Выдаём удостоверения и дипломы установленного образца

Получите 5% кэшбэк!

Запишитесь на один из 793 курсов и получите 5% кэшбэк стоимости курса на карту

Выбрать курс
Инфоурок Другое Научные работыНаучная работа по предмету "Право" на тему: «Особенности формирования уголовно-процессуального права в англосаксонской правовой семье»

Научная работа по предмету "Право" на тему: «Особенности формирования уголовно-процессуального права в англосаксонской правовой семье»

Скачать материал
библиотека
материалов


ОБЩЕРОССИЙСКАЯ ОБЩЕСТВЕННАЯ ОРГАНИЗАЦИЯ

«АССОЦИАЦИЯ ЮРИСТОВ РОССИИ»

Крымское региональное отделение



На правах рукописи




Научная работа на тему:


ОСОБЕННОСТИ ФОРМИРОВАНИЯ УГОЛОВНО-ПРОЦЕССУАЛЬНОГО ПРАВА В АНГЛОСАКСОНСКОЙ ПРАВОВОЙ СЕМЬЕ




Выполнил специально для проекта «Инфоурок»:

Корчинский Пётр Петрович

учитель, преподаватель права и юридических дисциплин,

преподаватель высшей школы

Член Ассоциации юристов России, магистр юриспруденции

Независимый эксперт, уполномоченный Министерством юстиции

России на проведение антикоррупционной экспертизы

нормативных правовых актов и проектов нормативных

правовых актов в случаях, предусмотренных

законодательством РФ (свидетельство об аккредитации

от 28.02.2018 г. №2970 на основании распоряжения

Минюста РФ от 28.02.2018 г. №210-р)




Симферополь, 2020

СОДЕРЖАНИЕ



ВВЕДЕНИЕ.……………………………………………………………….........3


РАЗДЕЛ I. ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА АНГЛОСАКСОНСКОЙ ПРАВОВОЙ СЕМЬИ: ИСТОРИЧЕСКИЙ И ТЕОРЕТИЧЕСКИЙ АСПЕКТЫ

1.1. Становление англосаксонской правовой семьи………………………….6

1.2. Основные характеристики англосаксонской правовой семьи…………13


РАЗДЕЛ II. ХАРАКТЕРИСТИКА УГОЛОВНО-ПРОЦЕССУАЛЬНОГО ПРАВА АНГЛИИ

2.1. Доказательственное право……………………………………………….27

2.2. Досудебное производство по уголовному делу………………………...36

    1. Рассмотрение уголовных дел в суде первой инстанции…………..…..45

2.4. Апелляционное производство ……………………………………….….63


РАЗДЕЛ III. ИСТОЧНИКИ И ОСНОВНЫЕ ОСОБЕННОСТИ УГОЛОВНО-ПРОЦЕССУАЛЬНОГО ПРАВА США

    1. Доказательства и доказывание: исходные положения……………...…77

    2. Расследование уголовных дел…………………………………..………83

    3. Судебное рассмотрение уголовных дел………………………………..87

    4. Апелляция и иные способы проверки судебных решений по уголовным делам………………………………………………………………………………...94


ЗАКЛЮЧЕНИЕ………………………………………………………………102


СПИСОК ИСПОЛЬЗОВАННЫХ ИСТОЧНИКОВ И ЛИТЕРАТУРЫ…..107

ВВЕДЕНИЕ


Актуальность исследования. Национально-историческое развитие, наличие разных религий, обычаев, идеологий обусловили то, что в современном мире существуют разные правовые семьи, которые имеют специфические, присущие только им черты. Одной из самых распространенных в мире правовых семей является англосаксонская правовая семья, которая охватывает такие государства как  Англия, США, Канада, Австралия, Северная Ирландия, Новая Зеландия, а также много других стран. Англосаксонская правовая семья имеет характерные особенности, за счет которых существенно отличается от других правовых семей мира.

Актуальность исследования обусловлена необходимостью более детального исследования особенностей формирования и развития уголовно процессуального права зарубежных стран англосаксонской модели.

Степень научной разработанности темы исследования. Говоря о степени научной проработки данной темы, следует отметить, что классификация правовых семей и их характеристика освещены в основном кратко.

В западной юридической литературе проблематикой с классификацией правовых семей многие авторы занимаются с момента появления в XIX в. в различных университетах Европы первых кафедр, курсов и различных исследований по сравнительному правоведению.

В России эта проблематика стала занимать определенное место в научных исследованиях сравнительно недавно (60–80 е гг. XX в.). Разработки ее усилились, когда во второй половине ХХ в. (1988 г.) на русском языке вышла книга Р. Давида «Основные правовые системы современности», которая относится к числу тех юридических трудов, которые могут быть названы классическими. Она стала основой для комплексного изучения правовых семей мира.

В современном правоведении ученые активно проявляют интерес к изучению как национальных правовых систем, так и правовых семей. Данные вопросы освещались в работах С. С. Алексеева, Т. В. Власовой, М. Н. Мар­ченко, Н. И. Матузова, А. Х. Саидова, В. Н. Синюкова, Л. Р. Сюкияйнена, Ю. А. Тихомирова, К. Цвайгерта, Х. Кетца и др.

Вместе с тем, высоко оценивая труды указанных авторов, следует признать, что тема магистерской диссертации до настоящего времени остается недостаточно исследованной.

Объектом исследования является уголовно-процессуальное право в англосаксонской правовой семье, особенности его структурных элементов.

Предмет исследованияположения зарубежного законодательства, труды ученых, посвященные обозначенной теме и отдельным ее аспектам.

Цель настоящего исследования - выявить особенности формирования уголовно процессуального права в англосаксонской правовой семье.

Сформулированная цель обусловила необходимость решения следующих научных задач: дать общую характеристику англосаксонской правовой семьи в историческом и теоретическом аспекте; проанализировать правовые тенденции развития уголовного процессуального права зарубежных стран англосаксонской модели правовой семьи, а именно Англии и США. В приведенном ряду указаны лишь наиболее значимые задачи, которые решались при исследовании. В ходе исследования были поставлены и решены и другие, более частные задачи в рамках основных.

Нормативную базу составили международно-правовые акты, положения зарубежного законодательства.

Теоретической основой работы выступают работы отечественных и зарубежных ученых в области уголовного процесса, изданные с первой половины XIX века по настоящий момент.

Методология исследования. Для достижения цели исследования и решения поставленных задач использовались современные методы познания явлений и процессов. В ходе работы использовались общенаучные (диалектический, системный), частные (формально-юридический, системно-структурный методы, индукция, дедукция, анализ, синтез) методы.

Научная новизна работы определяется кругом исследованных вопросов, связанных с особенностями формирования уголовно-процессуального права в англосаксонской правовой семье.

Теоретическая значимость работы состоит в том, что положения исследования пополняют потенциал науки уголовно-процессуального права,

Практическая значимость настоящего исследования заключается в том, что содержащиеся в магистерской диссертации научные положения и выработанные на их основе рекомендации могут использоваться при подготовке учебных пособий по уголовному процессу, а также в образовательном процессе.

Структура работы обусловлена содержанием темы, задачами и логикой проведенного исследования. Работа состоит из введения, трех разделов, включающих десять параграфов, заключения, библиографического списка (68 наименований).

РАЗДЕЛ I. ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА АНГЛОСАКСОНСКОЙ ПРАВОВОЙ СЕМЬИ: ИСТОРИЧЕСКИЙ И ТЕОРЕТИЧЕСКИЙ АСПЕКТЫ



1.1. Становление англосаксонской правовой семьи

В XVIII-XIX вв. в связи с образованием ряда новых государств в Америке (США) и в Европе (Бельгия, Италия и т. д.), с завершением территориального раздела мира и образованием колониальных империй, с распространением рыночных структур по всему земному шару капитализм превратился в мировую систему, определяющую последующий ход развития человеческой цивилизации. Интернационализация экономической и политической жизни имела своим результатом растущее взаимодействие правовых систем различных стран, преодоление их былой самоизоляции.

Особенно заметным становится воздействие права ведущих держав мира (прежде всего Англии и Франции) на правовую жизнь стран. Взаимодействие правовых систем в этих условиях принимает самые разнообразные формы, а их сходство значительно увеличивается. Этому содействовала широкая рецепция (заимствование) целых национальных правовых систем, насильственное внедрение чужеземного права, а также более мягкая трансплантация принципов права одних стран в правовые системы других стран.

В связи с широкими процессами рецепции и трансплантации права на базе английской и французской национальной правовой системы сложились так называемые мировые системы (семьи) права - англосаксонская и континентальная (романо-германская). Эти структурные общности представляли собой две большие группы национальных правовых систем, различающихся по своей внутренней структуре и внешним юридическим характеристикам. Каждая из этих двух систем имеет свой «генетический код», свои исторические корни.

В истории его развития обычно различаются четыре основных периода[16, С.253-275.].

Первый период ассоциируется со временем его возникновения и развития, предшествовавшим нормандскому завоеванию Англии в 1066 г. Этот период собственно и называют англосаксонским периодом. Характерным для него является наличие многочисленных законов и обычаев варварских племен германского происхождения, обосновавшихся в этот период в Англии. В стране не было общего для всех права. Действовали не связанные между собой в единую систему сугубо местные, локальные акты (обычаи).

Второй период в развитии английского права историки и юристы определяют по времени с 1066 г. и вплоть до 1485 г., до установления династии Тюдоров. Этот период считается периодом преодоления доминирующей роли местных обычаев и становления общего права, что стало возможным благодаря установлению в стране после нормандского завоевания сильной централизованной власти, единого централизованного управления, прошедшего испытание в Нормандии, единой системы, создававших и развивавших общее право Англии, королевских судов. В ходе деятельности королевских судов сложилась сумма решений, которыми и руководствовались в последующем эти суды. Сложилось правило прецедента. Однажды сформулированное судебное решение в последующем становилось обязательным и для всех других судей. «Английское общее право образует классическую систему прецедентного права или права, создаваемого судьями».

Третий период развития правовой системы этой страны хронологически определяется с 1485 по 1832 г. и считается периодом расцвета общего права в Англии. Наряду с «общим правом» сложилось «право справедливости». На этой почве возник дуализм судопроизводства: помимо судов, принимающих нормы «общего права» существовал суд Лорда-канцлера. Решения лорд-канцлера как исповедника и блюстителя совести короля по всем вопросам, действовавали от имени короля и совета, делегировавших ему свои полномочия по рассмотрению жалоб и «апелляций» на решения обычных королевских судов. Эти решения и выносились на основе доктрины «королевской справедливости» и вносили коррективы в процедуру деятельности обычных королевских судов – судов общего права и в применяемые ими принципы. «Право справедливости», как и «общее право», является составной частью прецедентного права, но прецеденты здесь созданы иным путем и охватывают иные отношения, чем «общее право». Несмотря на сходные черты «общего права» и «права справедливости», прецеденты их судов фиксировались раздельно. Это привело к дуализму английской правовой системы, который продолжался более двух веков вплоть до судебной реформы 1873—1875 гг. Она объединила «общее право» и «право справедливости» в единую систему прецедентного права [53, С.243]. Правовая система Англии приобрела и сохранила вплоть до наших дней двойственный характер. Наряду с нормами права, возникающими в результате деятельности обычных королевских судов, в нее входят также нормы «права справедливости», дополняющие или корректирующие нормы общего права.

Четвертый период развития английского права хронологически определяется 1832 г. и продолжается до настоящего времени. Этот период отличается значительной трансформацией как государственного механизма, так и правовой системы Англии. В начале этого периода были проведены довольно радикальные правовая и судебная реформы. Акцент юристов-теоретиков и практиков ставился на материальном, нежели на процессуальном праве. Была проведена огромная работа по расчистке законодательства, освобождении его от архаичных, давно не действующих актов. Подверглись систематизации целые массивы нормативных актов, существующие в ряде областей английского права. В результате осуществленной реформы все английские суды были уравнены в своих правах. В отличие от всех предшествующих периодов они получили возможность применять как нормы общего права, так и нормы права справедливости.

Оценивая характер изменений, произошедших в английском праве в результате проведенных в рассматриваемый период правовой и судебной реформ, специалисты в области сравнительного права отмечают, что реформы XIX в. «не лишили английское право его традиционных черт» [53, С.243]. Они не были адекватны аналогичным реформам, проводившимся в этот период в других странах. В частности – кодификации, проводившейся во Франции. Английское право по-прежнему развивалось судебной практикой. В этот период в результате усиления роли парламента и государственной администрации резко возрастает значение законодательных и административных актов, наблюдается быстрое развитие английской правовой системы в направлении ее сближения с континентальной правовой системой.

В настоящее время в качестве важнейших источников английского права продолжают оставаться судебные прецеденты – решения высших судебных инстанций, имеющие обязательную силу как для них самих, так и для всех нижестоящих судебных инстанций. Однако наряду с ними с конца XIX – начала XXв. все большее значение приобретают парламентские статуты – законодательные акты, принимаемые британским парламентом.

В XX в. среди источников английского права резко возрастает роль делегированного законодательства, особенно в сфере образования, медицинского обслуживания, социального страхования. Высшей формой делегированного законодательства считается «приказ в Совете» – правительственный акт, издаваемый от имени короны и Тайного совета. Многие акты делегированного законодательства издаются министерствами и другими органами управления по уполномочию парламента [50, С.28]. Их развитие, так же, как и развитие статутного права, обусловлено не только внутренними потребностями страны, но и внешними причинами, касающимися международного экономического и иного сотрудничества. Большое значение в этом отношении имеет развитие связей Англии со странами Британского содружества, а также ее роль в рамках Европейского экономического союза (ЕЭС) [47, С.425-428.].

Образование англосаксонской системы права особенно тесно связано с колониальной политикой. Большое значение колониального фактора в истории этой системы во многом определяется тем, что английское право, уникальное по способам своего формирования, содержанию и форме, обладающее большим потенциалом саморазвития, было тем не менее слишком традиционным, национальным, а потому сложным и недоступным для рецепции, для более или менее широкого восприятия в других странах мира. В итоге англосаксонская правовая семья превратилась в мировую систему не в результате рецепции трудных для понимания английских правовых форм, а путем их трансплантации или насильственного внедрения в процессе колониальной экспансии.

Английское право было положено в основу кодификации отдельных отраслей и институтов права, которая проводилась в ряде колоний.

Несмотря на большое разнообразие правовых систем, выросших на базе бывших колониальных британских владений, они имеют сходство в основных моментах внутренней структуры и самого юридического мышления. В силу особой системообразующей роли в англосаксонской правовой семье общего права Англии эту систему часто называют «семьей общего права». В этой семье преобладает прагматическая концепция права, согласно которой юридическая норма выступает не столько в виде общей и абстрактной нормы поведения, сколько в способе разрешения судебных тяжб. Естественно, что важное место при этом занимает прецедентное, судейское право, для которого процессуальные моменты самого ведения судебных дел (предъявление и оценка доказательств, заслушивание свидетельских показаний и т.д.) имеют нередко большее значение, чем выяснение истины.

Таким образом, право в англосаксонской семье приобретает процедурный и казуальный характер, а не законодательный и системно-логический. Отказ от широкой рецепции римского права в этой семье имеет результатом множество юридических понятий, юридических конструкций и терминов, имеющих корни лишь в английской правовой истории. Под влиянием английской судебной практики в англосаксонской правовой семье большое внимание уделяется защите прав личности от произвола государства и общества [25, С.520-527].

Наряду с английским правом в англосаксонской правовой семье особо выделяется также американское право – правовая система США. В основных своих чертах эта правовая система начала складываться еще в XVII–XVIII вв. в условиях колониализма и сохранила многие свои первоначальные особенности вплоть по сегодняшний день.

Огромное влияние на процесс становления и последующего развития правовой системы США сыграло английское право. Первые английские колонии на территории Америки в начале XVII в. принесли с собой и принципы общего права. Начиная с 1607 г. - даты образования первой колонии оно считалось единственным действующим правом; обычаи и традиции местного вытесняемого населения игнорировались как нечто нецивилизованное и враждебное.

В каждой из британских колоний применялись одновременно английские законы и нормы общего права. Однако их действие не было неограниченным. Английское право применялось с оговоркой «в той мере, в какой его нормы соответствуют условиям колонии» (так называемый принцип «дело Кальвина») [53, С.258]. Применение английского права ограничивалось актами местных органов, а также появившимися в конце XVII – начале XVIII вв. в ряде британских колоний собраниями законодательных актов. В своей совокупности они формировали своеобразие правовой системы отдельных колоний и выступали в качестве активных регуляторов общественных отношений.

Колониальное право было достаточно похожим на правовую систему, созданную людьми, потерпевшими кораблекрушение. Она состояла из трех частей: пришедших на память элементов старого закона, новых законов, созданных в результате настоятельных потребностей жизни в новой стране, и правовых элементов, оформленных под воздействием религиозных взглядов переселенцев.

Американская революция выдвинула на первый план идею самостоятельного национального американского права, порывающего со своим «английским прошлым». Принятие писаной федеральной конституции в 1787 г. и конституций штатов, вошедших в состав США, — было первым и важным шагом на этом пути. Предполагался полный отказ от английского права, а вместе с ним от правила прецедента и других характерных черт «общего права» [53, С.258].

Принятая в 1787 г., она не только закрепила государственный и общественно-политический строй вновь образованной страны, но и создала предпосылки для ее дальнейшего развития. Американская конституция – это не только и даже не столько юридический, сколько политический, социальный и идеологический документ. В нем устанавливается и законодательно закрепляется система органов государства, политических институтов общества, совокупность конституционных прав и свобод граждан, принцип разделения властей и другие государственно-правовые принципы. Конституция США создает правовые основы построения и деятельности всех государственных и общественно-политических институтов, выступает в качестве юридического фундамента, на котором строится вся правовая система США и правовые системы всех пятидесяти штатов.

Исходя из идей естественного права и общественного договора, американская конституция пытается установить (и это является ее весьма важным отличительным признаком), пределы полномочий федеральных органов в их взаимоотношениях как с отдельными штатами, так и гражданами. Позднее эти пределы были уточнены в первых десяти поправках, принятых через два года после вступления в силу конституции. Эти поправки известны под названием Билля о правах или Декларации прав американских граждан.

Во время гражданской войны были приняты также и другие, не менее важные поправки к Конституции США (XIII, XIV и XV поправки), в которых провозглашалось, что законодательными властями штатов (легислатурами), исполнительными и иными органами не могут нарушаться или отменяться конституционные права граждан. «Все лица, родившиеся или натурализованные в Соединенных Штатах и подчиненные их власти, – говорится в поправке XIV к Конституции, – являются гражданами США и штата, в котором они проживают. Ни один штат не должен издавать или приводить в исполнение законы, ограничивающие привилегии и вольности граждан США. Наличие писаной Конституции, содержащей Билль о правах является важной отличительной чертой правовой системы США по сравнению с системой английского права.

Деятельность Верховного суда США по толкованию Конституции страны есть проявление судебного контроля за законностью федеральных законов и законов, принимаемых на уровне штатов легислатурами [47, С.428-431].

В ряде штатов были приняты уголовные, уголовно-процессуальные и гражданско-процессуальные кодексы, были запрещены ссылки на английские судебные решения, вынесенные до провозглашения независимости. Однако перехода американской правовой системы в романо-германскую правовую семью не произошло. Лишь некоторые штаты, бывшие ранее французскими или испанскими колониями (Луизиана, Калифорния), приняли кодексы романского типа, которые, однако, в дальнейшем постепенно оказались как бы поглощены «общим правом».

Новые американские ученые-юристы считают, что право США начало формироваться с 1800 г. В работе К. Ллевелина «Традиции общего права» выделяются три периода развития американского права: первый – с 1800 г. до гражданской войны, второй – с гражданской войны до Первой мировой войны, третий – от Первой мировой войны до настоящего времени. И.Ю. Богдановская выделяет четыре этапа в развитии американского права. Первый – этап утверждения прецедентного права в колониальный период. Второй этап начинался после получения независимости и продолжался до 1830 г. Третий этап – с 1830 по 1860 г. – характеризуется рядом изменений в прецедентном праве. Со второй половины XIX в. до настоящего времени продолжается четвертый этап [53, С.257-258].



1.2. Основные характеристики англосаксонской правовой семьи

Англосаксонскя правовая семья наиболее распространена в мире правовых семей. Ею охватывается территория таких государств, как Англия, США, Канада, Австралия, Северная Ирландия, Новая Зеландия, и многих других. Почти третья часть населения земного шара в настоящее время живет по принципам, изначально заложенным в данную правовую семью и, в особенности, в ее ядро - английское право. Англосаксонскую правовую семью зачастую называют еще семьей общего права (common law). В ней различают группу английского и американского права.

Правовая система Англии развивалась автономно, и связь с европейским континентом не оказала на нее существенного влияния. Английские юристы любят подчеркивать историческую самобытность и преемственность своего права.

Система права Англии включается в англосаксонскую правовую семью, основным источником которой служит норма, сформулированная судьями и выраженная в судебных прецедентах [31; 7; 38; 21], то есть в судебных решениях по конкретному делу, которым затем придается общеобязательная сила. Это «право судебной практики», когда в решениях судов не только применяются, но и создаются нормы права. Последовательность их применения способствует устойчивости правовой системы и судебной практики.

При рассмотрении дела английский судья должен выяснить, не было ли аналогичное дело рассмотрено ранее, и в случае положительного ответа руководствоваться уже имеющимся решением. Степень обязательности прецедента зависит от места в судебной иерархии суда, рассматривающего дело, и суда, чье решение может стать при этом прецедентом. Так, решения высшей судебной инстанции - палаты лордов - обязательны для всех судов. Апелляционный суд, состоящий из гражданского и уголовного отделений, обязан соблюдать прецеденты палаты лордов и свои собственные, а его решения обязательны для всех нижестоящих судов. Высокий суд (все его отделения, включая и апелляционные) связан прецедентами обеих вышестоящих инстанций. Его решения обязательны для всех нижестоящих судов, а также влияют на рассмотрение дел в отделениях Высокого суда, не будучи, однако, строго обязательными для них. Окружные и магистратские суды обязаны следовать прецедентам всех вышестоящих инстанций, а их собственные решения прецедентами не являются. Не считаются прецедентами и решения Суда короны, созданного в 1971 г. для рассмотрения особо тяжких уголовных преступлений. Таким образом, в английском праве существует огромное количество прецедентов, разобраться в которых бывает довольно трудно.

Судебная инстанция не может отказаться от созданного ранее прецедента, который подлежит изменению лишь вышестоящей инстанцией или парламентским актом. Однако поскольку полное совпадение обстоятельств разных дел случается не так часто, то судья по своему усмотрению может признать, сходны ли они, от чего зависит применение той или другой прецедентной нормы. Судья вправе констатировать совпадение обстоятельств и тогда, когда они, на первый взгляд, различаются. Наконец, он вообще может не найти никакого сходства обстоятельств и, если вопрос не регламентирован статутным правом, сам создает правовую норму, становится как бы законодателем [2, C.174]. Таким образом, пределы усмотрения судьи в английском праве весьма значительны и во многом предопределяют результаты рассмотрения дел [15, С.332].

Доктрина прецедента отличается сугубо принудительным характером. Прецедентное право состоит из норм и принципов, применяемых судьями в процессе вынесения ими решений. Но это не значит, что правило прецедента полностью сковывает судью. Поскольку полное совпадение обстоятельств разных дел бывает не так уж часто, то усмотрением судьи решается, признать обстоятельства сходными или нет, от чего зависит применение той или иной прецедентной нормы. Судья может найти аналогию обстоятельств и тогда, когда на первый взгляд они не совпадают. Наконец, он вообще может не найти никакого сходства обстоятельств и тогда, если вопрос не регламентирован нормами статутного права, судья сам создает правовую норму, становится как бы законодателем. Судебные решения имеют традиционную структуру, которая включает: анализ доказательств, мнение судьи по поводу спорных фактов; мотивы, которыми руково­дствовался суд при вынесении решения; правовые выводы. Но прецедентом здесь является только правоположение, на котором основано решение. Лишь оно носит обязательный характер [39, С.228].

