Добавить материал и получить бесплатное свидетельство о публикации в СМИ
Эл. №ФС77-60625 от 20.01.2015

Автоматическая выдача свидетельства о публикации в официальном СМИ сразу после добавления материала на сайт - Бесплатно

Добавить свой материал

За каждый опубликованный материал Вы получите бесплатное свидетельство о публикации от проекта «Инфоурок»

(Свидетельство о регистрации СМИ: Эл №ФС77-60625 от 20.01.2015)

Инфоурок / История / Другие методич. материалы / Проектная работа по теме "Диссидентское движение в СССР"
ВНИМАНИЮ ВСЕХ УЧИТЕЛЕЙ: согласно Федеральному закону № 313-ФЗ все педагоги должны пройти обучение навыкам оказания первой помощи.

Дистанционный курс "Оказание первой помощи детям и взрослым" от проекта "Инфоурок" даёт Вам возможность привести свои знания в соответствие с требованиями закона и получить удостоверение о повышении квалификации установленного образца (180 часов). Начало обучения новой группы: 26 апреля.

Подать заявку на курс
  • История

Проектная работа по теме "Диссидентское движение в СССР"

библиотека
материалов

БУНТ НА БПК  «СТОРОЖЕВОЙ»


Автор: Бакаев Юнус 11б кл

Научный руководитель: Мусаева Жансари Эминовна, учитель истории и обществознания ГБОУ «Президентский лицей»

 

г.Грозный

2013

Цель исследования: проследить судьбу одного из представителей диссидентского движения капитана III ранга, замполита большого противолодочного корабля (БПК) «Сторожевой» Валерия Саблина.

Задачи исследования:

- воссоздать условия, в которых формировался образ мышления Валерия Саблина;

- выявить, что явилось тем побудительным мотивом, который подтолкнул его к гражданскому и нравственному сопротивлению;

- выяснить, что объединяло Валерия Саблина с другими диссидентами.

Объект исследования:  судьба капитана III ранга Валерия Саблина.     

Предмет исследования: люди, сопричастные к судьбе В. Саблина.

Методы исследования: анализ исторических источников, материалов периодической печати, Интернет ресурсов.

Гипотеза: предполагаю, что выступление Саблина против системы – результат его гражданской позиции.

Актуальность работы заключается в формировании интереса учащихся к прошлому и настоящему своей Родины через гражданско-патриотическое воспитание.

 Данное исследование  может быть использовано:

- на тематических классных часах;

- как дополнительный материал на уроках истории

Содержание работы

I Введение…………………………………………………….……………

II Основная часть……………………………………..…………………...

1. Валерий Саблин против Системы…………………………………….

1.1 Как все начиналось……………………………..……………..

1.2 Бунт на БПК «Сторожевой»………………………………....

2. Следствие по делу Валерия Саблина……………..………………......

III Заключение……………………………………….……………………

IV Список  используемой литературы………………..……..………….

I. Введение

Нужно ли современникам и нынешней молодежи знать о диссидентах и правозащитном движении? О том, что было порождено недавним, но минувшим временем, отшумело и прошло? Я считаю, что нужно, так как сегодняшние проблемы закономерно проистекают из нашего прошлого; их не разрешить, не зная того, что было. И существует потребность понять и осмыслить опыт предшественников, извлечь из него уроки.

Кто такие диссиденты? Против чего выступали? Как действовали? Ведь совсем недавно советские пресса, радио и телевидение избегали рассказывать о диссидентах. Либо старались их всячески оболгать, представить ненавистниками своей страны и чуть ли ни иностранными агентами. Сейчас о правозащитниках и говорят, и пишут. Но в современной России, да и за ее пределами, представления о советских диссидентах остается достаточно расплывчатым. В школьных учебниках им в лучшем случае уделяется несколько абзацев. Диссидентское движение ассоциируется исключительно с противостоянием советскому режиму и, таким образом, представление о нём укладывается в рамки традиционной парадигмы «власть и оппозиция».

К сожалению, история диссидентов остается «белым пятном» в общественном сознании. Между тем, эта сложная и драматическая эпопея является неотъемлемой  частью новейшей истории России. Я думаю, люди должны знать о собственной истории всю правду. Ибо там, где ее скрывают от народа, возникает масса слухов и домыслов.

Цель моего исследования - проследить судьбу одного из представителей диссидентского движения капитана III ранга, замполита большого противолодочного корабля «Сторожевой» Валерия Саблина.

Задачи исследования - воссоздать условия, в которых формировался образ мышления Валерия Саблина, поднять волнующие его проблемы; выяснить, что явилось тем побудительным мотивом, который подтолкнул его к гражданскому и нравственному сопротивлению, а также, что объединяло Валерия Саблина с диссидентами.

Диссидентское движение является объектом исторических, советологических и социологических исследований. Они охватывают различные аспекты диссидентства: идеологию, идейные истоки, наследие, социальную базу. Но все они сводятся к диссидентскому героизму или к критике «беспочвенности»   «правозащитников» советской эпохи.

Терминология этих публикаций остается расплывчатой и неоднозначной: так термины «диссиденты», «инакомыслящие» и «правозащитники» употребляются практически в одном смысле, во всяком случае, я для себя разницу не уяснил. Серьезные же аналитические публикации крайне редки. Это касается и событий на большом противолодочном корабле «Сторожевой» в ноябре 1975 года. Для написания своей работы я опирался на материалы статьи Дмитрия Жвания «Замполит Саблин против системы» и Олега Бирюкова,  у которого огромное количество работ, посвящённых В.Саблину, интернет ресурсы и телевизионную программу на РТР.

