как реакции ответа на текущее событие.

Утверждения 23, 25, 26, 30, 33, 36, 37 и 41 – шкала агрессии, выражение которой направленно внутрь (аутоагрессия).

Утверждения 22, 27, 29, 32, 34, 39, 42 и 43 – шкала агрессии, выражение которой направленно вовне (гетероагрессия).

Утверждения 21, 24, 28, 31, 35, 38, 40 и 44 – шкала контроля агрессии.

Нормативные данные по России

– Состояние – 10, 84 ± 2,27

– Черта – 18,52 ± 3,75

– Темперамент – 7,67 ± 2,58

– Реакция – 9,02 ± 2,91

– Аутоагрессия – 15,18 ± 4,24

– Гетероагрессия – 15,75 ± 3,71

– Контроль – 21,90 ± 4,93

Утверждения

Совершенно нет

Немного

Умеренно

Очень

1. Я разъярен





2. Я чувствую себя раздраженным





3. Я зол





4. Я чувствую, мне хочется накричать на кого-нибудь





5. Я чувствую, что мне хочется разбить что-нибудь вдребезги





6. Я взбешен





7. Я чувствую, как мне хочется стукнуть по столу кулаком





8. Я чувствую, как мне хочется кого-нибудь ударить





9. Я готов взорваться





10. Я чувствую, что мне хочется ругаться






Почти никогда

Иногда

Часто

Почти всегда

11. Я легко завожусь





12. Я человек огненного темперамента





13. Я вспыльчивый человек





14. Меня злит, когда мне приходится действовать медленнее из-за чужих ошибок





15. Меня раздражает, если моя хорошая работа останется незамеченной





16. Я – взрывчатый человек





17. Когда я взбешен, я говорю очень не приятные вещи





18. Я впадаю в ярость, когда меня критикуют в чьем-то присутствии





19. Когда я сильно неудовлетворен чем-то и никак не могу сделать что хочу, мне хочется кого-нибудь ударить





20. Меня приводит в ярость, если я делаю хорошую работу, а ее плохо оценивают





21. Я контролирую свой гнев





22. Я проявляю свою злость





23. Во мне накапливается возбуждение, не находя разрядки





24. Я терпелив с окружающими





25. Я угрюмый и хмурый





26. Я отдаляюсь от людей





27. Я делаю едкие замечания окружающим





28. Я не даю выход гневу





29. Я могу хлопнуть дверью





30. Моя злость не находит выхода, и я надолго остаюсь раздраженным





31. Я контролирую свое поведение





32. Я ругаюсь с окружающими





33. Я склонен копить обиды, о которых никому не говорю





34. Если меня что-то взбесит, я этого просто так не спускаю





35. Я могу удержать себя от потери самообладания





36. Я затаиваю обиду





37. Я гораздо более злой, чем это обычно признаю





38. Я все сдерживаю внутри





39. Я говорю гадкие вещи





40. Ничто не заставит меня показать свою злость





41. Я раздражаюсь гораздо в большей степени, чем окружающие это замечают





42. Я теряю самообладание





43. Если кто-то меня раздражает, я готов высказать ему, что я чувствую





44. Я контролирую свое чувство гнева





2. Тест на Интернет-аддикцию
(Авторы: Никитина, Егоров)

Фамилия Имя ________________________________________________________

Возраст____________________ Дата _____________________

1. В свободное время .

А) играете в компьютерные игры

Б) играете на игровых автоматах

В) посещаете Интернет

2. С какого возраста вы играете (компьютерные игры, игровые автоматы, Интернет – нужное подчеркнуть).

7, 8, 9, 10, 11, 12, 13, 14, 15, 16 …

3. Сколько раз вы играете (компьютерные игры, игровые автоматы, Интернет – нужное подчеркнуть)?

А) 1 раз в неделю

Б) 3–4 раза в неделю

В) каждый день

Г) один раз в месяц

Д) другое _____________________________________________

4. Сколько времени вы тратите на компьютерную игру, Интернет, игровые автоматы?

А) 1–2 часа

Б) 3–4 часа

В) 5–6 часов

Г) более 6 часов

5. Какие ролевые компьютерные игры вы предпочитаете (выбрать не больше двух)?

А) игры, в которых вы смотрите глазами своего героя

Б) игры, в которых вы смотрите на своего героя со стороны

В) руководительские игры

6. Какие не ролевые компьютерные игры вы предпочитаете (выбрать не больше двух)?

А) аркады

Б) головоломки

В) игры на быстроту реакции и сообразительность

Г) традиционные азартные игры (рулетка, казино и т. д.

7. Возвращаетесь ли вы на другой день к игре, чтобы отыграться?

А) никогда

Б) иногда

В) чаще всего

Г) почти всегда

8. В Интернете вы предпочитаете (выбрать не больше двух)  .

А) E-mail

Б) ICQ (чаты)

В) USENET (конференции)

Г) виртуальную реальность

Д) сетевые игры (подчеркнуть: бродилки, аркады, квесты, гонки, стрелялки, симуляторы)

9. Когда вы играете (компьютерные игры, игровые автоматы, Интернет – нужное подчеркнуть), то испытываете  .

А) эйфорию

Б) радость

В) облегчение

Г) азарт

Д) расслабление

10. Как часто вы замечаете, что играете или находитесь в Интернете больше запланированного времени?

А) иногда

Б) редко

В) часто

Г) очень часто

Д) всегда

Е) это ко мне не относится

11. Вы предпочитаете играть  .

А) один

Б) с друзьями

12. Вы находитесь в Интернете, игровом зале, в компьютерном клубе, интернет-кафе для того, чтобы  .

А) пообщаться

Б) поиграть

В) самоутвердиться

Г) найти нужную информацию

Д) расслабиться

13. Как относятся близкие (родители, друзья) к вашему увлечению?

А) играют вместе со мной

Б) положительно

В) нейтрально

Г) отрицательно

Д) резко отрицательно

14. Что вы испытываете, когда долго не играете или не находитесь в Интернете?

А) беспокойство

Б) раздражительность

В) чувство дискомфорта

Г) чувство подавленности

Д) ощущение пустоты

15. Как часто вы откладываете встречи с друзьями и личные дела из-за компьютерных игр?

А) иногда

Б) редко

В) часто

Г) очень часто

Д) всегда

Е) это ко мне не относится

16. Являются ли компьютерные игры, Интернет, игры на автоматах причиной проблем с учебой?

А) иногда

Б) редко

В) часто

Г) очень часто

Д) всегда

Е) это ко мне не относится

17. Возникают ли у вас в последнее время какие-либо признаки ухудшения здоровья (выбрать не больше трех)?

А) беспокойный сон

Б) бессонница

В) боль в кистях рук

Г) сухость, жжение глаз

Д) боли в спине

Е) онемение пальцев рук

18. В реальной жизни вам свойственны (выбрать не больше четырех)  .

А) тревожность

Б) депрессия

В) одиночество

Г) недовольство окружающими

Д) недовольство собой

Е) невозможность расслабиться

3. Интернет-зависимость

Ответьте на предложенные вопросы, используя следующую шкалу:

«Очень редко» – 1 балл

«Иногда» – 2 балла

«Часто» – 3 балла

«Очень часто» – 4 балла

«Всегда» – 5 баллов

  1. Как часто вы обнаруживаете, что задержались в Сети дольше, чем задумывали?

  2. Как часто вы забрасываете свои домашние обязанности, чтобы провести больше времени в Сети?

  3. Как часто вы предпочитаете развлечения в Интернете общению со своим любимым человеком?

  4. Как часто вы строите новые отношения с друзьями по Сети?

  5. Как часто ваши знакомые жалуются по поводу количества времени, которое вы проводите в Сети?

  6. Как часто из-за времени, проведенного в Сети, страдает ваше образование?

  7. Как часто вы проверяете электронную почту, прежде чем заняться чем-то другим?

  8. Как часто страдает ваша эффективность или продуктивность в работе из-за использования Интернета?

  9. Как часто вы сопротивляетесь разговору или скрываете, если вас спрашивают о том, что вы делали в Сети?

  10. Как часто вы отводите на второй план неприятные мысли о своей жизни, заменяя их успокаивающими мыслями об Интернете?

  11. Как часто вы чувствуете приятное предвкушение от предстоящего выхода в Сеть?

  12. Как часто вы боитесь, что жизнь без Интернета станет скучной, пустой и безынтересной?

  13. Как часто вы раздражаетесь, кричите, если что-то отрывает вас, когда вы находитесь в Сети?

  14. Как часто вы теряете сон, когда поздно находитесь в Сети?

  15. Как часто вы чувствуете, что поглощены Интернетом, когда не находитесь в Сети, или воображаете, что вы там?

  16. Как часто вы говорите, что проведете в Сети «еще пару минут…»?

  17. Как часто вы пытаетесь безуспешно урезать время пребывания в Сети?

  18. Как часто вы пытаетесь скрыть количество времени пребывания в Сети?

  19. Как часто вы предпочитаете находиться в сети вместо того, чтобы встретиться с людьми?

  20. Как часто вы чувствуете подавленность, плохое настроение, нервничаете, когда вы не в Сети, что вскоре исчезает, стоит вам выйти в Интернет?

1

2

3

4

5

6

7

8

9

10

11

12

13

14

15

16

17

18

19

20

4. Опросник Кимберли Янг

Ответьте на вопросы «да» или «нет»

  1. Вы используете Интернет, чтобы уйти от проблем или избавиться от плохого настроения?

  2. Вы не можете контролировать.использование Интернета?

  3. Вы чувствуете необходимость находиться в Интернете все дольше и дольше для того, чтобы достичь удовлетворения?

  4. Каждый раз вы проводите в Интернете больше времени, чем планировали?

  5. После излишней траты денег на оплату соединения вы на следующий день начинаете все сначала?

  6. Вы обманываете членов семьи и друзей, скрывая сколько времени вы проводите в Интернете и степень вашей увлеченности им?

  7. Вы чувствуете беспокойство или раздражение, когда вас отрывают от Интернета?

  8. Вы думаете об Интернете, когда находитесь вне Сети?

  9. Находясь вне Сети, вы испытываете подавленность или беспокойство?

  10. Вы рискуете лишиться важных взаимоотношений, потерять место работы или учебы из-за Интернет?

1

2

3

4

5

6

7

8

9

10

5. Зависимость от аудиостимулов

Ответьте на вопросы «да» или «нет»

  1. Вы обычно слушаете радио или стерео, когда читаете или учитесь?

  2. Вы слушаете радио или стерео по собственному выбору, когда работаете?

  3. Вы слушаете аудио или стерео, когда общаетесь с друзьями?

  4. Вы слушаете аудио или стерео, когда занимаетесь домашними делами?

  5. Вам нужно радио, стерео или телевизор, чтобы заснуть?

  6. Вы всегда хотите слушать радио или музыку, когда едете на машине?

  7. Испытываете ли вы чувство дискомфорта или стресс, когда ни один источник звука не включен?

  8. Когда вы в дороге, вы не способны развлечь себя собственными мыслями?

  9. Когда вы в дороге, вы часто просите водителя сделать музыку погромче, чтобы она была слышна окружающим?

1

2

3

4

5

6

7

8

9

6. Игровая зависимость

Ответьте на вопросы «да» или «нет»

  1. Приходилось ли вам тратить рабочее время на игру?

  2. Делал когда-нибудь гемблинг вашу жизнь несчастной?

  3. Портила ли игра вашу репутацию?

  4. Испытывали ли вы когда-нибудь раскаяние после игры?

  5. Играли ли вы когда-нибудь на деньги, чтобы отдать долг или решить финансовые проблемы?

  6. Вызывала ли когда-нибудь игра увеличение вашей продуктивности?

  7. После проигрыша вы чувствуете, что должны вернуться как можно скорее, чтобы отыграться?

  8. После выигрыша вы чувствуете сильное побуждение вернуться и выиграть еще?

  9. Вы часто играете, пока у вас кончатся деньги?

  10. Приходилось ли вам занимать деньги на игру?

  11. Приходилось ли вам продавать что-либо, чтобы получить деньги на.игру?

  12. Вы не склонны тратить «игровые» деньги на обычные расходы?

  13. Игра делает вас безразличным к своему благополучию и благополучию своей семьи?

  14. Случалось ли, что вы играли дольше, чем планировали?

  15. Приходилось ли вам играть, чтобы забыть про неприятности?

  16. Собирались ли вы совершать или совершали противоправные действия, чтобы достать деньги на игру?

  17. Были ли у вас проблемы со сном из-за игры?

  18. Вызывают ли у вас споры, разочарования или нереализованные желания побуждения к игре?

  19. Возникало ли у вас побуждение отпраздновать какой-либо успех несколькими часами игры?

  20. Не возникали ли у вас когда-либо суицидальные мысли из-за игры?

1

2

3

4

5

6

7

8

9

10

11

12

13

14

15

16

17

18

19

20

Примечание

1. 5–9 – не проявляется

10–15 – группа риска

16 и выше – зависимость

2. 50–79 – серьезное влияние

80 и выше – интернет-зависимость

3. 0 – не проявляется

1–3 – низкое проявление

4–6 – группа риска

7–9 – зависимость

4. 0 – нет

1–4 – низкое проявление

5–7 – группа риска

9–11 – зависимость

5. 0–5 – низкое проявление

6–10 – группа риска

11 и выше – зависимость

7. Методика «Определение склонности к отклоняющемуся поведению» (А. Н. Орел)

Назначение. Предлагаемая методика диагностики склонности к отклоняющемуся поведению (СОП) является стандартизированным тест-опросником, предназначенным для измерения готовности (склонности) подростков к реализации различных форм отклоняющегося поведения. Опросник представляет собой набор специализированных психодиагностических шкал, направленных на измерение готовности (склонности) к реализации отдельных форм отклоняющегося поведения.

Методика предполагает учет и коррекцию установки на социально желательные ответы испытуемых.

Шкалы опросника делятся на содержательную и служебную. Содержательные шкалы направлены на измерение психологического содержания комплекса связанных между собой форм девиантного поведения, то есть социальных и личностных установок, стоящих за этими поведенческими проявлениями.

Служебная шкала предназначена для измерения предрасположенности испытуемого давать о себе социально-одобряемую информацию, оценки достоверности результатов опросника в целом, а также для коррекции результатов по содержательным шкалам в зависимости от выраженности установки испытуемого на социально-желательные ответы.

Таким образом, методика включает два варианта, содержащие следующие наборы шкал.

Инструкция. Перед вами имеется ряд утверждений. Они касаются некоторых сторон вашей жизни, вашего характера, привычек. Прочтите первое утверждение и решите, верно, ли данное утверждение по отношению к вам. Если верно, то на бланке ответов рядом с номером, соответствующим утверждению, в квадратике под обозначением «да» поставьте крестик или галочку. Если неверно, то поставьте крестик или галочку в квадратике под обозначением «нет». Если вы затрудняетесь ответить, то постарайтесь выбрать вариант ответа, который все-таки больше соответствует вашему мнению. Затем таким же образом отвечайте на все пункты опросника. Если вы ошибетесь, то зачеркните ошибочный ответ и поставьте тот, который считаете нужным. Помните, что вы высказываете собственное мнение о себе в настоящий момент. Здесь не может быть «плохих» или «хороших», «правильных» или «неправильных» ответов. Очень долго не обдумывайте ответов, важна ваша первая реакция на содержание утверждений. Отнеситесь к работе внимательно и серьезно. Небрежность, а также стремление «улучшить» или «ухудшить» ответы приводят к недостоверным результатам. В случае затруднений еще раз прочтите эту инструкцию или обратитесь к тому, кто проводит тестирование. Не делайте никаких пометок в тексте опросника.

Опросник (мужской вариант)

  1. Я предпочитаю одежду неярких, приглушенных тонов.

  2. Бывает, что я откладываю на завтра то, что должен сделать сегодня.

  3. Я охотно записался бы добровольцем для участия в каких-либо боевых действиях.

  4. Бывает, что иногда я ссорюсь с родителями.

  5. Тот, кто в детстве не дрался, вырастает маменькиным сынком и ничего не может добиться.

  6. Я бы взялся за опасную для жизни работу, если бы за нее хорошо платили.

  7. Иногда я ощущаю такое сильное беспокойство, что просто не могу усидеть на месте.

  8. Иногда бывает, что я немного хвастаюсь.

  9. Если бы мне пришлось стать военным, то я хотел бы быть летчиком-истребителем.

  10. Я ценю в людях осторожность и осмотрительность.

  11. Только слабые и трусливые люди выполняют все правила и законы.

  12. Я предпочел бы работу, связанную с переменами и путешествиями.

  13. Я всегда говорю только правду.

  14. Если человек в меру и без вредных последствий употребляет возбуждающие и влияющие на психику вещества-то это нормально.

  15. Даже если я злюсь, то стараюсь не прибегать к ругательствам.

  16. Я думаю, что мне бы понравилось охотиться на львов.

  17. Если меня обидели, то я обязательно должен отомстить.

  18. Человек должен иметь право выпивать столько, сколько он хочет.

  19. Если мой приятель опаздывает к назначенному времени, то я обычно сохраняю спокойствие.

  20. Мне обычно затрудняет работу требование сделать ее к определенному сроку.

  21. Иногда я перехожу улицу там, где мне удобно, а не там, где положено.

  22. Некоторые правила и запреты можно отбросить, если испытываешь сильное сексуальное (половое) влечение.

  23. Я иногда не слушаюсь родителей.

  24. Если при покупке автомобиля мне придется выбирать между скоростью и безопасностью, то я выберу безопасность.

  25. Я думаю, что мне бы понравилось заниматься боксом.

  26. Если бы я мог свободно выбирать профессию, то стал бы дегустатором вин.

  27. Я часто испытываю потребность в острых ощущениях.

  28. Мое отношение к жизни хорошо описывает пословица: «Семь раз отмерь, один раз отрежь».

  29. Я всегда покупаю билеты в общественном транспорте.

  30. Среди моих знакомых есть люди, которые пробовали одурманивающие вещества токсические.

  31. Я всегда выполняю обещания, даже если мне это не выгодно.

  32. Бывает, что мне так и хочется выругаться.

  33. Правы люди, которые следуют в жизни пословице: «Если нельзя, но очень хочется, то можно».

  34. Бывало, что я попадал в драку после употребления спиртных напитков.

  35. Мне редко удается заставить себя продолжать работу после ряда обидных неудач.

  36. Если бы в наше время проводили бои гладиаторов, то я бы обязательно в них поучаствовал.

  37. Бывает, что иногда я говорю неправду.

  38. Терпеть боль назло всем бывает даже приятно.

  39. Я лучше соглашусь с человеком, чем стану спорить.

  40. Если бы я родился в давние времена, то стал бы благородным разбойником.

  41. Если нет другого выхода, то спор можно разрешить и дракой.

  42. Бывали случаи, когда мои родители или другие взрослые высказывали беспокойство по поводу того, что я немного выпил.

  43. Одежда с первого взгляда должна выделять человека среди других в толпе.

  44. Если в кинофильме нет ни одной приличной драки – это плохое кино.

  45. Когда люди стремятся к новым необычным ощущениям и переживаниям – это нормально.

  46. Иногда я скучаю на уроках.

  47. Если меня кто-то случайно задел в толпе, то я обязательно потребую от него извинения.

  48. Если человек раздражает меня, то я готов высказать ему все, что о нем думаю.

  49. Во время путешествий и поездок я люблю отклоняться от обычных маршрутов.

  50. Мне бы понравилась профессия дрессировщика хищных зверей.

  51. Если уж ты сел за руль мотоцикла, то стоит ехать только очень быстро.

  52. Когда я читаю детектив, то мне часто хочется, чтобы преступник ушел от преследователя.

  53. Иногда я просто не могу удержаться от смеха, когда слышу неприличную шутку.

  54. Я стараюсь избегать в разговоре выражений, которые могут смутить окружающих.

  55. Я часто огорчаюсь из-за мелочей.

  56. Когда мне возражают, я часто взрываюсь и отвечаю резко.

  57. Мне больше нравиться читать о приключениях, чем о любовных историях.

  58. Чтобы получить удовольствие, стоит нарушить некоторые правила и запреты.

  59. Мне нравиться бывать в компаниях, где в меру выпивают и веселятся.

  60. Меня раздражает, когда девушки курят.

  61. Мне нравиться состояние, которое наступает, когда в меру и в хорошей компании выпьешь.

  62. Бывало, что у меня возникало желание выпить, хотя я понимал, что сейчас не время и не место.

  63. Сигарета в трудную минуту меня успокаивает.

  64. Мне легко заставить других меня бояться, и иногда ради забавы я это делаю.

  65. Я смог бы своей рукой казнить преступника, справедливо приговоренного к высшей мере наказания.

  66. Удовольствие-это главное к чему стоит стремиться.

  67. Я хотел бы поучаствовать в автомобильных гонках.

  68. Когда у меня плохое настроение, ко мне лучше не подходить.

  69. Иногда у меня бывает такое настроение, что я готов первым начать драку.

  70. Я могу вспомнить случаи, когда я был таким злым, что хватал первую попавшуюся в руку вещь и ломал ее.

  71. Я всегда требую, чтобы окружающие уважали мои права.

  72. Мне понравилось бы прыгать с парашютом.

  73. Вредное воздействие на человека алкоголя и табака сильно преувеличивают.

  74. Я редко даю сдачи, даже если кто-то ударит меня.

  75. Я не получаю удовольствия от ощущения риска.

  76. Когда человек в пылу спора прибегает к «сильным» выражениям – это нормально.

  77. Я часто не могу сдержать свои чувства.

  78. Бывало, что я опаздывал на уроки.

  79. Мне нравятся компании, где все подшучивают друг над другом.

  80. Секс должен занимать в жизни молодежи одно из главных мест.

  81. Часто я не могу удержаться от спора, если кто-то не согласен со мной.

  82. Иногда случалось, что я не выполнял домашнее задание.

  83. Я часто совершаю поступки под влиянием минутного настроения.

  84. Мне кажется, что я не способен ударить человека.

  85. Люди справедливо возмущаются, когда узнают, что преступник остался безнаказанным.

  86. Бывает, что мне приходиться скрывать от взрослых некоторые свои поступки.

  87. Наивные простаки сами заслуживают того, чтобы их обманывали.

  88. Иногда я бываю так раздражен, что стучу по столу кулаком.

  89. Только неожиданные обстоятельства и чувство опасности позволяют мне по настоящему проявить себя.

  90. Я бы попробовал какое-нибудь одурманивающее вещество, если бы твердо знал, что это не повредит моему здоровью и не повлечет наказания.

  91. Когда я стою на мосту, то меня иногда так и тянет прыгнуть вниз.

  92. Всякая грязь меня пугает или вызывает сильное отвращение.

  93. Когда я злюсь, то мне хочется кого-нибудь ударить.

  94. Я считаю, что люди должны полностью отказаться от употребления спиртных напитков.

  95. Я бы смог на спор влезть на высокую фабричную трубу.

  96. Временами я не могу справиться с желанием причинить боль другим людям.

  97. Я мог бы после небольших предварительных объяснений управлять вертолетом.

Опросник (женский вариант)

  1. Я стремлюсь в одежде следовать самой современной моде или даже опережать ее.

  2. Бывает, что я откладываю на завтра то, что должна сделать сегодня.

  3. Если бы была такая возможность, то я с удовольствием пошла бы служить в армию.

  4. Бывает, что иногда я ссорюсь с родителями.

  5. Чтобы добиться своего, девушка иногда может и подраться.

  6. Я бы взялась за опасную для здоровья работу, если бы за нее хорошо платили.

  7. Иногда я ощущаю такое сильное беспокойство, что просто не могу усидеть на месте.

  8. Я иногда люблю немного посплетничать.

  9. Мне нравятся профессии, связанные с риском для жизни.

  10. Мне нравится, когда моя одежда и внешний вид раздражают людей старшего поколения.

  11. Только глупые и трусливые люди выполняют все правила и законы.

  12. Я предпочла бы работу, связанную с переменами и путешествиями, даже если она опасна для жизни.

  13. Я всегда говорю только правду.

  14. Если человек в меру и без вредных последствий употребляет возбуждающие и влияющие на психику вещества – это вполне нормально.

  15. Даже если я злюсь, я стараюсь никого не ругать.

  16. Я с удовольствием смотрю боевики.

  17. Если меня обидели, то я обязательно должна отомстить.

  18. Человек должен иметь право выпивать столько, сколько он хочет и где он хочет.

  19. Если моя подруга опаздывает к назначенному времени, то я обычно сохраняю спокойствие.

  20. Мне часто бывает трудно сделать работу к точно определенному сроку.

  21. Иногда я перехожу улицу там, где мне удобнее, а не там, где положено.

  22. Некоторые правила и запреты можно отбросить, если чего-нибудь сильно захочешь.

  23. Бывало, что я не слушался родителей.

  24. В автомобиле я больше ценю безопасность, чем скорость.

  25. Я думаю, что мне бы понравилось заниматься каратэ или похожим видом спорта.

  26. Мне бы понравилась работа официантки в ресторане.

  27. Я часто испытываю потребность в острых ощущениях.

  28. Иногда мне так и хочется сделать себе больно.

  29. Мое отношение к жизни хорошо описывает пословица: «Семь раз отмерь, один раз отрежь».

  30. Я всегда плачу за проезд в общественном транспорте.

  31. Среди моих знакомых есть люди, которые пробовали одурманивающие токсические вещества.

  32. Я всегда выполняю обещание, даже если мне это не выгодно.

  33. Бывает, что мне так и хочется выругаться.

  34. Правы люди, которые в жизни следуют пословице: «Если нельзя, но очень хочется, то можно».

  35. Бывало, что я случайно попадала в неприятную историю после употребления спиртных напитков.

  36. Я часто не могу заставить себя продолжать какое-либо занятие после обидной неудачи.

  37. Многие запреты в области секса старомодны, и их можно отбросить.

  38. Бывает, что иногда я говорю неправду.

  39. Терпеть боль назло всем бывает даже приятно.

  40. Я лучше соглашусь с человеком, чем стану спорить.

  41. Если бы я родилась в давние времена, то стала бы благородной разбойницей.

  42. Добиться победы в споре нужно любой ценой.

  43. Бывали случаи, когда мои родители, другие люди высказывали беспокойство по поводу того, что я немного выпила.

  44. Одежда должна с первого взгляда выделять человека среди других в толпе.

  45. Если в фильме нет ни одной приличной драки – это плохое кино.

  46. Бывает, что я скучаю на уроках.

  47. Если меня кто-то случайно задел в толпе, то я обязательно потребую извинений.

  48. Если человек раздражает меня, то я готова высказать все, что я о нем думаю.

  49. Во время путешествий, поездок я люблю отклоняться от обычных маршрутов.

  50. Мне бы понравилась профессия дрессировщицы хищных зверей.

  51. Мне нравится ощущать скорость при быстрой езде на автомобиле и мотоцикле.

  52. Когда я читаю детектив, то мне часто хочется, чтобы преступник ушел от преследования.

  53. Бывает, что я с интересом слушаю неприличный смешной анекдот.

  54. Мне нравится смущать и ставить в неловкое положение окружающих.

  55. Я часто огорчаюсь из-за мелочей.

  56. Когда мне возражают, я часто взрываюсь и отвечаю резко.

  57. Мне нравится слушать или читать о кровавых преступлениях или о катастрофах.

  58. Чтобы получить удовольствие, стоит нарушить некоторые правила и запреты.

  59. Мне нравится бывать в компаниях, где в меру выпивают и веселятся.

  60. Я считаю вполне нормальным, если девушка курит.

  61. Мне нравится состояние, когда.выпьешь в меру и в хорошей компании.

  62. Бывало, что у меня возникало желание выпить, хотя я понимала, что сейчас не время и не место.

  63. Сигарета в трудную минуту меня успокаивает.

  64. Некоторые люди побаиваются меня.

  65. Я бы хотела присутствовать при казни преступника, справедливо приговоренного к высшей мере наказания.

  66. Удовольствие – это главное, к чему стоит стремиться в жизни.

  67. Если бы я могла, то с удовольствием поучаствовала бы в автомобильных гонках.

  68. Когда у меня плохое настроение, ко мне лучше не подходить.

  69. Иногда у меня бывает такое настроение, что я готова первой начать драку.

  70. Я могу вспомнить случаи, когда я настолько разозлилась, что хватала первую попавшуюся под руку вещь и ломала ее.

  71. Я всегда требую, чтобы окружающие уважали мои права.

  72. Мне бы хотелось из любопытства прыгнуть с парашютом.

  73. Вредное воздействие алкоголя и табака сильно преувеличивают.

  74. Счастливы те, кто умирает молодыми.

  75. Я получаю удовольствие, когда немного рискую.

  76. Когда человек в пылу спора прибегает к ругательствам – это допустимо.

  77. Я часто не могу сдержать свои чувства.

  78. Бывало, что я опаздывала на уроки.

  79. Мне нравятся компании, где все подшучивают друг над другом.

  80. Секс должен занимать в жизни молодежи одно из главных мест.

  81. Часто я не могу удержаться от спора, если кто-то не согласен со мной.

  82. Иногда случалось, что я не выполняла школьное домашнее задание.

  83. Я часто совершаю поступки под влиянием минутного настроения.

  84. Бывают случаи, когда я могу ударить человека.

  85. Люди справедливо возмущаются, когда узнают, что преступник остался безнаказанным.

  86. Бывает, что мне приходится скрывать от взрослых свои поступки.

  87. Наивные простаки сами заслуживают того, чтобы их обманывали.

  88. Иногда я бываю так раздражена, что громко кричу.

  89. Только неожиданные и опасные обстоятельства позволяют мне по-настоящему проявить себя.

  90. Я бы попробовала какое-нибудь одурманивающее вещество, если бы твердо знала, что это не повредит моему здоровью и не повлечет наказания.

  91. Когда я стою на мосту, меня так и тянет прыгнуть вниз.

  92. Всякая грязь пугает меня или вызывает сильное отвращение.

  93. Когда я злюсь, то мне хочется громко обругать виновника моих неприятностей.

  94. Я считаю, что люди должны отказываться от всякого употребления спиртных напитков.

  95. Я бы с удовольствием покатилась на горных лыжах с крутого склона.

  96. Иногда, если мне кто-то причиняет боль, то это бывает даже приятно.

  97. Я бы с удовольствием занималась в бассейне прыжками с вышки.

  98. Мне иногда не хочется жить.

  99. Чтобы добиться успеха в жизни, девушка должна быть сильной и уметь постоять за себя.

  100. По-настоящему уважают только тех людей, кто вызывает у окружающих страх.

  101. Я люблю смотреть выступления боксеров.

  102. Я могу ударить человека, если решу, что он серьезно оскорбил меня.

  103. Я считаю, что уступить в споре – это значит показать свою слабость.

  104. Мне нравится готовить, заниматься домашним хозяйством.

  105. Если бы я могла прожить жизнь заново, то я хотела бы стать мужчиной, а не женщиной.

  106. В детстве мне хотелось стать актрисой или певицей.

  107. В детстве я всегда была равнодушна к игре в куклы.

Обработка результатов

Ключи для подсчета

1. Шкала установки на социально-желательные ответы:

2(нет), 4(нет), 6(нет), 13(да), 21(нет), 23(нет), 30(да), 32(да), 33(нет),38(нет), 47(нет), 54(нет), 79(нет), 83(нет), 87(нет).

2. Шкала склонности к преодолению норм и правил:

1(нет), 10(нет), 11(да), 22(да), 34(да), 41(да), 44(да), 50(да), 53(да), 55(нет), 59(да), 61(нет), 80(да), 86(нет), 88(да), 91(да), 93(нет).

3. Шкала склонности к аддиктивному поведению:

14(да), 18(да), 22(да), 26(да), 27(да), 31(да), 34(да), 35(да), 43(да), 46(да), 59(да), 60(да), 62(да), 63(да), 64(да), 67(да), 74(да), 81(да), 91(да), 95(нет).

4. Шкала склонности к самоповреждающему и саморазрушающему поведению:

3(да), 6(да), 9(да), 12(да), 16(да), 24(нет), 27(да), 28(да), 37(да), 39(да), 51(да), 52(да), 58(да), 68(да), 73(да), 76(нет), 90(да), 91(да), 92(да), 96(да), 98(да).

5. Шкала склонности к агрессии и насилию:

3(да), 5(да), 15(нет), 16(да), 17(да), 25(да), 37(да), 40(нет), 42(да), 45(да), 48(да), 49(да), 51(да), 65(да), 66(да), 70(да), 71(да), 72(да), 75(нет), 77(да), 82(нет), 89(да), 94(да), 97(да).

6. Шкала волевого контроля эмоциональных реакций:

7(да), 19(да), 20(да), 29(нет), 36(да), 49(да), 56(да), 57(да), 69(да),70(да), 71(да), 78(да), 84(да), 89(да), 94(да).

7. Шкала склонности к делинквентному поведению:

18(да), 26(да), 31(да), 34(да), 35(да), 42(да), 43(да), 44(да), 48(да), 52(да), 55(нет), 61(нет), 62(да), 63(да), 64(да), 67(да), 74(да), 86(нет), 91(да), 94(да.)

Далее производится подсчет первичных («сырых») баллов и их перевод в стандартные Т-баллы.

Каждому ответу при соответствии с ключом присваивается один балл. Затем по каждой шкале подсчитывается первичный суммарный балл, который затем при необходимости подвергается коррекции в связи с действием фактора социальной желательности в соответствии с процедурой описанной выше. Затем производится перевод «сырых» баллов в стандартные Т-баллы.

Таблица норм при переводе «сырых» баллов в Т-баллы

«Сы-рой» балл

Т-баллы

«Сы-рой» балл

Шкалы

1

2

3

4

5

6

7

2

3

4

5

6

7

0

35


26




30

72

59

62

58

77

64

15

1

44

27

28

24

24

26

32

75

62

64

60

81

66

16


2

50

31

30

26

27

30

34

78

64

67

62

85

68

17

3

55

34

33

29

29

33

37

81

66

70

65


71

18

4

58

37

35

32

31

37

39

84

68

72

67


73

19

5

62

40

37

35

34

40

41

87

70

75

70


75

20

6

65

43

39

37

36

44

43

90

72

78

72


77

21

7

67

46

42

40

39

48

46


74

81

74


79

22

8

70

50

44

43

41

51

48


76

84

77


81

23

9

74

53

46

45

43

55

50


78

87

79


83

24

10

85

56

48

48

46

58

53


80

90

81


85

25

11

89

59

50

51

48

62

55


82


83


87

26

12


63

53

54

51

65

57


84


85



27

13


66

55

56

53

69

59




87



28


14


69

57

59

55

73

62





89


29

Описание шкал и их интерпретация

1. Шкала установки на социальную желательность (служебная шкала).

Данная шкала предназначена для измерения испытуемого представлять себя в наиболее выгодном свете с точки зрения социальной желательности.

Показатели от 50 до 60 Т-баллов свидетельствуют об умеренной тенденции давать при заполнении опросника социально-желательные ответы.

Показатели свыше 60 баллов свидетельствуют о тенденции испытуемого демонстрировать строгое соблюдение даже малозначительных социальных норм, умышленном стремлении показать себя в лучшем свете, о настороженности по отношению к ситуации обследования.

Результаты, находящиеся в диапазоне 70–89 баллов, говорят о высокой настороженности испытуемого по отношению к психодиагностической ситуации и о сомнительной достоверности результатов по основным шкалам. О восприятии ситуации как экспертной одновременно с высокими показателями по шкале № 1 также свидетельствует их резкое понижение по основным диагностическим шкалам и повышение по шкале социальной роли.

Для мужской популяции превышение суммарного первичного балла по шкале социальной желательности значения 11 первичных баллов свидетельствует о недостаточности результатов по основным шкалам.

Показатели ниже 50 Т-баллов говорят о там, что испытуемый не склонен скрывать собственные нормы и ценности, корректировать свои ответы в направлении социальной желательности.

Отмечено также, что младшие подростки (14 лет и младше) не способны длительное время следовать установке на социально-желательные ответы.

Одновременно высокие показатели по служебной шкале и по основным шкалам (кроме шкалы 8) свидетельствуют либо о сомнительной достоверности результатов, либо о диссоциации в сознании испытуемого известных ему и реальных норм поведения.

2. Шкала склонности к преодолению норм и правил.

