Добавить материал и получить бесплатное свидетельство о публикации в СМИ
Эл. №ФС77-60625 от 20.01.2015
Инфоурок / Начальные классы / Тесты / Сказки для детей (1- часть)
ВНИМАНИЮ ВСЕХ УЧИТЕЛЕЙ: согласно Федеральному закону № 313-ФЗ все педагоги должны пройти обучение навыкам оказания первой помощи.

Дистанционный курс "Оказание первой помощи детям и взрослым" от проекта "Инфоурок" даёт Вам возможность привести свои знания в соответствие с требованиями закона и получить удостоверение о повышении квалификации установленного образца (180 часов). Начало обучения новой группы: 24 мая.

Подать заявку на курс
  • Начальные классы

Сказки для детей (1- часть)

библиотека
материалов

ЖИТЕЙСКАЯ МУДРОСТЬ
(

 

Позвал однажды отец сына посмотреть, как созревает рис, но когда проходили они по полю, сын вдруг заметил, что одни колосья склонились до самой земли, другие же стоят прямо.

Отец, — обратился к отцу сын. — Наверно, вот эти колосья стоят прямо потому, что они крепкие да сильные. А вот те, согбенные и немощные, выражают им свое почтение поклоном. Сорвал отец оба колоска да говорит:

Взгляни, сын мой! Этот с виду слабый колосок в действительности уже созрел, и только он пригоден для дела. А вот этот — просто гордец! Он еще зелен и беспомощен. Именно так бывает и в жизни. Люди некультурные и необразованные всячески стремятся возвысить себя в глазах других, а люди мудрые и трудолюбивые сродни этим согбенным колоскам — они живут тихо и достойно, не кичатся своими заслугами, хотя именно они приносят пользу другим. И за их скромность все относятся к ним с любовью и уважением.

Так на примере рисовых колосьев учил отец сына житейской мудрости.

 

 


НИЩИЙ И СЧАСТЬЕ

Однажды вечером нищий возвращался к себе домой. Проклиная свою судьбу, он горько жаловался:

Где оно, Счастье? Будь проклято это Счастье!

Судьба захотела, чтобы Счастье откликнулось и пришло послушать его жалобы и стенания. И вот, едва лишь нищий произнес эти слова, Счастье схватило его за руку и сказало:

Иди ко мне. Не бойся. Я — твое Счастье. Счастье подняло его в воздух и унесло далеко-далеко; потом оно опустило его у входа в пещеру и промолвило:

Там, внутри пещеры, скрыты все сокровища мира. Спустись и возьми себе, что захочешь. Но не бери слишком много. Пусть твоя ноша будет легкой, чтобы ты смог дотащить ее до дому. Дорога предстоит длинная и трудная, и ты пойдешь один, без попутчика. Если уронишь ношу на землю, навсегда потеряешь ее. Будь благоразумным и не жадничай.

Так сказало Счастье и скрылось. Нищий спустился в пещеру, и у него разбежались глаза от множества сокровищ и драгоценных камней. Он начал хватать самые красивые и наполнять ими свой мешок. Через час он вышел из пещеры, неся на плечах тяжелую ношу.

Сделав несколько шагов со своим мешком, нищий задохнулся от усталости; обильный пот выступил на его лице, покрыл все тело. Он почувствовал, что силы его иссякли и он не может дальше тащить свой груз.

«А что если я опущу мешок на землю и покачу его? — подумал он. — Не может быть, чтобы я не докатил его домой целым».

Так он и сделал. Торжествуя и предвкушая радость от обладания богатством, покатил нищий набитый мешок. Но почти у самого дома он разогнул спину — и мешок вдруг исчез. Руки бедняка сжимали воздух. Он огляделся вокруг, стал кричать и плакать, проклиная свою несчастную долю.

И в тот же миг снова появилось Счастье. Гневно посмотрело оно на него и сказало:

Ты преступник перед своим счастьем и самим собой. Тебя ничто не удовлетворяет, тебе не хватает никакого богатства. Тебе было дано много, и ты должен был взять столько, сколько мог унести. Но ты пожадничал и взвалил на себя непосильную ношу. Теперь ты потерял все. Пусть это послужит тебе уроком, научит довольствоваться небольшим.



Мудрый крестьянин

Однажды король поехал на охоту и увидел крестьянина, который работал на своем поле.
Король подозвал его и спросил:
- Сколько ты зарабатываешь в день?
- Четыре монеты, король, - ответил крестьянин.
- И что же ты делаешь с этими четырьмя монетами?
- Первую, - ответил крестьянин, я съедаю, вторую откладываю впрок, третью отдаю обратно, а четвертую выбрасываю.
Король поехал дальше своей дорогой, хотя этот ответ и показался ему очень странным. Думал он, думал, но так ничего и не смог придумать. Поскакал он тогда обратно и потребовал у крестьянина ответа.
- Как это понять, что первую ты съедаешь, вторую откладываешь впрок, третью отдаешь обратно, а четвертую выбрасываешь?
- О, это очень просто, - ответил крестьянин. - Первую я проедаю сам, на вторую кормлю детей, которые позаботятся обо мне в старости, на третью кормлю моего отца, возвращая ему то, что когда-то получил от него, а на четвертую я кормлю жену, но она такая злющая и ленивая, что я считаю эти деньги выброшенными.
- Теперь я понял, - обрадовался король, - только обещай мне никому об этом не рассказывать, прежде чем не увидишь мое лицо сто раз.
Крестьянин пообещал, и король уехал.
На следующий день король созвал своих министров и сказал:
- Ну, задам я вам сейчас задачу! Один крестьянин зарабатывает четыре монеты в день: первую монету он съедает, вторую откладывает впрок, третью отдает обратно, а четвертую выбрасывает. Что все это значит?
Думали они, думали, никто отгадать не может. Но тут один самый хитрый министр вспомнил, что вчера по дороге на охоту король разговаривал с каким-то крестьянином, и решил его разыскать, чтобы узнать отгадку.
Нашел он крестьянина, а тот отвечать не хочет. Говорит, что поклялся королю молчать до тех пор, пока не увидит его лицо сто раз.
- Нет ничего проще! - воскликнул тщеславный министр.
Он достал из кошелька сто серебряных монет и дал их крестьянину. А на каждой монете было изображение короля. Осмотрев все монеты, крестьянин сказал министру отгадку.
Довольный приехал министр к королю и заявил:
- Вот я и отгадал загадку, ваше величество.
Но король рассердился:
- Ты сам не мог догадаться - это крестьянин рассказал тебе!
И король приказал привести крестьянина. А когда стража привела его, разгневанный король закричал:
- Как ты посмел нарушить обещание?!
- Но, король, я увидел твое лицо сто раз, - ответил крестьянин и показал полученные от министра монеты.
После этого королю не оставалось ничего другого, как отпустить крестьянина с миром.


Птичий язык

(Русская народная сказка)

В одном городе жил купец с купчихою, и родился у них сын не по годам смышленый, назвали его Василием.

Раз как-то обедали они втроем; а над столом висел в клетке соловей и так жалобно пел, что купец не вытерпел и проговорил:

Если б сыскался такой человек, который отгадал бы мне, что соловей распевает и какую судьбу предвещает, — кажись, при жизни бы отдал ему половину имения, да и по смерти отказал много добра. А мальчик — ему было лет шесть тогда — посмотрел отцу с матерью в глаза и сказал:

Я знаю, что соловей поет, да сказать боюсь.

Говори без утайки! — пристали к нему отец с матерью.

И Вася со слезами вымолвил:

Соловей предвещает, что придет пора-время, будете вы мне служить: отец станет воду подавать, а мать полотенце — лицо, руки утирать.

Слова эти больно огорчили купца с купчихою, и решились они сбыть свое детище; построили небольшую лодочку, в темную ночь положили в нее сонного мальчика и пустили в открытое море. На ту пору вылетел из клетки соловей-вещун, прилетел в лодку и сел мальчику на плечо.

Вот плывет лодка по морю, а навстречу ей корабль на всех парусах летит. Увидал корабельщик мальчика, жалко ему стало, взял его к себе, расспросил про все и обещал держать и любить его, как родного сына. На другой день говорит мальчик новому отцу:

Соловей напевает, что подымется буря, поломает мачты, прорвет паруса; надо поворотить в становище. Но корабельщик не послушался. И впрямь поднялась буря, поломала мачты, оборвала паруса.

Делать нечего, прошлого не воротишь; поставили новые мачты, поправили паруса и поплыли дальше. А Вася опять говорит:

Соловей напевает, что навстречу идут двенадцать кораблей, все разбойничьих, во полон нас возьмут!

На тот раз корабельщик послушался, приворотил к острову и видел, как те двенадцать кораблей, все разбойничьих, пробежали мимо. Выждал корабельщик сколько надобно и поплыл дальше.

Ни мало, ни много прошло времени, пристал корабль к городу Хвалынску; а у короля тех мест уже несколько годов перед дворцовыми окнами летают и кричат ворон с воронихою и вороненком, ни днем, ни ночью никому угомону не дают.

Что ни делали, никакими хитростями не могут их от окошек отжить. И приказано было от короля прибить на всех перекрестках и пристанях такову грамоту: ежели кто сможет отжить от дворцовых окошек ворона с воронихою, тому король отдаст в награду полцарства своего и меньшую королевну в жены; а кто возьмется за такое дело, а дела не сделает, тому отрублена будет голова.

Много было охотников породниться с королем, да все головы свои под топор положили.



Узнал про то Вася, стал проситься у корабельщика:

Позволь пойти к королю — отогнать ворона воронихою.

Сколько ни уговаривал его корабельщик, никак не мог удержать.

Ну, ступай, — говорит, — да если что недоброе случится, на себя пеняй!

Пришел Вася во дворец, сказал королю и велел открыть то самое окно, возле которого воронье летало. Послушал птичьего крику и говорит королю:

Ваше величество, сами видите, что летают здесь трое: ворон, жена его ворониха и сын их вороненок; ворон с воронихою спорят, кому принадлежит сын — отцу или матери, и просят рассудить их. Ваше величество! Скажите, кому принадлежит сын?

