Муниципальное бюджетное учреждение

дополнительного образования  «Детская школа  искусств «                                                 муниципального образования «Ладушкинский городской округ»

Методическое сообщение

     «С. Рахманинов – Пьесы-Фантазии ор.3.

     Стилевые особенности интерпретации.

                     Прелюдия До-диез минор»

Рахманинов прожил блестящую жизнь, содержательную, долгую и счастливую. Очень немногие музыканты могут похвастаться такой удачливостью, сопутствующей Рахманинову.  Еще юношей, не успевши сойти с консерваторской скамьи, он был уже известен, популярен. Его первые сочинения были встречены восторженно, и он к двадцати годам стал любимцем публики. Ко времени его отъезда из России он был, в сущности, самым любимым и популярным композитором своего, тогда молодого поколения и самым популярным пианистом. А впереди его еще ждала мировая слава, триумфы и почет. И, однако, при всем этом Рахманинов является фигурой трагической. Точно какая-то постоянная мрачная тень осеняла эту блестящую, удачливую жизнь.

Творческий облик Рахманинова многогранен. Его музыка несет в себе, богатое жизненное содержание. Она впечатляет мужественной силой, мятежным пафосом, нередко - выражением безграничного ликования и счастья. Встречаются в ней и образы глубокого душевного покоя, озарение светлым и ласковым чувством., полные нежного и кристального лиризма. И вместе с тем ряд произведений Рахманинова насыщен острым драматизмом;, здесь слышится глухая мучительная тоска, чувствуется неотвратимость трагических и грозных событий. Исключительно- важное место в творчестве Рахманинова принадлежит образам России, родины. Композитор не обращался к собственно исторической тематике, не сочинял исторических опер, не писал программных произведений на сюжеты, связанные с прошлым русского народа. Тем не менее, многие непрограммные лирические, эпические, драматические по духу произведения выражают глубину патриотических чувств композитора, органически присущее ему ощущение родной земли и тесной связи с исконно русской культурой.

В программах, рекомендованных для музыкальных школ, произведения Рахманинова практически не встречаются (но мы их изучаем), ибо требует от исполнителя эмоциональной глубины, зрелости, психологических перевоплощений. Имея огромную художественную ценность, рахманиновские сочинения весьма полезны и для совершенствования пианистического аппарата.

 В период обучения учащихся в старших классах музыкальной школы происходит интенсивное формирование и развитие основных пианистических навыков. Эти процессы совпадают по времени с физическим и духовным становлением ученика, а значит- требует от педагога особого внимания к различным аспектам воспитания личности. И здесь большую роль играет стратегия и тактика педагога в выборе репертуара, способствующего развитию художественного вкуса.

    Практика показывает, что использование в работе очень сложных произведений приводит к физической и эмоциональной перегрузке, закрепощенности учащихся. Подбирая репертуар, в зависимости от индивидуальных свойств ученика и поставленных перед ним задач,  педагог должен соблюдать принцип постепенности усложнения произведений.

    Большую пользу учащимся может принести изучение «Пьес-Фантазий» ор.3 Рахманинова. В них намечены основные идеи и мысли композитора,  которые затем находят свое развитие в последующих произведениях. Изучение этих пьес дают ключ к пониманию музыки Рахманинова, способствует развитию эмоциональности учащихся, их образного мышления.

    «Пьесы-Фантазии» были написаны Рахманиновым осенью 1892г.(в возрасте 19 лет, в год окончания  консерватории). Они не имеют четких тематических связей между собой, не объеденены  в цикл, а скорее построены по принципу образно-эмоционального контраста; в них раскрываются различные психологические состояния человека.

    Надо сказать, что музыка Рахманинова открыла новые выразительные возможности фортепиано, раздвинула рамки исполнительской техники; фортепианная инструментовка многоплановой звуковой палитры ставит серьезные задачи перед исполнителем. Требуется продуманность «оркестровки»,точно рассчитанная согласованность каждого такта. Где подчас маленькое фоническое или ритмическое отклонение может вызвать стилистическую несообразность.

    Мелодия- душа рахманиновской музыки, основа музыкального мышления композитора. С первых шагов изучения этих пьес педагогу необходимо развивать  у учащихся заботу о художественной выразительности фразы, ее живом дыхании. Выявление выразительно-певческой  сущности мелодики, рельефное и гибкое интонирование фортепианной ткани составляет основу творческой работы над этими пьесами.

    Линия лирических образов в цикле воплощена в «Элегии», «Мелодии», «Серенаде»-это три грани рахманиновской лирики. В них можно обнаружить различные образцы фортепианной кантилены.

    Цикл открывает «Элегия»-своеобразный русский ноктюрн, отличающийся от западно-европейских широтой мелодического дыхания, драматическим пафосом, масштабностью.