Следует отметить, что признание прецедента имеет место и за пределами англосаксонского права. Однако при этом он не претендует на роль основного источника права. Последнее свойственно лишь общему праву, которое создается судьями при рассмотрении конкретных дел и разрешении различных споров между людьми. В силу этого общее право нередко именуется «судейским правом тем самым выделяется как по названию, так и по содержанию среди других правовых систем. Данная особенность общего права, появившаяся со времени его возникновения и становления, остается свойственной ему и по сей день [47, C.425].

Сегодня английское право традиционно продолжает оставаться в основном судебным, разрабатываемым судьями в процессе рассмотрения конкретных дел. Такой подход делает нормы общего права более гибкими и менее абстрактными, чем нормы права романо-германских систем, но одновременно придает праву большую казуистичность и меньшую определенность.

Большое значение наряду с судебной практикой придается в английской правовой системе статутному праву (законы и разного рода подзаконные акты, принятые во исполнение закона), причем его роль в последнее время существенно возрастает. Это обусловлено в первую очередь потребностями развития международного экономического и иного сотрудничества. Имеет значение и вступление Великобритании в Европейский Союз [15, C. С.332-333].

Источником английского права определяется также обычай, который в сфере конституционного права играет большую роль, чем судебный прецедент. Это так называемые «конституционные соглашения», регулирующие важные вопросы государственной жизни. В других сферах регулирования общественных отношений роль обычая ограничена.

К источникам английского права относят и правовую доктрину - концептуально оформленную мнения известных ученых по вопросам права. За последнее время использование доктрины значительно возрастает. Среди правовых доктрин выделяют: «Трактат о законах Англии» Брэктона (1250 г.), «Комментарии законов Англии» Блэкстона (1525 г.), книгу «Английская Конституция» Беджиота (1865 г.) и др..

Сохраняются также и другие его особенности. Среди них такие, например, как отсутствие в английской правовой системе, составляющей основу англосаксонского права, четко выраженного по сравнению с континентальным правом деления на отрасли права, безусловный приоритет отводится процедурному праву, а не материальному. Формы исков, доказательства, процедурные правила, преимущественно устное и непрерывное судопроизводство, кратность мотивации, строгий ритуал вынесения решений — такова специфика английского права. 

Отрасли английского права выражены не столь четко, как в континентальных правовых системах, и проблемам их классификации и на практике, и в научных доктринах уделяется несравненно меньше внимания. Дело в том, что суды в Англии имеют общую юрисдикцию и рассматривают разные категории дел: и гражданские, и торговые, и уголовные, и др.

Структура права в англосаксонской правовой семье (деление на отрасли и институты права), сама концепция права, система источников права, юридический язык совершенно иные, чем в романо-германской правовой семье.

Отсутствие резко выраженного деления права на отрасли обусловлено преимущественно двумя факторами. Во-первых, все суды имеют общую юрисдикцию, т.е. могут разбирать разные категории дел: публичные и частноправовые, гражданские, торговые, уголовные и т. д. Во-вторых, английское право развивалось постепенно путем судебной практики и законодательных реформ по отдельным вопросам. В Англии нет кодексов европейского типа, поэтому право представляется однородным. Английская доктрина не знает дискуссий о структурных делениях права. Она вообще предпочитает результат теоретическому обоснованию.

В английском праве значительно в меньшей степени восприняты категории и понятия римского права. Нет в Англии и кодексов европейского типа.

Законодательство как источник права находится в менее выгодном положении, так как акт парламента требует судебных толкований, которые сами становятся су­дебными прецедентами. Что касается делегированного законодательства, то суд официально имеет право его отмены.

Несмотря на это, в последнее время английское законодательство приобретает все более систематизированный характер. В результате осуществления ряда последовательных реформ крупными консолидированными актами ныне регулируется подавляющее большинство правовых институтов, хотя до сих пор ни одна отрасль английского права не кодифицирована полностью. Классификация ее составных частей такова: уголовное и гражданское право; публичное и частное право; материальное и процессуальное право; муниципальное и публичное международное право [39, С.228].

Ориентация норм общего права – продукта судебной деятельности по рассмотрению конкретных дел прежде всего на разрешение конкретных проблем, а не на формулирование общего правила поведения, ориентированного на будущее; традиционное преувеличение роли процессуального права по сравнению с другими отраслями права, придание ему в ряде случаев большего значения, чем материальному праву и др.

Эти и другие им подобные особенности, в той или иной степени охватывают все без исключения правовые системы, входящие в семью англосаксонского права. Наиболее полно и ярко они отражаются в английском праве. Менее отчетливо и последовательно они проявляются в американской и канадской системах права.

Причин такого неравномерного распространения тех или иных черт на разные правовые системы много. Но наиболее важные из них заключаются в различных исторических, национальных, культурных и иных условиях, в которых возникают и развиваются или же в которые переносятся те или иные правовые институты и модели [47, С.425].

Англия не имеет писаной конституции, ее заменяют акты парламента. Ежегодно английский парламент издает до восьмидесяти законов. За его многовековую деятельность число действующих актов занимает около пятидесяти увесистых томов (более трех тысяч актов). При этом формирование закона под воздействием судебной практики оказывает прямое влияние на его структуру, казуистический характер изложения норм.

Парламент делегирует исполнительному органу власти подзаконное нормотворчество. То, что обычно англичане называют конституцией, - это комплекс норм законодательного и судебного происхождения, призванных ограничивать произвол власти и обеспечивающих права и свободы личности.

Закон по классической английской доктрине играет в правовой системе второстепенную роль, ограничиваясь лишь внесением корректив или дополнений в судебную практику. Однако в наше время закон и основанные на нем подзаконные акты не могут считаться второстепенными: они фактически играют такую же роль, как и аналогичные источники на европейском континенте [16, С.309].

Большим числом действующих законов обусловлена проблема их систематизации. В конце XIX в. в Англии были начаты и в настоящее время продолжают проводиться работы по очистке законодательства от архаичных, фактически не действующих актов, а также по объединению нормативных положений, касающихся одного вопроса, из нескольких законов в единый акт. Принят специальный акт о консолидации законов.

В отличие от континентальных правовых систем исполнительные органы Англии были изначально лишены полномочий принимать акты «во исполнение закона». Чтобы издать такой акт, исполнительный орган должен быть наделен соответствующим полномочием, делегированным ему парламентом. Поэтому правотворчество исполнительных органов именуется делегированием.

Проблема соотношения закона и судебного прецедента в Англии весьма своеобразна. Внешне она решается просто - закон может отменить прецедент, а при коллизии закона и прецедента приоритет отдается первому. Но при этом необходимо иметь в виду огромную роль судебного толкования закона, правило, согласно которому правоприменительный орган связан не только самим текстом закона, но и тем толкованием, которое дано ему в предшествующих судебных решениях, именуемых «прецедентами толкования». В Англии предпочитают цитировать вместо текста закона судебные решения, в которых он применен.

Таким образом, английский суд обладает широкими возможностями усмотрения в отношении законов. Что касается делегированного законодательства и простых исполнительных актов, то суд официально имеет право их отмены.

Наряду с английским правом в англосаксонской правовой семье особенно выделяется американское право - правовая система США. Особое влияние на процесс становления и формирования правовой системы США произвело именно английское право, хотя безусловно на правовые системы отдельных штатов осуществили свое влияние французский и испанский правовые системы.

Специфика современной американской правовой системы обусловлена федеральным устройством государства, наличием писаных конституций (Конституции США и конституций штатов)).

В целом же в США сложилась дуалистическая система, сходная с английской: прецедентное право во взаимодействии с законодательным.

Известный французский компаративист Р.Давид справедливо писал, что в Англии и США одна и та же общая концепция права и его роли; в обеих странах существует в общем одно и то же деление права, используются одни и те же понятия и трактовка нормы права. Категории «общее право», «право справедливости», «доверительная собственность» понятны и естественны, как для английских, так и для американских юристов. И для тех, и для других право - это только право судебной практики; нормы, выработанные законодателем, фактически входят в систему американского права лишь после того, как они будут неоднократно применены и истолкованы судами, когда можно будет ссылаться не на сами нормы, а на судебные решения, их применившие. Право США, следовательно, в целом имеет структуру, аналогичную структуре общего права. Но это только в целом; стоит приступить к рассмотрению той или иной проблемы, как выявляются многочисленные структурные различия между американским и английским правом, многие из которых действительно существенны и не могут сбрасываться со счетов.

Одно из таких различий, причем весьма существенное, связано с федеральной структурой США. Штаты, входящие в состав США, наделены весьма широкой компетенцией, в пределах которой они создают свое законодательство и свою систему прецедентного права. В связи с этим можно сказать, что в США существует 51 система права - 50 в штатах и одна федеральная.

Суды каждого штата осуществляют свою юрисдикцию независимо один от другого, и поэтому совершенно не обязательно, что решениям, принятым в судах одного штата, будут следовать суды других штатов. Как ни сильна тенденция к единообразию судебной практики, тем не менее нередки случаи, когда суды разных штатов принимают по аналогичным делам несходные, а иногда прямо противоположные решения. Это создает коллизии, которые усугубляются возможностью расхождений решений судов штатов (рассматривающих подавляющее большинство дел) и федеральных судов, которым подведомственны различные категории дел.

Не меньше, а, пожалуй, даже больше различий и расхождений в право страны вносит законодательство штатов. Оно во многих отношениях различно в разных штатах. Так, в одних установлен режим общности имущества супругов, в других раздельности; различны основания развода, меры уголовного наказания за одно и то же деяние и т.д. Все это делает правовую систему США более сложной и запутанной, чем английская.

Еще одно отличие американского права от английского - это несколько иное, более свободное действие правила прецедента (здесь он называется «stare decisis»). Высшие судебные инстанции штатов и Верховный суд США никогда не были связаны своими собственными прецедентами. Отсюда их большая свобода и маневренность в процессе приспособления права к изменяющимся условиям в зависимости от конкретных условий места и времени. Такое более свободное обращение с прецедентом приобретает особое значение в свете правомочия американских судов (не известного английским судам) осуществлять контроль над конституционностью законов. Верховный суд штата или Верховный суд США могут, таким образом, отказаться и от прецедента конституционного толкования. Право конституционного контроля, особенно активно используемое Верховным судом, подчеркивает роль судебной власти в американской правовой системе.

По мнению Р.Кросса [31], отличительной чертой американского права является именно исторически сложившееся множество изолированных по юрисдикции отдельных штатов и сравнительно частое обращение американских судов к рассмотрению важных конституционных вопросов.

Большие возможности судебного воздействия на законодательство не отменяют того факта, что законодательство в правовой системе США имеет большой удельный вес и более значимо, чем статутное право в Англии. Это связано прежде всего с наличием писаной конституции, а точнее, целой системы конституций. Как отмечалось выше, штатам предоставлена достаточно широкая законодательная компетенция и они активно пользуются ею. Отсюда значительный по масштабам массив законодательства статутного права на уровне американских штатов.

Централизация, которой характеризуется развитие американской федерации, привела к значительному увеличению объема федерального законодательства, а также к росту нормотворчества высших звеньев исполнительной власти: президента, федеральных служб и т.д.

В статутном праве США встречается немало кодексов, которых не знает английское право. В нескольких штатах действуют гражданские кодексы, в 25 штатах гражданско-процессуальные, во всех штатах - уголовные, в некоторых -уголовно-процессуальные. Но за исключением штатов французского происхождения, упоминавшихся выше, во всех остальных кодексы отнюдь не напоминают европейские. «В кодексах видят плод консолидации, более или менее удачной, а не основу для выработки и развития нового права, как в странах романо-германской правовой системы. Презюмируется, что законодатель хотел воспроизвести в кодексе прежние нормы, созданные практикой».

Особой формой кодификации в США стало создание так называемых единообразных законов и кодексов, цель которых установить возможное единство в тех странах общего права, где это особенно необходимо. Подготовку проектов таких законов и кодексов осуществляет Общенациональная комиссия представителей всех штатов совместно с американским Институтом права и Американской ассоциацией адвокатов. Среди такого рода кодексов первым и наиболее известным является Единообразный торговый кодекс, который был официально одобрен в 1962 г. В нем 10 разделов и 400 статей. Он не охватывает все торговое право, но то, что вошло в него, регламентировано достаточно детально, особенно нормы о продаже товаров, об оборотных документах, обеспечении сделок.

Единообразные законы и кодексы не следует смешивать с частными систематизациями прецедентного права, и прежде всего с многотомным изданием «Restatement of the Law» («Свод прецедентов»), Это издание, которое готовит американский Институт права, пользуется авторитетом, и на него ссылаются в судебных решениях, в том числе Верховного суда США.

Как и в Англии, значение обычного права в США велико в области функционирования механизма государственной власти. Конституция США стара, она не освещает многих существенных сторон государственной организации, и этот пробел восполняется не только с помощью текущего законодательства, но и путем признания сложившихся обыкновений, устоявшихся традиций.

Значительно меньше роль обычая в сфере частного права, где он выступает в виде так называемых торговых обыкновений, которые определяются как сложившаяся практика, или порядок деловых отношений, и в таком качестве оказывают нормативное воздействие не только на развитие соответствующих общественных отношений, но и на решение возникающих в этой связи споров. «Можно констатировать, что процесс американизации правовой системы, позаимствованной у Англии, - это процесс придания ей свойств, благодаря которым она еще в большей степени стала приспособлена к текущим потребностям американского государства. Ориентация на «гибкое правотворчество», наделение судов неограниченными полномочиями по созданию и пересмотру правовых норм, правовой дуализм, вскормленный в условиях американского федерализма, все это привело к тому, что право США с течением времени превратилось в конгломерат, с одной стороны, явно устаревших, а с другой - современных норм» [53, С.258-263].



ВЫВОДЫ

Таким образом, в силу исторических и иных условий английское право всегда занимало и продолжает занимать центральное, доминирующее меcто в англосаксонской правовой семье или в правовой семье общего права.

В истории развития англосаксонского права обычно различают четыре основных периода.

до 1066 г. (нормандского завоевания Англии) - отсутствие общего для всех права, основным источником права являлись местные обычаи, различные для каждой местности;

1066 - 1485 гг. (от нормандского завоевания Англии до установления власти династии Тюдоров) - централизация страны, создание (в противовес местным обычаям) общего права для всей страны, которое отправляли королевские суды;

1485 - 1832 гг. - период расцвета общего права и его упадка: нормы общего права стали отставать от реальной действительности: во-первых, общее право было слишком формальным и громоздким, что снижало его эф­фективность; во-вторых, дела, которые было сложно либо невозмож­но решать, опираясь на общее право, стали разрешаться при помощи возникшего «права справедливости», которое самостоятельно творил английский лорд-канцлер (представитель короля), исходя из принци­пов справедливости;

1832 г. - наши дни - судебная реформа 1832 г. в Англии, в результате которой судьи получили возможность по своему усмотрению решать юриди­ческие дела, опираясь как на общее право, так и на собственное понимание справедливости; (то есть при рассмотрении дел судьями принимаются во внимание как образцы решения подобных дел в прошлом (судебный прецедент), так и мнение судей, основанное на их собственном понимании справедливости, - «судьи творят право, право есть то, что говорят о нем судьи»); распространение данной системы на английские колонии, где они прижились с учетом местной специфики.

Происхождение и развитие системы общего права неразрывно связаны с королевской властью, в то время как использование идей и институтов общего права в США всегда находилось в неразрывной связи с республиканской властью. В США сложилась система американского права, сходная с английской, - прецедентное право во взаимодействии с законодательством. Особенности исторического развития этих стран, политической и общей культуры наложили свой неизгладимый отпечаток также на их правовые системы и правовую культуру.

Таким образом, правовая система США формировалась под влиянием юридических традиций Великобритании и исторически происходит от ее английского общего права. В процессе развития заимствованные английские правовые институты подверглись существенным изменениям. Появлялись новые правовые институты, которые отличали американское право от английского. В результате сложилась новая правовая система, специфика которой определялась федеральным устройством государства, наличием писаных конституций (Конституция США и конституций штатов), а также рядом особенностей социально-экономического и политического развития [53, С.263].

Таким образом, помимо исключительно широких прав судей в создании права и роли судебного прецедента особенностями англосаксонской правовой семьи являются: индивидуальный (казуистический) характер юридических прецедентов; приоритет прав человека (защищаемых судом); главенствующая роль процессуального (доказательственного) права, оказывающего влияние на право материальное; отсутствие четкого разделения права на частное и публичное; отсутствие отраслевых кодексов.

Приведенные особенности английского права объясняются его историей. Оно создавалось судебной и административной практикой, поэтому менее логичное и последовательное, труднодоступное и нерационализованое.

РАЗДЕЛ II. ХАРАКТЕРИСТИКА УГОЛОВНО-ПРОЦЕССУАЛЬНОГО ПРАВА АНГЛИИ



    1. Доказательственное право

Доказательственное право отражает черты типа правовой системы и судопроизводства [51, C.18]. Специфика английского доказательственного права заключается в том, что основным критерием для признания того или иного доказательства допустимым является не соблюдение закона или иных правовых предписаний при его получении, а внутренние качества самого доказательства, его способность доказывать обстоятельства, подлежащие установлению в ходе судебного разбирательства. Если для уголовного процесса в странах континентальной Европы или США требование соблюдения норм права при собирании доказательств стало своеобразной «самоцелью» (институт допустимости доказательств служит средством, обеспечивающим соблюдение закона, поскольку исключение из процесса недопустимых доказательств - это, прежде всего, санкция, защищающая личность от нарушения ее прав), то в Англии дело обстоит иначе.

Основная цель доказательственное права в создании таких правил доказывания, которые позволяли бы устранить из процесса или не допустить в процесс сомнительные доказательства. Если доказательство, с точки зрения английского судьи, не вызывает сомнения и способно выполнить свою процессуальную миссию, связанную с выяснением обстоятельств дела для постановления справедливого приговора, то нет никаких причин отказываться от такого доказательства.

В соответствии с преобладающей английской трактовкой ключевыми свойствами доказательства признаются не его допустимость, а относимость и достоверность. «Каким бы образом вы доказательство ни получили - даже, если вы его украли, - доказательство будет признано допустимым», - утверждал судья Кромптон.

Одна из основных задач английского доказательственного права усматривается в создании правил, обеспечивающих проверяемость доказательств в суде. Причиной, послужившей формированию особого подхода к проблеме допустимости доказательств, стало отсутствие в Англии предварительного следствия. Отсюда следует, что если процедура собирания доказательств до судебного разбирательства или вне судебного разбирательства почти не урегулирована, то ее и невозможно нарушить [58, С.26-27]. Здесь прослеживаются прямые аналогии с гражданским процессом, где встречаются ситуации, когда, допустим, тот или иной документ оказывается у истца или ответчика случайно (иногда даже при сомнительных обстоятельствах), что в принципе не препятствует его использованию в качестве доказательства. Сходство англосаксонского состязательного уголовного процесса с процессом гражданским подмечено давно, и это сходство в полной мере проявляется в доказательственном праве.

Основной особенностью английского подхода к допустимости доказательств является то, что данное свойство складывается (в отличие, например, от российского подхода) не только и не столько из соблюдения формальных правил уголовного судопроизводства, установленных уголовно-процессуальными нормами, но включает в себя такие требования, как надёжность доказательства и отсутствие эффекта предубеждения [40, С.107].

В английском доказательственном праве, кроме неотносимых доказательств, можно условно выделить пять категорий доказательств, которые могут быть признаны недопустимыми: доказательства сходных фактов; показания «по слуху» (hearsay или second hand evidence) [11, С.187; 41, С.43-44], доказательства характера [6, С.4-85; 51, С.79-80; 43, С.44-48], доказательства, на которые распространяются привилегии [34, С.13], предубеждения [51,С.89].

Обстоятельства, подлежащие доказыванию (thesis probanda) подразделяются на две группы: обстоятельства, связанные с преступным деянием («фактические обстоятельства» - facts); обстоятельства, связанные с личностью участников судебного разбирательства (подсудимого и потерпевшего).

К первой группе относятся три категории обстоятельств, связанных с преступным деянием:

а) обстоятельства, составляющие предмет обвинения и подлежащие установлению судом при вынесении приговора (facts in issue). Речь идет о фактах, которые можно назвать основными или главными, связанными с существом обвинения;

б) обстоятельства, на основании которых можно делать выводы об основных, главных фактах. Данную группу фактических обстоятельств принято именовать «фактами, имеющими отношение к существу обвинения» (facts relevant to the issue);

в) побочные (сопутствующие) обстоятельства (collateral facts), т.е. те, которые важны только в связи с каким-то конкретным случаем, например, для подтверждения или опровержения определенных способов доказывания.

Вторая группа - это, главным образом, обстоятельства, связанные с личностью обвиняемого (судимость, прежнее поведение и т.п.). Они не входят в предмет доказывания, т.е. соответствующие сведения такого рода не должны приниматься в качестве доказательств. Данный постулат считается одной из классических догм английского доказательственного права. Смысл его в том, что до того, как решен вопрос о виновности обвиняемого, исследование в суде обстоятельств, касающихся его личности и не связанных непосредственно с сущностью обвинения, способно породить у суда предубеждение против данного лица, что может повлечь за собой вынесение несправедливого приговора.

Что касается обстоятельств, связанных с личностью потерпевшего, то они, по общему правилу, также не входят в предмет доказывания в силу аналогичных причин. Здесь имеется ряд конкретных исключений. Так, по делам об изнасиловании защита вправе в присутствии присяжных задавать потерпевшей вопросы, связанные с ее поведением в прошлом и моральным обликом.

Можно выделить самые распространенные способы доказывания: показания свидетеля, экспертиза, вещественные доказательства, документы и некоторые другие.

Свидетельские показания признаются основным видом доказательств. Свидетелями считаются любые лица, делающие устные сообщения в связи с производством по уголовному делу. К ним относятся не только не заинтересованные в исходе дела лица, но и обвиняемый (если он изъявил желание дать показания), потерпевший, эксперт и т. п., что говорит о заметном отличии понятия «свидетель» в английском и континентальном уголовном процессе.

Фундаментальным положением английского доказательственного права традиционно считается институт «запрета свидетельствования с чужих слов» (hearsay). Использование в суде такого рода сведений, полученных с чужих слов, по общему правилу, недопустимо, так как эту информацию нельзя проверить с помощью перекрестного допроса. В качестве доказательств допускаются лишь первоначальные, но не производные свидетельские показания. Последние могут стать допустимыми только тогда, когда сами приобретут характер первоначальных, т.е. когда будет допрошен тот, от кого исходит информация, представляющая интерес в связи с производством по уголовному делу. Причем не имеет значения, были ли сведения получены от третьего лица в устной или в письменной форме.

В английском уголовном процессе исключается использование в суде протоколов полицейского допроса. Любой полицейский, производивший допрос в досудебных стадиях процесса, рассматривается судом не более, чем свидетель, и соответственно этот свидетель не может ссылаться на сведения, полученные от другого (допрашивавшегося им) свидетеля, пусть даже данные сведения запротоколированы. Чтобы признать их допустимыми в качестве доказательства, необходимо вызвать и непосредственно допросить в суде свидетеля, ранее допрошенного другим свидетелем (полицейским).

Показания обвиняемого являются в Англии не особым видом (источником) доказательств, а разновидностью свидетельских показаний [59, С.86-95].

Интересным является имеющее английское происхождение правило привилегии против самообвинения, которое считается одним из основных принципов уголовной процедуры [35; С.23]. Коротко оно звучит так: никто не обязан свидетельствовать против себя. Происхождение данного правила объясняется следующими причинами. Обвиняемый (подозреваемый, подсудимый) имеет двойственное положение в процессе. Он одновременно является стороной и источником доказательственной информации. Если розыскной процесс видит в нем лишь последнее (объект исследования, из которого необходимо извлечь достоверные сведения даже посредством пытки), то состязательный признает в обвиняемом субъект спора, от которого зависит исход дела. Следовательно, дача показаний предстает не как его обязанность, а как право, которое ему предварительно разъясняется. При этом обвиняемый выступает в качестве стороны (когда он представляет объяснения – версию защиты) и в качестве источника доказательств (когда он дает показания по предмету доказывания) [60].

