Добавить материал и получить бесплатное свидетельство о публикации в СМИ
Эл. №ФС77-60625 от 20.01.2015
Инфоурок / ИЗО, МХК / Другие методич. материалы / Мотивы и символика язычества в народной игрушке
ВНИМАНИЮ ВСЕХ УЧИТЕЛЕЙ: согласно Федеральному закону № 313-ФЗ все педагоги должны пройти обучение навыкам оказания первой помощи.

Дистанционный курс "Оказание первой помощи детям и взрослым" от проекта "Инфоурок" даёт Вам возможность привести свои знания в соответствие с требованиями закона и получить удостоверение о повышении квалификации установленного образца (180 часов). Начало обучения новой группы: 24 мая.

Подать заявку на курс
  • ИЗО, МХК

Мотивы и символика язычества в народной игрушке

библиотека
материалов

Сазонов И.В., учитель технологии и ИЗО

МБОУ «Средняя общеобразовательная школа № 46» г.Курск


Мотивы и символика язычества в народной игрушке

Все мировое искусство получило развитие от народного искусства, поэтому каждая страна в меру своих возможностей стремится сохранить традиционную культуру как залог процветания и развития, поэтому не случайно во всех программах по изобразительному искусству и технологии (в основном в начальных классах) изучается народное творчество. На уроках дети не только приобретают определенные знания, умения и навыки, но и духовно обогащаются, знакомятся с образцами народного творчества, особенностями быта, жизненным укладом, трудовой деятельностью предков. Представленный материал дает достаточную информацию для тем, связанных с изучением глиняной игрушкой.

Возможно, человек начал лепить фигурки животных из глины во времена, когда он не знал скотоводства и хлебопашества. Есть сведения, что в глину, из которой лепили фигурки, он добавлял древесную золу или истолченные кости тех животных, которых хотел воссоздать. Глино-костное животное становилось собственностью охотника и племени и служило залогом удачной охоты. Назначение первых глиняных фигурок было, скорее всего, магическим. С их помощью человек производил всевозможные заклинания. Охотники, лепившие фигурки из глины, замешанной на костной муке или толченых костях, и были первыми волхвами.

Первый человек был собиратель и охотник – он видел вокруг себя дерево, плоды, зверей, которые кормили, одевали его. И дерево и зверь были его предками-тотемами, были источником и условием его жизни, то есть вмещали в себя весь космос человека – от веры до еды и одежды. Когда человек начал пасти скот, а позже сеять хлеб, он понял, что его жизнь зависит не только от деревьев и зверей, но и от времени года, от хорошей или плохой погоды. Тогда-то эти глиняные и деревянные изображения наполнялись новым смыслом: стали вмещать в себя понятия солнца и неба. Но период, когда звери-тотемы были наделены космическим и божественным смыслом, был не вечен. Прошли века, и возвеличенные когда-то до неба и солнца тотемические животные постепенно утратили свой магический, божественный смысл и перешли в детские руки, стали забавой, яркой игрушкой, вовсе не вызывая у детей того почтения, страха, надежды, которые испытывали далекие предки при виде этих глиняных изображений своих тотемов и богов. Имена Велеса, Ярилы, Костромы, Вазимы, Рода, Макоши, Берегини остались только в народных пословицах, в названиях рек, сел, гор, в былинах, обрядовых песнях и никак не ассоциировались с глиняными изображениями человеческих фигур и конников. Тем не менее, они и до сегодняшних дней несут в себе, в той или иной степени, все знаки исконно русского пантеона. Изменения, происходящие в игрушке под воздействием времени, не стирают следов памяти рода, племени, клана, ибо народные мастера из поколения в поколение лепят завещанную им предками готовую форму, лишь слегка модифицируя ее, наделяя новыми смыслами.

Вероятно, нет такой проблемы в культурной жизни наших дней, которая не была бы связана с духовным и художественным наследием столь развитого и широкого феномена, каким являлась народная культура прошлого. Синкретичность народного искусства, его неотрывность от материальной практики, живая связь с природой, коллективный характер и поэтичность, формирующие его высокую человечность, являются уроками, вне которых самая изощренная профессиональная культура оказывается неполноценной, социально и эстетически незрелой.

