Добавить материал и получить бесплатное свидетельство о публикации в СМИ
Эл. №ФС77-60625 от 20.01.2015
Инфоурок / Доп. образование / Другие методич. материалы / Презентация "История. Валя-Котик, пионер - герой."
ВНИМАНИЮ ВСЕХ УЧИТЕЛЕЙ: согласно Федеральному закону № 313-ФЗ все педагоги должны пройти обучение навыкам оказания первой помощи.

Дистанционный курс "Оказание первой помощи детям и взрослым" от проекта "Инфоурок" даёт Вам возможность привести свои знания в соответствие с требованиями закона и получить удостоверение о повышении квалификации установленного образца (180 часов). Начало обучения новой группы: 24 мая.

Подать заявку на курс
  • Доп. образование

Презентация "История. Валя-Котик, пионер - герой."

библиотека
материалов

И вот,... я вышел на широкое, открытое пространство... .

Впереди - у опушки Леса - лубочный теремок, только пятиэтаж-

ный и с телевизионной антенной на покатой, черепичной крыше.

Небольшой палисад с пышной акацией и цветущими гладиолусами.

Вокруг подстриженные газоны с красиво разбитыми клумбами и

цветниками. Еще дальше что-то похожее на огород - длинные ряды

грядок. Около крыльца дома и еще в нескольких местах горели са-

мые настоящие уличные фонари. Странно... Откуда здесь электри-

чество? .

Мощеные разноцветными, отшлифованными до блеска камнями

дорожки радиальными лучами сбегались к круглой, заасфальтиро-

ванной площадке, в центре которой размещалась бронзовая скульп-

тура на высоком постаменте, изображающая... пионера в коротких

шортах, дудящего в горн. Щеки его были раздуты до предела, и мес-

тами, не выдержавший напряжения металл треснул. Почему-то пио-

нер был с ангельскими крыльями и босиком. Возле ног рьяного гор-

ниста - нахохлившийся, головастый орленок, держащий в клюве...

барабанную палочку. У подножия памятника - свежие цветы. Я подо-

шел ближе - прочитать надпись на табличке постамента: .


ТРУБА ЗОВЕТ


Х-м. Кого зовет? И куда? Позади скульптурной группы я обнару-

жил маленький фонтанчик, исполненный в виде лягушачьего хоро-

вода. Взявшись за лапки, отлитые из серебристой стали, лягушата

испускали из широких ртов тонкие струйки воды в низкую гранитную

чашу. .

Все кругом было чисто и ухожено, во всем чувствовалась рука

рачительного хозяина. Интересно, кто же проживает здесь? И я на-

правился к терему. .

Под окнами вывешены небольшие бумажные транспаранты с

начертанными на них плакатным пером не то поговорками, не то

цитатами неизвестных авторов. Вот некоторые из них: .


Незавершенность - венец созидания!

Не свершение, но предчувствие!

Не действие, но намерение!

Начало, но не конец!

Семь раз отмерь, но не режь!

Подумай, но не скажи!

Вперед назад!

Несбыточность - смысл сущего!

Если бы, да кабы!” - золотые слова человечества!


Часть окон закрыта ставнями, а иные светились теплым зеле-

новатым светом, но были зашторены. Только в одном, на третьем

этаже, был виден кружевной абажур и разлапистый кактус на по-

доконнике. И вроде какое-то движение... Высокое деревянное

крыльцо с резными перилами обвито густым, остролистным плю-

щем. А вот и звонок. Сейчас все выясним... А это еще кто?


На крыльце вольготно развалился... мелкий, короткошерстный

зверек. Справа от него валялась пустая стеклянная баночка. “Майо-

нез Огинского” - прочитал я на этикетке. Что к чему? Причем здесь

Огинский? .

Я присел на корточки, с интересом разглядывая спящее созда-

ние. .

Это был самый обыкновенный черный кот, только очень малень-

кий, с беличьими кисточками на остреньких пушистеньких ушках -

как плюшевая заводная игрушка из “Детского Мира”. Не хватало

только ключика где-нибудь в сокровенном месте... Узкая парчовая

лента интенсивно зеленого цвета обвивала тоненькую, гибкую шей-

ку изящного млекопитающего. .

- Что Вы так бесстыдно воззрились на меня? - заговорила игруш-

ка воркующим, вкрадчивым голоском, открыв глаза и потянувшись,

- нельзя же столь откровенно изумляться обыденным вещам повсе-

дневности. Кстати,... прошу прощения,... у Вас валерьяночки не най-

дется? Нет? Жаль... .

- Валя. Валя-Котик. Экс-пионер-герой и Ваш покорный слуга, - он

мягко вложил свою бархатистую лапку в мою руку, - а Вы, конечно

же, тот самый раненый юноша со взором пламенным и страстным,

если дар ясновидения не изменяет мне? .

- Вроде того, - буркнул я, не привыкший к такому цветистому оп-

ределению своей личности. .

- Как это мило с Вашей стороны. Весьма польщены лицезреть

Вас в наших краях, в юдоли обездоленности... Вы соизволили обла-

годетельствовать нас... жестом доброй воли... Премного благодар-

ны, бъем челом, катимся колбаской по Малой Спасской и прочая,

и прочая,... - льстиво расшаркивался Котик. .

- Позвольте поинтересоваться, любезный, отчего же Вы изъясня-

етесь со столь высокопарной велеречивостью? - я и сам заразился

его выспренней вежливостью граничащей с хамством. .

- Ну как Вам сказать, друг мой,... наверное, вынужденная компен-

сация рабоче-крестьянского происхождения, я полагаю... .

- А что это у вас здесь? Не то гостиница,... не то... .

- Да живем мы тут. .

- Кто это - “мы”? .

- Бывшие пионеры-герои: Валерий Волков, Володя Дубинин, Зоя

Портнова, Марат Казим, Павел Морозов и иже с ними. Всех и не

упомнишь, потому как иных уж нет, а те далече... .