Принципиальное значение имеет вопрос о юридическом значении отказа подозреваемого от дачи показаний во время полицейского допроса и отказа подсудимого от предоставления какой-либо информации (в том числе уклонения от ответов на поставленные вопросы) в случае, если он согласился выступить в качестве свидетеля в суде. Традиционно такой отказ считался неотъемлемым правом защищающегося от обвинения лица, именуемым «правом на молчание».

Недавняя корректировка законодательства кардинально изменила традиционный подход к праву обвиняемого на молчание. Закон об уголовной юстиции и общественном порядке 1994 г. закрепил ряд положений, допускающих ограничение этого права. Его ст. 35 гласит, что если обвиняемый в суде «без веских причин (without good cause)» отказывается представлять доказательства или отвечать на вопросы (последнее распространяется на случаи, когда он изъявил желание выступить в качестве свидетеля и принес присягу), то судьи или присяжные могут делать из этого соответствующие выводы при решении вопроса о виновности данного лица. На основании ст. 34 Закона аналогичные процессуальные последствия предусмотрены, если подозреваемый «молчал» во время полицейского допроса. Статьи 36 и 37 Закона дают возможность судье или присяжным сделать вывод о виновности лица, когда он не смог или отказался объяснить полиции или суду наличие у него определенных «предметов или веществ», либо причины своего пребывания в определенное время в определенном месте, где было совершено преступление. При этом п. 4 ст. 35 Закона содержит оговорку, что «положения настоящей статьи не вынуждают обвиняемого представлять доказательства в свою пользу, и соответственно, он не может быть признан виновным в неуважении к суду (contempt of court), если отказывается сделать это». В Законе сделаны также оговорки, которые обязывают суд оценить «физическое или умственное состояние обвиняемого», знание им всех отрицательных последствий, которые может вызвать его «молчание», а также то, способен ли он представить необходимые доказательства. Судья, принимая решение или напутствуя присяжных, должен различать ситуации, когда обвиняемый может, но не хочет представить доказательства, и когда он хочет, но не может это сделать.

И все же, несмотря на такие оговорки, вполне можно констатировать, что по бережно охранявшемуся до недавнего времени и активно пропагандировавшемуся институту «права на молчание» был нанесен серьезный удар. В английской доктрине нормы, введенные ст. 34 - 38 названного Закона, были квалифицированы как «ограничение права на молчание» [68].

В английском уголовном процессе содержится ряд условий, при наличии которых признание обвиняемого является решающим доказательством его вины: добровольность признания, отсутствие внушения, избежания более тяжелой ответственности за преступление, угроз, обещаний, принуждения. В момент ареста обвиняемого полиция обязана предупредить его, что все сказанное им может быть использовано против него и что он не обязан давать показания (права Миранды) [63].

В системе доказательств существует ряд формальных правил, действующих наряду с принципом оценки доказательств по внутреннему убеждению) [45, С. 259-278]. Например, признание обвиняемым своей вины признается бесспорным доказательством и является достаточным основанием для вынесения обвинительного приговора без рассмотрения доказательств, но по Закону о полиции и уголовных доказательствах 1984 года обязательна проверка судом добровольности признания. Указанная особенность приводит на практике решения вопроса о допустимости доказательств к зависимости от усмотрения суда [10, С.38].

Если обвиняемый полностью признает свою вину (guilty plea) в суде, то речь идет об особом процессуальном институте, означающем отказ от спора и отсутствие необходимости доказывания обстоятельств дела сторонами - суд в большинстве таких случаев переходит к вопросу о наказании. В этом смысле английский уголовный процесс заметно отличается от континентального, где признание вины - разновидность показаний обвиняемого, т.е. только одно из доказательств по делу (причем рядовое доказательство).

Что касается признания, полученного во время полицейского допроса, то в принципе его использование в суде допустимо (здесь имеет место одно из исключений запрета hearsay). Условием допустимости является добровольность признания. Нарушение процессуальных правил при проведении полицейского допроса, в том числе права на защиту, не рассматривается в Англии как безусловное основание для отказа в придании признанию вины доказательственного значения (если сама по себе достоверность признания не вызывает сомнений). В данном случае суд обладает правом оценивать допустимость или недопустимость данного доказательства по своему усмотрению. В судебной практике сложилось правило, что суд расценивает признание вины, полученное с нарушением закона, как недопустимое доказательство в случае, если приходит к выводу, что полиция умышленно нарушила закон - в противном случае оно признается допустимым [59, С.95-98].

Английская юриспруденция выделяет три разновидности «бремени доказывания» общее бремя - общая обязанность стороны по делу доказать свои утверждения; специальное бремя - особая обязанность стороны доказать отдельный спорный вопрос или относящийся к нему факт; доказательственное бремя - обязанность привести доказательства в поддержку спорного факта [63, С.112-117].

Проблема бремени доказывания (onus probandi) непосредственным образом связана с фундаментальным уголовно-процессуальным принципом - презумпцией невиновности. Если презумпция невиновности существует, то из нее неизбежно следует, что бремя доказывания лежит на обвинении.

Презумпция «распределяет бремя доказывания равномерно, возлагая на каждую сторону именно те обстоятельства, которые ей в первую очередь могут быть известны...» [24, С.136]. Благодаря этому возможно установление объективной истины по делу. Здесь значение презумпции заключается в «экономии процессуальных средств и усилий» [33, С.62]. Американский юрист Морган выделил семь причин появления презумпций, на наш взгляд, предопределивших и обусловивших их правовое значение: «Во-первых, они способны ускорить судебное разбирательство, освобождая сторону от представления доказательств. Во-вторых, презумпции необходимы, чтобы обойти процессуальные тупики. В-третьих, некоторые презумпции основаны на преобладании вероятности чего-либо. Так, предполагается обычное поведение, и от стороны требуется привести достаточные доказательства обратного. В-четвертых, в некоторых категориях дел существуют сложности в обеспечении законных компетентных доказательств. В-пятых, иногда только одна сторона обладает специфическими средствами доступа к доказательствам или специфическими данными о фактах. Например, презумпция причинения вреда последним перевозчиком презюмирует вину последнего из лиц, осуществлявших перевозку. В-шестых, некоторые презумпции желательны для общества. В-седьмых, многие, если не все, презумпции поддерживаются двумя или более предшествующими» [51, С. 111].

Специфика английского уголовно-процессуального права традиционно заключалась, с одной стороны, в том, что его доктрина и практика давно уже исходят из наличия презумпции невиновности в качестве общего принципа уголовного судопроизводства, а с другой - в том, что этот принцип никогда не закреплялся на уровне правовой нормы. Объяснить это можно, во-первых, отсутствием в Англии писаной конституции (в большинстве стран именно в конституциях формулируется данный принцип), а, во-вторых, некодифицированностью уголовно-процессуального права, которая в конечном счете привела к тому, что многие его общие положения, в том числе о презумпции невиновности, не имеют определенных очертаний. По уголовным делам обязанность доказывания обвинения лежит на обвинителе. Но оно допускает и существенные изъятия.

Во-первых, обвинение обязано доказать вину обвиняемого лишь тогда, когда последний ее отрицает, т. е. когда между сторонами есть спор. Если обвиняемый вину признает, то это освобождает обвинение от бремени доказывания, что может служить процессуальной предпосылкой для назначения наказания без анализа собранных доказательств, а равно для заключения между сторонами различных «сделок» или «соглашений».

Во-вторых, обвинению достаточно доказать только наличие самого факта преступления (actus reus) и вины обвиняемого в его совершении. Причем последнее, т. е. тот факт, что обвинение должно доказывать наличие вины, а не защита - ее отсутствие, в течение длительного времени было предметом противоречий в судебной практике.

В-третьих, существуют отдельные категории уголовных дел, когда обвинению достаточно доказать только факт совершения определенных действий. Бремя же доказывания отсутствия вины лежит на защите.

Признаваемое широко и безоговорочно в уголовном судопроизводстве многих стран положение о возложении на обвинителя бремени доказывания обвинения в Англии все еще не является безусловным. Согласно общепризнанным в Англии правилам оценки доказательств при производстве по уголовным делам ее критерием должно быть «отсутствие разумного сомнения» (beyond a reasonable doubt). Иными словами, обвинение, на котором в основном лежит бремя доказывания, и в отдельных случаях защита должны доказать обстоятельства дела таким образом, чтобы у суда не осталось разумного сомнения в истинности тех тезисов, на которых настаивает субъект доказывания. Применяемое в таком контексте словосочетание «разумное сомнение» не позволяет говорить о «материальной истине» как цели доказывания: речь в данном случае идет лишь о максимальной степени вероятности, причем сам судья остается только пассивным арбитром между сторонами, которые должны его убедить в наличии (отсутствии) такой степени вероятности [59, С.98-103].



2.2. Досудебное производство по уголовному делу

В Великобритании предварительное расследование по подавляющему большинству преступлений осуществляет полиция. Лишь иногда это делается следственными аппаратами департамента Директора публичных преследований. Этот департамент производит предварительное расследование в тех случаях, когда его участие предусмотрено законом (по делам, поступившим из правительственных учреждений; делам о преступлениях, наказуемых смертной казнью; делам особой важности, сложности или исключительного публичного значения и т.д.). Кроме того, департамент может принимать к своему производству дела, находящиеся в производстве полицейских органов [19, С. 53-57].

Британская правоохранительная система является децентрализованной: центральные, региональные и местные правоохранительные органы являются автономными в рамках собственной юрисдикции. Их характерным признаком остается отсутствие иерархии [27]. В Великобритании контроль за местной полицией реализуют муниципальные советы или наблюдательные комитеты, в состав которых входят представители органов местного самоуправления и мировые судьи [48, С.8].

Специальным органом, предназначенным для осуществления уголовного преследования, является Королевская служба обвинения - независимая и отдельная от полиции организация, представленная в виде двух звеньев - высшей и региональной (региональный центр) [13, С.218-225].

Органы уголовного преследования Великобритании в своей деятельности руководствуются требованиями законов (уставов) Соединенного Королевства, делегированных актов, автономных актов, судебных прецедентов, неписаных конституционных обычаев (конвенций), кодексов поведения и ратифицированных международно-правовых актов [1, С.524].

Полицейское расследование, не поглощая полностью досудебное производство, представляет собой наиболее существенную его часть и представляет собой этап досудебного производства, в ходе которого полиция, получив информацию о совершенном преступлении, предпринимает действия, направленные на установление лица, его совершившего, собирание против данного лица обвинительных доказательств, а также применение по отношению к нему в случае необходимости мер процессуального принуждения. Другими словами, состоит оно в значительной степени из двух видов уголовно-процессуальных действий: во-первых, по сбору доказательственной информации, необходимой для раскрытия преступления и последующего обвинения в его совершении виновного лица; во-вторых, по применению мер процессуального принуждения, допустимого при любом уголовном преследовании.

По своему содержанию всю сумму действий, дозволенных английской полиции при расследовании уголовных дел, можно разделить на действия, совершаемые только с разрешения суда, и действия, которые полиция вправе совершать без такого разрешения. Среди действий, влекущих применение мер процессуального принуждения и осуществляемых без предварительной санкции (приказа) судьи, наиболее серьезным является полицейский арест. Закон подразумевает под арестом взятие лица под стражу в целях обвинения его в совершении преступления [38, С.36-38].

По общему правилу полиция вправе производить арест без получения предварительного приказа судьи только по делам об «арестных» преступлениях. Однако это ограничение нивелируется ст. 25 Закона о полиции и уголовных доказательствах 1984 г., который ввел в английский уголовный процесс понятие «общих условий ареста»: а) неизвестно имя или адрес подозреваемого либо есть сомнения в том, что он назвал свои истинные имя или адрес; б) есть основания полагать, что арест необходим для предотвращения физического воздействия на людей или собственность со стороны подозреваемого; в) есть основания полагать, что арест предотвратит физическое воздействие на самого подозреваемого; г) арест необходим для предупреждения повторного совершения преступления подозреваемым; д) необходимо защитить ребенка или иное беспомощное лицо от действий подозреваемого.

Полицейский арест (задержание) является кратковременной мерой. Он ограничен достаточно жесткими сроками, которые введены Законом 1984 г. До 1984 г. английское уголовно-процессуальное законодательство не предусматривало права задержанного на встречу с адвокатом. Полиция обязана обеспечить защитником каждого задержанного (если только сам задержанный письменно не откажется от этого) и не имеет права его допрашивать в отсутствие защитника. Исключение составляют дела о терроризме и иных тяжких преступлениях, по которым полиция вправе ограничить доступ адвоката к участию в деле в течение первых 36 часов задержания. Кроме того, согласно ст. 58 Закона 1984 г. полиция может воспрепятствовать участию в деле конкретного адвоката, если есть основания полагать, что он будет воздействовать на свидетелей или фальсифицировать доказательства. При этом подозреваемый имеет право пригласить другого адвоката, т. е. в данном случае речь идет не об ограничении права на участие в деле защитника, а об ограничении права на выбор защитника.

Законодательство последних десятилетий предусматривает ряд гарантий, обеспечивающих процессуальные права задержанного. В частности, для тех подозреваемых, которые не в состоянии самостоятельно пригласить адвоката (по материальным или иным причинам), созданы круглосуточно действующие дежурные адвокатские бюро, куда и обращается полиция в случаях такого рода. Помимо обеспечения участия адвоката (реального или формального), важной гарантией прав задержанного подозреваемого является деятельность введенных сравнительно недавно в соответствующих полицейских подразделениях «офицеров по надзору» (custody officers), призванных обеспечивать соблюдение норм права при полицейском аресте. Каждый задержанный обязательно доставляется к этому офицеру, и дальнейшее содержание лица под арестом без санкции суда возможно лишь с его разрешения. Он осуществляет также контроль за соблюдением сроков задержания и права задержанного на защиту: первая проверка должна быть им произведена через шесть часов после начала задержания, а затем - через каждые девять часов задержания. Именно офицер по надзору вправе ограничить доступ к задержанному конкретного адвоката.

Отдельно следует сказать об институте habeas corpus, существующем в Англии с 1679 г. и являющемся в представлении многих континентальных юристов своеобразным «символом» английского уголовного процесса. Речь идет о том, что любое задержанное лицо должно быть доставлено в суд, который проверяет основания задержания (ареста) и при отсутствии таковых освобождает лицо путем издания приказа habeas corpus. Его роль в современном английском уголовном процессе крайне незначительна. Во-первых, процедура полицейского ареста такова, что судебный контроль за ним осуществляется вне рамок института habeas corpus, так как даже тогда, когда полиция кого-либо арестовывает без предварительной санкции (приказа) суда, срок такого ареста по общему правилу составляет не более 36 часов, после чего его продление производится уже в судебном порядке. Требовать в данной ситуации выдачи специального приказа habeas corpus не имеет ни малейшего смысла. Во-вторых, habeas corpus не является сугубо уголовно-процессуальным институтом: он может применяться в каждом случае ограничения свободы человека, даже если такое ограничение осуществляется в административном порядке (задержание иностранцев иммиграционной службой, принудительное помещение душевнобольных в психиатрическое учреждение и т. д.). В этом смысле институт habeas corpus в большей степени сохранил свое значение как раз в тех случаях, когда речь не идет об уголовном процессе, так как в уголовном процессе арест производится в строго установленной законом процессуальной форме, которая сочетается с иными методами судебного контроля.

Результаты обыска не могут использоваться в доказывании, если он проведен без судебного ордера, в котором четко указывается место его проведения и предметы, подлежащие изъятию. Требование об обязательности ордера имеет множество исключений. Например, не требует судебного разрешения обыск в автомобиле, изъятие во время обыска открыто лежащих улик, не указанных в ордере, а также проведение обыска в случаях, не терпящих отлагательства. Даже если обыск был проведен с нарушениями, в некоторых случаях его результаты могут быть использованы, например, не против того лица, у которого был проведен обыск, а против другого обвиняемого или в перекрестном допросе [8, С.116–117].

Обыск по общему правилу относится к числу тех сопряженных с ограничением прав личности полицейских действий, которые производятся на основании судебного приказа. Однако существует немало случаев, когда полиция вправе проводить обыск без судебного приказа: например, обыск, сопровождающий арест; обыск места жительства арестованного; личный обыск или обыск транспортных средств при наличии оснований полагать, что у подозреваемого находятся, к примеру, краденые вещи или запрещенные предметы.

Еще одно важное полицейское действие, производимое без судебного приказа, - это так называемый «перехват сообщениий», включающий, в частности, прослушивание телефонных переговоров.

В целом при характеристике полномочий английской полиции по применению мер процессуального принуждения или по совершению иных действий, сопряженных с вмешательством в сферу частной жизни гражданина, нужно исходить из общего правила, в соответствии с которым она может предпринимать только то, что ей прямо дозволено законом или иными нормативными актами. В тех случаях, когда полиции необходимо выйти за пределы предоставленных ей полномочий, она обязана обратиться в суд с просьбой о выдаче судебного приказа - процессуального акта, дозволяющего совершить определенное действие.

На этапе полицейского расследования практически наиболее распространенными являются приказ об обыске и приказ об аресте. Первый из них рассматривается в качестве единственного основания производства обыска в тех случаях, которые не подпадают под исключения, дающие полиции право производить обыск без судебного приказа. Что касается ареста по приказу суда, то это - долговременная мера пресечения, что отличает данный вид ареста от кратковременного полицейского ареста (задержания).

Специфика английского уголовного процесса исторически заключалась в том, что он не предусматривал предельных сроков ареста до начала судебного разбирательства. По действующим в настоящее время правилам возможно несколько вариантов окончания полицейского расследования.

Отказ от уголовного преследования, не сопровождаемый никакими условиями. Речь идет о традиционном для английского уголовного процесса варианте окончания полицейского расследования. Он допустим в трех случаях: во-первых, когда уголовное преследование юридически невозможно (в деянии нет состава преступления, лицо не достигло возраста уголовной ответственности, истек срок давности привлечения к уголовной ответственности и т.д.); во-вторых, когда уголовное преследование фактически невозможно (преступление не удалось раскрыть или же полиция не смогла собрать достаточные доказательства виновности определенного лица в его совершении); в-третьих, когда полиция, раскрыв преступление и установив подлежащее уголовному преследованию лицо, считает, тем не менее, нецелесообразным его привлечение к уголовной ответственности.

Решение полиции об отказе от уголовного преследования не подлежит какому-либо процессуальному контролю ни со стороны суда, ни со стороны Королевской службы уголовного преследования.

Предупреждение. Принято выделять три варианта реализации этого института. В одном из них полицейский, обнаружив факт совершения незначительного преступления, но не считая необходимым начинать производство по делу, только предупреждает лицо о недопустимости подобных действий, не предпринимая при этом никаких иных мер. Такой вариант именуется «неформальным предупреждением» (informal warning). Юридического значения он не имеет, так как не влечет никаких процессуальных последствий. По сути это ничем не мотивированный отказ в возбуждении уголовного дела. Во втором - полицейский фиксирует предупреждение в протоколе. Такая мера называется «формальным предупреждением» (formal warning), хотя она мало чем отличается от первой, ибо протокол, в котором фиксируется предупреждение, процессуальным актом не является (на него нельзя ссылаться в суде даже в случае рецидива). Третий вариант назван «официальным предупреждением» (official caution). В отличие от первых двух этот вариант представляет собой реальную правовую альтернативу уголовному преследованию и особую форму окончания полицейского расследования.

Полиция, не желая оставлять преступление без последствий, но не считая необходимым начинать традиционное уголовное преследование, официально предупреждает соответствующее лицо. Такое предупреждение заносится в специальный реестр, хранящийся в архивах полиции. В случае совершения этим лицом нового преступления, когда уголовное преследование становится неизбежным, рассматривающий дело суд ставится в известность о том, что ранее уже имело место официальное предупреждение за совершение другого преступления. Суд учитывает это при назначении наказания как предыдущую судимость.

Согласно Национальным стандартам применения предупреждения такая мера может заменять уголовное преследование только при наличии нескольких условий. Прежде всего, полиция должна достоверно установить все фактические обстоятельства дела. Кроме того, обязательным требованием является «четкое и не вызывающее сомнений» признание обвиняемым вины.

При всей привлекательности для английских юристов института официального предупреждения, оцениваемого ими весьма высоко, он имеет один существенный недостаток - слабую защиту прав потерпевшего, часто применяется без учета интересов потерпевшего. Если обвиняемый возместит вред добровольно, то полиция должна это учесть, ограничиваясь по возможности официальным предупреждением и не давая делу дальнейший ход (п. 14 (4с) Национальных стандартов). Однако полиция не может принуждать к возмещению вреда, а мнение потерпевшего по вопросу об освобождении его «обидчика» от уголовного преследования не является обязательным (оно лишь принимается во внимание факультативно). Такой недостаток рассматриваемого уголовно-процессуального института обусловил появление наряду с ним более гибких форм завершения предварительного расследования без уголовного преследования лица, подозреваемого в совершении преступления.

Медиация (mediation). Концепция завершения производства по уголовному делу в такой форме в целом исходит из стремления примирить с помощью общественности потерпевшего и лицо, подлежащее уголовному преследованию, с тем, чтобы последнее загладило причиненный им вред. Медиационные процедуры могут использоваться на разных стадиях уголовного процесса.

Несмотря на то, что медиация стала относительно широко практиковаться в некоторых регионах Англии, она до сих пор не урегулирована там нормами права, являясь исключительно инициативой правоприменителей, юристов-теоретиков и общественности. Поэтому существует множество вариантов медиации, зависящих от местных особенностей. В целом медиация, как форма окончания полицейского расследования и одновременно альтернатива дальнейшему уголовному преследованию, находит в Англии все большее число сторонников. Вместе с тем она еще не приобрела, подобно институту предупреждения, масштабы массового реагирования государства на преступления. Ее практикуют пока лишь в отдельных регионах Англии и Уэльса, а кое-где только по делам несовершеннолетних.

Передача материалов дела в Королевскую службу преследования. К этой форме окончания расследования полиция прибегает, когда она раскрывает преступление и устанавливает лицо, его совершившее, а также признает целесообразным (с точки зрения публичных интересов) и возможным (с точки зрения наличия достаточной для обвинения совокупности доказательств) дальнейшее уголовное преследование указанного лица и не находит оснований для применения альтернативных методов реакции на преступление (предупреждения или медиации).

При наличии таких условий подозреваемому формально предъявляется обвинение. Это сводится к тому, что сведения о преступлении и лице, его совершившем, заносятся в специальную картотеку (charge sheet). После этого указанное лицо вызывается к упоминавшемуся выше офицеру по надзору, который извещает его о содержании обвинения, т. е. о том, какое преступление оно совершило с точки зрения полиции. Затем офицер произносит приведенную выше «предупредительную формулу», предусмотренную п. 10. 4. Свода практических правил «С», и, наконец, выясняет, есть ли у обвиняемого желание что-либо сообщить полиции. Любой его ответ должен быть зафиксирован. Кроме того, полиция вправе ознакомить обвиняемого с протоколами свидетельских показаний, на которых основано обвинение, и даже вручить копии таких протоколов. Впрочем, ознакомление с материалами дела на данном этапе уголовного судопроизводства носит в Англии сугубо факультативный характер и полностью зависит от усмотрения самой полиции (ознакомление с материалами обвинения может произойти и в последующих стадиях процесса).

На этом функции полиции заканчиваются - она обязана передать все собранные ею обвинительные материалы в Королевскую службу преследования, которая и принимает окончательное решение о дальнейшей судьбе дела.

Дальнейшая подготовка обвинительных материалов к рассмотрению в суде обычно осуществляется непосредственно должностными лицами Службы (королевскими преследователями). Эти лица предпринимают допустимый в рамках полномочий, возложенных на Службу, комплекс процессуальных действий, связанных с определением дальнейшей судьбы конкретного уголовного дела, - изучают его с точки зрения достаточности собранных материалов, дают полиции поручения о их восполнении или уточнении, определяют так называемую публичную целесообразность привлечения к уголовной ответственности данного обвиняемого, решают вопрос о направлении дела на предварительное его слушание судьей или разбирательство по существу и т. д.

