Подборка художественной литературы по теме «Мебель»

для детей 5-6 лет.

Нефёдова К. « Мебель» 

Мебель в доме берегут,
Создаёт она уют.
Дом без мебели пустой,
И как будто нежилой.
Мы за стол садимся есть,
Стул нам нужен, чтобы сесть,
На диване или в кресле
Смотрим фильм мы интересный.
С полки книгу мы берём,
В шкаф одежду мы кладём.
А удобная кровать
Нам нужна, чтоб сладко спать.

   Десятова Л.П. «Сказка про шкаф, Который Любил Порядок»

Шкаф, который любил порядок, жил в комнате Маши и Вити.  Точнее, это они жили в комнате Шкафа, который любил порядок.  Потому что именно он был главным в детской комнате, возвышаясь над всякими кроватями, тумбочками и ящиками с игрушками.  И только Люстра смотрела на Шкаф свысока, но будучи натурой легкомысленной, она весь день спала и только вечером открывала глаза, чтобы посветить Маше и Вите.  Поэтому Шкаф не брал её в расчёт и считал себя самым главным.

Шкаф очень любил бурчать.  Сердито зевал, когда дети открывали его утром, чтобы достать одежду, издавал недовольный скрип, если его задевали, но больше всего Шкаф не любил беспорядок. Скажет мама Вите: «Убери пижаму!», Витя зазевается и, скомкав пижаму, найдёт ей дальний уголок в шкафу: может, мама и не заметит.  Мама-то, может, и не заметит, а вот Шкаф очень даже заметит.  Витя уходить, а Шкаф хвать его за рубашку, и не отпускает.  Покрутится Витя, повертится, - куда деваться? – надо складывать пижаму.  Машу заставлял платья по цветам раскладывать!  

Дети догадывались, что их платяной шкаф был не совсем обычным шкафом и даже немного его побаивались и уважали.  Что бы вы без меня делали, - думал про себя Шкаф, - заросли бы в грязи.  От важности его распирало так, что иногда мама не могла закрыть дверцы.

Но однажды дети уехали на целое лето в деревню.  Обрадовался Шкаф: поря-я-я-ядок!  Платья по цветам разложены, пижамки детские отдельно лежат, носочек к носочку, платочек к платочку, маечка к маечке.  Хорошо!
Хорошо-то хорошо, но скучно. Даже повода побурчать и поскрипеть нету.

Через месяц петли пылью покрылись, и загрустил наш Шкаф, по детям затосковал.
- Грустишь? – спросила его как-то Люстра.
- Угу, - сердито пробурчал Шкаф. Он не был уверен в том, как вести себя с легкомысленной Люстрой.
- Да…когда детей нет, то и в нас нет большого смысла… Никому-то мы не нужны, - Люстра тоже, как оказалось, скучала.  Больше они не разговаривали.

А ещё через месяц вернулись Маша и Витя, радостные, отдохнувшие, повзрослевшие и сразу заметили, что в комнате что-то изменилось. Шкаф по-прежнему скрипел, но звучал теперь как-то по-новому, приветливо.
- Надо шкаф поменять, - сказала мама, - он, наверное, за лето рассохся. Скрипучий такой стал.
- Нет! – закричали Маша и Витя в один голос, - он нам очень нравится!
- Ну, нет, так нет, - мама пожала плечами и вышла из комнаты.
Так началась дружба.  Шкаф из самого главного стал Самым Главным Помощником. А Маша с Витей приучились к порядку.

«Сказка о стуле»