II. Основная часть.

1. Валерий Саблин против системы.

Какие могут быть несправедливости при справедливом строе? Сформулировать ответ на этот вопрос в советские времена пытались немногие. Это могло дорого обойтись. И все же находились те, кто пытался говорить на эту тему, более того, переходить от слов к делу. 36 лет назад в Риге на большом противолодочном корабле “Сторожевой” произошло заранее подготовленное выступление военных моряков. Оно было быстро подавлено, а его организатор и руководитель, морской офицер в третьем поколении, капитан III ранга Валерий Саблин расстрелян.

Хотя это событие вполне сопоставимо с выступлениями балтийских и черноморских моряков в России в 1905 году на броненосце “Потемкин”, а потом и в Севастополе под руководством лейтенанта П. П. Шмидта против существовавшего тогда режима власти. Да и знали о том, что в действительности случилось тогда в Риге очень немногие. Ведь о взбунтовавшемся советском военном корабле по решению партийно-государственной верхушки во главе с Брежневым никто из рядовых граждан  не должен был ничего знать: ни сразу  после этих событий, ни через пять лет, никогда. И это указание старательно выполнялось советскими органами. Вокруг всего, что было связано с событиями на “Сторожевом”, комитетчики создали плотную стену секретности, позволившую властям длительное время скрывать от своего народа правду. В том числе и тот факт, что тогда с целью пресечения бунта против его экипажа, состоявшего из советских граждан во флотских бушлатах и шинелях, с красными звездочками на бескозырках и фуражках, по прямому приказу с самого “верха” были применены боевые средства поражения... А непосредственные исполнители акции были награждены боевыми орденами.[2]

Один из исследователей жизни  Валерия Саблина – Олег Бирюков, капитан  I ранга в отставке вспоминает: «В ноябре 1975 года я был в Риге у своего отца. Уже к вечеру 10 ноября его друзья из кругов, близких к тогдашнему руководству города, зная, что сын — офицер ВМФ,  сообщили отцу о происшедших событиях. За полтора месяца, что мне пришлось пробыть тогда у отца в Риге, через своих товарищей — флотских офицеров удалось узнать довольно много из того, что происходило 8—9 ноября на “Сторожевом”. Ведь скрыть полностью факт случившегося ЧП в Риге было невозможно, ибо свидетелями тех событий стали сотни людей. Особенно после того, как корабль встал для устранения полученных повреждений. Не молчали и рыбаки, случайно оказавшиеся в том районе моря, где происходило задержание “Сторожевого”. Доходившая до меня информация постепенно накапливалась, но все же оставалась недостаточной, чтобы получить ответ на главный вопрос: какова была цель выступления моряков? По официальной версии, изменник замполит поднял экипаж на бунт с целью захвата боевого корабля и угона его в Швецию. Всячески поддерживаемая властями, а поэтому ставшая известной версия с “предателем замполитом”, подбившим экипаж большого ракетоносного корабля на попытку бегства в Швецию, была принята за достоверную, Саблин был осужден в военной среде.

1.1. Как все начиналось.

Но как же все это было? Вот, что мне удалось выяснить, исследуя воспоминания и документы.  Накануне празднования 58-й годовщины Октябрьской революции в устье Даугавы вошли боевые корабли Краснознаменного Балтийского флота, которые должны были принимать участие в военно-морском параде. Среди кораблей выделялся своими внушительными размерами и мощным вооружением надводный корабль с бортовым номером “500”,  он стоял вторым, после головной подводной лодки, в парадном строю. Это был один из новых кораблей, всего два года как построенный в Балтийске и предназначенный главным образом для борьбы с подводными лодками вероятного противника. По нашей классификации и терминологии большой противолодочный корабль, или сокращенно БПК “Сторожевой”. А по натовской — легкий крейсер типа “Буревестник”. Его водоизмещение доходило до 4000 тонн, длина корпуса составляла 123.5 м, ширина — 14 м, осадка — 7 м. Экипаж 190 человек; 160 человек матросов срочной службы, 15 офицеров и 15 мичманов.

БПК “Сторожевой” прибыл в Ригу для участия в морском параде из Балтийска, куда перед этим прибыл с Северного флота. После праздников корабль должен был встать в док в Лиепае, в связи с чем весь штатный боекомплект к мощному вооружению (за исключением стрелкового оружия для экипажа) был сдан на временное хранение в береговые склады. За два года в составе ВМФ СССР “Сторожевой” много времени находился в плаваниях, в том числе и в тропических широтах, теплая вода которых способствует ускоренному обрастанию днища корпуса корабля морскими ракушками, что приводит к снижению скорости хода. “Сторожевому” довелось нести боевую службу и в Средиземном море, и в Атлантическом океане. Пробыв два месяца на Кубе, он совершил переход в Североморск, где их встречают как героев, по старой морской традиции жареным поросенком. Там он на “отлично” выполнил учебную ракетную стрельбу, заслужив благодарность командующего Северным флотом.  