Вместе с тем Служба не вправе по собственной инициативе начать уголовное преследование или произвести расследование преступления, не вправе пересмотреть решение полиции об отказе в уголовном преследовании, применении предупреждения или медиации. Она вправе прекратить поступившее из полиции уголовное дело, не дав ему дальнейшего хода. Но такое ее решение не имеет силы res judicata - оно не препятствует повторному обвинению за то же преступление [59, С.103-118].



2.3. Рассмотрение уголовных дел в суде первой инстанции

Центральным «элементом» данного этапа уголовного судопроизводства является совершение определенной совокупности процессуальных действий, связанных с решением вопроса о предании суду (committal proceedings), которые традиционно осуществляются в рамках предварительного рассмотрения дела в суде (preliminary enquiry или preliminary examination).

Сейчас эта задача возложена на магистратские суды. Согласно ст. 4 - 8 Закона о магистратских судах 1980 г. рассмотрение магистратами вопроса о предании суду считается реализацией ими своих полномочий так называемых «проверяющих магистратов» (examining magistrates).

Назначение стадии предварительного рассмотрения дела в суде проявляется в следующем:

Во-первых, она нужна для того, чтобы никто не предстал в качестве подсудимого перед Судом короны без достаточных к тому оснований. В этом смысле предварительное рассмотрение дела в суде считается своего рода фильтром, позволяющим предварительно проконтролировать достаточность оснований для обвинения и избежать необоснованного предания суду. Чтобы принять решение о передаче дела в Суд короны для его разбирательства по существу, магистратский суд должен установить наличие «prima facie case».

Во-вторых, предварительное рассмотрение дела в суде и связанные с ним процедуры предания суду позволяют сторонам ознакомиться с некоторыми материалами, которые собраны противоположной стороной в ходе досудебного производства.

В-третъих, стадия предварительного рассмотрения необходима в некоторых случаях для того, чтобы решить вопрос о предметной подсудности. Именно на этом этапе процесса в каждом конкретном случае с учетом согласия (или инициативы) сторон либо иных факторов определяется окончательная предметная подсудность, т. е. решается вопрос, в каком суде (Суде короны или магистратском) должно рассматриваться данное дело.

В-четвертых, в ходе предварительного рассмотрения дела магистратский суд попутно решает и вопрос о мере пресечения (аресте или его альтернативе), которая должна быть применена в отношении подсудимого до того момента, как он предстанет перед Судом короны.

Наконец, в-пятых, в ходе предварительного рассмотрения дела магистратами стороны вправе ходатайствовать о допросе свидетелей не только для того, чтобы убедить суд в наличии (отсутствии) оснований для предания суду, но и для того, чтобы произвести процессуальную фиксацию свидетельских показаний в том случае, когда нет уверенности в участии свидетеля в предстоящем судебном разбирательстве (преклонный возраст, тяжелая болезнь, возможный отъезд за рубеж, а то и просто отказ явиться в суд и т. д.). Ведь в отличие от протоколов полицейского допроса никаких юридических препятствий для признания доказательственной силы за устно полученными магистратом свидетельскими показаниями не существует.

Законодатель различает дела, по которым передача дела в Суд короны происходит с процедурой предания суду, и дела, где применяется упрощенная форма без предварительного рассмотрения дела магистратами и действий, связанных с «преданием суду». Эта упрощенная форма по-прежнему именуется процедурой «передачи дела для судебного разбирательства».

Особая процедура «передачи дела в суд» без проведения отдельного судебного заседания (предварительного рассмотрения дела) сохранена только по делам о тех преступлениях, в отношении которых она действовала до принятия Закона об уголовной юстиции и общественном порядке 1994 г. Это дела о серьезных или тяжких мошенничествах (Закон об уголовной юстиции 1987 г.) и о некоторых преступлениях, где потерпевшими являются несовершеннолетние (Закон об уголовной юстиции 1991 г.). Кроме того, процедура предания суду ныне отсутствует при производстве по делам о многих преступлениях, подпадающих под Закон о преступлениях и беспорядках (Crimes and Disorder Act) 1998 г. Здесь дело передается в суд иным (упрощенным) способом, причем названный Закон, несколько измененный Законом о доступе к правосудию 1999 г., достаточно подробно регулирует правила собирания доказательств по таким делам на том этапе процесса, который заменяет предание суду. По остальным категориям уголовных дел, подсудных Суду короны, первой судебной стадией уголовного процесса является предварительное рассмотрение дела, где и решается вопрос о предании суду.

В п. 3 (а) ст. 44 Закона об уголовном процессе и расследованиях 1996 г. указано, что судьи магистратского суда ведут производство в рассматриваемой стадии процесса в качестве «проверяющих судей». Это означает, что рассмотрение вопроса о предании обвиняемого суду вновь, как и прежде, должно происходить в судебном заседании, где магистраты вправе исследовать доказательства и заслушивать мнение сторон. Именно данное ключевое обстоятельство позволяет утверждать, что предварительное рассмотрение дела в суде вновь является самостоятельным (хотя и факультативным) этапом английского уголовного судопроизводства.

Важным положением, восстановленным вышеуказанным Законом, является обязательное участие обвиняемого в судебном заседании с целью доказательства наличия оснований для предания его суду. Законодатель четко ограничил пределы доказывания как с точки зрения субъектов доказывания, так и с точки зрения видов доказательств. Во-первых, Закон указывает, что магистраты могут рассматривать только те доказательства, которые «представлены самим обвинителем или от его имени». Защита здесь доказывания не осуществляет. Во-вторых, источниками доказательств должны выступать либо письменные показания свидетелей, данные под присягой, либо их письменные объяснения, либо иные документы. В то же время, если магистратскому суду станет известно, что определенное лицо способно дать от имени обвинения соответствующие показания или представить какие-либо доказательства, но отказывается сделать это добровольно в той форме, которую предписывает Закон, то суд вправе вызвать такое лицо повесткой или даже в случае необходимости издать приказ о его аресте и приводе. В итоге использование в стадии предания суду письменных доказательств ныне является общим правилом, тогда как непосредственный вызов в суд свидетеля для проведения устного допроса носит характер субсидиарного способа доказывания и применяется только в случае, если представление свидетельских показаний в письменной форме по каким-либо причинам невозможно или затруднено.

Определенная формализация процесса доказывания в стадии предания суду проявляется также в том, что Закон предоставляет магистратам право не рассматривать представленные обвинением доказательства по существу. Они могут принять решение о предании обвиняемого суду без анализа содержания соответствующих показаний, объяснений и документов, удовлетворившись количественной, а не качественной характеристикой представленных доказательств.

Вместе с тем законодатель обязывает магистратский суд рассмотреть все доказательства обвинения не только по форме, но и по содержанию в двух случаях: а) если обвиняемый или один из обвиняемых не имеет защитника; б) если защитник обвиняемого (одного из обвиняемых) настаивает на том, что представленные обвинением доказательства не служат достаточным основанием для предания суду.

По итогам рассмотрения вопроса о предании обвиняемого Суду короны магистратский суд вправе принять одно из следующих решений: 1) предать обвиняемого суду, если магистраты придут к выводу, что для этого «достаточно доказательств», представленных обвинением; 2) прекратить дело в случае, если вывод будет противоположным.

Началу судебного разбирательства уголовного дела по существу предшествует еще процедура «раскрытия доказательств» (disclosure). Ее процессуальное значение заключается в том, что английский уголовный процесс является состязательным на всем своем протяжении в том смысле, что в ходе досудебного производства каждая из сторон собирает доказательства самостоятельно и формирует материалы «своего» досье («дела»).

Правила раскрытия доказательств стали достаточно сложными и предусматривают ряд этапов.

Первый этап именуется «первоначальным раскрытием доказательств обвинителем». Он начинается после того, как магистраты принимают решение о направлении дела для рассмотрения по существу. Конкретный процессуальный срок начала данного этапа в Законе не установлен. Здесь содержится лишь отсылочная норма, определяющая критерии установления этого срока в подзаконных актах. До принятия соответствующих подзаконных актов действует норма, согласно которой обвинение обязано приступить к первоначальному раскрытию доказательств в «кратчайший, разумный и практически осуществимый» срок после принятия решения магистратами. На данном этапе обвинение обязано предоставить защите те из имеющихся у него материалов дела, которыми защита не располагает и которые, по мнению обвинителя, способны «подорвать» (undermine) доводы обвинения в суде.

Второй этап процедуры раскрытия доказательств - это «обязательное раскрытие доказательств обвиняемым», которое имеет место после того, как обвинение осуществило «первоначальное раскрытие доказательств». Обвиняемый обязан составить и подписать письменное заявление о «раскрытии» своих доводов. Такое заявление, адресованное суду и обвинителю, должно содержать изложение «существа защитительной позиции» с указанием пунктов обвинения, с которыми не согласна защита, и мотивов своего несогласия. Если обвиняемый ссылается в заявлении на алиби, то он обязан представить все доказательства, подтверждающие его алиби, включая фамилии, адреса и иные данные о свидетелях защиты. Под «доказательствами алиби» имеются в виду доказательства того, что нахождение обвиняемого в определенное время в определенном месте делает невозможным его присутствие в месте, где «предположительно совершено преступление, которое предполагается совершенным» (п. 8 ст. 5 Закона 1996 г.).

Третьим этапом процедуры раскрытия доказательств является «повторное раскрытие доказательств обвинителем» (ст. 7 Закона), которое должно происходить после соответствующих действий защиты. На данном этапе обвинитель обязан либо представить защите те из имеющихся у него материалов, которые не были ранее раскрыты и которые «способны содействовать отстаиванию защитой» ее официально изложенной на втором этапе позиции, либо письменно заявить, что он не располагает такими материалами. Речь, по сути, идет об ответе обвинения на письменное изложение защитой ее доводов по делу.

После того, как проведены все этапы процедуры раскрытия доказательств, стадию предварительного слушания (предания суду) можно считать оконченной. Дальнейшие действия относятся уже к следующей стадии уголовного процесса - разбирательству по существу в суде первой инстанции [59, С.119-128].

Для Англии характерна сложная судебная система. В Англии выделяются высшие и низшие суды. Высшие суды представлены Верховным судом, состоящим из Высокого суда, Суда короны и уголовного отделения Апелляционного суда. По немногим делам высшей инстанцией выступает Апелляционный комитет палаты лордов. Низшие суды, или суды первого звена, условно можно назвать магистратскими судами [60, С.26].

Другим важнейшим субъектом процесса является обвинитель. Государственное обвинение по тяжким преступлениям осуществляет через своих помощников директор публичных преследований, который назначается генеральным атторнеем из числа барристеров или солистеров [3, С.2, 96.].

Третьим основным участником процесса выступают защитники. В Англии старейшими корпорациями защитников являются барристеры и солистеры.

Основным процессуальным документом по делам, подсудным Суду короны, является обвинительный акт (indictment), где указывается, против кого направлено уголовное преследование со стороны короны и в чем это лицо обвиняется (наименование деяния, соответствующая норма уголовного права, его запрещающая, а также весьма краткое - буквально в одной фразе - описание события преступления). Какие-либо доказательства в обвинительном акте не приводятся. Именно на основании обвинительного акта Суд короны принимает дело к своему производству.

Проект обвинительного акта, как правило, составляется сотрудником Королевской службы преследования. Этот проект направляется в Суд короны, где удостоверяется клерком данного суда. В соответствии со ст. 2 (1) Закона об отправлении правосудия 1933 г. удостоверенный им проект приобретает юридическую силу и становится «обвинительным актом». Далее начинаются различные этапы производства в Суде короны.

Первым этапом стадии судебного разбирательства (разбирательства дела по существу - trial) в английском уголовном процессе традиционно является процедура, которую иногда по-русски называют либо «ознакомлением обвиняемого с обвинительным актом», либо даже «предъявлением обвинения» (arraignment and plea). Цель данной процедуры заключается не в ознакомлении подсудимого с окончательной формулировкой обвинения, по поводу которого будет происходить судебное разбирательство (это делается на более ранних этапах процесса), а в выяснении его позиции по сути этого обвинения, изложенного в обвинительном акте. Необходимость в таком выяснении вытекает из состязательной конструкции английского уголовного процесса: рассмотрение дела по существу может состояться только тогда, когда между сторонами (обвинением и защитой) существует спор по вопросу о виновности лица в совершении инкриминируемого ему преступления.

Рассматриваемая процедура выглядит следующим образом: обвиняемый, явившийся в Суд короны или доставленный туда, вызывается на место для дачи свидетельских показаний, после чего устанавливается его личность, и затем клерк суда зачитывает ему текст обвинительного акта. После этого обвиняемому задают вопрос, признает ли он свою вину по предъявленным пунктам обвинения. Здесь возможны три варианта реакции обвиняемого на поставленный перед ним вопрос: а) он дает ясный и четкий ответ, что вину не признает; б) он дает столь же ясный и четкий ответ, что вину признает; в) он не дает ответа на поставленный вопрос или из его ответа нельзя сделать однозначный вывод о позиции обвиняемого по выдвинутому против него обвинению. Каждый из приведенных вариантов реакции обвиняемого на предъявленное ему обвинение имеет определенные процессуальные последствия.

Если обвиняемый не признал свою вину, то это означает наличие спора между сторонами и приводит к необходимости продолжения производства по делу. Не признавшим свою вину считается также тот обвиняемый, который уклонился от прямого и ясного ответа на соответствующий вопрос. Если в последнем случае у суда возникают сомнения в психической способности обвиняемого адекватно воспринимать окружающую действительность, то тогда он вправе с участием присяжных, которые для этого специально вызываются, провести исследование вопроса о причинах подобного поведения обвиняемого, а также о том, способен ли он участвовать в уголовном процессе в качестве защищающейся стороны. Отрицательный ответ на данный вопрос может служить основанием для принятия решения о применении в отношении такого лица принудительных мер медицинского характера.

Признанию обвиняемым своей вины (guilty plea) в английском уголовном процессе отводится особая роль. В сущности, ему придается то же процессуальное значение, что и признанию иска ответчиком в гражданском процессе.

Если подсудимый признает вину или отказывается оспаривать обвинение, то дело сразу направляется для вынесения приговора, минуя стадию слушания дела. Только при заявлении о своей невиновности хотя бы в части предъявленного уголовного иска происходит судебное исследование обстоятельств дела. В связи с этим в литературе можно встретить утверждение, что в англосаксонском процессе признание обвиняемого является особым доказательством, так как на его основе суд сразу, без разбирательства, выносит приговор. Следовательно, это элемент формальной системы доказательств [29, С53–181].

В случае отрицания подсудимым своей вины дальнейший порядок действий суда отличается от порядка, соблюдаемого при признании им своей вины.

После получения заявления подсудимого о непризнании им своей вины в совершении преступления и до начала формирования скамьи присяжных в Суде короны может состояться принятие ряда решений, необходимых для подготовки условий для успешного проведения последующих этапов судебного разбирательства. Процедура принятия таких решений и называется подготовительным слушанием (preparatory hearing). Оно является не обязательным, а факультативным этапом судебного разбирательства по делам о преступлениях, преследуемых по обвинительному акту (indictable offences).

Целью проведения подготовительного слушания является, во-первых, конкретизация вопросов, которые предположительно должны будут рассмотрены с участием присяжных и разрешены их вердиктом, во-вторых, содействие тому, чтобы указанные вопросы были правильно поняты самим судьей еще до рассмотрения дела с участием присяжных, в-третьих, создание условий для ускорения и упрощения последующего судебного разбирательства, в-четвертых, оказание содействия судье в успешном руководстве судебным разбирательством. В процессе проведения подготовительного слушания судья вправе принимать решения по вопросу о допустимости доказательств, а также по иным правовым вопросам, связанным с рассматриваемым делом.

На данном этапе судья Суда короны приобретает широкий круг полномочий. Он, например, может предписать обвинителю представить суду и защите письменный документ, содержащий основные факты, на которых основано обвинение, перечень свидетелей, способных подтвердить эти факты, и относящихся к ним вещественных доказательств, правовое обоснование обвинения. Кроме того, ему принадлежит право распорядиться, чтобы обвинитель подготовил свои доказательства и иные материалы в такой форме, которая, с точки зрения судьи, облегчит понимание сути дела присяжными, а также им самим и защитой. Наконец, по требованию суда обвинитель обязан подготовить письменную записку с изложением списка документов, которые необходимо допустить в процесс в качестве доказательств.

После выполнения обвинителем таких предписаний судья может обязать защиту, чтобы она письменно изложила суть своей позиции и возражения против предоставленных обвинителем материалов, а также указала нормы права, на которые она собирается ссылаться (в том числе в части допустимости доказательств).

Процессуальной санкцией за невыполнение или ненадлежащее выполнение сторонами распоряжений судьи о предоставлении указанных материалов является право суда или сторон (с разрешения суда) в ходе дальнейшего судебного разбирательства ссылаться на данное обстоятельство перед присяжными и делать в их присутствии соответствующие неблагоприятные для другой стороны выводы (ст. 34 Закона 1996 г.).

Таким образом, в результате «подготовительного слушания» суд еще до начала судебного разбирательства получает от сторон письменные материалы, в совокупности представляющие нечто вроде «уголовного дела», весьма отдаленно похожего на то уголовное дело, которое принято оформлять при производстве по уголовным делам в странах континентальной Европы.

Судебное разбирательство дел о преступлениях, преследуемых по обвинительному акту, осуществляется в Суде короны с участием присяжных заседателей. Этому этапу предшествует выполняемая вне рамок уголовного процесса деятельность по составлению списков лиц, которые могут быть вызваны в суд в качестве присяжных заседателей. Она регламентируется Законом о жюри присяжных 1974 г. и Законом о дисквалификации присяжных 1984 г., а также рядом подзаконных актов, изданных Департаментом Лорда-канцлера и министерством внутренних дел. Эти законы и подзаконные акты предусматривают достаточно сложный порядок составления путем случайного отбора списков лиц, подлежащих вызову в суд в качестве присяжных.

Судебное разбирательство (trial) принято рассматривать в качестве ключевого момента английского уголовного процесса. По своей структуре судебное разбирательство не имеет того деления на этапы, которое принято в континентальной Европе (судебное следствие, судебные прения и т. д.). В Англии представление сторонами доказательств и произнесение ими речей почти неотделимы друг от друга, поэтому правильнее говорить, что судебное разбирательство состоит из последовательного изложения своей позиции, включая ее доказывание, сначала обвинением (case for accusation), а затем - защитой (case for defence). Это и есть, по сути, основные этапы судебного разбирательства, в ходе которых рассматриваются вопросы, связанные с установлением фактических обстоятельств дела.

Первый из названных этапов начинается с краткого выступления обвинителя, в котором он излагает суть обвинения. После этого он приступает к доказыванию фактических обстоятельств дела, лежащих в основе обвинения. Здесь надо учитывать, что в соответствии с Законом об уголовном процессе и расследованиях 1996 г. пределы доказывания ныне в определенной мере ограничиваются теми рамками, которые очерчиваются обвинительным актом и процессуальными документами, появившимися, в ходе подготовительного слушания.

Основным способом доказывания является допрос свидетелей - наиболее распространенное процессуальное действие. Традиционно допрос в английском суде имеет специфическую структуру и состоит из трех этапов:

а) сначала производится основной допрос (examination in chief), в ходе которого вопросы свидетелю задает та сторона, которая ходатайствовала о его вызове в суд, т. е. если речь идет о свидетеле обвинения, то основному допросу его подвергает обвинитель. При основном допросе допрашивающая сторона не имеет права задавать свидетелю наводящие вопросы;

б) после того, как основной допрос завершен, начинается перекрестный допрос (cross examination), которому его подвергает противоположная сторона (если речь идет о свидетеле обвинения, то перекрестный допрос ведет защита). Право на перекрестный допрос рассматривается в англосаксонской юриспруденции как фундаментальное процессуальное право сторон. Наличием данного права объясняются многие институты уголовного процесса Англии, например, известный запрет hearsay, о котором говорилось выше. Осуществление перекрестного допроса - это право, а не обязанность соответствующей стороны, однако если она откажется от перекрестного допроса определенного свидетеля, то информация, полученная от этого свидетеля, будет презюмироваться истинной. Перекрестный допрос является ключевым способом проверки доказательств в английском суде, поэтому судебная практика не предусматривает каких-либо жестких ограничений для стороны, ведущей перекрестный допрос, во время которого, в частности, допускаются наводящие вопросы, что исключено на остальных этапах допроса;

в) завершающий этап допроса – передопрос (re-examination) - является факультативным. Его вправе произвести сторона, вызывавшая свидетеля и осуществлявшая основной допрос, но лишь в связи с теми вопросами, которые были подняты в ходе перекрестного допроса.

После окончания допроса своих свидетелей, в том числе экспертов, считающихся «сведущими свидетелями» (expert witnesses), обвинение представляет иные доказательства: документы, вещественные доказательства и т. д., а затем может произнести речь, подводящую итоги представления обвинительных доказательств в целом.

Вслед за обвинением свои доказательства представляет защита. Обвинитель вправе подать реплику на такое заявление защиты, после чего его рассматривает председательствующий. Если он соглашается с тем, что обвинение не справилось с бременем доказывания, то дает присяжным указание вынести оправдательный вердикт. В противном случае защита приступает к доказыванию. Здесь ключевым способом доказывания является допрос свидетелей защиты, также состоящий из трех этапов: основной допрос, перекрестный допрос и передопрос. По окончании процедуры доказывания стороны произносят заключительные речи, адресуя присяжным свое мнение по вопросу о виновности или невиновности обвиняемого. Защита в английском уголовном процессе всегда имеет право на последнее слово перед присяжными.

После выполнения сторонами своей процессуальной миссии, связанной с представлением доказательств, председательствующий произносит напутственное слово присяжным (summing up). Значение его в том, чтобы разъяснить «судьям факта», призванным самостоятельно вынести вердикт о виновности или невиновности обвиняемого, их процессуальные обязанности, правила оценки доказательств, соответствующие нормы права, а также чтобы систематизировать представленные сторонами доказательства.

После завершения совещания присяжные выносят вердикт, причем теория английского уголовного процесса различает четыре их варианта: а) генеральный вердикт, когда присяжные однозначно решают вопрос о виновности или невиновности подсудимого в предъявленном ему обвинении; б) вердикт, разделенный на части, который выносится в случае, если по одним пунктам обвинения лицо признано виновным, а по другим - невиновным; в) вердикт, изменяющий обвинение, когда подсудимый признается виновным не в том преступлении, которое вменялось ему в вину обвинительным актом (обвинительный акт в английском уголовном процессе строго не ограничивает пределы судебного разбирательства); г) специальный вердикт, где присяжные признают установленными определенные фактические обстоятельства, лежащие в основе обвинения, но оставляют открытым вопрос о виновности лица. Этот вид вердикта применяется ныне, в основном, в случаях освобождения лица от уголовной ответственности в связи с невменяемостью. В силу установления фактов совершения невменяемым деяния, запрещенного уголовным законом, при таком вердикте создаются юридические предпосылки для применения различных «мер безопасности», как именуют на Западе принудительные меры медицинского характера и их аналоги, в порядке, предусмотренном Законом об уголовном процессе (психические расстройства здоровья и неспособность защищаться в суде) 1991 г.

Назначение наказания - это этап судебного разбирательства может состояться тогда, когда обвиняемый признан присяжными виновным в совершении определенного преступления, и возникает необходимость в назначении ему меры наказания. Это должен сделать профессиональный судья. Жюри присяжных, выполнив процессуальную задачу, связанную с вынесением вердикта, более в процессе не участвует.

Индивидуализация наказания осужденному требует подробного исследования всех данных, касающихся характеристики его личности. Однако такое исследование по общему правилу в ходе доказывания сторонами фактических обстоятельств дела не производится.