Необходимым условием в процессе развития личности ребенка является сохранение материальной и духовной культуры, которая является, в узком смысле этого слова, сферой духовной жизни людей.

Одно из значений слова «культура» является слово «почитание», в которое входят такие понятия, как вера, обычаи и традиции предков. Изучая разнообразные формы культур разных стран, мы забываем, что наша культура насчитывает тысячелетия и, в лучшем случае, начинаем изучение своей культуры с принятием христианства на Руси, исключая из сферы знаний простых людей воззрения на космос, природу и человека в период язычества. О язычестве не имеют представления не только ученики, но и учителя. Язычество окружено, с одной стороны, тайнами забвения и многих утрат. С другой стороны – на него наложено негласное «табу». Сознательно идеологией русского православия различными способами был занижен уровень социально-экономического, общественно-политического и культурного развития, достигнутого нашими предками ко времени принятия христианства князем Владимиром и жителями древнего Киева. Отсюда стремление представить религиозность древнерусского общества как выражение духовной неполноценности, как пребывание в «языческом невежестве», хотя само христианство, выйдя на следующий по отношению к язычеству этап религиозного развития, продолжает нести в себе огромный массив языческого наследия, поскольку выросло из тех первобытных религиозных верований, совокупность которых получило название язычество. В конце концов, народное (изначальное языческое) мировоззрение, этика растворились в христианстве, создав уникальный сплав – Русское Православие.

Так или иначе, но сегодня древняя вера наших предков (разных племен) дошла до нас лишь в обрывочном виде. Поэтому представление о славянском языческом мире мы имеем только в общих чертах. Часть из них, видоизменившись, слилась с христианством, часть пришла с фольклором, часть безвозвратно погибла.

Славянское язычество развивалось по разным руслам: одни племена верили в силы космоса и природы; другие – в Род и Рожениц; третьи – в души умерших предков и в духов (одухотворенные силы); четвертые – в тотемных животных-пращуров и т.д. Все эти сведения дошли до нас через фольклор, через обряды, ритуалы, хранимые народом и, конечно же, сведениями, подаренными нам народным творчеством, назначение которого выполнять не только свою декоративную, но и родовую памятную функцию, которая находится в цепочке «индивид – род – человечество».

Символика в произведениях народного творчества опиралась на мифологическое сознание и складывалась в систему значений, прямо соотносимую если не с жизненными реалиями, то с кругом идей и ценностей, в котором жил человек. Только сочетание богатой творческой фантазии, основанной на реальных впечатлениях, с совершенным знанием декоративных качеств применяемого материала дает образу-символу художественную убедительность. В этом сложном и многогранном восприятии действительности большое значение имел язык символов, который постоянно развивался и обогащался народом в процессе общения с природой. В основе символики лежало пожелание добра и благополучия. Такое сложное поэтическое восприятие действительности и отражение ее в искусстве было возможно потому, что народ выработал в течение многих веков свое собственное мудрое мировоззрение, где жили в тесном единстве мир действительный и мир воображаемый. Только слияние этих двух стихий помогало народным творцам по-своему воспринимать красоту окружающей среды и создавать прекрасное сказочное искусство на основе реальных впечатлений.

В основе художественного образа лежат не подражание природе, не иллюстрации, не подобие правды, копии бытовых мотивов, народной жизни и отражение частностей, а семантизация и символизация окружающего человека мира природы, связи с ней человека.

О смысле изображений зверей, птиц, человеческих фигур сподручнее говорить на основе народной игрушки. Во-первых, эти промыслы живы и сегодня. Во-вторых, сами корни игрушки находятся в глубине нашей истории.

Трудно сегодня назвать точно все смыслы и значения, которыми наш предок наполнял глиняные и деревянные скульптуры на протяжении всей своей сложной предыстории. Какой бы народный промысел по изготовлению игрушки мы ни рассматривали, как бы они ни отличались друг от друга по технологии лепки, пластике и росписи, можно выделить несколько устойчивых сюжетов: бабы, звери, птицы, дерева.

