Добавить материал и получить бесплатное свидетельство о публикации в СМИ
Эл. №ФС77-60625 от 20.01.2015
Инфоурок / Русский язык и литература / Другие методич. материалы / Урок внеклассного чтения в 9 классе по теме: М.Гелприн Рассказ "Свеча горела"

Урок внеклассного чтения в 9 классе по теме: М.Гелприн Рассказ "Свеча горела"

Самые низкие цены на курсы профессиональной переподготовки и повышения квалификации!

Предлагаем учителям воспользоваться 50% скидкой при обучении по программам профессиональной переподготовки.

После окончания обучения выдаётся диплом о профессиональной переподготовке установленного образца (признаётся при прохождении аттестации по всей России).

Обучение проходит заочно прямо на сайте проекта "Инфоурок".

Начало обучения ближайших групп: 18 января и 25 января. Оплата возможна в беспроцентную рассрочку (20% в начале обучения и 80% в конце обучения)!

Подайте заявку на интересующий Вас курс сейчас: https://infourok.ru/kursy

  • Русский язык и литература

Название документа Конспект урока в 9 классе-Свеча горела.docx

Поделитесь материалом с коллегами:

Конспект урока внеклассного чтения

Майк Гелприн

Рассказ «Свеча горела»

(урок развития критического мышления в 9 классе)


Цели:

- познакомить с произведением М.Гелприна «Свеча горела»


Формирование УУД

 1. Личностные: формирование ценностных отношений друг к другу, учителю, авторам открытий и изобретений, результатам обучения

2.      Метапредметные: формирование умений воспринимать, перерабатывать и предъявлять информацию в словесной, образной, символической формах, анализировать и перерабатывать полученную информацию в соответствии с поставленными задачами, выделять основное содержание прочитанного текста, находить в нем ответы на поставленные вопросы и излагать его

3.      Регулятивные УУД: Определяют последовательность промежуточных целей с учетом конечного результата, Принимают познавательную цель, сохраняют ее при выполнении учебных действий, регулируют весь процесс их выполнения и четко выполняют требования познавательной задачи

4.      Коммуникативные УУД: Общаются и взаимодействуют с партнерами по совместной деятельности или обмену информацией, учатся действовать с учетом позиции другого и согласовывать свои действия, работают в группе, Придерживаются морально-этических и психологических принципов общения и сотрудничества

5.      Познавательные УУД: Осуществляют поиск и выделение необходимой информации, Осознанно и произвольно строят речевые высказывания в устной и письменной форме, Извлекают необходимую информацию из прослушанных текстов различных жанров, анализируют текст по образцу.



ХОД УРОКА

Вступительное слово учителя. 

- Дорогие ребята, сегодня мы прочитаем с вами рассказ писателя Майка Гелприна.

- Известны ли вам произведения этого автора? А хотите познакомиться?

(Несколько слов об авторе)

Страна: США
Родился: 1961-05-08
Псевдонимы: Джи Майк
Биография:
Майк Гелприн, известный также и под псевдонимом Джи Майк, родился 5 августа 1961 года в Ленинграде. Окончил Ленинградский политехнический институт в 1984 году по специальности «инженер-гидротехник». В 1994 году переехал на постоянное место жительства из Санкт-Петербурга в Нью-Йорк. Сменил множество работ и профессий. Живёт в Бруклине.
Литературное творчество Гелприн начал в 2005 году как автор юмористических рассказов, однако быстро переключился на фантастику. Его рассказы и повести появлялись в российских журналах «Веси», «Уральский следопыт», «Мир фантастики», «Полдень ХХI век», в украинских «Пороге» и «Реальности фантастики», американских «Чайке» и «Я», немецком «Партнер-Норде» и других. 
Гелприн является представителем екатеринбургского журнала «Веси» в США.

Литературное творчество Гелприн начал в 2006-м году как автор рассказов об азартных играх, в которые долгое время играл профессионально. В 2007-м переключился на фантастику. За семь лет написал и опубликовал в журналах, альманахах, сборниках и антологиях 110 рассказов. Еще десятка три ждут своей очереди и полсотни уничтожены автором как недостаточно качественные.

На настоящий момент Гелприн считает своим самым значительным произведением рассказ “Свеча горела”, но надеется, что лучшее его произведение ещё не написано.

Из принципиальных соображений Гелприн просит не называть его писателем и таковым себя не считает. Творчество для него – скорее болезнь, графомания, от которой он множество раз пытался излечиться, но так пока и не сумел.



Стадия вызова.

1.Работа со словом свеча .Какое ключевое слово в названии рассказа? Ваши ассоциации с этим словом?

Записываем на доске. (Горит, тепло, свет, надежда и т.д.)


2. Работа с названием.

- Рассказ Гелприна называется «Свеча горела ». Как вы думаете, о чем пойдет в нем  речь? Сделайте свои предположения. 


Учащиеся высказывают предположения, о чем может идти речь в рассказе.

Заполнение таблицы:


Мои предположения

Хочу узнать

Узнал, поразило, удивило…









Стадия осмысления.

Чтение с остановками.

- Мы будем читать текст особенным образом, с остановками.



1.Звонок раздался, когда Андрей Петрович потерял уже всякую надежду.

- Какое слово ключевое?

- На что потерял надежду А.П?