Король говорит:

Отцу.

Только сказал король это слово, ворон с вороненком полетели вправо, а ворониха — влево. После того король взял мальчика к себе, и жил он при нем в большой милости и чести; вырос и стал молодец молодцом, женился на королевне и взял в приданое полцарства.

Вздумалось ему как-то поездить по разным местам, по чужим землям, людей посмотреть и себя показать; собрался и поехал странствовать.

В одном городе остановился он ночевать; переночевал, встал поутру и велит, чтобы подали ему умываться.

Хозяин принес ему воду, а хозяйка подала полотенце; поразговорился с ними королевич и узнал, что то были отец его и мать, заплакал от радости и упал к их ногам родительским; а после взял их с собою в город Хвалынск, и стали они все вместе жить-поживать да добра наживать.

 









ПРО ЦАРЯ И ЕГО СЫНА
(грузинская сказка)


Жил один великий царь. Как состарился он и пришло время ему умирать, позвал он своего единственного сына и наследника и сказал:

Сын мой, сам видишь — одной ногой я уже в могиле, не сегодня-завтра умру, и ты один останешься, и все царство в твоих руках будет. Иди, поставь себе везде, где найдешь нужным, по надежному дому, чтобы в горе или нужде мог ты найти себе приют.

Послушался сын отца и тотчас отправился исполнять его наказ. Взял он с собой побольше денег, ходит по всему царству и, где только понравится ему место — гора ли то, долина, деревня или дикий лес, строит себе прекрасные дворцы.

Поставил он так много дворцов и довольный вернулся домой. Призвал его отец и спрашивает:

Что, сынок, поставил ли себе дома по моему слову, будет ли у тебя, где укрыться в тяжелую минуту?

Да, отец! — говорит сын. — Везде, где только понравилось мне место,— в горах или в долине,— поставил я прекрасные дворцы.

Горе тебе, сын мой, — говорит отец,— ты не те дома строил, о каких я тебе говорил. Пустые дворцы, сынок, не укроют от беды. Я тебя просил: по всему царству найди честных и верных людей, полюби их, подружись с ними. Они-то и дадут тебе надёжное пристанище в тяжелую минуту. Знай: где есть у человека верный друг, там и дом и кров для него найдутся.



Пчелы и муха”

Поздней осенью выдался славный денек, какие и весною на редкость: свинцовые тучи рассеялись, ветер улегся, солнце выглянуло и смотрело так ласково, как будто прощалось с поблекшими растениями. Вызванные из улья светом и теплом, мохнатые пчелки, весело жужжа, перелетали с травки на травку не за медом (его уже негде было взять), а так себе, чтобы повеселиться и порасправить свои крылышки.

- Как вы глупы со своим весельем, - сказала им муха, которая тут же сидела на травке, пригорюнясь и опустив нос. – Разве вы не знаете, что это солнышко только на минуту и что, наверное, сегодня же начнется ветер, дождь, холод, и нам всем придется пропасть.

- Зум-зум-зум! Зачем же пропадать? – отвечали мухе веселые пчелки. – Мы повеселимся, пока светит солнышко; а как наступит непогода, спрячемся в свой теплый улей, где у нас за лето много припасено меду.



« “Я люблю его за то, что он мой ” - сказка »

http://www.bajena.com/pictures/baby/mine.jpgПрочитала одна девочка на афише о выставке кошек.
Обрадовалась она, так как у нее был кот Барсик, которого любила она сильно-пресильно!
Девочка была абсолютно уверена, что уж ее-то кот Барсик самый умный и самый красивый! Какая у него мягкая шерстка! Какие большие желтые глаза! Как он ловко прыгает! Как громко мурлычет! Барсик, несомненно, самый лучший!
Взяла девочка своего кота и отправилась на выставку.
Заходит она и видит - людей много! А коты в клетках сидят. Кто спит, кто сердится, кто просто не смотрит ни на кого.
А люди спорят между собой, чей кот лучше.
И судьи сидят строгие-престрогие.
Девочка походила, посмотрела и сказала, - мой Барсик лучше всех!
Судьи удивились, переглянулись, Посетители шеи вытянули. А владельцы котов стали про Барсика говорить, - боже, какой серый! Гладкий! Какое убожество! Никакой породы!
- Это еще почему? - удивилась девочка.
- Потому, что он у вас непородистый!
- Но почему?! - возмутилась девочка, - почему это Барсик непородистый?
- А потому! - ответили ей.
Взрослые всегда так говорят, когда не знают, что сказать.
Один пожилой старичок в золоченых очках не выдержал и стал тыкать пальцем в клетки с котами, - вот, видишь?! - этот ангорский! Этот персидский! Этот сиамский! Этот балинезийский! Этот норвежский! А твой?!
- А мой российский! - гордо заявила девочка.
Все вокруг рассмеялись.
- Мой Барсик лучше всех! - не сдавалась девочка.
- Ни породы, ни красоты! - отвечали ей хором. - И вообще, не место твоему коту на нашей престижной выставке!
- Подумаешь, престижная выставка -сказала девочка, - все равно, Барсик лучше всех!
И тогда самый старший судья не выдержал и спросил, - почему же, девочка, твой кот лучше всех? - Потому что я его люблю! - ответила девочка, - потому, что он мой!
Все вокруг замолчали.
Девочка прижала к сердцу своего Барсика и гордо прошествовала к выходу.
- А ведь она права! - сказал самый старший судья в полной тишине. - Ее кот лучше всех, потому что она его любит!
-Мы тоже любим! - возмутились владельцы дорогих котов.
-Вы своих питомцев любите из корысти и тщеславия, а она своего беспородного кота любит просто так! За одно лишь то, что он у нее есть!
Справедливые слова!
Тысячу раз прав мудрый судья - тот, кого мы искренне любим и есть самый лучший на всем белом свете!
Самый лучший кот! Самая лучшая мама! Самый лучший папа! Самая лучшая бабушка! Самый лучший дедушка! Самый лучший брат! Самая лучшая сестра! Самый лучший друг! Самая лучшая подруга! Потому что мы любим именно их! И, значит, они самые лучшие!!!

Принцесса на горошине

Жил-был принц, он хотел взять себе в жены принцессу, да только настоящую принцессу. Вот он и объехал весь свет, искал такую, да повсюду было что-то не то; принцесс было полно, а вот настоящие ли они, этого он никак не мог распознать до конца, всегда с ними было что-то не в порядке. Вот и воротился он домой и очень горевал: уж так ему хотелось настоящую принцессу.

Как-то ввечеру разыгралась страшная буря; сверкала молния, гремел гром, дождь лил как из ведра, ужас что такое! И вдруг в городские ворота постучали, и старый король пошел отворять.

У ворот стояла принцесса. Боже мой, на кого она была похожа от дождя и непогоды! Вода стекала с ее волос и платья, стекала прямо в носки башмаков и вытекала из пяток, а она говорила, что она настоящая принцесса.

«Ну, это мы разузнаем!» — подумала старая королева, но ничего не сказала, а пошла в опочивальню, сняла с кровати все тюфяки и подушки и положила на доски горошину, а потом взяла двадцать тюфяков и положила их на горошину, а на тюфяки еще двадцать перин из гагачьего пуха.

На этой постели и уложили на ночь принцессу.

Утром ее спросили, как ей спалось.

Ах, ужасно плохо! — отвечала принцесса. — Я всю ночь не сомкнула глаз. Бог знает, что там у меня было в постели! Я лежала на чем-то твердом, и теперь у меня все тело в синяках! Это просто ужас что такое!

Тут все поняли, что перед ними настоящая принцесса. Еще бы, она почувствовала горошину через двадцать тюфяков и двадцать перин из гагачьего пуха! Такой нежной может быть только настоящая принцесса.

Принц взял ее в жены, ведь теперь-то он знал, что берет за себя настоящую принцессу, а горошина попала в кунсткамеру, где ее можно видеть и поныне, если только никто ее не стащил.

Знайте, что это правдивая история!

 

  Стойкий Оловянный Солдатик

Было когда-то на свете двадцать пять оловянных солдатиков, все братья, потому что родились от старой оловянной ложки. Ружье на плече, смотрят прямо перед собой, а мундир-то какой великолепный — красный с синим! Лежали они в коробке, и когда крышку сняли, первое, что они услышали, было:

Ой, оловянные солдатики!

Это закричал маленький мальчик и захлопал в ладоши. Их подарили ему на день рождения, и он сейчас же расставил их на столе.

Все Солдатики оказались совершенно одинаковые, и только один-единственный был немножко не такой, как все: у него была только одна нога, потому что отливали его последним, и олова не хватило. Но и на одной ноге он стоял так же твердо, как остальные на двух, и вот с ним-то и приключится замечательная история.

На столе, где очутились солдатики, стояло много других игрушек, но самым приметным был красивый дворец из картона. Сквозь маленькие окна можно было заглянуть прямо в залы. Перед дворцом, вокруг маленького зеркальца, которое изображало озеро, стояли деревца, а по озеру плавали восковые лебеди и гляделись в него.

Все это было куда как мило, но милее всего была девушка, стоявшая в дверях замка. Она тоже была вырезана из бумаги, но юбочка на ней была из тончайшего батиста; через плечо у нее шла узенькая голубая ленточка, будто шарф, а на груди сверкала блестка не меньше головы самой девушки. Девушка стояла на одной ноге, вытянув перед собой руки, — она была танцовщица, — а другую вскинула так высоко, что оловянный солдатик и не видел ее, а потому решил, что она тоже одноногая, как и он.

«Вот бы мне такую жену! — подумал он. — Только она, видать, из знатных, живет во дворце, а у меня всего-то и есть, что коробка, да и то нас в ней целых двадцать пять солдат, не место ей там! Но познакомиться можно!»

И он притаился за табакеркой, которая стояла тут же на столе. Отсюда он отлично видел прелестную танцовщицу.