Поэтому после вынесения обвинительного вердикта наступает еще один этап судебного разбирательства, в ходе которого собираются по возможности полные данные о личности осужденного, а затем с их учетом и назначается ему конкретная мера наказания. Делается это путем проведения «предприговорного расследования», выполняемого по поручению судьи должностными лицами службы пробации или «социальными служащими» (social workers), которые составляют досье, содержащее подробные сведения об осужденном («предприговорный доклад»). В свою очередь защита, заинтересованная в назначении максимально мягкого наказания, собирает информацию, положительно характеризующую осужденного. В соответствии с Законом о полномочиях уголовных судов при назначении наказания 2000 г. на этом этапе процесса судья вправе предписать также проведение «медицинского расследования» (medical examination) с целью определения психического или физического состояния осужденного.

После завершения «предприговорного расследования», проводимого в установленные судом сроки, сторонам предоставляется возможность получить копии предприговорного доклада и прилагаемых к нему материалов. Об этом прямо говорит ст. 156 Закона о полномочиях уголовных судов при назначении наказания 2000 г.

Затем происходит судебное заседание с участием сторон, где анализируется «предприговорное досье», а также материалы, собранные сторонами. Заслушав мнение участников заседания, суд принимает решение о мере наказания (sentence).

В эпоху зарождения английского уголовного процесса единственной формой правосудия по уголовным делам было судебное разбирательство с участием присяжных заседателей, которое в Англии до сих пор часто именуется «классическим производством». То обстоятельство, что суды присяжных собирались на свои заседания (сессии) лишь периодически, создавало определенные неудобства: задерживало рассмотрение многих, нередко несложных, уголовных дел. Именно поэтому в конце XIV в. мировым судьям, которых теперь обычно называют магистратами и которые первоначально были призваны только готовить дела для разбирательства в суде присяжных, было предоставлено право самостоятельно рассматривать по существу отдельные категории уголовных дел. Так возникло «суммарное производство», т.е. упрощенная процедура судебного разбирательства.

Основными источниками, регулирующими в настоящее время процессуальный порядок судебного разбирательства уголовных дел в суммарном порядке, являются Закон о магистратских судах 1980 г. и Закон о полиции и магистратских судах 1994 г.

В соответствии с этими и другими актами процессуальный режим суммарного судебного разбирательства в целом мало формализован. Здесь отсутствует не только такая стадия уголовного процесса, как предварительное рассмотрение дела в суде (предание суду), но и многие этапы самого судебного разбирательства, присущие данной стадии в суде присяжных (подготовительные слушания и формулировка сторонами своих позиций, взаимное ознакомление их с материалами дела по требованию судьи, формирование жюри, напутственное слово председательствующего и т.п.). Кроме того, даже судебное следствие (исследование доказательств) проходит в магистратском суде значительно быстрее, чаще всего без строгого соблюдения всех необходимых формальностей [59, С.129-144].

В Англии суммарному производству подлежат дела трех категорий: 1)малозначительные (не представляющие большой общественной опасности); 2)смешанные преступления, в отношении которых установлен альтернативный порядок разбирательства в зависимости от волеизъявления сторон, сложности дела и размера причиненного ущерба; 3)ряд тяжких преступлений, по которым установлены смягчающие обстоятельства или которые не представляют особой опасности для общества.

Суммарное производство имеет упрощенную процессуальную форму. Так, отсутствует предварительное слушание, дело разрешает единолично магистрат, участие защитника не является обязательным (если санкция статьи не предусматривает лишения свободы). В некоторых случаях также разбирательство производится заочно (без участия обвиняемого).

По ряду категорий дел (смешанные преступления) производство в суммарном порядке может иметь место только с согласия обвиняемого, которое дается в письменной форме [9, С.83]. Многие дают такое согласие по мотивам ограниченности компетенции магистрата наказанием в шесть месяцев лишения свободы, в то время как в суде присяжных за такое же преступление можно получить гораздо больший срок [60, С.43].

Судебное разбирательство начинается с того, что суд выясняет у подсудимого, признает ли он себя виновным. Если подсудимый вину отрицает, то судебное разбирательство проводится в полном объеме, при этом обычно оно растягивается на три судебных заседания.

В ходе первого из них суд выясняет позицию по делу подсудимого (признает ли оно свою вину), и, если есть необходимость в слушании дела, объявляет день, когда будут заслушаны свидетели и исследованы иные доказательства.

Второе заседание суда целиком посвящается судебному следствию, по итогам которого магистраты решают вопрос о виновности подсудимого. Этот вопрос решается простым большинством голосов, причем в случае их равенства (магистратский суд может заседать в четном составе судей - 2, 4, 6 человек), когда магистратам не удается преодолеть возникшее противоречие непосредственно в ходе совещания, решение не считается принятым. В таком случае либо его принятие откладывается, либо дело передается на рассмотрение иному составу магистратов или даже в иной магистратский суд.

В случае признания подсудимого виновным назначение наказания, как правило, переносится на другое (уже третье) судебное заседание. Между вторым и третьим заседаниями обычно объявляется перерыв на определенный срок (но не более чем на четыре недели, а если подсудимый находится под стражей, то не более чем на три недели). В ходе третьего заседания изучается «предприговорный доклад» о сведениях, характеризующих личность виновного, и выносится решение о мере наказания.

Практически судебное разбирательство дел, по которым подсудимые не признают свою вину, очень часто растягивается на несколько недель или даже месяцев. Это дает основание некоторым английским юристам привлекать внимание к парадоксальному факту: чем суммарное производство становится более распространенным, тем оно становится менее суммарным. Если раньше для разрешения дела в суммарном порядке обычно было достаточно одного судебного заседания, отнимавшего у магистратов, максимум, несколько часов, то теперь нередко их требуется целых три, а то и больше. Причем между ними «вклиниваются» значительные промежутки времени, усугубляющие затягивание процесса. По-видимому, такая тенденция неизбежна ввиду того, что суммарное производство в уголовном процессе Англии перестало быть особым производством и как следствие больше не является производством ускоренным.

В последние годы широкое распространение получила также еще одна форма суммарного разбирательства уголовных дел - заочное разбирательство, отвергавшееся в Англии длительное время, поскольку оно не укладывается в представления о классической схеме состязательности судопроизводства, требующей непосредственного присутствия сторон в суде. Допускается такое разбирательство только тогда, когда подсудимый признает себя виновным, т.е. при отсутствии спора между сторонами. Суть его в следующем: по делу о любом суммарном преступлении, за совершение которого предусмотрено максимальное наказание, не превышающее трех месяцев тюремного заключения, обвиняемый, получив приказ о явке в суд с указанием конкретных пунктов обвинения, вправе признать свою вину, уведомив об этом суд по почте, что освобождает его от участия в судебном разбирательстве (при несоблюдении таких условий неявка подсудимого в суд без уважительной причины может повлечь выдачу приказа о его аресте). Такая процедура закреплена в ст. 12 Закона о магистратских судах 1980 г.

При заочном рассмотрении дела суд в отсутствие подсудимого заслушивает обвинителя и рассматривает предложенные им материалы. Если он приходит к выводу о необходимости назначить обвиняемому наказание, связанное с тюремным заключением или лишением прав, то он откладывает дело и распоряжается об обеспечении участия подсудимого в судебном заседании. Другими словами, заочное назначение некоторых видов наказания, даже если они предусмотрены законом за данное преступление, исключено. Кроме того, заочно осужденное лицо вправе в течение двадцати одного дня с момента ознакомления с решением суда обжаловать его. Подача жалобы влечет аннулирование заочного производства. Если обвинитель вновь выдвигает в суде свое обвинение, то дело рассматривается в обычном порядке с вызовом обвиняемого.

Тенденция дальнейшего упрощения уголовного процесса и дифференциация суммарного производства привела к появлению совершенно новой для Англии процедуры. Введена эта процедура Законом об уголовной юстиции и полиции 2001 г., предусмотревшим возможность «применения уголовных взысканий на месте» (penalties on the spot) no делам о деяниях, круг которых четко очерчен законодателем (они именуются в Законе уголовно наказуемыми проступками - penalty offences) и охватывает примерно десять составов (нарушение общественного порядка в нетрезвом состоянии, ложный вызов пожарных, ложный вызов полиции и др.).

Новая английская процедура применения уголовных взысканий на месте в значительной мере напоминает по своей сути давно применяемый во Франции институт «штрафа в твердо определенной сумме». И это дает основание говорить об очередном проявлении неких общих тенденций развития уголовного судопроизводства в различных европейских странах [59, С.144-149].




2.4. Апелляционное производство

После вынесения обвинительного приговора обвиняемый имеет право на пересмотр дела в апелляционной инстанции. Формой обжалования судебных решений (вердикта и приговора) в английском уголовном процессе является апелляция.

Порядок подачи и рассмотрения апелляционной жалобы на решения Суда Короны и суда суммарной юрисдикции разный. Суд имеет право вызывать свидете­лей и исследовать любые другие доказательства, изменять при­говор, в том числе и в сторону, неблагоприятную для подсуди­мого, отменять приговор с прекращением уголовного дела или же с возвращением дела в суд первой инстанции. Приговоры магистратских судов пересматриваются, как правило, в Суде короны (без присяжных заседателей), а приговоры Суда коро­ны — в Отделении по уголовным делам Апелляционного суда [61, С.467].

Подача апелляции, обычно зависит не только от волеизъявления соответствующего участника процесса, но и от того, признает ли суд факт обращения с апелляцией обоснованным до того, как начнет рассматривать ее, т. е. выдаст он разрешение на апелляцию или нет. Именно в этом смысле принято говорить, что английская апелляция есть не только и не столько прерогатива сторон, требующих проверить законность и обоснованность приговора, сколько результат взаимодействия суда и сторон.

В качестве основных источников, ныне регулирующих в Англии почти все виды апелляционного обжалования и пересмотра приговоров, служат два закона: Закон об апелляции 1968 г., а также Закон об апелляции по уголовным делам 1995 г., изменивший и дополнивший лишь отдельные нормы Закона 1968г., но не отменивший его полностью.

Поскольку в Англии понятие апелляции рассматривается как общее, объединяющее все способы обжалования и пересмотра судебных решений по уголовным делам, очень важно классифицировать конкретные виды апелляции.

Во-первых, следует различать виды апелляции, связанные с проверкой судебных решений о признании конкретных лиц виновными, и виды апелляции, связанные с проверкой судебных решений о назначении мер наказания. Такого рода разграничение уместно не только применительно к суду присяжных, в котором каждое из указанных решений оформляется отдельным процессуальным актом (вердиктом и решением судьи о назначении наказания). Оно также имеет значение и тогда, когда лицо осуждается и наказывается магистратским судом. Во всех случаях совершенно четко выделяются два вида апелляции: апелляция, с одной стороны, против решения о виновности (appeal against conviction) или о невиновности (appeal against acquittal) и апелляция, с другой стороны, против меры наказания, против решения о мере наказания (appeal against sentence).

Во-вторых, уже исходя из другого критерия различаются апелляция со стороны защиты и апелляция со стороны обвинения. Апелляция против решения о виновности или обвинительного приговора и апелляция против решения о невиновности или оправдательного приговора подчинены различным процессуальным правилам и основаниям.

В-третьих, следует различать апелляции по вопросам права (для них основанием служит неправильное применение судом норм уголовного или уголовно-процессуального права) и апелляции по вопросам факта (неправильное установление фактических обстоятельств дела, недоказанность обвинения, необоснованность наказания и т. д.). Право на апелляцию возникает в Англии намного чаще тогда, когда речь идет о правовых (а не о фактических) основаниях для обжалования.

Наконец, в-четвертых, существование двух видов судебных производств по рассмотрению уголовных дел в первой инстанции (производства по делам о преступлениях, преследуемых с обвинительных актом, и суммарного производства) предопределяет различие процедур проверки решений по уголовным делам, вынесенных Судом короны, и соответствующих решений магистратских судов.

В соответствии с действующим законодательством об апелляции решения Суда короны могут обжаловаться в Отделение по уголовным делам Апелляционного суда, но процессуальный режим такого обжалования зависит от конкретного вида апелляции.

Апелляция со стороны защиты.

Апелляция защиты на решение присяжных о виновности (апелляция против осуждения). Предоставляя осужденному право обжаловать обвинительный вердикт присяжных, Закон об апелляции 1968 г. (ст. 1) различал случаи, когда апелляция затрагивает только вопросы права, только вопросы факта, вопросы факта и права или любые иные вопросы одновременно.

Важность такого разграничения апелляционных оснований заключалась в том, что свобода обжалования существовала для осужденного лишь тогда, когда он апеллировал к вышестоящему суду исключительно по правовым основаниям. В остальных случаях обязательным условием обжалования вердикта присяжных заседателей являлось предварительное разрешение (согласие) либо Суда короны, где рассматривалось дело, либо самого Апелляционного суда.

Однако Закон об апелляции 1995 г. внес изменения в Закон 1968 г.: теперь осужденный должен получить разрешение (согласие) на апелляцию (leave) независимо от ее оснований (даже если апелляция затрагивает только вопросы права). Данное положение еще более ограничило свободу обжалования по делам, рассмотренным Судом короны.

Осужденный в течение двадцати восьми дней с момента вынесения присяжными вердикта о его виновности вправе направить ходатайство о выдаче ему разрешения на апелляцию. Это ходатайство единолично рассматривается судьей Апелляционного суда или Суда короны (в последнем случае имеется в виду тот судья, который участвовал в рассмотрении дела по первой инстанции). Если он отказывает в выдаче разрешения, что случается приблизительно в 75% случаев, то соответствующее мотивированное решение доводится до сведения апеллянта. Последний может в течение четырнадцати дней направить новое ходатайство о выдаче разрешения на апелляцию, подлежащее рассмотрению двумя или тремя судьями Апелляционного суда. Если хотя бы один из них выскажется в пользу выдачи разрешения, то оно будет выдано, хотя на практике это происходит достаточно редко. Если же в результате коллегиального рассмотрения данного вопроса суд откажет осужденному в выдаче разрешения на апелляцию, у него остается единственное средство процессуальной реализации своего права на обжалование - обращение в Комиссию по пересмотру уголовных дел (Criminal cases review commission).

Комиссия по пересмотру уголовных дел имеет весьма широкие полномочия, в том числе право передать любое уголовное дело, по которому лицо осуждено Судом короны, на рассмотрение Апелляционного суда. Комиссия рассматривает подобное обращение и, если находит его обоснованным, направляет дело в Апелляционный суд, обязанный принять его к своему производству2.

Если разрешение на апелляцию получено и она подана (или дело поступило из Комиссии по пересмотру уголовных дел), то Апелляционный суд повторно рассматривает уголовное дело в составе трех профессиональных судей с участием сторон. На заседании Апелляционного суда стороны могут представлять новые доказательства, но их допуск в процесс зависит от усмотрения судей. Иными словами, доказывание при производстве дела в Апелляционном суде не исключается полностью, но поставлено под жесткий контроль коллегии, рассматривающей апелляцию.

Основанием для удовлетворения данного вида апелляции и отмены вердикта присяжных является «ненадежность решения о виновности» (conviction is unsafe).

В результате рассмотрения апелляции Апелляционный суд вправе принять одно из следующих решений: а) отклонить апелляцию; б) отменить вердикт присяжных и самостоятельно вынести альтернативный вердикт о признании лица виновным в совершении другого преступления (наказание в таком случае не может быть усилено); в) отменить вердикт присяжных и самостоятельно вынести специальный вердикт о признании лица, совершившего запрещенное уголовным законом деяние, невменяемым с применением к нему в случае необходимости соответствующих мер безопасности; г) отменить вердикт и направить дело на новое рассмотрение по первой инстанции с участием присяжных заседателей («retrial»). Последний вариант решения возможен как при появлении новых доказательств, так и при выявлении существенных ошибок, допущенных в ходе первоначального рассмотрения дела. Но в любом случае и новые доказательства, и выявленные ошибки должны вызвать у Апелляционного суда «разумные сомнения в надежности» отменяемого вердикта.

Апелляция защиты на меру наказания (апелляция против наказания). Решение Суда короны, постановленное после вынесения присяжными обвинительного вердикта и определяющее осужденному меру наказания, также может быть обжаловано в Апелляционный суд. Исключение составляют те категории дел, по которым соответствующее преступление предусматривает строго определенное наказание (например, дела о государственной измене), иными словами, когда согласно закону судья не вправе индивидуализировать наказание. В таких случаях обжалованию подлежит только решение о виновности - если же оно не обжаловано или оставлено в силе, то предусмотренная законом мера наказания применяется автоматически (обжаловать здесь уже нечего).

Право на апелляцию против меры наказания также не подчинено принципу свободы обжалования: оно может быть реализовано осужденным лишь при наличии соответствующего разрешения, выдаваемого либо Апелляционным судом, либо самим Судом короны, если существуют «особые и убедительные основания для апелляции» (ст. 11 Закона об апелляции 1968 г.).

В случае удовлетворения данного вида апелляции Апелляционный суд вправе смягчить меру наказания или заменить ее другой. При этом здесь действует принцип запрета поворота к худшему, т. е. вновь назначенная мера наказания не должна быть более строгой по сравнению с той, что была назначена Судом короны.

Приказ venire de novo. Право Апелляционного суда издать приказ venire de novo - это одна из традиционных для английского права форм апелляционного пересмотра судебных решений по уголовным делам, сложившаяся на протяжении столетий. Приказ может быть выдан в том случае, когда Апелляционный суд обнаружит процессуальное нарушение, влекущее за собой недействительность всего судебного разбирательства.

Английское законодательство не содержит перечня такого рода нарушений, являющихся основанием для отмены приговора в порядке venire de novo.

Апелляция со стороны обвинения.

Возникновение реального права обвинения на апелляцию связано с Законом об уголовной юстиции 1988 г. (ст. 36), согласно которому Генеральному атторнею предоставлено право обжаловать в Апелляционный суд решение Суда короны за мягкостью наказания. По сути, только с принятием данного Закона приговоры, вынесенные после рассмотрения дела с участием присяжных заседателей, стали подвержены критике со стороны обвинения, получившего возможность добиваться усиления, наказания для лиц, признанных виновными в совершении преступления.

Для данного вида апелляции со стороны обвинения существенным является тот факт, что она направляется не в Апелляционный, а в Высокий суд. Законодатель, видимо, стремился подчеркнуть исключительный характер такого обжалования и свою приверженность общему принципу запрета апелляционного пересмотра оправдательного вердикта суда присяжных.

По делам, которые рассматриваются по первой инстанции магистратскими судами, существует несколько видов апелляционного обжалования.

Апелляция в Суд короны. Правом обжаловать в Суд короны приговор магистратского суда обладает, прежде всего, защита. Реализация этого права может происходить двояким путем:

  • если подсудимый не признал себя виновным и был несмотря на это осужден, то он может апеллировать в Суд короны как по вопросу о виновности, так и по вопросу о мере наказания;

  • если же подсудимый признал свою вину, то за ним сохраняется право обращаться с апелляцией в Суд короны лишь по вопросам, связанным с мерой наказания.

Что касается обвинения, то по общему правилу у него нет аналогичной возможности - путь в Суд короны после рассмотрения дела в магистратском суде для него закрыт. Из данного правила есть конкретные исключения, касающиеся определенных категорий дел. Так, в соответствии со ст. 283 (4) Закона о таможне и акцизах 1952 г., если дело было направлено в суд должностным лицом таможенного или акцизного ведомства и завершилось вынесением оправдательного приговора, то сторона обвинения имеет право на апелляцию в Суд короны.

Данный вид апелляции может затрагивать как вопросы факта, так и права. Кроме того, осуществление права на апелляцию в Суд короны не требует какого-либо разрешения ни со стороны самого Суда короны, ни со стороны магистратского суда, выносившего приговор. В таком изъятии из общего правила явно просматривается достаточно редкий для Англии случай признания (в весьма ограниченных пределах) положения о «свободе апелляционного обжалования», т.е. об обжаловании, при котором нет необходимости предварительно мотивировать обоснованность апелляционной жалобы и получать соответствующее разрешение на апелляцию.

Срок для подачи апелляции составляет двадцать один день. Он исчисляется либо с момента назначения наказания, либо, если обвиняемый был осужден и суд отложил назначение ему меры наказания, с момента вынесения решения о виновности. При наличии уважительных причин Суд короны вправе продлить указанный срок. Если срок пропущен и не продлен, остается еще одна возможность - обратиться в Комиссию по пересмотру уголовных дел, о которой говорилось выше. В соответствии с Законом об апелляции 1995 г. (ст. 11) Комиссия вправе направить в Суд короны любое дело, рассмотренное по первой инстанции магистратским судом, если сочтет, что по делу допущена ошибка. Комиссия может обязать Суд короны вновь рассмотреть такое дело независимо от того, признал осужденный себя виновным в ходе суммарного производства или нет.

Апелляционный пересмотр дел в Суде короны осуществляется судьями-профессионалами без присяжных, но с возможным участием т. н. неоплачиваемых магистратов. Суд вправе заслушать не только тех свидетелей, которые уже давали показания в магистратском суде, но и новых свидетелей. Таким образом, здесь можно говорить о полноценном процессе доказывания, причем ссылка на показания свидетеля, полученные в ходе слушания дела магистратами, допустима только тогда, когда Суд короны обнаружит существенные противоречия между этими показаниями и новыми показаниями данного свидетеля. Если же апелляция затрагивает только вопросы, связанные с мерой наказания, то апелляционное производство осуществляется по тем же правилам, что и производство по назначению наказания после вынесения присяжными обвинительного вердикта в Суде короны по делам о преступлениях, преследуемых с обвинительным актом.

При вынесении решения Суд короны не связан мерой наказания, назначенной магистратским судом по первой инстанции. В частности, он даже вправе усилить обвиняемому наказание в случаях, когда апелляция исходит от защиты. Принцип «запрета поворота к худшему» здесь не применяется.

Апелляция в Отделение королевской скамьи Высокого суда. Обращение с апелляционной жалобой в Отделение королевской скамьи Высокого суда может последовать как после апелляционного рассмотрения дела в Суде короны, так и непосредственно после рассмотрения дела по первой инстанции магистратским судом (минуя Суд короны). В последнем случае апелляция в Суд короны становится уже процессуально невозможной.

Во всех случаях правом на обращение в Высокий суд обладают и обвинение, и защита. Здесь прослеживается определенное равенство прав сторон. Если не принимать во внимание названные выше исключения, то для обвинения апелляция в Высокий суд - это единственное процессуальное средство отмены незаконного оправдательного приговора магистратов. Однако апеллировать в Высокий суд и для обвинения, и для защиты допустимо только по правовым основаниям, причем здесь опять-таки не действует правило «свободы обжалования».

Если приговор магистратов первоначально обжаловался в Суд короны, то для последующего его пересмотра Высоким судом требуется разрешение либо последнего, либо Суда короны.

Если же обвинение или защита решают направить апелляцию в Высокий суд, минуя Суд короны (чаще всего это бывает, когда одна из сторон считает, что магистраты неправильно применили какую-либо конкретную норму права), то в таком случае необходимо прибегнуть к более сложной процедуре. Она заключается в следующем.

В течение четырнадцати дней с момента назначения наказания или решения о виновности (когда назначение меры наказания отложено) заинтересованная сторона вправе обратиться в магистратский суд с ходатайством об «изложении обстоятельств дела» (to state a case). Ходатайство представляет собой адресованную суду просьбу составить процессуальный документ, включающий описание фактических обстоятельств дела, притязаний сторон, правовых мотивов своего решения и вопросов, требующих рассмотрения в Высоком суде. Смысл этого действия заключается в том, что решения магистратских судов по существу уголовного дела не мотивируются. В то же время Высокий суд принимает дело к производству только по правовым основаниям. Совершенно очевидно, что речь идет о взаимоисключающих правовых явлениях - нельзя пересматривать по правовым основаниям судебное решение, когда не изложены правовые мотивы его вынесения. В результате «изложение обстоятельств дела» становится, в сущности, постановлением магистратами по-настоящему мотивированного итогового решения со всеми необходимыми его реквизитами в том единственном случае, когда, с точки зрения английского уголовно-процессуального права, в этом возникает необходимость (при обращении в Высокий суд).