- И сколько же вас сейчас? .

- Когда-то все палаты были битком набиты, даже раскладушки в

коридоре приходилось ставить для особо героических и приверед-

ливых выдвиженцев от красногалстучной секты, а теперь более по-

ловины жилого фонда простаивает порожняком - хоть внаем сда-

вай... И новых поступлений не предвидится - истощился, знаете ли,

ресурс безумства храбрых... А я тут и сторож, и санитар и агроном

в одном лице, или... в одной маленькой черненькой мордочке, если

Вам угодно... .

- А вот, я слышал, что радостным шагом, с песней веселой вы

выступали за комсомолом. Правда ли это? .

- Ну что Вы... Во-первых, песня была совсем не веселой, а во-

вторых, мы никогда не ходили шагом - вечно бежали куда-то, все

боялись опоздать - ведь так явно близилась эра светлых годов! Как

это там,... у Михалкова, кажется: .


Вижу я странную группу ребят:

Бьют в барабаны и в трубы дудят!

Щеки румянцем отваги горят!


В крике речевок перекошены рты.

Каждый из них с комсомолом на “ты”.

Слышен повсюду их яростный клич:

Дедушка Ленин - навеки Ильич!”


Ребра ладоней взлетают ко лбу.

Что это с ними? - понять не могу.

Жажда борьбы в глубине детских глаз:

Подвиг геройский? Так это мы враз!!!


- Здорово. Но, маловероятно, что это Михалков.

- Уверяю Вас. Это из раннего, неопубликованного.

- Ну,.. не знаю,... может быть...

- Но существует и другая версия этой темы, еще более ранняя и

несколько в ином размере...

- Да что Вы?

- Вот, пожалуйста:


Это что за представленье?

Это что за балаган?

Полоумных ли глумленье,

Иль неистовый канкан?


Что так лупят в барабаны,

В трубы бешено дудят,

Ходят стадом, как бараны?

Что так пламенно хотят?


Позаимствован откуда

Фанатичный гордый клич:

Как бы ни было нам худо,

Всех спасет один Ильич!”


Идеал у них - картошка,

Дело чести - жечь костры.

Говорят:“Погодь немножко,

Скоро эра светлоты!”


Их глаза, как угли светят,

Из-под ног искра летит.

И в конце пути их встретит

Добрый доктор Айболит!

- Да, жизнеутверждающее стихотворение... А кстати, Вы не зна-

ете почему Ильич Лениным назвался? .

- Вовка то? Да это он по юношеской глупости псевдоним себе

присвоил - сердечная память об одной маленькой девочке. Ради

нее и затеял всю катавасию. Шерше, знаете ли, ля фам! Что с него

взять - вождь. Симбирский феномен. .

- А почему вас называют “пионеры-герои”? .

- Сложно сказать. Видимо просто по наслышке или по недомыс-

лию. Мы истратили драгоценное вещество героизма впустую, ради

одной только идеи всеобщего примера, и в оконцовке превратились

в игрушечный детский иконостас. Так и живем теперь - сиротский

интернат коммунистических недорослей. .

- А что-то не слыхать ваших именитых домочадцев, - глянул я на

окна. .

- А как же их услышишь: они давным-давно выговорили все из-

вестные им человеческие слова, и теперь общаются только между

собой, внутренним голосом, на странном, выхолощенном наречии.

Такое, знаете ли, новое эсперанто из лозунгов, воззваний и прокла-

маций в ультимативной форме. И говорить с ними бесполезно - пол-

ный мисандестендинг и стоп-кран сознательности, знаете ли... Хро-

ники, одним словом. Или двумя: хроники хронические. Их лишили

самого важного, единственного, ради чего и стоит жить на свете -

предчувствия нечто большего... И весь их нынешний героизм сво-

дится к искусственному культивированию в себе того бессознатель-

но-радостного состояния, что так выгодно отличает детство от юнос-

ти. Вот и ходят теперь на цыпочках - боятся спугнуть нужные мысли,

так редко посещающие их - нельзя же всю жизнь бить в картонный

барабан и дудеть в латунную трубу... Беда с ними, ей-богу. Одно

расстройство. Как говорится: “Вот была потом забота из болота та-

щить бегемота и гвоздями к небесам приколачивать.” .

- Так это же Чуковский! Только не бегемота, а Солнце! .

- Не солнце, а Луну! Но не суть важно. Корней Иванович пионе-

рию очень даже уважал. И вообще,... завещал держаться корней.

Кстати о корнях,... ботве, и причудах сопутствующей ботаники.

Пройдемте далее, нижайше прошу Вас освидетельствовать эталон-

но-показательный сектор сельскохозяйственных угодий. .

Мой маленький гуттаперчивый гид юлой вертелся у моих ног:

- Земля здесь родит без устали, как с цепи сорвалась, самым

бесстыдным образом, я извиняюсь. И заметьте - никакого родовспо-

можения. Никаких удобрений и глупых окучиваний. Все натурально

и естественно до безобразия! .

- Ну Вы и сказанули, Валентин: “естественно до безобразия”! А

как же: ”что естественно, то не безобразно”? .

- Видите ли, здесь мы имеем дело с неестественной естествен-

ностью, а следовательно, что неестественно естественно, то и не

безобразно до безобразия. Понимаете? .

- С трудом. .

- Да вот, собственно, Вы и сами можете удостовериться. Смотри-

те! .

Я взглянул на ровные ряды грядок с огородными культурами и

остолбенел: .

Расталкивая и давя друг друга, овощи нагло и без зазрения со-

вести перли из гущи земляного плодородия, опьяненные дурманом

вегетативной вседозволенности. .

- Да,... выглядит убедительно... .

- Еще бы! У них сейчас самый рост. Так и прут наружу! Так и ле-

зут вон из кожи! Или... пищат да лезут - не знаю как правильнее. А

может на публику работают? Эпатажем занимаются под покровом

ночи! Кто их разберет. Овощи! Но одно ясно - это безусловно макси-

мализм юности! Время бурлящих чувств и жгучих желаний! .