Вечером всех остальных оловянных солдатиков, кроме него одного, водворили в коробку, и люди в доме легли спать. А игрушки сами стали играть — и в гости, и в войну, и в бал. Оловянные солдатики ворошились в коробке — ведь им тоже хотелось играть, — да не могли поднять крышку. Щелкунчик кувыркался, грифель плясал по доске. Поднялся такой шум и гам, что канарейка проснулась да как засвистит, и не просто, а стихами! Не трогались с места только оловянный солдатик да танцовщица. Она по-прежнему стояла на одном носке, протянув руки вперед, а он браво стоял на своей единственной ноге и не сводил с нее глаз.

Вот пробило двенадцать, и — щелк! — крышка табакерки отскочила, только в ней оказался не табак, нет, а маленький черный тролль. Табакерка-то была с фокусом.

Оловянный солдатик, — сказал тролль, — не смотри куда не надо!

Но оловянный солдатик сделал вид, будто не слышит.

Ну погоди же, вот наступит утро! — сказал тролль.

И наступило утро; встали дети, и оловянного солдатика поставили на подоконник. Вдруг, по милости ли тролля, или от сквозняка, окно как распахнется, и солдатик как полетит вниз головой с третьего этажа! Это был ужасный полет. Солдатик взбросил негу в воздух, воткнулся каской и штыком между камнями мостовой, да так и застрял вниз головой.

Мальчик и служанка сейчас же выбежали искать его, но никак не могли увидеть, хотя чуть не наступали на него ногами. Крикни он им: «Я тут!» они, наверное, и нашли бы его, да только не пристало солдату кричать во все горло — ведь на нем был мундир.

Начал накрапывать дождь, капли падали все чаще, и наконец хлынул настоящий ливень. Когда он кончился, пришли двое уличных мальчишек.

Гляди-ка! — сказал один. — Вон оловянный солдатик! Давай отправим его в плаванье!

И они сделали из газетной бумаги кораблик, посадили в него оловянного солдатика, и он поплыл по водосточной канаве. Мальчишки бежали рядом и хлопали в ладоши. Батюшки, какие волны ходили по канаве, какое стремительное было течение! Еще бы, после такого ливня!

Кораблик бросало то вверх, то вниз и вертело так, что оловянный солдатик весь дрожал, но он держался стойко — ружье на плече, голова прямо, грудь вперед.

Вдруг кораблик нырнул под длинные мостки через канаву. Стало так темно, будто солдатик опять попал в коробку.

«Куда меня несет? — думал он. — Да, да, все это проделки тролля! Ах, если бы со мною в лодке сидела та барышня, тогда будь хоть вдвое темнее, и то ничего!»

Тут появилась большая водяная крыса, жившая под мостками.

Паспорт есть? — Спросила она. — Предъяви паспорт!

Но оловянный солдатик как воды в рот набрал и только еще крепче сжимал ружье. Кораблик несло все вперед и вперед, а крыса плыла за ним вдогонку. У! Как скрежетала она зубами, как кричала плывущим навстречу щепкам и соломинам:

Держите его! Держите! Он не уплатил пошлины! Он беспаспортный!

Но течение становилось все сильнее и сильнее, и оловянный солдатик уже видел впереди свет, как вдруг раздался такой шум, что испугался бы любой храбрец. Представьте себе, у конца мостика водосточная канава впадала в большой канал. Для солдатика это было так же опасно, как для нас нестись в лодке к большому водопаду.

Вот канал уже совсем близко, остановиться невозможно. Кораблик вынесло из-под мостка, бедняга держался, как только мог, и даже глазом не моргнул. Кораблик развернуло три, четыре раза, залило водой до краев, и он стал тонуть.

Солдатик оказался по шею в воде, а кораблик погружался все глубже и глубже, бумага размокала. Вот вода покрыла солдатика с головой, и тут он подумал о прелестной маленькой танцовщице — не видать ему ее больше. В ушах у него зазвучало:

Вперед стремись, воитель,

Тебя настигнет смерть!

Тут бумага окончательно расползлась, и солдатик пошел ко дну, но в ту же минуту его проглотила большая рыба.

Ах, как темно было внутри, еще хуже, чем под мостком через водосточную канаву, да еще и тесно в придачу! Но оловянный солдатик не потерял мужества и лежал растянувшись во весь рост, не выпуская из рук ружья...

Рыба заходила кругами, стала выделывать самые диковинные скачки. Вдруг она замерла, в нее точно молния ударила. Блеснул свет, и кто-то крикнул: «Оловянный солдатик!» Оказывается, рыбу поймали, привезли на рынок, продали, принесли на кухню, и кухарка распорола ей брюхо большим ножом. Затем кухарка взяла солдатика двумя пальцами за поясницу и принесла в комнату. Всем хотелось посмотреть на такого замечательного человечка — еще бы, он проделал путешествие в брюхе рыбы! Но оловянный солдатик ничуть не загордился. Его поставили на стол, и — каких только чудес не бывает на свете! — он оказался в той же самой комнате, увидал тех же детей, на столе стояли те же игрушки и чудесный дворец с прелестной маленькой танцовщицей. Она попрежнему стояла на одной ноге, высоко вскинув другую, — она тоже была стойкая. Солдатик был тронут и чуть не заплакал оловянными слезами, но это было бы непригоже. Он смотрел на нее, она на него, но они не сказали друг другу ни слова.

Вдруг один из малышей схватил оловянного солдатика и швырнул в печку, хотя солдатик ничем не провинился. Это, конечно, подстроил тролль, что сидел в табакерке.

Оловянный солдатик стоял в пламени, его охватил ужасный жар, но был ли то огонь или любовь — он не знал. Краска с него совсем сошла, никто не мог бы сказать, отчего — от путешествия или от горя. Он смотрел на маленькую танцовщицу, она на него, и он чувствовал, что тает, но по-прежнему держался стойко, не выпуская из рук ружья. Вдруг дверь в комнату распахнулась, танцовщицу подхватило ветром, и она, как сильфида, порхнула прямо в печку к оловянному солдатику, вспыхнула разом — и нет ее. А оловянный солдатик стаял в комочек, и наутро горничная, выгребая золу, нашла вместо солдатика оловянное сердечко. А от танцовщицы осталась одна только блестка, и была она обгорелая и черная, словно уголь.

 

 

Дурень Ганс

Жил в усадьбе старик хозяин, и было у него два сына, такие умные, что и вполовину хватило бы. И решили они посвататься к королевне — отчего же нет? Она сама объявила, что возьмет в мужья того, кто за словом в карман не лезет.

Двое умников готовились целую неделю; больше времени у них не было, да и того достаточно: начатки знаний у них были, а это главное. Один знал наизусть весь латинский словарь и местную газету за три года, с начала до конца и с конца до начала. Другой изучил всю цеховую премудрость: что какому цеховому старшине полагается знать; стало быть, мог рассуждать и о делах государственных — так, по крайней мере, он сам полагал. Кроме того, он был франт и умел вышивать подтяжки, а это немалое искусство.

Королевна будет моей, — говорил и тот и другой.

И вот отец дал каждому чудесного коня; тому, который знал словарь и газету, — вороного, а тому, который был цеховым знатоком и умел вышивать, — белого. Оба смазали себе уголки губ рыбьим жиром, чтобы пошевеливались побыстрей. Все слуги высыпали во двор поглядеть, как они сядут на коней. И вдруг прибежал третий брат. Всего-то их было трое, да третьего никто и в расчет не принимал. Далеко ему было до своих ученых братьев, и называли его попросту Дурень Ганс.

Вы куда это собрались, что так распарадились? — спросил он.

Ко двору. Хотим выговорить себе королевну. Или ты не слыхал, о чем барабанили по всей стране? — И они рассказали ему, в чем дело.

Эге, так и я с вами, — сказал Дурень Ганс.

Братья только засмеялись и тронулись в путь.

Отец, давай и мне коня! — закричал Дурень Ганс. — И меня разбирает охота жениться. Возьмет меня королевна — ладно, а не возьмет — я ее возьму.

Полно пустое болтать, — сказал отец. — Не дам я тебе коня. Ты и говорить-то не умеешь. Вот братья твои — те молодцы.

Не дашь коня — возьму козла, — сказал Дурень Ганс. — Козел мой собственный и небось довезет меня. — И он уселся на козла верхом, всадил ему пятки в бока и помчался по дороге во всю прыть.

Го-го! Берегись! — крикнул он и запел во все горло.

А братья ехали себе потихоньку, не говоря ни слова: надо же было хорошенько обдумать заранее все шутки и острые словечки, сразу-то ведь они в голову не придут.

Го-го! Вот и я! — закричал им Дурень Ганс. — Гляньте, что я на дороге нашел. — И он показал им дохлую ворону.

Дурак, — сказали они. — Куда она тебе?

Я ее королевне подарю.

Подари, подари! — засмеялись они и поехали дальше.

Го-го! Вот и я! Гляньте, что я еще нашел. Это не каждый день на дороге валяется.

Братья поглядели.

Дурак, — сказали они. — Это же просто деревянный башмак, да еще без передка. Ты и его королевне подаришь?

Непременно, — сказал Дурень Ганс.

Братья засмеялись и уехали вперед.

Го-го! Вот и я! — опять закричал Дурень Ганс. — Одно к одному. Вот находка так находка.

Ну, что ты там еще нашел? — спросили братья.

О-о, — сказал Дурень Ганс, — просто и слов не подберешь. То-то королевна обрадуется.

Тьфу!.. — сказали братья. — Да это грязь из канавы.

Верно, — сказал Дурень Ганс, — первейшего сорта. На ладони не удержишь, так и ползет. — И он набил себе грязью карман.

А братья помчались от него во всю прыть; приехали целым часом раньше и остановились у городских ворот, где женихи записывались в очередь и получали номерки. Потом их всех выстроили по шести в ряд, да так тесно, что и не шевельнуться. И хорошо, что так, а то они исполосовали бы ножами друг другу спины за то лишь, что одни очутились впереди других.

Все жители страны столпились у дворца и заглядывали в окна: всем хотелось видеть, как королевна принимает женихов. А женихи входили в залу один за другим, и как кто войдет, так язык у него и отнимается.

Не годен, — говорила королевна. — Следующий!