Магистратский суд вправе отклонить ходатайство об изложении обстоятельств дела, если считает его «непродуманным» (кроме случая, когда с ходатайством обращается Генеральный атторней). В такой ситуации остается одна возможность - непосредственно обратиться в Высокий суд с просьбой о выдаче приказа mandamus.

Проект составленного клерком магистратского суда документа «об изложении обстоятельств дела» предоставляется сторонам, которые имеют двадцать один день для того, чтобы направить свои замечания и дополнения к нему. Это очень важный момент, так как позиция Высокого суда во многом зависит от того, как «изложены обстоятельства дела», учитывая к тому же, что новые доказательства он не рассматривает. Окончательный текст указанного документа подписывается магистратами и направляется в Высокий суд.

В ходе заседания Высокого суда обсуждаются исключительно правовые вопросы. Адвокаты сторон вправе изложить свое мнение. По окончании слушания дела Высокий суд либо подтверждает, либо отменяет, либо изменяет приговор магистратского суда. Он может также возвратить дело в магистратский суд, изложив ему свою позицию.

Палата лордов (ее судебный состав) - последняя апелляционная инстанция по всем уголовным делам. Ее апелляционные полномочия не зависят ни от того, в каком порядке дело рассматривалось по существу (с обвинительном актом или в суммарном), ни от того, каким судом оно впоследствии пересматривалось (Высоким или Апелляционным).

Рассмотрение апелляций в Палате лордов следует считать исключительным способом пересмотра судебных решений по уголовным делам. Эта исключительность обусловлена, прежде всего, тем, что, принимая к производству уголовные дела, разрешенные нижестоящими судами, высший судебный орган Англии действует не в интересах сторон (дабы обеспечить им право на пересмотр незаконных или необоснованных приговоров), а в интересах английской правовой системы в целом.

В английском уголовно-процессуальном праве не существует перечня оснований апелляционного обжалования уголовных дел в Палату лордов. Его заменяет сугубо процессуальный механизм определения круга дел, подлежащих ее рассмотрению, что связано с наличием у высших судебных инстанций Англии дискреционных полномочий решать вопрос о том, заслуживает ли дело внимания Палаты лордов или нет.

Если дело пересматривалось в Апелляционном суде после принятия решений по первой инстанции в Суде короны, то для его последующего пересмотра в Палате лордов требуется разрешение либо Апелляционного суда, либо самой Палаты лордов. Соответственно, если дело пересматривалось Высоким судом (в основном это дела суммарного производства), то разрешение на апелляцию должно быть получено в Высоком суде или в Палате лордов.

Согласно ст. 1 Закона об отправлении правосудия 1960 г. и ст. 33 Закона об апелляции 1968 г. разрешение на апелляцию в Палату лордов выдается в двух случаях: а) если нижестоящий суд удостоверяет, что затронутый в апелляции правовой вопрос имеет важное значение для общества в целом; б) если нижестоящий суд или сама Палата лордов считают, что затронутый в апелляции правовой вопрос заслуживает внимания Палаты лордов [59. С.150-163].



ВЫВОДЫ

Таким образом, совокупность правил о доказательствах занимает особое место в английском уголовно-процессуальном праве. Доктрина имеет тенденцию не рассматривать эти правила как часть уголовного процесса, выделяя их в самостоятельную отрасль права - доказательственное право и признавая таким образом его автономию. Такой подход - свидетельство того, что значение правил об уголовных доказательствах традиционно очень велико для английской уголовной юстиции и превышает то значение, которое имеет доказательственное право в уголовно-процессуальных системах стран континентальной Европы (допустим, во Франции). Английская система уголовных доказательств развивалась своим собственным путем, отличающимся от того пути, который проделало континентальное доказательственное право (от средневековых формальных доказательств к современному доказыванию, основанному на оценке доказательств по внутреннему убеждению).

Основной особенностью английского уголовного процесса является то, что ему исторически не было присуще привычное для стран континентальной Европы деление на две равноценные по своему юридическому значению части: предварительное (досудебное) расследование и разбирательство в суде. Не известны ему и такие формы предварительного расследования, как дознание и следствие. По английской теоретической модели процесса уголовное дело - это спор между равноправными сторонами. В этом смысле прослеживается прямая и легко объяснимая аналогия с гражданским процессом, где нет никаких досудебных стадий и где собирание доказательств для их представления в суде остается прерогативой истца и ответчика.

Стадия досудебного производства по уголовному делу все еще сохраняет специфические черты англосаксонского уголовного процесса и подлежит сравнению со своими континентальными аналогами лишь с достаточной долей условности. Так, если проводить аналогии, то английское досудебное производство допустимо сопоставлять только с континентальным дознанием, но никак не с предварительным следствием. Последнее, будучи по своей юридической природе ключевым элементом смешанного (постинквизиционного) процесса, совершенно немыслимо в контексте не только прежней, но и современной английской уголовной юстиции.

Предварительное рассмотрение дела в суде - это этап уголовного процесса, возможный по делам о преступлениях, преследуемых с обвинительным актом, т.е. по делам о преступлениях, отличающихся повышенной опасностью и подсудных Суду короны, которые могут быть рассмотрены с участием присяжных заседателей. По делам суммарного производства такой этап судопроизводства не предусмотрен - поступившее в суд дело сразу рассматривается по существу.

Главные задачи предварительного рассмотрения - предъявление первоначального обвинения, определение достаточности доказательств для поддержания обвинения в судебном разбирательстве, решение вопросов о допустимости положенных в его основу доказательств и возможности продолжения ареста обвиняемого [59, С. 84-85].

В Англии преступления рассматриваются или по обвинительному акту в Суде короны с участием присяжных, или в упрощенном «суммарном порядке» в судах магистратов.

В порядке суммарного производства разрешаются: 1) малозначительные, не представляющие большой общественной опасности преступления; 2) смешанные преступления, порядок разбирательства которых зависит от волеизъявления сторон, сложности дела, размера причиненного ущерба; 3) ряд тяжких преступлений, по которым установлены смягчающие ответственность обстоятельства. Для упрощенных форм судопроизводства характерны: а) рассмотрение дела единолично магистратом; б) отсутствие предварительного слушания; в) возможность рассмотрения дела без участия обвиняемого и защитника (если санкция закона не предусматривает лишения свободы) [56].

Понятие апелляции, обозначающее все способы обжалования решений различных судебных инстанций по уголовным делам не тождественно одноименному понятию, используемому в уголовном судопроизводстве России и многих стран континентальной Европы, где под апелляцией принято понимать лишь один из способов обжалования (пересмотра) судебных решений, существующих наряду с другими способами, такими, как кассация, ревизия, оппозиция и т.д.

Помимо терминологических особенностей английскому институту апелляции свойственно и то, что в уголовном судопроизводстве этой страны не принято признавать положение о том, что участникам процесса должно быть гарантировано право на рассмотрение их дела, как минимум, в двух судебных инстанциях. По сути, речь здесь идет об ограничении свободы обжалования судебных решений по уголовным делам.


РАЗДЕЛ III. ИСТОЧНИКИ И ОСНОВНЫЕ ОСОБЕННОСТИ УГОЛОВНО-ПРОЦЕССУАЛЬНОГО ПРАВА США



    1. Доказательства и доказывание: исходные положения

Американское доказательственное право - это в значительной мере совокупность правовых предписаний, раскрывающих не столько общие понятия (например, такие, как понятие доказательства, его источников, предмета и структуры доказывания), сколько конкретные.

При ознакомлении с литературными источниками можно встретить различные дефиниции понятия «доказательство». Так, доказательство, - это любое средство доказывания или нечто доказывающее, представленное путем совершения сторонами определенных действий с соблюдением юридических правил либо через посредство свидетелей, протоколов, документов, осязаемых предметов и т. д. в ходе судебного разбирательства каких-то вопросов с целью создания у судей и присяжных заседателей убеждения относительно их утверждений. Или дефиницию, согласно которой доказательством следует считать «подтверждение факта (фактов), представляемое при судебном разбирательстве дела по существу» (proof of f act(s) presented at trial).

Существенными особенностями обладает классификация доказательств. Наряду с признаваемыми во многих странах, в том числе в России, видами доказательств (непосредственные и производные, прямые и косвенные, обвинительные и оправдательные и т.п.), американская уголовно-процессуальная доктрина, опираясь на анализ действующего законодательства и неписаного права, выделяет также некоторые довольно специфические виды. К примеру, существует деление доказательств на судебные и внесудебные, их принято также обособлять в такие группы, как доказательства «по слуху» (весьма близкие по содержанию к производным), вспомогательные (auxiliary), дополнительные (supplementary), подтверждающие (corroborative), бесспорные (conclusive), презумптивные (presumptive), опровергающие (rebutting), предварительные (prima facie evidence), вероятные (probable), надлежащие (proper), опровергающие (rebutting), бывшие в употреблении (second hand), удовлетворительные (заслуживающие доверия - satisfactory) и др. [59, С.218].

Система свойств уголовно-процессуальных доказательств в США является устоявшейся и сбалансированной, но сложной в связи с взаимопроникновением и взаимозависимостью ее компонентов - отдельных свойств доказательств. Сила как свойство доказательств не только органично вписана в систему свойств, но без нее в принципе немыслима система англо-американского уголовного процесса, как система, во многом базирующаяся на судопроизводстве с участием присяжных.

Вес доказательств - это свойство, которое оценивается исключительно психологически и логически непрофессиональными судьями, т.е. является неотъемлемым от института суда присяжных. Вес доказательств - это такое свойство, которое непосредственно связано с конкуренцией сторон в уголовном процессе - стороны защиты и стороны обвинения и представляемых ими доказательств, т.е. с состязательностью уголовного процесса [67, С.27–30].

Для каждого из видов доказательств установлены свои правила определения относимости и допустимости. В общей массе эти правила составляют большую часть правовых предписаний, касающихся доказывания в уголовном судопроизводстве. В американском праве, как и в английском, относимость доказательства понимается как условие допустимости, а между этими понятиями не делается такого четкого различия, как в российском праве. Согласно Федеральным правилам о доказательствах любое относимое доказательство допустимо, если иное не предусмотрено Конституцией США, актом Конгресса, настоящими Правилами или иными нормами, предписанными Верховным Судом в соответствии с его полномочиями, указанными в законе; неотносимое доказательство не допускается (правило 402).

Как пример возможности исключения относимого доказательства можно привести Правило 403 Федеральных правил о доказательствах, согласно которому возможно исключение относимого доказательства, если его доказательственная ценность значительно перевешивается опасностью несправедливого предубеждения, путаницы в вопросах или введения в заблуждение присяжных либо соображениями неоправданной задержки, пустой траты времени или ненужным представлением совокупных доказательств [51, С.71-73].

В уголовно-процессуальном праве США существует «правило исключения» недопустимых доказательств (exclusionaiy rule). Это правило предназначено для предотвращения нарушений органами уголовного преследования конституционных прав граждан за счет угрозы признания важных для стороны обвинения результатов процессуальных действий не имеющими юридической силы доказательств [64, С. 100].

Это правило служит гарантией соблюдения конституционных прав, которые подвергаются ограничениям в ходе уголовного судопроизводства, положений законов, регулирующих порядок производства процессуальных действий, и правил уголовного судопроизводства, установленных судами. Правило об исключении контролирует соблюдение: 1) конституционного права на защиту от необоснованных обысков и выемок, гарантируемого IV поправкой к Конституции США; 2) конституционного права не свидетельствовать против себя самого, гарантированного V поправкой к Конституции США; 3) предусмотренного в поправке VI к Конституции США права обвиняемого па помощь защитника; 4) гарантированного V и XIV поправками к Конституции США права на должную правовую процедуру (due process); 5) прав граждан при осуществлении контроля телефонных переговоров и электронного наблюдения, которые защищаются IV поправкой к Конституции, а также федеральным законом о контроле преступности на транспорте и безопасности на улицах [40, С.107].

Правило об исключении выступает в качестве санкции для стороны, нарушившей правила игры. При этом американское судопроизводство отказывается от стремления к объективной истине как цели процесса. Поэтому исключаются даже те доказательства, которые не вызывают сомнений с точки зрения достоверности. В то же время правило об исключении требует ограничительного толкования, чтобы санкция применялась не к правосудию, а к стороне обвинения [46, С.110].

Например, по общему правилу доказательства «по слуху» в США, как и в Англии, объявлены недопустимыми, поскольку под ними понимаются свидетельские показания, даваемые не на основании личного восприятия фактов или событий, а по тем сведениям, которые свидетель почерпнул из каких-то других источников (к примеру, от очевидцев).

Принято считать, что вероятность ошибки при использовании такого рода свидетельских показаний весьма высока. Тем не менее при определенных условиях они и в уголовном процессе США допускаются в качестве доказательств. К числу подобных условий практика относит угрозу полной утраты существенных для конкретного дела сведений и некоторые другие обстоятельства. Так, считаются допустимыми свидетельские показания о том, какое заявление сделал перед смертью потерпевший от преступного посягательства на его жизнь относительно причины смерти и обстоятельств совершения этого посягательства, но с оговоркой: у умирающего, делавшего заявление, не было никакой надежды на то, что он выживет.

Немало различного рода исключений предусматривается и в отношении других положений доказательственного права. Причем исключения эти нередко носят весьма неопределенный характер, чем создаются условия для широкого судейского усмотрения как при принятии судьями решений, так и при инструктировании ими присяжных.

Многочисленными изъятиями из общих правил оснащены и положения, касающиеся определения допустимости показаний (заявлений) обвиняемого (подсудимого), независимо от того, признал или не признал он себя виновным. К примеру, слова, произнесенные им во время сна, считаются недопустимыми в качестве доказательства. Не может быть доказательством заявление о том, что другое лицо уже созналось где-то в совершении данного преступления; это лицо должно быть вызвано в суд и лично допрошено там. Заявления и признания, сделанные вне процесса обвиняемым либо по его поручению третьим лицом, при определенных обстоятельствах могут быть использованы в суде в качестве доказательства против обвиняемого (подсудимого) [59, С.218-220].

Следует констатировать зависимость веса доказательств от допустимости доказательств в связи с тем, что вес может быть оценен только судьями присяжных, и только в том случае, если профессиональный судья не признает доказательство недопустимым и не исключит его из разбирательства.

В уголовном процессе США допустимость доказательств оценивается профессиональным судьей (председательствующим) с точки зрения соблюдения формальных правил собирания доказательств (и в том числе в результате обысков и изъятий), получения признаний и показаний и т.д. Вес же оценивается присяжными исключительно нерегламентированно, по их совести и убеждению. Как отмечал правовед У. Уильз, «вследствие бесконечного индивидуального различия между людьми нет никакой возможности точно определить все тонкие оттенки и бесчисленные комбинации человеческих побуждений и действий... общую меру доказательства, которое могло бы производить одинаковое действие на умы всех людей с одинаковой неизменною силою» [62, 26] или с одинаковым весом. Это утверждение актуально и для современного уголовного процесса США, так как «суд присяжных - суд равных и перед равными, а потому ему изначально должны быть присущи состязательность и непосредственность представления и оценки судом доказательств» [26].

Как известно, в США особо важное значение придается инструкциям, которые даются судьей для жюри присяжных. Например, неправильное инструктирование о бремени доказывания нередко приводит к отменам вынесенных судебных решений при пересмотре вышестоящими судами [66, С.112-117]. Также и вышеприведенный пример запрета судье обсуждать хоть каким-либо образом вес доказательств, с одной стороны, указывает на важность обеспечения беспристрастности присяжных заседателей в вынесении правильного решения и обеспечении его устойчивости при обжаловании, а во-вторых, на огромное значение такого свойства доказательств, как их вес. Это подтверждает то, что присяжные должны построить свое убеждение исключительно на основе воспринятых в суде доказательств [55].

По словам профессора юридического факультета Колумбийского университета в Нью-Йорке Х. Ричарда Ювиллера, присяжным в США оказывают немалое почтение: «Весь судебный процесс строится так, чтобы жюри было удобно работать. Принимаются тщательнейшие меры предосторожности, дабы на мнение присяжных не влияло ничто, кроме доказательств, и ничто не могло причинить ему вред или ущерб» [22].

Еще одной особенностью американского процесса признается «правило плодов отравленного дерева» (fruit of poisonous tree doctrine), т.е. всякое виновное нарушение полицейскими конституционных прав граждан, даже имеющее не непосредственную, а лишь опосредованную связь с самим процессом обнаружения, изъятия и фиксации доказательств, влечет утрату последними юридической силы. Нормативно данное положение закреплено, в частности, IV, V, VI и XIV поправками к Конституции США.

Обвинительный приговор суда может быть основан только на допустимых доказательствах, поэтому из сферы судопроизводства исключаются все данные, полученные с нарушением «должной правовой процедуры» [28] Например, недопустимыми являются доказательства, полученные в ходе обыска, если место обыска найдено по карте, добытой незаконным путем; орудие преступления с отпечатками пальцев обвиняемого, если о местонахождении этого орудия стало известно в результате допроса обвиняемого без разъяснения ему его права не свидетельствовать против себя самого, допрос свидетеля, который установлен в результате вынужденного признания обвиняемого и т.п. [10, С.40].



3.2. Расследование уголовных дел

Возбуждение уголовного дела в уголовном процессе США не является единовременным процессуальным актом, осуществляемым и оформляемым одним должностным лицом. Данная стадия процесса складывается из решений и действий нескольких должностных лиц и, в отличие от российского законодательства, не имеет столь детальной процессуальной регламентации.

Нормативно-правовая база США определяет сферу уголовного преследования и юрисдикцию отдельных правоохранительных органов. В то же время в США отсутствует четкая регламентация перечня органов, которые выполняют функции по досудебному расследованию. Данное обстоятельство порождает некоторые разногласия и трудности в практической деятельности правоохранительных органов уголовного преследования. Правовое основание деятельности органов досудебного следствия в США составляют следующие документы: Декларация независимости 1776 года, Конституция США 1787 года, «Билль о правах» 1791 года, Общая декларация прав человека 1948 года, Международный акт о гражданских и политических правах 1966 года, Свод принципов защиты всех лиц, задержанных или взятых под стражу в любой форме, 1988 года, Федеральные правила уголовного процесса в окружных судах США 1946 года, Свод законов США 1948 года, Федеральный уголовный кодекс и правила, федеральные законы, подзаконные акты президента, министерств и их руководителей, уголовные кодексы отдельных штатов, конституции штатов, уголовно-процессуальные кодексы штатов, судебная практика Верховного суда США, которая создает прецеденты (например, решение по делу Эскобедо 1964 года, по делу Мепп 1961 года, по делу Миранды 1966 года и другие). Правовую базу также составляет «Акт о правоохранительных органах» 1965 года, который предусматривал создание федерального органа по контролю за преступностью - Управление правоохранительной поддержки - и сделал федеральные средства доступными для местных правоохранительных структур. В 1968 году приняты Свод законов по контролю за преступностью и Акт о безопасности на улицах [38, С.12-27; 18, С.35; 52, С.7, 10-11].

Нормативный акт, регулирующий порядок работы судов с доказательствами в делах, которые рассматриваются в судебном процессе называется «Правила о доказательствах для судов США и магистратов» [65, С.7].

В США, как и в Великобритании, действия по признакам преступления расследуются полицией. Полиция собранные доказательства предоставляет атторнею, который представляет их в суде. Если суд примет решение об их достаточности и весомости, подозреваемому лицу предъявляется обвинение, после чего начинается судебное рассмотрение дела [18, С.28].

В США реагирование на сообщения о преступлениях, а также разрешение заявлений и сообщений о преступлениях находится в исключительном ведении полиции, которая свободна в выборе средств и методов действий и принятии юридических решений, ориентируясь при этом на соблюдении основных прав граждан, изложенных в Конституции. Прокурор вступает в процесс лишь с момента ареста или предъявления обвинения. Он оценивает собранные доказательства с точки зрения допустимости (правомерности методов их получения) и вправе отказаться от приобщения к материалам дела доказательств, полученных способами, правомерность которых вызывает хотя бы малейшее сомнение. Такой контроль со стороны обвинителя в вопросах, связанных с возбуждением уголовного преследования, способствует законности и совершенствованию методов работы полиции, поскольку решение не приобщать к материалам дела полученные доказательства делает ее работу бесполезной. Правомерность (законность) действий государственных органов устанавливается судом при рассмотрении конкретных дел [32].

При наличии «достаточных оснований» для привлечения лица к уголовной ответственности сотрудник полиции или иного органа расследования составляет заявление о выдаче ордера на арест лица или обыск занимаемых им помещений.

Выдача ордера является процессуальным актом, который формально означает возбуждение уголовного преследования, а сам ордер на арест или обыск является стартовым актом обвинения и единственным документом, который фиксирует начало официального производства по делу. Такое разрешение выдается магистратом, который объективно и беспристрастно оценивает предоставленные обоснования целесообразности проведения арестов и обысков. Таким образом представитель судебной власти обеспечивает законность уголовного преследования [38, С.19, 51-52].

Наличие у США нескольких видов полицейских формирований, непосредственно подчиняющихся властным структурам разных уровней, рассматривается как одна из важных гарантий демократии [54, С.59].

В США функциональная обязанность уголовного преследования возлагается на органы уголовной юстиции. Органы уголовной юстиции США состоят из четырех основных звеньев: полиции, прокуратуры, суда и исправительных учреждений. Расследованием преступлений занимаются только такие органы уголовной юстиции, как полиция, суд и прокуратура. Исходя из природы англосаксонской модели уголовного процесса, перед расследованием в США стоит задача собирать ведомости, которые подтверждают факт преступления и вину подозреваемого лица. То есть перед расследованием выдвигается исключительно обвиняющая задача [38, С.55].

Проверка первичной информации сбора достаточной доказательственной базы для предъявления лицу обвинения возлагается на полицейские подразделения. Последние как представители органа исполнительной власти действуют на трех уровнях.

На федеральном уровне действуют правоохранительные агентства, которые находятся в подчинении разных министерств или департаментов. В США действует больше 80 таких независимых полицейских структур [54, С.62].

Полицейские органы штатов независимы от федеральных. Правоохранительные органы на уровне штата организованы в соответствии с двумя моделями. Первая - централизованная модель, которая предусматривает расследование уголовных дел в сотрудничестве с местными полицейскими департаментами, руководство службой идентификации, обеспечение централизованного сбережения уголовных дел преступников, организацию обучения полицейских из муниципалитетов и округов. Вторая - децентрализованная модель, распространенная на Юге и на Среднем Западе США, характеризуется разделением функций между дорожной полицией и другими агентствами [18, C.33–37].

Местная полиция является третьим уровнем правоохранительных агентств США и включает муниципальные полицейские департаменты, полицию университетских городков, агентства морского патрулирования, транзитную полицию. Полиция округов, или шерифская полиция, обслуживает сельскую местность и выполняет следующие основные функции: обеспечение уголовного закона в округе, содержание подследственных в изоляторах, обеспечение безопасности и порядков в судах. Кроме того, для США характерна практика создания частных полицейских служб.

Функцию государственного обвинения в большинстве в США выполняет государственная атторнейская служба - это совокупность правоприменительных органов исполнительной власти, которые дают юридическую консультацию правительству, представляют его интересы в судах и обеспечивают выполнение закона. Атторнейская служба уполномочена начать уголовное преследование, расследовать нарушение закона, привлекать правонарушителей к уголовной ответственности и поддерживать обвинение в судах [38, С.52]. Соответственно структурные подразделения атторнейской службы действуют на трех уровнях: федеральном, штатном и местном.

Американское законодательство наделяет атторнея как представителя государственного обвинения независимостью в своей деятельности. В частности, федеральный суд постановил, что решение атторнея США не подлежит пересмотру в судебном порядке, суд не вправе вмешиваться в «отправление исполнительной властью по своему усмотрению решения вопроса о целесообразности возбуждения уголовного преследования, какое обвинение предъявлять т. д.». Увеличение полномочий прокурора в сферах следствия, обвинения, признания вины и вынесения приговора создает реальную угрозу принципа состязательности судебного процесса [38, С.131-133].