Душой экипажа БПК “Сторожевой” был заместитель командира корабля по политической части, строевой офицер, капитан 3 ранга Валерий Саблин. На других кораблях замполитами, как правило, служили кадровые политработники, редко уважаемые на флоте за слабую военно-морскую подготовку: мало кто из них мог самостоятельно управлять кораблем, нести ходовую вахту, использовать сложное корабельное вооружение и технику. Их основным преимуществом было наличие партбилетов, в обязанности же входило отражать в политдонесениях настроение и поведение окружающих. Валерий Саблин родился 1 января 1939 года в Ленинграде. Отец и дед Валерия были военно-морскими офицерами. Естественно и он с раннего детства мечтал о море.  Капитан первого ранга Михаил Саблин всю войну достойно прослужил на Северном флоте, его высоко ценил и уважал тогдашний командующий флотом адмирал Головко. Соответствующим образом воспитывались трое сыновей Саблина: старший Борис, средний Валерий и младший Николай. Братья, разумеется, готовились в моряки. Но одного подвело здоровье, другой на юношеском распутье выбрал профессию военного инженера. Так что отцовскую мечту осуществил лишь Валерий. В 1956 году, закончив десятилетку, поступает в старейшее в стране Ленинградское строевое высшее военно-морское училище имени Фрунзе. В училище он стал комсоргом. Еще школьные товарищи прозвали его «совестью класса».

Один из его одноклассников вспоминал: «Все мы воспитывались на коммунистической этике. Все мы верили в нее, но Валера был настолько честен, что хотел жить по этим идеалам». Как вспоминает Борис Саблин, один из братьев Валерия, «он не умел врать»

Он обладал сильными моральными качествами, ненавидел лицемерие, не мог безучастно смотреть на несправедливость. Валерий получил высшее образование и специальность корабельного артиллериста, после чего девять лет, с лейтенанта, прослужил на на надводных кораблях Северного и Черноморского флотов. В ходе службы Саблин не раз побывал в дальних походах, что дало богатый практический опыт в морском деле и авторитет среди личного состава. Да и внешне Саблина, как говорится, бог не обидел — стоит лишь посмотреть на его фото... В академию он ушел в 1969 году, будучи капитан-лейтенантом, помощником командира сторожевого корабля. В его тогдашней аттестации записано: “...корректен и аккуратен, чуток к семье и родным. Отзывчив на чужую беду”. Его решение поступить в Военно-политическую академию стало результатом многолетних раздумий о положении в стране. Хорошие слова, произносимые руководителями на съездах и собраниях, не подкреплялись такими же делами. Процветала коррупция и семейственность среди власть имущих. Коммунистическая партия  реально предоставляла возможности только узкому кругу “избранных” из числа партийно-государственных чиновников и их родственников. Все это возмущало его и вызывало стремление искать ответы на многочисленные вопросы. Свой первый политический шаг Валерий сделал в возрасте двадцати лет, когда он написал Никите Сергеевичу Хрущеву письмо, осуждающее социальное неравенство, которое уродовало советский «социализм». Это был чрезвычайно храбрый поступок, который мог стоить ему карьеры или еще хуже. Неудивительно, что власти заметили его. Их ответом стал строгий выговор, в результате которого, присвоение ему офицерского звания было отсрочено. То, что Саблин, несмотря на эту задержку, смог с отличием окончить училище, говорит о его личных незаурядных способностях.

В ходе обучения в академии и жизни в Москве он пришел к окончательному выводу о порочности существующей системы власти и принял твердое решение: предпринять конкретные шаги против правящего режима. Его намерения нашли свое отражение в разработанной им программе, состоявшей из почти тридцати пунктов. С нею Саблин собирался выступить перед общественностью и руководством Советского Союза. Содержание этой программы позволило впоследствии Военной коллегии Верховного суда СССР признать Саблина виновным в том, что он “длительное время вынашивал замыслы, направленные на достижение враждебных советскому государству преступных целей” Но Саблин выступал не против Советской власти, а против некомпетентности и безответственности лиц, принимающих государственные решения. Против незаслуженных награждений Брежнева и других руководителей страны, получавших звания Героев Советского Союза к юбилеям, что вызывало ропот и раздражение народа, особенно военных и фронтовиков. В то же время Саблин был за многопартийность, свободу слова и дискуссий, изменение порядка выборов в партии и стране, за другие демократические преобразования в обществе. Его тревожила утрата среди военных такого понятия, как офицерская честь, а также непомерное чинопочитание. Одним словом, морской офицер Саблин выступал против всего того, чему большинство наших сограждан являлось немыми свидетелями много лет.