Вот вошел старший брат, который знал наизусть словарь. Но он уж позабыл все, пока стоял в очереди, а тут — паркет скрипучий, потолок зеркальный, так что видишь самого себя кверху ногами, и у каждого окна по три писца да по одному писаке, и все записывают каждое слово, чтобы сейчас же тиснуть в газету да продать за два гроша на углу. Просто ужас! К тому же печку в зале так натопили, что она раскалилась докрасна.

Какая жара здесь, — сказал жених.

Отцу моему вздумалось поджарить молодых петушков, — сказала королевна.

Э-э... — сказал жених: такого разговора он не ожидал и не нашелся, что сказать в ответ — сказать-то ведь надо было что-нибудь остроумное. Э-э...

Не годен, — сказала королевна. — Вон!

И пришлось ему убраться восвояси. Вошел второй брат.

Ужасно жарко здесь, — сказал он.

Да, мы сегодня поджариваем молодых петушков, — сказала королевна.

Ка-ак? Ка... — сказал он.

И все писцы записали: «Ка-ак? Ка...»

Не годен, — сказала королевна. — Вон!

Следующим был Дурень Ганс. Он въехал на козле прямо в зал.

Ну и жарища тут, — сказал он.

Это я молодых петушков поджариваю, — сказала королевна.

Славно, — сказал Дурень Ганс. — Так и мне заодно можно зажарить мою ворону?

Отчего же нельзя, — сказала королевна. — А у вас есть в чем жарить? У меня нет ни кастрюльки, ни сковородки.

У меня найдется, — ответил Дурень Ганс. — Вот посудина, да еще с ручкой. — И он вытащил старый деревянный башмак с отколотым передком и положил в него ворону.

Да это целый обед! — сказала королевна. — Только где же мы возьмем подливки?

У меня в кармане, — ответил Дурень Ганс. — У меня ее хоть отбавляй. — И он зачерпнул из кармана горсть грязи.

Вот это я люблю, — сказала королевна. — Ты за словом в карман не лезешь. Тебя я и возьму в мужья. Но знаешь, каждое наше слово записывается и завтра попадет в газеты. Видишь, у каждого окна три писца да еще старший писака. Всех хуже самый главный, он ведь ничего не понимает.

Это уж она припугнуть его хотела. А писцы заржали и посадили на пол по жирной кляксе.

Вот так компанийка! — сказал Дурень Ганс. — Сейчас я разуважу самого главного.

И он недолго думая выворотил карманы и залепил главному писаке все лицо грязью.

Ловко, — сказала королевна. — У меня бы так не вышло. Ну да поучусь.

И стал Дурень Ганс королем: женился, надел корону и сел на трон. Мы же взяли все это прямо из газеты главного писаки, а на нее ведь положиться нельзя.

 

 

Прыгуны

Блоха, кузнечик и гусек-скакунок вздумали раз посмотреть, кто из них выше прыгнет, и пригласили прийти полюбоваться на такое диво весь свет всех, кто захочет. И вот три изрядных прыгуна сошлись вместе в одной комнате.

Я выдам свою дочку за того, кто прыгнет выше всех! — сказал король.

Обидно было бы таким молодцам прыгать задаром!

Сначала вышла блоха. Она держалась в высшей степени мило и раскланялась на все стороны: в жилах ее текла голубая кровь, и она вообще привыкла иметь дело только с людьми, а ведь это что-нибудь да значит!

Потом вышел кузнечик. Он был, конечно, потяжелее весом, но тоже очень приличен на вид и одет в зеленый мундир — он и родился в мундире. Кузнечик говорил, что происходит из очень древнего рода, из Египта, а потому в большой чести в здешних местах; его взяли прямо с поля и посадили в трехэтажный карточный домик, который был сделан из одних фигурных карт, обращенных лицом вовнутрь. А окна и двери в нем были прорезаны в туловище червонной дамы.

Я пою, — сказал кузнечик, — да так, что шестнадцать здешних сверчков, которые трещат с самого рожденья и все-таки не удостоились карточного домика, послушали меня да и похудели с досады!

Таким образом, и блоха, и кузнечик полагали, что достаточно зарекомендовали себя в качестве приличной партии для принцессы.

Гусек-скакунок не сказал ничего, но о нем шел слух, что, зато он много думает. Придворный пес, как только обнюхал его, сказал, что он из очень хорошего семейства. А старый придворный советник, который получил три ордена за умение молчать, уверял, что гусек-скакунок наделен пророческим даром: по его спине можно узнать, мягкая или суровая будет зима, а этого нельзя узнать даже по спине самого составителя календарей.

Я пока ничего не скажу! — сказал старый король. — Но у меня есть свои соображения!

Теперь оставалось прыгать.

Блоха прыгнула, да так высоко, что никто и не уследил, и потому все стали говорить, что она вовсе и не прыгала. Только это было нечестно.

Кузнечик прыгнул вдвое ниже и угодил королю прямо в лицо, и тот сказал, что это очень скверно.

Гусек-скакунок долго стоял и думал, и, в конце концов, все решили, что он вовсе не умеет прыгать.

Только бы ему не сделалось дурно! — сказал придворный пес и снова принялся обнюхивать его.

Прыг! И гусек-скакунок маленьким прыжком наискосок очутился прямо на коленях у принцессы, которая сидела на низенькой золотой скамейке.

И тогда король сказал:

Выше всего — допрыгнуть до моей дочери, вот в чем суть. Но чтобы додуматься до этого, нужна голова, и гусекс-какунок доказал, что она у него есть. И притом с мозгами!

И принцесса досталась гуську-скакунку.

А все-таки я прыгнула выше всех! — сказала блоха. — Но все равно, пусть остается при своем дурацком гуське с палочкой и смолой! Я прыгнула выше всех, но на этом свете надо иметь фигуру, только тогда тебя заметят!

И блоха поступила добровольцем в чужеземное войско, и, говорят, нашла там свою смерть.

Кузнечик возвратился в канаву и стал думать о том, как устроен свет. Он тоже сказал:

Фигуру, фигуру надо иметь!

И он затянул песенку о своей печальной доле. Из его песни мы и взяли эту историю. Впрочем, она, наверно, выдумана, хоть и напечатана.

 

 Петух да собака

Жил старичок со старушкой, и жили они в большой бедности. Всех животов у них только и было, что петух и собака, да и тех они плохо кормили. Вот собака и говорит петуху:

Давай, брат Петька, уйдем в лес: здесь нам житье плохое.

Уйдем, — говорит петух, — хуже не будет.

Вот и пошли они куда глаза глядят. Пробродили целый день; стало смеркаться — пора на ночлег приставать. Сошли они с дороги в лес и выбрали большое дуплистое дерево. Петух взлетел на сук, собака залезла в дупло и — заснули.

Утром, только что заря стала заниматься, петух и закричал: «Ку-ку-ре-ку!» Услыхала петуха лиса; захотелось ей петушьим мясом полакомиться. Вот она подошла к дереву и стала петуха расхваливать:

Вот петух так петух! Такой птицы я никогда не видывала: и перышки-то какие красивые, и гребень-то какой красный, и голос-то какой звонкий! Слети ко мне, красавчик.

А за каким делом? — спрашивает петух.

Пойдем ко мне в гости: у меня сегодня новоселье, и про тебя много горошку припасено.

Хорошо, — говорит петух, — только мне одному идти никак нельзя: со мной товарищ.

«Вот какое счастье привалило! — подумала лиса. — Вместо одного петуха будет два».

Где же твой товарищ? — спрашивает она. — Я и его в гости позову.

Там, в дупле ночует, — отвечает петух.

Лиса кинулась в дупло, а собака ее за морду — цап!.. Поймала и разорвала лису.

 

 

Плутишка кот

Жили-были на одном дворе кот, козел да баран. Жили они дружно: сена клок и тот пополам; а коли вилы в бок, так одному коту Ваське. Он такой вор и разбойник: где что плохо лежит, туда и глядит. Вот идет раз котишко-мурлышко, серый лобишко; идет да таково жалостно плачет. Спрашивают кота козел да баран:

Котик-коток, серенький лобок! О чем ты плачешь, на трех ногах скачешь?

Отвечает им Вася:

Как мне не плакать! Била меня баба, била; уши выдирала, ноги поломала, да еще и удавку на меня припасала.

А за что же на тебя такая беда пришла? — спрашивают козел да баран.

Эх-эх! За то, что нечаянно сметанку слизал.

Поделом вору и мука, — говорит козел, — не воруй сметаны!

Вот кот опять плачет:

Била меня баба, била; била — приговаривала: придет ко мне зять, где сметаны будет взять? Поневоле придется козла да барана резать.

Заревели тут козел да баран:

Ах ты, серый ты кот, бестолковый твой лоб! За что ты нас-то сгубил?

Стали они судить да рядить, как бы им беды великой избыть (избежать. Ред.), — и порешили тут же: всем троим бежать. Подстерегли, как хозяйка не затворила ворот, и ушли.

Долго бежали кот, козел да баран по долам, по горам, по сыпучим пескам; пристали и порешили заночевать на скошенном лугу; а на том лугу стога, что города, стоят.

Ночь была темная, холодная: где огня добыть? А котишка-мурлышка уж достал бересты, обернул козлу рога и велел ему с бараном лбами стукнуться. Стукнулись козел с бараном, искры из глаз посыпались: бересточка так и запылала.

Ладно, — молвил серый кот, — теперь обогреемся! — да недолго думавши и зажег целый стог сена.

Не успели они еще порядком обогреться, как жалует к ним незваный гость мужичок-серячок, Михаило Потапыч Топтыгин.

Пустите, — говорит, — братцы, обогреться да отдохнуть; что-то мне неможется.

Добро пожаловать, мужичок-серячок! — говорит котик. — Откуда идешь?

Ходил на пчельник, — говорит медведь, — пчелок проведать, да подрался с мужиками, оттого и хворость прикинулась.

Вот стали они все вместе ночку коротать: козел да баран у огня, мурлышка на стог влез, а медведь под стог забился.

Заснул медведь; козел да баран дремлют; один мурлыка не спит и всё видит. И видит он: идут семь волков серых, один белый — и прямо к огню.

Фу-фу! Что за народ такой! — говорит белый волк козлу да барану. Давай-ка силу пробовать.