Сюжет «дерево» чрезвычайно распространен в народном искусстве, его часто можно встретить в народной вышивке и на прялках. В чистом виде глиняное дерево можно встретить только у мастеров Хлуднево Калужской области. Дерево можно увидеть и на головном уборе хлудневских глиняных баб. Следы культа дерева можно извлечь из обрядов и ритуалов праславян и русских племен. До наших дней дожил обряд «колосяницы» (начало колошения хлебов), когда парни и девушки приносили пироги, яичницу к березе, дабы перенести скорость и щедрость прибавления листвы на свои поля. Дерево для нашего предка было не только кормильцем, дающим жилище и тепло, не только божеством, которое управляет солнцем и дождем, ведающим вопросами плодородия, брака и деторождения, а также обновления, омоложения и бессмертия, но и являло собой мироздание. Подземным миром являлись корни, ствол соответствовал земному миру, крона – небесный мир. Все это можно увидеть в композициях трёхчастных прялок. В народном искусстве корням дерева соответствуют изображения лягушки, змеи, крота. Стволу соответствовали изображения земных животных – коня, оленя. Птицы символизировали крону. Дерево несет знак тотема, мифического предка рода, где корни – предок, ствол – сам род, листья – дети.

Постепенно человек становился охотником и в период охотничьего периода тотемом человека становится зверь. Так, в народном искусстве можно проследить постоянство сюжета медведя. Следы культа медведя сохранили ритуалы многих народов, в жизни которых этот зверь имел особое значение. Связь языческого Велеса с культом медведя идут с далекого севера славянского мира, из Ярославского Поволжья, где он являлся представлением о мужском божестве, хозяине леса. Поскольку из охоты стало развиваться скотоводство, хозяин леса и повелитель лесного зверя мог быть переосмыслен в покровителя одомашненного зверя, стал «скотьим богом» - Велесом, который занимал первое место после Перуна.

Культ другого животного – оленя - был распространен очень широко, хотя, в отличие от медведя, олень не получил той степени земной близости и родства с человеком. Его быстрота, пугливость и недосягаемость определила небесную семантику оленя. Он являлся знаком удачного брака и обильной жизни. Олень был знаком славянских богинь древнего пантеона – рожениц матери и дочери, рожающих все живое.

Сюжет «бабы» появился, когда люди стали сеять хлеб. Они поняли, что есть и более могущественные силы, управляющие сменой времен года, дающие солнечное тепло, дождь. Этими силами человек наделил чертами женщины, рожающей и выращивающей свое дитя, как земля колос. С этими силами был связан сюжет плодородие. Именно с плодородием были связаны первые глиняные скульптуры от самых примитивных с рогом изобилия в руке до более проработанных и украшенных орнаментом, чаще всего символом засеянного поля.

Великая Богиня, Великая Матерь, Роженица, Берегиня – так называли глиняные фигурки «баб», участвующих в культовых обрядах. Позже возникает имя женского божества Мокошь, которая считалась покровительницей хозяйства, семейного очага, женских работ. В период насаждения христианства всем языческим богам и божествам, духам, в том числе и оберегавшим людей (берегиням), придавались злые, демонические черты, уродливость внешнего вида и характера, злые намерения. Так, строгая, языческая прародительница была в устном творчестве превращена в злобного демона, которым пугают наших же маленьких детишек - Бабу Ягу (слово «Яга» - огрубленное от «Яшка». Яшей в славянских песнях называли ящура – некогда жившего на земле и исчезнувшего прародителя всего живого).

Конь имел чрезвычайно важное значение для жизни многих племен. Мотив всадника был особенно близок крестьянскому сознанию. Изображение всадника связывалось с представлением о свете, тепле, солнце, дающем жизнь на земле. Конь, по народным поверьям, изображал небесный свод и мечом – лучом света - прогонял тьму ночи, силу зла. Солярный знак очень часто изображен на груди глиняного коня. Конь, конник, колесо - равнозначные знаки солнца и тепла. Бог солнца Ярило, судя по всему, связан с сюжетом «конника». Конники являлись и знаками времен года и знаками равноденствий. Распространенный сюжет каргопольской игрушки – полкан (буквально полу конь) охранял солнечных коней Световида, коней (стада) богов-солнца или богов-громовержцев.