(Предположения учащихся)

2.— Здравствуйте, я по объявлению. Вы даёте уроки литературы?
Андрей Петрович вгляделся в экран видеофона. Мужчина под тридцать. Строго одет — костюм, галстук. Улыбается, но глаза серьёзные. У Андрея Петровича ёкнуло под сердцем, объявление он вывешивал в сеть лишь по привычке. За десять лет было шесть звонков. Трое ошиблись номером, ещё двое оказались работающими по старинке страховыми агентами .

Д-даю уроки, — запинаясь от волнения, сказал Андрей Петрович. — Н-на дому. Вас интересует литература?
— Интересует, — кивнул собеседник. — Меня зовут Максим. Позвольте узнать, каковы условия.
«Задаром!» — едва не вырвалось у Андрея Петровича.
— Оплата почасовая, — заставил себя выговорить он. — По договорённости. Когда бы вы хотели начать?
— Я, собственно… — собеседник замялся.
— Первое занятие бесплатно, — поспешно добавил Андрей Петрович. — Если вам не понравится, то…
— Давайте завтра, — решительно сказал Максим. — В десять утра вас устроит? К девяти я отвожу детей в школу, а потом свободен до двух.
— Устроит, — обрадовался Андрей Петрович. — Записывайте адрес.
— Говорите, я запомню.

3.В эту ночь Андрей Петрович не спал, ходил по крошечной комнате, почти келье, не зная, куда девать трясущиеся от переживаний руки. Вот уже двенадцать лет он жил на нищенское пособие. С того самого дня, как его уволили.

- Почему уволили с работы А.П?

(Предположения учащихся)


4. — Вы слишком узкий специалист, — сказал тогда, пряча глаза, директор лицея для детей с гуманитарными наклонностями. — Мы ценим вас как опытного преподавателя, но вот ваш предмет, увы. Скажите, вы не хотите переучиться? Стоимость обучения лицей мог бы частично оплатить. Виртуальная этика, основы виртуального права, история робототехники — вы вполне бы могли преподавать это. Даже кинематограф всё ещё достаточно популярен. Ему, конечно, недолго осталось, но на ваш век… Как вы полагаете?

Новую работу найти не удалось, литература осталась в считанных учебных заведениях, последние библиотеки закрывались, филологи один за другим переквалифицировались кто во что горазд. Пару лет он обивал пороги гимназий, лицеев и спецшкол. Потом прекратил. Промаялся полгода на курсах переквалификации. Когда ушла жена, бросил и их.

-На какие сбережения существовал герой?

(Предположения учащихся)

5. Сбережения быстро закончились, и Андрею Петровичу пришлось затянуть ремень. Потом продать аэромобиль, старый, но надёжный. Антикварный сервиз, оставшийся от мамы, за ним вещи. А затем…


-Что было затем?

(Предположения учащихся)

6. — затем настала очередь книг. Древних, толстых, бумажных, тоже от мамы. За раритеты коллекционеры давали хорошие деньги, так что граф Толстой кормил целый месяц. Достоевский — две недели. Бунин — полторы.

В результате у Андрея Петровича осталось полсотни книг — самых любимых, перечитанных по десятку раз, тех, с которыми расстаться не мог. Ремарк, Хемингуэй, Маркес, Булгаков, Бродский, Пастернак… Книги стояли на этажерке, занимая четыре полки, Андрей Петрович ежедневно стирал с корешков пыль.

«Если этот парень, Максим, — беспорядочно думал Андрей Петрович, нервно расхаживая от стены к стене, — если он… Тогда, возможно, удастся откупить назад Бальмонта. Пустяки, понял Андрей Петрович внезапно. Неважно, удастся ли откупить. Он может передать, вот оно, вот что единственно важное. Передать! Передать другим то, что знает, то, что у него есть.

- Какие слова вас поразили?

7.Максим позвонил в дверь ровно в десять, минута в минуту.
— Проходите, — засуетился Андрей Петрович. — Присаживайтесь. Вот, собственно… С чего бы вы хотели начать?
Максим помялся, осторожно уселся на край стула.
— С чего вы посчитаете нужным. Понимаете, я профан. Полный. Меня ничему не учили.
— Да-да, естественно, — закивал Андрей Петрович. — Как и всех прочих. В общеобразовательных школах литературу не преподают почти сотню лет. А сейчас уже не преподают и в специальных.
— Нигде? — спросил Максим тихо.
— Боюсь, что уже нигде. Понимаете, в конце двадцатого века начался кризис. Читать стало некогда. Сначала детям, затем дети повзрослели, и читать стало некогда их детям. Ещё более некогда, чем родителям. Появились другие удовольствия — в основном, виртуальные. Игры. Всякие тесты, квесты… — Андрей Петрович махнул рукой. — Ну, и конечно, техника. Технические дисциплины стали вытеснять гуманитарные. Кибернетика, квантовые механика и электродинамика, физика высоких энергий. А литература, история, география отошли на задний план. Особенно литература. Вы следите, Максим?
— Да, продолжайте, пожалуйста.

- Какая проблема общечеловеческая поднимается писателем?

-Какие ключевые слова отметите?