Заблеяли тут со страху козел да баран; а котишка, серый лобишка, повел такую речь:

Ах ты, белый волк, над волками князь! Не гневи ты нашего старшего: он, помилуй бог, сердит! Как расходится — никому несдобровать. Аль не видишь у него бороды: в ней-то и вся сила; бородой он всех зверей побивает, рогами только кожу сымает. Лучше подойдите да честью попросите: хотим-де поиграть с твоим меньшим братцем, что под стогом спит.

Волки на том козлу кланялись; обступили Мишу и ну заигрывать. Вот Миша крепился-крепился да как хватит на каждую лапу по волку, так запели они Лазаря (жаловались на судьбу. — Ред.). Выбрались волки из-под стога еле живы и, поджав хвосты, — давай бог ноги!

Козел же да баран, пока медведь с волками расправлялся, подхватили мурлышку на спину и поскорей домой: «Полно, говорят, без пути таскаться, еще не такую беду наживем».

Старик и старушка были рады-радехоньки, что козел с бараном домой воротились; а котишку-мурлышку еще за плутни выдрали.

 

 

Охотник до сказок

Жил себе старик со старухою, и был старик большой охотник до сказок и всяких россказней.

Приходит зимою к старику солдат и просится ночевать.

Пожалуй, служба, ночуй, — говорит старик, — только с уговором: всю ночь мне рассказывай. Ты человек бывалый, много видел, много знаешь.

Солдат согласился.

Поужинали старик с солдатом, и легли они оба на полати рядушком, а старуха села на лавку и стала при лучине прясть.

Долго рассказывал солдат старику про свое житье-бытье, где был и что видел. Рассказывал до полуночи, а потом помолчал немного и спрашивает у старика:

А что, хозяин, знаешь ли ты, кто с тобою на полатях лежит?

Как кто? — спрашивает хозяин, — вестимо, солдат.

Ан, нет, не солдат, а волк.

Поглядел мужик на солдата, и точно — волк. Испугался старик, а волк ему и говорит:

Да ты, хозяин, не бойся, погляди на себя, ведь и ты медведь.

Оглянулся на себя мужик, — и точно, стал он медведем.

Слушай, хозяин, — говорит тогда волк, — не приходится нам с тобою на полатях лежать; чего доброго, придут в избу люди, так нам смерти не миновать. Убежим-ка лучше, пока целы.

Вот и побежали волк с медведем в чистое поле.

Бегут, а навстречу им хозяинова лошадь. Увидел волк лошадь и говорит:

Давай съедим!

Нет, ведь это моя лошадь, — говорит старик.

Ну так что же что твоя: голод не тетка.

Съели они лошадь и бегут дальше, а навстречу им старуха, старикова жена. Волк опять и говорит:

Давай старуху съедим.

Как есть? да ведь это моя жена, — говорит медведь.

Какая твоя! — отвечает волк.

Съели и старуху.

Так-то пробегали медведь с волком целое лето. Настает зима.

Давай, — говорит волк, — заляжем в берлогу; ты полезай дальше, а я спереди лягу. Когда найдут на нас охотники, то меня первого застрелят, а ты смотри: как меня убьют да начнут шкуру сдирать, выскочи из берлоги, да через шкуру мою переметнись, — и станешь опять человеком.

Вот лежат медведь с волком в берлоге; набрели на них охотники, застрелили волка и стали с него шкуру снимать. А медведь как выскочит из берлоги да кувырком через волчью шкуру... и полетел старик с полатей вниз головой.

Ой, ой! — завопил старый, — всю спинушку себе отбил.

Старуха перепугалась и вскочила.

Что ты, что с тобой, родимый? Отчего упал, кажись, и пьян не был!

Как отчего? — говорил старик, — да ты, видно, ничего не знаешь!

И стал старик рассказывать: мы-де с солдатом зверьем были; он волком, я медведем; лето целое пробегали, лошадушку нашу съели и тебя, старуха, съели. Взялась тут старуха за бока и ну хохотать.

Да вы, — говорит, — оба уже с час вместе на полатях во всю мочь храпите, а я всё сидела да пряла.

Больно расшибся старик: перестал он с тех пор до полуночи сказки слушать.







Разные сказки

Не ладно скроен, да крепко сшит

Беленький, гладенький зайчик сказал ежу:

Какое у тебя, братец, некрасивое, колючее платье!

Правда, — отвечал еж, — но мои колючки спасают меня от зубов собаки и волка; служит ли тебе так же твоя хорошенькая шкурка?

Зайчик вместо ответа только вздохнул.

Бишка

«А ну-ка, Бишка, прочти, что в книжке написано!»

Понюхала собачка книжку, да и прочь пошла. «Не мое, — говорит, — дело книги читать; я дом стерегу, по ночам не сплю, лаю, воров да волков пугаю, на охоту хожу, зайку слежу, уточек ищу, поноску тащу — будет с меня и этого».

Храбрая собака

Собака, что лаешь?

Волков пугаю.

Собака, что хвост поджала?

Волков боюсь.

Мышки

Собрались мышки у своей норки, старые и малые. Глазки у них черненькие, лапки у них маленькие, остренькие зубки, серенькие шубки, ушки кверху торчат, хвостища по земле волочатся. Собрались мышки, подпольные воровки, думушку думают, совет держат: «Как бы нам, мышкам, сухарь в норку протащить?» Ох, берегитесь мышки! Ваш приятель, Вася, недалеко. Он вас очень любит, лапкой приголубит; хвостик вам помнет, шубочки вам порвет.

Козел

Идет козел мохнатый, идет бородатый, рожищами помахивает, бородищей потряхивает, копытками постукивает, идет, блеет, коз и козляток зовет. А козочки с козлятками в сад ушли, травку щиплют, кору гложут, молодые прищепы портят, молочко деткам копят; а козлятки, малые ребятки, молочка насосались, на забор взобрались, рожками передрались.

Погодите, ужо придет бородатый хозяин — всем вам порядок даст!

Лиса и гуси

Пришла однажды лиса на лужок. А на лугу были гуси. Хорошие гуси, жирные. Обрадовалась лиса и говорит:

Вот я сейчас всех вас съем! А гуси говорят:

Ты, лиса, добрая! Ты, лиса, хорошая, не ешь, пожалей нас!

Нет! — говорит лиса, — не буду жалеть, всех съем! Что тут делать? Тогда один гусь говорит:

Позволь, лиса, нам песню спеть, а потом ешь нас!

Ну ладно, — говорит лиса, — пойте! Стали гуси все в ряд и запели:

Га!

Га-га!

Га-га-га!

Га-га-га-га!

Га-га-га-га-га!

Они и теперь поют, а лиса ждет, когда они кончат.

Петушок с семьей

Ходит по двору петушок: на голове красный гребешок, под носом красная бородка. Нос у Пети долотцом, хвост у Пети колесцом, на хвосте узоры, на ногах шпоры. Лапами Петя кучу разгребает, курочек с цыплятами созывает:

Курочки-хохлатушки! Хлопотуньи-хозяюшки! Пестренькие-рябенькие, черненькие-беленькие! Собирайтесь с цыплятками, с малыми ребятками: я вам зернышко припас!

Курочки с цыплятами собрались, разкудахталися; зернышком не поделились, передрались.

Петя-петушок беспорядков не любит — сейчас семью помирил: ту за хохол, того за вихор, сам зернышко съел, на плетень взлетел, крыльями замахал, во все горло заорал: «Ку-ка-ре-ку!»

Коровка

Некрасива корова, да молочко дает. Лоб у нее широк, уши в сторону; во рту зубов недочет, зато рожища большие; хребет — острием, хвост — помелом, бока оттопырились, копыта двойные. Она травушку рвет, жвачку жует, пойло пьет, мычит и ревет, хозяйку зовет: «Выходи, хозяюшка; выноси подойничек, чистый утиральничек! Я деточкам молочка принесла, густых сливочек».

Лиса Патрикеевна

У кумушки-лисы зубушки остры, рыльце тоненькое, ушки на макушке, хвостик на отлете, шубка тепленькая.

Хорошо кума принаряжена: шерсть пушистая, золотистая; на груди жилет, а на шее белый галстучек.

Ходит лиса тихохонько, к земле пригинается, будто кланяется; свой пушистый хвост носит бережно, смотрит ласково, улыбается, зубки белые показывает.

Роет норы, умница, глубокие; много ходов в них и выходов, кладовые есть, есть и спаленки, мягкой травушкой полы выстланы. Всем бы лисонька хороша была хозяюшка, да разбойница-лиса — хитрая: любит курочек, любит уточек, свернет шею гусю жирному, не помилует и кролика.

Ворона и рак

Летела ворона над озером; смотрит — рак ползет: цап его! Села на вербу и думает закусить. Видит рак, что приходится пропадать, и говорит:

Ай, ворона! ворона! знал я твоего отца и мать, что за славные были птицы!

Угу! — говорит ворона, не раскрывая рта.

И сестер и братьев твоих знал — отличные были птицы!

Угу! — опять говорит ворона.

Да хоть хорошие были птицы, а все же далеко до тебя.

Aгa! — крикнула ворона во весь рот и уронила Рака в воду.



Пастух и королевская дочь

Жил однажды король, утверждавший, что он никогда на своем веку не лгал; но ему часто приходилось слышать, как придворные говорили друг другу: «Это неправда! Вы лжец!» — и он при этом всегда очень сердился.

Наконец он сказал придворным:

Вы меня удивляете и огорчаете. Если бы вас услыхал чужестранец, он мог бы подумать, что я царствую над одними лгунами. Я желаю, чтобы это прекратилось. Вы никогда не услышите от меня подобных слов, и я охотно выдам свою дочь замуж за любого человека, который уличит меня в том, что я скажу кому-нибудь: «Это неправда!» или же «Вы лжете!»

Один молодой пастух, также слышавший эту речь, сказал себе:

«Ладно! Если король — человек слова, его дочь достанется мне!»

Старый король любил старинные песни, волшебные и забавные сказки. Часто он после вечерней трапезы усаживался в кухне подле огромного очага и с удовольствием слушал, как его слуги беседовали, пели и рассказывали всякую всячину. Каждый из них по очереди что-нибудь пел или рассказывал.