 «Мелодия» отличается своей задушевностью, интимностью высказывания; эта пьеса в определенной мере продолжает  традиции Чайковского и предвосхищает образы Рахманинова: прелюдии ми- бемоль мажор ор.23. муз.момента  ре-бемоль мажор, 2ч. Второго концерта.

    Несколько особняком в сборнике стоит «Полишинель»- жанровая, бытовая зарисовка, где впечатляющая сила образов достигает почти рельефной осязаемости. Продолжая традиции кучкистов, Рахманинов рисует облик несколько неуклюжего, прыгающего Полишинеля- героя уличных народных сцен.

    Центральное место в цикле принадлежит Прелюдии до-диез минор, по праву завоевавшей громадную известность. Из воспоминаний Рахманинова:  «Мне   было 18 лет, когда я окончил  Московскую  консерваторию. Музыка не доходная профессия, даже для тех, кто достиг известности, а для начинающего обычно безнадёжная. Через год я оказался без денег. Мне нужны были деньги, я написал эту Прелюдию и продал её издателю за предложенную им сумму. Одним словом, я получил за неё сорок рублей — это около двадцати долларов на ваши деньги. Согласитесь — вознаграждение весьма скудное, если принять во внимание сумму, вырученную за неё издателями. Но в этом случае закон компенсации сработал хорошо, и у меня нет причин быть недовольным».

    Это настоящая  лирико-драматическая поэма, написанная смело, страстно, с виртуозным размахом. Удивительно, но в этой небольшой пьесе в сжатом виде отражен образный мир всей музыки Рахманинова: это и драматический образ колокольного звучания, и бушующая лирическая стихия, окрашенная в трагедийные тона, и действенное волевое начало ритма. Концертная  трактовка небольшой по объему пьесы, патетический характер музыки переданы композитором  в мощном оркестральном звучании фортепиано. Аккордовые массивы,   широко захватывающие и объединяющие различные регистры фортепиано, последования  типа martellato, составляющие подвижную гармоническую ткань,- весь арсенал крупной техники находит в этой пьесе широчайшее применение.

    Центральный образ Прелюдии – тема вступления, своеобразный музыкальный эпиграф пьесы.(Первое техническое указание: надо определить правильный темп первой темы и затем строго придерживаться его на протяжении всей первой части.Общая ошибка — это играть её слишком громко).

 Он воплощает главную идею сочинения- идею грозной, богатырской силы,  идею судьбы. Мощное звучание октавных унисонов в низких регистрах фортепиано создает эффект колокольного звона, величавого и скорбного.

    От исполнителя требуется умение предельно концентрировать свою физическую силу, при  полной  раскрепощённости рук и плечевого пояса.

     Экспозиция прелюдии почти вся выдержана в нюансе ррр; в ней ощущается огромная властная сила, как будто скованная глубокой скорбью. Рахманинов объединяет тему вступления с хоральными аккордами в едином маршевом движении. Исполнительское воздействие на слушателя в решающей мере зависит от внутренней ритмической энергии пианиста.

    Фактура прелюдии в экспозиции расслаивается на два самостоятельных и вместе с тем крепко спаянных плана звучания-октавные интонации темы вступления и многозвучные аккордовые пласты. Для размещения этих линий в звуковом пространстве, создания объемности, «стереофоничности» звучания нужно  прибегнуть к  «регистровке»: мелодическая линия верхнего голоса в аккордах приподнимается над всей фактурой. Проследить  четкую дифференциацию двух фактурных линий звучания помогает правильный выбор пианистических движений: перемещаясь в пределах одной позиции, движения рук и пальцев должна быть сосредоточенными и точными при полном покое кисти, локтя, плеча, всего корпуса. Аккорды берутся мягко, без толчка, пальцы при помощи клавиш заставляют молотки только касаться струн. «Передача» музыкального материала из одного регистра в другой осуществляется слитно, незаметно, заранее подготовленным движением.

   Начало среднего раздела прелюдии создает атмосферу взволнованности,     смятенности.         Музыка приобретает большой размах и драматическую напряженность; одна фраза стремительно следует за другой. Острая душевная боль слита с горячим призывом. Исполнитель должен почувствовать внутреннюю  возбужденность музыки, неуклонное стремление вперед, что неразрывно связано с развитием мелодической линии. На фоне триольных мотивов развертывается напряженное взаимодействие скорбных, стонущих и активно- устремленных интонаций темы. В подчеркнутом романтизме основной музыкальной мысли слышатся  интонации скорбных причитаний. Мелодия сочетает в себе несколько, казалось бы, противоположных свойств: глубину, мягкость, сердечность, теплоту тона с напряженностью, устремленностью, напористостью.