(Предположения учащихся)

8. — В двадцать первом веке перестали печатать книги, бумагу сменила электроника. Но и в электронном варианте спрос на литературу падал — стремительно, в несколько раз в каждом новом поколении по сравнению с предыдущим. Как следствие, уменьшилось количество литераторов, потом их не стало совсем — люди перестали писать. Филологи продержались на сотню лет дольше — за счёт написанного за двадцать предыдущих веков.
Андрей Петрович замолчал, утёр рукой вспотевший вдруг лоб.
— Мне нелегко об этом говорить, — сказал он наконец. — Я осознаю, что процесс закономерный. Литература умерла потому, что не ужилась с прогрессом. Но вот дети, вы понимаете… Дети! Литература была тем, что формировало умы. Особенно поэзия. Тем, что определяло внутренний мир человека, его духовность. Дети растут бездуховными, вот что страшно, вот что ужасно, Максим!
— Я сам пришёл к такому выводу, Андрей Петрович. И именно поэтому обратился к вам.
— У вас есть дети?
— Да, — Максим замялся. — Двое. Павлик и Анечка, погодки. Андрей Петрович, мне нужны лишь азы. Я найду литературу в сети, буду читать. Мне лишь надо знать что. И на что делать упор. Вы научите меня?
— Да, — сказал Андрей Петрович твёрдо. — Научу.

Он поднялся, скрестил на груди руки, сосредоточился.
— Пастернак, — сказал он торжественно. — Мело, мело по всей земле, во все пределы. Свеча горела на столе, свеча горела…

Вы придёте завтра, Максим? — стараясь унять дрожь в голосе, спросил Андрей Петрович.
— Непременно. Только вот… Знаете, я работаю управляющим у состоятельной семейной пары. Веду хозяйство, дела, подбиваю счета. У меня невысокая зарплата. Но я, — Максим обвёл глазами помещение, — могу приносить продукты. Кое-какие вещи, возможно, бытовую технику. В счёт оплаты. Вас устроит?
Андрей Петрович невольно покраснел. Его бы устроило и задаром.
— Конечно, Максим, — сказал он. — Спасибо. Жду вас завтра.

Литература – это не только о чём написано, — говорил Андрей Петрович, расхаживая по комнате. — Это ещё и как написано. Язык, Максим, тот самый инструмент, которым пользовались великие писатели и поэты. Вот послушайте.
— Пушкин, — говорил Андрей Петрович и начинал декламировать.
«Таврида», «Анчар», «Евгений Онегин».
Лермонтов «Мцыри».
Баратынский, Есенин, Маяковский, Блок, Бальмонт, Ахматова, Гумилёв, Мандельштам, Высоцкий…
Максим слушал.
— Не устали? — спрашивал Андрей Петрович.
— Нет-нет, что вы. Продолжайте, пожалуйста.

День сменялся новым. Андрей Петрович воспрянул, пробудился к жизни, в которой неожиданно появился смысл. Поэзию сменила проза, на неё времени уходило гораздо больше, но Максим оказался благодарным учеником. Схватывал он на лету. Андрей Петрович не переставал удивляться, как Максим, поначалу глухой к слову, не воспринимающий, не чувствующий вложенную в язык гармонию, с каждым днём постигал её и познавал лучше, глубже, чем в предыдущий.

Бальзак, Гюго, Достоевский, Тургенев, Бунин, Куприн.
Булгаков, Хемингуэй, Бабель, Ремарк, Набоков.
Восемнадцатый век, девятнадцатый, двадцатый.
Классика, беллетристика, фантастика, детектив.
Однажды, в среду, Максим не пришёл…


- Предположите, что произошло с героями дальше?


(Предположения учащихся)

9. Андрей Петрович всё утро промаялся в ожидании, уговаривая себя, что тот мог заболеть. Не мог, шептал внутренний голос, настырный и вздорный. Скрупулёзный педантичный Максим не мог. Он ни разу за полтора года ни на минуту не опоздал. А тут даже не позвонил. Следующие несколько дней прошли как один скверный сон. Даже любимые книги не спасали от острой тоски и вновь появившегося чувства собственной никчемности, о котором Андрей Петрович полтора года не вспоминал.

- Почему Максим не пришёл?

(Предположения учащихся)

10. Андрей Петрович выбрался из дома наружу, когда находиться в четырёх стенах стало больше невмоготу.
— А, Петрович! — приветствовал старик Нефёдов, сосед снизу. — Давно не виделись. А чего не выходишь, стыдишься, что ли? Так ты же вроде ни при чём.
— Вы о чём? — у Андрея Петровича похолодело внутри.— О чём вы вообще говорите?

Ты что ж, в самом деле не знаешь? — всполошился Нефёдов. — Новости посмотри, об этом повсюду трубят.

- Что, по-вашему, узнает из новостей А.П?

11. Андрей Петрович не помнил, как добрался до лифта. Поднялся на четырнадцатый, трясущимися руками нашарил в кармане ключ. С пятой попытки отворил, просеменил к компьютеру, подключился к сети, пролистал ленту новостей. Сердце внезапно зашлось от боли. С фотографии смотрел Максим, строчки курсива под снимком расплывались перед глазами.

12. «Уличён хозяевами, — с трудом сфокусировав зрение, считывал с экрана Андрей Петрович, — в хищении продуктов питания, предметов одежды и бытовой техники. Домашний робот-гувернёр, серия ДРГ-439К. Дефект управляющей программы. Заявил, что самостоятельно пришёл к выводу о детской бездуховности, с которой решил бороться. Самовольно обучал детей предметам вне школьной программы. От хозяев свою деятельность скрывал. Изъят из обращения… По факту утилизирован…. Общественность обеспокоена проявлением… Выпускающая фирма готова понести… Специально созданный комитет постановил…».