Данная шкала предназначена для измерения предрасположенности испытуемого к преодолению каких-либо норм и правил, склонности к отрицанию общепринятых норм и ценностей, образцов поведения.

Результаты, лежащие в диапазоне 50–60 Т-баллов, свидетельствуют о выраженности выше указанных тенденций, о нонконформистских установках испытуемого, о его склонности противопоставлять собственные нормы и ценности групповым, о тенденции «нарушать спокойствии», искать трудности, можно было бы преодолеть.

Показатели свидетельствуют о чрезвычайно выраженности нонконформистских тенденций, проявлении негативизма и заставляют сомневаться о достоверности результатов по данной шкале.

Результаты ниже 50 Т-баллов по данной шкале свидетельствуют о конформных установках испытуемого, склонности следовать стереотипам и общепринятым нормам поведения. В некоторых случаях при условии сочетания с достаточно высоким интеллектуальным уровнем испытуемого и тенденции скрывать свои реальные нормы и ценности такие оценки могут отражать фальсификацию результатов.

3. Шкала склонности к аддиктивному поведению.

Данная шкала предназначена для измерения готовности реализовывать аддиктивное поведение. Результаты в диапазоне 50–70 баллов по данной шкале свидетельствуют о предрасположенности испытуемого к уходу от реальности посредством изменения своего психического состояния, о склонностях к иллюзорно-компенсаторному способу решения личностных проблем. Кроме того, эти результаты свидетельствуют об ориентации на чувственную сторону жизни, о наличии «сенсорной жажды», о гедонистически ориентированных нормах и ценностях. Показатели свыше 70 Т-баллов по данной шкале свидетельствуют о сомнительности результатов либо о наличии выраженной психологической потребности в аддиктивных состояниях, что необходимо выяснить, используя дополнительные психодиагностические средства.

Показатели ниже 50 Т-баллов свидетельствуют либо о невыраженности вышеперечисленных тенденций, либо о хорошем социальном контроле поведенческих реакций.

4. Шкала склонности к самоповреждающему и саморазрушающему поведению.

Данная шкала предназначена для измерения готовности реализовывать различные формы агрессивного поведения. Объект измерения, очевидно частично пересекается с психологическими свойствами, измеряемые шкалой № 3.

Результаты, находящиеся в диапазоне 50–70 Т-баллов по шкале № 4, свидетельствуют о низкой ценности собственной жизни, склонности к риску, выраженной потребности в острых ощущениях, о садомазохистских тенденциях.

Результаты свыше 70 Т-баллов свидетельствуют о сомнительной достоверности результатов.

Показатели ниже 50 Т-баллов по данной шкале свидетельствуют об отсутствии готовности к реализации саморазрушающего поведения, об отсутствии тенденции к соматизации тревоги, отсутствии склонности к реализации комплексов вины в поведенческих реакциях.

5. Шкала склонности к агрессии и насилию.

Данная шкала предназначена для измерения готовности испытуемого к реализации агрессивных тенденций в поведении.

Показатели, лежащие в диапазоне 50–60 Т-баллов, свидетельствуют о наличии агрессивных тенденций у испытуемого. Показатели, находящиеся в диапазоне 60–70 Т-баллов, свидетельствуют об агрессивной направленности личности во взаимоотношениях с другими людьми, о склонности решать проблемы посредством насилия, о тенденции использовать унижение партнера по общению как средство стабилизации самооценки, о наличии садистических тенденций.

Показатели свыше 70 Т-баллов говорят о сомнительной достоверности результатов.

Показатели, лежащие ниже 50 Т-баллов, свидетельствуют о невыраженности агрессивных тенденций, о неприемлемости насилия как средства решения проблем, о нетипичности агрессии как способа выхода из фрустрирующей ситуации. Низкие показатели по данной шкале в сочетании с высокими показателями по шкале социальной желательности свидетельствуют о высоком уровне социального контроля поведенческих реакций.

6. Шкала волевого контроля эмоциональных реакций.

Данная шкала предназначена для измерения склонности испытуемого контролировать поведенческие проявления эмоциональных реакций.

Показатели, лежащие в пределах 60–70 Т-баллов, свидетельствуют о слабости волевого контроля эмоциональной сферы, о нежелании или неспособности контролировать поведенческие проявления эмоциональных реакций. Кроме того, это свидетельствует о склонности реализовывать негативные эмоции непосредственно в поведении, без задержки, о несформированности волевого контроля своих потребностей и чувственных влечений.

Показатели ниже 50 Т-баллов по данной шкале свидетельствуют о невыраженности этих тенденций, о жестком самоконтроле любых эмоциональных поведенческих реакций, чувственных влечений.

7. Шкала склонности к делинквентному поведению.

Название шкалы носит условный характер, так как шкала сформирована из утверждений дифференцирующих «обычных» подростков и лиц с зафиксированными правонарушениями, вступавших в конфликт с общепринятым образом жизни и правовыми нормами.

Данная шкала измеряет готовность (предрасположенность) подростков к реализации делинквентного поведения.

Результаты, находящиеся в диапазоне 50–60 Т-баллов, свидетельствуют о наличии делинквентных тенденций у испытуемого и о низком уровне социального контроля.

Результаты выше 60 Т-баллов свидетельствуют о высокой готовности к реализации делинквентного поведения.

Результаты ниже 50 Т-баллов говорят о невыраженности указанных тенденций, что в сочетании с высокими показателями по шкале социальной желательности может свидетельствовать о высоком уровне социального контроля.

8. Детская агрессивность

Приложение 1.
Шкала прямой и косвенной агрессии


Никогда

Редко

Иногда

Часто

Очень часто

1

Бьет другого






2

Не принимает в свою компанию






3

Кричит, спорит с другими детьми






4

Из мести заводит дружбу с другими детьми






5

Пинает (бьет ногой) других






6

Не обращает внимания на других






7

Оскорбляет других






8

Сплетничает о тех, на кого сердится






9

Ставит подножки






10

Наговаривает на других, рассказывает о них гадости






11

Говорит, что собирается обидеть другого






12

Тихо вредит другим






13

Толкается






14

Говорит плохо о других за его спиной






15

Обзывается






16

Предлагает другим: «Давайте не будем с ним дружить»






17

Отбирает что-либо у других детей






18

Выдает чужие секреты






19

Дразнится






20

Ругает других, ябедничает






21

Валит другого ребенка на пол






22

Ругает прическу, одежду






23

Оскорбляет прическу, одежду






24

Подговаривает других против того, на кого сердится






25

Жалуется






26

Убегает






27

Обижается






28

Дерется руками, ногами






29

Посылает к черту






30

Гоняется и пристает






31

Осыпает бранью, ругательствами






Ключ

Прямая агрессия – 1, 5, 9, 13, 17, 21, 23, 3, 7, 11, 15, 19

Физическая агрессия – 1, 5, 9, 13, 17, 21, 23

Вербальная агрессия – 3, 7, 11, 15, 19

Косвенная агрессия – 2, 4, 6, 8, 10, 12, 14, 16, 18, 20, 22, 24, 25, 26, 27

Избегание – 25, 26, 27

Прямая агрессия – 28, 29, 30, 31

Приложение 2.
Анализ семейного воспитания (АСВ)

Уважаемый родитель!

Предлагаемый Вам опросник содержит утверждения о воспитании детей. Утверждения пронумерованы. Такие же номера есть в «Бланке для ответов».

Читайте по очереди утверждения опросника:

Если Вы в общем согласны с ними, то на «Бланке для ответов» обведите кружком номер для ответа

Если Вы в общем не согласны — зачеркните тот же номер.

Если очень трудно выбрать, то поставьте на номере вопросительный знак. Старайтесь, чтобы таких ответов было не больше пяти.

В опроснике нет «неправильных» или «правильных» утверждений. Отвечайте так, как Вы сами думаете. Этим Вы поможете психологу в работе с Вами.

На утверждения, номера которых выделены в опроснике, отцы могут не отвечать.

Опросник для родителей детей в возрасте 3-10 лет

1

Все, что я делаю, я делаю ради моего сына (дочери)

2

У меня часто не хватает времени позаниматься с сыном (дочерью) – пообщаться, поиграть

3

Мне приходится разрешать моему ребенку такие вещи, которые не разрешают многие другие родители

4

Не люблю, когда сын (дочь) приходят ко мне с вопросами. Лучше; чтобы догадался (догадалась) сам (сама)

5

Наш ребенок имеет больше обязанностей – уход за собой, поддержание порядка – чем большинство детей его возраста

6

Моего ребенка очень трудно заставить сделать что-нибудь, что он не любит

7

Всегда лучше, если дети не думают о том, правильно ли поступают их родители

8

Мой сын (дочь) легко нарушают запреты

9

Если хочешь, чтобы твой(я) сын (дочь) стал(а) человеком, не оставляй безнаказанным ни одного его (ее) плохого поступка

10

Если только возможно, я стараюсь не наказывать сына (дочь)

11

Когда я в хорошем настроении, я нередко прощаю своему сыну (дочери) то, за что в другое время наказала бы

12

Я люблю своего сына (дочь) больше, чем люблю (любила) супруга

13

Младшие дети мне нравятся больше, чем старшие

14

Если мой сын (дочь) подолгу упрямится или злится, у меня бывает чувство, что я поступил(а) по отношению к нему (ней) неправильно

15

У нас долго не было ребенка, хотя мы его очень ждали

16

Общение с детьми, в общем-то, утомительное дело

17

У моего сына (дочери) есть некоторые качества, которые выводят меня из себя

18

Воспитание моего сына (дочери) шло бы гораздо лучше, если бы мой муж (моя жена) не мешал(а) бы мне

19

Большинство мужчин легкомысленнее, чем женщины

20

Большинство женщин легкомысленнее, чем мужчины

21

Мой сын (дочь) для меня – самое главное в жизни

22

Часто бывает, что я не знаю, что делает в данный момент мой ребенок

23

Если игрушка ребенку нравится, я куплю ее, сколько бы она ни стоила

24

Мой сын (дочь) непонятлив(а). Легче самому два раза сделать, чем один раз объяснить ему (ей)


25

Моему сыну (дочери) нередко приходится (или приходилось раньше) присматривать за младшим братом (сестрой)

26

Нередко бывает так: я несколько раз напоминаю сыну (дочери), о необходимости сделать что-нибудь, а потом плюну и сделаю сам(а)

27

Родители ни в коем случае не должны допускать, чтобы дети подмечали их слабости и недостатки

28

Мой сын (дочь) сам(а) решает, с кем ему (ей) играть

29

Дети должны не только любить своих родителей, но и бояться их

30

Я очень редко ругаю сына (дочь)

31

В нашей строгости к сыну (дочери) бывают большие колебания. Иногда мы очень строги, а иногда все разрешаем

32

Мы с ребенком понимаем друг друга лучше, чем мы с супругом

33

Меня огорчает то, что мой сын (дочь) быстро становится взрослым(ой)

34

Если ребенок упрямится, потому что плохо себя чувствует, то лучше всего сделать так, как он хочет

35

Мой ребенок растет слабым и болезненным

36

Если бы у меня не было детей, я бы добился (добилась) в жизни гораздо большего

37

У моего сына (дочери) есть слабости, которые не исправляются, хотя я упорно с ними борюсь

38

Нередко бывает, что, когда я наказываю моего сына (дочь), мой муж (жена) тут же начинает упрекать меня в излишней строгости и утешать его (ее)

39

Мужчины более склонны к супружеской измене, чем женщины

40

Женщины более склонны к супружеской измене, чем мужчины

41

Заботы о сыне (дочери) занимают большую часть моего времени

42

Мне много раз пришлось пропускать родительские собрания

43

Я стремлюсь к тому, чтобы мой ребенок был обеспечен лучше, чем другие дети

44

Если побыть в обществе моего сына (дочери), можно сильно устать

45

Мне часто приходилось давать сыну (дочери) трудные для его (ее) возраста поручения

46

Мой ребенок никогда не убирает за собой игрушки

47

Главное, чему родители должны научить своих детей – это слушаться

48

Мой ребенок сам решает, сколько, чего и когда ему есть

49

Чем строже родители к ребенку, тем лучше для него

50

По характеру я мягкий человек

51

Если моему сыну (дочери) что-то от меня нужно, он (она) старается выбрать момент, когда я в хорошем настроении

52

Когда я думаю о том, что когда-нибудь мой сын (дочь) вырастет, и я буду ему (ей) не нужна, у меня портится настроение

53

Чем старше дети, тем труднее иметь с ними дело

54

Чаще всего упрямство ребенка бывает вызвано тем, что родители не умеют к нему подойти

55

Я постоянно переживаю за здоровье сына (дочери)

56

Если бы у меня не было детей, мое здоровье было бы гораздо лучше

57

Некоторые очень важные недостатки моего сына (дочери) упорно не исчезают, несмотря на все меры

58

Мой сын (дочь) недолюбливает моего мужа (жену)

59

Мужчина хуже понимает чувства другого человека, чем женщина

60

Женщина хуже понимает чувства другого человека, чем мужчина

61

Ради моего сына (дочери) мне от многого в жизни пришлось и приходится отказываться

62

Родители, которые слишком много суетятся вокруг своих детей, вызывают у меня раздражение

63

Я трачу на моего сына (дочь) значительно больше денег, чем на себя

64

Не люблю, когда сын (дочь) что-то просит. Я сам(а) лучше знаю, чего ему (ей) надо

65

У моего сына (дочери) детство более трудное, чем у большинства его (ее) товарищей

66

Дома мой сын (дочь) делает только то, что ему (ей) хочется, а не то, что надо

67

Дети должны уважать родителей больше, чем всех других людей

68

Если мой ребенок не спит, когда ему положено, я не настаиваю

69

Я строже отношусь к своему сыну (дочери), чем другие родители к своим детям

70

От наказаний мало проку

71

Члены нашей семьи неодинаково строги с сыном (дочерью). Одни балуют, другие, наоборот, очень строги


72

Мне бы хотелось, чтобы мой сын (дочь) не любил(а) никого, кроме меня

73

Мне нравятся маленькие дети, поэтому я не хотел(а) бы, чтобы он(а) слишком быстро взрослел(а)

74

Часто я не знаю, как правильно поступить с моим сыном (дочерью)

75

В связи с плохим здоровьем сына (дочери) нам приходится ему (ей) «многое позволять»

76

Воспитание детей – тяжелый и неблагодарный труд. Им отдаешь все, а взамен не получаешь ничего

77

С моим сыном (дочерью) мало помогает доброе слово. Единственное, что на него (нее) действует, – это постоянные строгие наказания

78

Мой муж (жена) старается настроить сына (дочь) против меня

79

Мужчины чаще, чем женщины, действуют безрассудно, не обдумав последствий

80

Женщины чаще, чем мужчины, действуют безрассудно, не обдумав последствий

81

Я все время думаю о моем сыне (дочери), о его (ее) делах, здоровье и т. д.

82

Так повелось, что о ребенке я вспоминаю, если он что-нибудь натворил или с ним что-нибудь случилось

83

Мой сын (дочь) умеет добиться от меня того, чего хочет

84

Мне больше нравятся тихие и спокойные дети

85

Стараюсь, как можно раньше приучить ребенка помогать по дому

86

Мне больше нравятся тихие и спокойные дети

87

Даже если дети уверены, что родители не правы, они должны делать так, как говорят родители

88

В нашей семье так принято, что ребенок делает, что хочет

89

Бывают случаи, когда лучшее наказание – ремень

90

Многие недостатки в поведении моего ребенка пройдут сами собой с возрастом

91

Когда наш сын (дочь) что-то натворит, мы беремся за него (нее). Если все тихо, опять оставляем его (ее) в покое

92

Если бы мой сын не был моим сыном, а я бы была помоложе, то наверняка влюбилась бы в него

93

Мне интереснее говорить с маленькими детьми, чем с большими

94

В недостатках моего сына (дочери) виноват(а) я сам(а), потому что не умел(а) его (ее) воспитывать

95

Только благодаря нашим огромным усилиям сын (дочь) остался(лась) жить

96

Нередко завидую тем, кто живет без детей

97

Если предоставить моему сыну (дочери) свободу, он (она) немедленно использует ее во вред себе или окружающим

98

Нередко бывает, что если я говорю своему сыну (дочери) одно, то муж (жена) специально говорит наоборот

99

Мужчины чаще, чем женщины, думают только о себе

100

Женщины чаще, чем мужчины, думают только о себе.

101

Я трачу на сына (дочь) больше сил и времени, чем на себя

102

Я довольно мало знаю о делах сына (дочери)

103

Желание моего сына (дочери) для меня – закон

104

Мой сын очень любит спать со мной

105

У моего сына (дочери) плохой желудок

106

Родители нужны ребенку, лишь пока он не вырос. Потом он все реже вспоминает о них

107

Ради моего сына (дочери) я пошел бы (пошла бы) на любую жертву

108

Моему сыну (дочери) нужно уделять значительно больше времени, чем я могу

109

Мой сын (дочь) умеет быть таким милым, что я ему все прощаю

110

Мне бы хотелось, чтобы сын женился попозже, после 30 лет

111

Руки и ноги моего сына (дочери) часто бывают очень холодными

112

Большинство детей – маленькие эгоисты. Они совсем не думают о здоровье и чувствах своих родителей

113

Если не отдавать моему сыну (дочери) все время и силы, то все может плохо кончиться

114

Когда все благополучно, я меньше интересуюсь делами сына (дочери)

115

Мне очень трудно сказать своему ребенку: «Нет»

116

Меня огорчает, что мой сын (дочь) все менее нуждается во мне

117

Здоровье моего сына (дочери) хуже, чем здоровье большинства других детей

118

Многие дети испытывают слишком мало благодарности по отношению к родителям

119

Мой сын (дочь) не может обходиться без моей постоянной помощи

120

Большую часть своего свободного времени сын (дочь) проводит вне дома – в яслях, в детском саду, у родственников

121

У моего сына (дочери) вполне хватает времени на игры и развлечения

122

Кроме моего сына, мне больше никто на свете не нужен

123

У моего сына (дочери) прерывистый и беспокойный сон

124

Нередко думаю, что я слишком рано женился (вышла замуж)

125

1Всему, что мой сын (дочь) умеют к настоящему времени, он (она) научился(лась) только благодаря моей постоянной помощи

126

Делами сына (дочери) в основном занимается мой муж (жена)

127

Я не могу вспомнить, когда в последний раз отказал(а) своему ребенку в покупке какой-нибудь вещи (мороженое, конфеты, пепси-кола и т. д.)

128

Мой сын говорил мне: «Вырасту, женюсь на тебе, мама»

129

Мой сын (дочь) часто болеет

130

Семья не помогает мне, а осложняет мою жизнь

Фамилия, имя ребёнка ______________________________________________________

Кто заполнял (отец, мать, воспитатель и т. д.)___________________________________

Дата ________________ Группа________________

1

21

41

61

81


Г+

7


2

22

42

62

82

Г-

8

3

23

43

63

83

У+

8

4

24

44

64

84

У-

4

5

25

45

65

85

Т+

4

6

26

46

66

86

Т-

4

7

27

47

67

87

З+

4

8

28

48

68

88

З-

3

9

29

49

69

89

С+

4

10

30

50

70

90

С-

4

11

31

51

71

91

Н

5

12

32

52

72

92

РРЧ

6

13

33

53

73

93


4


14

34

54

74

94

ВН

5

15

35

55

75

95

ФУ

6

16

36

56

76

96

НРЧ

7

17

37

57

77

97

ПНК

4

18

38

58

78

98

ВК

4

19

39

59

79

99

ПЖК

4

20

40

60

80

100

ПМК

4








101

107

113

119

125

Г+


102

108

114

120

126

Г-


103

109

115

121

127

У+


104

110

116

122

128

РРЧ


105

111

117

123

129

ФУ


106

112

118

124

130

НРЧ


Шкала тактики поведения в родительско-детском конфликте

Приложение 3.
Форма А (для отцов)

Инструкция. Дети часто делают вещи, которые раздражают и злят родителей: не слушаются, дерутся, что-то ломают и портят, сквернословят и пр. Ниже приведены те или иные действия родителей в этой ситуации. Ответьте, пожалуйста, что вы делали, как вы реагировали, когда это случалось.

0 – «этого никогда не случалось»;

1 – «однажды в прошлом году»;

2 – «дважды в прошлом году»;

3 – «3–5 раз в прошлом году»;

4 – «6–10 раз в прошлом году»;

5 – «11–20 раз в прошлом году»;

6 – «больше чем 20 раз в прошлом году»;

7 – «не в прошлом году, но это случилось раньше».

п/п

Действия родителя

Ответ

1

Объяснял, что ребенок сделал неправильно


2

На время ставил в угол или отсылал в другую комнату


3

Давал небольшую взбучку


4

Бил по попе ремнем или другими предметами


5

Давал возможность ребенку исправиться


6

Кричал и ругался


7

Бил кулаком или пинал ногой


8

Шлепал по попе руками


9

Хватал за шею и душил


10

Ругался бранными словами и посылал проклятия


11

Бил изо всех сил, до тех пор, пока не уставал


12

Говорил, чтобы ребенок убирался прочь или выгонял из дома


13

Намерено обжигал или ошпаривал кипятком


14

Угрожал отшлепать или побить, но не делал этого


15

Бил ремнем, палкой или другими твердыми предметами, но не по попе, а куда придется


16

Шлепал по рукам или ногам


17

Лишал привилегий или ограничивал в чем-либо


18

Щипал


19

Угрожал ножом или другими опасными предметами


20

Сбивал с ног, валил на землю


21

Обзывал разными оскорбительными словами


22

Давал пощечины, подзатыльники, дергал за уши


Приложение 4.
Форма В (для матери)

Инструкция. Дети часто делают вещи, которые раздражают и злят родителей: не слушаются, дерутся, что-то ломают и портят, сквернословят и пр. Ниже приведены те или иные действия родителей в этой ситуации. Ответьте, пожалуйста, что вы делали, как вы реагировали, когда это случалось.

0 – «этого никогда не случалось»;

1 – «однажды в прошлом году»;

2 – «дважды в прошлом году»;

3 – «3–5 раз в прошлом году»;

4 – «6–10 раз в прошлом году»;

5 – «11–20 раз в прошлом году»;

6 – «больше чем 20 раз в прошлом году»;

7 – «не в прошлом году, но это случилось раньше».

п/п

Действия родителя

Ответ

1

Объясняла, что ребенок сделал неправильно


2

На время ставила в угол или отсылала в другую комнату


3

Давала небольшую взбучку


4

Била по попе ремнем или другими предметами


5

Давала возможность ребенку исправиться


6

Кричала и ругалась


7

Била кулаком или пинала ногой


8

Шлепала по попе руками


9

Хватала за шею и душила


10

Ругалась бранными словами и посылала проклятия


11

Била изо всех сил, до тех пор, пока не уставала


12

Говорила, чтобы ребенок убирался прочь или выгоняла из дома


13

Намерено обжигала или ошпаривала кипятком


14

Угрожала отшлепать или побить, но не делала этого


15

Била ремнем, палкой или другими твердыми предметами, но не по попе, а куда придется


16

Шлепала по рукам или ногам


17

Лишала привилегий или ограничивала в чем-либо


18

Щипала


19

Угрожала ножом или другими опасными предметами


20

Сбивала с ног валила на землю


21

Обзывала разными оскорбительными словами


22

Давала пощечины, подзатыльники, дергала за уши


Ключ

Названия субшкал

Номера ответов

Дисциплинирование

1, 2, 5, 17

Психологическая агрессия

6, 10, 12, 14, 21

Проявление жесткости

7, 15, 20, 22

Физическая жестокость

9, 11, 13, 19

Приложение 5.
Картиночная версия шкалы поведения в родительско-детском конфликте

Отец – сын

0. Отец этого мальчика читает ему перед сном.

hello_html_m7e5ec0aa.png

Твой отец читает тебе перед сном?

1. Когда мальчик делал что-то плохое, его отец объяснил ему, почему это было неправильным поступком.

hello_html_m1f3f8266.png

Когда ты делаешь что-то плохое, твой отец объясняет тебе, почему это было неправильно?

2. Когда этот мальчик делал что-то неправильно, отец остановил его и отправил в свою комнату.

hello_html_1a659482.png

Твой отец останавливает тебя и отправляет в твою комнату, когда ты делаешь что-то неправильно?

3. Отец этого мальчика тряс его, когда он делал что-то неправильно.

hello_html_3a9e521.png

Когда ты делаешь что-то неправильно, твой отец трясет тебя?

4. Когда этот мальчик делал что-то неправильно, отец бил его по попе чем-то твердым, например ремнем, расческой, палкой или чем-то еще.

hello_html_7b6fb855.png

Твой отец бил тебя по попе чем-то твердым, ремнем, расческой, палкой или чем-то еще, когда ты делаешь что-то неправильно?

5. Когда мальчик делал что-то неправильно, отец сказал выполнить ему другое задание.

hello_html_m651aed4b.png

Твой отец задает тебе что-то еще дополнительно сделать, если ты делаешь что-то плохое?

6. Когда этот мальчик делал что-то неправильно, его отец кричал, визжал или даже орал на него.

hello_html_171105b8.png

Твой отец кричит, орет на тебя, когда ты делаешь что-то неправильно?

7. Отец этого мальчика ударял или бил ногой его, если он делал что-то неправильно.

hello_html_5205dc8a.png

Когда ты делаешь что-то неправильно, твой отец бьет тебя ногой?

8. Когда этот мальчик делал что-то неправильно, отец шлепал его по попе рукой.

hello_html_7b6fb855.png

Когда ты делаешь что-то неправильно, отец шлепает тебя по попе рукой?

9. Когда этот мальчик делал что-то неправильно, его отец хватал за шею и тряс.

hello_html_m36e55690.png

Когда ты делаешь что-то неправильно, твой отец хватает.тебя за шею и трясет?

10. Отец этого мальчика говорил ему нехорошие слова, когда он делал что-то неправильно.

hello_html_m39fd3cdd.png

Когда ты делаешь что-то неправильно, твой отец обзывает тебя, говорит тебе какие-то нехорошие слова?

11. Когда этот мальчик делает что-то неправильно, его отец избивал его.

hello_html_2774db26.png

Когда ты делаешь что-то неправильно, бывают случаи, когда отец избивает тебя?

12. Когда этот мальчик делал что-то неправильно, его отец говорил ему, что он отвезет его куда-нибудь или выгонит из дома.

hello_html_10cb7c47.png

Когда ты делаешь что-то неправильно, твой отец говорит тебе, что отвезет тебя куда-нибудь или выгонит из дома?

13. Отец этого мальчика обжигал его намерено, когда мальчик делал что-то неправильно.

hello_html_1db08da0.png

Твой отец обжигает тебя специально, когда ты делаешь что-то неправильно?

14. Когда этот мальчик делал что-то неправильно, его отец говорил ему, что ударит его или отшлепает.

hello_html_m46a6fb0d.png

Когда ты делаешь что-то неправильно, твой отец говорит, что ударит или отшлепает тебя?

15. Когда этот мальчик делал что-то неправильно, его отец бил его ремнем, расческой или еще чем-нибудь тяжелым.

hello_html_621bca8e.png

Когда ты делаешь что-нибудь неправильно, твой отец бьет тебя ремнем, расческой или еще чем-нибудь тяжелым?

16. Когда этот мальчик делал что-то неправильно, его отец бил его по руке, плечу и ноге.

hello_html_5a21d6e0.png

Когда ты делаешь что-нибудь неправильно, твой отец бьет тебя по руке, плечу и ноге?

17. Отец этого мальчика лишал его игрушек или того, что мальчик очень сильно любит кушать, когда он делал что-нибудь неправильно.

hello_html_m587e8b0f.png

Когда ты делаешь что-нибудь неправильно, твой отец лишает тебя любимых игрушек или любимых вкусностей?

18. Отец этого мальчика дергал его за ухо, когда мальчик делал что-то неправильно.

Твой отец дергает тебя за ухо, когда ты делаешь что-то неправильно?

19. Отец этого мальчика угрожал ему ножом или ружьем, когда мальчик делал что-то неправильно.

hello_html_7aa8aa3b.png

Когда ты делаешь что-то неправильно, твой отец угрожает тебе ножом или ружьем?

20. Отец этого мальчика швырял его или толкал, когда он делал что-то неправильно.

hello_html_25d6bef.png

Твой отец швыряет или толкает тебя, когда ты делаешь что-то неправильно.

21. Отец этого мальчика называл его глупым и ленивым, если он делал что-то неправильно.

hello_html_m24bdbb4f.png

Твой отец называл тебя глупым или ленивым, когда ты делаешь что-то неправильно?

22. Отец этого мальчика бил его по лицу, когда он делал что-то неправильно.

hello_html_mf70add7.png

Твой отец бьет тебя по лицу, когда ты делаешь что-то неправильно?

Мать – сын

0. Мама этого мальчика читает ему перед сном.

hello_html_m6fd8fc07.png

Твоя мама читает тебе перед сном?

1. Когда мальчик сделал что-то плохое, его мама объяснила ему, почему это было неправильным поступком.

hello_html_m884196.png

Когда ты делаешь что-то плохое, твоя мама объясняет тебе, почему это было неправильно?

2. Когда этот мальчик сделал что-то неправильно, мама остановила его и отправила в свою комнату.

hello_html_1a659482.png

Твоя мама останавливает тебя и отправляет в твою комнату, когда ты делаешь что-то неправильно?

3. Мама этого мальчика трясет его, когда он делал что-то неправильно.

hello_html_5a7d0425.png

Когда ты делаешь что-то неправильно, твоя мама трясет тебя?

4. Когда этот мальчик сделал что-то неправильно, его мама била его по попе чем-то твердым, например ремнем, расческой, палкой или чем-то еще.

hello_html_57f85af7.png

Твоя мама била тебя по попе чем-то твердым, ремнем, расческой, палкой или чем-то еще, когда ты делаешь что-то неправильно?

5. Когда мальчик сделал что-то неправильно, мама сказал выполнить ему другое задание.

hello_html_m890b87c.png

Твоя мама задает тебе что-то еще дополнительно сделать, если ты делаешь что-то плохое?

6. Когда этот мальчик сделал что-то неправильно, его мама кричала, визжала или даже орала на него.

hello_html_m656a037f.png

Твоя мама кричит, орет на тебя, когда ты делаешь что-то неправильно?

7. Мама этого мальчика ударяла или била ногой его, если он сделал что-то неправильно.

hello_html_5cc78c4a.png

Когда ты делаешь что-то неправильно, твоя мама бьет тебя ногой?

8. Когда этот мальчик делал что-то неправильно, мама шлепала его по попе рукой.

hello_html_m6cf81fc.png

Когда ты делаешь что-то неправильно, мама шлепает тебя по попе рукой?

9. Когда этот мальчик делал что-то неправильно, его мама хватала за шею и трясла.

hello_html_m7725a2d4.png

Когда ты делаешь что-то неправильно, твоя мама хватает тебя за шею и трясет?

10. Мама этого мальчика говорила ему нехорошие слова, когда он делал что-то неправильно.

hello_html_mb345da5.png

Когда ты делаешь что-то неправильно, твоя мама обзывает тебя, говорит тебе какие-то нехорошие слова?

11. Когда этот мальчик делает что-то неправильно, мама избивала его.

hello_html_m616ec906.png

Когда ты делаешь что-то неправильно, бываю случаи, когда мама избивает тебя?

12. Когда этот мальчик делал что-то неправильно, его мама говорила ему, что она отвезет его куда-нибудь или выгонит из дома.

hello_html_m750d9a9.png

Когда ты делаешь что-то неправильно, твоя мама говорит тебе, что отвезет тебя куда-нибудь или выгонит из дома?

13. Мама этого мальчика обжигала его намерено, когда мальчик делал что-то неправильно.

hello_html_2eb7568f.png

Твоя мама обжигает тебя специально, когда ты делаешь что-то неправильно?

14. Когда этот мальчик делал что-то неправильно, его мама говорила ему, что ударит его или отшлепает.

hello_html_m555fbd3a.png

Когда ты делаешь что-то неправильно, твоя мама говорит, что ударит или отшлепает тебя?

15. Когда этот мальчик делал что-то неправильно, его мама била его ремнем, расческой или еще чем-нибудь тяжелым.

hello_html_mce67be6.png

Когда ты делаешь что-нибудь неправильно, твоя мама бьет тебя ремнем, расческой или еще чем-нибудь тяжелым?

16. Когда этот мальчик делал что-то неправильно, его мама била его по руке, плечу и ноге.

hello_html_m647ec03d.png

Когда ты делаешь что-нибудь неправильно, твоя мама бьет тебя по руке, плечу и ноге?

17. Мама этого мальчика лишала его игрушек или того, что мальчик очень сильно любит кушать, когда он делал что-нибудь неправильно.

hello_html_7a9c828f.png

Когда ты делаешь что-нибудь неправильно, твоя мама лишает тебя любимых игрушек или любимых вкусностей?

18. Мама этого мальчика дергал его за ухо, когда мальчик делал что-то неправильно.

Твоя мама дергает тебя за ухо, когда ты делаешь что-то неправильно?

19. Мама этого мальчика угрожала ему ножом или ружьем, когда мальчик делал что-то неправильно.

hello_html_7aa8aa3b.png

Когда ты делаешь что-то неправильно, твоя мама угрожает тебе ножом или ружьем?

20. Мама этого мальчика швыряла его или толкала, когда он делал что-то неправильно.

hello_html_25d6bef.png

Твоя мама швыряет или толкает тебя, когда ты делаешь что-то неправильно.

21. Мама этого мальчика называла его глупым и ленивым, если он делал что-то неправильно.

hello_html_ma713bda.png

Твоя мама называла тебя глупым или ленивым, когда ты делаешь что-то неправильно?

22. Мама этого мальчика била его по лицу, когда он делал что-то неправильно.

hello_html_m7007c58.png

Твоя мама бьет тебя по лицу, когда ты делаешь что-то неправильно?

Отец – дочь

0. Отец этой девочки читает ей перед сном.

hello_html_m7e5ec0aa.png

Твой отец читает тебе перед сном?

1. Когда девочка делала что-то плохое, ее отец объяснил ей, почему это было неправильным поступком.

hello_html_m1f3f8266.png

Когда ты делаешь что-то плохое, твой отец объясняет тебе, почему это было неправильно?

2. Когда эта девочка делала что-то неправильно, отец остановил ее и отправил в свою комнату.

hello_html_1a659482.png

Твой отец останавливает тебя и отправляет в твою комнату, когда ты делаешь что-то неправильно.

3. Отец этой девочки тряс ее, когда она делала что-то неправильно.

hello_html_3a9e521.png

Когда ты делаешь что-то неправильно, твой отец трясет тебя?

4. Когда эта девочка делала что-то неправильно, ее отец бил ее по попе чем-то твердым, например ремнем, расческой, палкой или чем-то еще.

hello_html_7b6fb855.png

Твой отец бил тебя по попе чем-то твердым, ремнем, расческой, палкой или чем-то еще, когда ты делаешь что-то неправильно?

5. Когда девочка сделала что-то неправильно, отец сказал выполнить ей другое задание.

hello_html_18fdf617.png

Твой отец задает тебе что-то еще дополнительно сделать, если ты делаешь что-то плохое?

6. Когда эта девочка делала что-то неправильно, ее отец кричал, визжал или даже орал на нее.

hello_html_171105b8.png

Твой отец кричит, орет на тебя, когда ты делаешь что-то неправильно?

7. Отец этой девочки ударял или бил ногой ее, если она делала что-то неправильно.

hello_html_5205dc8a.png

Когда ты делаешь что-то неправильно, твой отец бьет тебя ногой?

8. Когда эта девочка делала что-то неправильно, отец шлепал ее по попе рукой.

hello_html_7b6fb855.png

Когда ты делаешь что-то неправильно, отец шлепает тебя по попе рукой?

9. Когда эта девочка делала что-то неправильно, ее отец хватал за шею и тряс.

hello_html_m36e55690.png

Когда ты делаешь что-то неправильно, твой отец хватает тебя за шею и трясет?

10. Отец этой девочки говорил ей нехорошие слова, когда она делала что-то неправильно.

hello_html_m39fd3cdd.png

Когда ты делаешь что-то неправильно, твой отец обзывает тебя, говорит тебе какие-то нехорошие слова?