В своей деятельности органы досудебного следствия США руководствуются принципами, закрепленными в федеральных нормативных актах и законодательстве штатов. Среди основных принципов их деятельности можно выделить такие, как приоритет прав и свобод человека и гражданина, верховенство права, законность деятельности правоохранительных органов и их подчиненность суду, служение органов досудебного следствия человеку и гражданину, ограниченность вмешательства в общественную и личную жизнь человека, принципы гласности, ответственности и самостоятельности органов уголовного преследования [1, C.508-515].

Специальные принципы деятельности органов досудебного следствия США заключаются в обеспечении выполнения основных задач уголовного преследования, не нарушая общих принципов их деятельности [12, С.21-24].



3.3. Судебное рассмотрение уголовных дел

В США судебная система включает в себя суды штатов и федеральные суды. В целом судебные системы штатов состоят из судов первой инстанции, апелляционных судов и Верховного суда. Высшие суды относятся к судам апелляционной инстанции. Кроме того, они в качестве суда первой инстанции рассматривают дела о преступлениях особого значения. Суды низшего звена (мировые, полицейские, районные, муниципальные, окружные суды, суды графств, суды ограниченной юрисдикции и т.п.) с большой долей условности можно назвать магистратскими. Эти суды разрешают по существу дела о преступлениях небольшой тяжести (мисдеменоров).

По тяжким преступлениям эти суды участвуют в предварительном расследовании путем:

а) санкционирования принудительных мер процессуального характера;

б) обеспечения первоначальной явки в суд арестованного;

в) установления суммы залога;

г) назначения защитника для малоимущих;

д) производства предварительного слушания дела [14, С.691].

Содержание порядка производства по уголовному делу на стадии предварительного слушания дела в значительной мере зависит от того, в каком преступлении обвиняется привлекаемое к ответственности лицо. Сложились две основные его формы - одна для дел об опасных преступлениях, а другая для менее опасных и всех прочих.

Производство по делам об опасных преступлениях отличается прежде всего более подробной регламентацией действий, совершаемых на всех стадиях, и процессуальных гарантий прав и свобод личности.

Началом предварительного рассмотрения дела об опасном преступлении нередко считается момент регистрации у соответствующего судьи или иного должностного лица обвинительного документа. Но до того, как такое рассмотрение состоится по всей форме, судья или иное уполномоченное лицо, к которому поступил обвинительный документ, обычно изучает его и представленные фактические данные без участия сторон. По итогам изучения возможны: истребование дополнительных материалов; отмена меры пресечения, если окажется, что дополнительные материалы, подтверждающие необходимость такой меры, представить нельзя; прекращение производства по делу и возврат жалобы (или иного первоначального обвинительного документа) ее автору, если судья не найдет достаточных данных для дальнейшего производства по делу; назначение дела к рассмотрению и вызов тех лиц, которые потребуются во время такого рассмотрения.

Если подозреваемый арестован, то он должен быть доставлен под конвоем, а если он не взят под стражу, то вызывается повесткой к соответствующему судье с целью обеспечения «первого появления» (the first appearance), в ходе которого судья или иное лицо, уполномоченное принимать решения на данном этапе судопроизводства, проверяет данные о личности доставленного к нему подозреваемого, знакомит последнего с обвинительным документом и выясняет его отношение к обвинению.

По делам об опасных преступлениях судья или магистрат также разъясняет подозреваемому (обычно это подозреваемый, который не признал себя виновным либо сделал заявление о том, что не будет оспаривать обвинение) его право на то, чтобы дело было подвергнуто предварительному рассмотрению. Если обвиняемый не отказывается от этого права и нет других обстоятельств, препятствующих его проведению, то здесь же назначаются день и час такого рассмотрения.

На этапе «первого появления» в суде обычно решается и комплекс вопросов, связанных с избранием меры пресечения или ее корректировкой, если она уже была избрана полицией.

В период между «первым появлением» и предварительным рассмотрением вполне допустимо производство многих процессуальных действий. Прокурор вправе продолжить свою проверку обстоятельств дела и предпринять дополнительное собирание данных, которые могут стать доказательствами. В результате он может до начала предварительного рассмотрения прийти к выводу о нецелесообразности или невозможности продолжать преследование обвиняемого и прекратить дело. Именно на этом отрезке пути, по которому движется конкретное уголовное дело, идут активные поиски «полюбовного» урегулирования «конфликта», возникшего между государством и гражданином в связи с совершением последним деяния, признаки которого предусмотрены в уголовном законе [59, С.245-250].

Стороны начинают искать и нередко находят взаимоприемлемые условия, на которых можно было бы заключить «сделку на случай признания вины» (plea bargaining) соглашение сторон обвинения и защиты, в соответствии с которым обвиняемый признает себя виновным в полном объеме или в части предъявленного обвинения в обмен на уменьшение возможного наказания.

Самые ранние упоминания американских юристов, касающиеся заключения сделок о признании вины, относятся к 1839 г.А.В. Бахновский приводит сведения, собранные авторитетным американским юристом Р. Мойли. По его данным, до начала XIX века сделки о признании вины применялись лишь эпизодически, в качестве отдельных прецедентов, и не образовывали самостоятельного правового института. Однако уже в 1839 г. в штате Нью-Йорк 25% всех уголовных дел были рассмотрены в порядке соглашения о признании вины. На протяжении последующих десятилетий востребованность данного института продолжала расти и в 1869 г. составила 70%, а к 1920 г. достигла 88%. В дальнейшем, вплоть до наших дней, процент уголовных дел, по которым заключались сделки с правосудием, оставался неизменно высоким (в пределах 80-90%) [5, С. 63].

По свидетельству судей США, отсутствие указанной формы судебного процесса привело бы к серьезным негативным последствиям, а именно к неимоверному росту рабочей нагрузки на суды по рассмотрению дел, с которой они бы не справились.

По этому поводу в английской и американской правовой литературе отмечается, что разрешение дел в стадии судебного разбирательства с применением развернутых состязательных процедур - это скорее исключение, чем правило, и решающее значение часто имеют отношения обвиняемого и полиции в самом начале процесса; что разрешение дел в судах фактически выглядит не столько как процесс противоборства сторон, сколько как сотрудничество, осуществляемое между ними в определенных пределах [4, С.29].

Широкая свобода сторон в выборе условий соглашения возможна благодаря тому, что в США, в отличие от Российской Федерации и других стран континентальной правовой семьи, сторона обвинения располагает свободой материального уголовно-правового притязания к обвиняемому и, следовательно, вправе произвольно изменить объем обвинения при заключении соглашения о признании вины [21, С.291].

В большинстве штатов сделка с правосудием может быть заключена на любой стадии уголовного процесса: в период предварительного расследования, во время судебного разбирательства либо на стадии пересмотра приговора суда в порядке апелляции. В американской судебной практике не редки случаи, когда сделка с правосудием заключается, например, после отмены обвинительного приговора при повторном рассмотрении дела судом первой инстанции, когда обвинение вынуждено пойти на такой шаг ввиду слабости доказательственной базы, опасаясь вынесения присяжными оправдательного приговора [17, С.91.].

В управлении каждого местного прокурора разработаны типовые условия соглашений о признании вины в зависимости от вида и степени общественной опасности совершенного преступления. Данные рекомендации представляют собой некое подобие «прайс-листов», определяющих возможные варианты переквалификации преступления на менее тяжкое в случае заключения с обвиняемым соглашения о признании вины [42, С.141].

По итогам предварительного рассмотрения делается вывод о том, выявлены ли достаточные основания для дальнейшего продвижения дела. При наличии оснований для привлечения обвиняемого к ответственности за опасное преступление магистрат или приравненное к нему должностное лицо принимает решение о направлении обвинительного документа и других имеющих отношение к делу материалов в суд, который должен рассматривать дело по существу (trial court).

Решение о направлении в суд, который будет рассматривать дело по существу обвинительного документа и приложенных к нему материалов не всегда влечет начало производства по делу в суде такого рода. Многое зависит от того, какой документ в данном штате должен служить основанием для рассмотрения дела по существу в суде первой инстанции.

Таким образом, в соответствии с законами США предварительное слушание проводится с обязательным присутствием обвиняемого и его защитника. Магистрат может выслушать свидетелей обвинения и защиты, изучить иные доказательства и после этого вынести распоряжение о передаче дела в суд. Магистратская проверка «достаточности оснований» в предварительном слушании превращается в процедуру подтверждения первоначального решения обвинителя об уголовном преследовании. Предварительное слушание во многих случаях превращается для стороны обвинения «в легко преодолеваемую стадию, не требующую тщательной подготовки всех документов» [44, С.54].

Примерно в одной трети штатов и на федеральном уровне основанием для рассмотрения такого дела в суде первой инстанции может служить процессуальный документ, называемый обвинительным, актом, т.е. такой документ, содержание которого должно утверждаться большим жюри присяжных.

Большое жюри присяжных - коллегиальный орган, комплектуемый судом первой инстанции из числа лиц, включенных в списки присяжных заседателей. Основная их функция - проверка обоснованности привлечения к уголовной ответственности за опасные преступления в тех случаях, когда лицо, привлекаемое к ответственности, не возражает против рассмотрения его дела большим жюри присяжных.

Обвинительный акт, как и информация, - процессуальный документ, дающий основание для дальнейшего производства по делу об опасном преступлении.

Рассмотрение уголовного дела по существу в суде первой инстанции начинается с регистрации обвинительного акта или информации в суде первой инстанции. В полном объеме рассмотрение уголовного дела в суде первой инстанции реализуется через пять подстадий (этапов):

  • ознакомление с обвинением и выявление мнения о нем подсудимого;

  • совершение судом и сторонами процессуальных действий, подготавливающих судебное заседание;

  • формирование жюри присяжных;

  • рассмотрение вопроса о виновности подсудимого;

  • определение осужденному меры наказания. Конкретное уголовное дело не должно обязательно проходить через все эти этапы. Только один из них можно считать императивным - первый. Довольно часто (когда подсудимый признает себя полностью виновным) потребность в действиях второго - четвертого этапов не возникает. А иногда она не возникает и в отношении действий пятого этапа (при вынесении оправдательных приговоров).

Суммарное производство по делам о менее опасных преступлениях. Начальные действия при производстве в упрощенном порядке во многом зависят от того, в какой момент становится ясно, что зарегистрированное преступление следует относить к числу менее опасных. Это может произойти уже в момент регистрации информации о преступлении, после или в ходе досудебной проверки материалов дела, при первой явке к судье, после заключения сделки на «случай признания обвиняемым своей вины» либо при удовлетворении ходатайства обвиняемого или его защитника о предъявлении более мягкого обвинения.

Для этой процедуры характерно прежде всего то, что поводами для рассмотрения дела о менее опасном преступлении могут послужить обвинительный акт, информация, претензия (жалоба), а в отношении дел о малозначительных правонарушениях, которые не могут быть наказаны лишением свободы, - также полицейский протокол или предписание о явке к судье. Условия, которые должны соблюдаться при передаче таких дел на рассмотрение магистратов, определяются федеральными районными судами в издаваемых ими местных правилах (регламентах). Но в любом случае требуется письменное согласие обвиняемого на то, чтобы его дело было рассмотрено и разрешено магистратом в упрощенном порядке. При отсутствии такого согласия дело становится подсудным судье того районного суда, в штатах которого состоит данный магистрат. Практически же дела о менее опасных преступлениях, подсудных федеральным судам, рассматриваются магистратами.

Получив согласие обвиняемого, магистрат должен подробно проинформировать его, в частности, о следующем: сущности обвинения и том наказании, которое угрожает ему; принадлежащем ему праве пригласить защитника; праве иметь назначенного защитника, если у него нет соответствующих средств и если его не привлекают к ответственности за правонарушение, которое не наказуемо лишением свободы; что он не обязан делать какие-либо заявления, а если сделает их, то они могут быть использованы против него; что у него есть право быть судимым судьей районного суда; что он может требовать, чтобы магистрат или районный судья судили его с участием присяжных, кроме случаев, когда его обвиняют в малозначительном правонарушении; что если он не даст согласия на рассмотрение своего дела магистратом, то у него возникнет право, чтобы его дело было предварительно проверено районным судьей; а также о тех обстоятельствах, при наличии которых он может быть освобожден из-под стражи до суда.

После такого разъяснения и дачи письменного согласия на рассмотрение дела магистратом обвиняемый должен выразить свое отношение к предъявленному обвинению. Если он не признает себя виновным, то ему может быть предоставлено до 30 дней для подготовки к судебному разбирательству [59, С.245-284].

Подсудимые в США имеют право на суд присяжных по делам о преступлениях, за совершение которых предусмотрено наказание свыше шести месяцев лишения свободы.

После вынесения обвинительного приговора обвиняемый имеет право на пересмотр дела в суде апелляционной инстанции [14, С.692.].



3.4. Апелляция и иные способы проверки судебных решений по уголовным делам

Как и в Англии, в США термином «апелляция» обозначают обжалование и проверку как вступивших, так и не вступивших в законную силу судебных решений по уголовным делам.

Способы проверки законности и обоснованности приговоров в принципе можно подразделить на две группы. К первой из них относятся все виды апелляции (appeal), а ко второй – иные способы (нередко их называют попутными, вспомогательными и т.п.).

Правом на подачу апелляции наделены лишь осужденный и его защитник, а также обвинитель, выступавший в суде. Объем этого права для стороны обвинения и стороны защиты неодинаков - обвинитель по общему правилу может прибегнуть к апелляционному обжалованию только при признании подсудимого виновным и назначении ему наказания и в крайне ограниченных пределах.

Что касается осужденного и его защитника, то и их возможности обжалования поставлены в определяемые законом и иными правовыми предписаниями рамки. Границы этих рамок зависят от конкретных обстоятельств:

во-первых, признания или непризнания осужденным своей вины. Если он признал ее, то тем самым лишил себя права на обжалование фактических обстоятельств дела и может жаловаться только на неправильное применение уголовного или процессуального закона. Нередко признание осужденным своей вины может повлечь необходимость получения согласия на подачу апелляции суда, решение которого обжалуется;

во-вторых, платежеспособности осужденного, которая необходима для внесения во многих случаях денежного залога и для выполнения других действий;

в-третьих, использования или неиспользования на предыдущих этапах судопроизводства всех возможностей для исправления ошибок, допущенных судом. Если это не было сделано осужденным или его защитником, то апелляционная инстанция вправе отказать в приеме апелляции;

в-четвертых, степени важности поднимаемых в апелляции вопросов. «Легкомысленные» (по пустякам - frivolous) апелляции могут повлечь не только отказ в их рассмотрении, но и применение санкций за их подачу и отвлечение апелляционной инстанции от важных дел, как правило, в виде конфискации денежного залога, внесенного апеллянтом;

в-пятых, необходимости оформлять по сравнительно жестким правилам текст апелляции и прилагаемые к ней документы.

Все это в совокупности обусловливает тот факт, что на практике обжалуется относительно небольшое количество итоговых решений по уголовным делам.

По общему правилу основанием для подачи осужденным или его защитником апелляции на незаконное осуждение может служить существенная правовая ошибка, допущенная при рассмотрении дела судом первой инстанции. Она может касаться правил составления и утверждения обвинительного акта, порядка рассмотрения заявляемых сторонами ходатайств, представления доказательств, содержания напутственного слова судьи присяжным и т. д. Но самого по себе факта нарушения или несоблюдения закона еще недостаточно. Допущенная ошибка должна причинить ущерб правам и интересам обвиняемого.

Однако из этого общего правила имеется немало исключений, в том числе таких, которые в значительной мере ставят решения апелляционных судов в зависимость от их практически ничем неограниченного усмотрения. Кое-где, например, установлено, что апелляционная инстанция может отменить приговор, если обнаружит, что состоявшееся решение о виновности в результате ошибки, предубеждения или «влияния страстей» противоречит доказательствам либо не соответствует им. В некоторых штатах это основание отмены приговора сформулировано еще шире - приговор может быть отменен, если, с точки зрения апелляционной инстанции, «этого требуют интересы правосудия».

Что касается возможности проверки законности и обоснованности назначенной судом первой инстанции меры наказания, то и в данной области наблюдается тенденция к различного рода ограничениям права на обжалование. В виде общего правила апелляционная инстанция может откорректировать меру наказания, назначенную судом первой инстанции, лишь тогда, когда не были соблюдены пределы санкции, установленной уголовным законом и (или) Федеральным руководством по назначению наказания. Поворот к худшему при этом не допускается.

Особые правила и изъятия из них установлены для апеллирования, к которому вправе прибегать обвинители, участвовавшие в рассмотрении дела по существу. Долгое время такое право за ними не закреплялось, ибо широко признавалось, что постановка вопроса об исправлении судебных ошибок - дело прежде всего осужденного. Он и должен заботиться об их исправлении. Прокурор же завершает свою миссию тем, что добивается осуждения. Если осуждение не состоялось, то, значит, прокурор не смог убедить суд в виновности подсудимого. Делать это в апелляционной инстанции неуместно.

Однако в последние десятилетия ситуация несколько изменилась. Постепенно прокурор стал получать право на обжалование приговоров (обвинительных), если по его мнению было допущено нарушение. Обычно это делается путем установления перечня конкретных нарушений, по поводу которых допускается прокурорское обжалование.

Последовательность действий, которые должны совершаться сторонами и судом в процессе апелляционного производства схематично можно изобразить примерно следующим образом. Первым шагом после вынесения приговора должна быть подача обычно в 10-дневный срок уведомления о намерении апеллировать в вышестоящий суд. Подается оно клерку суда в двух экземплярах. Составляется уведомление по установленной форме. После этого в течение 40 дней апеллянт должен составить обстоятельно аргументированную апелляцию, приложить к ней копии нормативных актов и опубликованных судебных решений, на которых основывается аргументация, а также расшифрованную стенограмму судебного заседания (по необжалуемым делам стенограммы остаются нерасшифрованными), копии других документов, на которые есть ссылки в апелляции.

Следующий этап - подготовка к слушанию дела. Он обычно длится не более 30 дней, которые даются для того, чтобы все участники, в том числе судьи апелляционной инстанции, могли ознакомиться с апелляцией и ее обоснованием. Само слушание проходит в неформальной обстановке. Решение по его итогам сначала фиксируется весьма кратко в протоколе, а потом уже идет процесс его мотивировки. Суть последней сводится к тому, что судьи, участвовавшие в рассмотрении апелляции, могут либо совместно, либо по одному составить т. н. мнения (opinions). Эти мнения и содержат мотивировку принятого по апелляции решения.

Такие решения могут быть в нескольких вариантах: жалоба отклоняется, а приговор оставляется в силе; жалоба удовлетворяется и дело прекращается либо направляется на новое рассмотрение в суд первой инстанции. По делам, которые рассматривались в упрощенном порядке магистратами или другими им подобными судьями, апелляционная инстанция (обычно это вышестоящий суд - низшее звено судов общей юрисдикции), отменяя приговор, вправе принять дело к своему производству и рассмотреть его заново, с исследованием всех доказательств, т. е. повторить судебное разбирательство дела по существу.

Так выглядит в общих чертах институт апелляции, призванный обеспечивать проверку законности и обоснованности приговоров в бычных случаях. Однако американскому уголовному судопроизводству известны и виды апелляции, которые можно условно отнести к видам чрезвычайной апелляции, связанной с особыми условиями проверки законности и обоснованности решений по уголовным делам. Их два, и оба они реализуются в высших судебных инстанциях - в Верховном суде США и верховных судах ряда штатов.

Один из этих видов апелляции в Верховном суде США реализуется, в частности, когда возникает потребность в решении имеющего принципиальное значение для судебной практики всей страны «федерального вопроса» или когда один из федеральных апелляционных судов вынес решение, существенно отличающееся от решения, ранее принятого другим федеральным апелляционным судом по такому же вопросу.

Другой «особый» вид апелляции предусмотрен правилами 24 и 25 указанных Правил Верховного суда США. К нему прибегают в тех случаях, когда при рассмотрении какой-то проблемы, связанной с уголовным делом, у федерального апелляционного суда возникает вопрос, требующий разъяснений высшего суда страны. Такой вопрос должен касаться только правовых проблем (истолкования предписаний правовых норм). Рассматривая обращение апелляционного суда, Верховный суд вправе, вместо дачи нижестоящему суду соответствующих указаний, вынести нужное решение.

Уголовному судопроизводству США известны и т. н. пост-апелляционные способы проверки законности и обоснованности судебных решений, в том числе по уголовным делам. Называют их по-разному, «экстраординарное обжалование», «дополнительные средства проверки», «косвенная атака на обвинительный приговор» и т.д. К ним относятся практикуемые в большинстве своем в судах разных штатов процедуры, к которым осужденный может прибегнуть с целью отмены приговора или прекращения его исполнения уже после того, как он использовал все возможности, предоставляемые ему реализацией права на апелляцию. В их числе называют следующие: рассмотрение ходатайств об издании приказа «хабеас корпус» (writ of habeas corpus); проверка приговора в связи с ходатайством, поданным в суд, рассмотревший дело по существу, об издании им приказа о пересмотре своего решения по вновь открывшимся обстоятельствам (writ of coram nobis); передача на решение федерального суда вопроса о законности и обоснованности содержания в тюрьме штата; применение положений Унифицированного закона о процедурах, применяемых после осуждения (Uniform Post-Conviction Act).

В принципе эти исключительные средства проверки законности и обоснованности приговоров в конечном счете, если отбросить не имеющие существенного значения детали и нюансы, можно свести к двум основным: к процедуре проверки законности и обоснованности содержания под стражей с последующей выдачей приказа «хабеас корпус» и возобновлению дел по вновь открывшимся обстоятельствам [59, С.285-291].


ВЫВОДЫ

Таким образом, в доказательственном праве уголовного процесса США получило распространение такое средство сбора доказательств как соглашение о признании вины. Правовое регулирование сделок о признании вины имеет много общих положений с институтом досудебных соглашений о сотрудничестве, однако требует взвешенного и разумного подхода при заимствовании его положительных аспектов в уголовно-процессуальное право России, а также согласования с основополагающими принципами российского уголовного процесса [23, С.286].

Обвинительный приговор может быть постановлен лишь на допустимых доказательствах. Поэтому из судопроизводства исключаются сведения, полученные с нарушением «должной правовой процедуры».

США как представитель англосаксонской системы права характеризуется господством прецедентного права, то есть важная роль в осуществлении правосудия принадлежит судам. Указанная способность обуславливает структурную организацию досудебного следствия в США. Система органов досудебного следствия США является разветвленной и обусловливается административно-территориальным устройством и правовым дуализмом страны. Указанная разветвленность позволяет обеспечивать законность расследования. При этом деятельность полиции, атторнейской службы и суда как органов досудебного следствия на законодательном уровне урегулированы настолько пропорционально, что координация в отдельных сферах их деятельности и надзор за законностью не ограничивает независимости указанных правоохранительных органов. Такой положительный опыт считаем целесообразным использовать при реорганизации системы правоохранительных органов России [12, С.21].

Предварительное слушание в США производится в состязательной форме по аналогии с преданием суду в английском процессе и имеет своей целью определение достаточности доказательств для поддержания обвинения в судебном разбирательстве. Аналогичный институт существует в российском процессе при производстве в суде присяжных. На обвинителе лежит обязанность доказать виновность лица. В то же время обвиняемый не обязан доказывать свою невиновность и потому может вообще отказаться, если пожелает, от представления каких-либо доказательств, а признание им своей виновности снимает с обвинителя бремя доказывания [30, С.156].

Если обвинение признается обоснованным, то дело передается на рассмотрение большого жюри. В Англии этот институт упразднен в 1993 году, а в США в большинстве штатов продолжает существовать.

Особенности производства в суде присяжных заключаются в следующем: а) подсудимый имеет право на очную ставку (конфронтацию) со свидетелем обвинения; б) судебное следствие и прения сторон не выделяются в качестве самостоятельных этапов (частей); в) на сторону защиты возлагается бремя доказывания, если она что-либо утверждает; г) присяжные должны, как правило, принимать решение единогласно. В противном случае коллегия присяжных распускается; д) наказания назначаются судьей за каждое совершенное преступление.