В 1973 году капитан III ранга Саблин с отличием заканчивает Военно-политическую академию.  Его фамилию выбивают золотыми буквами на мраморной доске среди лучших выпускников. Он получает назначение замполита на новый БПК “Сторожевой”. Там он вскоре завоевывает непререкаемый авторитет у экипажа. Его уважают за простоту и доступность, за знание морского дела, за постоянное отеческое внимание к нуждам моряков, за заботу о быте и досуге. Проводя политработу, Саблин находил новые, понятные и удобные всем формы. Обычно солдаты и матросы очень неохотно ходят на политзанятия, но только не на те, которые проводил Саблин. Он рассказывал им о жизни революционеров, о лейтенанте Шмидте, о восстании матросов на крейсере «Потемкин». Даже “наглядная агитация” была в его экипаже не формальной — в ленкаюте “Сторожевого” висел плакат: “Каждый должен чувствовать свою независимость для того, чтобы он мог утверждать начала справедливости и свободы, не будучи вынужденным, предательски приспосабливать их к обстоятельствам своего положения и к заблуждениям других людей” (из “Рассуждений о политической справедливости” Годуина Годвина). В момент подавления бунта матрос-первогодок из экипажа “Сторожевого” сообразил этот плакат снять и спрятать, чтобы он не был “вещдоком”, а впоследствии переслал его родным Саблина. Валерий Саблин постепенно знакомит некоторых членов экипажа со своими планами переустройства общества в СССР и находит среди них единомышленников. Служба у новоиспеченного замполита идет успешно — одним из первых в ВМФ страны в апреле 1975 года его награждают только что введенным престижным орденом “За службу Родине в Вооруженных Силах СССР” 3-й степени. Предполагается завидное для многих выдвижение на должность замполита одного из самых крупных тогда советских надводных кораблей — тяжелого авианесущего крейсера. К этому времени у Саблина возникает идея использовать новейшие технические возможности корабельных средств радиосвязи в качестве трибуны, с которой можно было бы подать сигнал к началу перемен в стране. В том, что этот сигнал подхватят, наивный Саблин  не сомневались. Вскоре после прихода “Сторожевого” из Североморска в Балтийск корабль, сдав весь свой боезапас на склады, получает задание принять участие в морском параде 7 ноября в Риге. В расчете на то, что факт отсутствия на корабле боеприпасов будет ясно свидетельствовать о мирных намерениях экипажа, Саблин решает использовать этот благоприятный, по его мнению, момент для начала практических действий. И вместе со своими сообщниками назначает время выступления против режима — 8 ноября.

1.2 Бунт на БПК «Сторожевой».

Первый день праздничных мероприятий в Риге прошел так, как планировали местные власти: состоялся сухопутный парад береговых частей и морской парад военных кораблей. Наступил вечер 8 ноября. В 21.40 на “Сторожевом” по внутрикорабельной связи был объявлен сигнал “Большой сбор”, офицеры собрались в мичманской кают-компании, командир “Сторожевого” Потульный был изолирован от экипажа. Ему Саблин оставил письмо, где объяснял мотивы выступления моряков. К матросам и старшинам, Саблин обратился с краткой речью. Более подробное выступление было записано на магнитофонные ленты и несколько раз за ночь передано по внутрикорабельной трансляции.

Вот фрагменты из них, впоследствии представленные на суде: «…Понял, что нужна какая-то трибуна, но лучше корабля, я думаю, такой трибуны не найдешь. А из морей лучше всего  Балтийское, так как находится в центре Европы. Никто в СССР не имеет такой возможности, как мы, - потребовать от правительства разрешения выступить по телевидению с критикой внутреннего положения в стране. Всем! Всем! Всем! Товарищи, прослушайте текст выступления, с которым мы намереваемся выступить по радио и телевидению. Наша цель — поднять голос правды. Наш народ страдает из-за своего политического бесправия. 

Только узкому кругу известно, сколько вреда принесло и приносит волюнтаристские вмешательства государственных и партийных органов в развитие Вооруженных Сил и экономику страны, в решение национальных вопросов и воспитание молодежи... Предполагается, что, во-первых, нынешний госаппарат будет основательно очищен, а по некоторым узлам — разбит и выброшен на свалку истории. Во-вторых, на свалку должна быть выброшена система выборов, превращающая народ в безликую массу. В-третьих, должны быть ликвидированы все условия, порождающие всесильность и бесконтрольность госаппарата со стороны народных масс» 

Саблин довел до моряков и план действий: «Сторожевой» идет в Кронштадт, а потом в Ленинград — город трех революций, с тем, чтобы начать там новую, четвертую революцию. Выступление “Сторожевого” должно найти поддержку военных моряков в Кронштадте и Ленинградской военно-морской базе, а также у трудящихся ленинградских предприятий, перед которыми Саблин, добившись у правительства страны права выступить по телевидению, намерен изложить свои взгляды. В заключение своего выступления Саблин подчеркнул строгую добровольность членов экипажа “Сторожевого”. Те, кто не захочет принять участия в этих действиях, могут сойти на берег на корабельном катере. Но таких среди матросов и старшин корабля не нашлось, все единодушно поддержали его призыв.  Примерно с таким же обращением Саблин обратился к сверхсрочникам и офицерам корабля. Среди них его поддержали не все: почти половина присутствовавших отказалась принять участие в акции. Им корректно предложили перейти в одно из нижних, изолированных помещений корабля, но одному офицеру, являвшемуся нештатным секретарем комитета ВЛКСМ корабля, старшему лейтенанту Фирсову удалось тайком перебраться на соседнюю флагманскую подводную лодку С-263 и сообщить ее командиру о бунте на БПК. Командир подводной лодки посчитал, что старший лейтенант свихнулся и, тем не менее, достаточно  быстро поставил в известность местное и флотское военное начальство.