- Оправдался ваш прогноз?

- Что вас удивило? Поразило?

-Какая фраза?

(А.П. обучал робота…

самостоятельно пришёл к выводу о детской бездуховности, с которой решил бороться…)

13. Колени подломились, Андрей Петрович тяжело опустился на пол.

Коту под хвост, пришла итоговая мысль. Всё коту под хвост. Всё это время он обучал робота. Бездушную, дефективную железяку. Вложил в неё всё, что есть. Всё, ради чего только стоит жить. Всё, ради чего он жил. Андрей Петрович, превозмогая ухватившую за сердце боль, поднялся. Протащился к окну, наглухо завернул фрамугу. Теперь газовая плита. Открыть конфорки и полчаса подождать. И всё…

- Что последует за многоточием?

(Предположения учащихся)

Остановка 14.

14. Звонок в дверь застал его на полпути к плите. Андрей Петрович, стиснув зубы, двинулся открывать.

- Ваш прогноз, кто позвонил в дверь?

(Предположения учащихся)

15. . На пороге стояли двое детей. Мальчик лет десяти. И девочка на год-другой младше.
— Вы даёте уроки литературы? — глядя из-под падающей на глаза чёлки, спросила девочка.
— Что? — Андрей Петрович опешил. — Вы кто?
— Я Павлик, — сделал шаг вперёд мальчик. — Это Анечка, моя сестра. Мы от Макса.
— От… От кого?!
— От Макса, — упрямо повторил мальчик. — Он велел передать. Перед тем, как он… как его…
— Мело, мело по всей земле во все пределы! — звонко выкрикнула вдруг девочка.
Андрей Петрович схватился за сердце, судорожно глотая, запихал, затолкал его обратно в грудную клетку.
— Ты шутишь? — тихо, едва слышно выговорил он.
— Свеча горела на столе, свеча горела, — твёрдо произнёс мальчик. — Это он велел…

Рефлексия

- Ожидали вы такой финал рассказа? В конце рассказа стоит многоточие…

Ребята, как вы думаете, что хотел сказать автор этим рассказом?о чём он?

( Рассказ о нашем будущем без книг и любви к чтению,)

- Счастливый финал? ( Дети на пороге квартиры А.П.- это оптимистично)

На фоне романса Свеча Б. Пастернака.


Нам некогда читать, некогда думать, некогда давать волю своему воображению, некогда наслаждаться языком, слогом, историей. Все откладываем и откладываем. А что если попробовать представить себе, что будет, когда суматошный ритм жизни и прогресс приведет к тому, что литература перестанет быть нужной, отомрет и останется только в сердцах преданных анахроничных людей?

Составление синквейна

-Опираясь на анализ и восприятие рассказа Майка Гелприна ,составьте синквейн к слову Литература.(причины исчезновения литературы)

Мой вариант

Литература.

Исчезнувшая, виртуальная

Падает, не читают, умирает

Литература не ужилась с прогрессом

Бездуховность



Книга - это еще и очень древний источник информации. Ему около 2,5 тыс. лет. В начале прошлого века стали появляться новые источники информации - кино, радио телевидение, И люди стали меньше читать. Тут и появились пророчества о том, что книга становится пережитком прошлого и вот-вот умрет. С появлением Интернета любителей книжек стало еще меньше, кажется, еще чуть-чуть - и книгу окончательно похоронят. Но... Как вы думаете, грозит ли книгам скорая смерть? И если нет, то почему?



Д/з Сочинение- миниатюра «Станет ли книга пережитком прошлого»?

Название документа Приложение 1.doc

Поделитесь материалом с коллегами:

М.Гелприн «Свеча горела»


Звонок раздался, когда Андрей Петрович потерял уже всякую надежду.
— Здравствуйте, я по объявлению. Вы даете уроки литературы?
Андрей Петрович вгляделся в экран видеофона. Мужчина под тридцать. Строго одет — костюм, галстук. Улыбается, но глаза серьезные. У Андрея Петровича екнуло сердце, объявление он вывешивал в сеть лишь по привычке. За десять лет было шесть звонков. Трое ошиблись номером, еще двое оказались работающими по старинке страховыми агентами, а один попутал литературу с лигатурой.

— Д-даю уроки, — запинаясь от волнения, сказал Андрей Петрович. — Н-на дому. Вас интересует литература?
— Интересует, — кивнул собеседник. — Меня зовут Максим. Позвольте узнать, каковы условия.
«Задаром!» — едва не вырвалось у Андрея Петровича.
— Оплата почасовая, — заставил себя выговорить он. — По договоренности. Когда бы вы хотели начать?
— Я, собственно... — собеседник замялся.
— Первое занятие бесплатно, — поспешно добавил Андрей Петрович. — Если вам не понравится, то...
— Давайте завтра, — решительно сказал Максим. — В десять утра вас устроит? К девяти я отвожу детей в школу, а потом свободен до двух.
— Устроит, — обрадовался Андрей Петрович. — Записывайте адрес.
— Говорите, я запомню.