11. Когда эта девочка делает что-то неправильно, ее отец избивает ее.

hello_html_3da31c13.png

Когда ты делаешь что-то неправильно, бываю случаи, когда отец избивает тебя?

12. Когда эта девочка делала что-то неправильно, ее отец говорил ей, что он отвезет его куда-нибудь или выгонит из дома.

hello_html_10cb7c47.png

Когда ты делаешь что-то неправильно, твой отец говорит тебе, что отвезет тебя куда-нибудь или выгонит из дома?

13. Отец этой девочки обжигал ее намерено, когда девочка делала что-то неправильно.

hello_html_1db08da0.png

Твой отец обжигает тебя специально, когда ты делаешь что-то неправильно?

14. Когда эта девочка делала что-то неправильно, ее отец говорил ей, что ударит ее или отшлепает.

hello_html_m46a6fb0d.png

Когда ты делаешь что-то неправильно, твой отец говорит, что ударит или отшлепает тебя?

15. Когда эта девочка делала что-то неправильно, ее отец бил ее ремнем, расческой или еще чем-нибудь тяжелым.

hello_html_621bca8e.png

Когда ты делаешь что-нибудь неправильно, твой отец бьет тебя ремнем, расческой или еще чем-нибудь тяжелым?

16. Когда эта девочка делала что-то неправильно, ее отец бил ее по руке, плечу и ноге.

hello_html_5a21d6e0.png

Когда ты делаешь что-нибудь неправильно, твой отец бьет тебя по руке, плечу и ноге?

17. Отец этой девочки лишал ее игрушек или того, что девочка очень сильно любит кушать, когда она делала что-нибудь неправильно.

hello_html_m587e8b0f.png

Когда ты делаешь что-нибудь неправильно, твой отец лишает тебя любимых игрушек или любимых вкусностей?

18. Отец этой девочки дергал ее за ухо, когда девочка делала что-то неправильно.

Твой отец дергает тебя за ухо, когда ты делаешь что-то неправильно?

19. Отец этой девочки угрожал ей ножом или ружьем, когда девочка делала что-то неправильно.

hello_html_7aa8aa3b.png

Когда ты делаешь что-то неправильно, твой отец угрожает тебе ножом или ружьем?

20. Отец этой девочки швырял ее или толкал, когда она делала что-то неправильно.

hello_html_25d6bef.png

Твой отец швыряет или толкает тебя, когда ты делаешь что-то неправильно.

21. Отец этой девочки называл ее глупой и ленивой, если она делала что-то неправильно.

hello_html_mccac7cc.png

Твой отец называл тебя глупой или ленивой, когда ты делаешь что-то неправильно?

22. Отец этой девочки бил ее по лицу, когда она делала что-то неправильно.

hello_html_mf70add7.png

Твой отец бьет тебя по лицу, когда ты делаешь что-то неправильно?

Мать – дочь

0. Мама этой девочки читает ей перед сном.

hello_html_m6fd8fc07.png

Твоя мама читает тебе перед сном?

1. Когда девочка сделала что-то плохое, ее мама объяснила ему, почему это было неправильным поступком.

hello_html_m884196.png

Когда ты делаешь что-то плохое, твоя мама объясняет тебе, почему это было неправильно?

2. Когда эта девочка сделала что-то неправильно, мама остановила ее и отправила в свою комнату.

hello_html_1a659482.png

Твоя мама останавливает тебя и отправляет в твою комнату, когда ты делаешь что-то неправильно.

3. Мама этой девочки трясет ее, когда она делал что-то неправильно.

hello_html_5a7d0425.png

Когда ты делаешь что-то неправильно, твоя мама трясет тебя?

4. Когда эта девочка сделала что-то неправильно, ее мама била ее по попе чем-то твердым, например ремнем, расческой, палкой или чем-то еще.

hello_html_57f85af7.png

Твоя мама била тебя по попе чем-то твердым, ремнем, расческой, палкой или чем-то еще, когда ты делаешь что-то неправильно?

5. Когда девочка сделала что-то неправильно, мама сказала выполнить ей другое задание.

hello_html_m890b87c.png

Твоя мама задает тебе что-то еще дополнительно сделать, если ты делаешь что-то плохое?

6. Когда эта девочка сделала что-то неправильно, ее мама кричала, визжала или даже орала на нее.

hello_html_m656a037f.png

Твоя мама кричит, орет на тебя, когда ты делаешь что-то неправильно?

7. Мама этой девочки ударяла или била ногой ее, если она сделала что-то неправильно.

hello_html_5cc78c4a.png

Когда ты делаешь что-то неправильно, твоя мама бьет тебя ногой?

8. Когда эта девочка делала что-то неправильно, мама шлепала ее по попе рукой.

hello_html_m3f2c7a52.png

Когда ты делаешь что-то неправильно, мама шлепает тебя по попе рукой?

9. Когда эта девочка делала что-то неправильно, ее мама хватала за шею и трясла.

hello_html_m7725a2d4.png

Когда ты делаешь что-то неправильно, твоя мама хватает тебя за шею и трясет?

10. Мама этой девочки говорила ей нехорошие слова, когда она делала что-то неправильно.

hello_html_mb345da5.png

Когда ты делаешь что-то неправильно, твоя мама обзывает тебя, говорит тебе какие-то нехорошие слова?

11. Когда эта девочка делает что-то неправильно, ее мама избивала ее.

hello_html_4aff8461.png

Когда ты делаешь что-то неправильно, бывают случаи, когда мама избивает тебя?

12. Когда эта девочка делала что-то неправильно, ее мама говорила ей, что она отвезет ее куда-нибудь или выгонит из дома.

hello_html_m750d9a9.png

Когда ты делаешь что-то неправильно, твоя мама говорит тебе, что отвезет тебя куда-нибудь или выгонит из дома?

13. Мама этой девочки обжигала ее намерено, когда девочка делала что-то неправильно.

hello_html_485c7243.png

Твоя мама обжигает тебя специально, когда ты делаешь что-то неправильно?

14. Когда эта девочка делала что-то неправильно, ее мама говорила ей, что ударит ее или отшлепает.

hello_html_39dad75b.png

Когда ты делаешь что-то неправильно, твоя мама говорит, что ударит или отшлепает тебя?

15. Когда эта девочка делала что-то неправильно, ее мама била ее ремнем, расческой или еще чем-нибудь тяжелым.

hello_html_mce67be6.png

Когда ты делаешь что-нибудь неправильно, твоя мама бьет тебя ремнем, расческой или еще чем-нибудь тяжелым?

16. Когда эта девочка делала что-то неправильно, ее мама била ее по руке, плечу и ноге.

hello_html_m647ec03d.png

Когда ты делаешь что-нибудь неправильно, твоя мама бьет тебя по руке, плечу и ноге?

17. Мама этой девочки лишала ее игрушек или того, что девочка очень сильно любит кушать, когда она делала что-нибудь неправильно.

hello_html_7a9c828f.png

Когда ты делаешь что-нибудь неправильно, твоя мама лишает тебя любимых игрушек или любимых вкусностей?

18. Мама этой девочки дергала ее за ухо, когда девочка делала что-то неправильно.

Твоя мама дергает тебя за ухо, когда ты делаешь что-то неправильно?

19. Мама этой девочки угрожала ей ножом или ружьем, когда девочка делала что-то неправильно.

hello_html_7aa8aa3b.png

Когда ты делаешь что-то неправильно, твоя мама угрожает тебе ножом или ружьем?

20. Мама этой девочки швыряла ее или толкала, когда она делала что-то неправильно.

hello_html_25d6bef.png

Твоя мама швыряет или толкает тебя, когда ты делаешь что-то неправильно.

21. Мама этой девочки называла ее глупой и ленивой, если она делала что-то неправильно.

hello_html_ma713bda.png

Твоя мама называла тебя глупой или ленивой, когда ты делаешь что-то неправильно?

22. Мама этой девочки била ее по лицу, когда она делала что-то неправильно.

hello_html_m7007c58.png

Твоя мама бьет тебя по лицу, когда ты делаешь что-то неправильно?

Анализ

В проведенном исследовании использовались следующие методики, которые соответствуют возрастным критериям и содержат шкалы, необходимые для проверки нашей гипотезы.

1. Шкала прямой и косвенной агрессии. Данная шкала (DIAS – Directand Indirect Aggression Scales) была разработана К. Бьорквистом и коллегами (К. Bjorkqvist, К. М. J.Lagerspetz, К. Osterman, 1992) для диагностики трех типов агрессии: физических, вербальных и косвенных агрессивных реакций. Опросник позволяет выявить уровень прямой и косвенной агрессии. Ответы заполняются на специальном бланке, на котором каждому из предложенных утверждений прилагается пять вариантов ответов (0 – никогда, 1 – редко, 2 – иногда, 3 – довольно часто, 4 – очень часто).

Данная методика позволяет выявить уровень проявления агрессивных реакций:

  • прямая агрессия (физическая и вербальная агрессия);

  • косвенная агрессия (приложение 1).

2. Методика “рисунок несуществующего животного” (РНЖ).

Цель: выявить уровень агрессивного поведения ребенка.

Инструкция: придумай и нарисуй несуществующее животное и назови его несуществующим именем.

Оборудование: простой карандаш средней твердости; стандартный белый лист бумаги, но не глянцевой.

Интерпретация: для оценки агрессивности детей использовалась следующая таблица 1.

Таблица 1

Симптокомплексы теста «Несуществующее животное»

Симпто-комплекс

Симптом

Балл

1

Сильная, уверенная линия рисунка

0, 1

2

Неаккуратность рисунка

0, 1

3

Большое количество острых углов

0, 1, 2

4

Верхнее размещение углов

0, 1

5

Крупное изображение

0, 1, 2

6

Голова обращена вправо или анфас

0, 1

7

Хвост поднят вверх, пышный

0, 1

8

Угрожающее выражение

0, 1

9

Угрожающая поза

0, 1

10

Наличие орудий нападения (зубы, рога, когти)

0, 1, 2

11

Хищник

0, 1

12

Вожак или одинокий

0, 1

13

При нападении дерется традиционным способом

0, 1

14

Ночное животное

0, 1


15

Другие признаки

0, 1

3. Для выявления типа семейных взаимоотношений использовался опросник «Анализ семейного воспитания» (АСВ), разработанный Э. Г. Эйдемиллер и В. В. Юстицким. Опросник состоит из 130 вопросов.

Правила пользования опросником АСВ. Перед тем как родитель начинает заполнять опросник, необходимо создать атмосферу доверительного психологического контакта между ним и лицом, проводящим исследование. Родитель должен быть заинтересован в правдивости собственных ответов. Каждый опрашиваемый получает текст опросника и бланк регистрации ответов. Проводящий исследования зачитывает находящуюся в начале опросника инструкцию, убеждается, что опрашиваемые ее правильно поняли. В процессе заполнения инструктирование или пояснения не допускаются. Каждому из родителей предъявлялся модифицированный вариант опросника Э. Г. Эйдемиллер и В. В. Юстицкого. Затем одному из родителей предлагалось ответить на вопросы опросника, определить тот уровень воспитания, который, по их мнению, наиболее соответствует их семье.

Способы обработки первичных экспериментальных данных. Полученные данные опросника Э. Г. Эйдемиллер и В. В. Юстицкого соотносятся с его ключом (приложение 2). Затем подсчитывается частота проявления каждого типа семейного воспитания. Количество баллов, набранных испытуемым по каждой шкале, дает представление о выраженности у него тенденций к проявлению соответствующего типа семейного воспитания.

Обработка результатов проводится следующим образом. На бланке регистрации ответов номера этих ответов расположены так, что номера, относящиеся к одной шкале, расположены в одной строке. Это дает возможность быстрого подсчета баллов по каждой шкале. Для этого нужно подсчитать число обведенных номеров. За вертикальной чертой на бланке регистрации ответов указано диагностическое значение (ДЗ) для каждой шкалы. Если число баллов достигает или превышает ДЗ, то у обследуемого родителя диагностируется тот или иной тип воспитания. Буквы за вертикальной чертой – это применяемые в данных методических рекомендациях сокращенные названия шкал. Названия некоторых шкал подчеркнуты. Это значит, что к результату по горизонтальной строке (набранному числу баллов) надо прибавить результат по дополнительной шкале, находящейся в нижней части бланка, под горизонтальной чертой и обозначенной теми же буквами, что и основная. При наличии отклонений по нескольким шкалам необходимо обратиться к таблице 2 для установления типа негармоничного семейного воспитания.

Тексты опросника АСВ и бланк регистрации ответов приведены в приложении 1 и 2.

Интерпретация результатов диагностики типа семейного воспитания. Рассмотрим описание шкал опросника АСВ, которые предназначены для диагностики нарушений процесса воспитания родителями ребенка, типов негармоничного воспитания детей в семье.

Уровень протекции в процессе воспитания. Речь идет о том, сколько сил, внимания, времени уделяют родители при воспитании ребенка. Наблюдаются два уровня протекции: чрезмерная (гиперпротекция) и недостаточная (гипопротекция).

Гиперпротекция (шкала Г+). При гиперпротекции родители уделяют ребенку крайне много времени, сил и внимания, и воспитание его стало центральным делом их жизни. Типичные высказывания таких родителей использованы при разработке настоящей шкалы (утверждения шкалы Г+ опросника АВС).

Гипопротекция (шкала Г-). Ситуация, при которой ребенок оказывается на периферии внимания родителя, до него «не доходят руки», родителю не до него. Ребенок часто выпадает у них из виду. За него берутся лишь время от времени, когда случается что-то серьезное.

Степень удовлетворения потребностей ребенка. Речь идет о том, в какой мере деятельность родителей нацелена на удовлетворение потребностей ребенка как материально бытовых (в питании, одежде, предметах развлечения), так и духовных – прежде всего в общении с родителями, в их любви и внимании. Данная черта семейного воспитания принципиально отличается от уровня протекции, поскольку характеризует не меру занятости родителей воспитанием ребенка, а степень удовлетворения его потребностей. Так называемое «спартанское воспитание» является примером высокого уровня протекции, поскольку родитель много занимается воспитанием, и низкого уровня удовлетворения потребностей ребенка.

В степени удовлетворения потребностей возможны два отклонения:

Потворствование (шкала У+). О потворствовании мы говорим в тех случаях, когда родители стремятся к максимальному и некритическому удовлетворению любых потребностей ребенка. Они «балуют» его. Любое его желание для них – закон. Объясняя необходимость такого воспитания, родители приводят аргументы, являющиеся типичной рационализацией, – «слабость ребенка», его исключительность, желание дать ему то, чего был сам лишен в свое время родителями, что ребенок растет без отца и т. д. Типичные высказывания приведены в шкале У+. При потворствовании родители бессознательно проецируют на детей свои ранее неудовлетворенные потребности и ищут способы заместительного удовлетворения их за счет воспитательных действий.

Игнорирование потребностей ребенка (шкала У-). Данный тип воспитания противоположен потворствованию и характеризуется недостаточным стремлением родителя к удовлетворению потребностей ребенка. Чаще страдают при этом духовные потребности, особенно потребность в эмоциональном контакте, общении с родителем.

Количество и качество требований к ребенку в семье. Требования к ребенку – неотъемлемая часть воспитательного процесса. Они проявляются, во-первых, в виде обязанностей ребенка, т. е. в тех заданиях, которые он выполняет, – учеба, уход за собой, участие в организации быта, помощь другим членам семьи. Во-вторых, это требования-запреты, устанавливающие, чего ребенок не должен делать. Наконец, невыполнение требований ребенком может повлечь применение санкций со стороны родителей от мягкого осуждения до суровых наказаний.

Формы нарушений системы требований к ребенку различны, поэтому высказывания родителей, отражающие их, представлены в целом ряде шкал: Т+,Т-;З+,З-;С+,С-.

Чрезмерность требований-обязанностей (шкала Т+). Именно это качество лежит в основе типа негармоничного воспитания «повышенная моральная ответственность». Требования к ребенку в этом случае очень велики, непомерны, не соответствуют его возможностям и не только не содействуют полноценному развитию его личности, но, напротив, представляют риск психотравматизации.

Недостаточность требований-обязанностей ребенка (шкала Т-). В этом случае ребенок имеет минимальное количество обязанностей в семье. Данная особенность воспитания проявляется в высказываниях родителей о том, как трудно привлечь ребенка к какому-либо делу по дому.

Требования-запреты, т. е. указания на то, что ребенку нельзя делать, определяют, прежде всего, степень самостоятельности его, возможность самому выбирать способ поведения. И здесь возможны две степени отклонения: чрезмерность и недостаточность требований-запретов.

Чрезмерность требований-запретов (шкала З+). Такой подход может лежать в основе типа негармоничного воспитания «доминирующая гиперпротекция». В этой ситуации ребенку «все нельзя». Ему предъявляется огромное количество требований, ограничивающих его свободу и самостоятельность. У стеничных детей такое воспитание форсирует возникновение реакций оппозиции и эмансипации, у менее стеничных предопределяет развитие черт сенситивной и тревожно-мнительной (психастенической) акцентуаций. Типичные высказывания родителей отражают их страх перед любыми проявлениями самостоятельности ребенка. Этот страх проявляется в резком преувеличении последствий, к которым может привести хотя бы незначительное нарушение запретов, а также в стремлении подавить самостоятельность мысли ребенка.

Недостаточность требований-запретов к ребенку (шкала З-). В этом случае ребенку «все можно». Даже если и существуют какие-либо запреты, ребенок или подросток легко их нарушает, зная, что с него никто не спросит. Он сам определяет круг своих друзей, время еды, прогулок, свои занятия, время возвращения вечером, вопрос о курении и об употреблении спиртных напитков. Он ни за что не отчитывается перед родителями. Родители при этом не хотят или не могут установить какие-либо рамки в его поведении.

Строгость санкций (наказаний) за нарушение требований ребенком (шкалы С+ и С-).

Чрезмерность санкций (тип воспитания «жестокое обращение»). Для этих родителей характерны приверженность к применению строгих наказаний, чрезмерное реагирование даже на незначительные нарушения поведения. Типичные высказывания родителей отражают их убеждение в полезности для детей и подростков максимальной строгости (см. шкалу С+).

Минимальные санкции (шкала С-). Эти родители предпочитают обходиться либо вовсе без наказаний, либо применяют их крайне редко. Они уповают на поощрения, сомневаются в результативности любых наказаний.

Неустойчивость стиля воспитания (шкала Н). Под таким воспитанием мы понимаем резкую смену стиля приемов, представляющих собой переход от очень строгого к либеральному и затем, наоборот, переход от значительного внимания к ребенку к эмоциональному отвержению его родителями.

Неустойчивость стиля воспитания, по мнению К. Леонгарда, содействует формированию таких черт характера, как упрямство, склонность противостоять любому авторитету.

Сочетание различных отклонений в воспитании. Возможно, достаточно большое количество сочетаний перечисленных черт семейного воспитания.

Устойчивые сочетания различных черт воспитания представляют собой тип негармоничного воспитания. Классификация типов негармоничного воспитания дана в таблице 2.

Таблица 2

Диагностика типов негармоничного семейного воспитания

Тип воспитания

Выраженность черт воспитательного процесса

Уровень протекции

Полнота удовлетворения потребностей

Степень предъявления требований

Степень запретов

Строгость санкций

П
(Г+, Г-)

У

Т

З

С

Потворствующая гиперпротекция

+

+

-

-

+/-

Доминирующая гиперпротекция

+

+/-

+/-

+/-

+/-

Повышенная моральная ответственность

+

-

+

+/-

+/-

Эмоциональное отвержение

-

-

+/-

+/-

+/-

Жестокое обращение

-

-

+/-

+/_

+/-


Гиперпротекция

-

-

-

-

+/-

Примечание. “+” означает чрезмерную выраженность соответствующей черты воспитания; “-” недостаточную выраженность; “+/-” означает, что при данном типе воспитания возможны как чрезмерность, так и недостаточность или невыраженность.

Потворствующая гиперпротекция (сочетание черт, отраженных в шкалах Г+,У+, при Т-,З-,С+/-). Ребенок находится в центре внимания семьи, которая стремится к максимальному удовлетворению его потребностей. Этот тип воспитания содействует развитию демонстративных (истероидных) и гипертимных черт личности ребенка.

Доминирующая гиперпротекция (Г+,У+/-,Т+/-,З+,С+/-). Ребенок также в центре внимания родителей, которые отдают ему много сил и времени, однако в то же время лишают его самостоятельности, ставя многочисленные ограничения и запреты. У гипертимных детей такие запреты обусловливают острые аффективные реакции экстрапунитивного типа. При тревожно-мнительном (психастеническом), сенситивном, астеническом типах акцентуаций личности доминирующая гиперпротекция усиливает астенические черты.

Повышенная моральная ответственность (Г+,У-,Т+). Этот тип воспитания характеризуется сочетанием высоких требований к ребенку с пониженным вниманием к его потребностям. Стимулирует развитие черт тревожно-мнительной (психастенической) акцентуации личности.

Эмоциональное отвержение (Г-,У-,Т+/-,З+/-,С+/-). В крайнем варианте – это воспитание по типу «Золушки». В основе эмоционального отвержения.лежит осознаваемое или, чаще, неосознаваемое отождествление родителями ребенка с какими-либо отрицательными моментами в собственной жизни. Ребенок в этой ситуации может ощущать себя помехой в жизни родителей, которые устанавливают в отношениях с ним большую дистанцию. Эмоциональное отверждение формирует и усиливает черты эпилептоидной психопатии и инертно-импульсивной (эпилептоидной) акцентуации личности, ведет к декомпенсации и формированию у детей с эмоционально-лабильной и астенической акцентуациями невротических расстройств.

При жестоком обращении родителей с детьми (Г-,У-,Т+/-,З+/-,С+) на первый план выходит эмоциональное отвержение, проявляющееся наказаниями в форме избиений и истязаний, лишением удовольствий, неудовлетворения их потребностей.

Гипопротекция (гипоопека – Г-,У-,З-,С+/-). Ребенок предоставлен самому себе, родители не интересуются им и не контролируют его. Такое воспитание особенно неблагоприятно при акцентуациях гипертимного и неустойчивого типов.

Расширение сферы родительских чувств (шкала РРЧ). Обусловливаемое нарушение воспитания – повышенная протекция (потворствующая или доминирующая). Данный источник нарушения воспитания возникает чаще всего тогда, когда супружеские отношения между родителями в силу каких-либо причин оказываются нарушенными: супруга нет – смерть, развод, либо отношения с ним не удовлетворяют родителя, играющего основную роль в воспитании (несоответствие характеров, эмоциональная холодность и др.). Нередко при этом мать, реже отец, сами того четко не осознавая, хотят, чтобы ребенок стал для них чем-то большим, нежели просто ребенком. Родители хотят, чтобы он удовлетворил хотя бы часть потребностей, которые в обычной семье должны быть удовлетворены в психологических отношениях супругов, – потребность во взаимной исключительной привязанности. Мать нередко отказывается от вполне реальной возможности повторного замужества. Появляется стремление отдать ребенку – чаще противоположного пола – «все чувства», «всю любовь». Появляется стремление удержать его с помощью потворствующей или доминирующей гиперпротекции.

Предпочтение детских качеств (шкала ПДК). Обусловливаемое нарушение воспитания – потворствующая гиперпротекция. В этом случае у родителей наблюдается стремление игнорировать взросление детей, стимулировать у них сохранение таких детских качеств, как непосредственность, наивность, игривость.

Рассматривая старшего дошкольника как еще маленького, родители снижают уровень потребностей к нему, создавая потворствующую гиперпротекцию, тем самым, стимулируя развитие психического инфантилизма.

Воспитательная неуверенность родителя (шкала ВН). Обусловливаемое нарушение воспитания – потворствующая гиперпротекция, либо просто пониженный уровень требований. Воспитательную неуверенность родителя можно было бы назвать «слабым местом» личности родителя. В этом случае происходит перераспределение власти в семье между родителями и ребенком в пользу последнего. Родитель идет «на поводу» у ребенка, уступает даже в тех вопросах, в которых уступать, по его желанию, никак нельзя. Характерная черта высказываний таких родителей – признание ими массы ошибок, совершенных в воспитании. Они боятся упрямства, сопротивления своих детей и находят довольно много поводов уступить им.

Фобия утраты ребенка (шкала ФУ). Обусловливаемое нарушение воспитания – потворствующая или доминирующая гиперпротекция. «Слабое место» – повышенная неуверенность, боязнь ошибиться, преувеличенные представления о «хрупкости» ребенка, его болезненности и т. д.

Один источник таких переживаний родителей коренится в истории появления ребенка на свет: его долго ждали, обращения к врачам-гинекологам ничего не давали, родился хрупким и болезненным, с большим трудом удалось его выходить и т. д.

Другой источник – перенесенные ребенком тяжелые заболевания, если они были длительными. Отношение родителей к ребенку формировалось под воздействием страха его утраты. Этот страх заставляет родителей тревожно прислушиваться к любым пожеланиям ребенка и спешить удовлетворить их (потворствующая гиперпротекция), в других случаях – мелочно опекать его (доминирующая гиперпротекция).

В типичных высказываниях родителей отражена их ипохондрическая боязнь за ребенка: они находят у него множество болезненных проявлений, свежи воспоминания о прошлых, даже отдаленных по времени, переживаниях по поводу здоровья подростка.

Неразвитость родительских чувств (шкала НРЧ). Обусловливаемые нарушения воспитания – гипопротекция, эмоциональное отвержение, жестокое обращение. Адекватное воспитание детей возможно лишь тогда, когда родителями движут какие-либо достаточно сильные мотивы: чувства долга, симпатия, любовь к ребенку, потребность «реализовать себя» в детях, «продолжить себя».

Внешне оно проявляется в нежелании иметь дело с ребенком, в плохой переносимости его общества, поверхности интереса к его делам.

Причиной неразвитости родительских чувств может быть отвержение самого родителя в детстве его родителями, то, что он сам в свое время не испытал родительского тепла.

При относительно благоприятных условиях жизни семьи НРЧ обусловливает тип воспитания «гипопротекция» и, особенно, «эмоциональное отвержение». При трудных, напряженных, конфликтных отношениях в семье на ребенка часто перекладывается значительная доля родительских обязанностей – тип воспитания «повышенная моральная ответственность», либо к нему возникает раздражительно-враждебное отношение.

Типичные высказывания родителей содержат жалобы на то, насколько утомительны родительские обязанности, сожаления, что эти обязанности отрывают их от чего-то более важного и интересного. Для женщин с неразвитым родительским чувством довольно характерны эмансипированные устремления и желание любым путем «устроить свою жизнь».

Проекция на ребенка собственных нежелаемых качеств (шкала ПНК). Обусловливаемые нарушения воспитания – эмоциональное отвержение, жестокое обращение. Причиной такого воспитания нередко бывает то, что в ребенке родитель как бы видит черты характера, которые чувствует, но не признает в самом себе. Это могут быть: агрессивность, склонность к лени, влечение к алкоголю, те или иные склонности, негативизм, протестные реакции, несдержанность и т. д. Ведя борьбу с такими же, истинными или мнимыми, качествами ребенка, родитель (чаще всего, отец) извлекает из этого эмоциональную выгоду для себя. Борьба с нежелаемым качеством в ком-то другом помогает ему верить, что у него данного качества нет. Родители много и охотно говорят о своей непримиримой и постоянной борьбе с отрицательными чертами и слабостями ребенка, о мерах и наказаниях, которые они в связи с этим применяют. В высказываниях родителя сквозит неверие в ребенка, нередки инквизиторские интонации с характерным стремлением в любом поступке выявить «истинную», т. е. плохую, причину. В качестве таковой чаще всего выступают качества, с которыми родитель неосознанно борется.

Вынесение конфликта между супругами в сферу воспитания (шкала ВК). Обусловливаемые нарушения воспитания – противоречивый тип воспитания – соединение потворствующей гиперпротекции одного родителя с отверженцем либо доминирующей гиперпротекцией другого. Конфликтность во взаимоотношениях между супругами – нередкое явление, даже в относительно стабильных семьях. Нередко воспитание превращается в «поле битвы» конфликтующих родителей. Здесь они получают возможность наиболее открыто выражать недовольство друг другом, руководствуясь «заботой о благе ребенка». При этом разница во мнениях родителей чаще всего диаметральной: один настаивает на весьма строгом воспитании с повышенными требованиями, запретами и санкциями, другой же родитель склонен «жалеть» ребенка, идти у него на поводу. Характерное проявление ВН – недовольство воспитательными методами другого супруга. При этом легко обнаруживается, что каждого интересует не столько то, как воспитывать ребенка, сколько то, кто прав в воспитательных спорах. Шкала ВК отражает типичные высказывания «строгой» стороны. Это связано с тем, что именно строгая сторона, как правило, является инициатором обращения к врачу или медицинскому психологу.

Сдвиг в установках родителя по отношению к ребенку в зависимости от пола ребенка. Шкала предпочтения мужских качеств – ПМК и шкала предпочтения женских качеств – ПЖК. Обусловливаемые нарушения воспитания – потворствующая гиперпротекция, эмоциональное отвержение. Нередко отношение родителя к ребенку обусловливается не действительными особенностями ребенка, а такими чертами, которые родитель приписывает его полу, т. е. «вообще мужчинам» или «вообще женщинам». Так, при наличии предпочтения женских качеств наблюдается неосознаваемое неприятие ребенка мужского пола. В таком случае приходится сталкиваться со стереотипными суждениями о мужчинах вообще: «Мужчины в основном грубы, неопрятны. Они легко поддаются животным побуждениям, агрессивны и чрезмерно сексуальны, склонны к алкоголизму. Любой же человек, будь то мужчина или женщина, должен стремиться к противоположным качествам: быть нежными, деликатными, опрятными, сдержанными в чувствах». Именно такие качества родитель с ПЖК видит в женщинах. Примером проявления установки ПЖК может служить отец, видящий массу недостатков у сына и считающий, что таковы же и все его сверстники. В то же время этот отец «без ума» от младшей сестры мальчика, т. к. находит у нее одни достоинства. Под влиянием ПЖК в отношении ребенка мужского пола в данном случае формируется тип воспитания «эмоциональное отвержение». Возможен противоположный перекос с выраженной антифеминистской установкой, пренебрежением к матери ребенка, его сестрам. В этих условиях по отношению к мальчику может сформироваться воспитание по типу «потворствующей гиперпротекции».

4. Шкала тактики поведения в родительско-детском конфликте. Методика (СТSРС – Parent to Child Conflit Tactics Scales) была разработана М. Стросом и коллегами (М.А.Straus et. al., 1998) для оценки методов, используемых родителем для воспитания ребенка в ситуации родительско-детского конфликта. Методика состоит из 22 утверждений, которые описывают действия родителя в отношении ребенка (приложение), которые составляют три базовые субшкалы: ненасильственное дисциплинирование, психологическая агрессия, физическое насилие (телесные наказания, проявления жестокости и физическая жестокость).

Шкала позволяет выявить тактику поведения родителей в родительско-детском конфликте:

  • Дисциплинарные

  • Психологическая агрессия

  • Телесные наказания

  • Проявления жестокости

  • Физическая жестокость.

Ответы заполняются на специальном бланке, на котором по каждому из предложенных утверждений прилагается пять вариантов ответов:

  • 0 – этого никогда не случалось

  • 1 – однажды в прошлом году

  • 2 – дважды в прошлом году

  • 3 – 3–5 раз в прошлом году

  • 4 – 6–10 раз в прошлом году

  • 5 – 11–20 раз в прошлом году

  • 6 – больше, чем 20 раз в прошлом году

  • 7 – не в прошлом году, но это случалось раньше.

Картиночную версию шкалы поведения в родительско-детском конфликте (форма для детей) (СТSРС-Р – Рicture Card Version for Young Children of the Parent to Child Conflit Tactics Scales) разработали К. Мебер и М. Строс (С. Мebert, М. А. Straus, 2002) для оценки методов, которые используют родители при воспитании ребенка от 6 до 9 лет в ситуации родительско-детского конфликта. Состоит из 4 наборов картинок (отец и сын, мать и дочь, отец и дочь, мать и сын), каждый из которых включает 22 картинки, изображающие сцены проявления физической и психологической жестокости в отношении ребенка и ненасильственные способы разрешения конфликтной ситуации (приложение). Ребенку показывают картинку и просят ответить, похожа ли ситуация, изображенная на картинки, на ту, которая есть в семье? Если ребенок отвечает положительно, то ему дается ряд цветных кружков, обозначающий ответы «никогда», «однажды», «несколько раз», «много раз», «каждый раз», и его просят сказать, как часто случалась эта ситуация.

9. Диагностика агрессивности детей (опросник Басса-Дарки)

Под агрессивностью А. Басс понимает свойство личности, характеризующееся наличием деструктивных тенденций, в основном в области субъектно-субъективных отношений.

А. Басс разделил понятия «агрессия» и «враждебность» и определил последнюю как «…реакцию, развивающую негативные чувства и негативные оценки людей и событий». Создавая свой опросник, дифференцирующий проявления агрессии и враждебности, А. Басс и А. Дарки выделили следующие виды реакций:

  1. физическая агрессия – использование физической силы против другого лица;

  2. косвенная – агрессия, окольным путем направленная на другое лицо или ни на кого не направленная;

  3. раздражение – готовность к проявлению негативных чувств при малейшем возбуждении (вспыльчивость, грубость);

  4. негативизм – оппозиционная манера в поведении от пассивного сопротивления до активной борьбы против установившихся обычаев и законов;

  5. обида – зависть и ненависть к окружающим за действительные и вымышленные действия;

  6. подозрительность – в диапазоне от недоверия и осторожности по отношению к людям до убеждения в том, что другие люди планируют и приносят вред;

  7. вербальная агрессия – выражение негативных чувств как через форму (крик, визг), так и через содержание словесных ответов (проклятия, угрозы);

  8. чувство вины – выражает возможное убеждение субъекта в том, что он является плохим человеком, что поступает зло, а так же ощущаемые им угрызения совести.

Вопросник состоит из 75 утверждений, на которые испытуемый отвечает «да» или «нет».

Вопросник «Басса-Дарки»

  1. Временами я не могу справиться с желанием причинить вред другим (да-нет).

  2. Иногда сплетничаю о людях, которых не люблю (да-нет).

  3. Я легко раздражаюсь, но быстро успокаиваюсь (да-нет).

  4. Если меня не попросят по-хорошему, я не выполню (да-нет).

  5. Я не всегда получаю то, что мне положено (да-нет).

  6. Я не знаю, что люди говорят обо мне за моей спиной (да-нет).

  7. Если я не одобряю поведение друзей, я даю им это почувствовать (да-нет).

  8. Когда мне случалось обмануть кого-нибудь, я испытывал мучительные угрызения совести (да-нет).

  9. Мне кажется, что я способен ударить человека (да-нет).

  10. Я некогда не раздражаюсь настолько, чтобы кидаться предметами (да-нет).

  11. Я всегда снисходителен к чужим недостаткам (да-нет).

  12. Если мне не нравится установленное правило, мне хочется нарушить его (да-нет).

  13. Другие умеют почти всегда пользоваться благоприятными обстоятельствами (да-нет).

  14. Я держусь настороженно с людьми, которые относятся ко мне несколько более дружественно, чем я ожидал (да-нет).

  15. Я часто бываю не согласен с людьми (да-нет).

  16. Иногда мне на ум приходят мысли, которых я стыжусь (да-нет).

  17. Если кто-нибудь первым ударит меня, я не отвечу ему (да-нет).

  18. Когда я раздражен, я хлопаю дверями (да-нет).

  19. Я гораздо более раздражителен, чем кажется (да-нет).

  20. Если кто-то воображает из себя начальника, то я всегда поступаю ему наперекор (да-нет).

  21. Меня огорчает моя судьба (да-нет).

  22. Я думаю, что многие люди не любят меня (да-нет).

  23. Я не могу удержаться от спора, если люди не согласны со мной (да-нет).

  24. Люди, увиливающие от работы, должны испытывать чувство вины (да-нет).

  25. Тот, кто оскорбляет меня и мою семью напрашивается на драку (да-нет).

  26. Я не способен на грубые шутки (да-нет).

  27. Меня охватывает ярость, когда надо мной насмехаются (да-нет).

  28. Когда люди строят из себя начальников, я делаю все, чтобы они не зазнавались (да-нет).

