Добавить материал и получить бесплатное свидетельство о публикации в СМИ
Эл. №ФС77-60625 от 20.01.2015
Инфоурок / Другое / Другие методич. материалы / Методическое сообщение "Как найти язык со своим ребенком"
ВНИМАНИЮ ВСЕХ УЧИТЕЛЕЙ: согласно Федеральному закону № 313-ФЗ все педагоги должны пройти обучение навыкам оказания первой помощи.

Дистанционный курс "Оказание первой помощи детям и взрослым" от проекта "Инфоурок" даёт Вам возможность привести свои знания в соответствие с требованиями закона и получить удостоверение о повышении квалификации установленного образца (180 часов). Начало обучения новой группы: 24 мая.

Подать заявку на курс
  • Другое

Методическое сообщение "Как найти язык со своим ребенком"

библиотека
материалов

Методическое сообщение «Как найти язык со своим ребенком».


Введение.

Данная разработка не предназначена в воспитательных целях, она направлена на поиск понимания между родителями и детьми.

Эту работу могут применять лица, работающие с детьми любого возраста и направленности.

Работая с детьми на занятиях по театральному искусству, я замечаю, что дети очень зависимы от своих родителей. Это конечно естественно, но зависимость, на мой взгляд, должна быть такой, чтобы дети ее не ощущали. Многие психологи приходят к такому выводу, что воспитание, должно быть настойчивым, но незаметным. Когда же ребенок боится сделать свой выбор, потому что не знает как отреагирует на это его мама или папа, это заставляет - забеспокоится.

Моя работа, да и любая работа человека связанная с детьми, направлена на то, чтобы развить в ребенке его индивидуальность, его сильные стороны, умение выражать свои желания и не стесняться этого. Ведь наше общество сильно только тогда, когда все люди способны думать и анализировать, а не двигаться как бараны за тем, кто красиво говорит, или делает, что-то что кажется невозможным.

Вспомните хотя бы Адольфа Гитлера, он заставил за собой идти миллионы. Как ему это удалось? На мой взгляд, люди, которые шли за ним, они были не далекого ума, я не беру во внимание то, что часть из них была запугана, это тоже слабость человека не способного отстаивать свои интересы и свои права. Те же кто обожествлял своего кумира не видели того что они совершали под его влиянием, а он заставлял их совершать убийства и другие страшные вещи. Про все это много написано и в публицистике, и в художественной литературе.

Яркий пример, человека который был поглощен идеями Гитлера и не оценивавшего все ужасы своих действий – это один из образов в книге Ремарка «Искра жизни».

«Шульте, молодой человек двадцати трех лет, белокурый, сероглазый, с ясными, правильными чертами лица, еще до захвата власти был членом гитлерюгенд, которая и воспитала его. Ему внушили, что есть господа и есть недочеловеки, и он твердо верил в это. Он знал расовые теории и партийные догмы, и это была его Библия. Он был неплохим сыном, но без колебаний донес бы на своего отца, если бы тот вздумал выступить против партии. Партия была для него непогрешима, он не знал ничего другого. Заключенные были врагами партии и государства и поэтому стояли вне понятий "сострадание" и "человечность". Они были ничтожнее животных. Если их убивали, то для него это имело не больше значения, чем уничтожение вредных насекомых. Совесть никогда не беспокоила его. Он прекрасно спал, и единственное, что его огорчало, -- это то, что он не попал на фронт. Его оставили в лагере из-за порока сердца. Он был надежным товарищем, любил музыку и поэзию, и считал пытки необходимым средством для получения информации, поскольку все враги партии лгали. Выполняя приказы начальства, он в своей жизни убил шесть человек -- двоих из них медленно, чтобы узнать имена сообщников, -- и почти не вспоминал об этом. Он был влюблен в дочь члена местного суда и писал ей милые, слегка романтические письма. В свободное время он любил петь. У него был приятный тенор.»

Это страшный человек. И именно таких вещей я не хочу допускать в наше время. Этот пример, возможно, резкий, но разве мы родители не сравниваем «плохую компанию», в которую попадает наш ребенок с подобными образами.

Я хотел бы, чтобы моя работа помогла родителям и детям найти общий язык.






Основная часть.


Программа разбита на несколько этапов, каждый этап можно разделить на уроки в зависимости от возраста детей.

Еще раз напоминаю, что это не воспитательная программа, не психологический тренинг, а работа, направленная на развитие индивидуальных качеств ребенка, на творческих занятиях, в моем случае театральное искусство.

Первый этап должен начинаться после того как, родители и дети привыкнут к педагогу и смогут доверять ему.

Что же входит в первый этап – это беседа с родителями.

Беседа, должна быть направлена на то, что бы подготовить родителей к следующему этапу. Почему с родителями, потому что дети всегда готовы играть с мамами и папами, а вот родителей к этому надо готовить. Родители всегда стремятся руководить детьми и поправлять их. В данной работе это категорически запрещено. Родители и дети должны быть на равных условиях и даже в большей степени именно дети должны говорить чего они хотят и как этого добиться.

Второй этап - это взаимодействие детей и родителей в играх и совместном создании чего – либо. В моем случае я пытаюсь достичь того, что бы родители и дети совместно создали сказочные образы и сочинили сказку с этими образами.

Третий этап- этот этап направлен на постановку той сказки, которую совместно сочинили дети и родители. В этот этап входит создание костюма, обсуждение характера героя, его мотивы поведения, обсуждение других героев. Создание декораций и оформления сценического пространства. Вся работа должна быть выполнена совместно и каждый должен быть при деле. Напоминаю, что не родители все делают, как они считают правильным, а прислушиваются к детским желаниям и совместно решают, что подходит, а что нет.
