В эту ночь Андрей Петрович не спал, ходил по крошечной комнате, почти келье, не зная, куда девать трясущиеся от переживаний руки. Вот уже двенадцать лет он жил на нищенское пособие. С того самого дня, как его уволили.
— Вы слишком узкий специалист, — сказал тогда, пряча глаза, директор лицея для детей с гуманитарными наклонностями. — Мы ценим вас как опытного преподавателя, но вот ваш предмет, увы. Скажите, вы не хотите переучиться? Стоимость обучения лицей мог бы частично оплатить. Виртуальная этика, основы виртуального права, история робототехники — вы вполне бы могли преподавать это. Даже кинематограф все еще достаточно популярен. Ему, конечно, недолго осталось, но на ваш век... Как вы полагаете?

Андрей Петрович отказался, о чем немало потом сожалел. Новую работу найти не удалось, литература осталась в считанных учебных заведениях, последние библиотеки закрывались, филологи один за другим переквалифицировались кто во что горазд. Пару лет он обивал пороги гимназий, лицеев и спецшкол. Потом прекратил. Промаялся полгода на курсах переквалификации. Когда ушла жена, бросил и их.

Сбережения быстро закончились, и Андрею Петровичу пришлось затянуть ремень. Потом продать аэромобиль, старый, но надежный. Антикварный сервиз, оставшийся от мамы, за ним — вещи. А затем... Андрея Петровича мутило каждый раз, когда он вспоминал об этом, — затем настала очередь книг. Древних, толстых, бумажных, тоже от мамы. За раритеты коллекционеры давали хорошие деньги, так что граф Толстой кормил целый месяц. Достоевский — две недели. Бунин — полторы.

В результате у Андрея Петровича осталось полсотни книг — самых любимых, перечитанных по десятку раз, тех, с которыми расстаться не мог. Ремарк, Хемингуэй, Маркес, Булгаков, Бродский, Пастернак... Книги стояли на этажерке, занимая четыре полки, Андрей Петрович ежедневно стирал с корешков пыль.

«Если этот парень, Максим, — беспорядочно думал Андрей Петрович, нервно расхаживая от стены к стене, — если он... Тогда, возможно, удастся откупить назад Бальмонта. Или Мураками. Или Амаду».
Пустяки, понял Андрей Петрович внезапно. Неважно, удастся ли откупить. Он может передать, вот оно, вот что единственно важное. Передать! Передать другим то, что знает, то, что у него есть.

Максим позвонил в дверь ровно в десять, минута в минуту.
— Проходите, — засуетился Андрей Петрович. — Присаживайтесь. Вот, собственно... С чего бы вы хотели начать?
Максим помялся, осторожно уселся на край стула.
— С чего вы посчитаете нужным. Понимаете, я профан. Полный. Меня ничему не учили.
— Да-да, естественно, — закивал Андрей Петрович. — Как и всех прочих. В общеобразовательных школах литературу не преподают почти сотню лет. А сейчас уже не преподают и в специальных.
— Нигде? — спросил Максим тихо.
— Боюсь, что уже нигде. Понимаете, в конце двадцатого века начался кризис. Читать стало некогда. Сначала детям, затем дети повзрослели, и читать стало некогда их детям. Еще более некогда, чем родителям. Появились другие удовольствия — в основном виртуальные. Игры. Всякие тесты, квесты... — Андрей Петрович махнул рукой. — Ну и, конечно, техника. Технические дисциплины стали вытеснять гуманитарные. Кибернетика, квантовые механика и электродинамика, физика высоких энергий. А литература, история, география отошли на задний план. Особенно литература. Вы следите, Максим?
— Да, продолжайте, пожалуйста.

— В двадцать первом веке перестали печатать книги, бумагу сменила электроника. Но и в электронном варианте спрос на литературу падал — стремительно, в несколько раз в каждом новом поколении по сравнению с предыдущим. Как следствие, уменьшилось количество литераторов, потом их не стало совсем — люди перестали писать. Филологи продержались на сотню лет дольше — за счет написанного за двадцать предыдущих веков.
Андрей Петрович замолчал, утер рукой вспотевший вдруг лоб.

— Мне нелегко об этом говорить, — сказал он наконец. — Я осознаю, что процесс закономерный. Литература умерла потому, что не ужилась с прогрессом. Но вот дети, вы понимаете... Дети! Литература была тем, что формировало умы. Особенно поэзия. Тем, что определяло внутренний мир человека, его духовность. Дети растут бездуховными, вот что страшно, вот что ужасно, Максим!
— Я сам пришел к такому выводу, Андрей Петрович. И именно поэтому обратился к вам.
— У вас есть дети?
— Да, — Максим замялся. — Двое. Павлик и Анечка, погодки. Андрей Петрович, мне нужны лишь азы. Я найду литературу в сети, буду читать. Мне лишь надо знать что. И на что делать упор. Вы научите меня?
— Да, — сказал Андрей Петрович твердо. — Научу.

Он поднялся, скрестил на груди руки, сосредоточился.
— Пастернак, — сказал он торжественно. — Мело, мело по всей земле, во все пределы. Свеча горела на столе, свеча горела...

— Вы придете завтра, Максим? — стараясь унять дрожь в голосе, спросил Андрей Петрович.
— Непременно. Только вот... Знаете, я работаю управляющим у состоятельной семейной пары. Веду хозяйство, дела, подбиваю счета. У меня невысокая зарплата. Но я, — Максим обвел глазами помещение, — могу приносить продукты. Кое-какие вещи, возможно, бытовую технику. В счет оплаты. Вас устроит?
Андрей Петрович невольно покраснел. Его бы устроило и задаром.
— Конечно, Максим, — сказал он. — Спасибо. Жду вас завтра.