  29. Почти каждую неделю я вижу кого-нибудь, кто мне не нравится (да-нет).

  30. Многие люди завидуют мне (да-нет).

  31. Я требую, чтобы люди уважали меня (да-нет).

  32. Меня угнетает то, что я мало делаю для своих родителей (да-нет).

  33. Люди, которые изводят вас, стоят того, чтобы им «щелкнули по носу» (да-нет).

  34. Я никогда не бываю, мрачен от злости (да-нет).

  35. Если ко мне относятся хуже, чем я того заслуживаю, я не расстраиваюсь (да-нет).

  36. Если кто-то выводит меня из себя, я не обращаю внимания (да-нет).

  37. Хотя я и не показываю этого, меня иногда гложет зависть (да-нет).

  38. Иногда мне кажется, что надо мной смеются (да-нет).

  39. Даже если я злюсь, я не прибегаю к «сильным» выражениям (да-нет).

  40. Мне хочется, чтобы мои грехи были прощены (да-нет).

  41. Я редко даю сдачи, даже если кто-нибудь ударит меня (да-нет).

  42. Когда получается не по-моему, я иногда обижаюсь (да-нет).

  43. Иногда люди раздражают меня одним своим присутствием (да-нет).

  44. Нет людей, которых я по-настоящему бы ненавидел (да-нет).

  45. Мой принцип: Никогда не доверять «чужакам» (да-нет).

  46. Если кто-нибудь раздражает меня, я готов сказать, что я о нем думаю (да-нет).

  47. Я делаю много такого, о чем впоследствии жалею (да-нет).

  48. Если я разозлюсь, я могу ударить кого-нибудь (да-нет).

  49. С детства я никогда не проявлял вспышек гнева (да-нет).

  50. Я часто чувствую себя как пороховая бочка, готовая взорваться (да-нет).

  51. Если бы все знали, что я чувствую, меня бы считали человеком, с которым нелегко работать (да-нет).

  52. Я всегда думаю о том, какие тайные причины заставляют людей делать что-нибудь приятное для меня (да-нет).

  53. Когда на меня кричат, я начинаю кричать в ответ (да-нет).

  54. Неудачи огорчают меня (да-нет).

  55. Я дерусь не реже и не чаще других (да-нет).

  56. Я могу вспомнить случаи, когда я был настолько зол, что хватал попавшуюся мне под руку вещь и ломал ее (да-нет).

  57. Иногда я чувствую, что готов первым начать драку (да-нет).

  58. Иногда я чувствую, что жизнь поступает со мной несправедливо (да-нет).

  59. Раньше я думал, что большинство людей говорит правду, теперь я в это не верю (да-нет).

  60. Я ругаюсь только со злости (да-нет).

  61. Когда я поступаю неправильно, меня мучает совесть (да-нет).

  62. Если для защиты своих прав нужно применить физическую силу, я применяю ее (да-нет).

  63. Иногда я выражаю свой гнев тем, что стучу по столу (да-нет).

  64. Я бываю грубоват по отношению к тем людям, которые мне не нравятся (да-нет).

  65. У меня нет врагов, которые хотели бы мне навредить (да-нет).

  66. Я не умею поставить человека на место, даже если он того заслуживает (да-нет).

  67. Я часто думаю, что жил неправильно (да-нет).

  68. Я знаю людей, которые способны довести меня до крайности (да-нет).

  69. Я не огорчаюсь из-за мелочей (да-нет).

  70. Мне редко приходит в голову, что люди пытаются разозлить или оскорбить меня (да-нет).

  71. Я часто только угрожаю людям, хотя и не собираюсь приводить угрозы в исполнение (да-нет).

  72. В последнее время я стал занудой (да-нет).

  73. В споре я часто повышаю голос (да-нет).

  74. Я стараюсь обычно скрывать свое плохое отношение к людям (да-нет).

  75. Я лучше соглашусь с чем-либо, чем стану спорить (да-нет).

При составлении опросника авторы пользовались следующими принципами:

1. Вопрос может относиться только к одной форме агрессии.

2. Вопросы формулируются таким образом, чтобы в наибольшей степени ослабить влияние общественного одобрения на ответ на вопрос.

Ответ оценивается по восьми шкалам следующим образом:

1. Физическая агрессия:

«да» = 1, «нет» = 0: 1, 25, 31, 41, 48, 55, 62, 68

«нет» = 1, «да» = 0: 9, 17

2. Косвенная агрессия:

«да» = 1, «нет» = 0: 2, 10, 18, 34, 42, 56, 63

«нет» = 1, «да» = 0: 26, 49

3. Раздражение:

«да» = 1, «нет» = 0: 3, 19, 27, 43, 50, 57, 64, 72

«нет» = 1, «да» = 0: 11, 35, 69

4. Негативизм:

«да» = 1, «нет» = 0: 4, 12, 20, 28

«нет» = 1, «да» = 0: 36

5. Обида:

«да» = 1, «нет» = 0: 5, 13, 21, 29, 37, 44, 51, 58

6. Подозрительность:

«да» = 1, «нет» = 0: 6, 14, 22, 30, 38, 45, 52, 59

«нет» = 1, «да» = 0: 33, 66, 74, 75

7. Вербальная агрессия:

«да» = 1, «нет» = 0: 7, 15. 23, 31, 46, 53, 60, 71, 73

«нет» = 1, «да» = 0: 33, 66, 74, 75

8. Чувство вины:

«да» = 1, «нет» = 0: 8, 16, 24, 32, 40, 54, 61, 67

Индекс враждебности включает в себя 5 и 6 шкалу, а индекс агрессивности (прямой и мотивационной) включает в себя шкалы 1, 3, 7.

Нормальной агрессивности является величина ее индекса, равная 21+/-4, а враждебности – 6,5 – 7+/-3. При этом обращается внимание на возможность достижения определенной величины, показывающей степень проявления агрессивности.

Фамилия, имя __________________________________________________ класс _____

Опросник Басса-Дарки

Ответ

Ответ

Ответ

Ответ

Ответ

да

нет

да

нет

да

нет

да

нет

да

нет

1



2



3



4



5



6



7



8



9



10



11



12



13



14



15



16



17



18



19



20



21



22



23



24



25



26



27



28



29



30



31



32



33



34



35



36



37



38



39



40



41



42



43



44



45



46



47



48



49



50



51



52



53



54



55



56



57



58



59



60



61



62



63



64



65



66



67



68



69



70



71



72



73



74



75








10. Менделевич

hello_html_m2d84e512.png

hello_html_m45dd11e2.png

hello_html_m1b5c70a6.png

hello_html_m8d06043.png

hello_html_7980f24e.png

hello_html_m728659dc.pnghello_html_75e4dde6.png

hello_html_m574b31eb.png

hello_html_9a540fb.png

hello_html_28b6e68c.png

hello_html_6a9d7c61.png

hello_html_51650f33.png

11. Методика «Агрессивность» (Модификация теста Розенцвейга)

Описываемый далее тест предназначен для оценки степени развитости у человека черты личности «агрессивность», понимаемой как не вызванная объективными обстоятельствами и необходимостью тенденция враждебно реагировать на большинство высказываний, действий и поступков окружающих людей. Агрессивность – это черта личности, проявляющаяся в более или менее постоянном враждебном отношении человека к человеку, животным и предметам природы и материальной культуры, склонность к их разрушению и агрессивным неспровоцированным действиям.

В данном тесте, основой которого явился известный тест Розенцвейга, испытуемые получают 24 разных рисунка. На этих рисунках представлены люди в различных эмоциогенных, близких к стрессовым и вызывающих фрустрацию ситуациях. Общим для всех рисунков, используемых в тесте, является то, что один человек в них проявляет в отношении другого такие действия, которые этим, вторым человеком могут быть поняты по-разному: как агрессивные, преднамеренно вызывающие или оскорбительные, или случайные, совершенные неумышленно, по незнанию, без сознательного желания навредить или унизить другого человека.

Предполагается, что индивид с достаточно развитой чертой характера «агрессивность» на большинство действий подобного рода со стороны окружающих людей будет реагировать агрессией, причем даже тогда, когда действие другого человека не было вызвано стремлением причинить ему неприятности. Индивид, у которого личностная черта агрессивности выражена слабо, на подобные ситуации будет реагировать по-другому: дружелюбно, стараясь разрядить возникшую напряженность, успокоить, не придать значения случившемуся и т. п.

hello_html_m72ec9e9.png

hello_html_f9afc7.png

hello_html_md10dcee.png

hello_html_41cb135d.png

hello_html_61bf6812.png

hello_html_m1187698.png

hello_html_m49025b0d.png

hello_html_m6afc3a82.png

hello_html_467beca2.png

hello_html_m62d85ec7.png

hello_html_m5f4fee8b.png

hello_html_m794ffe48.png

Перед началом исследования все испытуемые получают инструкцию следующего содержания: «На каждой из 24 предлагаемых вам картинок изображены два или несколько человек. Один из них совершил какое-то действие в отношении другого, и в связи с этим произнес какие-то слова. Вы должны поставить себя на место этого, другого человека и ответить за него. Свой ответ необходимо дать как можно скорее и тут же его записать на листе бумаги под порядковым номером, соответствующим номеру просмотренного рисунка».

Оценка результатов и выводы об уровне развития

Ответ испытуемого на каждую картинку анализируется отдельно. В итоге такого анализа он должен быть отнесен к одной из следующих двух категорий:

1. Агрессивные реакции.

2. Неагрессивные реакции.

К числу агрессивных относятся такие реакции, в которых действия другого лица рассматриваются как преднамеренно враждебные, и сама ответная реакция на них является враждебной (агрессивной). В этом случае ответ испытуемого должен содержать в себе явное осуждение, оскорбление или угрозу в адрес другого лица.

К неагрессивным относятся реакции, суть которых состоит в стремлении разрядить, смягчить обстановку, в желании испытуемого принять вину на себя за случившееся, не придать ему значение или просто объективно, без эмоций разобраться в сложившейся ситуации и принять спокойное, взвешенное решение. Никакой неприязни или враждебности в данном случае в ответах испытуемого не должно содержаться.

В заключение подсчитывается соотношение агрессивных и неагрессивных реакций по их числу. Если количество агрессивных реакций явно доминирует над числом неагрессивных (агрессивных 14 и больше, а неагрессивных 10 и меньше), то делается вывод о том, что у данного испытуемого явно выражен мотив агрессивности. Если, напротив, неагрессивных реакций оказывается ненамного больше, чем агрессивных (неагрессивных 14 и больше, а агрессивных 10 и меньше), то делается вывод о том, что данный испытуемый неагрессивен. При числе агрессивных и неагрессивных реакций в пределах от 9 до 13 ничего определенного об агрессивности данного испытуемого сказать нельзя, т. е. нет возможности уверенно утверждать, что он агрессивный или, напротив, неагрессивный человек.

12. Нехимические аддикции

Еще одним моментом, который привел к кризису современной наркологии, является недооценка роли нехимических аддикций в профилактике, лечении и реабилитации аддиктивных расстройств. Поразительно, но ни в одном из официальных учебников и руководств по наркологии этот раздел полностью отсутствует. Первый научный обзор, посвященный нехимическим аддикциям, появился в 2005 году (Егоров, 2005). Нехимическими называются аддикции, где объектом зависимости становится поведенческий паттерн, а не ПАВ. В западной литературе для обозначения этих видов аддиктивного поведения чаще используется термин «поведенческие или нефармакологические аддикции».

Концепция, что люди могут быть зависимы от разных форм поведения, находит подтверждение в нашей повседневной жизни. Многие из нас знают кого-то, кто проводит слишком много времени в Интернете, или чрезмерно увлекается спортивными тренировками, или буквально не отходит от телевизора, смотря все подряд. На Западе такие люди получили название «аддиктов», которое имеет и некоторый юмористический оттенок, т. к. всем «понятно», что «настоящие» аддикты – это наркоманы и алкоголики. Несмотря на слабое внимание со стороны психиатров и наркологов к нефармакологическим аддикциям, нельзя отрицать, как замечает В. Макоун (McCown, 2005), что:

  • во-первых, не только возможны, но и часто встречаются;

  • во-вторых, они могут быть столь же серьезны по своим последствиям, как химические зависимости;

  • в третьих, нефармакологические аддикции обычно встречаются внутри семейного контекста и часто стимулируются им;

  • и, наконец, в четвертых, исходя из предыдущего, семейная психотерапия является терапией выбора при этих расстройствах.

В начале 90-х годов ХХ столетия стали предлагаться критерии диагностики нехимических аддикций и универсальные критерии диагностики для всех форм аддикций (Marks, 1990; Carnes, 1991). Наибольшую популярность завоевали сформулированные Р. Брауном (Brown, 1993) шесть компонентов, универсальных для всех вариантов аддикции: особенность, «сверхценность» (salience), эйфория (euphoria), рост толерантности (tolerance), симптомы отмены (withdrawal symptoms), конфликт с окружающими и самим собой (conflict), рецидив (relapse). Позже «эйфория» была заменена М. Гриффитсом (Griffiths, 1996) на «модификацию настроения» (mood modification), что представляется более строгим и правильным.

На сегодняшний день имеется несколько попыток классификации нехимических зависимостей. Проанализируем классификацию нехимических форм зависимого поведения (Егоров, 2006):

1. Патологическое влечение к азартным играм (гемблинг).

2. Эротические аддикции:

2.1. Любовные аддикции.

2.2. Сексуальные аддикции.

3. «Социально приемлемые» аддикции:

3.1. Работоголизм.

3.2. Спортивные аддикции (аддикция упражнений).

3.3. Аддикция отношений.

3.4. Аддикция к трате денег (покупкам).

3.5. Религиозная аддикция.

4. Технологические аддикции:

4.1. Интернет-аддикции.

4.2. Аддикция к мобильным телефонам.

4.3. Другие технологические аддикции (телевизионная аддикция, тамагочи-аддикция и другие гаджет-аддикции).

5. Пищевые аддикции:

5.1. Аддикция к перееданию

5.2. Аддикция к голоданию.

Гемблинг выделен авторами в отдельную рубрику, т. к. именно эта форма является «моделью» нехимических аддикций и по своим проявлениям и последствиям более всего напоминает аддикции химические. Выделение в отдельную рубрику эротических аддикций связано с тем, что во всех случаях объектом аддикции является другой человек, и реализация зависимости происходит через отношение к этому человеку.

В то же время авторы выделили группы «социально приемлемых» нехимических зависимостей, поскольку именно они представляют особый интерес для аддиктологии в плане проведения профилактических и лечебно-реабилитационных мероприятий для химических аддиктов. Вместе с тем очевидно, что социальная приемлемость различных форм нехимических аддикций в значительной степени условна и зависит от ряда факторов (культурального, национального, социальных и др.).

Выделение в отдельную группу технологических аддикций оправдано по той причине, что, несмотря на широкое распространение, все они с точки зрения аддиктологии являются спорными в плане феноменологической самостоятельности. Особенностью технологических аддикций, на наш взгляд, является то, что объект зависимости (компьютер, мобильный телефон) на самом деле является предметом зависимости, средством реализации других поведенческих форм зависимого поведения.

Под пищевыми аддикциями мы понимаем такие формы зависимого поведения, когда еда (при переедании) или ее отсутствие (при голодании) становится подкреплением положительной эмоциональной реакции, которая достигается в этом состоянии. Поэтому мы не разделяем точку зрения, что нервная анорексия и нервная булимия являются формами аддиктивного поведения.

В середине 90-х годов Марк Гриффитс (Griffiths, 1996) написал, что существует огромное число публикаций о негативных проявлениях и последствиях аддиктивного поведения, в то время как для определенной части людей аддикции имеют свою привлекательность, по крайней мере с их субъективной точки зрения, которая заключается в следующем:

  • надежный способ изменения настроения и субъективного опыта;

  • позитивный опыт от удовольствия, возбуждения, релаксации;

  • растормаживание поведения (в том числе сексуального и агрессивного);

  • поддержка эмоциональной дистанции (превенция эмоционального сближения);

  • копинг-стратегия для преодоления любых неприятностей (обиды, душевные раны, социальная тревога, страхи, напряжение и т. д.);

  • облегчение для принятия решения и осуществления разных видов деятельности;

  • стратегия для лечения, сопротивления, мщения и т. д.;

  • источник самоидентификации и/или смысла жизни.

Данный перечень показывает, что для аддикта существует истинные позитивные моменты от пребывания в аддикции, по крайней мере с его собственно точки зрения. Сама по себе идея «позитивной аддикции» не нова и впервые была высказана более 30-ти лет назад В. Глассером в одноименной книге (Glasser, 1976), в которой он писал, что такая деятельность как бег трусцой или трансцендентальная медитация относятся к позитивным аддикциям и должны всячески культивироваться, чтобы ослабить воздействие тяжелых форм аддиктивных расстройств. По В. Глассеру, позитивные аддикции должны, с одной стороны, относится к тем видам деятельности, которая одобряется, а с другой – вызывать повышенное чувство собственной эффективности. М. Гриффитс полагает, что эти аддикции лучше называть «аддикциями двойственного блага» (“mixed blessing addictions”), как позже предложил Р. Браун (Brown, 1993), поскольку и позитивные аддикции имеют свои негативные стороны. Еще один вопрос, который возникает, являются ли «позитивные аддикции» аддикциями по своей сути. Дело в том, что критерии, которые предложил В. Глассер для идентификации этих аддикций мало напоминают ставшие почти классическими критерии аддикций Брауна-Гриффитса. Итак, позитивная аддикция должна быть:

  • неконкурентной и отнимать у человека не более часа в день;

  • легкой, чтобы для ее реализации не прикладывать умственных усилий;

  • простой, чтобы быть реализованной в одиночестве, независимо от других людей;

  • представлять собой какую-либо ценность для здоровья, ума и/или духовности;

  • давать уверенность, что при длительном существовании принесет определенное улучшение в жизни;

  • не вызывать самокритики.

Действительно, непонятно, что в этих критериях есть от аддиктивного расстройства. Тем не менее, несмотря на определенную противоречивость с точки зрения современной аддиктологии положений В. Глассера, мы убеждены, что сама идея «позитивной аддикции» была очень плодотворной и недооцененной сообществом наркологов. По существу, это идея перевода больного-аддикта в социально-приемлемую форму заместительной нехимической зависимости.

Многолетний опыт показывает, что успех в лечении и реабилитации химической зависимости достигается в тех случаях, когда больному удается реально «переключиться» на какую-то деятельность, которая захватывает его целиком, принося при этом положительный эмоциональный эффект. Это может быть религия (чаще нетрадиционная), спорт, любовь, секс, работа, дающая реальное материальное и духовное удовлетворение, компьютер в разных вариантах и т. д. Иными словами, это деятельность, которая обладает всеми признаками нехимической зависимости, и которая в той или иной степени социально приемлема. Альтернативой этому у аддикта может быть лишь переход в другую форму химической зависимости: героиновый наркоман становится алкоголиком, а алкоголик – зависимым от снотворно-седативных средств или конопли и т. д.

По существу, получается, что нехимические зависимости покрывают весь спектр поведенческих актов человека, все стороны его жизни: секс, любовь, работа, деньги, спорт и т. д. Получается, что любой человеческий поведенческий акт таит в себе угрозу возникновения зависимости к нему. Как ни парадоксально это звучит, но все многообразие нашей жизни – это богатство потенциальных аддикций. Это полемичное высказывание полностью перекликается с идеями В. Д. Менделевича о том, что «спектр зависимостей распространяется от адекватных привязанностей, увлечений, способствующих творческому и душевному самосовершенствованию как признаков нормы до расстройств зависимого поведения, приводящих к психосоциальной дезадаптации». И далее: «В рамках зависимого поведения мы сталкиваемся с закономерностями, которые существуют в сфере общей психопатологии: каждому психопатологическому феномену как отражению нормы (в контексте зависимостей феноменом выступает действие или поведение) противостоит психопатологический симптом (в данном случае – патологический поведенческий паттерн)» (2003). Это, в свою очередь, идет и из принципов общей патологии, высказанных еще И. В. Давыдовским (1967), согласно которым истоки патологии следует искать в нормальных физиологических процессах.

Создается впечатление, что «примерный» с социальной точки зрения человек успешно сочетает в себе варианты социально приемлемых форм потенциальных зависимостей – превалировать должна работогольная зависимость, для счастья необходимо определенное количество любовной и сексуальной аддикции, для нравственности – религиозной. Хобби могут выражаться в аддикции отношений, в вариантах компьютерной зависимости и иногда чуть-чуть в гемблинге (например, совсем не возбраняется участие в Общенациональных лотереях) и т. д. Допускаются даже элементы химической зависимости – традиционное для нашей страны употребление алкоголя.

Итак, в норме мы имеем дело со своеобразной полиаддиктивностью человека, когда в нем мирно сосуществуют несколько потенциальных аддикций, одна из которых, как правило, превалирует. У социально активного человека – это обычно работоголизм. У домохозяйки это может быть, к примеру, аддикция отношений, у профессионального спортсмена – спортивная аддикция, священнослужителя – религиозная, которая одновременно для него является и работогольной и т. д. Аддикция, которая занимает основное положение в жизни человека, но не подавляет, не вытесняет другие, мы предлагаем назвать преобладающей. Преобладающая аддикция – та, которая определяет жизненный путь на данном этапе развития. Преобладающая аддикция – временна, поддается внешнему воздействию и может сосуществовать с другими.

Проблема возникает тогда, когда одна из аддикций начинает доминировать и вытесняет другие. Причем это может быть как преобладающая аддикция, так и любая другая. Тогда мы говорим о возникновении доминирующей (сверхценной) аддикции. Человек становится аддиктом. Доминирующая аддикция полностью заполняет сознание, вытесняет другие аддикции и мало поддается внешнему воздействию. По-существу, доминирующая или сверхценная аддикция имеет признаки весьма сходные с психопатологическими особенностями сверхценной идеи. Напомним, что сверхценная идея это доминирующая в сознании мысль, подкрепленная эмоциональной реакцией, владеющая человеком целиком, определяющая всю направленность его мыслей, поведения и оттесняющая все другие идеи, суждения. Коррекции сверхценная идея поддается с трудом и на короткий период, а затем либо возвращается в сознание, либо замещается иной сверхценной идеей. Это похоже на то, что в динамике происходит и с аддикцией.

Наши размышления о связи аддикции и сверхценной идеи отчасти перекликаются с определением аддиктивного поведения, данного В. Д. Менделевичем (2003), который определил его как разновидность девиантного поведения, характеризующегося непреодолимой подчиненностью собственных интересов интересам другой личности или группы, чрезмерной и длительной фиксацией внимания на определенных видах деятельности или предметах (фетишах), становящихся сверхценными, снижением или нарушением способности контролировать вовлеченность в данный вид деятельности, а также невозможностью быть самостоятельным и свободным в выборе поведения.

Идея потенциальной полиаддиктивности человеческой природы частично перекликается с идеей К. Юнга о полюсах (противоположностях) в человеческом характере и эмоциях, которые он рассматривал не столько как конфликтующие (в отличие от З. Фрейда) элементы, а в большей мере как дополняющие друг друга факторы. Болезненный конфликт, по К. Юнгу, состоит в том, что пациент обрекает себя на одностороннее развитие. В. В. Гринь (2004) пишет о сходных механизмах формирования зависимости и компульсивного невроза. Не вызывает сомнения, что аддикция всегда связана с расстройством сферы влечений. Говоря о необходимости преодоления стрессовой ситуации, автор справедливо указывает, что в норме человек реализует все три возможности – подчиниться, бороться или бежать. При патологии человек не имеет свободной воли в отношении такого выбора, т. к. его влечения компульсивны по своей природе и основаны не на разумном выборе, а на инстинктах и являются нетерпимыми в отношении фрустрации. Патология возникает вследствие столкновения противоположных (дивергентных) влечений, что не только усиливает, но и порождает конфликты.

Причины, по которым происходит становление доминирующей аддикции, на протяжении более чем сотни лет изучаются различными категориями исследователей. Очевидно, что это все те макро- и микросоциальные, психологические и медико-биологические факторы, которые подробно описаны в монографиях и руководствах, и их рассмотрение не является целью данной статьи.

Клинический опыт показывает, что одна аддикция может достаточно легко переходить в другую. Это происходит как среди химических аддикций (например, наркомания переходит в алкоголизм), так и среди нехимических (например, спортивный аддикт становится проблемным гемблером). Кроме того, химическая зависимость может переходить в нехимическую и наоборот. По существу, лечение социально неприемлемой аддикции (наркомании, алкоголизма) сводится к переводу зависимого в социально приемлемую форму аддикции. Такое состояние наркологи называют устойчивой ремиссией.

Понимание полиаддиктивной природы человека, а также этапов формирования расстройств зависимого поведения позволяет по-новому взглянуть как на проблему профилактики химической зависимости, так и более широко – на проблему профилактики в аддиктологии. Высказанные положения могут оказаться полезными и для реабилитации зависимых, что также представляет сейчас сложную проблему.

Как уже упоминалось выше, в России современные профилактические программы стали внедряться лишь в конце 90-х годов. Сейчас общепризнанным стал факт неэффективности т. н. негативной профилактики химической зависимости, которая была единственной и считалась действенной у нас в стране на протяжении десятилетий. Ее место заняла позитивная (продуктивная) профилактика, которая по идее должна предоставить потенциальному потребителю ПАВ здоровую альтернативу аддиктивному поведению. Позитивная профилактика по своей сути решает сложную и прекрасную задачу – построение счастливой жизни без ПАВ. Способы предлагаются самые разные – от развития критического мышления, чувства юмора, обучения разнообразным жизненным навыкам до занятий экстремальными видами спорта и религиозного воспитания. Все это нашло отражение в большом количестве как общероссийских, так и местных программ по профилактике аддиктивного поведения.

По существу идея продуктивной профилактики сводится к воспитанию гармоничной разносторонней личности, или – как мы могли бы добавить – личности по существу полиаддиктивной с какой-то социально приемлемой преобладающей аддикцией. Это, кстати, в полной мере относится и к профилактике нехимических аддикций. Основа профилактики злоупотребления ПАВ – в разнообразии интересов человека. Поэтому не следует заставлять ребенка или подростка заниматься преимущественно чем-то одним, как бы «полезно» для здоровья или развития интеллекта это не казалось. Чем богаче духовный мир, тем меньше вероятность развития любой зависимости. Как ранее подчеркивали Т. В. Чернобровкина и И. В. Аркавый (1992), для гармонично развитой личности существует гармоничный набор форм реагирования и самовыражения. Преимущественный или предпочтительный выбор какой-либо формы приспособительной реакции приводит сначала к психической, а затем и физической зависимости и появлению, наряду с социально вредными и опасными формами химической и фармакологической наркомании, менее вредных, нейтральных и даже в различной степени полезных для макросоциума маний: экстремистов и социальных «баламутов», религиозных фанатиков и «спортивных наркоманов» (как активных спортсменов-профессионалов и любителей, так и пассивных – болельщиков), а также «наркоманов творческого труда» и других работоголиков. По-видимому, лишь в динамическом единстве и комбинации всех способов реагирования на внешние раздражители (стрессоры) проявляются по-настоящему значительные личности.

Что касается реабилитации зависимых, то, исходя из вышеизложенных положений, основная идея ее представляется в следующем. Должен быть строго индивидуальный поиск, а потом закрепление социально приемлемой формы нехимической зависимости. Более того, социально приемлемая аддикция должна еще и вызывать положительные эмоции у больного. Здесь важно обратить внимание на необходимость индивидуальной работы с каждым зависимым: приемлемость лично для него нехимической аддикции является обязательным условием, иначе опять начнется «поиск», заканчивающийся рецидивом.

Выше говорилось о весьма скромных результатах лечения больных с химической зависимостью. В случае невозможности проведения реабилитации по переводу химического аддикта в социально приемлемую форму нехимической зависимости (реабилитация drug free), вероятно, не существует иной возможности кроме паллиативной реабилитации. Паллиативной реабилитацией является перевод такого больного на заместительную терапию. При этом стремятся изменить социально неприемлемую форму потребления наркотиков на социально приемлемую. Помимо контролируемого медиками приема метадона или бупренорфина в рамках заместительной терапии осуществляются широкие когнитивно-поведенческие психотерапевтические вмешательства. Благодаря этому, в перспективе у значительного количества больных (от 22 % до 86 %) отмечается уход с заместительной терапии на реабилитацию drug free (см.: Maddux, Desmond, 1992; Kornor , Waal, 2005). Тем не менее, следует подчеркнуть, что перевод больного из химической аддикции в другую химическую является наихудшим, хотя и необходимым вариантом реабилитации и может быть использован в случае неоднократных безуспешных попыток традиционных методов лечения и реабилитации.

Отдельного рассмотрения требует проблема коррекции и терапии т. н. «социально приемлемых» форм аддиктивного поведения. На наш взгляд, ответ на вопрос, лечить или не лечить такую аддикцию, не однозначен. Что бы избрать правильную тактику, следует руководствоваться интересами конкретного пациента и гиппократовским правилом «не навреди» или «из двух зол выбирают меньшее».

Выбирая тактику лечения пациента-аддикта, следует прежде всего разобраться первична ли социально приемлемая аддикция или она вторична, т. е. имеет заместительный характер. В первом случае следует разобраться, какой урон она причиняет пациенту. В более легких случая аддикции (например, работоголизм, спортивная аддикция) при отсутствии жалоб самого пациента, на наш взгляд, не следует пытаться избавить его от зависимости. В случае наличия жалоб самого пациента, требуется полноценная психотерапевтическая помощь. Вместе с тем, у врача, занимающегося аддикциями, всегда должен быть ответ на вопрос, куда будет переведена эта аддикция. Помня о риске перехода нехимической зависимости в химическую у таких пациентов лучше ограничиться наблюдением и приемами главным образом поведенческой психотерапии, направленными на снижение неблагоприятных последствий такого рода поведения. Сюда относятся работа по снижению последствий аддикции в семье, обучение самоконтролю, приемам релаксации и т. д. В более тяжелых случаях (например, культовая травма при религиозной аддикции) мы считаем необходимым проведение всего комплекса психотерапевтических, а если потребуется, то и активных психиатрических лечебных мероприятий с применением биологической терапии для устранения данной формы аддикции.

Если «социально приемлемая» аддикция имеет заместительный характер, то здесь тактика должна быть еще более осторожной, чем в первом случае. Для любого здравомыслящего человека очевидно, что работоголизм, любовная аддикция или даже аддикция к трате денег по своим последствиям представляют меньшую опасность, чем, к примеру, героиновая наркомания или тяжелый алкоголизм. Если удалось перевести химического аддикта в «социально приемлемую» аддикцию, то это должно рассматриваться как несомненный успех. В этом случае задача состоит во всяческой поддержке социально приемлемого аддиктивного поведения. Несколько особняком стоит религиозная аддикция. Признавая несомненную пользу реабилитационных программ наркозависимых и алкоголиков, которые проводят различные религиозные организации, в том числе не только традиционные, следует помнить и о негативных, иногда катастрофических последствиях. Каждому аддиктологу приходится сталкиваться с дилеммой, что лучше – наркомания или пребывание пациента в секте (в том числе и тоталитарной). Таким образом, решая указанную дилемму, в каждом конкретном случае надо подходить индивидуально. Если последствия культовой травмы принимают угрожающий для психики пациента характер, следует приложить все силы, чтобы изолировать его от влияния секты. В остальных случаях необходимо взвесить все последствия от прекращения деятельности в секте и рассмотреть возможности перевода такого пациента в более приемлемую форму поведения. В любом случае, следует всегда помнить принцип «не навреди!»

13. Опросник «Стиль саморегуляции поведения»

Опросник «Стиль саморегуляции поведения» (ССПМ) был создан в 1988 году в Психологическом институте РАО в лаборатории психологии саморегуляции (заведующая – В. И. Моросанова) и пригодна как для научных исследований, так и в качестве инструмента практической диагностики различных аспектов индивидуальной саморегуляции. Утверждения опросника построены на типичных жизненных ситуациях и не имеют непосредственной связи со спецификой какой-либо профессиональной или учебной деятельности. Цель методики – это диагностика развития индивидуальной саморегуляции и ее индивидуального профиля, включающего показатели планирования, моделирования, программирования, оценки результатов, а также показатели развития регуляторно-личностных свойств – гибкости и самостоятельности.

Опросник ССПМ состоит из 46 утверждений и работает как единая шкала «Общий уровень саморегуляции» (ОУ), которая характеризует уровень сформированности индивидуальной системы саморегуляции произвольной активности человека. Утверждения опросника входят в состав шести шкал (по 9 утверждений в каждой), выделенных в соответствии с основными регуляторными процессами планирования (Пл), моделирования (М), программирования (Пр), оценки результатов (Ор), а также и регуляторно-личностными свойствами: гибкости (Г) и самостоятельности (С). Структура опросника такова, что ряд утверждений входят в состав сразу двух шкал. Это относится к тем утверждениям опросника, которые характеризуют как регуляторный процесс, так и регуляторно-личностное качество.

Адаптации и модификации

В последующие годы был разработан целый ряд модификаций этой методики: «Саморегуляция подготовки спортсмена», СПС (Моросанова, Соколова, 1989), «Стиль саморегуляции студентов», ССС (Моросанова, Сагиев, 1994), «Саморегуляция в избирательной кампании депутата», СИК (Моросанова, Холопова, 1995). Все эти опросники направлены на диагностику развития индивидуальной саморегуляции и основных ее компонентов. Различия заключаются, в первую очередь, в наборе ситуаций, которые используются в утверждениях опросника. Они учитывают специфику различных видов профессиональной и учебной деятельности. Различаются версии опросника также и составом диагностируемых регуляторно-личностных свойств, в зависимости от их значимости для той или иной профессиональной группы. Так, например, для спортсменов профессионально значимым является регуляторно-тактическая гибкость, а для политиков – самостоятельность). В версии опросника ССПМ 1998 года была уточнена шкала моделирования, что расширяет дифференцирующие возможности данного инструмента (Моросанова, Коноз, 2000).

Обработка результатов

Подсчет показателей опросника производится по ключам, представленным ниже, где «Да» означает положительные ответы, а «Нет» – отрицательные.

Ключ

Шкала планирования (Пл):

Да 1, 8, 17, 22, 28, 31, 36

Нет 15, 42

Шкала моделирования (М):

Да 11, 37

Нет 3, 7, 19, 23, 26, 33, 41

Шкала программирования (Пр):

Да 12, 20, 25, 29, 38, 43

Нет 5, 9, 32

Шкала оценки результатов (ОР):

Да 30, 44

Нет 6, 10, 13, 16, 24, 34, 39

Шкала гибкости (Г):

Да 2, 11, 25, 35, 36, 45

Нет 16, 18, 23

Шкала самостоятельности (С):

Да 4, 12, 14, 21, 27, 31, 40, 46

Нет 34

Шкала Общего уровня саморегуляции (ОУ):

Да 1, 2, 4, 8, 11, 12, 14, 17, 20, 21, 22, 25, 27, 28, 29, 30, 31, 35, 36, 37, 38, 40, 43, 44, 45, 46

Нет 3, 5, 6, 7, 9, 10, 13, 15, 16, 18, 19, 23, 24, 26, 32, 33, 34, 39, 41, 42

Интерпретация результатов

Описание шкал

Шкала «Планирование» (Пл) характеризует индивидуальные особенности выдвижения и удержания целей, сформированность у человека осознанного планирования деятельности.

Высокие показатели по этой шкале указывают на сформированность потребности в осознанном планировании деятельности, планы в этом случае реалистичны, детализированы, иерархичны и устойчивы, цели деятельности выдвигаются самостоятельно.

У испытуемых с низкими показателями по этой шкале потребность в планировании развита слабо, цели подвержены частой смене, поставленная цель редко бывает достигнута, планирование малореалистично. Такие испытуемые предпочитают не задумываться о своем будущем, цели выдвигают ситуативно и обычно несамостоятельно.

Шкала «Моделирование» (М) позволяет диагностировать индивидуальную развитость представлений о внешних и внутренних значимых условиях, степень их осознанности, детализированности и адекватности.

Испытуемые с высокими показателями по этой шкале способны выделять значимые условия достижения целей как в текущей ситуации, так и в перспективном будущем, что проявляется в соответствии программ действий планам деятельности, соответствии получаемых результатов принятым целям.