Первый этап.


Примерный вариант беседы педагога и родителей. Каждый педагог может составить свой вариант, но я рекомендую составлять эту беседу по следующей литературе:

-Алис Милер «Драма одаренного ребенка и поиск собственного Я»;

- Андрей Максимов «Как не стать врагом своему ребенку»;

- Леонид Сурженко «Книга советов для бестолковых родителей»;

-Мария Мантессори «Мой метод»;

- Маргарита Шевченко «Я рисую успех и здоровье».

Эти книги не являются эталонном, но прочитав, их каждый педагог поймет все суть моей затеи. Можно и не опираться на эту литературу, но именно первая книга подтолкнула меня на разработку данной программы, и я настойчиво рекомендую ее изучить.

Моя беседа:

«Дорогие родители! Сегодня я вас собрал для того, чтобы поговорить с вами о ваших детях. Разговор наш будет не о том, чего они достигли и какие они молодцы, а о вашем с ними взаимодействии.

Сразу оговорюсь, я не хочу, чтобы вы думали, что я собираюсь учить вас как надо воспитывать ваших детей. Воспитание – это полностью ваше дело, я в него не влезаю.

Вы привели ребенка в мой коллектив, хотите, чтобы он развился, чтобы он стал более раскрепощенным и т.п. В принципе я этого и добиваюсь, но я хотел бы вам сказать о том, что я не способен сделать так, без вашей помощи, чтобы этого добиться я хотел бы с вами поделиться тем материалом, который я использую при работе с вашими детьми.

В начале, хочу представить вам книгу, которая подтолкнула меня к нашей беседе – Алис Милер «Драма одаренного ребенка и поиск собственного Я». Эта книга заставила меня обратить внимание на наших ребят и задуматься, а правильно ли я все делаю и я пришел к выводу, что одному мне не справиться, без вас, дорогие родители, мне не обойтись.

Я буду говорить скорее о вас, чем о детях, поскольку наше воспитание идет от того, что мы получили в детстве и чего не дополучили.

Автор данной книги утверждает, что мы все заложники своих иллюзий и именно эти иллюзии не позволяют нам с вами добиться взаимопонимания с окружающим миром и детьми. Самый простой способ, как говорят психологи – это рассказать правду о себе и своем детстве, но на практике это оказывается трудно, как они утверждают, наша жизнь полна иллюзий. Потому что правда нам кажется не выносимой. Однако человек не может жить без правды, лож самому себе выражается в болезнях. Поэтому каждый человек находит свою правду, но эта наша правда не позволяет нам обрести внутреннюю свободу. Нам кажется, что мы честны с собой и говорим правду. Но на самом деле мы только ограничиваемся интеллектуальными выводами, которые все равно держат нас в сфере иллюзий.

Признать горечь своего детства это проблема, потому что мы боимся показаться хуже, чем мы есть, и поэтому мы не хотим знать свою историю и не догадываемся, что. В сущности, именно то, что было заложено в детстве, предопределяет все наши поступки.

Все это приводит к тому, что внутренние тревоги заставляют многих разрушать свои и чужие жизни, поджигать дома иностранцев, становиться фашистами, мстить людям и называть свои действия «патриотическими». Хотя на самом деле под этими действиями люди пытаются скрыть правду и страх ощутить отчаяние ребенка, подвергшегося жестокому обращению.

Многие пытаются убежать от страха путем посещения разных видов садомазохических клубов, вступают в секты, где насилие над адептами является неотъемлемой частью веры.

Это все конечно не приятно, но этот момент важен. Даже если в вашей жизни все было хорошо, и вы не можете вспомнить страшных моментов, то возможно это есть в жизни ребенка и нам с вами необходимо все это истребить в корне.

Каждый человек, будь то вы или ваш ребенок, вытесняет воспоминания о детстве в сферу бессознательного, и это отражается не только на индивидуальном жизненном укладе, но и на отношении к различным табу.

Все это общая тема, заставляющая нас задуматься над тем, что мы пережили, и что переживают наши дети. Книга называется «Драма одаренного ребенка», так что же это значит. Одаренный ребенок, по мнению автора, это ребенок, который уже на первом году жизни, могли пользоваться горшком и в возрасте от полутора до пяти лет довольно успешно ухаживали за своими братьями и сестрами.

Согласно общему пониманию, такие дети, гордость своих родителей, должны быть полностью уверены в себе, хотя на самом деле все это не так. Для окружающих людей, они являются эталонном. В их руках все получается очень хорошо, им завидуют, они легко добиваются успеха, но все это только видимость, на самом деле они подвержены депрессиям, часто испытываю чувство душевной пустоты и самоотчуждения, а также ощущение полной бессмысленности своей жизни. Их главная цель – это соответствовать идеальным представлениям о том, какими они должны быть. Когда же эти представления не соответствуют действительности, они мучаются страхами, чувством вины и стыда. И когда речь заходит о детстве таких людей, то становиться ясным, что им пришлось испытать недостаток уважения, постоянный контроль, манипулирование и даже презрение, доходящего до цинизма; им навязывали стремление к высоким достижениям.

Автор при описании присущей детству этих людей психологической атмосферы руководствовалась следующими постулатами.

  1. Ребенок с самого начала желает, чтобы его уважали и воспринимали всерьез, таким, какой он есть.