А ты, мальчуган, видно, ничего не знаешь,— сказал король однажды вечером молодому пастуху, о котором уже была речь.

Как не знать, ваше величество,— ответил пастух.

Послушаем, что ты знаешь.

Пастух начал:

Однажды, идя по лесу, я увидел жирного зайца. Он бежал прямо на меня, словно не видя ничего. В руке у меня был катышек смолы. Я запустил им в зайца, катышек угодил ему прямо в лоб, да там и прилип. А заяц понесся дальше и с разгону столкнулся с другим зайцем, мчавшимся навстречу; вот они и приклеились лбами друг к другу; им никак не разняться было, и я без всякого труда поймал обоих. Как вам это нравится, ваше величество?

Что-то не верится,— ответил король,— но в конце концов это возможно. Что ты нам еще расскажешь?

Прежде чем наняться в пастухи при вашем дворе, я работал подручным на отцовской мельнице. Однажды я так навьючил моего осла, что у него переломился спинной хребет.

Бедный ослик! — вскричал король.

А пастух продолжал:

Я подошел к ближайшей изгороди — а была она из орешника,— карманным ножом вырезал оттуда палку и вставил ее ослу вместо позвоночника. Он тотчас вскочил и как ни в чем не бывало направился со своей ношей на мельницу.

Удивительная штука,— сказал король.— Ну, а дальше что?

На другое утро я сильно изумился (дело было в декабре), увидя, что за ночь на том конце палки, который торчал наружу, появились ветки, листья и даже орешки; вывел я осла из конюшни, а ветки все росли и росли и поднялись высоко-высоко, до самого неба.

Занятная штука,— молвил король.— А что дальше?

Ну что ж, когда я это увидел, я стал взбираться по ветвям и карабкался все выше и выше, пока не добрался до луны.

Презанятная штука,— сказал король.— А что дальше?

Попав на луну, я увидел там старух, которые жали овес, и долго смотрел, как они работали. Когда же я решил опять спуститься на землю, я уже не нашел своей палки,— осел куда-то запропастился. Что было делать? Я стал свивать колосья; у меня и получилась веревка, по которой я начал спускаться.

Трудно этому поверить,— сказал король.— А что дальше?

Увы, веревка была недостаточно длинна, и, когда я добрался до конца, мне пришлось спрыгнуть на землю. Я упал вниз головой на скалу и увяз в ней по самые плечи.

Уж не знаю, верить иль не верить,— сказал король.— А дальше что?

Я столько сил потратил, чтобы высвободиться, что туловище мое оторвалось от головы, которая так и осталась в скале; а я побежал за железным ломом, чтобы вытащить свою голову.

Ну, как в это поверить? — молвил король.— А дальше что?

Когда я вернулся с ломом, я увидел огромного волка, который грыз мою голову. Я так хватил его по спине железной своей палкой, что он весь сплющился, а из зада у него выпала какая-то бумага.

Чудеса, да и только! — сказал король.— А что же в ней было сказано?

Там было сказано, что отец вашего величества некогда был подручным у моего дедушки, мельника.

Клянусь честью, ты лжешь, поганое отродье! — крикнул король, вскочив на ноги.

Ура, ваше величество! Я выиграл: ваша дочь достанется мне! — молвил пастух.

Как так? Что ты хочешь этим сказать? — спросил король.

А разве вы, ваше величество, не обещали отдать руку вашей дочери любому, кто поймает вас на том, что вы кому-нибудь скажете: «Ты лжешь»?

Верно. Король должен всегда держать слово и никогда его не нарушать. Моя дочь будет твоей женой. Завтра обрученье, а через неделю свадьба.

Вот как случилось, что пастуху за одно слово досталась королевская дочь!

 

 



Волк, улитка и осы

Раз волк шел по лесу и наступил на улитку.

В те времена животные еще умели говорить как люди. Вот улитка ему и сказала:

Какой ты злой, волк! Зачем топчешь ногами слабых? И чем гордишься? Захочу, так побегу быстрее тебя. Давай побьемся об заклад, что ты и твои приятели волки запыхаетесь, догоняя меня.

Это тебя-то не догнать, убогая?

Да, меня, волк. Приходи сюда вместе со своими собратьями завтра с восходом солнца, и посмотрим, кто из нас первый добежит до берега Гаронны.

Хорошо, придем, убогая.

Волк продолжал путь. Не прошел он и двадцати шагов, как наступил на осиное гнездо.

Какой ты злой, волк, зачем топчешь ногами слабых? Мы, осы, малы, но тебя не боимся. Хочешь, побьемся об заклад, что мы утопим и тебя и твоих приятелей волков?

Это вы-то, мелюзга этакая?

Да, мы, волк. Приходи сюда вместе со своими собратьями завтра, когда взойдет солнце, и посмотрим, много ли нам понадобится времени, чтобы утопить вас в Гаронне.

Хорошо, мелюзга, придем.

Волк тотчас же пошел предупредить своих. А улитка сказала осам:

Подружки, оповестите весь ваш осиный народ. Мои улитки тоже все непременно соберутся на зов. Спрячьтесь в ветвях ив, что растут на берегу Гаронны. Мы пригоним вам волков, а вы в удобную минуту нападите на них и жальте, пока они не бросятся в воду.

Хорошо, улитка, будет сделано.

И осы улетели, чтобы исполнить то, что обещали. А улитка разместила своих подружек на всем пути до берега Гаронны, через каждые пять шагов по улитке.

На другое утро, с восходом солнца, волки и улитка были уже на том месте, откуда решено было начать бег.

Ты здесь, улитка?

Здесь, волки. Начнем.

Волки помчались галопом. На бегу они кричали:

Где ты, улитка?

Здесь, волки,— отвечали улитки, расставленные по дороге через каждые пять шагов.

Когда волки добежали до берега Гаронны, осы тучей вылетели из листвы ив и, напав на зверей, принялись больно жалить их, громко жужжа:

Сильнее! Сильнее!

Бедные волки кинулись в реку и не смели высунуть из воды ничего, кроме кончика морды.

В нос, в нос! — жужжали осы, налетая на волчьи носы и усердно работая жалами.

Волки все утонули, а улитки и осы, очень довольные, воротились в лес.

 

 Палочка-выручалочка



  Шёл Ёжик домой. По дороге нагнал его Заяц, и пошли они вместе. Вдвоём дорога вдвое короче.

До дома далеко — идут, разговаривают.

А поперёк дороги палка лежала.

За разговором Заяц её не заметил — споткнулся, чуть было не упал.

Ах ты!.. — рассердился Заяц. Наподдал палку ногой, и она далеко в сторону отлетела.

А Ёжик поднял палку, закинул её себе на плечо и побежал догонять Зайца.

Увидел Заяц у Ежа палку, удивился:

Зачем тебе палка? Что в ней толку?

Эта палка не простая, — объяснил Ёжик, — Это палочка-выручалочка.

Заяц в ответ только фыркнул.

Пошли они дальше и дошли до ручья. Заяц одним прыжком перескочил через ручей и крикнул уже с другого берега:

Эй, Колючая Голова, бросай свою палку, тебе с нею сюда не перебраться!

Ничего не ответил Ёжик, отступил немного назад, разбежался, воткнул на бегу палку в середину ручья, одним махом перелетел на другой берег и стал рядом с Зайцем как ни в чём не бывало.

Заяц от удивления даже рот разинул:

Здорово ты, оказывается, прыгаешь!

Я прыгать совсем не умею, — сказал Ёжик, — это палочка-выручалочка-через-всё-скакалочка мне помогла.

Пошли дальше. Прошли немного и вышли к болоту.

Заяц с кочки на кочку прыгает. Ёжик позади идёт, перед собой палкой дорогу проверяет.

Эй, Колючая Голова, что ты там плетёшься еле-еле? Наверно, твоя палка...

Не успел Заяц договорить, как сорвался с кочки и провалился в трясину по самые уши. Вот-вот захлебнётся и утонет.

Перебрался Ёжик на кочку, поближе к Зайцу, и кричит:

Хватайся за палку! Да покрепче!

Ухватился Заяц за палку. Ёжик изо всех сил дёрнул и вытянул своего друга из болота.

Когда выбрались на сухое место, Заяц говорит Ежу:

Спасибо тебе, Ёжик, спас ты меня.

Что ты! Это палочка-выручалочка-из-беды-вытяга-лочка!

Пошли дальше и у самой опушки большого тёмного леса увидели на земле птенчика.

Он выпал из гнезда и жалобно пищал, а родители кружились над ним, не зная, что делать.

Помогите, помогите! — чирикали они.

Гнездо высоко — никак не достанешь. Ни Ёж, ни Заяц по деревьям лазать не умеют.

А помочь надо.

Думал Ёжик, думал и придумал.

Становись лицом к дереву! — скомандовал он Зайцу.

Заяц стал лицом к дереву. Ёжик посадил птенца на кончик своей палки, залез с ней Зайцу на плечи, поднял как мог палку и достал почти до самого гнезда.

Птенчик ещё раз пискнул и прыгнул прямо в гнездо.

Вот обрадовались его папа и мама! Вьются вокруг Зайца и Ежа, чирикают:

Спасибо, спасибо, спасибо!

А Заяц говорит Ежу:

Молодец, Ёжик! Хорошо придумал!

Что ты! Это всё палочка-выруча-лочка-наверх-поднималочка!

Вошли в лес. Чем дальше идут, тем лес гуще, темнее. Страшно Зайцу. А Ёжик виду не подаёт: идёт впереди, палкой ветки раздвигает.

И вдруг из-за дерева прямо на них огромный Волк выскочил, загородил дорогу, зарычал:

Стой!

Остановились Заяц с Ежом. Волк облизнулся, лязгнул зубами и сказал:

Тебя, Ёж, я не трону, ты колючий, а вот тебя, Косой, целиком съем, с хвостом и ушами!

Задрожал Зайчик от страха, побелел весь, как в зимнюю пору, бежать не может:

ноги к земле приросли. Закрыл глаза — сейчас его Волк съест.

Только Ёжик не растерялся: размахнулся своей палкой и что есть силы огрел Волка по спине.