Жил-был стул. У него были четыре деревянные ноги, деревянная спина и деревянное сиденье. Он целиком был деревянный. Но плотник, который его сколотил, был неумеха, и потому стул шатался как пьяный, стоило хотя бы притронуться к нему.
Конечно, стул не хотел, чтобы его считали пьяницей, но ничего исправить не мог. И потому он очень страдал, а больше всего мучений он испытывал, когда кто-то на него садился. Тогда стул начинал кряхтеть, скрипеть, стонать.
Долго ли, коротко ли, но жизнь стула шла своим чередом. Он попал в хорошую семью, где молодые муж и жена бережно относились к нему. Тем более, что кроме него, стола и кровати, больше никакой мебели не имелось.
Стол был надменный – он возвышался над всеми остальными и потому считал себя главным. Стул время от времени спорил с ним, но вскоре убедился, что идеи о равенстве стол не приемлет никогда, а разговаривать с нетрезвым стулом и вовсе считал ниже своего достоинства.
Кровать, наоборот, была словоохотлива, она с упоением делилась всеми тайнами, которые узнавала от хозяев в темноте. Её болтливость стулу не нравилась, он старался отвлечься, уходил мыслями в себя.
Потому для него полной неожиданностью было появление ещё одного человека в семье. Откуда он взялся, так и осталось загадкой для стула. Этот новый маленький, ужасно крикливый, грубый и невежливый человек постоянно вызывал раздражение у стула. Но поначалу удавалось не обращать на него внимания, уходить мыслями в менее шумный мир, наслаждаться внутренним покоем. Но вскоре маленький человек стал перемещаться по всему дому, прикасаться к стулу, сдвигать его, ронять. Тут уж стул начал злиться, но поделать ничего не мог, тем более, что даже хозяевам не удавалось усмирить малыша. Разве способен был справиться с ним простой стул?
Порой ему хотелось убежать отсюда, из этой комнаты в просторный и широкий мир, где нет зла и насилия. Но проковыляв несколько шагов, стул замирал на месте в бессилии. Да и, в конечном счёте, от своего предназначения не убежишь. А какое у стула предназначение? То-то и оно.
Скоро сказка сказывается, да нескоро дело делается. Маленький человек подрос, стал залезать на сиденье стула. С ногами. Стулу не нравилась такая грубость, и его обычные хмельные шатания превращались в суровую тряску с хриплой руганью. Не помогали даже внезапные наклоны, с помощью которых удавалось стряхнуть обидчика на пол. Маленький человек забирался снова – ему понравилось качаться и прыгать на стуле. Стул кричал от боли и унижения, но маленький человек был злой, он не понимал. Он думал, что стул веселится так же, как он сам.
Наконец стул не выдержал и сломался. Он развалился на отдельные части. Стол злорадно ухмыльнулся, а кровать сочувственно вздохнула. Ей тоже порой приходилось тяжело.
А маленький человек упал на пол и ушибся. Он лежал среди обломков стула и плакал. На шум пришла мама, она утешила своего ребёнка и обещала купить новый стул, если сын будет беречь его.
А из обломков старого стула хозяин соорудил детскую лопатку, с помощью которой малыш стал играть на улице с искристым снегом. Там становилось весело и удивительно, а все заботы и тяжёлые раздумья отступали. Так бывший стул получил возможность хотя бы одной своей частью выбираться из дома и видеть красоту и богатство мира.
Из других частей хозяин вырезал деревянные бусы для своей жены, которые были так чудесны, что многие женщины захотели себе такие же. У хозяина появился постоянный добрый приработок, на который он в первую очередь купил новый стул.
Но от старого стула остался ещё один обломок. Маленький и невзрачный. Из него хозяин выточил деревянную рубашку для простого карандаша. Научившись писать, карандаш выбрал минутку, когда никто его не видит, и записал эту историю.
Тут и сказочке конец, а кто слушал — молодец.

К. Ушинский «Приключения стола и стула»

Перед завтраком в столовой
Стукнул ножкой стол дубовый.
Стук,
Стук,
Стук, стук-стук,
— Слушай, стул — мой старый друг.
Столько лет и столько зим
В старом доме мы стоим.
Отчего бы нам с тобой
Не пройтись по мостовой?

Стул с продавленным сиденьем
Отвечает с удивленьем:
— Что ты, что ты, старый стол!
Не с ума ли ты сошел?
У меня кривые ноги,
Спотыкнусь я на пороге.
Сто ступенек на пути,
До крыльца мне не дойти!

Вышиб дверь дубовый стол
И по лестнице пошел.
Старый стул, его сосед,
Побежал за ним вослед.
Прыг на пятую ступень,
На десятую ступень,
На двенадцатую боком,
На пятнадцатую скоком,
На двадцатую волчком
И до сотой кувырком.

Эй, держите! Караул!
Убежали стол и стул.
Славный день! Веселый день!
Меж домов цветет сирень.
Голосит-гудит гармоника,
Смотрят дети с подоконника.
А пройдешь за ворота
Там и стук, и суета.

Разошелся старый стул,
Всеми ножками взмахнул.
— Для чего я, бестолковый,
Столько лет стоял в столовой?
Фу-ты, ну-ты, черт возьми,
Погуляю я с людьми.