  2. «Таким, какой он есть» означает, что даже грудному ребенку хочется выразить свои чувства и ощущения.

  3. Ребенок способен расторгнуть свой эмоциональный симбиоз с матерью и постепенно начать независимое существование лишь при наличии атмосферы уважения и принятия его чувств родителями.

  4. Предпосылки для здорового развития ребенка могут возникнуть лишь в том случае, если его родители сами выросли в здоровой атмосфере. Тогда у него появляется чувство защищенности, способное породить доверие к себе.

  5. Родители, в детстве жившие в другой атмосфере, сами всю жизнь ищут людей, которые живут их интересами, полностью понимают их и серьезно к ним относятся, ибо их родители таковыми не были.

  6. Эти поиски, конечно, не могут увенчаться полным успехом, ибо самые первые дни после рождения ребенка навсегда остаются в прошлом.

  7. Однако неутоленная и неосознанная – в силу наличия у человека защитных механизмов – потребность вынуждает человека удовлетворять ее заменителями до тех пор, пока он не узнает историю своей жизни, загнанную в бессознательное.

  8. Поэтому историю своей жизни, загнанную в бессознательное. Помогают понять собственные дети. Новорожденные целиком зависят от своих родителей, они делают все, чтобы не потерять их любовь, ибо она им нужна как воздух. Младенец подобен маленькому растению, тянущемуся к солнцу, чтобы выжить.

Способность новорожденного быстро приспосабливаться к требованиям родителей приводит к тому, что потребности ребенка в любви, уважении, отзывчивости, понимании, участии, сочувствии часто вытесняется в бессознательное. В результате чего человек становится лишен многих эмоциональных переживаний (ревность, гнев, зависть, чувство одиночества и бессилия, страх). И такие дети поражают тем, что они хорошо помнят, как в четыре года они впервые увидели пляшущие на траве яркие солнечные блики, в восемь лет «никак не отреагировали» на беременность матери, а при рождении сестры «вообще не испытали чувство ревности».

Они настолько привыкли скрывать свои чувства, что довели это умение до искусства. Ребенок может испытывать чувства только тогда, когда рядом есть человек, который пытается его понять и принять, но если родители дают понять своему ребенку, что он может потерять их любовь, он не просто скрывает свои эмоции, а просто от них отказывается.

Ребенок ищет способ держаться за любовь и этот поиск приводит к тому, что ребенок превращается в «псевдоличность». Он начинает вести себя так, как от него хотят родители, а его настоящие чувства и желания остаются не осуществимыми, что лишает ребенка смысла жизни и приводит к душевной пустоте. Все это в дальнейшем приводит к зависимости ребенка от родителей, ребенок не способен сам принимать решения, ему необходимы указания родителей, а во взрослой жизни указания людей заменяющих родителей, всю жизнь такой ребенок ищет человека, который бы направлял его.

У каждого ребенка есть естественная потребность быть вместе с матерью, быть понятым ею и воспринятым ею всерьез. С первого дня своей жизни он нуждается в материнской любви больше чем в еде или чем то другом. Каждый ребенок, хочет как бы «отражаться» в матери, но когда мать видит в своем ребенке собственные страхи, ожидания, планы относительно будущего своего чада. Все это приводит к тому, что ребенок «убивает» свое Я и заменяет его материнскими желаниями. Различные исследования показали, что ребенок обладает поразительной способностью использовать для своего развития эмоциональное переживание окружающих.

Алис Милер утверждает, что здоровое самосознание это твердая уверенность в том, что переживаемые чувства и желания являются составной частью собственного Я.

Это естественное состояние, помогающее понять собственные чувства и желания, позволяющие ребенку обрести внутреннюю опору и уважать самого себя.

Кода же ребенок подавляет свое Я, то он кидается в две крайности, либо к величию, либо впадает в депрессию. Алис Милер, говорит что это две стороны одной медали.

Величие как самообман 

      К «совершенному» человеку повсюду относятся с восхищением, которое ему крайне необходимо и без которого он жить не сможет; что бы он ни предпринимал, все у него должно получаться блестяще (он просто не возьмется за дело, которое не умеет делать хорошо). Его также постоянно приводят в восхищение такие собственные качества, как красота, ум, талант, он доволен своими достижениями. Но беда, если у него хоть что-то не получается – тогда жди тяжелой депрессии. Представляется естественным, когда в депрессию впадают многое потерявшие в жизни пожилые или больные люди, а также женщины в состоянии климакса. Однако есть люди, спокойно переносящие потерю красоты, здоровья, молодости или любимого человека, и, наоборот, очень одаренные люди, имеющие все и страдающие от тяжелых депрессий. Почему? Потому, что состояние депрессии не свойственно тем, чье чувство собственного достоинства естественно и не зависит от обладания определенными качествами.
      Потеря чувства самоценности человеком, стремящимся к величию, отчетливо показывает, что собственное достоинство его было «воздушным шаром», который при устойчивом ветре взлетел, но затем лопнул и превратился в валяющийся на земле рваный резиновый лоскут. В таких случаях не развивается индивидуальность ребенка, которая позднее могла бы дать ему душевную опору. Ведь чувство гордости родителей за ребенка часто соседствует с таящимся в глубине их бессознательного чувством стыда за него, проявляющимся в том случае, если не сбываются возлагаемые на него надежды .
      Ребенок, стремящийся к величию, полагает, что восхищение означает любовь. Нередко он даже всю свою жизнь приносит на алтарь величия. До тех пор, пока ребенок не поймет, что он на самом деле нуждается в уважении, понимании и серьезном отношении к себе со стороны матери, он будет бороться за право обладания этим субститутом любви. Одна из пациенток, Алис Милер, призналась, что ей кажется, будто раньше она всегда ходила словно на ходулях. Вероятно, такой человек постоянно завидует тем, кто ходит на своих собственных ногах, пусть даже эти люди кажутся ему мелкими и «заурядными». А разве в душе его не копится злость на тех, кто сделал так, что он не может больше обходиться без ходулей? В душе он завидует здоровому человеку, которому не нужно всеми силами заставлять окружающих восхищаться собой и который может позволить себе быть таким, какой он есть.
      Человек, стремящийся к величию, никогда по-настоящему не свободен, так как он зависит от отношения к нему других людей. Он всегда должен чувствовать, что они восхищаются им. Он думает, что отношение к нему может измениться, если он утратит некоторые свои качества, и не будет иметь определенных достижений.