Взвыл Волк от боли, подпрыгнул — и бежать!..

Так и убежал, ни разу не обернувшись.

Спасибо тебе, Ёжик, ты меня теперь и от Волка спас!

Это палочка-выручалочка-по-врагу-ударялочка, — ответил Ёжик.

Пошли дальше. Прошли лес и вышли на дорогу. А дорога тяжёлая, в гору идёт.

Ёжик впереди топает, на палочку опирается, а бедный Заяц отстал, чуть не падает от усталости.

До дома совсем близко, а Заяц дальше идти не может.

Ничего, — сказал Ёжик, — держись за мою палочку.

Ухватился Заяц за палку, и потащил его Ёжик в гору. И показалось Зайцу, будто идти легче стало.

Смотри-ка, — говорит он Ежу, — твоя палочка-выручалочка и на этот раз мне помогла.

Так и привёл Ёжик Зайца к нему домой, а там давно его поджидала Зайчиха с зайчатами.

Радуются встрече, а Заяц и говорит Ежу:

Кабы не эта твоя волшебная палочка-выручалочка, не видать бы мне родного дома.

Усмехнулся Ёжик и говорит:

Бери от меня в подарок эту палочку, может быть, она тебе ещё пригодится.

Заяц даже опешил:

А как же сам ты без такой волшебной палочки-выручалочки останешься?

Ничего, — ответил Ёжик, — палку всегда найти можно, а вот выручалку, — он постучал себя по лбу, — а выручалка-то вот она где!

Тут всё понял Заяц:

Верно ты сказал: важна не палка, а умная голова да доброе сердце!

 

 

Мешок яблок

Ходил Заяц с мешком по лесу, искал грибы-ягоды для своих зайчат, но, как назло, ничего ему не попадалось: ни грибов, ни ягод.

И вдруг посреди зелёной поляны увидел он дикую яблоню. А яблок румяных на ней и под ней — видимо-невидимо! Не долго думая, раскрыл Заяц свой мешок и стал в него яблоки собирать.

Тут Ворона прилетела, на пенёк села и каркает:

Карр! Карр! Безобразие! Каждый будет сюда приходить, ни одного яблока не останется!

Напрасно каркаешь, — говорит Заяц, — здесь яблок на весь лес хватит. А у меня зайчата дома голодные сидят.

Набрал Заяц полный мешок яблок. Мешок тяжёлый — не поднять. С трудом потащил его Заяц волоком по лесной тропинке...

И вдруг голова его уткнулась во что-то мягкое. Поднял голову Заяц и обомлел — перед ним Медведь стоит!

Что у тебя там в мешке? — спросил Медведь.

Заяц пришёл в себя, открыл мешок и говорит:

Вот... Яблоки... Угощайтесь, дядя Миша!

Попробовал Медведь одно яблоко.

Ничего яблочки! Освежают! — проревел он, набрал большую горсть яблок и пошёл своей дорогой.

А Заяц — к себе домой.

Идёт Заяц по лесу, а со всех сторон бегут к нему бельчата, пищат хором:

Дяденька Заяц! Дайте яблочек!

Ничего не поделаешь, пришлось снова мешок открыть.

По дороге домой Заяц встретил своего старого приятеля Ежа.

Куда идёшь, Колючая Голова? — спросил Заяц.

Да вот, за грибами собрался, а грибов нигде не видно. Хожу с пустой корзинкой.

Ты лучше у меня яблок возьми. Бери, не стесняйся, у меня их много! — сказал Заяц и насыпал Ежу полную корзину яблок.

Вышел Заяц на лужок, а там Коза со своими козлятами гуляет. Их Заяц тоже яблоками оделил.

Ходил, ходил Заяц и устал. Присел было на какой-то бугорок, как вдруг...

Спасибо, дружище! — сказал Крот и исчез под землёй вместе с яблоками.

В заячьем домике давно ждут папу-Зайца. Чтобы скоротать время, мама-Зайчиха рассказывает сказку своим голодным зайчатам.

И тут кто-то постучал в дверь...

Дверь распахнулась, и на пороге появились бельчата с большим лукошком, полным орехов.

Вот! Это вам мама просила передать! — пропищали бельчата и убежали.

Чудеса... — прошептала Зайчиха.

Пришёл Ёжик с корзиной, полной грибов.

Хозяин дома? — спросил он Зайчиху.

Да нет. Как с утра пошёл, так и не возвращался.

Попрощался Ёж, ушёл, а корзину с грибами оставил Зайчихе.

Соседка Коза принесла капусты и крынку молока.

Это для ваших детей, — сказала она Зайчихе.

Чудеса продолжались...

Со стуком откинулась крышка подпола, и показалась голова Крота.

Это дом Зайца? — спросил он.

Да, мы тут живём, — сказала Зайчиха.

Значит, я правильно подкоп вёл! — обрадовался Крот, и полетели из подпола всякие овощи: морковка, картошка, петрушка, свёкла. — Привет Зайцу! — крикнул Крот и исчез под землёй.

А Ворона всё каркает:

Карр! Карр! Всем яблоки раздавал, а меня хоть бы одним яблочком угостил!

Смутился Заяц, вытряхнул из мешка последнее яблоко:

Вот... Самое лучшее! Клюй на здоровье!

Очень мне нужно твоё яблоко, я их терпеть не могу! Карр! Карр! Что делается! Родным голодным детишкам пустой мешок несёт!

А я... А я сейчас обратно в лес пойду и снова мешок полный принесу!

Куда же ты пойдёшь, глупый! Смотри, какая туча собирается!

И побежал Заяц обратно в лес.

А когда прибежал к своей заветной яблоне, то там...

Увидел Волк Зайца, облизнулся и спрашивает:

Тебе что здесь нужно?

Я... Яблочки хотел собрать... Зайчатам...

Значит, ты яблочки любишь?

Лю... Люблю.

А я зайцев очень люблю! — зарычал Волк и бросился на Зайца.

Вот тут-то и пригодился Зайцу пустой мешок.

Уже поздно ночью приплёлся Заяц к своему дому.

А дома давно крепким сном спали сытые зайчата. Только одна Зайчиха не спала: тихо плакала в своём уголке.

Вдруг скрипнула дверь.

Вскочили зайчата:

Ура! Папа пришёл!

Зайчиха подбежала к двери: на пороге стоял Заяц, весь мокрый.

Я ничего... совсем ничего вам не принёс, — прошептал он.

Зайчик мой бедный! — воскликнула Зайчиха.

И вдруг страшный удар потряс дом.

Это он! Волк! Заприте дверь! Прячьтесь все! — закричал Заяц.

Зазвенели стёкла, распахнулось окошко, и появилась большая голова Медведя.

Вот! Держи от меня подарок, — прорычал Медведь. — Мёд настоящий, липовый...

Утром вся заячья семья собралась за столом. А на столе чего только нет! Грибы и орехи, свёкла и капуста, мёд и репа, морковь и картошка.

А злая Ворона удивляется:

Никак ума не приложу: как могло из пустого мешка столько добра появиться?












Кто ждёт, чтоб вишни падали в рот, тот до добра не дойдёт

Жил как-то ленивый человек, такой ленивый, что даже покрылся плесенью. Ждал, чтобы вишни сами ему лезли в рот, а потом чтобы кто-нибудь их разжевал. А когда нападает на человека лень, бедность ему на шею садится. Когда он дошел, что называется, до ручки, что надумал лентяй? Пойду-ка, решил он, к Доброй Волшебнице, пусть даст мне другую долю; что-бы я не работал больше, а были бы только праздники и один лишь рабочий день, и в тот день чтоб была свадьба.

Взял он котомку на палку и пошел искать счастья. Шел сколько, шел и, проходя через лес, встретил волка — худого и лысого, хуже некуда.

Куда держишь путь, добрый человек? спрашивает волк.

К Доброй Волшебнице за долей иду, пусть скажет, как мне счастливо жить на свете.

Раз уж ты к Доброй волшебнице идешь, спроси ее,- взмолился волк,- как мне быть, что сделать, чтобы волосы у меня отросли, а то сроду на мне волос не было.

Ладно, волк, я спрошу!

Пошел лентяй дальше, видит виноградный куст с увядшими желтыми листьями.

Ты куда, добрый человек? — спрашивает виноградный куст человеческим голосом.

К Доброй Волшебнице.

А зачем?

Просить другой доли, счастливой, чтобы мне не работать больше, чтобы жить, как бояре живут, не заботясь о завтрашнем дне.

Раз уж ты к Доброй Волшебнице идешь, спроси у нее, как мне быть, что делать, чтобы выросли у меня новые листья.

Спрошу, почему не опросить, — сказал лентяй и отправился дальше.

Приходит он к реке. И вот из воды выходит большущая рыба с огромным зобом. Сделала рыба путнику знак.

Подайся поближе, добрый человек.

Подошел лентяй.

Куда путь держишь?

К Доброй Волшебнице.

Зачем?

За счастьем своим, узнать, как дальше мне жить.

Если будешь у Доброй Волшебницы, спроси, как мне быть с моим зобом, а то он с каждым днем пухнет.

Хорошо, спрошу.

Идет лентяй дальше и видит в лесной прогалине источник, а у источника красавицу девушку в белом платье, с венком из цветов на голове.

Кто ты, добрый человек?

Я бедный странник.

А куда идешь?

К Доброй Волшебнице.

Долго ли шел, пока меня встретил?

Долго.

И кого ты в пути видел?

Лысого волка видел, вот кого!

И что тебе волк оказал?

Когда он узнал, куда иду, попросил разузнать, как ему быть, что делать, чтобы волосы отрастить.

Скажи ему, пусть он сожрет сердце бездельника и лентяя, и тогда у него волосы отрастут. И кого ты еще видел?

Виноградный кует с увядшими листьями. Просил он меня узнать, как ему быть, что сделать, чтобы выросли новые листья и чтоб больше они не сохли.

Передай ему, что у его корней закопали когда-то, давным-давно, кувшин с золотыми, и если найдется кто-нибудь, кто выкопает и уберет кувшин от его корней, то вырастут новые листья и куст покроется гроздьями. А еще кого видел?