Сюжет птицы в количественном отношении среди народной игрушки занимает первое место, хотя и не является ни тотемом, ни божеством. Чаще всего она лишь сопровождает их изображения. Одним из главных смыслов этого сюжета – оберег. При помощи свиста, которым была наделена магическая глиняная птица, маги, волхвы, кудесники отгоняли злых духов. Свист участвует и в поминальном обряде. Птицы – знак воскресения природы, пробуждения земли, рассвета. Птица – знак счастливой семьи.

Сюжеты других животных – барана, коровы, козла - имеют второстепенное значение и в основном связываются с плодородием, с изобилием.

В основном глиняная игрушка расписывалась орнаментом. Орнамент в своем первородном виде – это некое магическое заклинание, которым покрывалась поверхность ритуальных пещер, фигур и посуды. Со временем эти магические знаки были перенесены на вышивку, глиняную игрушку и стали декоративными знаками. В процессе видоизменения игрушки, с появлением новых ее форм и назначения ее орнамент мало чем изменился и остался прежним, как и тысячи лет тому назад. Одним из первых знаков орнамента был ромб, которым украшали культовые предметы – женские фигуры и сосуды, и представляет он собой ромбы разной формы с прерванными линиями, заходившие один на другой. По некоторым предположениям этот рисунок народные мастера переняли у природы. Полученный на срезе бивня мамонта рисунок перешел в орнамент, который нес в себе всю силу и могущества зверя, в которой нуждался человек. Поэтому можно назвать этот узор знаком жизни. В дальнейшем этот знак стал знаком земли и плодородия, а выделенный со временем из общего рисунка знак ромба становится знаком земли. Ромб и до сегодняшних дней используют мастера из Каргополя, Костромы и Филимонова.

В период возникновения земледелия появляется знак засеянного поля, который представляет собой квадрат с вписанным в него крестом и нанесенными точками – знаком зерна.

Чаще всего встречается знак, несущий в себе символику солнца, который в первую очередь представляет разнообразное множество крестов в круге и без круга. Бог Перун тоже имел свой знак – колесо с шестью спицами. Этот знак широко использовался и в украшении прялок, и в домовой резьбе. И крест – знак солнца, и шестикрылая розетка относятся к так называемым солярным знакам.

В глиняной игрушке часто можно встретить и знаки, которые обозначали определенный месяц в году на календарях славян. Волнистые линии обозначали воду, пропитанную дождем землю, и соответствовали месяцу июлю (червеню). Спаренный крест (знак солнца) соответствовал месяцу июню. Ромбическая сетка – декабрю.

Сейчас народное искусство навсегда лишилась всех своих магических средств, а ее символическая сущность древних образов со временем усложнялась и видоизменялась в течение нескольких столетий в соответствии с социальными и историческими переменами, приобретая необычное богатство своих формальных проявлений. Языческие представления давно переосмыслились и стали отражать познания о жизненных силах и развитии природы, накопленные народной памятью

Появившись в далеком прошлом, игрушка, как и другие виды народного искусства, долго сохраняла отголоски древнейших представлений и верований. Довольно ярко они проявляются в тряпичных куклах, издавна бытовавших в исконной крестьянской среде. Характерны в этом смысле куклы Курской области, изготовленные в начале нашего столетия. При всей узнаваемости и даже энтографичности костюма они не имеют лица: вместо него – белая гладь мягкой льняной ткани. Еще совсем недавно во многих русских деревнях существовало своеобразное табу. Оно запрещало обозначать на кукле лицо, чтобы в нее не «вселился» злой дух, который якобы мог нанести вред ребенку. В наивном народном суеверии отчетливо слышится эхо далеких анимистических воззрений, когда все происходящее объяснялось действием добрых и злых сил. Здесь очевидна и магическая охранительная функция игрушки, закрепившаяся за ней, как свидетельствуют энтографические и фольклорные источники, с незапамятных времен.