Депрессия как оборотная сторона стремления к величию.  
       Сам факт чередования состояния эйфории по поводу достигнутого успеха и депрессии подтверждает их сходство. Речь идет о двух сторонах одной медали, которую можно охарактеризовать как мнимое Я и которую человек сам себе выдал за определенные жизненные достижения      
      Хотя депрессия проявляется совершенно иначе, чем эйфория от сознания собственного величия, и гораздо сильнее выражает весь трагизм утраты собственного Я, депрессия и стремление к величию имеют много общего. Мы обнаружили следующие общие симптомы:
      1) замена подлинного Я мнимым;
      2) вполне реальная опасность утраты чувства самоуважения, порожденного не твердым знанием собственных помыслов и желаний, а исключительно возможностью реализовать свое мнимое Я;
      3) перфекционизм;
      4) нежелание прислушиваться к истинным чувствам, которые человек презирает;
      5) отношения с людьми, в основе которых лежит использование другого человека в своих целях;
      6) сильный страх потерять любовь и потому хорошо развитое умение приспосабливаться к чужому настроению;
      7) вытесненный в бессознательное синдром агрессии;
      8) предрасположенность к заболеваниям;
      9) сильно развитые чувства стыда и вины;
      10) состояние тревоги.

      

Презрение как заколдованный круг 

К чему приводит унижение ребенка и презрительное отношение к его слабостям (примеры из повседневной жизни) 

      Алис Милер приводит простой, но яркий пример того как мы взрослые унижаем своих детей и даже не замечаем этого.
      «Во время прогулки я заметила молодую супружескую чету – оба высокие, рослые,– а рядом с ними маленького, примерно двухлетнего, громко хныкавшего мальчика. (Мы привыкли рассматривать такие ситуации с точки зрения взрослых, но здесь я намеренно хочу попробовать взглянуть на нее глазами ребенка.) Оба супруга купили в киоске мороженое на палочке и с наслаждением поедали его. Малышу тоже хотелось именно такого мороженого. Мать ласково сказала ему: «На, откуси кусочек, целиком тебе его есть нельзя, оно слишком холодное для тебя». Но ребенок решительно протянул руку к палочке, которую мать тут же поднесла ко рту. Тогда мальчик в отчаянии зарыдал, и отец не менее ласковым голосом повторил слова матери: «На, мышонок, откуси кусочек». «Нет, нет!» – закричал ребенок и убежал чуть вперед, но тут же вернулся и принялся с завистью смотреть, как двое взрослых с наслаждением едят мороженое. То и дело один из них предлагал ему откусить кусочек, то и дело ребенок тянулся крохотными ручонками к мороженому, но родители мгновенно пресекали попытки схватить вожделенное сокровище.
      И чем сильнее плакал ребенок, тем больше веселились родители. Они громко смеялись, надеясь этим отвлечь и развеселить сына: «Ну это же мелочь, что за спектакль ты тут устраиваешь!». Ребенок даже сел на землю спиной к родителям и начал бросать камешки в сторону матери, но потом вдруг вскочил и с тревогой оглянулся, проверяя, не ушли ли они. Отец же, не торопясь, доел мороженое, сунул палочку от мороженого ребенку и пошел дальше, мальчик хотел лизнуть ее, поднес палочку к губам, пригляделся к ней, отбросил ее, затем наклонился, хотел ее поднять, но не сделал этого, а лишь всхлипнул, выражая свою досаду, и весь даже задрожал от обиды. Через минуту-другую ребенок уже бойко трусил вслед за своими родителями.»
      По мнению автора и я с ней согласен, проблема не в том, что ребенок не получил мороженого – ведь родители предлагали ему откусить кусочек. Родители не понимали, что ребенок просто хочет,
 как и они, держать в руке палочку, они откровенно высмеивали его. Два гиганта, гордясь своей непреклонностью, еще и морально поддерживали друг друга, в то время как ребенок, который кроме «нет» и сказать-то еще ничего не мог, оказался наедине со своей душевной болью, а родителям не дано было понять смысл его очень выразительных жестов. Защитника же у него не было. До чего же это несправедливо, когда ребенок находит у двух взрослых понимания не больше, чем у стены, и никому из них он не может пожаловаться! Такое поведение, по моему мнению, объясняется тем, что родители слишком твердо придерживаются определенных «воспитательных принципов».
      Возникает вопрос, почему родители проявили такую душевную глухоту? Почему ни матери, ни отцу не пришла в голову мысль быстрее съесть мороженое или даже выбросить половину, а остаток вместе с палочкой отдать ребенку? Почему они оба с радостными улыбками неторопливо ели мороженое, не замечая отчаяния своего ребенка? Ведь эти родители явно не были жестокими или холодными людьми, напротив, и мать, и отец очень нежно разговаривали с сыном. И тем не менее они в данный момент проявили полное отсутствие эмпатии.
      Это можно объяснить лишь тем, что они сами остались неуверенными в себе детьми, а теперь у них был ребенок, который слабее их, с которым они чувствовали себя сильными. Практически все мы в детстве попадали в ситуации, когда взрослые смеялись над нашими страхами, приговаривая: «Этого ты не должен бояться». Ребенку сразу же становилось стыдно, он чувствовал, что его презирают, потому что он не смог оценить опасность. Безусловно, при первой же возможности он точно так же отнесется к тем, кто младше его.
      Именно страх, испытываемый маленьким и беззащитным ребенком, внушает взрослому чувство силы и уверенности в себе и дает ему возможность использовать детский страх в своих целях. Ведь собственный страх взрослый не может использовать в своих целях.
      Не приходится сомневаться в том, что наш маленький мальчик лет через двадцать тоже окажется в подобной ситуации, но на этот раз «мороженое» будет у него, а от беспомощного, маленького, завидующего ему существа можно будет просто «отмахнуться». Возможно даже, он проделает это раньше, со своими младшими братьями и сестрами. Презрение к маленьким и слабым позволяет, таким образом, скрыть чувство бессилия, собственную слабость. Сильному человеку, знающему о моментах собственного бессилия, не нужно открыто демонстрировать свое презрение к слабым.
      Проявления чувств бессилия, ревности и одиночества взрослые порой наблюдают впервые лишь у собственных детей, так как в детстве им не дано было сознательно испытать эти чувства