У испытуемых с низкими показателями по шкале слабая сформированность процессов моделирования приводит к неадекватной оценке значимых внутренних условий и внешних обстоятельств, что проявляется в фантазировании, которое может сопровождаться резкими перепадами отношения к развитию ситуации, последствиям своих действий. У таких испытуемых часто возникают трудности в определении цели и программы действий, адекватных текущей ситуации, они не всегда замечают изменение ситуации, что также часто приводит к неудачам.

Шкала «Программирование» (Пр) диагностирует индивидуальную развитость осознанного программирования человеком своих действий.

Высокие показатели по этой шкале говорят о сформировавшейся у человека потребности продумывать способы своих действий и поведения для достижения намеченных целей, о детализированности и развернутости разрабатываемых программ. Программы разрабатываются самостоятельно, они гибко изменяются в новых обстоятельствах и устойчивы в ситуации помех. При несоответствии полученных результатов целям производится коррекция программы действий до получения приемлемого для человека результата.

Низкие показатели по шкале программирования говорят о неумении и нежелании человека продумывать последовательность своих действий. Такие люди предпочитают действовать импульсивно, они не могут самостоятельно сформировать программу действий, часто сталкиваются с неадекватностью полученных результатов целям деятельности и при этом не вносят изменений в программу действий, действуют путем проб и ошибок.

Шкала «Оценивание результатов» (Ор) характеризует индивидуальную развитость и адекватность оценки испытуемым себя и результатов своей деятельности и поведения.

Высокие показатели по этой шкале свидетельствуют о развитости и адекватности самооценки, сформированности и устойчивости субъективных критериев оценки результатов. Человек адекватно оценивает как сам факт рассогласования полученных результатов с целью деятельности, так и приведшие к нему причины, гибко адаптируясь к изменению условий.

При низких показателях по этой шкале испытуемый не замечает своих ошибок, некритичен к своим действиям. Субъективные критерии успешности недостаточно устойчивы, что ведет к резкому ухудшению качества результатов при увеличении объема работы, ухудшении состояния или возникновении внешних трудностей.

Шкала «Гибкость» (Г) диагностирует уровень сформированности регуляторной гибкости, то есть способности перестраивать, вносить коррекции в систему саморегуляции при изменении внешних и внутренних условий.

Испытуемые с высокими показателями по шкале гибкости демонстрируют пластичность всех регуляторных процессов. При возникновении непредвиденных обстоятельств такие испытуемые легко перестраивают планы и программы исполнительских действий и поведения, способны быстро оценить изменение значимых условий и перестроить программу действий. При возникновении рассогласования полученных результатов с принятой целью своевременно оценивают сам факт рассогласования и вносят соответствующую коррекцию. Гибкость регуляторики позволяет адекватно реагировать на быстрое изменение событий и успешно решать поставленную задачу в ситуации риска.

Испытуемые с низкими показателями по шкале гибкости в динамичной, быстро меняющейся обстановке чувствуют себя неуверенно, с трудом привыкают к переменам в жизни, к смене обстановки и образа жизни. Они не способны адекватно реагировать на ситуацию, быстро и своевременно планировать деятельность и поведение, разработать программу действий, выделить значимые условия, оценить рассогласование полученных результатов с целью деятельности и внести коррекции. В результате у таких испытуемых неизбежно возникают регуляторные сбои и, как следствие, неудачи в выполнении деятельности.

Шкала «Самостоятельность» (С) характеризует развитость регуляторной автономности.

Наличие высоких показателей по шкале самостоятельности свидетельствует об автономности в организации активности человека, его способности самостоятельно планировать деятельность и поведение, организовывать работу по достижению выдвинутой цели, контролировать ход ее выполнения, анализировать и оценивать как промежуточные, так и конечные результаты деятельности.

Испытуемые с низкими показателями по шкале самостоятельности зависимы от мнений и оценок окружающих. Планы и программы действий разрабатываются несамостоятельно, такие люди часто и некритично следуют чужим советам. При отсутствии посторонней помощи у них неизбежно возникают регуляторные сбои.

Опросник в целом работает как единая шкала «Общий уровень саморегуляции» (ОУ), которая оценивает общий уровень сформированности индивидуальной системы осознанной саморегуляции произвольной активности человека.

Испытуемые с высокими показателями общего уровня саморегуляции самостоятельны, гибко и адекватно реагируют на изменение условий, выдвижение и достижение цели у них в значительной степени осознанно. При высокой мотивации достижения они способны формировать такой стиль саморегуляции, который позволяет компенсировать влияние личностных, характерологических особенностей, препятствующих достижению цели. Чем выше общий уровень осознанной регуляции, тем легче человек овладевает новыми видами активности, увереннее чувствует себя в незнакомых ситуациях, тем стабильнее его успехи в привычных видах деятельности.

У испытуемых с низкими показателями по данной шкале потребность в осознанном планировании и программировании своего поведения не сформирована, они более зависимы от ситуации и мнения окружающих людей. У таких испытуемых снижена возможность компенсации неблагоприятных для достижения поставленной цели личностных особенностей, по сравнению с испытуемыми с высоким уровнем регуляции. Соответственно, успешность овладения новыми видами деятельности в большой степени зависит от соответствия стилевых особенностей регуляции и требований осваиваемого вида активности.

Инструкция

Предлагаем Вам ряд высказываний об особенностях поведения.

Последовательно прочитав каждое высказывание, выберите один из четырех возможных ответов: "Верно", "Пожалуй, верно", "Пожалуй, неверно", "Неверно" и поставьте крестик в соответствующей графе на листе ответов.

Не пропускайте ни одного высказывания. Помните, что не может быть хороших или плохих ответов, так как это не испытание Ваших способностей, а лишь выявление индивидуальных особенностей Вашего поведения.

Утверждения

Верно”

Пожалуй, верно”

Пожалуй, неверно”

Неверно”

1. Свои планы на будущее люблю разрабатывать в малейших деталях





2. Люблю всякие приключения, могу идти на риск





3. Стараюсь всегда приходить вовремя, но тем не менее часто опаздываю





4. Придерживаюсь девиза “Выслушай совет, но сделай по-своему”





5. Часто полагаюсь на свои способности ориентироваться по ходу дела и не стремлюсь заранее представить последовательность своих действий





6. Окружающие отмечают, что я недостаточно критичен к себе и своим действиям, но сам я это не всегда замечаю





7. Накануне контрольных или экзаменов у меня обычно появлялось чувство, что не хватило 1–2 дней для подготовки





8. Чтобы чувствовать себя уверенно, необходимо знать, что ждет тебя завтра





9. Мне трудно себя заставить что-либо переделывать, даже если качество сделанного меня не устраивает





10. Не всегда замечаю свои ошибки, чаще это делают окружающие меня люди





11. Переход на новую систему работы не причиняет мне особых неудобств





12. Мне трудно отказаться от принятого решения даже под влиянием близких мне людей





13. Я не отношу себя к людям, жизненным принципом которых является “Семь раз отмерь, один раз отрежь”





14. Не выношу, когда меня опекают и за меня что-то решают





15. Не люблю много раздумывать о своем будущем





16. В новой одежде часто ощущаю себя неловко





17. Всегда заранее планирую свои расходы, не люблю делать незапланированных покупок





18. Избегаю риска, плохо справляюсь с неожиданными ситуациями





19. Мое отношение к будущему часто меняется: то строю радужные планы, то будущее кажется мне мрачным





20. Всегда стараюсь продумать способы достижения цели, прежде чем начну действовать





21. Предпочитаю сохранять независимость даже от близких мне людей





22. Мои планы на будущее обычно реалистичны, и я не люблю их менять





23. В первые дни отпуска (каникул) при смене образа жизни всегда появляется чувство дискомфорта





24. При большом объеме работы неминуемо страдает качество результатов





25. Люблю перемены в жизни, смену обстановки и образа жизни





26. Не всегда вовремя замечаю изменения обстоятельств и из-за этого терплю неудачи





27. Бывает, что настаиваю на своем, даже когда не уверен в своей правоте





28. Люблю придерживаться заранее намеченного на день плана





29. Прежде чем выяснять отношения, стараюсь представить себе различные способы преодоления конфликта





30. В случае неудачи всегда ищу, что же было сделано неправильно





31. Не люблю посвящать кого-либо в свои планы, редко следую чужим советам





32. Считаю разумным принцип: сначала надо ввязаться в бой, а затем искать средства для победы





33. Люблю помечтать о будущем, но это скорее фантазии, чем реальность





34. Стараюсь всегда учитывать мнение товарищей о себе и своей работе





35. Если я занят чем-то важным для себя, то могу работать в любой обстановке





36. В ожидании важных событий стремлюсь заранее представить последовательность своих действий при том или ином развитии ситуации





37. Прежде чем взяться за дело, мне необходимо собрать подробную информацию об условиях его выполнения и сопутствующих обстоятельствах





38. Редко отступаюсь от начатого дела





39. Часто допускаю небрежное отношение к своим обязательствам в случае усталости и плохого самочувствия





40. Если я считаю, что прав, то меня мало волнует мнение окружающих о моих действиях





41. Про меня говорят, что я “разбрасываюсь”, не умею отделить главное от второстепенного





42. Не умею и не люблю заранее планировать свой бюджет





43. Если в работе не удалось добиться устраивающего меня качества, стремлюсь переделать, даже если окружающим это не важно





44. После разрешения конфликтной ситуации часто мысленно к ней возвращаюсь, перепроверяю предпринятые действия и результаты





45. Непринужденно чувствую себя в незнакомой компании, новые люди мне обычно интересны





46. Обычно резко реагирую на возражения, стараюсь думать и делать все по-своему





14. Методика «потребность в поисках ощущений»

Опросник личностный. Предназначен для изучения склонности к риску, оценки уровня потребности личности в новых ощущениях различного рода. Разработан М. Цукерманом.

Стимульный материал теста состоит из 16 пар утверждений. Испытуемому необходимо в каждой из предложенных пар выбрать более подходящий для него вариант. Незначительное количество предлагаемых утверждений не позволяет выделить какие-либо шкалы опросника. Оценка результатов происходит по сумме баллов, совпадающих с ключом. Чем выше суммарный балл, тем более выражена потребность личности в поисках ощущений. Автор использует три градации выраженности данной особенности личности:

1. Высокий уровень потребностей в ощущениях.

2. Средний уровень потребностей в ощущениях.

3. Низкий уровень потребностей в ощущениях.

Каких либо данных о валидности и надежности опросника не приводится. По всей вероятности, целесообразно использовать данную методику в качестве средства экспресс диагностики.

Инструкция. «Вашему вниманию предлагается ряд утверждений, которые объединены в пары. Из каждой пары Вам необходимо выбрать одно, которое наиболее характерно для Вас, и отметить его».

Стимульный материал.

1. а) Я бы предпочел работу, требующую многочисленных разъездов, путешествий.

б) Я бы предпочел работать на одном месте.

2. а) Меня взбадривает свежий, прохладный день.

б) В прохладный день я не могу дождаться, когда попаду домой.

3. а) Мне не нравятся все телесные запахи.

б) Мне нравятся некоторые телесные запахи.

4. а) Мне не хотелось бы попробовать какой-нибудь наркотик, который мог бы оказать на меня незнакомое воздействие.

б) Я бы попробовал какой-нибудь из незнакомых наркотиков, вызывающих галлюцинации.

5. а) Я бы предпочел жить в идеальном обществе, где каждый безопасен, надежен и счастлив.

б) Я бы предпочел жить в неопределенные, смутные дни нашей истории.

6. а) Я не могу вынести езду с человеком, который любит скорость.

б) Иногда я люблю ездить на машине очень быстро, так как нахожу это возбуждающим.

7. а) Бели бы я был продавцом-коммивояжером, то предпочел бы твердый оклад, а не сдельную зарплату с риском заработать мало или ничего.

б) Если бы я был продавцом-коммивояжером, то я бы предпочел работать сдельно, так как у меня была бы возможность заработать больше, чем сидя на окладе.

8. а) Я не люблю спорить с людьми, чьи воззрения резко отличаются от моих, поскольку такие споры, всегда неразрешимы.

б) Я считаю, что люди, которые не согласны с моим воззрением, больше стимулируют, чем люди, которые согласны со мной.

9. а) Большинство людей тратят в целом слишком много денег на страхование.

б) Страхование – это то, без чего не мор бы позволить себе обойтись ни один человек.

10. а) Я бы не хотел оказаться загипнотизированным.

б) Я бы хотел попробовать оказаться загипнотизированным.

11. а) Наиболее важная цель в жизни – жить на полную катушку и взять от нее столько, сколько возможно.

б) Наиболее важная цель в жизни – обрести спокойствие и счастье.

12. а) В холодную воду я вхожу постепенно, дав себе время привыкнуть к ней.

б) Я люблю сразу нырнуть или прыгнуть в море или холодный бассейн.

13. а) В большинстве видов современной музыки мне не нравятся беспорядочность и дисгармоничность.

б) Я люблю слушать новые и необычные виды музыки.

14. а) Худший социальный недостаток – быть грубым, невоспитанным человеком.

б) Худший социальный недостаток – быть скучным человеком, занудой.

15. а) Я предпочитаю эмоционально-выразительных людей, даже если они немного неуравновешенны.

б) Я предпочитаю больше людей спокойных, даже «отрегулированных».

16. а) У людей, ездящих на мотоциклах, должно быть есть какая-то неосознаваемая потребность причинить себе боль, вред.

б) Мне бы понравилось водить мотоцикл, или ездить на нем.

Порядок обработки результатов

Каждый ответ, совпавший с ключом, оценивается в один балл. Полученные баллы суммируются. Сумма совпадений и является показателем уровня потребностей в ощущениях.

Ключ

а

5.

б

9.

а

13.

б

2.

а

6.

б

10.

б

14.

б

3.

б

7.

б

11.

а

15.

а

4.

б

8.

б

12.

б

16.

б

Интерпретация

Поиск новых ощущений имеет большое значение для человека, поскольку стимулирует эмоции и воображение, развивает творческий потенциал, что, в конечном счете, ведет, к его личностному росту.

11–16 баллов. Высокий уровень потребностей в ощущениях обозначает наличие влечения, возможно, бесконтрольного, к новым, «щекочущим нервы» впечатлениям, часто может провоцировать испытуемого на участие в рискованных авантюрах и мероприятиях.

6 – 10 баллов – средний уровень потребностей в ощущениях. Он свидетельствует об умении контролировать такие потребности, об умеренности в их удовлетворении, то есть, с одной стороны – об открытости новому опыту, с другой стороны – о сдержанности и рассудительности в необходимых моментах жизни.

0 – 5 баллов. Низкий уровень потребностей в ощущениях обозначает присутствие предусмотрительности, осторожности в ущерб получению новых впечатлений и информации от жизни. Испытуемый с таким показателем предпочитает стабильность и упорядоченность неизвестному и неожиданному в жизни.

15. Психологический анализ феноменологии аддиктивных расстройств личности

На рубеже веков стало очевидно, что наркология как самостоятельная дисциплина, переживает кризис. Кризис проявляется, в первую очередь, в неспособности добиться существенного прогресса в лечении химической зависимости, особенно наркомании. Внедрение программ позитивной профилактики в странах Запада, происходившее за последние два десятилетия, безусловно, привело к определенному положительному эффекту, который выразился в снижении потребления наиболее тяжелых наркотиков. Внедрение похожих программ на территории Российской федерации началось позже на 15–25 лет, и ожидать быстрого эффекта от них вряд ли следует. Более того, как показывают данные длительного мониторинга, при всем положительном эффекте профилактики потребление наркотиков среди населения носит циклический характер, где за спадом следует неминуемый подъем (Сенцов и др., 2004; Шабанов, Штакельберг, 2000; Preliminary results., 1998). Характерно также и изменение форм химической зависимости: на каком-то этапе преобладает потребление героина, затем «модными» становятся стимуляторы, галлюциногены. Примером проявления этой закономерности у нас в стране является факт некоторого снижения потребление героина и рост потребления стимуляторов, включая кокаин, и алкоголя на сегодняшний день (Шереги, Арефьев, 2003).

На сегодняшний день эффективность лечения больных наркоманией (годичная полная ремиссия) находится в пределах 5–15 % от числа больных, обратившихся за медицинской помощью. Среди больных героиновой наркоманией госпитализированных в НИИ наркологии МЗ России лишь около 8 % преодолели одногодичный порог ремиссии (Н. Н. Иванец, М. А. Винникова, 2001; В. В. Чирко, М. В. Демина, 2002). При добровольном годичном пребывании в терапевтической коммуне ремиссии более 1 года достигают лишь 15 % наркозависимых (П. Д. Шабанов, О. Ю. Штакельберг, 2000). Наличие терапевтической ремиссии у 14 % пациентов отметили австралийские исследователи при оценке годичных катамнезов у 570 героиновых наркоманов (S. Darke et al., 2005). Существует большое количество других публикаций, где годичные результаты лечения не выходят за указанные пределы.

Вместе с тем, изучение отдаленных катамнезов дает весьма противоречивые результаты: почти 2/3 аддиктов, если они доживают до 30-ти лет, в течение последующего десятилетия прекращают наркотизацию (С. Winick, 1962; 1964); из 100 наркоманов, получивших лечение в 1952 году, к 1970 году 23 % умерли, 25 % продолжали принимать опиоиды, а у 35 % отмечалась полная ремиссия (об остальных не было данных) (G. Valliant, 1973); J. Parsons (2002), проанализировав многочисленные исследования злоупотребления опиоидами, проведенные в течение последних 25 лет, сообщает, что приблизительно 1/3 наркопотребителей преждевременно погибает, около 1/3 продолжает наркотизацию разной степени интенсивности и 1/3 преодолевает зависимость с выходом в стойкие многолетние ремиссии; прекращение наркотизации с возрастом и без связи с предшествующим лечением, примерно в 1/3 случаев подтверждают и данные российских социологов (Кесельман, Мацкевич, 2000).

Подробно изучив имеющуюся отечественную и зарубежную литературу по ремиссиям при опиоидных наркоманиях, мы пришли к следующим выводам (Зобин, Егоров, 2006):

  • Существует определенная группа наркозависимых, которая с годами самостоятельно прекращает употребление наркотиков.

  • Социально-психологические факторы (отсутствие криминогенности и дистрессов, здоровое социальное окружение, занятость и новая социально-личностная идентификация) оказывают положительное влияние на отказ от употребления ПАВ.

  • Замена одного наркотика другими ПАВ или их эпизодическое сопутствующее употребление на протяжении всего периода наркотизации является типичным проявлением динамики в значительном числе случаев.

  • Приверженность пациентов лечению не всегда означает их готовность к прекращению употребления ПАВ и способность до конца жизни обходиться без наркотиков.

  • В катамнестических исследованиях не приводятся данные о формировании различных форм нехимических аддикций у лиц, прекративших прием психоактивных веществ.

Высокая коморбидность аддиктивных расстройств между собой, а также аддиктивных расстройств и других психических расстройств (в первую очередь, аффективных, обсессивно-компульсивных, расстройств личности, органических заболеваний головного мозга и др.) по данным ряда авторов доходит до 60 % (см.: Менделевич, 2003). Этот факт, безусловно, оказывает влияние, как на диагностику, так и на эффективность лечения. В нашей стране, на наш взгляд, ситуацию усугубляет отрыв наркологии от психиатрии, произошедший в 70-е гг. прошлого столетия и сохраняющийся поныне. За тридцать лет своего относительно автономного существования наркологи в значительной части утратили (или не приобрели) необходимые основы психиатрии, а психиатры, в свою очередь, стали существенно хуже понимать и разбираться в проблемах зависимости.

Существенным моментом, который в определенной степени привел к весьма скромным успехам наркологии, на наш взгляд, является отсутствие единой феноменологической и даже терминологической базы. В отечественной литературе англоязычный термин аддиктивное поведение (addictive behavior) начал использоваться более двух десятков лет назад в том значении, которое давали его авторы: злоупотребление различными веществами, изменяющими психическое состояние, включая алкоголь и курение табака, до того, как от них сформировалась зависимость (Miller, 1984; Landry, 1987). На строгом разграничении аддиктиного поведения как форме девиантного поведения и аддикции как болезни настаивал А. Е. Личко (1983; 1985; 1991). Синонимом аддиктивному поведению стало понятие наркотизм, введенное И. Н. Пятницкой (1975).

Вскоре и за рубежом, и у нас в стране появились более широкие трактовки понятия аддиктивного поведения. Так, Г. Марлатт с коллегами (Marlatt et al., 1988) характеризует его как «повторяющуюся привычку, которая повышает риск заболевания и/или связана с личными и социальными проблемами». Субъективно аддиктивное поведение часто проявляется как «потеря контроля» – несмотря на усилия воздерживаться или контролировать поведенческие паттерны в полной мере проявляются вновь и вновь. Эти паттерны обычно характеризуются получением немедленного удовольствия («кратковременная награда») и часто сопровождается отставленными отрицательными последствиями («долговременные издержки»). Попытки изменить аддиктивное поведение с помощью лечения или самосовершенствования сопряжены с высоким процентом рецидива.

Ц. П. Короленко (1991) предлагает рассматривать аддиктивное поведение как одну из форм деструктивного поведения, которая выражается в стремлении к уходу от реальности путем изменения своего психического состояния посредством приема некоторых веществ или постоянной фиксации внимания на определенных предметах или активных видах деятельности, что сопровождается развитием интенсивных эмоций. По существу, в этом определении стираются грани между аддикцией и аддиктивным поведением.

А. Е. Личко и В. С Битенский (1991), утверждают, что для подростков термин аддиктивное поведение представляется наиболее адекватным, поскольку указывает на то, что речь идет не о болезни, а о нарушениях поведения. Авторы выделяют два пути, по которым развивается аддиктивное поведение. В первом случае подростки пробуют различные психоактивные вещества (ПАВ): бензин, клей, затем алкогольные напитки, не гнушаясь при этом предложенных таблеток или сигарет с марихуаной. Последовательность употребления может быть различной, экспериментирование продолжается до того момента, пока не будет окончательно выбрано наиболее предпочитаемое вещество. Иногда злоупотребление обрывается раньше. Во втором – наблюдается злоупотребление только одним каким-нибудь ПАВ (бензин, алкоголь и др.). Ранее сосредоточение на одном наркотике обычно связано с недоступностью других, реже происходит произвольный выбор. Особенностью аддиктивного поведения является то, что оно по существу не является заболеванием. Медикаментозное лечение в этих случаях может быть направлено на детоксикацию, если в этом есть необходимость, а психотерапевтические приемы используются с целью психопрофилактики. Главным же при аддиктивном поведении авторы считают не медицинские, а воспитательные меры.

По степени прогредиентности развития А. В. Худяков (2003) выделяет два типа течения аддиктивного поведения: благоприятный (тразиторный) и неблагоприятный (прогредиентный) варианты. При благоприятном (транзиторном) типе течения ведущим критерием является социальный критерий частоты группового употребления ПАВ. При этом спиртное или иное психоактивное вещество выступают осознанным средством достижения прагматических целей несовершеннолетнего, поэтому АП выступает как копинг-поведение. При обучении другим (альтернативным) способам достижения цели потребность в ПАВ отпадает и транзиторный вариант АП редуцируется. При прогредиентном течении АП определяющим признаком является совокупность нарастающих по степени тяжести социальных, психологических и клинических критериев. При этом алкоголь или иное ПАВ становится ведущим мотивом потребления и отрывается от начальной мотивации. Социально-психологическими факторами, влияющими на формирование прогредиентского типа течения аддиктивного поведения, являются: неполная семья; нарушенные отношения между ее членами, включая дефицит родительской эмпатии, отсутствие доверительных отношений с ребенком, воспитание по типу гипоопеки или противоречивой направленности родительских установок; преобладающий круг общении подростка с потребителями ПАВ в сочетании с различными формами девиантного или криминального поведения; невозможность удовлетворить свои актуальные потребности в сочетании с отсутствием устойчивых позитивных увлечений, склонностью к азартным играм и неспособностью к организации досуга; ранние половые связи, негативное отношение к учебе.

Дискуссии по поводу феноменологии патологического влечения к ПАВ ведутся и за рубежом. «Концептуальным хаосом» называет область изучения зависимостей – аддиктологию Г. Шаффер (Shaffer, 1997). Как показали недавние исследования, часть специалистов (преимущественно более старшего возраста) понимают под аддикцией исключительно физическую зависимость от психоактивных веществ (ПАВ), в то время как более молодые специалисты рассматривают аддикцию более широко: как компульсивно-зависимое поведение (compulsive-habitual behavior) (Walters, Gilbert, 2000).

Сущность аддикции заключается в компульсивном поиске и приеме наркотика даже перед лицом негативных медицинских и социальных последствий, а не в синдроме отмены, настаивает A. Лешнер (Leshner, 1997). Из отечественных авторов такая точка зрения на аддикцию как на обсессивно-компульсивный феномен разделяется А. А. Портновым (2004) и И. Н. Пятницкой (2003). Психиатр психоаналитического направления Л. Вермсер (2000) пишет, что «понятие «аддиктивное поведение» синонимично понятию тяжелой «компульсивности», в том смысле, что оно связано с внешними факторами и приводит к тяжелым и разрушительным для больного последствиям».

В. Б. Альтшулер (1994) рассматривает патологическое влечение к ПАВ как психопродуктивное расстройство. М. В. Винникова (2003), также трактует патологическое влечение к наркотику как психопатологический феномен, включающий идеаторный, аффективный и поведенческий компоненты. В. В. Чирко и М. В. Демина (2002) рассматривают патологическое влечение к наркотику как психопатологический феномен сходный с паранояльным бредом. Мы отмечали феноменологическое сходство патологического влечения при химических и нехимических аддикциях со сверхценной идеей (Егоров, 2004; 2006).

Ю. П. Сиволап (2006), признавая достаточную убедительность точек зрения на аддикцию как обсессивно-компульсивное расстройство и сверхценную идею, высказывает где-то компромиссное мнение, что аддиктивные расстройства представляют собой отдельный – аддиктивный – психопатологический регистр, принадлежат к сфере мотивационных расстройств и формируют особую нозологическую группу, которая включает зависимость от различных ПАВ и нехимические виды зависимости.

Основным диагностическим критерием всех видов аддикций («расстройств зависимого поведения») В. Д. Mенделевич (2003).считает наличие измененных состояний сознания в период реализации патологического влечения, которые феноменологически сопоставимы с «особыми состояниями сознания» и «сумеречным расстройством».

Короткое по форме, но слишком расширенное по сути определение аддикции дает A. Шаев (Shaef, 1987): «Аддикция – это любой процесс, над которым мы не властны». Под это определение можно подвести большую часть психических и поведенческих расстройств. Автор поделила аддикции на две категории: субстанциональные аддикции (алкоголизм, наркомании, табакокурение, пищевые) и аддикции процесса (накопление денег, гемблинг, секс, работа, беспокойство и религия).

Д. Альтман с сотр. (Altman et al., 1996) вообще разводят понятия аддикции (addiction) и зависимости (dependence), определяя их следующим образом: аддикция ограничивается экстремальным или психопатологическим состоянием, когда потерян контроль над употреблением ПАВ. Зависимость отражает состояние нужды в ПАВ, чтобы функционировать нормальным образом. Зависимость часто ассоциируется с толерантностью и симптомами отмены и с аддикцией, как она определена выше. Толерантность, возбуждение, синдром отмены и тяга являются симптомами, которые могут сопровождать зависимость.

В. В. Шабалина (2006) обращает внимание, что у наркозависимых отмечаются спонтанные речевые паттерны, имеющие смысл управления со стороны. На этом основании автор делает вывод, что ощущение управляемости со стороны является одним из признаков психической зависимости, личностно-поведенческим компонентом ее когнитивной структуры. При этом в статье не проводится никаких параллелей (хотя бы терминологических) с феноменом психических автоматизмов Г. Г. Клерамбо. Кроме личностно-поведенческого компонента зависимости автор выделяет также личностно мотивационно-ценностный компонент, который заключается в представлении об объекте зависимости как ценности, и личностный эмоционально-волевой компонент, выражающийся в представлении о непреодолимости влечения к объекту зависимости.

Не остались в стороне от попыток понять сущность аддиктивных расстройств и представители психоаналитического направления. Следует отметить, что работы психоаналитиков в области аддиктологии внесли существенный вклад в понимание психологических причин возникновения и становления зависимости (см.: Психопатология, 2000; Шайдукова, 2004). Современный психоанализ по отношению к аддиктивным расстройствам имеет определенную позицию, которую попытался сформулировать Э. Сэбшин (2000): «Выдвинутое ранними исследователями-психоаналитиками предположение о том, что все случаи злоупотребления химическими веществами представляют собой регрессию на оральную стадию психосексуального развития, уступило место иной концепции, согласно которой большинство таких случаев имеет защитную и адаптивную функции. Использование химических веществ может временно... изменить регрессивное состояние, усиливая защиты Эго, направленное против мощных аффектов, таких как гнев, стыд и депрессия». Иными словами, зависимость от ПАВ можно рассматривать как адаптивное поведение, направленное на то, чтобы боль, вызванную аффектами, и на некоторое время повысить способность владеть собой и функционировать. Таким образом, именно психоаналитики первыми высказали идею о своеобразном «самолечении» аддиктивных пациентов с помощью ПАВ.

Следует заметить, что дискуссии по поводу сущности аддикции имеют не только общетеоретическое значение, но оказывают существенное влияние на терапевтическую практику. Так, например, если мы рассматривает аддикцию (патологическое влечение к ПАВ) как психопродуктивное расстройство, близкое к паранояльному бреду, то лечебная тактика строится на назначении нейролептических препаратов, часто антидепрессантов и анксиолитиков. Психотерапевтические интервенции, как при любом психозе, приобретают вспомогательное значение. Если же мы рассматриваем аддикцию как обсессивно-компульсивное расстройство, то роль психотерапевтических методов воздействия существенно возрастает. Из психофармакологических препаратов на первый план выступают антидепрессанты и анксиолитики, а необходимость назначения нейролептиков уже представляется сомнительной. Кстати, не существует исследований, выполненных с позиций доказательной медицины, которые показывали бы эффективное воздействие нейролептиков на патологическое влечение к ПАВ (см.: Сиволап и др., 2007). Все это имеет отношение и для лечебных тактик, применяемых для коррекции нехимических аддикций. Если мы являемся сторонниками психоаналитической концепции аддиктивных расстройств, то для лечения должны широко применяться многомесячные психоаналитические сессии, чего в реальности не происходит даже на Западе, в частности, из-за дороговизны такого лечения и отсутствия реальных доказательств его эффективности у этой категории больных.

В отечественной наркологии с самого начала существовало противоречие между признанием хронического рецидивирующего характера наркологического заболевания и преобладанием попыток его лечения по моделям терапии острого состояния. Трудно понять каким образом сочетаются указание на принципиальное отсутствие возможности выздоровления с одновременной оценкой эффективности лечения ориентированной на полный отказ от употребления ПАВ (Руководство по наркологии, 2002; Цетлин, Пелипас, 2000). При этом отказ от любого потребления ПАВ одновременно является и условием проведения лечения, и целью данного лечения. Практика, когда больные, замеченные в употреблении ПАВ, исключаются из лечебных и реабилитационных программ, является общепринятой (Валентик, 2003; Шабанов, Штакельберг, 2000). Таким образом, проявление самой болезни может служить поводом для отказа в лечении.

Парадоксальность такой ситуации, существующей только в наркологии, проистекает, по нашему мнению, из-за моралистских установок нулевой толерантности. Это привело к отрицанию всех методик лечения опиоидной зависимости, построенных на возможности контролируемого приема наркотика в лечебных программах заместительной терапии, рекомендованных ВОЗ (Совместная позиция..., 2004). Указанное противоречие, кроме того, определило уязвимое положение отечественной наркологии, в сравнении с другими областями клинической медицины, в плане заведомо низкой эффективности лечения. Между тем, для психиатрии подобные подходы вовсе нехарактерны. Большинство психических заболеваний также являются хроническими и результаты их лечения рассматриваются по совершенно другим критериям. Здесь уместно вспомнить работу видного отечественного психиатра М. Я. Серейского (1939), который предлагал классифицировать ремиссии у душевно больных по их глубине: от «А» – полная ремиссия, выздоровление – до «D» – внутрибольничное улучшение, при котором выписка из стационара не представляется возможной, однако фиксируется факт положительной динамики. Заметим, что этой классификацией в психиатрии пользуются и сегодня. Ни у одного специалиста не вызывает сомнений возможность спонтанного рецидива при шизофрении, аффективном расстройстве или эпилепсии, даже при правильном лечении. Если болезни зависимости являются психическими расстройствами (а они таковыми и являются даже формально, исходя из МКБ-10 и DSM-IV), то почему эффективность их лечения должна рассматриваться только применительно к критериям ремиссии «А» по М. Я. Серейскому.

16. Методика «Определение склонности к отклоняющемуся поведению» (Соп)
(А. Н. Орел)

Назначение. Предлагаемая методика диагностики склонности к отклоняющемуся поведению (СОП) является стандартизированным тест-опросником, предназначенным для измерения готовности (склонности) подростков к реализации различных форм отклоняющегося поведения. Опросник представляет собой набор специализированных психодиагностических шкал, направленных на измерение готовности (склонности) к реализации отдельных форм отклоняющегося поведения.

Методика предполагает учет и коррекцию установки на социально желательные ответы испытуемых.

Шкалы опросника делятся на содержательную и служебную. Содержательные шкалы направлены на измерение психологического содержания комплекса связанных между собой форм девиантного поведения, то есть социальных и личностных установок, стоящих за этими поведенческими проявлениями.

Служебная шкала предназначена для измерения предрасположенности испытуемого давать о себе социально-одобряемую информацию, оценки достоверности результатов опросника в целом, а также для коррекции результатов по содержательным шкалам в зависимости от выраженности установки испытуемого на социально-желательные ответы.

Таким образом, методика включает два варианта, содержащие следующие наборы шкал.

Инструкция. Перед вами имеется ряд утверждений. Они касаются некоторых сторон вашей жизни, вашего характера, привычек. Прочтите первое утверждение и решите, верно, ли данное утверждение по отношению к вам. Если верно, то на бланке ответов рядом с номером, соответствующим утверждению, в квадратике под обозначением «да» поставьте крестик или галочку. Если неверно, то поставьте крестик или галочку в квадратике под обозначением «нет». Если вы затрудняетесь ответить, то постарайтесь выбрать вариант ответа, который все-таки больше соответствует вашему мнению. Затем таким же образом отвечайте на все пункты опросника. Если вы ошибетесь, то зачеркните ошибочный ответ и поставьте тот, который считаете нужным. Помните, что вы высказываете собственное мнение о себе в настоящий момент. Здесь не может быть «плохих» или «хороших», «правильных» или «неправильных» ответов. Очень долго не обдумывайте ответов, важна ваша первая реакция на содержание утверждений. Отнеситесь к работе внимательно и серьезно. Небрежность, а также стремление «улучшить» или «ухудшить» ответы приводят к недостоверным результатам. В случае затруднений еще раз прочтите эту инструкцию или обратитесь к тому, кто проводит тестирование. Не делайте никаких пометок в тексте опросника.

Опросник (мужской вариант)

  1. Я предпочитаю одежду неярких, приглушенных тонов.

  2. Бывает, что я откладываю на завтра то, что должен сделать сегодня.

  3. Я охотно записался бы добровольцем для участия в каких-либо боевых действиях.

  4. Бывает, что иногда я ссорюсь с родителями.

  5. Тот, кто в детстве не дрался, вырастает маменькиным сынком и ничего не может добиться.

  6. Я бы взялся за опасную для жизни работу, если бы за нее хорошо платили.

  7. Иногда я ощущаю такое сильное беспокойство, что просто не могу усидеть на месте.

  8. Иногда бывает, что я немного хвастаюсь.

  9. Если бы мне пришлось стать военным, то я хотел бы быть летчиком-истребителем.

  10. Я ценю в людях осторожность и осмотрительность.

  11. Только слабые и трусливые люди выполняют все правила и законы.

  12. Я предпочел бы работу, связанную с переменами и путешествиями.

  13. Я всегда говорю только правду.

  14. Если человек в меру и без вредных последствий употребляет возбуждающие и влияющие на психику вещества-то это нормально.