Глубинные пласты народного мироощущения обнаруживаются и в деревянной игрушке русского севера. Женская фигурка, конь и птица, воплощавшие некогда идею жизни, тепла и света, являются ее традиционными персонажами, выполненные местными виртуозами-плотниками, они отличаются весомыми и значительными формами, напоминающими культовую пластику. Монументальные, слегка обработанные топором женские фигурки, их фронтальная ориентация в пространстве, их «идольские» лики со схематично намеченными глазами и ртом, нарочито выделенная грудь указывают на связь куклы с центральным персонажем языческой мифологии – Великой богиней-матерью, постоянно возрождавшей жизнь и природу.

В отличие от северной игрушки с ее единым стилем и традиционными образами игрушка Поволжья имеет несколько направлений.

Архаичны и в некотором смысле первозданны плоские, с четко обозначенным замкнутым силуэтом деревянные коники-каталки из деревни Лысково Нижегородского края. Эти условные фигурки, где скупо выявлено лишь самое характерное, несомненно, восходят к культовым изображениям коня - славянскому символу могущественного солнечного божества. И, видимо, не случайно по когда-то яркому, а теперь потускневшему цветному фону лысовских коников легко и свободно нанесены круги и сегменты – древние обозначения солнечного диска.

Иной характер носит так называемая городецкая топорщина, производство которой началось под Пурехом и Городцом. Великолепны навеянные лихой волжской ямщиной конные запряжки – одиночные, пары, тройки – с нарядными возками, разрисованными роскошными розанами, заимствованные со знаменитых городецких донец. На облучке возков восседает мощная широкоплечая фигура ямщика, а густо-черные, малиновые, бордовые кони с круто изогнутыми шеями передают идею вихря, движения, круговерти. В городецкой игрушке образы не просто выразительны, но и жизненно убедительны и реальны. И лишь лучистые розетки, белыми звездочками «расцветшие» на городецких конях, сохранили воспоминания о солнечной символике, свидетельствуя о глубоких корнях народной игрушки.

Житейские, чисто реальные впечатления лежат в основе федосеевских игрушек. Их изготовлением занимались в конце 19 в. ложкари, жившие под г.Семеновым, в частности, в деревне Федосеево. Федосеевские игрушки, крепко сколоченные из гладких, нарубленных топором дощечек, затейливо изузорены легко вьющимся цветочным орнаментом. Эти нарядные «ситцевые» пароходы, баржи, мельницы, балалайки несут на себе яркую печать деловой жизни волжских пристаней и больших торговых сел, шумных нижегородских ярмарок и многолюдных народных гуляний. Но при всей своей городской тематике федосеевская игрушка с ее богатым узором и условной трактовкой образов остается крестьянским искусством, но уже никак не связанным с языком древних мотивов и символов.

Иные грани народного творчества обнаруживаются в игрушке мастеров Сергиева Посада. Изделия этого крупного в прошлом промысла, возникшего в начале 17 в. на основе богатейших традиций древнерусского искусства, довольно разнообразны. Специфика посада, расположенного вблизи знаменитой Троице-Сергиевой лавры, куда шли и ехали богомольцы со всех концов света, определила особую психологию и мироощущение сергиевских мастеров. С редкой готовностью и завидной быстротой откликались они на все, что происходило вокруг, чутко реагировали на спрос и моду, неизбежно испытывая при этом влияние разных социальных и культурных факторов. Народная картинка и дорогой фарфор, дворянский быт и профессиональное искусство, важнейшие исторические события и происшествия местного значения – все причудливым образом отражалось в их произведениях, рождало неповторимое по содержанию и форме искусство. Удивительна, прежде всего, экономная и весьма остроумная техника сергиевской резьбы по дереву, отображающая, как в народном искусстве эстетическое совершенство изделий являлось следствием целесообразных технических приемов работы с материалом, глубокого понимания его возможностей. Используя в качестве заготовки трехгранный блок-полено, посадские резчики весьма тщательно работали над верхней частью, «моделируя» важные, на их взгляд, детали фигурок: шляпы, кивера, перья, ленты, эполеты и др. При этом нижняя половина блока лишь слегка обрабатывалась крупными широкими срезами, что сохраняла первоначальную архитектонику формы, ее весомость и полноценность. Нарядная полихромная роспись «одевала» сергиевскую резную скульптуру, четко «договаривала» то, что лишь намечалась формой, пластикой, а то и вовсе отсутствовало в ней. В результате рождались чрезвычайно декоративные и содержательные произведения народного творчества, емкие, социально наполненные типы-образы.