      Унижает ребенка не отказ в удовлетворении естественного желания, а презрение к его личности. Демонстрацией своего «превосходства» родители подсознательно мстят ему за свои прошлые обиды, чем только усиливают страдания своего ребенка. В его любопытных глазах они видят свое прошлое, где их подвергали унижению, и теперь они противопоставляют этому унижению ощущение полноты своей власти. В раннем детстве родители привили нам определенные стереотипы, от которых мы сами при всем желании не сможем избавиться. Но мы освободимся от них, если в полной мере почувствуем страдания, причиненные нам. Только тогда мы полностью осознаем деструктивный характер этих стереотипов, которые до сих пор живы в сознании многих людей.
      Во многих социальных системах маленьких девочек подвергают дополнительной дискриминации за принадлежность к слабому полу. Став женщинами и получив власть над своими новорожденными детьми, они подвергают ребенка унижениям с самого его рождения. Взрослый мужчина, конечно, идеализирует свою мать, ибо полагает, что она его по-настоящему любила. В результате он часто презирает других женщин, поскольку тем самым мстит в их лице своей матери за унижения, оставшиеся в бессознательном. С другой стороны, униженные в детстве женщины обычно не имеют другой возможности избавиться от груза прошлых лет, кроме как навязать его своему ребенку. Это происходит незаметно и совершенно безнаказанно: ребенок никому ничего не может рассказать. Иногда, впрочем, перенесенные им унижения находят выражение в форме каких-либо извращений или невроза навязчивых состояний. Но даже в таких случаях по внешним проявлениям этого невроза трудно установить, что его причиной явились унижения со стороны матери.
      Презрение есть оружие слабого и защита от чувств, напоминающих о фактах собственной биографии. А истоки почти любого презрения, любой дискриминации лежат в бессознательном, неконтролируемом, более или менее скрытом осуществлении взрослым своей власти над ребенком. Самое страшное, что общество относится к этому вполне толерантно (за исключением случаев убийств или нанесений тяжких телесных повреждений). Взрослый может творить с душой ребенка все, что ему заблагорассудится, он обращается с ней как со своей собственностью; точно так же тоталитарное государство поступает со своими гражданами. Но взрослый человек не так беспомощен перед государством, как младенец перед ущемляющими его права родителями. Пока мы не воспримем на чувственном уровне страдания крошечного существа, никто не обратит внимания на осуществление деспотической власти над ним, никто не ощутит весь трагизм ситуации. Все будут пытаться смягчить ее остроту, употребляя расхожее выражение: «Ну это же всего лишь дети». Но через двадцать лет эти дети станут взрослыми, и теперь уже их детям придется расплачиваться за страдания родителей. Став взрослыми, они вполне могут бороться с «царящей в мире жестокостью» и одновременно неосознанно мучить своих близких, ибо знание о жестоком обращении с ними сохранилось бессознательном: это знание, скрытое за идеализированными воспоминаниями о прекрасном детстве, будет побуждать их совершать поступки, приводящие к разрушению своей личности и насилию над другими.
      Поэтому крайне необходимо предотвратить «наследование» деструктивных свойств характера следующим поколением. Это возможно лишь в том случае, если человек эмоционально переживет насилие и в последствии осмыслит переживания. Люди, которые бьют или оскорбляют других людей, зная, что тем самым они причиняют им физическую или душевную боль, не всегда понимают, зачем они это делают. Но ведь наши родители и мы сами часто совершенно не представляли себе, как глубоко и болезненно мы в том или ином случае травмировали зарождающееся самосознание наших детей и к каким далеко идущим последствиям это могло привести. Великое счастье, если наши дети заметят это и скажут об этом нам. Тогда мы еще можем успеть вовремя извиниться за наши упущения и проступки, а у наших детей появится возможность сбросить с себя узы бессилия, дискриминации и презрения. Если в достаточно юном возрасте наши дети смогут почувствовать свое бессилие, затем излить свою ярость и осознать причины, породившие эти чувства, то много позже им уже не потребуется прикрывать свою беспомощность неосознанным насилием над родными и близкими.
      Но в большинстве случаев человеку так и не удается на эмоциональном уровне пережить свои детские страдания, и они остаются скрытым источником новых, порой гораздо более изощренных унижений людей, относящихся уже к новому поколению. В нашем распоряжении такие защитные механизмы, как отрицание (к примеру, собственных страданий), рационализация («Я обязан воспитать своего ребенка»), замещение («Не отец, а мой сын причиняет мне боль»), идеализация («Побои мне пошли только на пользу») и т. д. Но главное место среди них занимает механизм отреагирования – перевода пассивного страдания в активное поведение. Следующие примеры показывают, что люди, структура личности и уровень образования которые различны, в одинаковой мере склонны отгораживаться от подлинной истории своего детства.
      Тридцатилетний сын греческого крестьянина, ныне владелец ресторана в одной из западноевропейских стран, с гордостью рассказывал, что не пьет спиртного и что этим он обязан отцу. Оказывается, в пятнадцатилетнем возрасте он как-то пришел домой пьяным, и отец так сильно избил его, что мальчик целую неделю не мог двигаться. С тех пор этот человек не выпил ни капли спиртного, хотя в силу выбранной им профессии алкогольные напитки у него постоянно под рукой. Узнав о его намерении жениться, Алис Милер спросила, будет ли он так же бить своих детей. Ответ последовал незамедлительно: «Ну разумеется, какое может быть воспитание без побоев, это ведь самый лучший способ внушить уважение к себе. При отце я, к примеру, никогда бы не осмелился курить, хотя сам он непрерывно дымил. Вот наиболее характерный пример моего уважения к нему». Этот грек производил впечатление довольно симпатичного человека, далеко не глупого, хотя у него не было даже среднего образования. Как мы видим, вполне можно убедить себя в том, что действия родителей были вполне безобидными, так как их можно рационально объяснить.
      Но как быть, если таким же иллюзиям предается гораздо более образованный человек?
      Талантливый чешский писатель в середине семидесятых годов проводил в одном из западногерманских городов творческий вечер. По его окончании он начал непринужденный разговор с аудиторией и очень откровенно отвечал на вопросы, касающиеся его биографии. Несмотря на активное участие в событиях «Пражской весны», он был достаточно свободен в своих действиях и мог часто ездить на Запад. Далее он описал происшедшие за последние годы в своей стране события. Отвечая на вопрос о своем детстве, он восторженно отозвался о своем весьма разносторонне одаренном отце, при этом глаза его даже засияли. Оказывается, отец оказал огромное воздействие на формирование его ума и характера и вообще был для него настоящим другом. Только ему он решился показать свои первые рассказы. Отец очень гордился им