В ночь на 9 ноября “Сторожевой”, управляемый Саблиным, начал движение на выход из устья Даугавы. Вслед за ним двинулись сторожевые пограничные корабли, которых уже известили о ЧП. Экипаж “Сторожевого”, несмотря на отсутствие ряда ключевых офицеров и старшин, действовал четко и слаженно. Вскоре “Сторожевой” в сопровождении пограничных катеров вышел в Рижский залив, взяв курс на север, к Ирбенскому проливу. Впоследствии суд, отрабатывая  по указанию сверху  версию измены Родине, дилетантски обвинил Саблина в том, что раз он вел “Сторожевой” на выход из Рижского залива через Ирбенский пролив то, следовательно, держал курс на Швецию. Действительно, теоретически кратчайшее направление на Кронштадт — строго на восток, через Моондзундский пролив. Но практически этот курс весьма опасен для такого крупного корабля, каким был “Сторожевой”, из-за узких мест, мелей и банок у сотен островов Моондзундского архипелага. К тому же на корабле не было штурмана. Его обязанности, как и отсутствовавшего старпома, исполнял Саблин. Не было на “Сторожевом” и необходимых навигационных документов. Да и остановить корабль в узких местах, перегородив ему путь другими кораблями, несложно. Поэтому для “Сторожевого” курс из Рижского залива на Кронштадт лежал только на северо-запад через Ирбенский пролив — в открытое море, по рекомендованному для таких кораблей фарватеру.

Тем временем ошеломляющее известие о бунте на БПК “Сторожевой” дошло до Калининграда, где находилось командование Балтийским флотом, и до Москвы. Да и Саблин, выведя корабль в море, направил тогдашнему Главнокомандующему ВМФ СССР Горшкову кодированную радиограмму, где было сказано: “Сторожевой” не изменял ни флагу Родины, ни ей самой, следует в Ленинград с целью добиться возможности выступить по телевидению с обращением к трудящимся Ленинграда и страны». Одновременно радиостанция восставшего корабля передала по многим частотам некодированный текст: “Всем! Всем! Всем! На БПК “Сторожевой” поднято знамя грядущей коммунистической революции!” Вслед за первой радиограммой с борта “Сторожевого” в эфир пошли и другие, в том числе открытым текстом. По командам из Москвы и Калининграда с Лиепайской военно-морской базы по боевой тревоге к “Сторожевому” была направлена большая группа военных кораблей, в том числе корабли с морскими десантниками. Сообщение о восстании на “Сторожевом” было получено в ночь на 9 ноября и руководство страны отдаёт приказ: “Остановить взбунтовавшийся корабль. При продолжении плавания разбомбить и потопить!” Первыми это распоряжение получили пограничные корабли, сопровождавшие “Сторожевой”. На БПК было передано требование: “Остановить движение! В противном случае корабль будет обстрелян и уничтожен”.  Следом была получена радиограмма командующего Балтийским флотом: “Из Ирбена вас не выпустим. При неподчинении — уничтожим!”

По наружной громкоговорящей связи Саблин объяснил морякам-пограничникам свои намерения. Выслушав его, они не стали применять оружие против безоружного корабля. Но утром 9 ноября его применила наша авиация. По боевой тревоге в Прибалтийском военном округе были подняты авиационные полки, в воздух взлетела эскадрилья из 12 истребителей-бомбардировщиков с полным боекомплектом авиабомб, подвесных ракет и снарядов к авиационным пушкам. Летчики Тукумского авиаполка (правда, под сильным давлением командования) в точности выполнили полученный приказ. Бомбы и снаряды ложились по курсу перед носом мятежного  корабля и вдоль кормы с высоты всего 300—400 метров. Саблин  все это время находился на ходовом мостике и старался маневрированием вывести  корабль  из-под  бомбовых ударов и обстрела авиационными пушками. Но вскоре взрывы повредили рулевое устройство и часть обшивки корпуса “Сторожевого”. Корабль сбавил ход, задымил, свернул с курса и стал циркулировать на месте (за успешное выполнение задания и ювелирное бомбометание летчики впоследствии получили ордена). К этому времени Саблин был ранен в ногу командиром корабля Потульным, освобожденным из-под ареста группой одумавшихся и сумевших вооружиться моряков. Сначала он хотел выстрелить Саблину в печень, но передумал, решив, что его показания пригодятся  в дальнейшем. Арестовав раненого, Потульный вступил в командование и застопорил ход.

К остановившемуся  “Сторожевому”  подошли с обоих бортов корабли с морскими  десантниками из группы  захвата. Устрашающе стреляя в воздух из автоматов, вооруженные до зубов десантники высадились на палубу и стали прочесывать внутренние помещения, выводя экипаж наверх. Подошли и другие преследовавшие корабли, взяв “Сторожевой” в плотное кольцо. Вскоре на палубу в наручниках вывели арестованного Саблина, бледного от потери крови, хромавшего. Два моряка в окружении десантников осторожно, поддерживая под руки, повели его к трапу. На корабле после выстрелов и взрывов, воцарилась гробовая тишина. Моряков экипажа-бунтаря вывели и под охраной построили на верхней палубе. Перед спуском на катер Саблин, обратившись к морякам, сказал: “Прощайте, ребята! Не поминайте лихом!”  Остальных моряков “Сторожевого” партиями на кораблях доставили в Ригу и разместили в береговых казармах, офицеров — отдельно. Работники КГБ,  прибывшие из Москвы, немедленно приступили к допросам. На следующий день все бунтовщики в наручниках были отправлены самолетами в Москву. Саблина сопровождали два “особиста”. При этом он был без наручников и опирался на костыль. Вскоре “Сторожевой” был поставлен на ремонт в Лиепае, где его подремонтировали, а потом перевели в другой класс кораблей. Ему сменили название и бортовой номер, а также большую часть команды и перегнали на Тихоокеанский флот.