— Литература — это не только о чем написано, — говорил Андрей Петрович, расхаживая по комнате. — Это еще и как написано. Язык, Максим, тот самый инструмент, которым пользовались великие писатели и поэты. Вот послушайте.

Максим сосредоточенно слушал. Казалось, он старается запомнить, заучить речь преподавателя наизусть.
— Пушкин, — говорил Андрей Петрович и начинал декламировать.
«Таврида», «Анчар», «Евгений Онегин».
Лермонтов «Мцыри».
Баратынский, Есенин, Маяковский, Блок, Бальмонт, Ахматова, Гумилев, Мандельштам, Высоцкий...
Максим слушал.
— Не устали? — спрашивал Андрей Петрович.
— Нет-нет, что вы. Продолжайте, пожалуйста.

День сменялся новым. Андрей Петрович воспрянул, пробудился к жизни, в которой неожиданно появился смысл. Поэзию сменила проза, на нее времени уходило гораздо больше, но Максим оказался благодарным учеником. Схватывал он на лету. Андрей Петрович не переставал удивляться, как Максим, поначалу глухой к слову, не воспринимающий, не чувствующий вложенную в язык гармонию, с каждым днем постигал ее и познавал лучше, глубже, чем в предыдущий.

Бальзак, Гюго, Мопассан, Достоевский, Тургенев, Бунин, Куприн.
Булгаков, Хемингуэй, Бабель, Ремарк, Маркес, Набоков.
Восемнадцатый век, девятнадцатый, двадцатый.
Классика, беллетристика, фантастика, детектив.
Стивенсон, Твен, Конан Дойл, Шекли, Стругацкие, Вайнеры, Жапризо.

Однажды, в среду, Максим не пришел. Андрей Петрович все утро промаялся в ожидании, уговаривая себя, что тот мог заболеть. Не мог, шептал внутренний голос, настырный и вздорный. Скрупулезный педантичный Максим не мог. Он ни разу за полтора года ни на минуту не опоздал. А тут даже не позвонил. К вечеру Андрей Петрович уже не находил себе места, а ночью так и не сомкнул глаз. К десяти утра он окончательно извелся, и, когда стало ясно, что Максим не придет опять, побрёл к видеофону.
— Номер отключен от обслуживания, — поведал механический голос.

Следующие несколько дней прошли как один скверный сон. Даже любимые книги не спасали от острой тоски и вновь появившегося чувства собственной никчемности, о котором Андрей Петрович полтора года не вспоминал. Обзвонить больницы, морги, навязчиво гудело в виске. И что спросить? Или о ком? Не поступал ли некий Максим, лет под тридцать, извините, фамилию не знаю?

Андрей Петрович выбрался из дома наружу, когда находиться в четырех стенах стало больше невмоготу.
— А, Петрович! — приветствовал старик Нефедов, сосед снизу. — Давно не виделись. А чего не выходишь, стыдишься, что ли? Так ты же вроде ни при чем.
— В каком смысле стыжусь? — оторопел Андрей Петрович.
— Ну, что этого, твоего, — Нефедов провел ребром ладони по горлу. — Который к тебе ходил. Я все думал, чего Петрович на старости лет с этой публикой связался.
— Вы о чем? — у Андрея Петровича похолодело внутри. — С какой публикой?
— Известно с какой. Я этих голубчиков сразу вижу. Тридцать лет, считай, с ними отработал.
— С кем с ними-то? — взмолился Андрей Петрович. — О чем вы вообще говорите?
— Ты что ж, в самом деле не знаешь? — всполошился Нефедов. — Новости посмотри, об этом повсюду трубят.

Андрей Петрович не помнил, как добрался до лифта. Поднялся на четырнадцатый, трясущимися руками нашарил в кармане ключ. С пятой попытки отворил, просеменил к компьютеру, подключился к сети, пролистал ленту новостей. Сердце внезапно зашлось от боли. С фотографии смотрел Максим, строчки курсива под снимком расплывались перед глазами.

«Уличен хозяевами, — с трудом сфокусировав зрение, считывал с экрана Андрей Петрович, — в хищении продуктов питания, предметов одежды и бытовой техники. Домашний робот-гувернер, серия ДРГ-439К. Дефект управляющей программы. Заявил, что самостоятельно пришел к выводу о детской бездуховности, с которой решил бороться. Самовольно обучал детей предметам вне школьной программы. От хозяев свою деятельность скрывал. Изъят из обращения... По факту утилизирован.... Общественность обеспокоена проявлением... Выпускающая фирма готова понести... Специально созданный комитет постановил...».

Андрей Петрович поднялся. На негнущихся ногах прошагал на кухню. Открыл буфет, на нижней полке стояла принесенная Максимом в счет оплаты за обучение початая бутылка коньяка. Андрей Петрович сорвал пробку, заозирался в поисках стакана. Не нашел и рванул из горла. Закашлялся, выронив бутылку, отшатнулся к стене. Колени подломились, Андрей Петрович тяжело опустился на пол.

Коту под хвост, пришла итоговая мысль. Все коту под хвост. Все это время он обучал робота.

Бездушную, дефективную железяку. Вложил в нее все, что есть. Все, ради чего только стоит жить. Все, ради чего он жил.