Возвратившись на крыльцо, мы расположились на деревянных

ступенях под великолепной звездной панорамой ночи. .

- Знаете ли, мне кажется, что для каждого есть свое особенное

время,... свой сезон половодья. Отправная точка кипения, - Котик

медленно и глубоко вдохнул ночной воздух, словно дегустировал

редкий, дорогой парфюм, или намеревался вычленить из простран-

ства молекулы какого-то таинственного, волшебного вещества...

- Вот Вы, я знаю, исповедуете Август, а я - истый приверженец

Марта,... - Котик зажмурился и сладко потянулся: .

- Март,... когда лунные ночи еще по-прежнему длинны и мороз-

ны, но пробуждающаяся Земля уже освобождается от монашеских

одежд бесплодной игуменьи Зимы и готова отдаться в жаркие, чув-

ственные объятия движущихся с юга центурионов Весны. - В выпук-

лых изумрудных глазках Котика засверкали искры какого-то яркого

неизгладимого воспоминания, он приподнялся, выгнул спинку упру-

гой дугой и, переступая мягкими лапками, продолжал томным, вол-

нующим контральто: .


Люблю глаза твои, мой друг,

С игрой их пламенно-чудесной,

Когда их приподнимешь вдруг

И, словно молнией небесной,

Окинешь бегло целый круг.

Но есть сильней очарованье -

Глаза потупленные ниц

В минуты страстного лобзанья.

И сквозь опущенных ресниц -

Угрюмый, тусклый огнь желанья...


- И хрустит обжигающий снег под коготками, на самом краю кар-

низа, и сладкий яд пропитывает мозг, и ничего не слышишь кроме

собственного, захлебывающегося под напалмом горящей крови

пульса, и взбунтовавшаяся плоть - как нож в руках безумца... Да,...

мартовский снег так горяч и... .

- Но снег - это та же вода, уставшая принимать чужую форму.

Вы не находите, Валентин? - ни с того, ни с сего брякнул я. .

- Да,... возможно Вы правы,... - глаза Котика потухли. - Извините,

что-то я несколько увлекся... .

- Да это Вы извините меня, Валя, что прервал Вас. Вы так поэ-

тично и нравоучительно рассказывали про центурионов и про туск-

лый огнь... .

- Ничего-ничего,... бывает,... - Котик взглянул на меня, как мне по-

казалось, с укоризной и некоторой долей разочарования. .

Возникла неловкая пауза, и я поторопился заполнить ее первым

что пришло в голову, надеясь сойти за умного собеседника и вер-

нуть расположение красноречивой зверушки: .

- А скажите, Валя, раз уж Вы Котик, действительно ли предста-

вители семейства кошачьих обладают какой-то невероятной живу-

честью, и что будто бы у них не одна, а несколько жизней? .

- Что толку иметь девять жизней, если я и одну то по-настояще-

му прожить не умею. Верите ли, друг мой, я не то что мышь - блоху

в собственной шкуре поймать не в состоянии! И не потому, что я

лишен кошачьих повадок или жестокая натура хищника умерла во

мне. Нет. Дело в том, что с некоторых пор я убежденный вегетариа-

нец и не приемлю насилие как таковое. Щиплю себе травку, да ве-

точки обгладываю, все равно что кролик какой-нибудь или овца.

- Он смешно сморщил кукольную мордочку и, доверительно поло-

жив лапку на мою руку, повествовал далее: .

- Понимаете, мне глобально, чудовищно повезло - в отличии от

остальных я изловчился вылечиться. Раз и навсегда избавился от

зловредной бациллы мнимого благоденствия всемирного равенства

трудящихся. Каким-то животным чутьем мне удалось отыскать про-

тивоядие - маленькое лесное растение - редчайший вид орхидеи,

потаенный эндемик здешних сосновых чащоб. Вот с этого момента

я и стал вегетарианцем. Я дал зарок, поклялся на библии - никогда

впредь не потакать своим кровожадным инстинктам протеинового

чревоугодника и бессовестного истребителя мышиной популяции.

Теперь я гуманен сверх всякой меры и просто млею при виде живо-

трепещущей серой мелюзги... .

Из-за угла терема вышел,... выплыл,... возник... явился... мужчина

средних лет... .

Он был элегантен, высок и осанист. В отутюженном смокинге.

Под волевым, гладко выбритом подбородком - бабочка в горошек.

В ухоженных руках - длинный кожаный футляр. Набриолиненные

волосы пышной седеющей волной украшали гордо посаженную

голову на широких, сильных плечах. Во всем его облике сквозила

врожденная интеллигентность и безупречность вкуса. Это был че-

ловек с аристократическими манерами английского лорда... Голу-

бая кровь... Рerfect gentleman... .

Он так поразил меня своей великосветской представительнос-

тью, что я невольно снял с головы фуражку - подарок Кондуктора.

- А это наш Фомич - великий дворник от бога, - буднично сооб-

щил Котик. .

- Когда-то он был лихим, разухабистым бульдозеристом с ярко

выраженным чувством коллективизма. С песнями и прибаутками

разъезжал по городам и весям на бешеной скорости и сгребал в

огромные, шевелящиеся кучи все что ни попадя, без разбора. Будь

то живые люди или неодушевленные предметы окружающей среды.

Страшно радовался результатам сих бесчинств и видел в том объе-

диняющее начало и свое прямое предназначение собирателя зем-

ли русской. Но в один прекрасный день он вдруг точно прозрел -

порвал в клочья свою гармошку, раскурочил до винтика бульдозер

и пешим ходом, инкогнито подался в заполярье, к северо-американ-

ским эскимосам. Принял обет безбрачия и стал проповедовать ас-

кетизм. Питался исключительно ягелем да продуктами жизнедеятель-

ности леммингов. Но вскоре был депортирован канадскими властя-

ми за неоднозначное отношение к местным оленям. Долго скитал-

ся по необжитым землям, всеми позабытый, пока поиски истины

окольными путями не привели его к нам. Здесь он ассимилировал-

ся, в кратчайшие сроки обрел душевный покой и переквалифици-

ровался в гениального дворника. Маэстро мусора. Паганини метлы.