 и, даже жестоко наказывая его за прегрешения, о которых отцу рассказывала мать, всегда восхищенно говорил: «Молодец», если сын не плакал. За слезы полагались дополнительные побои, и будущий писатель быстро научился сдерживать их. Отныне он гордился тем, что его стойкость была лучшим подарком отцу.
      Этот человек говорил о побоях, которые ему регулярно наносились в детстве, так, словно речь шла о самых обыденных вещах. (Сам он, конечно же, так и воспринимал их.) Закрывая эту тему, он сказал о побоях так: «Они ничуть не повредили мне, но, напротив, подготовили к жизни, закалили и научили тому, что иногда нужно уметь стиснуть зубы. Именно поэтому я достиг таких успехов в своей профессии». И именно поэтому, добавим мы, он научился так хорошо адаптироваться к условиям коммунистического режима.
      В отличие от чешского писателя, кинорежиссер Ингмар Бергман вполне осознанно и с гораздо большим (разумеется, лишь в интеллектуальном плане) пониманием истинных причин драмы, разыгравшейся в его детстве, поведал нам с телеэкрана историю перенесенных им унижений. Эти унижения были основным средством его воспитания. Так, за мокрые штаны его заставляли весь день носить одежду ярко-красного цвета, чтобы все это видели и чтобы ребенку было стыдно. Он был вторым, младшим сыном протестантского пастора. В телевизионном интервью Бергман описывает хорошо запомнившиеся ему эпизоды детства. Оказывается, отец часто бил его старшего брата, а Ингмар сидел и наблюдал за этим.
      Бергман рассказывает об этом спокойно, без всяких эмоций. Так и видишь еще совсем маленького Ингмара, равнодушно смотрящего, как его брат корчится под непрерывно сыплющимися на него ударами и как мать потом протирает ватой окровавленную спину брата. Не убежал, не закрыл глаза, не закричал... Создается впечатление, что то, что происходило с его братом, пришлось пережить и самому знаменитому кинорежиссеру, а потом это осело где-то в глубинах его памяти: вряд ли отец бил только старшего брата. Многие люди твердо убеждены в том, что унижения в детстве выпадали исключительно на долю их братьев и сестер; лишь благодаря курсу глубинной психотерапии они вспоминают охватывавшие их тогда чувства ярости и бессилия и ощущают, какими беспомощными они казались себе, когда их нещадно избивали любимые отцы.
      Но, в отличие от многих, Бергману не нужно прибегать к таким защитным механизмам, как отрицание перенесенных в детстве страданий и нежелание признать виновными в них родителей. Он снял много фильмов и благодаря этому, несомненно, передал зрителям эмоции, которые когда-то не мог открыто выразить и потому долго хранил в своем бессознательном. Мы сидим в кинотеатре и чувствуем, что испытывал ребенок, который хранил в себе свои чувства, не смея выразить их открыто. Нам на экране показывают жестокость, но мы часто не желаем видеть ее, как тот ребенок. (Точно так же вел себя когда-то маленький Ингмар, наблюдая, как отец наказывает старшего брата.) Когда Бергман с сожалением говорит, что, несмотря на частые поездки в нацистскую Германию, он вплоть до 1945 года так и не смог разглядеть истинную природу гитлеровского режима, то, по-моему, становится ясно, что это – следствие привитой ему с детства манеры поведения. Ведь жестокостью был пропитан воздух, которым он дышал еще ребенком. Так почему же потом Бергман должен был замечать ее?
      Почему автор привела примеры из жизни тех, кого в детстве избивали? Разве побои – это что-то типичное? Или она решила заняться изучением последствий когда-то перенесенных ими побоев? Ничего подобного. Вполне можно согласиться с тем, что это далеко не типичные случаи. Она выбрала этих людей потому, что они не поведали ей свои секреты в доверительной беседе, а публично раскрыли их. Но главным образом она доказывает, что ребенок склонен идеализировать даже самое жестокое обращение с ним. Нет ни суда, ни следствия, ни приговора, все покрыто мраком прошлых лет, и даже если какие-то факты всплывают, их подают как благодеяние. Если так обстоит дело с причинением физических страданий, то как тогда выявить душевные муки, которые внешне гораздо менее заметны или совсем незаметны? Кто всерьез отнесется к измывательствам над мальчиком, умолявшим просто дать ему мороженое? Ведь они представляются совсем «безобидными»... Такие случаи становятся предметом обсуждения только в ходе психотерапевтического сеанса, когда взрослые дают волю своим чувствам. Манипулирование ребенком включает различные виды насилия (в том числе и сексуальное). Став взрослыми (а иногда уже родив собственных детей), люди порой приходят к психотерапевту и только с его помощью понимают, какой вред им нанесли в детстве.
      Насилие над ребенком, бывают и в виде интеллектуального насилия, лежащее в основе как «антиавторитарного», так и «традиционного» воспитания. Сторонники обоих методов совершенно не знают истинных потребностей ребенка на той или иной стадии его развития. Ребенок никогда не будет свободно развиваться до тех пор, пока родители не прекратят рассматривать его как свою собственность или как средство для достижения определенных, пусть даже самых благих, целей.
      Со спокойной душой, не видя в этом ничего особенного, мы подчас лишаем ребенка источника жизненных сил, а потом пытаемся найти этому источнику искусственную замену. Мы не разрешаем ребенку проявлять любопытство («Не все вопросы можно задавать»), а позднее, после исчезновения интереса к учебе, предлагаем ему занятия с репетиторами. Алкоголиками и наркоманами очень часто становятся люди, которым в детстве не позволяли ощутить всю полноту своих чувств. Теперь они прибегают к алкоголю или наркотикам, чтобы хоть на какое-то время вернуть утраченную интенсивность переживаний.
      Избежать неосознанного насилия над душой ребенка и его дискриминации можно благодаря осознанному восприятию на эмоциональном уровне того насилия, которое было совершено над нами, распознания его во всех формах, в том числе и в самых «безобидных». Это может побудить нас относиться к ребенку с тем уважением, в котором он нуждается сразу же после своего появления на свет. В противном случае он не сможет расти в духовном и эмоциональном отношении. Осознанного восприятия этого насилия можно добиться самыми разными способами, например, путем наблюдения за поведением чужих детей, стремясь проникнуть в сущность их чувств. Это постепенно научит нас понимать чувства, которые мы испытывали в детстве.