Андрей Петрович, превозмогая ухватившую за сердце боль, поднялся. Протащился к окну, наглухо завернул фрамугу. Теперь газовая плита. Открыть конфорки и полчаса подождать. И все.

Звонок в дверь застал его на полпути к плите. Андрей Петрович, стиснув зубы, двинулся открывать. На пороге стояли двое детей. Мальчик лет десяти. И девочка на год-другой младше.
— Вы даете уроки литературы? — глядя из-под падающей на глаза челки, спросила девочка.
— Что? — Андрей Петрович опешил. — Вы кто?
— Я Павлик, — сделал шаг вперед мальчик. — Это Анечка, моя сестра. Мы от Макса.
— От... От кого?!
— От Макса, — упрямо повторил мальчик. — Он велел передать. Перед тем как он... как его...

— Мело, мело по всей земле во все пределы! — звонко выкрикнула вдруг девочка.
Андрей Петрович схватился за сердце, судорожно глотая, запихал, затолкал его обратно в грудную клетку.
— Ты шутишь? — тихо, едва слышно выговорил он.

— Свеча горела на столе, свеча горела, — твердо произнес мальчик. — Это он велел передать, Макс. Вы будете нас учить?
Андрей Петрович, цепляясь за дверной косяк, шагнул назад.
— Боже мой, — сказал он. — Входите. Входите, дети.





Название документа Приложение 2.doc

Поделитесь материалом с коллегами:

Произведения

Опубликованные в "Полдень. XXI век" (в скобках номер журнала за указанный год):
"Нейтрал" 2007 (№5)
"Пятое желание" 2007 (№9)
"Работник метлы" 2008 (№4)
"Наш дом" 2008 (№6)
"Четвертая реальность" 2008 (№10)
"Динозавр динозавром" 2008 (№12)
"Мастер" 2009 (№3)
"Убий" 2009 (№6)
"Медный грош" 2009 (№7)
"Восемнадцать пуль в голову" 2009 (№8)
"Одна шестьсот двадцать седьмая процента" 2009 (№10)
"Исход" 2009 (№12)
"Практикант" 2010 (№3)
"Валенок" 2010 (№7)
"Однажды в Одессе" 2011 (№4)
"Виршители" 2011 (№8)
"Ищи меня" 2011 (№10)
"Интуит" 2012 (№1)
"Должник" 2012 (№4)
"Смерть на шестерых" 2012 (№11)

Романы:
Выжившие - сетевая публикация 2008
Кочевники поневоле 2013
Хармонт. Наши дни 2014

Рассказы:
"Дождаться своих" 2009
"История козлов" 2010
"Свеча горела" 2011 (№10 в "Чайке" или "Мире фантастики")
"Человеко-глухарский" 2011
"Любовник" 2012

Миротворец 45-го калибра - 2014, сборник



Название документа Приложение 3.doc

Поделитесь материалом с коллегами:

hello_html_71102091.jpg

hello_html_24a13744.jpg

Название документа Приложение 4-отзывы.doc

Поделитесь материалом с коллегами:

Грустно видеть, как некоторые считают, что читать - это скучно и не нужно. Это даже не грустно, это очень и очень страшно, когда люди относятся к книгам равнодушно. О чём можно говорить с таким человеком? А ведь человек без фундамента знаний и опыта поколений - ничто, частичка пыли в ноздре нашей многострадальной планеты. 

Обидно, что у меня мало друзей, с которыми можно обсудить книги, но, к счастью, они у меня есть. Правда я всё же искренне надеюсь, что в будущем молодёжь вернётся к чтению книг. 

Правильно говорил Л.Н. Толстой: "Когда человек перестает читать, он перестает думать".

Друзья! Книголюбы! И, наверное, лучшее, что мы можем сделать после чтения рассказа «Свеча горела» пообещать себе, что мы сделаем всё возможное, чтобы наши дети и внуки читали, любили и уважали этот бесценный памятник культуры под названием «книги».

Грустный рассказ о будущем, которое нас ожидает…возможно… если мы не сможем передать свою любовь к литературе подрастающему поколению: уважение к классике; интерес к современным авторам; радость открытии новых литературных миров, пространств, жизней…
Рассказ о том, как печально наблюдать смерть «человека читающего».
Этакий литературный коллапс. И страшно от того, что это действительно возможно...

И хотя рассказ заканчивается очень обнадеживающе,всё же хочется закричать: «Друзья, давайте поклянемся передать последующему поколению хотя бы часть нашей любви к чтению.»





Какой сильный рассказ, правильно ему поставили тэг "до мурашек". Я бы даже сказала-какой страшный рассказ! От описания этого будущего у меня мороз пробежался по коже. Не дай Бог дожить до такого мира и нам и нашим детям и их внукам и правнукам. Для меня эта картина стоит наравне, наверно, с ядерной войной. Будущее, в котором нет книг, нет литературы, нет стихов. Будущее, которому не нужны филологи, в котором некому передать то, что накапливало человечество веками. Это просто никому не нужно. Все оцифровано, все в интернете, слова не в почете. Виртуальная жизнь, игры и квесты -это же гораздо проще, чем прочитать книгу. И среди всего этого цифрового мира автор все-таки оставляет нам огонек надежды, пусть даже через существо, у которого не может быть души.