Он превратил низкое и грязное ремесло дворника в настоящее чис-

тое и высокое искусство. Теперь он при деле и вполне доволен

жизнью. Кушает чечевичную кашу и в свободное от работы время

недурно поигрывает на арфе. .

Фомич с важной невозмутимостью прошествовал мимо нас и,

остановившись на краю подотчетной ему территории, опустил свой

футляр не землю. Затем с величайшей осторожностью вынул из не-

го... блестящий металлический предмет, оказавшийся... всего лишь

метлой, и прикоснулся к ней губами, как к святыне. .

Все это он проделал со вдумчивой медлительностью, будто вер-

шил древний, таинственный церемониал. Я заметил, что метла бы-

ла технически усовершенствована и оснащена множеством кнопо-

чек и рычажков... .

Дворник взялся за дело с таким выражение лица, словно он один

во всем свете знал насущные нужды заблудшего человечества. Дви-

жения его были математически выверены и доведены до совершен-

ства. И действительно - он не мел, а творил. И это было в высшей

степени художественно... .

Котик лег на спинку и, заложив лапки за голову, заговорил с тихой

назидательностью, как бы ни к кому не обращаясь: .

- Удивительная вещь - звездное небо. Вот, мы видим величествен-

ное единое полотно, вроде бы непосредственно сейчас, в текущий

момент реального времени... Но ведь какие-то из этих звезд потух-

ли, умерли миллионы, миллиарды лет назад. Их нет, но мы их видим.

Но это лишь свет их все еще идет к нам... И напротив, множество

звезд родилось за это же время, но их свет еще не дошел до нас,...

и их словно бы нет... Так поражающе велико расстояние. Но так же

есть звезды, находящиеся значительно ближе, и свет их бежит к

нам всего несколько секунд. То есть мы наблюдаем грандиозную

картину прошлого, но на различных временных стадиях его... .

- Да-да, я понимаю, Валентин,... получается, что мы обнаружим

вновь рожденную, относительно близкую к нам звезду гораздо быст-

рее, чем ту, что возникла много-много раньше ее, миллиарды лет

назад - так ужасно отдалена она, что свет ее еще просто не достиг

нас... И только грядущим поколениям суждено увидеть ее. Я пони-

маю... .

- Именно так. И как подумаешь об этом - мороз по коже, прямо

оторопь берет... А если представить, что где-то там... сидят такие

же как мы, и тоже смотрят на звезды, то тогда вообще - караул...

- А ведь так и с людьми,... - меня просто прожгло проникновение

в самую суть вопроса, - смотришь на человека, и давно иссякло

его чувство к тебе, но ты еще ощущаешь его, сердечное тепло еще

струится к тебе в пространстве какое-то время... Потому что так ду-

ховно далек теперь этот человек от тебя... Или же: совсем чужим и

холодным кажется тебе человек, но чувство уже зародилось в нем,

и еще не достигло тебя, так как человек этот пока еще на отдале-

нии, еще не прикипел к тебе, и только стремится приблизиться...

- Верно! Так и есть! - обрадовался Котик моей догадке, - вот ви-

дите: одни и те же законы действуют во вне и внутри нас... Но как,

по каким признакам мы безошибочно узнаем того единственного,

особенного для нас человека, чем отличается он от остальных и что

сообщает нам о его непохожести на других? Чем, каким органом мы

чувствуем это и выделяем его из многих? И ведь зачастую мы сов-

сем не знаем его. Почему неизвестный, посторонний человек, вдруг

мгновенно становится так мучительно, так смертельно необходим

нам? И почему мы так слепо уверены, что именно с нами этот чело-

век будет безмерно счастлив? Но как передать ему свои ощущения,

как донести до него огонь, бушующий в нас? И нужен ли ему этот

огонь? Может ему хорошо и уютно в тихом полумраке безмятеж-

ности. И кто зажигает этот огонь? Кто подбрасывает топливо? Где

кочегар, в конце то концов? А-у-у...

- И в этом человеке мы обнаруживаем обоснование, причину

своего существования, словно в нем находится большая, неотъем-

лимая часть нас самих,... - подхватил я эмоциональную, пылкую

речь Котика, почувствовав странное возбуждение. Я едва успевал

отслеживать течение мыслей, несвойственные мне слова и оборо-

ты так и рвались с моих губ, и будто кто-то посторонний вкладывал

их в мои уста: .

- Отчего мы так страстно желаем прорасти в него? Слиться на

клеточном уровне? Отчего жаждем единения? И в то же время

страшимся этого? Где находится генератор, и что заставляет его

вырабатывать высокочастотную энергию... И как, каким образом

определить ее силу, в каких единицах измерения выразить? Ведь

то, что одному кажется страшным лесным пожаром, для другого -

лишь тлеющие угольки погасшего костра. А сколько людей рождает-

ся с неспособным к горению асбестовым сердцем!... Мы чувствуем

по-разному, потому что это своего рода талант, и так редко, так ка-

тастрофически редко поток душевной энергии двух людей имеет

взаимонаправленный вектор и соизмеримую мощность... Чему или

кому мы обязаны всем этим? И зачем это? В чем заключается необ-

ходимость присутствия в нашей жизни? Каковы предпосылки воз-

никновения? - я остановился, задохнувшись от собственного волне-

ния. .