Не менее интересны и сергиевские игрушки из папье-маше: фигурки людей и животных, жанровые сценки с изображением городского и крестьянского быта, куклы «талии», «дитяшки», «матросики» и др. Их внешний вид во многом зависел от деревянных форм, или, по-местному, «болвашек», служивших рабочими моделями. Для их создания привлекались лучшие посадские мастера-резчики. Однако даже при самом высоком художественном качестве болвашек, игрушки из бумаги не могли повторить всех пластических нюансов и были лишены естественности, характерной для рукотворного творчества.

В конце 19 века в Сергиевом Посаде начинают изготавливать новые типы игрушек. Среди них были и так называемые этнографические куклы, появившиеся в ответ на возросший в тот период интерес к русской старине и народной культуре. Одетые в костюмы различных уездов и губерний России, этнографические куклы привлекают внимание подробностью, почти документальностью в «пересказе» народной, а также исторической одежды. Не случайно они воспринимаются скорее маленькими манекенами, нежели предметами детской игры.

Широкую славу русского национального сувенира тогда же прочно завоевала матрешка. Став традиционным образом посадских мастеров, матрешка приобретает со временем чисто народный характер, перейдя до села Полховский Майдан, где в отличие от выжигной посадской матрешки местные мастера, привыкшие к росписи деревянной утвари, стали расписывать и матрешку.

Прекрасные образцы игрушки создали мастера из деревни Богородское, которое находилось в 30 км. от Сергиева Посада. Многие мастера отказались от услуг сергиевских «красил», расписывающих богородские изделия. И поверили в эффект нетронутого краской дерева. Произведения этого периода считаются классическими в русском народном искусстве. Совершенство их пластического языка, проверенного и отточенного творчеством многих поколений, породило значительные по смыслу и духу образы.

Интересную область народной художественной культуры составляют игрушки из глины, которые издавна бытовали по всей России. К 19 в. в разных ее районах исторически сложились отдельные промыслы со своим декоративно-изобразительным языком и образным строем.

Игрушки скопинских мастеров вышли из сложившегося в России известного гончарного промысла, который находился в Скопине Рязанской области. Параллельно с изготовлением всевозможной бытовой посуды – кувшинов, крынок, мисок - скопинские мастера делали игрушку. Лаконичные по форме фигурки коней, птицы-свистульки, всадники не имели какой-либо деталировки, правда, они покрывались цветной глазурью.

Одно из видных мест занимает дымковская игрушка. Название связано с селом Дымково, которое находится около города Киров. Здесь местные мастерицы издавна лепили глиняную игрушку, которая распродавалась на традиционных народных праздниках. Многие игрушки делались как свистульки, которые использовались на празднике «Свистунья». Веселые игры, торговля, шум, свист символизировали приход весны и общую радость людей. Многоцветная роспись соответствовала духу праздника, бурлящему веселью взрослых и детей. Сама дымковская игрушка близка по форме изделиям других промыслов, но имеет характерные отличия в росписи. Лепилась игрушка из красной глины, после обжига - окрашивалась разведенным на молоке мелом. По белому фону выполнялась роспись темперными красками. Наряду со звонкими красными, желтыми, зелеными, синими цветами использовалось сусальное золото. В традиционный ассортимент дымковской игрушки входили изображения сказочных образов оленей, двуглавых коней, птиц. Позднее стали появляться изображения медведей, домашних животных, представленных в необычных ситуациях (медведь-музыкант, козел, одетый в смешные штанишки), что усиливало ощущение праздничности, вызывая улыбку при общении с подобной игрушкой.

Появление интереса к бытовому жанру повлияло на расширение тематики дымковской игрушки. При использовании определенной условности в одежде, идущей от традиционной игрушки, очень точно передается типаж. Так стали появляться всадники, дамы и кавалеры, няньки и кормилицы. Стремление к убедительности характеристик, расширения круга тем привело к переходу в декоративную скульптуру. Это отражается на увеличении размера скульптурных изображений, на некоторой повествовательности, входящей в трактовку темы. Стали появляться жанровые сцены, представляющие собой многофигурные композиции, изображающие быт города и деревни: гуляние и чаепития, цирковое представление и прогулку компании в лодке. Все это близко традиционным мотивам, что придает дымковским игрушкам убедительность и показывает своеобразную связь истоков дымковского промысла с современными поисками.