Удивляется народ,
Пропускает их вперед,
А они идут посмеиваются
Да на солнышке расклеиваются.
Стол скрипит: — Не отставай,
Скоро сядем мы в трамвай.

Подошел трамвай со звоном.
Люди кинулись к вагонам.
Старый стол хотел войти,
Да застрял он на пути.
На подножке он торчит,
А кондукторша кричит:

— Не задерживай вагон,
Вылезай скорее вон!
Стол скрипит, не унывая:
— Обойдемся без трамвая.
Эка невидаль — трамвай!
Эй, извозчик, подавай!

Натянул извозчик вожжи.
— Прокачу я вас попозже.
Едет сзади ломовой
Отвезет он вас домой!
Мчатся дроги по дороге,
Конь здоровый, толстоногий,
А на дрогах — ломовой
С кучерявой головой.

А за ним из-под рогожки
Кресла выставили ножки,
Два дивана, зеркала,
Фортепьяно и метла.
Ломовой, как видно, занят,
Пассажиров брать не станет.

Заскрипел усталый стул:
— Я бы малость отдохнул.
Очень жесткая дорога,
Я расклеился немного,
А на спинке — пузыри,
А на ножках — волдыри.

Отвечает стол сердито:
— У меня доска разбита.
Я расклеился давно,
Да теперь мне все равно.
Вон столовая Нарпита
До полуночи открыта.

Ты в окошко посмотри
Сколько столиков внутри,
А на столиках клеенки
И хрустальные солонки.
Забежим на пять минут
Поглядеть, как там живут.

Вверх по лестнице парадной
Потащился стол громадный
И, войдя в просторный зал,
Белым столикам сказал:
— Как живете? Как скрипите,
Что хорошего в Нарпите?
Но столы со всех сторон
Заскрипели: — Выйди вон!

Что за дерзость! Что за стыд!
Ты клеенкой не накрыт!
Наступает темнота,
Запирают ворота,
Бьют на площади часы,
В переулках воют псы.

По дороге с громким гулом
Старый стол идет за стулом.
У разбитого стола
Крышка в сторону сползла,
А у сломанного стула
Ножку заднюю свернуло.

Вдруг из каменных ворот
На дорогу вышел кот,
О забор потерся усом,
А потом зевнул со вкусом
И сказал: — Мои друзья!
Не волнуйтесь, это я
Кот сибирский, кот мохнатый,
Из квартиры сорок пятой.

Вам обоим я знаком,
Крыс ловил я под столом,
А на стуле столько раз
Я дремал в вечерний час.
Я по вас давно скучаю,
А хозяин ждет вас к чаю.
Он обедал на полу,
Будем рады мы столу!

Стол и стул ввалились в сени
И пошли считать ступени:
Прыг на пятую ступень,
На десятую ступень,
На двенадцатую боком,
На пятнадцатую скоком.

А потом
Шажком,
А потом
Ползком.
Исцарапались немного,
Но добрались до порога.

Что за встреча их ждала!
Зазвенели зеркала,
Распахнулись дверцы шкапа,
И с крючка слетела шляпа.

А на завтра к ним с утра
Пригласили столяра,
Столяра Степанова
Сколотить их заново.

Поплевал он на ладонь,
Клей поставил на огонь.
Сделал ножки новые,
Новые — дубовые.
И теперь они опять
Собираются гулять.

Агния Барто «Хромая табуретка»

Она лежит трехногая
В кухне, на боку.
Испытала многое
На своём веку.

Давно ей кто-то грудь прожег —
На ней забыли утюжок,
Потом котята лапами
Ее скребли, царапали.

Андрюша зиму целую
Твердил:— Я завтра сделаю
Для табуретки ножку.

Однако зиму целую
Она лежала в лежку,
Будто понимая,
Что она хромая.

Пообещал купить гвоздей
Сосед однажды летом,
Но (понадейся на людей!)
Сосед забыл об этом.

Ее в порядок привести
Пообещал Володенька,
Но парню надо подрасти —
Пока ему три годика.

У Пети в школьной мастерской
Все инструменты под рукой,
Но табурет не в плане.
А если он не в плане,
Пускай лежит в чулане!

К вам обращаюсь, детвора!
Возьмите на заметку:
Поставить на ноги пора
Хромую табуретку.

Прошу тебя, читатель мой,
Ты не оставь ее хромой!