Дорогие родители, я рассказал вам об авторе, которая известна во всем мире, ее работы ценятся везде. Я не говорю, что она права, но в ее взглядах, есть доля правды и я с ней полностью согласен. Моя задача как педагога, помочь развиться личности вашего ребенка, но как вы уже поняли без вас я этого не смогу добиться. Дальнейшее наше занятие будет проходить совместно с вашими детьми. Я хотел бы, чтобы вы не прятались и не отговаривались от совместного участия в создании совместной работы. Во время наших следующих занятий, я хотел бы, чтобы вы понаблюдали за своими детьми, попытались их понять, почувствовать. И самое главное, не поправляйте их ни в чем, я буду связующем звеном между вами, а вы должны попробовать стать друзьями.»



























Второй этап.


После того как мы познакомили родителей с тем, что такое ребенок, нам необходимо познакомить детей и родителей заново. В моем случае это совместная работа родителей и детей над спектаклем, но это может быть все что угодно, рисунок, песня, составление кроссворда. Просто моя специальность режиссура, поэтому я и беру спектакль.

Перед работой над спектаклем, я провожу игры на создание дружеской атмосферы. Игры тоже можно брать различные, главное чтобы родители и дети принимали в них участие совместно.

  1. «Найти свою пару»: участники разбиваются на пары (в начале, можно разбить родитель-ребенок, затем можно и другие варианты) и каждой паре раздаются звуки различных животных (хрю-хрю, мяу и т.п.) всех распределяют по площадке в хаотичном порядке и по команде ведущего каждая пара с закрытыми глазами, должна найти друг друга.

  2. «Футбол-волейбол»

Становимся в широкий круг. Попробуйте продержать в воздухе воздушный шарик в течении некоторого времени. Если шарик коснется пола, вся группа считается проигравшей. Можно разбить на команды, по различному предпочтению.