Апелляционная проверка приговоров - пожалуй, один из самых сложных и неупорядоченных процессуальных институтов в США. Можно смело утверждать, что каждая правовая система (как федеральная, так и штатов) сделала свой вклад в то, чтобы введенные в ее рамках правила проверки законности и обоснованности приговоров в апелляционном порядке не были похожи или идентичны тому, что сформировалось в условиях другой системы. Специфика может зависеть от многих факторов, в частности, от того: обжалуется ли вывод о виновности или назначенная мера наказания; признал ли осужденный себя виновным при рассмотрении дела в суде; ставятся ли под сомнение доказанность обвинения или правильность применения закона (уголовного либо процессуального); было ли дело рассмотрено с соблюдением процедуры, установленной для дел об опасных преступлениях, или в упрощенном (суммарном) порядке; в суд какого уровня направляется апелляция; насколько серьезен повод для подачи жалобы; способен ли осужденный внести требуемый залог, понести другие финансовые издержки, которые неизбежны при проверке приговора в апелляционном порядке; кто подает апелляционную жалобу - осужденный или обвинитель [59, C.285].


ЗАКЛЮЧЕНИЕ


Таким образом, особенностью английского законодательства является отсутствие уголовно-процессуального кодекса, и, как результат, действуют правовые институты, возникшие еще несколько веков назад, а именно: судопроизводство основывается на более чем 300 законодательных актах и многочисленных судебных прецедентах, которые часто характеризуются архаичностью.

Главным образом прецедентами выступают решение Апелляционного суда и Палаты лордов. Уголовное судопроизводство осуществляется с участием мировых судей и присяжных Суда Короны. В конце прошлого века были приняты законы об уголовной юстиции; об обвинении; об уголовном правосудии; о полиции и доказательствах по уголовным делам; об обеспечении доступа к правосудию и некоторые другие.

Американская ветвь англосаксонской правовой системы формировалась в совершенно других социально-правовых, геополитических, экономических и других условиях. Уголовно-процессуальному праву США в отличие от английского всегда были присущи некоторые черты, сближающие его с континентальной системой. Американское право имеет характерные особенности, что позволяет его выделить в отдельную группу англосаксонской правовой семьи: наличие Конституции, двухуровневый характер правовой системы (одновременно функционируют федеральная правовая система и правовые системы штатов), наличие большого количества кодифицированных и консолидированных актов, структурированность правовой системы, а также сочетание судебной практики с быстрым развитием отраслевого законодательства; уставное законодательство с момента обретения независимости стало играть более значимую роль, чем в Англии; существенную координирующую роль в правовой системе играет Верховный Суд США, интерпретирующий Конституцию и создавая прецеденты.

Наличие более развитого законодательства (особенно Конституции США и пятнадцати поправок), а также федеративного устройства заметно отличают американское право от британского.

Доказательственное право занимает особое место в английской и американской правовых системах, поскольку доктрина не рассматривает доказательственное право как часть уголовного процесса, оно рассматривается как самостоятельная отрасль права. 

Доказательственное право Англии и США — система правил о доказательствах. Доказательственное право этих государств включает в себя следующие институты: а) относимости и допустимости доказательств; б) собирания и установления информации, которые в дальнейшем могут быть использованы сторонами в качестве доказательств; в) бремени доказывания; г) юридических и фактических презумпций [36, С.675].

В доказательственном праве государств англосаксонской правовой системы содержатся положения о таких свойствах уголовных доказательств, как относимость, допустимость, достоверность, достаточность и вес.

Относимость доказательств, как основополагающее свойство, определяет общую возможность установления факта с большей или меньшей вероятностью, а также является условием для допустимости доказательств. В появлении и развитии института допустимости доказательств четко прослеживается влияние принципа состязательности уголовного процесса, суда присяжных, принципа публичности и неотвратимости уголовной ответственности.

Вес же доказательств определяет степень изменения вероятности факта, а допустимость является условием для существования веса ввиду того, что сначала профессиональный судья оценивает допустимость доказательств, и только в том случае, если оно допустимо, присяжные заседатели получают возможность оценить их вес [67].

В уголовном процессе Англии и США недопустимыми являются доказательства, полученные не из первоисточника, так называемые hearsay, что является особенностью уголовного процесса стран общего права.

Американское и английское правила о запрете hearsay имеют общую правовую природу. Нормы уголовнопроцессуального права США о допустимости доказательств, полученных с процессуальными нарушениями, сильно отличаются от английских процессуальных норм, регулирующих этот вопрос. В США соблюдению процедуры при получении доказательств придается гораздо большее значение, чем в Англии. Причина различий кроется в природе и целенаправленности правил о недопустимости доказательств. Правила о недопустимости доказательств в английском уголовном процессе имеют своей целью обеспечивать справедливость процедуры производства по делу. Правила о недопустимости доказательств в американском уголовном процессе направлены на предупреждение процессуальных нарушений органами уголовного преследования, прежде всего полицией. В уголовном процессе США признание доказательств недопустимыми является процессуальной санкцией за процессуальные нарушения. Иными словами, органам уголовного преследования запрещено нарушать правила уголовного судопроизводства под страхом признания полученных доказательств недопустимыми и исключения их из материалов дела [40, С.106].

Можно отметить основные отличия в понимании относимости, а в свою очередь допустимости доказательств в англо-американском доказательственном праве и в российской процессуальной теории и законе. В Англии и Америке относимость доказательств рассматривается как один из критериев их допустимости (содержательная допустимость) и не проводится такого четкого разграничения этих понятий, как в российской уголовно-процессуальной теории. В теории российского уголовного процесса считается, что вопрос о допустимости доказательства не обсуждается, если доказательство не является относимым. В английском и американском уголовном процессе предмет доказывания имеет структуру, отличную от предмета доказывания в российской процессуальной теории. Все обстоятельства уголовного дела в англосаксонской системе права подразделяются на обстоятельства, связанные с преступным деянием, и обстоятельства, связанные с личностью обвиняемого и потерпевшего. В соответствии со ст. 73 УПК РФ обстоятельства, связанные с личностью обвиняемого, входят в предмет доказывания. Американское доказательственное право в вопросах допустимости более похоже на российское [10, С.37].

Предварительное расследование в США и Англии можно назвать полицейским. В этих странах оно вообще не считается уголовно-процессуальной деятельностью и производится в административном порядке. Деятельность на ней имеет административную природу и неотличима от оперативно-розыскного производства. Деятельность полиции отчасти регулируется правилом об исключении доказательств, полученных с нарушением должной процедуры. Юридически полиция и прокурор действуют как сторона, подготавливающая материал для судебного разбирательства. Предварительное расследование имеет следующие его черты.

1) органом досудебного производства по делу выступает обычно полиция. Атторнеи в США и Дирекция публичных преследований в Англии принимают участие в досудебном производстве крайне редко;

2) для начала досудебного производства не требуется фактического обоснования или акта возбуждения уголовного дела;

3) досудебное производство составляют поисковые действия полиции с использованием, в том числе, специальных средств, специальных агентов и осведомителей. Подготовку материалов к судебному заседанию могут производить стороны: потерпевший и обвиняемый. В этом случае полиция действует за рамками уголовного процесса, помогая потерпевшему в подготовке материалов либо представляя ущемленные интересы государства;

4) досудебное производство в США урегулировано в целом ведомственными актами [14, С.693].

Судебные системы Англии и США — ярких представителей уголовного судопроизводства рассматриваемой группы государств — отличаются значительной сложностью.

В странах с англосаксонской системой права развито суммарное (упрощенное, ускоренное) производство.

Особенностью уголовного процесса и судопроизводства англо-американской правовой системы является то, что признание обвиняемым своей вины в совершении преступления, имеет решающее значение. В случае его признания на суде дело не рассматривается по существу. Такое положение английские юристы обосновывают «принципом состязательности». Если подсудимый признал себя виновным, то спора нет, и исследование доказательств вины лица становится лишним. Такая переоценка значения признания обвиняемым своей вины не отвечает интересам установления истины по уголовному делу, поскольку признание обвиняемого, даже добровольное, часто бывает ложным.

Англосаксонская модель (состязательная форма уголовного процесса), представляя систему общего права и основываясь на традициях англосаксонского права, отдает предпочтение не столько инициативной деятельности правоохранительных органов, сколько самим гражданам: уголовный процесс начинается, как правило, по требованию потерпевшего, а затем разворачивается как спор между обвинителем и обвиняемым. Здесь основную роль играет судебное следствие с его характерными атрибутами состязательности. Досудебное расследование или совсем не проводится, или имеет упрощенный характер.

Многовековой опыт развития правосудия неизбежно приводит к сближению самой процессуальной формы в объективных закономерностей познавательной деятельности, к моделированию ее с учетом таких закономерностей, а следовательно, и к сближению англо американской и романо-германской правовых систем [57, С.166]. Состязательная форма не может существовать в чистом виде. Последние годы подтверждают укрепление в ее рамках процессуальных институтов досудебного расследования. Классическая форма обогащается идеями состязательности: наметилась тенденция к более широкому участию защитника на предварительном следствии, восстановлении института суда присяжных. Прослеживается сближение двух моделей правосудия.

СПИСОК ИСПОЛЬЗОВАННЫХ ИСТОЧНИКОВ И ЛИТЕРАТУРЫ



  1. Адміністративне право України. Загальна частина. Академічний курс: підручник / За заг. ред. O.М. Бандурки. - Х.: Золота миля, 2011. - 584 с.

  2. Апарова Т.В. Прецедент в современном английском праве и судебное правотворчество // Проблемы совершенствования советского законодательства. Труды. – 1976. - Вып. 6. - С. 173-185.

  3. Апарова Т.В. Суды и судебный процесс Великобритании. Англия, Уэльс, Шотландия. - М.: Институт международного права и экономики. Издательство "Триада, Лтд", 1996. - 157 с.

  4. Ахмедов Ш.М. Межотраслевой институт досудебного соглашения о сотрудничестве в законодательстве зарубежных стран // Международное публичное и частное право. - 2010. - № 4. - С.28-31.

  5. Бахновский А.В. Сделка с правосудием": особенности англосаксонской и континентальной правовой традиции. Автореф. дис. ... канд. юрид. наук / Бахновский А.В. - Краснодар, 2008. - 19 c.

  6. Бермен У. Суд присяжных заседателей. - М.: Изд-во МНИМП 1994. -128 c.

  7. Богдановская И.Ю. Прецедентное право. - М.: Наука, 1993. - 239 с.

  8. Брайсон У.К. Американская судебная система // Верховенство права. Сборник: Перевод с английского. - М.: Прогресс, 1992. - С. 116-132.

  9. Буржуазная юстиция. Состояние и перспективы развития / Боботов С.В.; Отв. ред.: Яковлев А.М. - М.: Наука, 1989. - 256 c.

  10. Верещагина М.А. Институт допустимости доказательств по английскому и американскому уголовному доказательственному праву / М. А. Верещагина // Вестник ЮУрГУ. Серия «Право». – 2008. –№18(118). – Вып. 15. – С. 36 – 41.

  11. Владимиров Л.Е. Учение об уголовных доказательствах/ Владимиров Л.Е. - Тула: Автограф, 2000. - 464 c.

  12. Галаван З.С. Система досудебного следствия Соединенных Штатов Америки// Вестник Волгоградского института бизнесса. - 2013. - №2(23). – С.20-24.

  13. Галаван З.С. Функціонування системи досудового слідства у державах – членах Європейського Союзу//Публічне право. -2012. - № 3 (7). – С.218-225.

  14. Гельдибаев М.Х., Вандышев В.В. Уголовный процесс. Учебник для студентов вузов, обучающихся по юридическим специальностям. - М.: ЮНИТИ-ДАНА, Закон и право, 2012. - 719 с.

  15. Головистикова А.Н., Дмитриев Ю.А. Проблемы теории государства и права: Учебник. – М.: ЭКСМО, 2005. - 649 с.

  16. Давид Р., Жоффре-Спинози К. Основные правовые системы современности. / Пер. с фр. В.А. Туманова. - М.: Международные отношения, 1997. – 400 с.

  17. Дементьев О.М. «Сделка о признании вины» - сравнительно-правовой анализ некоторых аспектов // Вопросы правоведения. - 2005. – Вып. 5. - С.91-97.

  18. Джурканин Т. Кадровое обеспечение полиции США: [монография] / Джурканин Т., Негодченко А., Сергевнин В.; Под ред.А.В. Негодченко. — Х.: Нац. ун-т внутр. дел; Днепропетровск: Лира ЛДТ, 2003. — 360 с.

  19. Додонов В., Щерба С. Полномочия прокуроров на досудебных стадиях в уголовном процессе Германии, Франции, Англии, Италии и Испании // Законность. - 2011. - №6. - С. 53-57.

  20. Долинский А. Прецедентная судебная система и особенности ее применения в различных регионах Соединенного Королевства. Спб., 2003. – 332 с.

  21. Евстигнеева О.В. «Сделка о признании вины» - международно-правовой институт в российском правовом поле // Правовые проблемы научного прогресса. - М.: Юриспруденция, 2010. - С.291-294.

  22. Забейда А.В. Отдельные проблемы обеспечения и защиты прав, свобод, а также личности присяжного заседателя в Российской Федерации //Право и политика. - 2005. - №12. – С.113-123.

  23. Иванов А.А. Правовое регулирование института сделок о признании вины в США// Вестник Нижегородского университета им. Н.И. Лобачевского. – 2012. - № 2-1. – С.282-286.

  24. Иоффе О.С. Ответственность по советскому гражданскому праву. - Л.: Изд-во Ленингр. ун-та, 1955. – 310 с.

  25. История государства и права зарубежных стран. Часть 2. Учебник для вузов Под общ. ред. Н.А. Крашенинниковой и О.А. Жидкова - М.: Издательство НОРМА (Издательская группа НОРМА – ИНФРА М), 2001. - 712 с.

  26. Ищенко Е.П., Ищенко П.П. Так нужен ли России суд присяжных? // Уголовное судопроизводство. - 2007. - №1. – С.3-8.

  27. Їжак О. Порівняльно-аналітичний аналіз поняття правоохоронних органів за вітчизняним та зарубіжним законодавством, їх характерні ознаки, види та місце в системі органів виконавчої влади / О. Їжак // Аналітичні записки щодо проблем і подій суспільного розвитку. – 2009. – Грудень

  28. Калиновский К.Б. Законность и типы уголовного процесса: дис.... канд. юрид. наук: 12.00.09 /Калиновский К.Б. - СПб., 1999. – 208 с.

  29. Каминская В.И. Показания обвиняемого в советском уголовном процессе / Отв. ред.: Строгович М.С. - М.: Изд-во АН СССР, 1960. - 182 c.

  30. Квигли Дж. Презумпция невиновности и американское право // Советское государство и право. - 1990. - №2. - С.156.

  31. Кросс К. Прецедент в английском праве. Под ред. Ф.М. Решетникова; пер. Апарова Т.В. — М.: Юридическая литература, 1985. — 239 с.

  32. Ларичев В.В. Предварительное расследование преступлений в США и Германии. Автореф. дис. ... канд. юрид. наук / Ларичев В.В. - М., 2004. - 24 c.

  33. Левенталь Я.Б. К вопросу о презумпциях в советском гражданском процессе // Сов. государство и право. - 1949. - №6. – С.55-64.

  34. Лоскутова T.A. Привилегии и иммунитет свидетеля в уголовном процессе Англии и США // Адвокатская практика. - 2005. - № 6. – С.29-32.

  35. Лубенский А.И. Николайчик В.М. Уголовный процесс США. - М.: Наука, 1981. - 224 с.

  36. Ляхов Ю.А., Цыганенко С.С. Уголовный процесс России. Общая часть: Учебник / Под ред. В.З. Лукашевича. - СПб.: Изд-во С.-Петерб. ун-та, 2004. -448 с.

  37. Максимов А.А. Прецедент как один из источников английского права // Государство и право. – 1995. - №2. – С.97-102.

  38. Махов В.Н., Пешков М.А. Уголовный процесс США (досудебные стадии). Учебное пособие. - М.: ЗАО "Бизнес-школа "Интел-Синтез", 1998. - 208 с.

  39. Мелехин А.В. Теория государства и права: учебник. – М.: Маркет ДС корпорейшн, 2007. - 633 с.

  40. Николаева Т.Г., Роганов С.А., Шестакова С.Д. Допустимость доказательств в зарубежном уголовном процессе // Вестник Санкт-Петербургского университета МВД России. – 2012. - №2(54). - С.103-108.

  41. Николайчик В.М. Уголовное правосудие США //США. -1995. - № 4. - С. 108.

  42. Новиков С.А. «Я виновен»: доказательственное значение собственного признания вины в современном уголовном процессе России // Правоведение. - 2009. - №1. - С. 141-157.

  43. Пашин С.А. Теоретические основы допустимости материалов в качестве доказательств // Уголовное право. - 1998. - № 2 - С. 44-48.

  44. Пешков М. Государственный обвинитель в уголовном процессе США // Законность. - 1998. - № 1. – С.52-56.

  45. Полянский Н.Н. Уголовное право и уголовный суд в Англии. - М.: Юрид. лит., 1969 – 399 с.

  46. Поморски С. Американские суды и следствие по уголовным делам: 4-я поправка к Конституции США (правило об исключении) // Государство и право. - 1990. -№ 10.- С.108-111.

  47. Проблемы теории государства и права: Учебное пособие / Под ред. М.Н. Марченко. – М.: Юристь, 2001.

  48. Проневич О.С. Діяльність муніципальної (місцевої) поліції/міліції в європей- ських державах: деякі теоретичні та організаційно-правові аспекти / О.С. Проневич // Право і суспільство. – 2009. – № 4. – С.3–11.

  49. Профессиональная подготовка сотрудников полиции (милиции) США и России / Чарльз М.Т.; Под общ. ред.: Сальников В.П. - С.-Пб.: Алетейя, Санкт-Петербург. ун-т МВД России, 2000. - 224 c.

  50. Решетников Ф.М. Правовые системы стран мира. Справочник. - М.: Юрид. лит., 1993. - 256 с.

  51. Решетникова И.В. Доказательственное право Англии и США. - Екатеринбург: Изд-во Урал. ун-та, 1999 – 240 с.

  52. Савченко А.В. Федеральні правоохороні органи США: місія, організаційна структура та застосування кримінального законодавства: навч. посібник. - К.: Текст, 2003. - 122 с.

  53. Саидов А.Х. Сравнительное правоведение (основные правовые системы современности): Учебник /Под ред. В.А. Туманова. – М.: Юристъ, 2003. – 448 с.

  54. Свон Р.Д. Эффективность правоохранительной деятельности и ее кадровое обеспечение в США и России/ Под общ. ред. В. П. Сальникова. - СПб.: Алетейя, 2000. – 288 с.

  55. Стабров Н.И. Рассмотрение ходатайств о недопустимости доказательств в Российской Федерации в суде присяжных // Журнал российского права. - 2006. - №11. – С.32-38.

  56. Стойко Н.Г. Уголовный процесс западных государств и России: сравнительное теоретико-правовое исследование англоамериканской и романо-германской правовых систем. СПб.: Издательский Дом Санкт-Петербургского государственного университета, 2006. – 264 с.

  57. Супрун Т.М. Правова презумпція в англо-американській та романо-германській правових системах// Науковий вісник Національного університету ДПС України (економіка, право). - 2013. - № 4(63). – С.161-167.

  58. Ткачева Н.В. Уголовное судопроизводство зарубежных государств. – Челябинск: Издательство ООО "Полиграф-Мастер", 2006. -302 с.

  59. Уголовный процесс западных государств / Головко Л.В., Гуценко К.Ф., Филимонов Б.А.; Под ред.: Гуценко К.Ф. - М.: Зерцало-М, 2001. – 480 с.

  60. Калиновский К.Б. Уголовный процесс современных зарубежных государств: Учебное пособие / Калиновский К.Б. - Петрозаводск: Изд-во ПетрГУ, 2000. – 48 с.

  61. Уголовный процесс: учебник / Отв. ред. А. В. Гриненко. — М.: Норма, 2009. — 496 с.

  62. Уильз У. Опыт теории косвенных улик, объясненной примерами. - М.: Типография Грачева и комп., 1864. – 251 с.

  63. Уолкер Р. Английская судебная система / Р. Уолкер; отв. ред. и предисл. Ф. М. Решетников; [пер. с англ. Апарова Т. В.]. – М.: Юрид. лит., 1980. – 631 c.

  64. Шестакова С.Д. Допустимость доказательств в уголовном процессе России и США // Уголовный процесс. - 2004. -№ 3. – С.100-102.

  65. Шишкін В.І. Забезпечення прав людини в судочинстві США (організаційні і процесуальні засади). Могографія. — К.: Юрінком Інтер, 2000. — 320 с.

  66. Щербаков С.В. Бремя доказывания по английскому и американскому уголовному судопроизводству // Правоведение. - 2007 - № 5. - С. 112-117.

  67. Щербаков С.В. Доказательства в уголовном судопроизводстве США/С. В. Щербаков. //Российский судья. -2010. - № 4. - С. 27–30.

  68. Dennis I. The Criminal Justice and Public Order Act. The evidence provisions // The criminal law review. - 1995. - №1. - P.4-18.

Чарльз М. Т. Профессиональная подготовка сотрудников полиции (милиции) США и России: науч. издание / под общ. ред. В. П. Сальникова. СПб.: Санкт-Петербургский университет МВД России; издательство «Алетейя», 2000. 224 с



  • Если Вы считаете, что материал нарушает авторские права либо по каким-то другим причинам должен быть удален с сайта, Вы можете оставить жалобу на материал.
    Пожаловаться на материал
Курс повышения квалификации
Курс профессиональной переподготовки
Педагог-библиотекарь
Курс профессиональной переподготовки
Специалист в области охраны труда
Скачать материал
Найдите материал к любому уроку,
указав свой предмет (категорию), класс, учебник и тему:
также Вы можете выбрать тип материала:
Краткое описание документа:

Научная работа по предмету "Право" на тему: «Особенности формирования уголовно-процессуального права в англосаксонской правовой семье» предлагается в качестве дополнительного источника информации при изучении тем, посвящённых уголовному процессу зарубежных стран и сравнительному правоведению. Данная тема изучается в рамках магистерских программ высшего юридического образования, но может быть использована для расширения кругозора старшеклассников общеобразовательных учреждений.

Проверен экспертом
Общая информация
Учебник: «Право (базовый и углублённый уровни)», Никитин А.Ф., Никитина Т.И.
Тема: § 68. Особенности уголовного судопроизводства (процесса)

Номер материала: ДБ-1320552

Скачать материал
Похожие материалы

Вам будут интересны эти курсы:

Курс профессиональной переподготовки «Библиотечно-библиографические и информационные знания в педагогическом процессе»
Курс профессиональной переподготовки «Маркетинг: теория и методика обучения в образовательной организации»
Курс профессиональной переподготовки «Управление персоналом и оформление трудовых отношений»
Курс повышения квалификации «Формирование компетенций межкультурной коммуникации в условиях реализации ФГОС»
Курс повышения квалификации «Использование активных методов обучения в ВУЗе в условиях реализации ФГОС»
Курс профессиональной переподготовки «Управление ресурсами информационных технологий»
Курс повышения квалификации «Методы и инструменты современного моделирования»
Курс профессиональной переподготовки «Риск-менеджмент организации: организация эффективной работы системы управления рисками»
Курс профессиональной переподготовки «Организация системы менеджмента транспортных услуг в туризме»
Курс профессиональной переподготовки «Метрология, стандартизация и сертификация»
Курс повышения квалификации «Международные валютно-кредитные отношения»
Курс профессиональной переподготовки «Информационная поддержка бизнес-процессов в организации»
Курс профессиональной переподготовки «Гражданско-правовые дисциплины: Теория и методика преподавания в образовательной организации»
Курс профессиональной переподготовки «Управление качеством»

Оставьте свой комментарий

Авторизуйтесь, чтобы задавать вопросы.