Со всех кораблей, участвовавших в пресечении бунта, были собраны вахтенные журналы. Через неделю они были возвращены, но без листов, на которых имелась какая-либо информация о происходившем 8—9 ноября 1975 года. Полное молчание везде и всюду. А фамилию Саблина быстро стерли с доски отличников Военно-политической академии имени Ленина.

В Москве, в Лефортове в условиях строжайшей секретности началось следствие и выяснение всех обстоятельств ЧП. Саблин сразу взял всю вину на себя, никого не назвав своими сообщниками. А такие скорее всего были у него не только на “Сторожевом”, но и на других кораблях.

В целях конспирации их фамилии Саблин не раскрывал даже своим товарищам по выступлению. Следователи КГБ всеми способами старались выбить из моряков нужный им компромат. И зачастую достигали своего. Ведь перед всеми подследственными первые два месяца висела самая страшная статья — измена Родине, при которой исход ясен. Потом статью изменили на “групповое неповиновение” для большинства, “выявив” лишь одного активного сообщника Саблина — матроса А. Н. Шеина. Он был привлечен к суду и получил 8 лет тюрьмы. Остальных постепенно выпустили на свободу, взяв подписку о неразглашении того, что произошло на “Сторожевом”. Многих старшин и офицеров разжаловали, часть — уволили. Демобилизовали и многих матросов. В приднестровском селе Терновка живет член экипажа этого знаменитого корабля – Николай Горенко, который по сей день не знает, куда его отправили служить после инцидента на корабле. «После долгого перелета на самолете его пересадили на собачью упряжку и привезли на радиолокационную станцию где-то на крайнем севере. Он должен был следить за дизель-генератором, работавшим в автоматическом режиме. На этом объекте больше не было никого. Раз в неделю один и тот же военнослужащий привозил провиант и убеждался, что бывший матрос жив. Спустя несколько месяцев Горенко вывезли так же, как и привезли, и отправили домой».

2. Следствие по делу Валерия Саблина.

Следствие по делу о бунте на “Сторожевом” продолжалось несколько месяцев, но с самого начала Саблину были предъявлены обвинения в измене Родине, которые он категорически отверг. Их абсурдность представлялась ему очевидной: зачем надо было дожидаться прихода “Сторожевого” в Ригу, чтобы оттуда угнать корабль без боеприпасов, если это можно было проще осуществить при стоянке на Кубе? Вот выдержки из документа, длительное время хранившегося в знаменитой “Особой папке” ЦК КПСС и недавно рассекреченного: “Совершенно секретно”. ЦК КПСС: Комитетом Государственной безопасности заканчивается расследование  уголовного дела  по обвинению капитана 3 ранга В. М. Саблина и других военнослужащих — участников преступной акции 8 —9 ноября 1975 года на большом противолодочном корабле “Сторожевой”. Установлено, что организатор этого преступления Саблин на протяжении ряда лет вынашивал враждебные взгляды на советскую действительность. В апреле 1975 года он сформулировал их в письменном виде, записал на магнитофонную ленту, а во время событий на “Сторожевом” выступил с антисоветской речью перед личным составом. Весной 1975 года он разработал детальный план захвата военного корабля, который намеревался использовать как “политическую трибуну” для выдвижения требований об изменении государственного строя в СССР и борьбы с Советской властью. Он организовал и осуществил самовольный угон большого противолодочного корабля за пределы советских территориальных вод. Эти его действия квалифицированы как измена Родине...” Под документом стоят подписи председателя КГБ Андропова, Генерального Прокурора Руденко, министра обороны Гречко и председателя Верховного Суда СССР Смирнова. А на его полях четко видны росписи Брежнева, Суслова, Пельше и других членов тогдашнего высшего партийного руководства СССР по результатам поименного голосования за смертный приговор Саблину. Все “за”. В точности как это бывало при Сталине в тридцатые годы... Но окончательно судьба его все же формально должна была решиться на суде. И Верховный Суд СССР ее послушно решил на своем закрытом заседании 13 июля 1976 года, точно исполнив все формальности. Уголовное дело №131 в 39 томах. 

Незадолго до этого Саблину разрешили первое и последнее пятиминутное свидание с женой и малолетним сыном. Они едва узнали его, похудевшего, с выбитыми передними зубами, с потускневшими, ввалившимися, но по-прежнему голубыми глазами. Измученного, но не сломленного. Надеявшегося на торжество справедливости и старавшегося подбодрить их. Даже проститься с родными ему как следует не дали: короткое, по сути дела, предсмертное, свидание закончилось без объятий, с прощальными поцелуями через широкий тюремный стол, под которым Саблин прятал руки в наручниках.

Выбитые зубы и поврежденные пальцы руки убедительно свидетельствуют о тех мерах воздействия, которые применялись к Саблину в ходе следствия. Зная, что судьба его предрешена, следователи не церемонились, стараясь во что бы то ни стало выбить из него фамилии сообщников, особенно с других кораблей, которые так и остались неизвестными. Но версия о “бунтовщике-одиночке” оказалась удобной для КГБ. Беспрецедентное в таких случаях разрешение на свидание (прощание!) с женой и сыном, сделанное, видимо, по указанию “сверху” с целью “очистки совести”, явилось для тюремщиков полной неожиданностью, но его пришлось выполнить. В последних письмах Саблина родным было несколько его рисунков, изображавших Дон Кихота, сражающегося с ветряными мельницами.