Можно усложнить данную игру убрав руки за спину и отбивать мячик только головой, потом ногой и дальше включаем фантазию…

Главное правило держать добрый настрой и больше смеяться. Главное не победа, главное позитив в душе.


  1. «Встреча»

Начинаем свободное движение по комнате. Не смотрим на партнеров. Избегаем не только столкновений, но даже касаний. Движения легкие и свободные. Не снижаем темпа, пробуем заполнить равномерно все части комнаты. Даже углы не оставляем пустыми…

Теперь встречаемся глазами с каждым, кто проходит рядом с нами. Продолжаем движение и каждому, кто встречается на, пути пожимаем руку. Темп не снижаем, поэтому вам надо быть достаточно расторопными, чтобы успеть здороваться и с тем, кто проходит справа и с тем, кто пробегает слева. Пытаемся не пропустить не одного человека, никого не оставляем без внимания…

Теперь вместо рукопожатий касаемся каждого встречного той частью тела, которую называет ведущий. Локоть!.. Плечо!..Колено…и т.д.

  1. «Цепочка»

Закрываем глаза и начинаем двигаться по комнате в среднем темпе. Выставьте, пожалуйста, руки на уровне пояса ладонями вперед. Так вы сможете определить, свободно ли пространство перед вами. Встретили кого-то? Прекрасно! Не открывая глаз, подайте друг другу руки, пожмите их и продолжайте движение в паре, взявшись за руки. Новая встреча? Присоединяем к себе еще одного неведомого партнера и продолжаем ходьбу. Игра закончена тогда. Когда все участники встанут в одну цепочку с закрытыми глазами.

Встреча за встречей, вы собрали вместе множество разных людей. Все вы сейчас принадлежите одной единой группе. Откройте глаза и поблагодарите своих партнеров справа и слева за сотрудничество. (эту игру лучше проводить с большими ребятами).

  1. «Поводырь»

Разбиваемся на пары, родитель – ребенок, определяем, кто в паре первый кто второй. Первый будет слепым, а второй поможет ему перейти дорогу. Задача слепого закрыть глаза и слушать команды своего поводыря. Поводырь проводить слепого через различные препятствия. Когда один провел другого слепой и поводырь меняются местами.

Можно брать и другие игры, главное, чтобы в начале занятия была создана добрая, радостная атмосфера.

Затем можно перейти к тому, что нам всем надо создать один общий проект, спектакль. Я предлагаю всем, совместно родителю и ребенку, создать

своего героя. Это можно сделать при помощи рисунка, поделки из пластилина или вообще дать волю фантазии и пусть делают сами из того что есть в их арсенале, главное чтобы они создали макет будущего героя, его костюм, придумали его характер, где живет, что любит и чего не любит.

Когда герой будет создан, то можно перейти к сочинению истории об этих героях. Это можно сделать индивидуально каждый придумывает сам историю обо всех героях или пусть каждый по очереди сочиняет по предложению и тогда в конце круга появится целая сказка, которую следует записать, руководитель может ее немного подредоктировать, и приступить к третьему этапу.















Третий этап.

Третий этап – это время когда общей гурьбой мы создаем спектакль, мы распределяем роли, в этом спектакле должны участвовать все, создаем костюмы, делаем декорации, реквизит, репетируем и в итоге показываем нашу работу зрителю. Показ это важный момент, во время показа все объединены одной целью, которая всех сближает и дает заряд положительных эмоций.

Зритель, тоже может быть кто угодно, это могут быть друзья, родственники и т.п.

В итоге лучше всего устроить чаепитие и подвести итоги, обсудить, что понравилось, что не понравилось, что получилось, чего не получилось. Самое главное, чтобы высказались все и родители и дети.


































Вывод.

Вывод всей этой работы может быть такой.

Родители, должны научиться прислушиваться к своим детям, они должны понимать. Что ребенок, это уже личность и, что его не надо подстраивать под какие-то ни было параметры, он такой, какой есть и любить его надо просто за то, что он есть. Ребенку надо помочь познать мир, который его окружает, а все остальное он сделает сам, так как ему это надо.


Краткое описание документа:

 Мое методическое сообщение направленно на то, чтобы развить в ребенке его личность, его истинное "Я". Основана это сообщение на книге известного психолога Алис Миллер. Прочитав книгу "Драма одаренного ребенка", я задумался над тем, правильно ли мы учим детей, те ли цели преследуем? Пронаблюдав за своими учениками я понял, что те занятия которые я описываю, должны проводиться повсеместно, начиная с детского сада и заканчивая старшими классами. Возможно, моя идея не является первой в своем роде, но я не сталкивался с подобными разработками, и  поэтому я составил свое методическое сообщение на тему общения родителей и детей. Надеюсь, что кто-то воспользуется идеей и она будет полезна.

Автор
Дата добавления 11.12.2014
Раздел Другое
Подраздел Другие методич. материалы
Просмотров212
Номер материала 184038
Получить свидетельство о публикации

Выберите специальность, которую Вы хотите получить:

Обучение проходит дистанционно на сайте проекта "Инфоурок".
По итогам обучения слушателям выдаются печатные дипломы установленного образца.

ПЕРЕЙТИ В КАТАЛОГ КУРСОВ

Похожие материалы

Включите уведомления прямо сейчас и мы сразу сообщим Вам о важных новостях. Не волнуйтесь, мы будем отправлять только самое главное.
Специальное предложение
Вверх