    Рельефному, декламационному интонированию верхнего голоса может помочь рациональное использование пианистических средств. Рука наклонена к 5 пальцу и как бы разделена на две части; нижние ноты триолей исполняются свободными, легкими пальцами. Для выявления большей экспрессивности  чувств здесь может  быть рекомендован прием задержания четвертных нот ( в аппликатуре верхнего голоса- чередование 5 и 4 пальцев ). Продуманная фразировка подчеркивает мятежный, бунтарский дух среднего эпизода. Короткие лиги выявляют интонационный смысл  мотива, при этом вторая слигованная нота должна сохранять мелодическую насыщенность и напряженность.

    Интенсивность внутреннего развития возрастает в тактах 27-28 и далее. Мелодия поднимается на октаву выше, звучит еще более настойчиво, тревожно. Басы, словно спорящие с мелодией, способствуют драматизации общего звучания. Чтобы достичь внутренней насыщенности верхнего, ведущего голоса, необходимо линию развития баса слышать как выразительную мелодию. Басовый голос должен обладать не меньшей сочностью и глубиной, чем главный. Исполнитель, как мне кажется, имеет право проявить свою власть и обострить в моменты эмоционального волнения силу и напряженность звучания басов, даже приподнять их над верхним голосом. Это относится к тактам 27-32, где басовые ноты до-диез, выдержанные 4\ 4, должны звучать глубоко, сильно, призывно, напоминая набатные удары колокола темы вступления Эта нота до-диез берется раскованным, широким движением, открытой рукой; 5 палец желательно «утопить» в клавишу.

    Весь средний эпизод исполняется на едином дыхании и динамическом нарастании от mF к  FFF . Декламационная, романтическая взволнованность среднего эпизода приводит к укрупнению фактуры- martellatoаккордов. Подчеркнутая акцентировка каждой четверти должна способствовать эмоциональному подъему. Совершенно недопустим пустой хлопающий звук. Прерывистое дыхание темы не должно приводить к дробности, разорванности музыкальной мысли. Созданию целостности интерпретации во многом способствует сохранение темпового единства прелюдии. Указанное автором Agitato  в начале среднего раздела следует воспринимать, в первую  очередь, как ремарку образно-смыслового характера.

     Наибольшие пианистические трудности  заключены в репризе прелюдии. Авторское указание pesante, FFF, оркестровое   tutti    аккордовых  комплексов требуют от исполнителя глубокого, мощного звучания, насыщенного дыхания, скульптурной лепки аккордов. Из статьи  Рахманинова  « Моя прелюдия до-диез минор» : « Повторение первой части в удвоенных октавах требует от пианиста напряжения всех сил. Ученика нужно предостеречь от ошибки принимать ярость за широту и величавость. Будет безопаснее исполнять это место втрое медленнее, чем в начале».

    Хорошим подспорьем для исполнения столь трудных мест может стать работа над этюдами и упражнениями. Известно, какое важное значение этой  работе придавал сам Рахманинов. Наиболее полезными здесь представляются этюды Черни ор.740  №№ 32, 38.

В них может быть отработана техника звукоизвлечения октав и аккордов не большом звуке. Аккорды FF берутся нажимом плеча с усилием всего корпуса, при этом большое внимание необходимо уделять эластичности кисти, умению пользоваться во время игры различными положениями кисти и предплечья  ( высокое, среднее, низкое). Педагог должен внимательно наблюдать за корпусом уч-ся, включением в исполнительский процесс ( в случае необходимости) крупных мышц плечевого пояса.

    Своеобразно окончание прелюдии- постепенное угасание звучности приводит к ррр в заключительных аккордах. Педагогу необходимо указать уч-ся на смысловую важность выразительного интонирования последней мелодической фразы прелюдии.

    Правильное дыхание- верный союзник исполнителя в борьбе с мышечными напряжениями. Опыт показывает, что уч-ся –пианисты чаще всего не приучены к использованию правильного дыхания. Многие пианисты говорят так: какое отношение это имеет к нам? Мы ведь не вокалисты, не духовики, нам нужны крепкие пальцы. Верно! Без крепких, сильных  пальцев, натренированных годами, пианистом стать трудно; но почему, стремясь подчас к вокальной, оркестровой трактовке фортепиано, мы забываем о дыхании- важнейшем художественно-выразительном и технологическом средстве? Воспитание исполнительского дыхания- важный компонент профессиональной культуры  исполнителя.

    В заключении еще раз подчеркну большую педагогическую ценность «Пьес-Фантазий» Рахманинова - произведения, воспитывающего художественный вкус, развивающего необходимые пианистические навыки, а также подготавливающего учащегося  к знакомству с более сложной фортепианной музыкой.