На суде в последнем слове Саблин сказал: “Я люблю жизнь. У меня есть семья, сын, которому нужен отец. Все.” Приговор Военной коллегии Верховного Суда СССР гласил: капитан III ранга Валерий Михайлович Саблин, 1939 года рождения, признан виновным по пункту “а” статьи 64 УК РСФСР (измена Родине) и приговорен к смертной казни (расстрелу), с лишением воинского звания, ордена и медалей. Обычно эта статья предусматривала еще и конфискацию имущества. Но его у семьи старшего морского офицера Саблина, кроме самого необходимого для жизни, не оказалось. Об этом свидетельствовал протокол обыска. Приговор был окончательным и обжалованию в кассационном порядке не подлежал.

Как рассказывали те, кто был на суде, жесткая кара была неожиданной для Саблина. Сразу же после объявления приговора, не дав опомниться, к нему подскочили несколько охранников, заломили руки назад, надели наручники, заклеили рот черным пластырем и поволокли к двери из зала заседания. Он вырывался, упирался, мычал сквозь наклейку, видимо, стараясь сказать что-то важное для него и нежелательное для судей и присутствовавших. Его подтащили к двери и выволокли в коридор. Послышались глухие удары, возня. Потом все стихло. О том, что Саблин надеялся на сохранение жизни, свидетельствует  то, что он просил переслать ему теплые вещи.

По имеющимся сведениям, после вынесения смертного приговора Саблину было предложено отказаться от своих взглядов, признать их ошибочными в обмен на сохранение жизни и длительный срок тюремного заключения. Но Саблин не принял это предложение.  Его просьбу о помиловании Президиум Верховного Совета СССР отклонил.

Президиум Верховного Совета СССР “рассмотрел” просьбу Саблина о помиловании за рекордный срок — всего за 19 дней. Обычно для рассмотрения подобных просьб требуются многие месяцы, иногда годы...

Исключительная тяжесть” совершенного Саблиным преступления тем не менее не повлекла за собой ни человеческих жертв, ни разглашения военной тайны, ни каких-либо иных, кроме политических, последствий. Совершенно ясно, что решающим при определении его участи было то, что партийные “верхи” до смерти перепугались выступления моряков, призывавших к переменам в СССР. Брежнев и его окружение не могли не понимать, что такие, как Саблин, своими действиями не только посягают на их личное благополучие, но и приближают крах системы. Лишь единицы осмеливались об этом заявлять, в особенности так, как это сделал Саблин. На следующий день после отклонения просьбы о помиловании, 3 августа 1976 года, Валерия Михайловича Саблина расстреляли. Его родные, которых Саблин поставил в известность о своих намерениях, написав им прощальные письма только накануне выступления, мучительно переживали происшедшее. О казни они узнали лишь в феврале 1977 года, получив официальное, небрежно оформленное свидетельство о смерти. Но отец капитан 1 ранга в отставке Михаил Павлович Саблин, воевавший во время Великой Отечественной войны на Северном флоте, награжденный орденом Красного Знамени, двумя орденами Красной Звезды и другими боевыми наградами, более тридцати лет прослуживший на Северном флоте, еще раньше каким-то образом узнал о расстреле сына, и это свело его в конце января 1977 года в могилу — сердце не выдержало. Роковая весть первой сразила бабушку Саблина — вдову моряка с погибшего до революции крейсера “Паллада”, горячо любившего своего среднего внука, выделяя его среди других. Вскоре умерла и мать Саблина, Анна Васильевна. Жена Нина Михайловна с сыном, а также братья Саблина — Борис и Николай сполна хлебнули все то, что выпадало еще со времен сталинщины на долю родных “изменника Родины”

После  распада СССР о Саблине и Шеине заговорили как о жертвах тоталитарного режима. Правоохранительные органы трижды брались за пересмотр их дела, и только с третьей попытки Военная коллегия Верховного Суда в апреле 1994 года, пересмотрев дело Саблина, признала “расстрельную” статью за измену Родине ошибкой и  переквалифицировала на статьи о воинских преступлениях: превышение власти, неповиновение, которые имели место в ходе организованного им выступления на БПК “Сторожевой”. Казненному Саблину “дали” 10 лет тюремного заключения, а помогавшему ему матросу Шеину — 5 лет, вместо полностью отбытых им 8. В Определении Военной Коллегии Верховного Суда РФ от 12.04.94 г. указано, что ни Саблин, ни Шеин не подлежат реабилитации...

III. Заключение.

Без малого тридцать лет правозащитное и диссидентское движение создавало предпосылки новой общественной ситуации. На первых порах диссиденты лелеяли надежду на исправление и улучшение существующей системы. Но, в конечном счете, они стали видеть в этой системе лишь признаки умирания и стали ратовать за полный отказ от нее. Диссидентское движение было порождено внутренними противоречиями, которые существовали в советском обществе и питали как недовольство условиями жизни, так и недоверие к власти. Из среды недовольных выделялись отдельные лица, способные открыто выражать свои взгляды и готовые бороться против существующего режима такие, как Валерий Саблин.

В 1994 году под давлением общественности его дело было пересмотрено. Политические обвинения суд с него снял, зато выдвинул новые: в воинском преступлении. В результате расстрел уже казненному Саблину заменялся десятью годами тюрьмы, а отсидевшему 8 лет Шеину срок «скосили» до пяти лет. Валерий Саблин перестал быть изменником Родины, но остался военным преступником.