- И глух к нам человек, черств и нетождественнен. И не откроет

он нам своего сердца и не распахнет радостно души своей навстре-

чу. И не воспламенить нам ответного огня в человеке. Ибо нерукот-

ворен он и волею нашей не созидаем. А если и есть в нем огонь, то

не про нашу честь, - тут же продолжил Котик, возвысив голос и при-

встав на задние лапки, - и тогда приходит боль. Она как стая шака-

лов шла по следу и ждала часа своего. И вот, двуручной пилой вон-

зается она в наше сердце... .

Я не заставил себя ждать и, наступая на Котика, воскликнул

с пафосом: . .

- И задаемся мы вопросом. Вопросом каверзным и жестоким:

А не смастерили ли мы этого человека?! Не собрали ли из подруч-

ного материала ошибочных представлений?! Не сваяли ли?! Не

вылепили ли из отзывчивой, податливой глины воображения?! Не...

- А не уподобились ли папе Карло?! - перебил меня Котик в не-

терпении. - Не выстругали ли мы его из мертвого дерева тщетных

надежд и пагубных желаний?!! Не сварганили ли между делом?! Не

соткали ли из липкой паутины иллюзий и смутных предчувствий?!

Не сочинили ли?!! И не есть ли он плод неудобоваримый из семе-

ни грез, на чернозем вымысла брошенного, возросший??!! Не попа-

лись ли мы в силки тлетворных заблуждений и не происки ли это

диавола??!!! - все более распаляясь возопил Котик, и я испугался,

что глаза его сейчас выскочат из орбит и запрыгают вниз по ступень-

кам зелеными теннисными шариками. .

Я понимал, что с Котиком что-то не так, но ничего не мог поде-

лать - в меня и самого словно бес вселился. .

Котик бросился мне на грудь и, вцепившись всеми четырьмя ла-

пами, дико заверещал: .

- А не нарисовали ли мы его???!!! Точка, точка, две черточки.

Носик, ротик, оборотик. Ручки, ножки, огуречек - вот и вышел чело-

вечек!!! .

В отместку я схватил Котика за шкирку и, отодрав от себя, закри-

чал ему в голову на разные голоса: .

- Нарисовали мы на листе и подписали в уголке: во саду ли, в

огороде девица гуляла, она съела кусок мяса - поп ее убил!!! .

- Ух, ты! Ах, ты!! - все мы космонавты!!! - Котик вырвался из моих

рук и пустился в пляс. На голове его появилась кумачовая шапка

с бубенцами, а в лапках - деревянные расписные трещетки. Не

спуская с меня остекленевших глаз, Котик отплясывал как угорелый,

выписывая такие кренделя, что временами я терял его из виду.

Закинув за спину русую тугую косу до пояса, опустившуюся из-

под золоченого кокошника, вдруг образовавшегося взамен моей

кондукторской фуражки, я поспешил присоединиться к нему, чуть

не запутавшись в длинном, до пят, ситцевом, разноцветном сара-

фане. .

Пальцы мои с профессионализмом бессменного участника ан-

самбля народных инструментов бегали по грифу большой лакиро-

ванной балалайки. И мы грянули озорным частушечным распевом

с посвиcтом и визгом: .


- Спекулируй бабка, спекулируй Любка,

Спекулируй, ты моя, сизая голубка!!!

И-и-и-и-их!!!


Войдя в раж, я дробно колошматил ногами в сафьяновых сапо-

гах и наяривал на балалайке, а Котик показывал чудеса акробатики,

звеня бубенцами и треща трещетками. .


- Ехал на ярмарку ухарь-купец,

Ухарь-купец, удалой молодец!!!


- Сшила платье голубое в белую оборочку,

Мой миленок редкобай, я - скороговорочка!!!


- Дайте ножик, дайте вилку, я зарежу свою милку!

Дайте ножик поострей, я зарежу побыстрей!!!


- Дура, дура, дура я! Дура я треклятая!

У него четыре дуры, а я дура пятая!!!


- старались мы перекричать друг друга в искрометном вихре

свистопляски. .

Но внезапно остановились, как по команде. Подол моего разве-

вающегося сарафана накрыл Котика с головой. И оттуда, из темно-

ты замкнутого подподольного пространства, Котик обратился ко мне

с риторическим вопросом, с тревогой в голосе и тяжело дыша: .

- Он ли это?! .

- Нет, не он!! - ответил я с уверенностью, хотя и сам не знал о

ком, собственно, речь. .

- Сон ли это??!! - настойчиво допытывался Котик. .

- Не-е-ет, не со-о-о-н!!! - пропели мы дружно и слаженно и, обес-

силенные, единовременным образом пали на крыльцо. .


Мы лежали на теплых досках и звездное небо все так же посы-

лало нам поминальный свет прошлого. И соборную тишину ночи

нарушал только мягкий, размеренный звук Фомичевой метлы... .

- Как Вы? - Котик легонько тронул меня за плечо. .

- Да ничего... вроде... А что это... с нами было? .

- Не знаю... Наваждение какое-то... А скорее всего, это место

здесь такое. Атмосфера, знаете ли, располагает к бездумному вре-

мяпрепровождению - знай пляши, да веселись! .

- Со мной такое впервые... .

- Аналогично, друг мой... Что-то не замечал за собой особого

пристрастия к этническим танцам... .

- А ведь как хорошо начали: звезды... и все такое... .

- Да уж.... Так на чем же мы остановились? .

- На том, что... задаемся мы... вопросом,... - произнес я опасли-

во, что если опять повторится этот безумный кордебалет... .

- Вопросом... Да. Именно! И отсутствие ответа вплотную подво-

дит нас к вере. Но не помню кто из великих сказал: “Религия - мерт-

ворожденное дитя темного разума”, хотя я и не соглашусь с этим

легкомысленным постулатом... Не разделяю я, знаете ли, поверх-

ностную аргументацию досужих домыслов... Да,... возможно имен-

но поиски ответа и отличают нас, людей, от животных... .