  15. Даже если я злюсь, то стараюсь не прибегать к ругательствам.

  16. Я думаю, что мне бы понравилось охотиться на львов.

  17. Если меня обидели, то я обязательно должен отомстить.

  18. Человек должен иметь право выпивать столько, сколько он хочет.

  19. Если мой приятель опаздывает к назначенному времени, то я обычно сохраняю спокойствие.

  20. Мне обычно затрудняет работу требование сделать ее к определенному сроку.

  21. Иногда я перехожу улицу там, где мне удобно, а не там, где положено.

  22. Некоторые правила и запреты можно отбросить, если испытываешь сильное сексуальное (половое) влечение.

  23. Я иногда не слушаюсь родителей.

  24. Если при покупке автомобиля мне придется выбирать между скоростью и безопасностью, то я выберу безопасность.

  25. Я думаю, что мне бы понравилось заниматься боксом.

  26. Если бы я мог свободно выбирать профессию, то стал бы дегустатором вин.

  27. Я часто испытываю потребность в острых ощущениях.

  28. Мое отношение к жизни хорошо описывает пословица: «Семь раз отмерь, один раз отрежь».

  29. Я всегда покупаю билеты в общественном транспорте.

  30. Среди моих знакомых есть люди, которые пробовали одурманивающие вещества токсические.

  31. Я всегда выполняю обещания, даже если мне это не выгодно.

  32. Бывает, что мне так и хочется выругаться.

  33. Правы люди, которые следуют в жизни пословице: «Если нельзя, но очень хочется, то можно».

  34. Бывало, что я попадал в драку после употребления спиртных напитков.

  35. Мне редко удается заставить себя продолжать работу после ряда обидных неудач.

  36. Если бы в наше время проводили бои гладиаторов, то я бы обязательно в них поучаствовал.

  37. Бывает, что иногда я говорю неправду.

  38. Терпеть боль назло всем бывает даже приятно.

  39. Я лучше соглашусь с человеком, чем стану спорить.

  40. Если бы я родился в давние времена, то стал бы благородным разбойником.

  41. Если нет другого выхода, то спор можно разрешить и дракой.

  42. Бывали случаи, когда мои родители или другие взрослые высказывали беспокойство по поводу того, что я немного выпил.

  43. Одежда с первого взгляда должна выделять человека среди других в толпе.

  44. Если в кинофильме нет ни одной приличной драки – это плохое кино.

  45. Когда люди стремятся к новым необычным ощущениям и переживаниям – это нормально.

  46. Иногда я скучаю на уроках.

  47. Если меня кто-то случайно задел в толпе, то я обязательно потребую от него извинения.

  48. Если человек раздражает меня, то я готов высказать ему все, что о нем думаю.

  49. Во время путешествий и поездок я люблю отклоняться от обычных маршрутов.

  50. Мне бы понравилась профессия дрессировщика хищных зверей.

  51. Если уж ты сел за руль мотоцикла, то стоит ехать только очень быстро.

  52. Когда я читаю детектив, то мне часто хочется, чтобы преступник ушел от преследователя.

  53. Иногда я просто не могу удержаться от смеха, когда слышу неприличную шутку.

  54. Я стараюсь избегать в разговоре выражений, которые могут смутить окружающих.

  55. Я часто огорчаюсь из-за мелочей.

  56. Когда мне возражают, я часто взрываюсь и отвечаю резко.

  57. Мне больше нравиться читать о приключениях, чем о любовных историях.

  58. Чтобы получить удовольствие, стоит нарушить некоторые правила и запреты.

  59. Мне нравиться бывать в компаниях, где в меру выпивают и веселятся.

  60. Меня раздражает, когда девушки курят.

  61. Мне нравиться состояние, которое наступает, когда в меру и в хорошей компании выпьешь.

  62. Бывало, что у меня возникало желание выпить, хотя я понимал, что сейчас не время и не место.

  63. Сигарета в трудную минуту меня успокаивает.

  64. Мне легко заставить других меня бояться, и иногда ради забавы я это делаю.

  65. Я смог бы своей рукой казнить преступника, справедливо приговоренного к высшей мере наказания.

  66. Удовольствие – это главное к чему стоит стремиться.

  67. Я хотел бы поучаствовать в автомобильных гонках.

  68. Когда у меня плохое настроение, ко мне лучше не подходить.

  69. Иногда у меня бывает такое настроение, что я готов первым начать драку.

  70. Я могу вспомнить случаи, когда я был таким злым, что хватал первую попавшуюся в руку вещь и ломал ее.

  71. Я всегда требую, чтобы окружающие уважали мои права.

  72. Мне понравилось бы прыгать с парашютом.

  73. Вредное воздействие на человека алкоголя и табака сильно преувеличивают.

  74. Я редко даю сдачи, даже если кто-то ударит меня.

  75. Я не получаю удовольствия от ощущения риска.

  76. Когда человек в пылу спора прибегает к «сильным» выражениям – это нормально.

  77. Я часто не могу сдержать свои чувства.

  78. Бывало, что я опаздывал на уроки.

  79. Мне нравятся компании, где все подшучивают друг над другом.

  80. Секс должен занимать в жизни молодежи одно из главных мест.

  81. Часто я не могу удержаться от спора, если кто-то не согласен со мной.

  82. Иногда случалось, что я не выполнял домашнее задание.

  83. Я часто совершаю поступки под влиянием минутного настроения.

  84. Мне кажется, что я не способен ударить человека.

  85. Люди справедливо возмущаются, когда узнают, что преступник остался безнаказанным.

  86. Бывает, что мне приходиться скрывать от взрослых некоторые свои поступки.

  87. Наивные простаки сами заслуживают того, чтобы их обманывали.

  88. Иногда я бываю так раздражен, что стучу по столу кулаком.

  89. Только неожиданные обстоятельства и чувство опасности позволяют мне по настоящему проявить себя.

  90. Я бы попробовал какое-нибудь одурманивающее вещество, если бы твердо знал, что это не повредит моему здоровью и не повлечет наказания.

  91. Когда я стою на мосту, то меня иногда так и тянет прыгнуть вниз.

  92. Всякая грязь меня пугает или вызывает сильное отвращение.

  93. Когда я злюсь, то мне хочется кого-нибудь ударить.

  94. Я считаю, что люди должны полностью отказаться от употребления спиртных напитков.

  95. Я бы смог на спор влезть на высокую фабричную трубу.

  96. Временами я не могу справиться с желанием причинить боль другим людям.

  97. Я мог бы после небольших предварительных объяснений управлять вертолетом.

Опросник (женский вариант)

    1. Я стремлюсь в одежде следовать самой современной моде или даже опережать ее.

    2. Бывает, что я откладываю на завтра то, что должна сделать сегодня.

    3. Если бы была такая возможность, то я с удовольствием пошла бы служить в армию.

    4. Бывает, что иногда я ссорюсь с родителями.

    5. Чтобы добиться своего, девушка иногда может и подраться.

    6. Я бы взялась за опасную для здоровья работу, если бы за нее хорошо платили.

    7. Иногда я ощущаю такое сильное беспокойство, что просто не могу усидеть на месте.

    8. Я иногда люблю немного посплетничать.

    9. Мне нравятся профессии, связанные с риском для жизни.

    10. Мне нравится, когда моя одежда и внешний вид раздражают людей старшего поколения.

    11. Только глупые и трусливые люди выполняют все правила и законы.

    12. Я предпочла бы работу, связанную с переменами и путешествиями, даже если она опасна для жизни.

    13. Я всегда говорю только правду.

    14. Если человек в меру и без вредных последствий употребляет возбуждающие и влияющие на психику вещества – это вполне нормально.

    15. Даже если я злюсь, я стараюсь никого не ругать.

    16. Я с удовольствием смотрю боевики.

    17. Если меня обидели, то я обязательно должна отомстить.

    18. Человек должен иметь право выпивать столько, сколько он хочет и где он хочет.

    19. Если моя подруга опаздывает к назначенному времени, то я обычно сохраняю спокойствие.

    20. Мне часто бывает трудно сделать работу к точно определенному сроку.

    21. Иногда я перехожу улицу там, где мне удобнее, а не там, где положено.

    22. Некоторые правила и запреты можно отбросить, если чего-нибудь сильно захочешь.

    23. Бывало, что я не слушался родителей.

    24. В автомобиле я больше ценю безопасность, чем скорость.

    25. Я думаю, что мне бы понравилось заниматься каратэ или похожим видом спорта.

    26. Мне бы понравилась работа официантки в ресторане.

    27. Я часто испытываю потребность в острых ощущениях.

    28. Иногда мне так и хочется сделать себе больно.

    29. Мое отношение к жизни хорошо описывает пословица: «Семь раз отмерь, один раз отрежь».

    30. Я всегда плачу за проезд в общественном транспорте.

    31. Среди моих знакомых есть люди, которые пробовали одурманивающие токсические вещества.

    32. Я всегда выполняю обещание, даже если мне это не выгодно.

    33. Бывает, что мне так и хочется выругаться.

    34. Правы люди, которые в жизни следуют пословице: «Если нельзя, но очень хочется, то можно».

    35. Бывало, что я случайно попадала в неприятную историю после употребления спиртных напитков.

    36. Я часто не могу заставить себя продолжать какое-либо занятие после обидной неудачи.

    37. Многие запреты в области секса старомодны, и их можно отбросить.

    38. Бывает, что иногда я говорю неправду.

    39. Терпеть боль назло всем бывает даже приятно.

    40. Я лучше соглашусь с человеком, чем стану спорить.

    41. Если бы я родилась в давние времена, то стала бы благородной разбойницей.

    42. Добиться победы в споре нужно любой ценой.

    43. Бывали случаи, когда мои родители, другие люди высказывали беспокойство по поводу того, что я немного выпила.

    44. Одежда должна с первого взгляда выделять человека среди других в толпе.

    45. Если в фильме нет ни одной приличной драки – это плохое кино.

    46. Бывает, что я скучаю на уроках.

    47. Если меня кто-то случайно задел в толпе, то я обязательно потребую извинений.

    48. Если человек раздражает меня, то я готова высказать все, что я о нем думаю.

    49. Во время путешествий, поездок я люблю отклоняться от обычных маршрутов.

    50. Мне бы понравилась профессия дрессировщицы хищных зверей.

    51. Мне нравится ощущать скорость при быстрой езде на автомобиле и мотоцикле.

    52. Когда я читаю детектив, то мне часто хочется, чтобы преступник ушел от преследования.

    53. Бывает, что я с интересом слушаю неприличный смешной анекдот.

    54. Мне нравится смущать и ставить в неловкое положение окружающих.

    55. Я часто огорчаюсь из-за мелочей.

    56. Когда мне возражают, я часто взрываюсь и отвечаю резко.

    57. Мне нравится слушать или читать о кровавых преступлениях или о катастрофах.

    58. Чтобы получить удовольствие, стоит нарушить некоторые правила и запреты.

    59. Мне нравится бывать в компаниях, где в меру выпивают и веселятся.

    60. Я считаю вполне нормальным, если девушка курит.

    61. Мне нравится состояние, когда.выпьешь в меру и в хорошей компании.

    62. Бывало, что у меня возникало желание выпить, хотя я понимала, что сейчас не время и не место.

    63. Сигарета в трудную минуту меня успокаивает.

    64. Некоторые люди побаиваются меня.

    65. Я бы хотела присутствовать при казни преступника, справедливо приговоренного к высшей мере наказания.

    66. Удовольствие – это главное, к чему стоит стремиться в жизни.

    67. Если бы я могла, то с удовольствием поучаствовала бы в автомобильных гонках.

    68. Когда у меня плохое настроение, ко мне лучше не подходить.

    69. Иногда у меня бывает такое настроение, что я готова первой начать драку.

    70. Я могу вспомнить случаи, когда я настолько разозлилась, что хватала первую попавшуюся под руку вещь и ломала ее.

    71. Я всегда требую, чтобы окружающие уважали мои права.

    72. Мне бы хотелось из любопытства прыгнуть с парашютом.

    73. Вредное воздействие алкоголя и табака сильно преувеличивают.

    74. Счастливы те, кто умирает молодыми.

    75. Я получаю удовольствие, когда немного рискую.

    76. Когда человек в пылу спора прибегает к ругательствам – это допустимо.

    77. Я часто не могу сдержать свои чувства.

    78. Бывало, что я опаздывала на уроки.

    79. Мне нравятся компании, где все подшучивают друг над другом.

    80. Секс должен занимать в жизни молодежи одно из главных мест.

    81. Часто я не могу удержаться от спора, если кто-то не согласен со мной.

    82. Иногда случалось, что я не выполняла школьное домашнее задание.

    83. Я часто совершаю поступки под влиянием минутного настроения.

    84. Бывают случаи, когда я могу ударить человека.

    85. Люди справедливо возмущаются, когда узнают, что преступник остался безнаказанным.

    86. Бывает, что мне приходится скрывать от взрослых свои поступки.

    87. Наивные простаки сами заслуживают того, чтобы их обманывали.

    88. Иногда я бываю так раздражена, что громко кричу.

    89. Только неожиданные и опасные обстоятельства позволяют мне по-настоящему проявить себя.

    90. Я бы попробовала бы какое-нибудь одурманивающее вещество, если бы твердо знала, что это не повредит моему здоровью и не повлечет наказания.

    91. Когда я стою на мосту, меня так и тянет прыгнуть вниз.

    92. Всякая грязь пугает меня или вызывает сильное отвращение.

    93. Когда я злюсь, то мне хочется громко обругать виновника моих неприятностей.

    94. Я считаю, что люди должны отказываться от всякого употребления спиртных напитков.

    95. Я бы с удовольствием покатилась на горных лыжах с крутого склона.

    96. Иногда, если мне кто-то причиняет боль, то это бывает даже приятно.

    97. Я бы с удовольствием занималась в бассейне прыжками с вышки.

    98. Мне иногда не хочется жить.

    99. Чтобы добиться успеха в жизни, девушка должна быть сильной и уметь постоять за себя.

    100. По-настоящему уважают только тех людей, кто вызывает у окружающих страх.

    101. Я люблю смотреть выступления боксеров.

    102. Я могу ударить человека, если решу, что он серьезно оскорбил меня.

    103. Я считаю, что уступить в споре – это значит показать свою слабость.

    104. Мне нравится готовить, заниматься домашним хозяйством.

    105. Если бы я могла прожить жизнь заново, то я хотела бы стать мужчиной, а не женщиной.

    106. В детстве мне хотелось стать актрисой или певицей.

    107. В детстве я всегда была равнодушна к игре в куклы.

Обработка результатов

Ключи для подсчета

1. Шкала установки на социально-желательные ответы:

2(нет), 4(нет), 6(нет), 13(да), 21(нет), 23(нет), 30(да), 32(да), 33(нет),38(нет), 47(нет), 54(нет), 79(нет), 83(нет), 87(нет).

2. Шкала склонности к преодолению норм и правил:

1(нет), 10(нет), 11(да), 22(да), 34(да), 41(да), 44(да), 50(да), 53(да), 55(нет), 59(да), 61(нет), 80(да), 86(нет), 88(да), 91(да), 93(нет).

3. Шкала склонности к аддиктивному поведению:

14(да), 18(да), 22(да), 26(да), 27(да), 31(да), 34(да), 35(да), 43(да), 46(да), 59(да), 60(да), 62(да), 63(да), 64(да), 67(да), 74(да), 81(да), 91(да), 95(нет).

4. Шкала склонности к самоповреждающему и саморазрушающему поведению:

3(да), 6(да), 9(да), 12(да), 16(да), 24(нет), 27(да), 28(да), 37(да), 39(да), 51(да), 52(да), 58(да), 68(да), 73(да), 76(нет), 90(да), 91(да), 92(да), 96(да), 98(да).

5. Шкала склонности к агрессии и насилию:

3(да), 5(да), 15(нет), 16(да), 17(да), 25(да), 37(да), 40(нет), 42(да), 45(да), 48(да), 49(да), 51(да), 65(да), 66(да), 70(да), 71(да), 72(да), 75(нет), 77(да), 82(нет), 89(да), 94(да), 97(да).

6. Шкала волевого контроля эмоциональных реакций:

7(да), 19(да), 20(да), 29(нет), 36(да), 49(да), 56(да), 57(да), 69(да),70(да), 71(да), 78(да), 84(да), 89(да), 94(да).

7. Шкала склонности к делинквентному поведению:

18(да), 26(да), 31(да), 34(да), 35(да), 42(да), 43(да), 44(да), 48(да), 52(да), 55(нет), 61(нет), 62(да), 63(да), 64(да), 67(да), 74(да), 86(нет), 91(да), 94(да.)

Далее производится подсчет первичных («сырых») баллов и их перевод в стандартные Т-баллы.

Каждому ответу при соответствии с ключом присваивается один балл. Затем по каждой шкале подсчитывается первичный суммарный балл, который затем при необходимости подвергается коррекции в связи с действием фактора социальной желательности в соответствии с процедурой описанной выше. Затем производится перевод «сырых» баллов в стандартные Т-баллы.

Таблица норм при переводе «сырых» баллов в Т-баллы

«Сырой» балл

Т-баллы

«Сырой» балл

Шкалы

1

2

3

4

5

6

7

2

3

4

5

6

7

0

35


26




30

72

59

62

58

77

64

15

1

44

27

28

24

24

26

32

75

62

64

60

81

66

16

2

50

31

30

26

27

30

34

78

64

67

62

85

68

17

3

55

34

33

29

29

33

37

81

66

70

65


71

18

4

58

37

35

32

31

37

39

84

68

72

67


73

19

5

62

40

37

35

34

40

41

87

70

75

70


75

20

6

65

43

39

37

36

44

43

90

72

78

72


77

21

7

67

46

42

40

39

48

46


74

81

74


79

22

8

70

50

44

43

41

51

48


76

84

77


81

23

9

74

53

46

45

43

55

50


78

87

79


83

24

10

85

56

48

48

46

58

53


80

90

81


85

25

11

89

59

50

51

48

62

55


82


83


87

26

12


63

53

54

51

65

57


84


85



27

13


66

55

56

53

69

59




87



28

14


69

57

59

55

73

62





89


29

Описание шкал и их интерпретация

1. Шкала установки на социальную желательность (служебная шкала).

Данная шкала предназначена для измерения испытуемого представлять себя в наиболее выгодном свете с точки зрения социальной желательности.

Показатели от 50 до 60 Т-баллов свидетельствуют об умеренной тенденции давать при заполнении опросника социально-желательные ответы.

Показатели свыше 60 баллов свидетельствуют о тенденции испытуемого демонстрировать строгое соблюдение даже малозначительных социальных норм, умышленном стремлении показать себя в лучшем свете, о настороженности по отношению к ситуации обследования.

Результаты, находящиеся в диапазоне 70–89 баллов, говорят о высокой настороженности испытуемого по отношению к психодиагностической ситуации и о сомнительной достоверности результатов по основным шкалам. О восприятии ситуации как экспертной одновременно с высокими показателями по шкале № 1 также свидетельствует их резкое понижение по основным диагностическим шкалам и повышение по шкале социальной роли.

Для мужской популяции превышение суммарного первичного балла по шкале социальной желательности значения 11 первичных баллов свидетельствует о недостаточности результатов по основным шкалам.

Показатели ниже 50 Т-баллов говорят о там, что испытуемый не склонен скрывать собственные нормы и ценности, корректировать свои ответы в направлении социальной желательности.

Отмечено также, что младшие подростки (14 лет и младше) не способны длительное время следовать установке на социально-желательные ответы.

Одновременно высокие показатели по служебной шкале и по основным шкалам (кроме шкалы 8) свидетельствуют либо о сомнительной достоверности результатов, либо о диссоциации в сознании испытуемого известных ему и реальных норм поведения.

2. Шкала склонности к преодолению норм и правил.

Данная шкала предназначена для измерения предрасположенности испытуемого к преодолению каких-либо норм и правил, склонности к отрицанию общепринятых норм и ценностей, образцов поведения.

Результаты, лежащие в диапазоне 50–60 Т-баллов, свидетельствуют о выраженности выше указанных тенденций, о нонконформистских установках испытуемого, о его склонности противопоставлять собственные нормы и ценности групповым, о тенденции «нарушать спокойствии», искать трудности, можно было бы преодолеть.

Показатели свидетельствуют о чрезвычайно выраженности нонконформистских тенденций, проявлении негативизма и заставляют сомневаться о достоверности результатов по данной шкале.

Результаты ниже 50 Т-баллов по данной шкале свидетельствуют о конформных установках испытуемого, склонности следовать стереотипам и общепринятым нормам поведения. В некоторых случаях при условии сочетания с достаточно высоким интеллектуальным уровнем испытуемого и тенденции скрывать свои реальные нормы и ценности такие оценки могут отражать фальсификацию результатов.

3. Шкала склонности к аддиктивному поведению.

Данная шкала предназначена для измерения готовности реализовывать аддиктивное поведение. Результаты в диапазоне 50–70 баллов по данной шкале свидетельствуют о предрасположенности испытуемого к уходу от реальности посредством изменения своего психического состояния, о склонностях к иллюзорно-компенсаторному способу решения личностных проблем. Кроме того, эти результаты свидетельствуют об ориентации на чувственную сторону жизни, о наличии «сенсорной жажды», о гедонистически ориентированных нормах и ценностях. Показатели свыше 70 Т-баллов по данной шкале свидетельствуют о сомнительности результатов либо о наличии выраженной психологической потребности в аддиктивных состояниях, что необходимо выяснить, используя дополнительные психодиагностические средства.

Показатели ниже 50 Т-баллов свидетельствуют либо о невыраженности вышеперечисленных тенденций, либо о хорошем социальном контроле поведенческих реакций.

4. Шкала склонности к самоповреждающему и саморазрушающему поведению.

Данная шкала предназначена для измерения готовности реализовывать различные формы агрессивного поведения. Объект измерения, очевидно частично пересекается с психологическими свойствами, измеряемые шкалой № 3.

Результаты, находящиеся в диапазоне 50–70 Т-баллов по шкале № 4, свидетельствуют о низкой ценности собственной жизни, склонности к риску, выраженной потребности в острых ощущениях, о садомазохистских тенденциях.

Результаты свыше 70 Т-баллов свидетельствуют о сомнительной достоверности результатов.

Показатели ниже 50 Т-баллов по данной шкале свидетельствуют об отсутствии готовности к реализации саморазрушающего поведения, об отсутствии тенденции к соматизации тревоги, отсутствии склонности к реализации комплексов вины в поведенческих реакциях.

5. Шкала склонности к агрессии и насилию.

Данная шкала предназначена для измерения готовности испытуемого к реализации агрессивных тенденций в поведении.

Показатели, лежащие в диапазоне 50–60 Т-баллов, свидетельствуют о наличии агрессивных тенденций у испытуемого. Показатели, находящиеся в диапазоне 60–70 Т-баллов, свидетельствуют об агрессивной направленности личности во взаимоотношениях с другими людьми, о склонности решать проблемы посредством насилия, о тенденции использовать унижение партнера по общению как средство стабилизации самооценки, о наличии садистических тенденций.

Показатели свыше 70 Т-баллов говорят о сомнительной достоверности результатов.

Показатели, лежащие ниже 50 Т-баллов, свидетельствуют о невыраженности агрессивных тенденций, о неприемлемости насилия как средства решения проблем, о нетипичности агрессии как способа выхода из фрустрирующей ситуации. Низкие показатели по данной шкале в сочетании с высокими показателями по шкале социальной желательности свидетельствуют о высоком уровне социального контроля поведенческих реакций.

6. Шкала волевого контроля эмоциональных реакций.

Данная шкала предназначена для измерения склонности испытуемого контролировать поведенческие проявления эмоциональных реакций.

Показатели, лежащие в пределах 60–70 Т-баллов, свидетельствуют о слабости волевого контроля эмоциональной сферы, о нежелании или неспособности контролировать поведенческие проявления эмоциональных реакций. Кроме того, это свидетельствует о склонности реализовывать негативные эмоции непосредственно в поведении, без задержки, о несформированности волевого контроля своих потребностей и чувственных влечений.

Показатели ниже 50 Т-баллов по данной шкале свидетельствуют о невыраженности этих тенденций, о жестком самоконтроле любых эмоциональных поведенческих реакций, чувственных влечений.

7. Шкала склонности к делинквентному поведению.

Название шкалы носит условный характер, так как шкала сформирована из утверждений дифференцирующих «обычных» подростков и лиц с зафиксированными правонарушениями, вступавших в конфликт с общепринятым образом жизни и правовыми нормами.

Данная шкала измеряет готовность (предрасположенность) подростков к реализации делинквентного поведения.

Результаты, находящиеся в диапазоне 50–60 Т-баллов, свидетельствуют о наличии делинквентных тенденций у испытуемого и о низком уровне социального контроля.

Результаты выше 60 Т-баллов свидетельствуют о высокой готовности к реализации делинквентного поведения.

Результаты ниже 50 Т-баллов говорят о невыраженности указанных тенденций, что в сочетании с высокими показателями по шкале социальной желательности может свидетельствовать о высоком уровне социального контроля.

17. Тест-опросник «Аддиктивная склонность»

Поставьте «галочку» напротив выбранного утверждения в случае Вашего согласия. После выполнения теста подсчитайте общую сумму баллов.

Утверждение


1

Если человек в меру и без вредных последствий употребляет возбуждающие и влияющие на психику вещества – это нормально


2

Человек должен иметь право выпивать, сколько он хочет и где он хочет


3

Некоторые правила и запреты можно отбросить, если чего-нибудь сильно захочешь


4

Мне бы понравилась работа официантки в ресторане / дегустатора вин


5

Я часто испытываю потребность в острых ощущениях


6

Среди моих знакомых есть люди, которые пробовали одурманивающие токсические вещества


7

Правы люди, которые в жизни следуют пословице: «Если нельзя, но очень хочется, то можно»


8

Бывало, что я случайно попадал(а) в неприятную историю или драку после употребления спиртных напитков


9

Бывали случаи, когда мои родители, другие люди высказывали беспокойство по поводу того, что я немного выпил(а)


10

Когда люди стремятся к новым, необычным ощущениям и переживаниям, это нормально


11

Чтобы получить удовольствие, стоит нарушить некоторые правила и запреты


12

Мне нравится бывать в компаниях, где в меру выпивают и веселятся


13

Бывало, что у меня возникало желание выпить, хотя я понимал(а), что сейчас не время и не место


14

Сигарета в трудную минуту меня успокаивает


15

Удовольствие – это главное, к чему стоит стремиться в жизни


16

Вредное воздействие на человека алкоголя и табака сильно преувеличивают


17

Секс должен занимать в жизни молодежи одно из главных мест


18

Я бы попробовал(а) какое-нибудь одурманивающее вещество, если бы твердо знал(а), что это не повредит моему здоровью и не повлечет наказания


19

Мои друзья рассказывали, что в некоторых ситуациях они испытывали необычные состояния: видели красочные интересные видения, слышали странные необычные звуки и др.


20

В последнее время я замечаю, что стал(а) много курить. Это как-то помогает мне, отвлекает от забот и тревог


21

Бывало, что по утрам (после того, как я накануне употреблял(а) алкоголь) у меня дрожали руки, а голова просто раскалывалась


22

Не могу заставить себя бросить курить, хотя знаю, что это вредно


23

Часто в состоянии опьянения я испытывал(а) чувство невесомости, отрешенности от окружающего мира, нереальности происходящего


24

Мне неприятно вспоминать и говорить о ряде случаев, которые были связаны с употреблением алкоголя


25

Мои друзья умеют хорошо расслабиться и получить удовольствие


26

В последнее время, чтобы не «сорваться», я вынужден(а) был(а) принимать успокаивающие препараты


27

Я пытался (пыталась) избавиться от некоторых пагубных привычек


28

Употребляя алкоголь, я часто превышал(а) свою норму


29

Мне нравится состояние, которое возникает, когда немного выпьешь


30

У меня были неприятности в школе в связи с употреблением алкоголя



Итого:


Интерпретация полученных результатов:

до 13 баллов – риск зависимого поведения не выражен

от 14 до 16 баллов – умеренно выраженный риск зависимого поведения

от 17 баллов и более – выраженные признаки склонности к зависимому поведению

18. Технологические аддикции

Химическая аддикция базируется на опыте, который наркотик дает человеку, и месте, которое этот опыт занимает в жизни человекa. Все, что дает сравнимый опыт, может также вызвать аддикцию.

С. Пиил (Peele, 1981)

Нехимическими называются аддикции, где объектом зависимости становится поведенческий паттерн, а не ПАВ. В западной литературе для обозначения этих видов аддиктивного поведения чаще используется термин «поведенческие аддикции».

Первую классификацию нехимических аддикций в России предложил Ц. П. Короленко (2001), который выделил непосредственно нехимические аддикции, к которым относятся азартные игры (гэмблинг), аддикция отношений, сексуальная, любовная аддикции, аддикция избегания, работоголизм, аддикция к трате денег, ургентная аддикция, а также промежуточные аддикции, например, аддикцию к еде (переедание и голодание), характеризующиеся тем, что при этой форме задействуются непосредственно биохимические механизмы. Кроме вышеперечисленных, в настоящее время описано значительное количество других нехимческих аддикций: многообразные компьютерные зависимости или интернет-зависимости (Гоголева А. В., 2002; Войскунский А. Е., 2004; Young, 1998), аддикция упражнений (спортивная) (Murphy, 1994; Griffiths, 1997; Kjelsas et al., 2003), духовный поиск (Постнов В. В., Дереча В. А., 2004), «состояние перманентной войны» (Постнов В. В. и др., 2004), синдром Тоада, или зависимость от «веселого автовождения» (joy riding dependence) (McBride, 2000). В. Д. Менделевич (2003) рассматривает также фанатизм во всех его проявлениях (религиозный, политический, спортивный, национальный) как одну из форм аддиктивного поведения, отмечая, что любое сверхценное увлечение, при котором объект увлечения или деятельность становится определяющим вектором поведений человека, оттесняющим на второй план или полностью блокирующим любую иную деятельность, ивходит в состав аддиктивного, патохарактерологического типов девиантного поведения. Некоторые исследователи включают в число нехимических аддикций клептоманию и трихотилломанию (Lejoyeux et al., 2002; McElroy et al., 1995), которые, на наш взгляд, являются расстройствами влечений, а не болезнями аддикции.

И. Маркс (Marks, 1990) предложил следующие критерии для диагностики поведенческих (нехимических) зависимостей:

1. Побуждение к контрпродуктивной поведенческой деятельности (= тяга).

2. Нарастающее напряжение, пока деятельность не будет завершена.

3. Завершение данной деятельности немедленно, но ненадолго снимает напряжение.

4. Повторная тяга и напряжение через часы, дни или недели (= симптомы абстиненции).

5. Внешние проявления уникальны для данного синдрома аддикции.

6. Последующее существование определяется внешними и внутренними проявлениями (дисфория, тоска).

7. Гедонистичекий оттенок на ранних стадиях аддикции.

Нехимические аддикции часто сочетаются с другой психической патологией: аффективными расстройствами, обсессивно-компульсивными расстройствами, расстройствами личности, неврозами и химическими зависимостями (Менделевич В. Д., 2003; Schneider, Irons, 2001; Lejoyeux et al., 2002, и др.). Коморбидность невротических расстройств и нехимических аддикций, по мнению А. Р. Назмутдинова (2000), определяется тремя основными вариантами: невроз, манифестировавший на фоне ранее сформировавшейся аддиктивной зависимости (при наличии дополнительных патогенетических моментов, каким, например, является психотравма); длительное невротическое состояние, обусловившее своеобразный механизм психологической защиты в виде формирования аддиктивного поведения; невротические и аддиктивные расстройства, развивающиеся и протекающие параллельно, относительно изолированно друг от друга, но имеющие общие этиопатогенетические и патопластические феномены.

Рассмотрим варианты нехимических аддикций.

1. Азартные игры (гемблинг, лудомания)

Гемблинг (патологическая склонность к азартным играм F63.0 по МКБ-10) «заключается в частых повторных эпизодах участия в азартных играх, что доминирует в жизни субъекта и ведет к снижению социальных, профессиональных, материальных и семейных ценностей, не уделяется должного внимания обязанностям в этой сфере» (МКБ-10, 1994).

В последнее время проблема азартных игр приобрела исключительно важное значение в связи с повсеместным распространением денежных игровых автоматов, открытием множества казино. Все они красиво оформлены, что способствует усилению суггестивного эффекта легкой возможности выигрыша за короткое время. Игровые автоматы давно распространены во всем мире. Так, еще в 1970-х годах ХХ столетия в Англии возникла проблема низкой посещаемости кинотеатров, вплоть до необходимости их закрытия, за счет возрастающей популярности залов игровых автоматов. В США, по данным Р. Фольберг (Volberg, 1996), количество «проблемных гемблеров» – аддиктивных игроков, настолько зависимых от игровых автоматов, что их жизнь оказывается полностью подчиненной этой страсти, – достигает 5 % населения. Данные других исследователей (Ladouceur et al., 1999) свидетельствуют о том, что только за первую половину 1990-х годов число проблемных гемблеров выросло в Канаде более чем на 75 %.

В связи с этим многие зарубежные исследователи считают азартные игры серьезной социальной проблемой, представляющей угрозу для части населения. Проблема усугубляется тем, что в процессе игры в ряде случаев возникают расслабление, снятие эмоционального напряжения, отвлечение от неприятных проблем, и игра рассматривается как приятное времяпрепровождение. На основе этого механизма постепенно наступает втягивание и развивается зависимость. Вместе с тем в литературе до сих пор не утихают споры — является ли гемблинг аддикцией или в большей степени одной из форм обсессивно-компульсивного расстройства (Blanco et al., 2001).

Ц. П. Короленко и Т. А. Донских (1990) выделяют ряд признаков, характерных для азартных игр как одного из видов аддиктивного поведения. К ним относятся:

1. Постоянная вовлеченность, увеличение времени, проводимого в ситуации игры.

2. Изменение круга интересов, вытеснение прежних мотиваций игровой, постоянные мысли об игре, преобладание и воображении ситуаций, связанных с игровыми комбинациями.

3. «Потеря контроля», выражающаяся в неспособности прекратить игру как после большого выигрыша, так и после постоянных проигрышей.

4. Состояния психологического дискомфорта, раздражения, беспокойства, развивающиеся через сравнительно короткие промежутки времени после очередного участия в игре, с труднопреодолимым желанием снова приступить к игре. Такие состояния по ряду признаков напоминают состояния абстиненции у наркоманов, они сопровождаются головной болью, нарушением сна, беспокойством, сниженным настроением, нарушением концентрации внимания.

5. Характерно постепенное увеличение частоты участия в игре, стремление ко все более высокому риску.

6. Периодически возникающие состояния напряжения, сопровождающиеся игровым «драйвом», все преодолевающим стремлением найти возможность участия в азартной игре.

7. Быстро нарастающее снижение способности сопротивляться соблазну. Это выражается в том, что, решив раз и навсегда «завязать», при малейшей провокации (встреча со старыми знакомыми, разговор на тему игры, наличие рядом игорного заведения и т. д.) гемблинг возобновляется.

В американской классификации психических расстройств (DSM-IV, 1994) диагноз патологического гемблинга ставится при наличии пяти и более пунктов из раздела А и пункта раздела Б.

А

1. Поглощен гемблингом, например, постоянно возвращается в мыслях к прошлому опыту гемблинга, намеренно отказывается от гемблинга или, наоборот, предвкушает и готовится к реализации очередной возможности гемблинга, или обдумывает способ достать денежные средства для этого.

2. Продолжает игру при все возрастающем подъеме ставок, чтобы достичь желаемой остроты ощущений.

3. Предпринимал неоднократные, но безуспешные попытки контролировать свое пристрастие к гемблингу, играть меньше или совсем прекратить.

4. Проявляет беспокойство и раздражительность при попытке играть меньше или совсем отказаться от гемблинга.

5. Играет, чтобы уйти от проблем или снять дисфорию (в частности, чувство беспомощности, вины, тревогу, депрессию).

6. Возвращается к игре на следующий день после проигрыша, чтобы отыграться (мысль о проигрыше не дает покоя).

7. Лжет семье, врачу и другим людям, чтобы скрыть степень вовлеченности в гемблинг.