Самобытный традиционный промысел изготовления глиняной игрушки сохранился в городе Каргополь Архангельской области. Начало промыслу положили мастера, живущие в деревне Гринево Каргопольского района. Поэтому в тематике игрушки основательно закрепились образы сказочных персонажей, жителей деревни, занятых повседневным трудом, сцены народных гуляний с катанием на тройках или в лодках по реке. Постоянно повторяются фигуры медведей, коней, оленей, собак. Упрощенная, несколько примитивная лепка тем не менее дает точную характеристику изображаемым персонажам. Фигуры людей приземистые, по-деревенски крепкие. Также точно поставлены олени, кони, полукони – полканы, всадники. Основанием игрушки служит юбка-колокол, что придает устойчивость фигурам женщинам-крестьянкам. Вместе с тем каргопольская игрушка наполнена движением и динамикой.

Техника выполнения игрушки аналогична другим промыслам. Вылепленную игрушку обжигают, а затем расписывают клеевыми красками. В росписи можно различить две разновидности. При покрытии игрушки сплошным грунтом белого цвета преобладает линейная, штриховая разработка декора. Цветными линиями отмечают главные детали одежды, черты лица и вносят контурные изображения условных листьев, цветов или геометрических фигур (круги, овалы, зигзаги). Другой более насыщенный цветом вид росписи представляет собой раскраску значительной части фигуры синей, коричневой, зеленой красками. Необходимые детали выполняют при этом цветными линиями, что придает очень живописный характер всей гамме росписи.

Среди изделий народных промыслов Тульской области выделяется своей оригинальностью глиняные игрушки деревни Филимоново. Ее художественные отличия проявляются как в форме, так и в росписи. Особенность местной глины, мягкой и жирной настолько, что изделия из нее при сушке деформируются под собственной тяжестью, заставляя мастериц при лепке несколько вытягивать в высоту любую фигуру, тем самым, распределяя массу равномерно по вертикали. Это придает филимоновским фигуркам не только оптимальную устойчивость и почти классическую стройность, но и характерную выразительность и неповторимость. Загадочно, будто зная что-то неведомое человеку, смотрят на зрителя расписанные в зеленую, красную и желтую полоску звери с фантастическими удлиненными шеями и гордо вскинутыми головками. В их пластической немногословности и замкнутости угадываются черты далекой архаики, присущей древним тотемным изображениям. Зато фигуры людей выходят стройные и довольно изящные, несмотря на общую утяжеленность керамической лепки. Учитывая эти особенности, мастерицы как бы корректируют пропорции фигур, расписывая их преимущественно горизонтальными полосками. Декоративные элементы дополняют схематически изображенными розетками, напоминающими и солнце, и цветок, а также треугольниками, кружками и точками. Вся гамма росписи красно-розового, зеленого, желтого цветов, эффектно играющая на фоне забеленной поверхности игрушки, придает ей необыкновенную звучность и праздничность.

Тематика филимоновской игрушки развивается в русле традиционного отражения деревенского и городского быта, полусказочных, полуфантастических образов. Здесь можно видеть танцующие пары, музыкантов, солдата с птицей под мышкой или медведя с подарком, стоящего на задних лапах. Весь этот мир забавных скульптур-игрушек представляет еще одну сторону бесконечной фантазии народных мастеров, своеобразно преломляющей реальность и сказку, связывающей прошлое и настоящее.