- Позвольте, Валя,... - я приподнялся и сел на ступени, разминая

уставшие от пляски ноги, - но ведь Вы то... явно не человек. Я бы

даже сказал, что попытка разглядеть в Вас отличительные черты

несомненного представителя Homo Sapiens, представляется мне

занятием неоправданно трудоемким и практически безрезультатным.

- Как знать,... как знать... Может, я более человек, чем все чело-

вечество вместе взятое, - Котик тоже встал на лапки. .

- Как это? .

- А вот так это! .

Котика будто задело за живое мое, в общем то, вполне уместное

замечание. Он занервничал, вскочил на перила крыльца и взбудо-

раженно заходил взад вперед: .

- Человек определяется не по внешним признакам анатомичес-

кого строения и даже не по внутреннему устройству опорно-двига-

тельного аппарата. Истинную сущность человечности следует ис-

кать по ту сторону разума, где нет места логике, а знание бессиль-

но. Видимые атрибуты человекообразия могут быть весьма обман-

чивы, впрочем как и невидимые. Мимикрия, знаете ли, правит ми-

ром. Узок,... ох, как узок, юноша, Ваш взгляд на положение вещей.

Узок, как глаза старого китайца, глядящего на полуденное солнце

южных широт. Но ничего, это пройдет... .

Котик вздохнул и продолжил с горячей убежденностью: .

- Вы и понятия не имеете, как странно все устроено на свете.

Вот,... Вы же знаете, что с нами творят в “школьные годы чудесные”.

Как упорно пытаются насовать в наши головы труху познания и

опилки человекообрабатывающей промышленности. Теоремки вся-

ческие пифагорические подбрасывают о всестороннем равенстве

штанов и прочих биссектрисах. Клятвенно уверяют, что обратное

верно и от перемены мест ничего не меняется. Еще как меняется!!

И разве может быть обратное верно?! Они что, задом наперед что

ли ходят?! Идиотизм, честное слово! Убеждают беспрекословно ис-

полнять закон Бойля-Мариотта, правило буравчика насаждают по-

всеместно. Какого рожна?! Что мы собрались бурить?! Мы что, в

Бурятии что ли живем?! Где, в каком таком, извиняюсь за выраже-

ние, причинном месте мы сможем применить этот чертов буравчик?!

Они что там, с ума посходили?! Доколе нас будут пичкать сыворот-

кой из под простокваши?! Какого лешего, я Вас спрашиваю, отрав-

лять наши души высосанными из пальца истинами?! Ведь это до-

думаться только! Целую систему образования изобрели! Зачем?!

Чушь! Чушь все это собачья, мышиная возня и отрыжка демагогии!!

Разве это нужно человеку?! .

Котик резко подскочил ко мне и вскричал с приступом, загляды-

вая в лицо: .

- А ну-ка! Вот о чем, о чем Вы думали на уроке химии?! .

- Я? .

- Вы! Вы!! Ну не Фомич же! Отвечайте не задумываясь! .

Котик застал меня врасплох, и мне ничего не оставалось, как

сказать чистую правду: .

- Я,... я думал... о девочке, чьи глаза как утренний свет Августа,

после ночного дождя... .

- Вот! Вот!! И все эти валентности, реакции замещения, циферки

там всякие многозначительные и, с позволения сказать, ингибирую-

щие сахаринилметилгетероциклические карбоксилаты с фенилтри-

хлорметилметаном и парадиметиламинобензальдегидом вместе

взятые - ничто по сравнению с этим! Да и вообще вся липовая нау-

ка с ее практическим опытом не стоит касания ЕЕ руки. Ведь так?!

- Да... Конечно... Не стоит... .

- А почему?! Потому что человеку нужен человек!!! .

Котик скрестил лапки на груди и встал в горделивую позу, явно

довольный своим обличительным выступлением. .

- Да Вы трибун, Валентин! Просто оратор цицеронский какой-то!

Или Цицерон ораторский... .

- А то! .

- Но, Вы знаете, Валя,... все же, мне кажется, что точные науки

необходимы людям... Математика, например... .

- Математика, говорите? Ха! Да я Вам в два счета докажу ее вре-

доносную опасность для всего живого! .

- А вот, я Вас и поймал! Как Вы сказали докажите? “В два счета”?

Не обошлись таки без математики то! .

- Уели,... уели... Но я могу и без счета доказать! .

- Ну-ка, ну-ка... .

- Вот, смотрите: предположим, я имею намерение притронуться

к Вам, так,... по-дружески,... и приближаю свою лапку. Расстояние

между Вами и моей лапкой уменьшается: 10 сантиметров, 7,... 4,...

1,... 6 миллиметров,... Вот уже и 0,001 миллиметра, или даже 0,000

001 микрона... И сейчас я вроде бы коснусь Вас. Но не тут то было!

Вот здесь то цифирная наука и подкладывает нам свинью! Здесь

то и обнаруживается ее пакостный нрав! Что в этом случае говорит

математика?! Она говорит следующее: мы можем сколь угодно

уменьшать число - 0,000000000000000......, и так до бесконечности.

Нам не достигнуть нуля! Выходит, что я никогда не коснусь Вас!!

И, исходя из этого, мы не в состоянии ничего взять, не говоря уже о

том, чтобы в рот что-нибудь положить. Тем самым, математика не

только не позволяет нам нормально питаться, но и вообще желает

заморить нас голодом!!! .

- Ну что?! Ловко я расправился с противной чисельной оказией?

Не ожидали?! .

- Да уж... Убийственная трактовка... Но что-то здесь не так... Дай-

те сообразить... .

- Некогда!!! Теперь мы приподнимем другой, не менее противо-

речивый пласт странностей... Вот,... возьмем, форигзампл, некоего

гипотетического гражданина. Сейчас он учится в школе и, быть мо-

жет, Вы даже знаете его. Ему с трудом дается наука грамотного

письма и он делает ошибок в слове больше, чем количество букв

его составляющих. Но поди ж ты... Пройдет время и он обязатель-

но станет заведующим кафедрой русского языка и литературы в

университете. Как правило, человек находит свое применение в той

области деятельности, в которой он более всего слаб. Почему так?