8. Совершал криминальные действия – такие, как подлог, мошенничество, кража, присвоение чужого имущества с целью обеспечения средств для гемблинга.

9. Ставит под угрозу и даже готов полностью порвать отношения с близкими людьми, бросить работу или учебу, отказаться от перспективы карьерного роста.

10. В ситуации отсутствия денег из-за гемблинга перекладывает решение проблем на других людей.

Б

Игровое поведение не связано с маниакальным эпизодом

Говоря о психологических особенностях проблемных гемблеров, большинство исследователей указывает на потерю контроля за собственным поведением, причем это касается всех вариантов гемблинга – от игры на тотализаторе до игровых автоматов (O'Connor, Dickerson, 2003). Австралийские исследователи А. Бласцински и Л. Науэр (Blaszczynski, Nower, 1997) выделяют три подгруппы проблемных гемблеров: 1) с нарушением поведения; 2) эмоционально неустойчивые; 3) антисоциальные гемблеры, склонные к импульсивным поступкам, подчеркивая тем самым неоднородность группы аддиктов.

Хотя болезненная страсть к азартным играм чаще наблюдается у мужчин, у женщин эта аддикция принимает более тяжелые формы. Женщины втягиваются в опасное увлечение в три раза быстрее и тяжелее поддаются психотерапии. В отличие от мужчин, женщины подпадают под зависимость от азартных игр в более зрелом возрасте, и по другим причинам. Наиболее распространенная из них – личные проблемы, от которых они пытаются уйти в игру. Наиболее часто это происходит в возрасте от 21 до 55 лет, и в 1–4 % случаев страсть принимает такие формы, при которых необходима помощь психиатра. Каждый третий патологический игрок – это женщина. Так, в недавнем сравнительном исследовании 70 проблемных гемблеров-мужчин и 70 гемблеров-женщин показало более прогредиентное развитие аддикции у женщин по стадиям: социальный гемблинг; интенсивный гемблинг; проблемный гемблинг. Половые различия между мужчинами и женщинами заключались также в том, что гемблингу у женщин чаще сопутствовало депрессивное расстройство, а у мужчин – алкоголизм (Tavares et al., 2003).

Следует отметить, что лица, участвующие в игре, сравнительно часто злоупотребляют алкоголем и другими ПАВ, то есть включаются в комбинированные формы аддиктивного поведения. Для «игроков» типичны трудности межличностных отношений, частые разводы, нарушение трудовой дисциплины, частая смена работы.

Существуют факторы, предрасполагающие к гемблингу: неправильное воспитание в семье, участие в играх родителей, знакомых, стремление к игре с детства (домино, карты, монополия и т. д.), вещизм, переоценка значения материальных ценностей, фиксированное внимание на финансовых возможностях, зависть к более богатым родственникам и знакомым, убеждение в том, что все проблемы можно решить с помощью денег (Короленко Ц. П., Дмитриева Н. В., 2000). Американский исследователь А. Пастернак (Pasternak, 1997), в свою очередь, в качестве факторов риска выделяет принадлежность к национальному меньшинству, отсутствие семейного статуса, депрессию, а также различные варианты химической аддикции.

Р. Кастер (Custer, 1984) выделил три стадии развития гемблинга: стадию выигрышей; стадию проигрышей и стадию разочарования. Стадия выигрышей представлена следующими признаками: случайная игра, частые выигрыши, воображение предшествует и сопутствует игре, более частые случаи игры, увеличение размера ставок, фантазии об игре, очень крупный выигрыш, беспричинный оптимизм. Для стадии проигрышей характерны: игра в одиночестве, хвастовство выигрышами, размышления только об игре, затягивающиеся эпизоды проигрышей, неспособность остановить игру, ложь и сокрытие от друзей своей проблемы, уменьшение заботы о семье или супруге, уменьшение рабочего времени в пользу игры, отказ платить долги, изменения личности – раздражительность, утомляемость, необщительность, тяжелая эмоциональная обстановка дома, одалживание денег на игру, очень большие долги, созданные как законными, так и незаконными способами, неспособность оплатить долги, отчаянные попытки прекратить играть. Признаками стадии разочарования являются: потеря профессиональной и личной репутации, значительное увеличение времени, проводимого за игрой, и размера ставок, удаление от семьи и друзей, угрызения совести, раскаяние, ненависть к другим, паника, незаконные действия, безнадежность, суицидальные мысли и попытки, арест, развод, злоупотребление алкоголем, эмоциональные нарушения, уход в себя.

В. В. Зайцев и А. Ф. Шайдулина (2003) описали развитие фаз и поведение пациентов, составляющих так называемый игровой цикл, понимание которого важно для формирования психотерапевтических задач при работе с проблемными гемблерами.

Фаза воздержания характеризуется воздержанием от игры из-за отсутствия денег, давления микросоциального окружения, подавленности, вызванной очередной игровой неудачей.

Фаза «автоматических фантазий», когда учащаются спонтанные фантазии об игре. Гемблер проигрывает в своем воображении состояние азарта и предвкушение выигрыша, вытесняет эпизоды проигрышей. Фантазии возникают спонтанно либо под влиянием косвенных стимулов.

Фаза нарастания эмоционального напряжения. В зависимости от индивидуальных особенностей возникает тоскливо-подавленное настроение, либо отмечаются раздражительность, тревога. Иногда это настроение сопровождается усилением фантазий об игре. В ряде случаев оно воспринимается пациентом как бессодержательное и даже направленное в сторону от игры и замещается повышением сексуального влечения, интеллектуальными нагрузками.

Фаза принятия решения играть. Решение приходит двумя путями. Первый из них состоит в том, что пациент под влиянием фантазий в «телеграфном стиле» планирует способ реализации своего желания. Это «очень вероятный для выигрыша», по мнению гемблера, вариант игрового поведения. Характерен для перехода первой стадии заболевания во вторую. Другой вариант – решение играть приходит сразу после игрового эпизода. В его основе лежит иррациональное убеждение в необходимости отыграться. Этот механизм характерен для второй и третьей стадий заболевания.

Фаза вытеснения принятого решения. Интенсивность осознаваемого больным желания играть уменьшается, и возникает «иллюзия контроля» над своим поведением. В это время может улучшиться экономический и социальный статус гемблера. Сочетание этих условий приводит к тому, что пациент без осознаваемого риска идет навстречу обстоятельствам, провоцирующим игровой срыв (большая сумма денег на руках, прием алкоголя, попытка сыграть для отдыха и т. д.).

Фаза реализации принятого решения. Для нее характерно выраженное эмоциональное возбуждение и интенсивные фантазии о предстоящей игре. Часто гемблеры описывают это состояние как «транс», «становишься как зомби». Несмотря на то, что в сознании пациента еще возникают конструктивные возражения, они тут же отметаются иррациональным мышлением. У игрока доминируют ложные представления о возможности контролировать себя. Игра не прекращается, пока не проигрываются все деньги. Затем начинается фаза воздержания и запускается новый цикл.

В. В. Зайцев и А. Ф. Шайдулина (2003) уделяют особое внимание так называемым «ошибкам мышления», которые формируют иррациональные установки гемблеров. Ошибки мышления бывают стратегическими, обусловливающими общее положительное отношение к своей зависимости, и тактическими, которые запускают и поддерживают механизм «игрового транса».

К стратегическим ошибкам мышления относятся следующие внутренние убеждения:

  • Деньги решают все, в том числе проблемы эмоций и отношений с людьми.

  • Неуверенность в настоящем и ожидание успеха вследствие выигрыша, представление о возможности уничтожить жизненные неудачи успешной игрой.

  • Замещение фантазий о контроле над собственной судьбой фантазиями о выигрыше.

К тактическим ошибкам мышления относятся:

  • Вера в выигрышный – фартовый – день.

  • Установка на то, что обязательно должен наступить переломный момент в игре.

  • Представление о том, что возможно вернуть долги только с помощью игры, то есть отыграть.

  • Эмоциональная связь только с последним игровым эпизодом при даче себе самому слова никогда не играть.

  • Убеждение о том, что удастся играть только на часть денег.

  • Восприятие денег во время игры как фишек или цифр на дисплее.

  • Представление о ставках как о сделках.

В связи с повсеместным распространением игровых автоматов и отсутствием контроля, в частности, возрастного, в игровых залах России среди населения практически во всех возрастных группах началась своеобразная гемблинг-эпидемия. Подростки не оказались в стороне от нее. У последних имеются свои особенности гемблинг-зависимости. Исследование особенностей гемблинга среди подростковой популяции в 10 000 человек в возрасте от 12 до 13 лет из 114 школ в Англии и Уэльсе показало, что подростки играют практически в те же игры, что и взрослые. Вместе с тем подростки предпочитают игровые автоматы (fruit machines, которые в настоящее время стоят во всех игорных залах России), а также билеты Национальной лотереи. По данным австралийских исследователей, более 5 % подростков могут быть отнесены к проблемным гемблерам (Fisher, 1999).

П. Дельфабро и Л. Трапп (Delfabbro, Thrupp, 2003), рассматривая социальные детерминанты, способствующие возникновению подросткового гемблинга, указывают на факт гемблинга среди родителей, а также положительное отношение к игре в семье. Говоря о факторах, препятствующих подростковому гемблингу, исследователи отмечают воспитание в семье таких качеств, как умение сохранять свои деньги, составлять и поддерживать бюджет.

2. Любовные аддикции и аддикции избегания

Существуют три вида аддикций отношений – любовные, сексуальные и избегания, которые соприкасаются друг с другом. У них общие предпосылки возникновения: проблемы с самооценкой, неспособность любить себя, трудности в установлении функциональных границ между собой и другими. Поскольку такие лица не могут установить границы своего Я, то у них отсутствует способность к реальной оценке окружающих. Для этих людей существуют проблемы контроля – они позволяют контролировать себя или пытаются контролировать других. Характерны навязчивость в поведении, в эмоциях, тревожность, неуверенность в себе, импульсивность действий и поступков, проблемы с духовностью, трудность в выражении интимных чувств (Короленко Ц. П., Дмитриева Н. В., 2000).

Любовная аддикция – это аддикция отношений с фиксацией на другом человеке. Такие отношения, как правило, возникают между двумя аддиктами; они получили название соаддиктивных, или созависимых. Наиболее характерные соаддиктивные отношения развиваются у любовного аддикта с аддиктом избегания. При таких отношениях на первый план выступает интенсивность эмоций и их экстремальность, как в положительном, так и в отрицательном отношении. В принципе, созависимые отношения могут возникнуть между родителем и ребенком, мужем и женой, друзьями, профессионалом и клиентом и т. д.

Идея о том, что любовные отношения также могут носить аддиктивный характер, была высказана четверть века назад (Simon, 1982). Как отмечает Т. Тимрек (Timmreck, 1990), термин «любовная аддикция» может быть применим к лицам, которые навязчиво добиваются восстановления прежнего, доставляющего удовольствия уровня отношений с бывшим объектом любви. Дисфункциональные эмоциональные состояния, такие как недоверие, чувства отклонения, потеря себя, укоренившийся гнев, чувства неудачи, потери и масса других отрицательных эмоций и саморазрушающих моделей поведения, возникают в эмоционально раненом любовном аддикте.

Признаки любовных аддикций, описанные Ц. П. Короленко и Н. В. Дмитриевой (2000), заключаются в следующем:

1. Непропорционально много времени и внимания уделяется человеку, на которого направлена аддикция. Мысли о «любимом» доминируют в сознании, становясь сверхценной идеей. Процесс носит в себе черты навязчивости, сочетаясь с насильственностью, от которой чрезвычайно трудно освободиться.

2. Аддикт находится во власти переживания нереальных ожиданий в отношении другого человека, находящегося в системе этих отношений, без критики к своему состоянию.

3. Любовный аддикт забывает о себе, перестает заботиться о себе и думать о своих потребностях вне аддиктивных отношений. Это распространяется и на отношение к родным и близким. У аддикта имеются серьезные эмоциональные проблемы, в центре которых стоит страх, который он старается подавить. Страх часто находится на уровне подсознания. Страх, который присутствует на уровне сознания, – это страх быть покинутым. Своим поведением аддикт стремится избежать покинутости. Но на подсознательном уровне представлен страх интимности. Из-за этого аддикт не в состоянии перенести «здоровую» близость. Он боится оказаться в ситуации, где придется быть самим собой. Это приводит к тому, что подсознание ведет аддикта в ловушку, в которой он подсознательно выбирает себе партнера, который не может быть интимным. По-видимому, это связано с тем, что в детстве аддикт потерпел неудачу, пережил психическую травму при проявлении интимности к родителям.

Признаки аддикции избегания:

1. Уход от интенсивности в отношениях со значимым для себя человеком (любовным аддиктом). Аддикт избегания проводит время в другой компании, на работе, в общении с другими людьми. Он стремится придать отношениям с любовным аддиктом «тлеющий» характер. Налицо амбивалентность отношений с любовным аддиктом – они важны, но он их избегает, не раскрывает себя в этих отношениях.

2. Стремление к избеганию интимного контакта с использованием техник психологического дистанцирования. На уровне сознания у аддикта избегания находится страх интимности. Аддикт избегания боится, что при вступлении в интимные отношения он потеряет свободу, окажется под контролем. На подсознательном уровне – это страх покинутости. Он приводит к желанию восстановить отношения, но держать их на дистатнтном уровне.

Процесс аддикции позволяет выделить в нем несколько этапов:

1. Период, при котором интенсивные эмоциональные переживания будут иметь положительный знак. Этап знакомства аддиктов: аддикт избегания производит впечатление на любовного аддикта.

2. Развитие фантазирования. Происходит связь ранее имевшихся фантазий с реальным объектом, что несет радость и чувство освобождения от неприятных ощущений жизни как неинтересной и серой. Любовный аддикт на пике фантазирования проявляет все большую требовательность к партнеру, что способствует уходу аддикта избегания от этих отношений.

3. Развитие осознания того, что в отношениях не все в порядке. На каком-то этапе любовному аддикту приходится признать, что его покидают. Появляются явления отнятия, для которых характерны депрессия, дистимия и безразличие. Начинается анализ произошедшего с целью вернуть все назад. Отношения разрушаются, но в будущем могут быть восстановлены либо с прежним, либо с другим партнером.

В отношениях аддиктов отсутствуют здоровые разграничения, без которых невозможны интимность между партнерами, признание права на собственную жизнь. Это приводит к тому, что они обвиняют друг друга в нечестности, используют сарказм, преувеличения и оскорбления.

Вместе с тем любовный аддикт и аддикт избегания тянутся друг к другу вследствие «знакомых» психологических черт. Несмотря на то, что черты, привлекающие у другого, могут быть неприятными, вызывать эмоциональную боль, они привычны с детства и напоминают ситуацию переживаний детства. Возникает влечение к знакомому. Оба вида аддиктов обычно не увлекаются неаддиктами. Они кажутся им скучными, непривлекательными; они не знают, как себя с ними вести.

Существуют факторы, способствующие влечению любовных аддиктов к аддиктам избегания:

  • привлекательность того, что знакомо;

  • привлекательность ситуации, содержащей в себе надежду на то, что «раны детства» могут быть излечены на новом уровне;

  • привлекательность возможности реализации фантазий, созданных в детстве.

3. Сексуальные аддикции

Сексуальные аддикции относятся к скрытым, замаскированным аддикциям. Это связано с социальными табу на обсуждение данной тематики. Чем более закрыта, табуирована эта тематика, тем меньше выявляется аддикций. Таким образом, сексуальные аддикции всегда должны рассматриваться в транскультуральном плане. П. Карнес (Carnes, 1991) сообщает, что сексуальной аддикции подвержены от 3 до 6 % населения США. В более позднем исследовании приводится цифра в 20 миллионов человек (Coleman-Kennedy, Pendley, 2002).

Ц. П. Короленко и Н. В. Дмитриева (2000) подразделяют сексуальные аддикции на ранние, которые начинают формироваться очень в юном возрасте на фоне общего аддиктивного процесса, и поздние, пришедшие на смену другой формы аддиктивного поведения.

Признаками сексуальной аддикции являются (Goodman, 1997):

1) повторяющаяся потеря контроля над своим сексуальным поведением;

2) продолжение такого сексуального поведения, несмотря на вредные последствия.

Теоретическая модель сексуальной аддикции, предложенная А. Гудманом (Goodman, 1997), включает в себя три компонента:

  • нарушение регуляции аффекта;

  • нарушение тормозного контроля за сексуальным поведением;

  • нарушение функционирования мотивационной системы награды.

В генезе сексуальных аддикций большое значение имеет ранняя сексуальная травматизация в детстве: от прямого инцеста до закладки у ребенка убеждений, что он представляет интерес только как сексуальный объект. В такой ситуации формируется комплекс неполноценности, изоляция, недоверие к окружающим и зависимость от них, чувство угрозы извне и сверхценное отношение к сексу (Schwartz, 1992).

Большое значение имеет формирование системы верований и убеждений. Согласно этой системе любой аддикт относится к себе изначально плохо. Он не верит, что окружающие могут хорошо к нему относиться. У него появляется убежденность, что секс – это единственная сфера, в которой он может проявить свою самостоятельность. Секс – единственное средство, которое может сделать изоляцию аддикта переносимой.

Как показали исследования, у сексуальных аддиктов выше уровень тревоги, депрессии, обсессивно-компульсиных проявлений, а также интерперсональной сенситивности, по сравнению с контрольной группой (Raviv, 1993). У сексуальных аддиктов встречается достаточно высокая коморбидность с другими психическими расстройствами, такими как злоупотребление ПАВ, тревожные и аффективные расстройства (Black et al., 1997). Л. К. Шайдукова (1993) описала частое сочетание сексуальной аддикции с ранним алкоголизмом у женщин, где мотивом и алкоголизации, и промискуитета был поиск новых ощущений. Мотив поиска «острых ощущений» как ведущий при сочетании сексуальной и алкогольной аддикции приводится и в работе индийских исследователей (Chandra et al., 2003).

Сексуальная аддикция часто сосуществует с различными формами наркоманий и может являться причиной, часто неустанавливаемой, рецидива химической зависимости. А. Уоштон (Washton, 1989) обнаружил, что 70 % кокаиновых наркоманов, походивших амбулаторное лечение, одновременно являлись и сексуальными аддиктами. Автор показал наличие «реципрокного рецидива», когда компульсивное влечение к сексу провоцировало прием кокаина, и наоборот. В недавнем исследовании (Rawson, Washton, 1998) было показано, что 3/4 мужчин с амфетаминовой наркоманией и больше половины мужчин-кокаинистов отмечают, что под действием наркотиков их сексуальная активность становится «извращенной» или «ненормальной», а их сексуальные фантазии являются своеобразным триггером для употребления наркотиков. Сравнивая компульсивную сексуальную активность при приеме различных ПАВ, Роусон с коллегами (Rawson et al., 2002) обнаружили, что стимуляторы и алкоголь в большей степени, чем опиаты, способствуют проявлениям сексуальной аддикции. Причем кокаин обусловливает неконтролируемое сексуальное поведение преимущественно у мужчин, а амфетамины – у женщин.

В своем обзоре Дж. Шнайдер и Р. Айронс (Schneider, Irons, 2001) приводят данные различных исследований о сосуществовании сексуальной аддикции с другими химическими и нехимическими аддикциями (таблица 1).

Таблица 1

Сосуществование сексуальной аддикции с другими видами зависимостей
(Schneider, Irons, 2001)

Виды аддикций:

Carnes, (1991a)
(n=289)

Schneider, (1996b)
(n=75)

Schneider, (1998)
(n=82)

Химические зависимости

42  %

39  %

45  %

Пищевые аддикции

38  %

32  %

19  %

Аддикция к покупкам (тратам)

26  %

13  %

9  %

Гемблинг

5  %

4  %

5  %

Без других аддикций

17  %

17  %

34  %

Традиционная точка зрения, согласно которой депрессия всегда сопровождается снижением либидо, опровергается современными исследованиями, проводившимися в Институте Кинси (Блумингтон, США), которые показали, что у 15 % гетеросексуалов и 25 % гомосексуалов депрессия вызывает усиление сексуального влечения (Bancroft, Vukadinovic, 2004). Авторы показали, что сниженное настроение усиливает сексуальное влечение больше у мужчин, чем у женщин. Кроме того, сексуальная аддикция часто проявляется или сочетается с парафилиями (педофилией, эксгибиционизмом, вуайеризмом и компульсивной мастурбацией). Компульсивная мастурбация в большей степени связана с высоким уровнем тревоги, нежели с депрессией, которая больше коррелирует с неконтролируемым сексуальным поведением по отношению к партнеру.

Сексуальные аддикты часто отрицают наличие у себя каких-либо проблем. Они используют механизм проекции, осуждая других и стараясь преуменьшить то, что может их дискредитировать. Другим часто встречающимся механизмом защиты является рационализация: «Если я не буду заниматься сексом, то не вынесу напряжения, которое во мне накапливается» или «Это мое дело, это никому не вредит, это мой способ расслабления».

У сексуальных аддиктов при воздержании описаны симптомы, напоминающие проявления синдрома отмены при химических зависимостях: дисфория, тревога, трудности концентрации внимания. Многие сексуальные аддикты отмечают также рост толерантности. При реализации зависимости посредством виртуального секса через Интернет они начинают проводить в сети все больше часов. При невиртуальном способе реализации у них появляется все больше сексуальных партнеров; контакты становятся все более эксцентричными и рискованными (Schneider, Irons, 2001). Для диагностики сексуальной аддикции может оказать полезным тест, разработанный П. Карнесом (Carnes, 1989).

Периодически сексуальные аддикты дают себе зарок измениться, приурочивают начало зарока к какому-то конкретному дню, искренне веря, что они это сделают. Тем не менее, «помимо воли» происходит срыв (Bancroft, Vukadinovic, 2004). Сексуальное влечение приобретает компульсивный характер (Souza y Machorro M., 2002). В связи с компульсивным характером влечения и потребностью вступать в интимные отношения со значительным числом партнеров, сексуальные аддикты имеют намного больше шансов заразиться ВИЧ, поскольку пренебрегают безопасным сексом (Schneider, Irons, 2001.

Ц. П. Короленко и Н. В. Дмитриева (2000) описали фазы формирования сексуальной аддикции:

1. Сверхзанятость мыслями на сексуальную тематику, носящая обсессивный характер. Секс становится любимой темой размышлений. Фантазирование на сексуальные темы меняет восприятие многих вещей. В окружающих видятся лишь сексуальные объекты. Другие занятия рассматриваются как необходимые, но неприятные.

2. Фаза ритуализации поведения с разработкой схем, приводящих к сексуальному поведению. Аддикция начинает включать сексуальные реализации и становится повседневным ритуалом, для которого резервируется специальное время. Окружающие, как правило, этого не замечают, так как аддикт стремится к сохранению имиджа нормальности, демонстрируя свое ложное Я.

3. Фаза компульсивного сексуального поведения с явлениями потери контроля, свойственной для других аддикций. На этой фазе аддикт рискует раскрыть себя или нанести себе психологическое и физическое повреждение. Контроль над различными видами сексуальной активности теряется. После реализации компульсивного характера появляются нереализуемые обещания остановиться. Комплекс неполноценности усиливается.

4. Фаза катастрофы или отчаяния наступает после неприятностей, обусловленных определенными событиями (наказанием, заболеванием и т. д.). Нарастают отрицательные чувства к себе, могут появиться мысли о самоубийстве.

После некоторого периода затишья наступает повторение цикла, который разворачивается сразу с фазы компульсивного сексуального поведения.

В семье аддикция длительно скрывается. Отношения постепенно формализуются. Аддикт ведет двойную жизнь, он перестает интересоваться другими вещами, не заботится о своем здоровье, ему становится трудно преодолевать житейские трудности. Более важным для него представляется все время навязчиво доказывать свою состоятельность в сексуальном плане. Неуспех сексуального характера очень травматичен и может вызвать аутодеструктивные и агрессивные действия. Поражения могут сочетаться со злоупотреблением алкоголя и других ПАВ, призванным избавиться от неприятных чувств. С другой стороны, прием алкоголя может использоваться как запуск сексуальной реализации.

Основной формой помощи сексуальным аддиктам является психотерапия в рамках посещения групп Анонимных Сексоголиков и Анонимных Сексуальных Аддиктов, работающих на тех же принципах, что и Анонимные Алкоголики, то есть по программе 12 шагов. Имеются также отдельные программы для одновременно сексуальных и любовных аддиктов, для созависимых родственников сексуальных аддиктов и т. д. (Schneider, Irons, 2001). Имеются данные, что, помимо психотерапии, проявления сексуальной аддикции сглаживаются при терапии антидепрессантами, ингибиторами обратного захвата серотинина (Fedoroff, 1993; Kafka, 2000).

4. Работоголизм

Термин «работоголизм» был предложен в начале 70-х годов ХХ века Оутсом – священником и профессором психологии религии. Еще первые работы, посвященные работоголизму, выявили его сходство с другими видами химической зависимости (Mentzel, 1979). Как и всякая аддикция, работоголизм является бегством от реальности посредством изменения своего психического состояния, которое в данном случае достигается фиксацией на работе. Причем работа не представляет собой того, что она выполняет в обычных условиях: работоголик не стремится к работе в связи с экономической необходимостью, работа не является и одной из составных частей его жизни – она заменяет собой привязанность, любовь, развлечения, другие виды активности (Короленко Ц. П., 1993).

Одной из важных особенностей работоголизма является компульсивное стремление к постоянному успеху и одобрению со стороны окружающих. Аддикт испытывает страх потерпеть неудачу, «потерять лицо», быть обвиненным в некомпетентности, лени, оказаться хуже других в глазах начальства. С этим связано доминирование в психологическом состоянии чувства тревоги, которое не покидает работоголика ни во время работы, ни в минуты непродолжительного отдыха, который не бывает полноценным из-за постоянной фиксации мыслей на работе. Работоголик настолько фиксирован на работе, что постоянно отчуждается от семьи, друзей, все более замыкаясь в системе собственных переживаний.

Г. Портер (Porter, 1996) выделяет такие свойства работоголика, характерные для любого аддикта, как ригидное мышление, уход от действительности, прогрессирующая вовлеченность и отсутствие критики.

Работоголизм, как и любая аддикция, сопровождается характерными личностными изменениями, которые затрагивают, прежде всего, эмоционально-волевую сферу. Развитие процесса сочетается с прогредиентным нарастанием эмоциональной опустошенности, нарушается способность к эмпатии. Межличностные отношения затрудняются, воспринимаются как тягостные, требующие большой энергетической затраты. Работоголик уже на подсознательном уровне стремится избегать ситуаций, в которых требуется активное участие, уклоняется от обсуждения важных семейных проблем, не участвует в воспитании детей, которые не получают от него обратного эмоционального тепла. Он предпочитает общаться с неодушевленными предметами (реже с животными), чем с людьми, так как это не требует решения насущных межличностных проблем.

Вместе с тем аддикт убеждает себя и окружающих в том, что он работает ради денег или другой абстрактной цели. Такая защита принимается обществом. Человек не понимает, что такой способ «траты» себя является тупиковым, не реализует потенциальные возможности. Вне работы (болезнь, увольнение и т. д.) работогольная аддикция легко сменяется другой, чаще химической аддикцией.

Работоголизм связан с аддиктивными свойствами организаций, в которых работают работоголики. Такая организация представляет собой закрытую систему, ограничивающую способность к самостоятельному мышлению и восприятию многих явлений, выходящих за рамки концепции этой системы. В советские времена это выражалось сверхценным отношением к количественным показателям работы, в бесконечных выполнениях и перевыполнениях плана, «встречных планах», в фиксации внимания на формальной стороне работы – разного вида отчетов, рапортов, показателей, иными словами, стремлением произвести благоприятное внешнее впечатление. Аддиктивной системе присущи признаки отдельного человека-аддикта (Короленко Ц. П., Дмитриева Н. В., 2000).

Развитию работоголизма способствует также система мелочного контроля, постоянных проверок эффективности, качества и т. д. Такого рода подходы основаны на недоверии к человеку, неуважении его личности и способствуют формированию работогольного мышления со сниженными возможностями истинной самореализации.

Работоголик оказывает влияние на других членов семьи, не получающих от него эмоциональной поддержки. Члены семьи либо видят в нем пример, либо не принимают и идут по пути более деструктивных аддикций. Дети работоголиков часто злоупотребляют ПАВ.

Между тем следует учитывать, что работоголизм может явиться «спасительной» аддикцией для бывших наркоманов и алкоголиков на этапе реабилитации (Егоров А. Ю., 2004; Hatcher, 1989).

5. Интернет-зависимости

Последние два десятилетия ознаменовались повсеместным распространением Интернета как в профессиональной, так и обыденной жизни десятков миллионов людей. Через Интернет делаются покупки, происходит общение, берется информация о всех аспектах жизни, реализуются сексуальные и игровые пристрастия и многое другое. Как справедливо замечают израильские психологи Y. Amichai-Hamburger и E. Ben-Artzi (2003), «кажется, нет такого аспекта в жизни, который не затронул бы Интернет».

В связи с возрастающей компьютеризацией и «интернетизацией» российского общества стала актуальной проблема патологического использования Интернет, за рубежом возникшая еще в конце 1980-х. Речь идет о так называемой «интернет-зависимости» (синонимы: интернет-аддикция, нетаголизм, виртуальная аддикция, интернет поведенческая зависимость, избыточное/патологическое применение интернета). Для обозначения новых форм нехимических (поведенческих) аддикций, связанных с высокими технологиями, М. Гриффитс (Griffiths, 1995) предложил термин «технологические зависимости», которые разделил на пассивные (например, зависимость от телевизора) и активные (интернет-игры).

Первыми с интернет-зависимостью столкнулись врачи-психотерапевты, а также компании, использующие в своей деятельности Интернет и несущие убытки в случае, если у сотрудников появляется патологическое влечение к пребыванию в сети он-лайн. Родоначальниками психологического изучения феноменов зависимости от Интернета могут считаться два американца: клинический психолог К. Янг и психиатр И. Гольдберг. В 1994 году К. Янг (Young, 2000) разработала и поместила на веб-сайте специальный опросник. В результате были получены почти 500 заполненных анкет, из которых около 400 были отправлены, согласно выбранному ею критерию, аддиктами. В середине 90-х гг. прошлого века для обозначения этого явления I. Goldberg (1996) предложил термин “Интернет-аддикция” (современные синонимы: нетаголизм, виртуальная аддикция, Интернет-поведенческая зависимость, избыточное/патологическое использование интернета и др.), а также набор диагностических критериев для определения зависимости от Интернета, построенный на основе признаков патологического пристрастия к азартным играм (гемблинга) (см. выше).

М. Орзак (Orzack, 1998) выделила следующие психологические и физические симптомы, характерные для интернет-зависимости:

Психологические симптомы:

  • Хорошее самочувствие или эйфория за компьютером.

  • Невозможность остановиться.

  • Увеличение количества времени, проводимого за компьютером.

  • Пренебрежение семьей и друзьями.

  • Ощущения пустоты, депрессии, раздражения не за компьютером.

  • Ложь работодателям или членам семьи о своей деятельности.

  • Проблемы с работой или учебой.

Физические симптомы:

  • Синдром карпального канала (туннельное поражение нервных стволов руки, связанное с длительным перенапряжением мышц).

  • Сухость в глазах.

  • Головные боли по типу мигрени.

  • Боли в спине.

  • Нерегулярное питание, пропуск приемов пищи.

  • Пренебрежение личной гигиеной.

  • Расстройства сна, изменение режима сна.

Согласно исследованиям К. Янг (Young, 1998), опасными сигналами (предвестниками интернет-зависимости) являются:

  • Навязчивое стремление постоянно проверять электронную почту.

  • Предвкушение следующего сеанса он-лайн.

  • Увеличение времени, проводимого он-лайн.

  • Увеличение количества денег, расходуемых на интернет.

Признаками наступившей интернет-аддикции, согласно К. Янг (2000), являются следующие критериии:

  • всепоглощенность Интернетом;

  • потребность проводить в сети все больше и больше времени;

  • повторные попытки уменьшить использование Интернета;

  • при прекращении пользования Интернетом возникают симптомы отмены, причиняющие беспокойство;

  • проблемы контроля времени;

  • проблемы с окружением (семья, школа, работа, друзья);

  • ложь по поводу времени, проведенном в сети;

  • изменение настроения посредством использования Интернета.

Распространенность этого расстройства составляет от 1 до 5 % населения (Griffits, 2000; Young, 1998), причем более подвержены ему гуманитарии и люди, не имеющие высшего образования, нежели специалисты по компьютерным сетям. По данным корейских исследователей, среди старших школьников возможная Интернет-аддикция регистрируется у 38 % (Kim et al., 2005). Как показывают данные мониторинга аудитории пользователей Интернета (www.monitoring.ru) в России с 1992 по 2004 гг. удельный вес подростков увеличился с 2 % до 25 %, т. е. подростки становятся все более активными пользователями сети, в связи с чем и увеличиваются случаи Интернет-аддикции среди молодежи.

К. Янг (Young, 1998) охарактеризовала пять основных типов интернет-зависимости:

1. Обсессивное пристрастие к работе с компьютером (играм, программированию или другим видам деятельности).

2. Компульсивная навигация по WWW, поиск в удаленных базах данных.

3. Патологическая привязанность к опосредованным Интернетом азартным играм, он-лайновым аукционам или электронным покупкам.

4. Зависимость от социальных применений Интернета, то есть от общения в чатах, групповых играх и телеконференциях, что может в итоге привести к замене имеющихся в реальной жизни семьи и друзей виртуальными.

5. Зависимость от «киберсекса», то есть от порнографических сайтов в Интернете, обсуждения сексуальной тематики в чатах или закрытых группах «для взрослых».

В пилотажном исследовании, проведенном К. Янг и Р. Роджерс (Young, Rodgers, 1998), 259 человек, из них 130 мужчин (средний возраст 31 год) и 129 женщин (средний возраст 33 года), заполнили в он-лайновом режиме 16-факторный личностный опросник (16PF) Р. Кеттела и составленный Янг опросник интернет-зависимости. В соответствии с полученными данными аддикты характеризовались как обладающие высоким уровнем абстрактного мышления и уверенные в себе индивидуалисты, чувствительные и эмоционально реагирующие на других людей, настороженные и не проявляющие конформного поведения. Как утверждают исследователи, будучи индивидуалистами, аддикты легко адаптируются к длительным периодам относительной изоляции и способны довольствоваться лишь опосредствованными контактами с другими людьми; некоторые из них склонны гипертрофированно (резко негативно или, наоборот, с пылким одобрением) реагировать на слова удаленных собеседников – с таким накалом эмоций, который не поощряется или табуируется в более традиционных формах общения («лицом к лицу»).

М. Шоттон (Shotton, 1989) разработала типологию зависимости от компьютера, включив туда три разновидности такой зависимости. Во-первых, это «сетевики» (networkers): они оптимистичны, в наибольшей степени – сравнительно с другими типами зависимости – социально активны и позитивно настроены к другим людям, имеют друзей, в том числе противоположного пола, поддерживают нормальные отношения с родителями. Компьютер для них – нечто вроде хобби: они могут интересоваться поиском в удаленных базах данных или, к примеру, играть в ролевые групповые игры типа MUD, однако при этом они меньше, чем другие выделенные типы зависимых от компьютеров людей, самостоятельно программируют, в меньшей степени интересуются приложениями, в частности, компьютерной графикой, или аппаратным обеспечением.

Во-вторых, это «рабочие» (workers) – самая малочисленная группа. Они владеют наиболее современными и дорогими компьютерами. Процесс программирования у них четко спланирован, программы пишутся ими для достижения нужного результата. Как правило, представители этой группы прекрасно учились или учатся, причем их не удовлетворяет стандартная программа обучения, и они посещают дополнительные учебные курсы. Для них характерна весьма строгая «рабочая этика»: например, неприемлем всякий род «компьютерного пиратства».