Бывший матрос Шеин до сих пор верен Саблину: ни разу от него никто не слышал слов сожаления о сделанном 35 лет назад выборе. Напротив он и сейчас, вспоминая 1975 год, повторяет: «Мы тогда себя впервые людьми почувствовали»

1 января 2013 года Валерию Михайловичу Саблину исполнилось бы 74 года.

Реабилитация диссидентов нужна сегодня не столько им самим, сколько всему нашему обществу. Потому что пока не будет публично осуждено само гонение за слово, само преследование за убеждения, ни наше общество в целом, ни каждый отдельный его гражданин не смогут считать себя защищенными от произвола и беззакония.  В диссидентском движении участвовали люди, придерживающиеся различных взглядов и устремлений, несхожие и порой почти ни в чем не согласные между собой. И все-таки были, я думаю, по меньшей мере три положения, которые объединяли Валерия Саблина с ними.

Первое – это открытость. Они не прятались, ясно осознавая опасность и, предвидя вероятную расплату годами и годами лагерей,  вслух заявляли свою позицию, выступая под собственными именами.

Второе. Они исповедовали уважение к праву и законности еще тогда, когда понятие «правовое государство» официально считалось у нас пропагандистской буржуазной выдумкой. Они не нарушали законы,  призывали уважать  Конституцию страны, соблюдать провозглашенные в ней права и свободы.

И третий, быть может самый главный принцип – ненасилие. Нет, они не были «непротивленцами». Напротив, они противостояли злу изо всех сил, боролись с сильнейшим противником, рискуя всем: и свободой, и головой. Но их оружием всегда  оставалось только слово. Вот этот принцип нравственного противостояния, противления злу ненасилием, они нам и завещали.

Вывод.

Сегодня в Интернете можно отследить различные точки зрения на то далёкое событие: начиная с дилетантских и заканчивая профессиональными. И каждый из исследователей доказывает: одни, что Валерий Саблин-герой, другие, что он – негодяй, который подставил целый экипаж. Здесь много можно философствовать, но это будет уже другая работа.

Исследуя судьбу В.М. Саблина, я пришёл к выводу, что его выступление против существующей системы является результатом гражданской позиции человека небезразличного к судьбе своей Родины.

Список используемой литературы.

  1. А.И. Солженицын. Прощание с мифом. Москва, Пресском. 1995 г.

  2. Л. Терновский. К истории диссидентского движения в Советском союзе. Политбиблиотечка. Москва. 1991 г.

  3. Борис Шрагин. Противостояние духа. Москва. Современник. 1991 г.

  4. Алан Вудс. Кто такой Валерий Саблин. Москва. 2000 г.

  5. Журнал «Морской сборник» №12. 1988 г.

  6. Дмитрий Жевания. Замполит Саблин против системы // газета «Северная субботняя», 12.11.2004 г.

  7. О. Бирюков. Дважды расстрелянный. // www.segodnya@7days.ru

  8. Сергей Холодный. Бунт на БПК Сторожевой. ООО «Альфа фильм» канал «Россия», от 13.07.2010 г.

  9. Влад Батшаев. Первый: // Столица. 1992 г. №26.


Автор
Дата добавления 15.04.2016
Раздел История
Подраздел Другие методич. материалы
Просмотров135
Номер материала ДБ-034328
Получить свидетельство о публикации

"Инфоурок" приглашает всех педагогов и детей к участию в самой массовой интернет-олимпиаде «Весна 2017» с рекордно низкой оплатой за одного ученика - всего 45 рублей

В олимпиадах "Инфоурок" лучшие условия для учителей и учеников:

1. невероятно низкий размер орг.взноса — всего 58 рублей, из которых 13 рублей остаётся учителю на компенсацию расходов;
2. подходящие по сложности для большинства учеников задания;
3. призовой фонд 1.000.000 рублей для самых активных учителей;
4. официальные наградные документы для учителей бесплатно(от организатора - ООО "Инфоурок" - имеющего образовательную лицензию и свидетельство СМИ) - при участии от 10 учеников
5. бесплатный доступ ко всем видеоурокам проекта "Инфоурок";
6. легко подать заявку, не нужно отправлять ответы в бумажном виде;
7. родителям всех учеников - благодарственные письма от «Инфоурок».
и многое другое...

Подайте заявку сейчас - https://infourok.ru/konkurs


Выберите специальность, которую Вы хотите получить:

Обучение проходит дистанционно на сайте проекта "Инфоурок".
По итогам обучения слушателям выдаются печатные дипломы установленного образца.

ПЕРЕЙТИ В КАТАЛОГ КУРСОВ


Идёт приём заявок на международный конкурс по математике "Весенний марафон" для учеников 1-11 классов и дошкольников

Уникальность конкурса в преимуществах для учителей и учеников:

1. Задания подходят для учеников с любым уровнем знаний;
2. Бесплатные наградные документы для учителей;
3. Невероятно низкий орг.взнос - всего 38 рублей;
4. Публикация рейтинга классов по итогам конкурса;
и многое другое...

Подайте заявку сейчас - https://urokimatematiki.ru

Похожие материалы

Включите уведомления прямо сейчас и мы сразу сообщим Вам о важных новостях. Не волнуйтесь, мы будем отправлять только самое главное.
Специальное предложение
Вверх