Неизвестно... .

- А что, если мы спросим у Фомича! - предложил я неожиданно-

экстравагантный выход из сложившейся неразрешимой ситуации.

- Он, как лицо незаинтересованное, наверняка, не замедлит выдать

на гора какую-нибудь остроумную сентенцию на этот счет. .

- Давайте! - охотно поддержал меня Котик, - это очень даже

кстати - послушать откровения нашего величавого дворника! .

- Фомич, будьте любезны, подойдите к нам на минуточку! - оклик-

нул я респектабельного блюстителя чистоты. .

Фомич не сразу и как-то торжественно оставил свое священно-

действие и бережно прислонил бесценное орудие труда к сосново-

му стволу. Затем, с неспешным достоинством высшего по рангу, не

подошел, а прямо таки почтил нас своим близким присутствием. .

- Что вы имеете сообщить нам, Фомич, относительно людской

склонности к тем или иным занятиям? - уважительно обратился к

нему Котик, словно брал интервью у лауреата Нобелевской премии.

Фомич оправил фалды смокинга и без раздумий, надменно гля-

дя куда-то поверх наших голов, проговорил как робот - заученно и

безразлично, жестяным, дребезжащим голосом: .

- Будет вам, робяты, в словоблудии то испражняться. .

- Какая прелесть! - Котик всплеснул лапками и глаза его напол-

нились влагой умиления. - Как категорически безапелляционно!

Сказал - как отрезал! Не в бровь, а сразу в оба глаза! Тут и возра-

зить то нечему. - Котик с нескрываемой гордостью глянул сначала

на возвышающегося над нами, как скала, дворника, а потом на ме-

ня - точно демонстрировал удивительную, не имеющую аналогов

достопримечательность. .

- Ай да Фомич! И до чего ж словоохотлив, однако! Браво!! Бис!!!

Но Фомич, не оглядываясь, уже отбывал обратно, по направле-

нию к оставленному без присмотра инструментарию... .

- Вот и поговорили,... - задумчиво заключил Котик. - Что-то я еще

хотел Вам поведать,... важное... Ах, да! Случай Ваш, конечно, в ка-

ком-то смысле уникален и, вероятно, Вам могла бы помочь,... как

это,... альтернативный метод лечения,... м-м-м,... когда подобное

подобным... Клин клином... Вы должны знать... .

- Гомеопатия. .

- Точно! Гомеопатия! Подобное подобным. Но, Вы же понимаете,

что ничего подобного и быть не может! Да... А вообще то я Вам вот

что скажу: когда все... это... закончится благополучно, а я почему-то

нисколько не сомневаюсь в этом, перебирайтесь-ка Вы к нам насо-

всем. Вдвоем. .

- С кем вдвоем? О чем это Вы, Валя? .

- Ну-ну. Не притворяйтесь. Вам это не к лицу, - пристыдил меня

Котик. - Здесь у нас хорошо... Будете жить как у Христа за пазухой.

Как сыр в масле кататься. Кум королю и брат министру. Практически

райский уголок! Чистоту и порядок Фомич Вам гарантирует. Соседи

тихи и незлобивы, а мне будет с кем лясы поточить - притупились,

знаете ли. Да и где еще Вы найдете такого Котика? А? То-то же! Я

Вам такие места покажу! Ахните! Здесь же нога нормального чело-

века никогда не ступала! Разнузданная нетронутость и неприкрытая

непорочность природы! Инфицированная стерильность мобильной

недвижимости в отсутствующей наличности! Экзальтированная пас-

тораль и сплошная сиеста пожизненно! И никакой нужды в подгуз-

никах цивилизации! О чем еще можно мечтать? А воздух! А рыбалка!

А,... да что я Вам рассказываю! Взгляните на Фомича! Он ведь всю

землю обошел, но только здесь безвозмездно обзавелся статусом-

кво и так непростительно облагородился. И если,... - Котик вдруг за-

мер и округлил зеркальные линзы глаз: .

- Опаньки! Мы исчерпали временной лимит! Регламент, знаете

ли, как ни прискорбно... Вам надлежит безотлагательно покинуть

нас и решительно продефилировать далее по курсу. Предпринять,

знаете ли, попытку легкого променада дальнего следования... .

- Что ж... Несколько неожиданно, конечно,... но вполне своевре-

менно, - я встал с крыльца и вместе с Котиком мы дошли по безуко-

ризненно выметенной дорожке до ближних грядок с эпатажными

овощами. .

Что-то нашло на меня и я воскликнул с оперетточной вычурнос-

тью и заламывая руки: .

- Прощайте же навеки, Валентин! Экс-пионер-герой и Котик по

совместительству! До слез тронут знакомством! Мне было так на

редкость приятно и крайне душещипательно побеседовать с Вами...

И не забыть мне... .

- Идите, юноша, идите,... для Вас нигде прегра,... - Котик вдруг

совсем не по-кошачьему расхохотался во весь рот и, повалившись

на спинку, мелко засучил ножками, что никак не вязалось с его изы-

сканными манерами. .

- Что это с Вами, Валя?! - я даже испугался, не спятил ли он, как

и его бывшие соратники? .

- Да... это я,...это я,... - Котик с трудом укрощал свой истеричес-

кий хохот, - песню,... песню... одну... смешную вспомнил, про птиц...

- Про птиц? А-а-а... Ну ладно, я пойду... Пока... .

- Постойте.... Да постойте же Вы,... - Котик, наконец, вернулся в

прежнее свое состояние и, потупив взор, как-то бочком подкрался

ко мне: .

- У меня к Вам... небольшая просьбочка, деликатного свойства...