В-третьих, это «исследователи» (explorers) – самая многочисленная группа. Для них программирование сродни интеллектуальному вызову и одновременно развлечению. Они пишут сверхсложные программы, зачастую даже не доводя их до конца и принимаясь за новые, более сложные. Представители этой группы с удовольствием занимаются отладкой программ; компьютерное пиратство и хакерство они приемлют, полагая их «честной игрой» против других программистов (разработчиков программ) и/или администраторов вычислительных систем. С формальной стороны, уровень образования у них ниже, чем, скажем, у «рабочих», – при этом они не только не отстают от имеющих более весомые дипломы коллег, но и зачастую превосходят их объемом знаний. Амбиций также немного: ни высокие должности, ни большие оклады не играют для них главенствующей роли. Таким образом, к социальным критериям жизненного преуспевания они довольно равнодушны. Для «исследователей» компьютер – своего рода партнер и друг, он одушевлен, с ним проще взаимодействовать, нежели с людьми.

Среди Интернет-зависимых отмечается более высокий уровень аффективных с преобладанием депрессии и обсессивно-компульсивных расстройств (Kraut et al., 1998; Shapira et al., 2000), а также маскированной депрессии в рамках малопрогредиентной шизофрении (Джолдыгулов и др., 2005). Корейские исследователи обнаружили у старших школьников с Интернет-аддикцией более частую депрессию с повышенным риском суицида (Kim et al., 2005). Изучая личностные особенности с помощью опросника Айзенка у Интернет-зависимых, Y. Hamburger и E. Ben-Artzi (2000) обнаружили, что интроверты и эктраверты используют разные ресурсы Интернета, при этом у мужчин экстраверсия положительно коррелирует с использованием Интернета «для развлечения», а нейротизм отрицательно связан с использованием информационных сайтов. У женщин экстраверсия негативно коррелировала, а нейротизм – положительно с использованием информационных ресурсов Интернета. Позже те же авторы установили, что для Интернет-аддиктов, преимущесвенно женского пола, характерно ощущение одиночества, которое они стараются снизить проводя время за общением в чатах (Amichai-Hamburger, Ben-Artzi; 2003). Американский исследователь S. Caplan (2002) выделяет следующие особенности личности Интернет-зависимых лиц: депрессия, одиночество, скромность и самолюбие. Обобщив результаты разных исследований, Н. В. Чудова (2002) приводит следующий список черт Интернет-аддикта: сложности в принятии своего физического «Я» (своего тела); сложности в непосредственном общении (замкнутость); склонность к интеллектуализации; чувство одиночества и недостатка взаимопонимания (возможно, связанное со сложностями в общении с противоположным полом); низкая агрессивность; эмоциональная напряженность и некоторая склонность к негативизму; наличие хотя бы одной фрустрированной потребности; независимость выступает как особая ценность; представления об идеальном «Я» недифференцированы, завышены или даже нереалистичны; самооценка занижена; склонность к избеганию проблем и ответственности.

У интернет-зависимых людей проявляются скрытые формы других аддикций: сексуальная аддикция переходит «киберсекс»; коммуникативные зависимости, такие как псевдология, крусодерство (Менделевич В. Д., 2003), проявляются в «кибернет-отношениях»; пристрастия к азартным играм находит выход в своеобразном интернет-гемблинге. Д. Гринфилд (Greenfield, 1999) подчеркивает, что зависимости от интернета очень часто (в 20 % случаев, по его данным) сопутствует сексуальная аддикция. Экран монитора, пишет он, действует гипнотически и вводит пользователей в трансоподобные состояния, отчего, скажем, любовные послания приобретают особую эффективность: побочным эффектом является фиксация зависимости от Интернета.

М. Griffiths (1998) выдвинул гипотезу, что Интернет-аддикция может формироваться на базе различных форм использования Интернета: возможного средства коммуникации при отсутствии контакта лицом к лицу, интереса к непосредственному содержанию сайта (напр., порносайты), онлайновой социальной активности (напр., общение в чатах или игры с участием нескольких человек). Полемизируя с К. Янг, М. Griffiths (1999) утверждает, что многие интенсивные пользователи Интернета не являются собственно Интернет-аддиктами, а используют сеть для реализации других аддикций. В отличие от М. Гриффитса, J. Kandell (1998) определил Интернет-аддикцию как патологическую зависимость от Интернета вне связи с формой активности в сети.

Расширяя дефиниции Интернет-аддикции К. Янг, R. Davis (2001) предложил когнитивно-поведенческую модель патологического использования Интернета. Он выделил две формы Интернет-аддикции, которые обозначил как специфическое патологическое использование Интернета (Specific Pathological Internet Use) и генерализованное патологическое использование Интернета (Generalized Pathological Internet Use). Первая форма представляет собой зависимость от какой-либо специфической функции Интернета (онлайновые сексуальные службы, онлайновые аукционы, онлайновая продажа акций, онлайновый гемблинг). Тематика аддикции сохраняется, а также может быть реализована и вне Интернета. Вторая форма представляет собой неспециализированное, многоцелевое избыточное пользование Интернетом и включает проведение большого количества времени в сети без ясной цели, общение в чатах, зависимость от электронной почты, т. е. в значительной степени связана с социальными аспектами Интернета.

На наш взгляд, феномен интернет-аддикции представляет собой сборную групп разных поведенческих зависимостей (работогольную, общения, сексуальную, любовную, игровую и т. д.), где компьютер является лишь средством их реализации, а не объектом.

Следует выделить еще один важный аспект, связанный с интернет-аддикцией и влияющий на становление иных форм девиантного поведения. Это серьезные опасности, с которыми дети и подростки могут встретиться, непосредственно находясь в режиме он-лайн:

  • эксплуатация доверия к детям: их могут соблазнить на совершение непристойных действий;

  • доступ к порнографии: дети могут наткнуться на порнографию ввиду ее широкого распространения в сети. Программное обеспечение, ограничивающее доступ детей в такие сайты, не всегда срабатывает, а часто вообще отсутствует: его может не быть в школе, в библиотеке;

  • неподходящие контент-сайты с деструктивным содержанием, например, с инструкциями по изготовлению бомбы или наркотических веществ. Родителям следует интересоваться сайтами, которые посещают дети, и быть внимательными к любым изменениям поведения ребенка;

  • увлечение играми типа DOOM, QUAKE, сетевыми играми с насилием, повышает агрессивность детей. Родителям надо знать, в какие игры играет ребенок, быть готовыми предложить конструктивную альтернативу.

Совершенно очевидно, что с ростом компьютеризации в странах СНГ будет увеличиваться число и интернет-аддиктов, особенно среди молодой части населения.

6. Спортивная аддикция (аддикция упражнений)

В современной науке о спорте принято различать спорт для здоровья (то, что раньше называлось физической культурой) и спорт высших достижений (профессиональный). Кроме того, выделяют и так называемые экстремальные виды спорта, которые в наши дни завоевывают все большую популярность. Именно спорт высших достижений и экстремальный спорт несут в себе наибольший аддиктивный потенциал.

В последние десятилетия в западной литературе появляются публикации, посвященные аддикции упражнений. Аддикция упражнений впервые была упомянута П. Бэкеланд (Baekeland, 1970), когда он исследовал эффект депривации физической нагрузки на паттерны сна. В дальнейшем концепция аддикции упражнений была популяризирована и разрабатывалась М. Сакс и Д. Паргман (Sachs, Pargman, 1984), которые предложили термин «аддикция бега» (running addiction). Авторы описали своеобразный синдром отмены, который развивается при депривации бега: тревога, напряжение, раздражительность, мышечные подергивания и т. д. В обзоре, посвященном аддикции упражнений, М. Мерфи (Murphy, 1994) указывает на три психофизиологических объяснения возникновения аддикции упражнений: термогеническая гипотеза, катехоламиновая гипотеза и эндорфиновая гипотеза. Термогеническая гипотеза предполагает, что упражнения увеличивают температуру тела, что снижает тонус мышц и снижает соматическую тревогу. Катехоламиновая и эндорфиновая гипотезы находятся в русле современных воззрений на нейрофизиологическую и нейрофармакологическую природу возникновения всех химических зависимостей.

Помимо бега, в современной литературе имеются описания клинических случаев возникновения спортивной аддикции при занятиях разными видами спорта (Murphy, 1994; Griffiths, 1997), включая то, что мы называет спортом для здоровья (Kjelsas et al., 2003). В работе Е. Кьелсас с сотр. (Kjelsas, Augestad, Flanders, 2003) в результате использования специального опросника на аддикцию упражнений было показано, что у женщин существует прямая зависимость между количеством часов в неделю, уделяемых спорту, и риском развития зависимости.

Что касается занятий экстремальными видами спорта, то следует признать, что это возможный путь создания социально приемлемой формы зависимости при проведении профилактической и реабилитационной работы у детей и подростков с аддиктивным поведением (Егоров А. Ю. и др., 2001). Вместе с тем следует помнить, что спортивная аддикция, как и любая другая зависимость, легко может менять форму и переходить в другую, в том числе и химическую. Именно с этим связан высокий процент алкоголизма и наркомании среди бывших спортсменов. Поэтому экстремальный спорт может быть признан альтернативой химической зависимости, но альтернативой, таящей в себе определенную опасность.

7. Аддикция к трате денег (покупкам)

Хотя неконтролируемое влечение совершать покупки упоминалось еще в работах Э. Крепелина и Е. Блейера, на современном этапе научный интерес к этой проблеме возник относительно недавно. Фабер и О’Гуин (Faber, O'Guinn, 1992) предложили шкалу из семи пунктов для выявления данной аддикции. Аддикция к трате денег была описана и типизирована также в соответствии с диагностическими критериями DSM-III-R для обсессивно-компульсивного и аддиктивного расстройств в 1990-х годах (McElroy et al., 1994, 1995). Авторы предложили четыре ее критерия, причем для диагностики достаточно наличие одного из них:

  • Часто возникает озабоченность покупками или внезапные порывы что-либо купить, ощущаемые как непреодолимые, навязчивые и/или бессмысленные.

  • Регулярно совершаются покупки не по средствам, часто покупаются ненужные вещи, или хождение по магазинам занимает значительно больше времени, чем изначально планировалось.

  • Озабоченность покупками, внезапные порывы купить или связанные с этим особенности поведения сопровождаются ярко выраженным дистрессом, неадекватной тратой времени, становятся серьезной помехой как в повседневной жизни, так и в профессиональной сфере, или влекут за собой финансовые проблемы (напр., долги или банкротство).

  • Чрезмерное увлечение покупками или хождением по магазинам необязательно проявляется в периоды гипомании или мании.

Аддикция к трате денег проявляется повторным, непреодолимыми желанием совершать множество покупок. В промежутках между покупками нарастает напряжение, которое может быть ослаблено очередной покупкой, после чего обычно возникает чувство вины. В целом, характерен широкий спектр негативных эмоций, свойственных аддиктам, положительные эмоции вплоть до эйфории возникают только в процессе совершения покупки (Miltenberger et al., 2003). У этой категории аддиктов растут долги, возникают проблемы во взаимоотношениях с семьей, могут быть проблемы с законом. Иногда аддикция реализуется через интренет-покупки, которые совершаются не в супермаркетах, а в виртуальных магазинах.

Фабер и О’Гуин (Faber, O'Guinn, 1992; цит. по: Lejoyeux et al., 2002) сообщают, что этим видом аддикции страдают 1,1 % населения, средний возраст которых составляет 39 лет. Аддикция к трате денег начинается обычно в возрасте 30 лет, ею страдают преимущественно женщины (92 % из всех аддиктов). Милтенбергер с коллегами (2003) сообщают, что аддикция к покупкам начинается в более молодом возрасте – средний возраст обследованных ими женщин составил 17,5 лет. Блэк (Black, 1996) приводит данные, что эта аддикция встречается у 2–8 % в общей популяции, из которых женщины составляют 80–95 %.

Аддикция к трате денег часто сочетается с аффективными расстройствами (50 %), химической зависимостью (45,8 %), в том числе алкоголизмом (20 %) и пищевыми аддикциями (20,8 %). Высказывается предположение, что аддикция к трате денег может быть включена в семейный и, возможно, генетический «клинический спектр» расстройств, куда относятся аддиктивные и аффективные расстройства (Lejoyeux et al., 2002). Подтверждением могут служить данные о том, что, в свою очередь, 8 % больных депрессией сообщили об эпизодах неконтролируемой траты денег для совершения покупок, причем все эти больные оказались женщинами (Lejoyeux et al., 1995).

8. Аддикция отношений

В чистом виде характеризуется привычкой человека к определенному типу отношений. Аддикты отношений создают «группу по интересам». Члены этой группы постоянно и с удовольствием встречаются, ходят друг к другу в гости, где проводят много времени. Жизнь между встречами сопровождается постоянными мыслями о предстоящем свидании с друзьями.

Следует отметить, что привязанность человека к определенной группе может перейти в аддикцию отношений. Реабилитационные терапевтические сообщества, такие как АА (анонимные алкоголики), АН (анонимные наркоманы), АК (анонимные кокаинисты) и др., при всей безусловной пользе в плане воздержания от приема ПАВ делают их членов аддиктами общения в данном сообществе. Выход из сообщества, как правило, заканчивается рецидивом. Жизнь, в том числе даже проведение досуга, отпуска, становится немыслимой без постоянного общения с себе подобными. Нечто похожее мы наблюдаем и в ряде реабилитационных центров, особенно религиозной направленности, вне которых бывшие химические зависимые практически не могут существовать. В них можно констатировать возникновение аддикции отношений наряду с религиозной аддикцией. Высказанные мысли ничуть не умаляют необходимости проведения реабилитационных мероприятий с зависимыми от ПАВ. Это еще лишь одно напоминание, что «выздоровление» от химической зависимости в большинстве случаев сопровождается возникновением замещающей нехимической зависимости, в лучшем случае, максимально социально приемлемой (Егоров А. Ю., 2004).

9. Другие нехимические аддикции

Ургентная аддикция. Проявляется в привычке находиться в состоянии постоянной нехватки времени. Пребывание в каком-то ином состоянии способствует развитию у человека чувства дискомфорта и отчаяния (Короленко Ц. П., Дмитриева Н. В., 2000).

Духовный поиск. Эта форма нехимической аддикции была описана В. В. Постновым и В. А. Деречей (2004) на основании наблюдений за 9 больными алкоголизмом, находившимися в ремиссии и в процессе психотерапевтических занятий пытавшихся освоить различные духовные практики. При этом никто из больных не связывал эти занятия с реабилитационной программой, считая свои проблемы с алкоголизмом «уже решенными». Все больные до алкогольного срыва успели по несколько раз поменять направление «духовных поисков». Еще одной особенностью этих больных был неизбежный срыв ремиссии после этапа выраженных расстройств адаптации в виде нарастания межличностных конфликтов, нервозности, раздражительности и вспышек немотивированной агрессии.

Направления духовного поиска были самые различные – группы личностного роста, голотропное дыхание, телесно-ориентированная терапия, группы встреч, эзотерические и религиозные знания.

На наш взгляд, духовный поиск является вариантом, иногда сочетанием, религиозной аддикции и аддикции отношений и вряд ли должен выделяться как самостоятельная форма аддиктивного поведения. Альтернативным может быть предложение называть «духовным поиском» все варианты аддиктивного поведения, связанного с духовным ростом и самосовершенствованием. В этом плане он будет перекрываться с различными формами фанатизма.

Состояние перманентной войны. Эта форма аддиктивного поведения была описана теми же авторами (Постнов В. В. и др., 2004) у больных алкоголизмом ветеранов боевых действий, находившихся в состоянии ремиссии. Будучи в ремиссии, эти лица стремились к созданию опасных ситуаций, неоправданного риска – «хотелось встряхнуться, давно не воевал». В этих ситуациях больные нередко совершали асоциальные и криминальные действия. Состояние перманентной войны, на наш взгляд, по своему генезу близко к аддиктивному занятию экстремальными видами спорта и, безусловно, является вариантом саморазрушающего поведения (см.: Личко А. Е., Попов Ю. В., 1990).

10. Аддикции к еде (пищевые аддикции)

Переедание и голодание относятся к группе промежуточных аддикций. В литературе можно встретить расширенное толкование пищевых аддикций, куда относят и нервную анорексию, и булимию (Короленко ЦП., Дмитриева НВ., 2000; Gold et al., 1997; Reid, Burr, 2000). Более того, ряд авторов высказывают точку зрения, что пищевые расстройства по своей сути есть исключительно женский вариант аддикции, в то время как химическая зависимость и гемблинг – более мужские (Orbach, 1986; Bordo, 1990). Действительно, расстройства пищевого поведения (нервная анорексия и булимия) значительно чаще встречаются у женщин, чем у мужчин. Однако такая точка зрения не выдерживает критики, поскольку фактически миллионы женщин страдают от химической зависимости, а случаи пищевых нарушений встречаются и у мужчин (Kjelsas, Augestad, Gotestam, 2003). Кроме того, нельзя смешивать расстройства пищевого поведения и пищевые аддикции.

На наш взгляд, нервная анорексия и булимия являются иными психопатологическими феноменами, нежели аддикция к еде. Причина нервной анорексии это, как правило, дисморфофобические переживания, связанные с недовольством собственной внешностью, в том числе и излишним весом. «Недостатки» фигуры, с точки зрения больного, настолько бросаются в глаза окружающим, что они всячески «дают понять», насколько они уродливы и отвратительны. В рамках нервной анорексии встречается булимическая форма. Кроме того, булимия встречается как психопатологический симптом в рамках разнообразных психических расстройств: органических заболеваний головного мозга, умственной отсталости, шизофрении и т. д. В основе же возникновения пищевой аддикции, как и любой другой, лежит положительное эмоциональное подкрепление, которое вызывается перееданием или голоданием.

Отдельно следует остановиться на так называемой «аддикции к шоколаду» («chocolate addiction», «chocoholism» – в терминологии зарубежных авторов). После известной статьи В. Ди Марцо и его коллег в журнале «Nature» (1998), где говорилось, что шоколад и продукты из какао бобов обладают аддиктивным действием из-за присутствия в них соединений, близких к эндогенным каннабиоидам, появилось большое количество работ, посвященных «шоколадной аддикции» (см.: Rogers, Smith, 2000).

Широко распространено мнение, что важным мотивом для поедания шоколада является улучшение настроения. Действительно, употребление шоколада влияет на настроение, но влияние это далеко не однозначно. Как пишут в своем обзоре британские исследователи Роджерс и Смит (Rogers, Smith, 2000), употребление шоколада может приводить как к усилению положительных эмоций и снижению тревоги, так и возникновению чувства вины, негативных эмоций, злости, депрессии при переедании. Авторы подвергают критике мнение ряда исследователей об аддиктивном действии шоколада как психоактивного вещества, поскольку концентрации в нем химических веществ, обладающих этим действием, ничтожно мало, по сравнению с тем же чаем и кофе. В исследовании «шоколадной» аддикции, проведенном П. Розин (Rozin et al., 1991), было установлено, что она более распространена в женской популяции и имеет прямую связь с месячным циклом – поедание шоколада усиливается во время предменструального напряжения для снятия негативных эмоциональных переживаний.

Тем не менее, Роджерс и Смит (Rogers, Smith, 2000), проанализировав большое количество публикаций, приходят к выводу, что «шоколадной» аддикции как самостоятельной формы не существует. Отвечая на вопрос, почему некоторые люди называют себя «шокоголиками», авторы объясняют это ведущей ролью психологического процесса самоограничения в пище, амбивалентного отношения к ее поеданию и приписывания ей определенных характеристик, которые сосуществуют с нормальными механизмами контроля за аппетитом, гедонистическим эффектом конкретной пищи наряду с социально и культурально детерминированным восприятием использования данной пищи. Амбивалентность («приятно, но грешно») по отношению к шоколаду происходит из того, что это очень вкусная пища, но сильно недиетическая, поэтому, несмотря на «угощение», должна поедаться скрытно. Вместе с тем скрытность процесса поедания еще больше усиливает желание, которое и именуется «тягой». Таким образом, в основе «тяги к шоколаду», по мнению авторов, лежит культурально обусловленная необходимость поедать его скрытно. Говоря о пищевой аддикции в целом, авторы также высказывают сомнения в ее существовании.

Другая точка зрения представлена в более позднем обзоре М. Пельчат (Pelchat, 2002) из Филадельфии, США, которая считает, что существуют сходные механизмы развития пищевой и химической зависимости. В отличие от своих коллег, автор уверена, что именно понимание самим человеком наличия аддикции, в том числе и пищевой, является лучшим показателем ее присутствия. Свою точку зрения она аргументирует данными по нейрохимическим исследованиям различных форм аддикции. В пользу общих механизмов пищевой и химической аддикции свидетельствуют и данные Морабиа с коллегами (Morabia, 1989) о предпочтении и эпизодах неконтролируемого влечения к сладостям у алкоголиков и наркоманов, находящихся в ремиссии.

Переедание. Аддикция к еде возникает тогда, когда еда используется в виде аддиктивного агента, применяя который человек уходит от субъективной реальности (Короленко Ц. П., Дмитриева Н. В., 2000). Во время фрустрации возникает стремление «заесть» неприятность. Это удается, поскольку происходит фиксация на вкусовых ощущениях и вытеснение неприятных переживаний. Может появиться стремление затянуть процесс еды во времени: дольше и больше есть. Согласно одному из исследований, проведенных в США, почти 100 % мододых женщин и около 70 % молодых мужчин сообщили, что у них был хотя бы один эпизод неодолимой тяги к пище в течение последнего года. У пожилых лиц (после 65 лет) частота таких эпизодов снижается (Pelchat, 1997)

Согласно одной из гипотез, пища обладает аддиктивным потенциалом, если в ней содержится повышенное содержание карбонгидрата, который усиливает выработку серотонина в мозгу, тем самым повышая настроение (Wurtman et al., 1981; Wurtman, Wurtman, 1992). Таким образом, переедание сводится к «самолечению» пониженного настроения с помощью карбонгидрата, находящегося в пищевых продуктах (его больше в высококалорийных продуктах, таких как картофельные чипсы, гамбургеры и т. д.). Действительно, диета, в которой отсутствует триптофан (аминокислота, из которой в мозге производится серотонин), приводит к снижению настроения, но этот эффект весьма пролонгирован во времени (Young et al., 1985). Поэтому эмоциональный эффект карбонгидрата как химической субстанции, возникающий сразу после приема пищи представляется весьма сомнительным.

Кроме того, высказывалась точка зрения, что употребление пищи активирует и эндогенную опиоидную систему, поскольку прием блокаторов опиатных рецепторов снижает аппетит и объем поедаемой пищи, а также гедонистическое восприятие вида и запахов еды. Вместе с тем были и исследования, не подтвердившие эти данные (Pelchat, 2002).

Аддикция к еде – это, с одной стороны, психологическая зависимость, а с другой – утоление голода. По мере того как еда приобретает все больший аддиктивный потенциал, происходит искусственное стимулирование чувства голода. Переедающий человек входит в зону повышенного обменного баланса. Чувство голода начинает появляться сразу с падением концентрации глюкозы в крови после очередного приема пищи. Физиологические механизмы рассогласовываются. Человек начинает есть слишком много и слишком часто. На каком-то этапе он уже стыдится переедания и стремится скрыть факт аддикции. Аддикт начинает есть в одиночку, в промежутках между любой активной деятельностью. Все это приводит к опасным для здоровья последствиям: нарастанию веса, нарушению обмена веществ и потере контроля, в результате чего человек употребляет количество пищи, представляющее опасность для жизни. В принципе, можно «заесть» себя до смерти.

Голодание. Существуют два механизма возникновения аддикции к голоданию: медицинский и немедицинский (Короленко Ц. П., Дмитриева Н. В., 2000). При медицинском варианте используется разгрузочная диетотерапия. Фаза вхождения в голод характеризуется трудностями, связанными с необходимостью подавить аппетит. Затем состояние меняется – появляются новые силы, аппетит исчезает, повышается настроение, усиливается двигательная активность, невротические проявления редуцируются. Некоторым пациентам нравится состояние голода, когда уже исчез аппетит, и они стремятся его продлить. Повторное голодание осуществляется уже самостоятельно. На уровне достигнутой голоданием эйфории происходит потеря контроля и человек продолжает голодать даже тогда, когда это становится опасным для его здоровья, теряется критика к своему состоянию.

При немедицинском варианте голодать начинают самостоятельно с целью похудеть и, отдавая дань моде, использовать для этого необычную диету. Одним из психологических механизмов, провоцирующих голодание, является желание изменить себя физически, выглядеть лучше, в соответствии с модным на сегодняшний момент имиджем. Другой механизм, запускающий голодание и имеющий большое значение, заключается в самостоятельной постановке задачи и возникновении чувства самоудовлетворенности и гордости от ее выполнения. По мере голодания появляются признаки физического истощения. Контроль за ситуацией уже потерян, поэтому попытки окружающих повлиять на ситуацию ни к чему не приводят. Аддикты живут в воображаемом мире; у них возникает отвращение к еде, выраженное в такой степени, что жевательную резинку или зубную пасту, попавшую в рот во время чистки зубов, они считают достаточным для себя количеством еды (Короленко Ц. П., Дмитриева Н. В., 2000).

Итак, из всего вышеизложенного создается впечатление, что нехимические зависимости в значительной степени покрывают весь спектр поведенческих актов человека, все стороны его жизни: секс, любовь, работа, деньги, спорт и т. д. Получается, что любой человеческий поведенческий акт таит в себе угрозу возникновения зависимости к нему. Как ни парадоксально это звучит, но все многообразие нашей жизни – это богатство потенциальных аддикций. «Примерный» с социальной точки зрения человек успешно сочетает в себе варианты социально приемлемых форм зависимостей – превалировать должна работогольная зависимость, для счастья необходимо некоторое количество любовной и сексуальной, для нравственности – религиозной, хобби могут выражаться в аддикции отношений, в вариантах компьютерной зависимости и иногда чуть-чуть в гемблинге и т. д. Допускаются даже элементы химической зависимости – традиционное для нашей страны употребление алкоголя.

Углубленное изучение нехимических аддикций должно помочь в лечении и реабилитации химической зависимости. По существу, лечение социально неприемлемой аддикции (наркомании, алкоголизма, гемблинга) во многом сводится к переводу зависимого в социально приемлемую форму аддикции (работогольной, отношений, религиозной, спортивной и т. д.). Такое состояние в наркологии называется устойчивой ремиссией. На наш взгляд, в основе реабилитации в наркологии должен быть строго индивидуальный поиск, а потом закрепление социально приемлемой формы замещающей нехимической зависимости. Важно обратить внимание на необходимость индивидуальной работы с каждым зависимым: приемлемость лично для него нехимической аддикции является обязательным условием, иначе опять начнется собственный «поиск», заканчивающийся рецидивом социально неприемлемой химической или нехимической зависимости.

19. Фрейбургская анкета

Приводится по учебнику: Клейберг, Ю. А. Социальная психология девиантного поведения / Ю. А. Клейберг. – М.: Сфера, 2004.

Ф.И.О._____________Пол __ _____Возраст________________________

Место работы родителей________________________________________

Инструкция к этой анкете требует обвести кружком «да», если ответ на соответствующий вопрос имеет к подростку отношение, и «нет», если вопрос его не касается.

Анкета содержит следующие вопросы:

1. Я знаю, что ребята за моей спиной говорят обо мне плохо да нет

2. Я редко даю сдачу, когда меня бьют да нет

3. Я быстро теряю самообладание, однако также быстро

успокаиваюсь. да нет

4. Если мне при размене денег дают на один рубль больше и

если я его беру, то позднее меня мучают сильные

угрызения совести. да нет

5. Я могу рассвирепеть так, что буду, например, бить

все подряд. да нет

6. Честно говоря, мне иногда доставляет удовольствие

мучить других. да нет

7. Если по отношению ко мне кто-то поступает несправедливо,

то я желаю ему настоящего наказания. да нет

8. Я верю в то, что за зло можно отплатить добром, и

в соответствии с этим и действую. да нет

9. Если грубо обращаются к кому-нибудь из моих друзей,

то мы вместе думаем о наказании. да нет

10. У меня иной раз бывают трудности с родителями. да нет

11. Собака, которая не слушается, заслуживает удара. да нет

12. С ребятами, которые любезнее, чем я мог ожидать,

я держусь осторожно. да нет

13. Если я должен для защиты своих прав применить

физическую силу, то я так и делаю. да нет

14. У меня часто бывают разногласия с другими. да нет

15. Мне кажется, что большая часть дурных поступков

однажды будет наказана. да нет

16. Когда я разъярен, я охотно освобождаюсь от этого

состояния во время физической работы. да нет

17. Раньше я иногда очень охотно мучил других, например

выворачивал руки, дергал за волосы и т. д. да нет

18. Иногда я себе представляю, какие ужасы должны

произойти с теми, кто ко мне несправедлив. да нет

19. Я могу припомнить, что однажды был так рассержен,

что взял первую оказавшуюся под рукой вещь и разорвал

или разбил ее. да нет

Для получения дополнительных данных о личностных особенностях испытуемых в ходе исследования использовались также биографические анкеты, которые дали в основном качественную информацию о детях.

Одновременно в процессе работы мы применяли и специальный тест склонности к риску, построенный К. Левитиным в форме личностного опросника.

На каждый вопрос опросника здесь можно дать один из пяти вариантов ответа, каждый из которых оценивается в баллах:

5 – да; 4 – скорее да, чем нет; 3 – трудно сказать, как бы поступил; 2 – скорее нет, чем да; 1 – нет.

Тест склонности к риску

Вопросы

Ответы

Да

Скорее да, чем нет

Трудно сказать, как бы поступил

Скорее нет, чем да

Нет

1. Превысили бы вы установленную скорость, чтобы оказать помощь тяжелобольному человеку?






2. Стали бы вы на пути убегающего опасного преступника?






3. Могли бы вы ехать на подножке товарного вагона при скорости 100 км/ч?






4. Стали бы вы первым переходить очень холодную реку (например, во время турпохода)?






5. Вошли бы вы вместе с укротителем в клетку со львами при его заверении, что это безопасно?






6. Могли бы вы без тренировки управлять парусной лодкой?






7. Могли бы вы под руководством извне залезть на высокую фабричную трубу?






8. Рискнули бы вы схватить за уздечку бегущую лошадь?






9. Могли бы вы совершить автотурне, если бы за рулем сидел ваш знакомый, который совсем недавно был в тяжелом дорожном происшествии?






10. Могли бы вы прыгнуть с 10-метровой высоты на тент пожарной команды?






11. Могли бы вы, чтобы избавиться от затяжной болезни с постельным режимом, пойти на опасную для жизни операцию?






12. Могли бы вы в виде исключения вместе с другими семью людьми подняться на лифте, рассчитанном на шесть человек?






13. Могли бы вы по указанию вашего начальника взяться за высоковольтный провод, если бы он заверил вас, что провод обесточен?






14. Могли бы вы после некоторых предварительных объяснений управлять вертолетом?






20. Схема анализа отклоняющегося поведения (Змановская Е. В.)

1. Индивидуально-типологическая ранимость:

  • сенситивность (повышенная чувствительность к любому внешнему воздействию);

  • эмоциональность (яркость переживаний) и эмоциональная лабильность (резкие перепады настроения);

  • пониженный фон настроения;

  • импульсивность (склонность к быстрой, необдуманной, неконтролируемой реакции);

  • низкая адаптивность (неспособность быстро и эффективно изменять свое поведение в ответ на изменения ситуации);

  • склонность к быстрому формированию стойких поведенческих стереотипов (привычки либо очень стойкие, либо чрезмерно быстро формируются);

  • ригидность – склонность к «застреванию» на какой-либо активности (мыслях, чувствах, действиях);

  • склонность к соматизации (телесному реагированию на неблагоприятные факторы, например телесным напряжением, аллергией, соматическими заболеваниями).

Данные особенности можно считать врожденными. Они сохраняются на протяжении всей жизни личности. Если у одного человека присутствуют несколько таких особенностей, целесообразно говорить о типологической предрасположенности к девиантному поведению. (Этому уровню предшествуют – генетический и физиологический. Для их анализа не достаточно простого наблюдения, но необходимы специальные методы диагностики.)

2. Нарушения саморегуляции личности:

  • преобладание негативных эмоциональных состояний (тревоги, бессилия, отчаяния, боли, вины, агрессии, депрессии) и внутренних конфликтов;

  • алекситимия – слабая речевая регуляция (непонимание своих переживаний и неумение формулировать их в словах, склонность отыгрывать аффекты в действиях, слабое развитие рефлексии);

  • несформированность ассертивного поведения (неспособность открыто выражать свои чувства;

  • неумение отстаивать свои интересы);

  • непродуктивные способы совладания со стрессом (уход, изоляция, отрицание, проекция);

  • дефицит целеполагания (неумение ставить цели, планировать, настойчиво реализовывать план);

  • ложная самоидентичность и заниженная самооценка;

  • отклонение индивидуальных ценностей от социальных норм и правил (девиантные ценности);

  • отсутствие или утрата смысла жизни.

Перечисленные особенности саморегуляции формируются в; течение жизни. Сочетание нескольких проблем определяет психологическую предрасположенность к отклоняющемуся поведению.

3. Ресурсы личности (её жизненно важные качества и компенсаторные возможности):

  • духовность;

  • здоровье и ценности здорового образа жизни;

  • внешняя привлекательность;

  • общительность, способность к сотрудничеству;

  • активность;

  • интеллект, специальные способности; целеустремленность и честолюбие;

  • высшие чувства (совесть, ответственность, чувство долга, сострадание, вера);

  • творчество, хобби;

  • профессиональная квалификация, дело (работа, учеба);

  • достижения;

  • любовь, дружба, значимые личные отношения; жизненный опыт.

Наличие перечисленных ресурсов у конкретной личности означает реальную возможность компенсации личностных или жизненных проблем. Они обеспечивают толерантность (устойчивость) личности к отклоняющемуся поведению. Также они определяют способность личности бороться со своей склонностью к зависимости. Их отсутствие или слабая выраженность означают дефицит внутренних ресурсов и слабую способность бороться с девиацией, незащищенность перед ней.

4. Дефицит социально-поддерживающих систем: отсутствие родительской семьи:

  • неполная семья (отсутствие отца); зависимая семья;

  • девиантная семья;

  • низкий социальный статус семьи;

  • семья, переживающая кризис (развод, финансовый кризис, переезд, смерть члена семьи, серьезное заболевание члена семьи);

  • социальная изоляция;

  • отсутствие поддерживающей группы сверстников;

  • низкий личный статус в референтной социальной группе (рабочем коллективе, учебной группе);

  • отсутствие близких друзей;

  • отсутствие сексуального партнера; общественная незанятость;

  • проблемная компания;

  • проблемные друзья (в том числе с отклоняющимся поведением).

5. Социально-психологические условия, запускающие и поддерживающие отклоняющееся поведение:

  • состояние социально-психологической дезадаптации;

  • состояние фрустрации жизненно важных потребностей;

  • научение в референтной группе (на дискотеке, в школе);

  • провокация или давление со стороны.

6. Особенности отклоняющегося поведения (ОП): ситуация, в которой впервые имело место ОП:

  • ситуации, в которых ОП проявляется в настоящее время;

  • степень выраженности поведения (способ, частота, обстоятельства, индивидуальный ритм);

  • состояние во время самого ОП (например, во время опьянения или игры);

  • что обычно предшествует ОП (запускающие механизмы);

  • последующие события (состояние, мысли, действия);

  • реакция окружающих;

  • что исключает данное поведение (благодаря чему его не бывает).

7. Заключение:

  • форма и степень выраженности ОП;

  • степень социальной дезадаптации;

  • отношение к ОП самой личности;

  • поддерживающие внешние условия (подкрепляющие стимулы); поддерживающие внутренние условия (индивидуально-личностная предрасположенность и психологическая выгода);

  • ингибиторы (препятствующие условия);

  • ресурсы личности;

  • возможные пути преодоления (стратегия изменения);

  • формы и методы социально-психологической помощи.



Автор
Дата добавления 24.05.2016
Раздел Школьному психологу
Подраздел Другие методич. материалы
Просмотров504
Номер материала ДБ-096980
Получить свидетельство о публикации

Выберите специальность, которую Вы хотите получить:

Обучение проходит дистанционно на сайте проекта "Инфоурок".
По итогам обучения слушателям выдаются печатные дипломы установленного образца.

ПЕРЕЙТИ В КАТАЛОГ КУРСОВ

Похожие материалы

Включите уведомления прямо сейчас и мы сразу сообщим Вам о важных новостях. Не волнуйтесь, мы будем отправлять только самое главное.
Специальное предложение
Вверх