Рыбу большую с распухшим зобом. Просила меня узнать, как ей быть, что делать, чтоб избавиться от болезни.

Зоб у нее набит драгоценными каменьями. Если найдется кто-нибудь, кто зоб разрежет и вытащит камни, полегчает ей.

Я ей скажу.

А теперь отправляйся обратно.

Как это обратно? Я же сюда за счастьем пришел.

Ступай обратно по тому же пути, по которому прибыл, и встретит тебя твое счастье в пути. Если есть у тебя голова на плечах, заживешь счастливо, а нет — пеняй на самого себя.

Пошел лентяй обратно. Идет, идет и пришел к рыбе. Опрашивает его рыба:

Ну, что сказала тебе Волшебница?

Сказала, что зоб твой набит драгоценными каменьями и что если найдется кто-нибудь, кто зоб твой разрежет и вытащит эти камни, избавишься от беды.

Стала рыба его молить:

Окажи, добрый человек, услугу, разрежь мне зоб, вытащи драгоценные камни и возьми себе их в награду.

Нет, — отвечает лентяй, — я пойду, меня в пути счастье ждет, и всего у меня будет вдоволь и без тебя.

Как сказано: сильнее леность, чем бедность.

Пошел он дальше. Идет, идет, и вот уже виноградный куст веткой ему машет, чтобы остановился.

Ну, как, человек добрый, побывал у Волшебницы?

Побывал!

И что она оказала?

А вот что. У корней твоих закопан кувшин с золотыми, он мешает корням твоим разрастись, оттого ты и чахнешь.

Если так, будь добр, выкопай кувшин с золотыми и возьми все себе. И мне услугу окажешь, и сам не будешь внакладе.

Нет, — отвечает лентяй, — зачем мне землю рыть, уставать, лучше пойду, меня в пути счастье ожидает, и всего будет у меня вдоволь и без тебя.

Пошел он дальше. И вот уже встречается ему снова волк.

Ну как, видел Волшебницу?

Видел.

И что она сказала? Как мне волосы отрастить?

Сказала, что должен ты для этого сожрать сердце бездельника и лентяя.

А еще что ты видел, что слышал? Где побывал?

Многое видел. Видел увядший куст виноградный. У его корений кувшин с золотыми закопан, мешает ему расти. Просил он меня выкопать деньги и взять их себе, а мне они ни к чему. Все равно меня счастье в пути ожидает, и будет у меня всего вдоволь.

И еще кого видел?

Видел большущую рыбину с раздутым зобом, полным драгоценных камней. Просила меня рыба разрезать ей зоб, выгнуть те камни и тем ее от беды избавить. Но я торопился и дальше пошел.

Подумал, подумал волк. Кого лень обуяла, решил он, ума у того мало.

Ленивей тебя и глупей никого не знаю, — сказал он. — Не потрудился выкопать кувшин с золотыми, не стал резать рыбий зоб, чтобы вытащить драгоценности. А ведь мог с этим богатством до самой смерти жить-поживать, не зная забот.

Кинулся вола на лентяя и сожрал его без остатка.

С той поры говорят: кто ждет, чтобы вишни падали в рот, — до добра не дойдет.

  О чем поют жаворонки

Жил-был когда-то король, и был у короля один- единственный сын. Случилось так, что заболел наследник. Созвал король врачей со всего королевства и приказал им вылечить сына.

Стали врачи больного смотреть, стали совещаться, чем его лечить. Не могут болезнь определить, не могут лекарства назначить. С тем и ушли.

Король тогда бросил клич на всю землю — кто королевича вылечит, тот получит подарки дорогие, богатства несметные.

И вот пришел во дворец старец-ведун. Осмотрел королевича и сказал: "Выздоровеет королевич, когда съест язык птицы-нептицы, которую убьет человек-нечеловек ружьем-неружьем, сделанным из дерева-недерева". Сказал старец эти слова и ушел из дворца, не требуя подарка.

Созвал король своих бояр, сообщил им старцевы слова и спросил совета: что это за птица-нептица, кто тот человек-нечеловек, что это за ружье-неружье, сделанное из дерева-недерева.

Стали бояре думать, королевскую загадку разгадывать.

Подумали и сказали в один голос:

Птица-нептица — это, конечно, жаворонок. Он, хоть и летает, да больше по земле ходит. Он, хоть и поет, да только в небе, не как другие птицы. А. спев, на землю падает, ну точно камень.

А человек-нечеловек, — сказали бояре,- это, ко- нечно, пастух. живет он не в селе, как все люди, а в кодрах, как дикий зверь. Не с людьми время проводит, а с овцами — какой же он настоящий человек?

А дерево-недерево,- решили бояре, — это, верно, липа. Древесина у липы мягкая, непрочная — где ей равняться с настоящим деревом!

А ружье-неружье — чего уж тут гадать! — это ведь лук со стрелами. Лук этот сделан целиком из липы, тетива из лыка.

Послушался король бояр. Сделали бояре лук и приказали привести пастуха.

Вот тебе липовый лук, — сказали бояре. — Иди и застрели нам птицу — нептицу жаворонка. Мы вырвем у него язык, дадим королевскому сыну, и он выздоровеет.

Взял пастух лук и пошел охотиться на жаворонка.

Жаворонок то прямо к солнцу взлетал и заливался там звонкой песней, то камнем вниз бросался — дразнил охотника. Пастух уже устал гоняться за ним, как вдруг жаворонок сел на землю и спросил человечьим голосом:

Почему ты преследуешь меня, неужто убить хочешь? Ведь мы с тобой давние знакомые, прежде тебя никто йа холм не взбирается — и я первый песню запеваю, когда тебя увижу. Друг я тебе, а ты стрелу на меня нацелил.

И открылся жаворонку пастух.

Не я тебя хочу убить — бояре. Так они порешили на королевском совете. Посчитали они меня человеком-нечеловеком, а про тебя сказали, что ты птица-нептица. Дали они мне в руки ружье-неружье — лук липовый, тетива лыковая — все из дерева-недерева. Приказали убить тебя, чтобы лишить тебя языка твоего; а языком этим вылечат королевского сына.

Рассмеялся тут жаворонок.

Обманули тебя бояре! Птица я, настоящая, неподдельная. Крыльями взмахну — взлечу высоко. Клюв открою — песня польется. И птенцов вывожу, как другие птицы. А зима настанет — с вьюгой-мете- лицей борюсь, на родных местах остаюсь, в чужие земли не лечу. Ну-ка скажи — много ли таких птиц на свете? И про себя подумай: какой же ты человек-нечеловек, если и в дождь, и в холод отару бережешь, о каждом ягненке заботишься, сил своих не жалеешь ради людей. Самый ты и есть настоящий человек1 И липа — дерево, — говорил жаворонок. — Ну-ка; вспомни, из чего стропила над твоей крышей, балки на твоем чердаке! А чем ты щи хлебаешь — разве из дуба твоя ложка вырезана? Настоящее вто дерево — липа. И лук твой со стрелами — доброе оружие. Сколько врагов отогнали от родных очагов этим оружием! Если же хочешь знать, что такое ружье-неружье, — так это трубочка из бузины, иа которой мальчишки горохом стреляют. Бузина и есть дерево-недерево, потому что почти вея она из мякоти, только трубка тверда я. А вот люди-нелюди — это те, кто тебя убить меня послал: бояре чужеспинники, баре-тунеядцы. Вот уж точно — люди-нелюди они, потому что не голова у них на плечах, а липовый чурбак!

У боярина под шапкой

Ума очень мало,

Ну, а может быть, и сроду

Его не бывало!

Спев эту песенку, жаворонок взлетел высоко в небо, к самому солнцу.

Все жаворонки, чуть завидев пастуха, то взлетают высоко-высоко, то падают камнем вниз и вее время. поют:

У боярина под шапкой

Ума очень мало,

Ну, а может быть, и сроду

Его не бывало!

Песенку эту жаворонки поют и по сей день.

 





Краткое описание документа:

«ЖИТЕЙСКАЯ МУДРОСТЬ » , « НИЩИЙ И СЧАСТЬЕ»,    «Мудрый крестьянин»,

«Птичий язык»,    « ПРО  ЦАРЯ  И ЕГО СЫНА»,    «Пчелы и муха» ,    «Принцесса на горошине»,  «Стойкий Оловянный Солдатик»,    «Дурень Ганс» ,   «Прыгуны»,

  « Петух да собака»,  «Плутишка кот»,  «Охотник до сказок»,   «Разные сказки»,       «Пастух и королевская дочь»,   «Волк, улитка и осы»,   «О чем поют жаворонки»,  «Мешок яблок»,   «Кто ждёт, чтоб вишни падали в рот, тот до добра не дойдёт» ,

«Палочка-выручалочка».

       Именно так бывает и в жизни. Люди некультурные и необразованные всячески стремятся возвысить себя в глазах других, а люди мудрые и трудолюбивые сродни этим согбенным колоскам — они живут тихо и достойно, не кичатся своими заслугами, хотя именно они приносят пользу другим…..

       В одном городе жил купец с купчихою, и родился у них сын не по годам смышленый, назвали его Василием.

Раз как-то обедали они втроем; а над столом висел в клетке соловей и так жалобно пел... .

Жил как-то ленивый человек, такой ленивый, что даже покрылся плесенью. Ждал, чтобы вишни сами ему лезли в рот, а потом чтобы кто-нибудь их разжевал. А когда нападает на человека лень, бедность ему на шею садится. Когда он дошел…. .

Автор
Дата добавления 11.01.2015
Раздел Начальные классы
Подраздел Тесты
Просмотров279
Номер материала 284278
Получить свидетельство о публикации

Выберите специальность, которую Вы хотите получить:

Обучение проходит дистанционно на сайте проекта "Инфоурок".
По итогам обучения слушателям выдаются печатные дипломы установленного образца.

ПЕРЕЙТИ В КАТАЛОГ КУРСОВ

Похожие материалы

Включите уведомления прямо сейчас и мы сразу сообщим Вам о важных новостях. Не волнуйтесь, мы будем отправлять только самое главное.
Специальное предложение
Вверх