Так... безделица, сущий пустяк... Быть может Вы,... если Вас не за-

труднит,... если Вы сочтете возможным,... - Котик замялся и кротко

мурлыкнув, потерся о мою ногу, - может Вы... при случае,... ненаро-

ком,... соблаговолите совершить... что-нибудь... героическое. Просто

так. Без всякой на то причины. По одному лишь велению сердца. А?

- Хорошо. Я попробую. .

- Да уж, будьте любезны, постарайтесь. Нам так не хватает не-

мотивированного безрассудства! - Котик снял с шейки зеленую лен-

ту и протянул мне. - Это Вам, на долгую память. Идите же теперь!

- Подождите, Валентин. Тогда и у меня к Вам встречное предло-

жение: уж больно любопытно поглядеть на Ваших хронических то-

варищей. Ну хоть одним глазком, а, Валюш? .

- Видите ли, Вы изволили посетить нас в нелегкий и ответствен-

ный период обострения вялотекущей формы квазиэкстравертного

синдрома постромантического героизма, и есть вероятность возник-

новения непредвиденных необратимых последствий,... - диплома-

тично замурлыкал Котик. - Импровизированное свидание с инвали-

дами детства может повлечь за собой беспрецедентное смещение

нравственных ценностей и как следствие - конец Истории. Поверьте,

все не так просто, как кажется на первый взгляд неискушенного ис-

кателя приключений. Так что не может быть и речи о безответствен-

ных экспромтах в отношении привелегированных пациентов стаци-

онара! Здесь Вам не паноптикум и не колесо обозрения!! - Котик

выпустил коготки, прижал ушки, истошно взвизгнул и, брызнув ядо-

витой зеленью глаз, зашипел по-змеиному: .

- Не хрен таращиться на болезных! Вон отсюда!!! .

- Да Вы... никак бранитесь, Валентин?! Вот те раз... .

Котик обхватил лапками головку и запричитал: .

- Ой-ой-ой... Простите Вы меня Христа ради. Сорвалось. Не со

зла я. Это я по нервенности характера своего... Это я... .

- Котя, Котя, Валюшенька... Кс-кс-кс,... - послышалось из откры-

той двери терема, - иди скорей ко мне Котенька,... иди скорей, пио-

нерушко мой всегда готовенький,... героюшко мой черненький... По-

ди сюды, я тебя мясцом парным попотчую и молочка говяжьего в

мисочку плесну. Кс-кс-кс... Куды ты запропастилси? Я тебе ужо! .

Котик сразу обмяк, сделавшись уж совсем крохотным, поджал

хвостик и, плотоядно облизнувшись, засеменил к... вышедшей на

крыльцо... сухонькой, согбенной старушке с клюкой, в ослепительно

белоснежном халате с ажурными оборками. .

Старушка взяла Котика на руки и степенно подошла ко мне. Она

была настолько стара, что почти просвечивала. Запах ладана и ко-

рицы исходил от нее. Лицо старушки было как ветхая, полуистлев-

шая губка, впитавшая все горести и невзгоды темных веков прош-

лого. И на этом ископаемом лице - быстрые и невинно-смущенные

глаза юной девушки, нежно-василькового цвета, с влажным, лучис-

тым блеском... .

- Он ведь у нас самый тяжеленький, почитай безнадежный, про-

пащий совсем, - зашелестела лесная долгожительница загробным,

заплесневелым голосом, поглаживая притихшего Котика за ушком,

- и такой он скромница, такой стеснительный, такой молчун - слова

из него клещами не вытянешь... Вот я и выпускаю его иногда - воз-

душком подышать, да лапоньки поразмять. Деться то ему некуда -

шибко пужливый котейко то уродился - каждого шороха боится,

ровно барышня кисейная,... - она промакнула глаза узорчатым, са-

мотканым платочком. .

И на уголке накрахмаленной материи я увидел... вышитые зеле-

ным шелком... буквы: GFB ! .

- А ты теперича, ступай, ступай, милок, куды шел. - Старушка

поджала высохшие, бескровные губы и ее крючковатый, костяной

нос сомкнулся с острым, бородавчатым подбородком. - Неча мне

тут шастать вокруг да около по территории пансионата. Ишь, гуле-

на какой нашелся! Прощевай-ка давай, покуда цел! Ступай, ступай

себе восвояси, дорогу то, чай, сам знаешь - не заблудишьси. .

- Что ж Вы, бабуся, так сердиты? .

- Ась? - старушка ловко трансформировала клюку в длинную

слуховую трубу и приставила к уху. - Шибче кричи, в самую дырку!

Я примкнул губами к отверстию: .

- Что так сердиты то, говорю?!!! .

- А то и сердита, что не ко времени ты пожаловал. А незваный

гость, сам знаешь хуже кого. Карантин у нас нонче. Подцепишь за-

разу то, случишься хворым и... проснешьси. И не видать тебе Прын-

цессы. .

- Какой такой Принцессы?

- Ступай уж,... - она улыбнулась светло и грустно и даже помоло-

дела как будто,... - ступай от греха подальше, страдалец ты мой

сердешный... .

- Спасибо, бабушка, до свидания... .

Трижды перекрестив меня, старушка повернулась и заторопи-

лась обратно к крыльцу. Котик высунул хитромудрую мордочку из-

за ее плеча и, весело глянув на меня, покрутил лапкой у виска ста-

рушки. .

Ну и ну... . .



Автор
Дата добавления 09.06.2016
Раздел Доп. образование
Подраздел Другие методич. материалы
Просмотров72
Номер материала ДБ-116172
Получить свидетельство о публикации

Выберите специальность, которую Вы хотите получить:

Обучение проходит дистанционно на сайте проекта "Инфоурок".
По итогам обучения слушателям выдаются печатные дипломы установленного образца.

ПЕРЕЙТИ В КАТАЛОГ КУРСОВ

Похожие материалы

Включите уведомления прямо сейчас и мы сразу сообщим Вам о важных новостях. Не волнуйтесь, мы будем отправлять только самое главное.
Специальное предложение
Вверх