 



После прочтения хочется выйти на улицу и прокричать - люди, читайте! Обогащайте свой внутренний мир, направляйте своего ближнего - советуйте книги, читайте вместе, обсуждайте, ведь это замечательный досуг на все времена!





Чудесный рассказ! Обожаю его! Бездуховный народ, превратившийся в роботов, уничтожил одухотворённого робота, ставшего человеком. Ценой своей жизни он приобщил детей человека к разумному, доброму, вечному. Очень трогательно!



Люди перестают мыслить, когда перестают читать.

(Д.Дидро)





Книги – корабли мысли, странствующие по волнам времени и бережно несущие свой драгоценный груз от поколения к поколению.

(Ф.Бэкон)



Название документа Приложение 5.doc

Поделитесь материалом с коллегами:

Технологическая карта ученика

Рассказ М.Гелприна «Свеча горела»

  1. Ассоциации со словом «свеча»_____________________________________________________________



  1. О чем рассказ?



Я предполагаю…

Хочу узнать…

Узнал, поразило, удивило…














  1. Рефлексия









Технологическая карта ученика

Рассказ М.Гелприна «Свеча горела»

  1. Ассоциации со словом «свеча»_____________________________________________________________



  1. О чем рассказ?



Я предполагаю…

Хочу узнать…

Узнал, поразило, удивило…














  1. Рефлексия











Технологическая карта ученика

Рассказ М.Гелприна «Свеча горела»

  1. Ассоциации со словом «свеча»_____________________________________________________________



  1. О чем рассказ?



Я предполагаю…

Хочу узнать…

Узнал, поразило, удивило…














  1. Рефлексия











Технологическая карта ученика

Рассказ М.Гелприна «Свеча горела»

  1. Ассоциации со словом «свеча»_____________________________________________________________



  1. О чем рассказ?



Я предполагаю…

Хочу узнать…

Узнал, поразило, удивило…














  1. Рефлексия





Название документа Приложение 6.docx

Поделитесь материалом с коллегами:

hello_html_m7a7b7ab4.jpghello_html_m7a7b7ab4.jpghello_html_m7a7b7ab4.jpghello_html_m7a7b7ab4.jpghello_html_m7a7b7ab4.jpghello_html_m7a7b7ab4.jpghello_html_m7a7b7ab4.jpghello_html_m7a7b7ab4.jpghello_html_m7a7b7ab4.jpg

Название документа Урок Майк Гелприн Свеча горела.pptx

 Майк Гелприн Рассказ «Свеча горела»
 Майк Гелприн
Майк Гелприн
Свеча?
Рефлексия Сегодня я узнал(а)…. Было интересно… Было трудно…. Я понял(а), что…...
Спасибо за урок!!!
1 из 6

Описание презентации по отдельным слайдам:

№ слайда 1  Майк Гелприн Рассказ «Свеча горела»
Описание слайда:

Майк Гелприн Рассказ «Свеча горела»

№ слайда 2  Майк Гелприн
Описание слайда:

Майк Гелприн

№ слайда 3 Майк Гелприн
Описание слайда:

Майк Гелприн

№ слайда 4 Свеча?
Описание слайда:

Свеча?

№ слайда 5 Рефлексия Сегодня я узнал(а)…. Было интересно… Было трудно…. Я понял(а), что…
Описание слайда:

Рефлексия Сегодня я узнал(а)…. Было интересно… Было трудно…. Я понял(а), что… Я почувствовал(а), что… Я приобрел(а)… Меня удивило… Урок дал мне для жизни… Мне захотелось…

№ слайда 6 Спасибо за урок!!!
Описание слайда:

Спасибо за урок!!!

Идёт приём заявок на самые массовые международные олимпиады проекта "Инфоурок"

Для учителей мы подготовили самые привлекательные условия в русскоязычном интернете:

1. Бесплатные наградные документы с указанием данных образовательной Лицензии и Свидeтельства СМИ;
2. Призовой фонд 1.500.000 рублей для самых активных учителей;
3. До 100 рублей за одного ученика остаётся у учителя (при орг.взносе 150 рублей);
4. Бесплатные путёвки в Турцию (на двоих, всё включено) - розыгрыш среди активных учителей;
5. Бесплатная подписка на месяц на видеоуроки от "Инфоурок" - активным учителям;
6. Благодарность учителю будет выслана на адрес руководителя школы.

Подайте заявку на олимпиаду сейчас - https://infourok.ru/konkurs

Автор
Дата добавления 20.11.2015
Раздел Русский язык и литература
Подраздел Другие методич. материалы
Просмотров2075
Номер материала ДВ-174656
Получить свидетельство о публикации

УЖЕ ЧЕРЕЗ 10 МИНУТ ВЫ МОЖЕТЕ ПОЛУЧИТЬ ДИПЛОМ

от проекта "Инфоурок" с указанием данных образовательной лицензии, что важно при прохождении аттестации.

Если Вы учитель или воспитатель, то можете прямо сейчас получить документ, подтверждающий Ваши профессиональные компетенции. Выдаваемые дипломы и сертификаты помогут Вам наполнить собственное портфолио и успешно пройти аттестацию.

Список всех тестов можно посмотреть тут - https://infourok.ru/tests

Похожие материалы

Включите уведомления прямо сейчас и мы сразу сообщим Вам о важных новостях. Не волнуйтесь, мы будем отправлять только самое главное.
Специальное предложение
Вверх