В 70-80 года прошлого столетия стали широко известны и игрушки Курской области, обладающие своей самобытностью и привлекательностью. Основными центрами по изготовлению игрушек в Курской области, как и игрушек других областей, стали центры, где традиционно занимались гончарным ремеслом: Дроняевский, Суджанский, Кожлянский. Так, например, в селе Кожля мужское население занималось гончарным ремеслом, а женщины лепили и расписывали игрушки-свистульки. Около 120 дворов в Кожле имели своих гончаров и мастериц глиняной игрушки. Излюбленные цвета кожлянских мастериц – малиновый, синий, желтый, зеленый. Красится игрушка по-разному. Здесь много зависит от естественного цвета глины. В Кожле игрушки лепят из голубой глины так же, как это делали здесь издавна. В сыром виде глина действительно отдает синевой. После сушки и обжига в печи она становится почти белой. Отдельные же игрушки получаются немного теплого оттенка. Расписывают игрушки анилиновыми и акварельными красками, чернилами. Чтобы красочный слой лучше связывался с глиной, а роспись выглядела наряднее, ярче и звонче, в краски добавляют молоко, желток куриного яйца, сахарный сироп. Детали одежды, головные уборы фигурок, гребни птиц закрашивают сплошным цветом, чаще всего малиновым, зеленым, фиолетовым. Поверхностный слой обожженной глины украшают орнаментом, узоры которого неприхотливы: полоски, узоры елочек, пятна неправильной формы размером от горошины до кружка копеечной монеты, сеточки, ромбики, звездочки.

Народное искусство как проявление творчества народа близко по своей природе творчеству ребенка (простота, завершенность формы, обобщенность образа), именно поэтому оно близко восприятию ребенка, понятно ему. В народном декоративно-прикладном творчестве окружающий мир отражается условно, символами, здесь нет натуралистического воспроизведения, художник избегает излишней детализации, но сохраняет целостность, законченность образа. Нацеленность на красочность, декоративность выраженность эмоционального настроя – эти качества народного декоративно-прикладного искусства присущи и творчеству детей, но в отличие от детского творчества, в народном искусстве это не случайность, а выработанная и отточенная веками традиция. Детям предстоит еще осознать, принять как эстетический идеал совершенство кажущийся простоты формы, сочетания цвета, композиции, узора.

Включение ребенка в различные виды художественной деятельности, основанные на материале народного творчества, – одно из главных условий полноценного эстетического воспитания и развития его художественно-творческих способностей.




Список литературы.


  1. Баженова А.И. Мифы древних славян - М.,1993.

  2. Богатырев П.Г. Вопросы теории народного искусства - М., 1971.

  3. Гордиенко Н.С. Крещение Руси - Лениздат, 1986.

  4. Канцедикас А.С. Уроки народного искусства - М., 1986.

  5. Комарова Т.С. Дети в мире творчества - М., 1975.

  6. Комарова Т.С. Народное искусство в воспитании детей - М.: РПА,1997.

  7. Некрасова М.А. Народное искусство как часть культуры - М., 1983.

  8. Разина Т.М. Русское народное творчество - М.,1970.

  9. Шпикалова Т.Я. Народное искусство на уроках декоративного рисования - М.: Просвешение, 1979.


,

Краткое описание документа:

   Если рассматривать все изданные программы по изобразительному искусству как прошлых лет, так и совремменных, мы увидим, что в любой из них большое внимание уделяется изучению народного творчества. Это связано с тем, что в изучении народного творчества на уроках изобразительного искусства заложен большой потенциал изучения культуры и истории своей страны. И в первую очерередь надо начинать изучать культуру языческую.

   Данный материал поможет узнать историю возникновения игрушки. Какие использовались мотивы и символика в игрушке основываясь на языческих представлениях и верований наших предков. Даст характеристику сохранившихся до наших дней народных промыслов по изготовлению игрушки и их отличительных особенностях.

 

 

 

 

 

 

 

 

Автор
Дата добавления 09.12.2014
Раздел ИЗО, МХК
Подраздел Другие методич. материалы
Просмотров730
Номер материала 180271
Получить свидетельство о публикации

Выберите специальность, которую Вы хотите получить:

Обучение проходит дистанционно на сайте проекта "Инфоурок".
По итогам обучения слушателям выдаются печатные дипломы установленного образца.

ПЕРЕЙТИ В КАТАЛОГ КУРСОВ

Похожие материалы

Включите уведомления прямо сейчас и мы сразу сообщим Вам о важных новостях. Не волнуйтесь, мы будем отправлять только самое главное.
Специальное предложение
Вверх