Добавить материал и получить бесплатное свидетельство о публикации в СМИ
Эл. №ФС77-60625 от 20.01.2015
Инфоурок / Воспитательная работа / Научные работы / Влияние русской философии XIX-XX вв. на становление категории «любовь к детям»

Влияние русской философии XIX-XX вв. на становление категории «любовь к детям»


  • Воспитательная работа

Поделитесь материалом с коллегами:

Влияние русской философии XIX-XX вв. на становление категории «любовь к детям».

Тема любви всегда была очень близка русской философии, много глубоких и удивительных страниц посвящено ей в произведениях В.С. Соловьева, В.В. Розанова, Н.А. Бердяева, С.Л. Франка. Любовь, по общему мнению русских мыслителей, — это феномен, в котором наиболее адекватно проявляется богочеловеческая сущность личности. Любовь — важнейшая составляющая человеческого духа. Уже в физиологических основаниях любви — в половых особенностях человека, брачных отношениях — русские мыслители открывают трансцендентные бездны, подтверждающие основную идею философии: человек есть самая великая и самая глубокая тайна Вселенной.

В русской философии этим опытом касательно понимания любви в своих трудах делились такие крупные мыслители, как М.М. Бахтин, Н.А. Бердяев, С.Н. Булгаков, Б.П. Вышеславцев, З.Н. Гиппиус, И.А. Ильин, Л.П. Карсавин, И.В. Киреевский, А.Ф. Лосев, Н.О. Лосский, В.В. Розанов, B.C. Соловьев, Л.Н. Толстой, П.А. Флоренский, С.Л. Франк, Н.Г. Чернышевский.

По определению А.Г. Спиркина Соловьев Владимир Сергеевич (1853-1900) первым в России создал свою особую философскую систему – философию любви.

Философские взгляды В.С. Соловьева оказали значительное влияние на становление и развитие этого направления. Н.А. Бердяев в сборнике «Въхи» писал, что «В философии Вл. Соловьева и родственных ему по духу русских философов живет универсальная традиция, общеевропейская и общечеловеческая, но некоторые тенденции этой философии могли бы создать и традицию национальную».

С. Булгаков, видел в системе Соловьева одну центральную идею – идею «положительного всеединства», которая «составляет основное начало всей философии Соловьева, ее альфу и омегу». А.Г. Спиркин, определяя философию В. Соловьева как философию всеединства, выделяет три начала: Благо, Истину и Красоту, составляющие единство, предполагающее Любовь как силу, подрывающую корни эгоизма. Абсолютное осуществляет благо через истину в Красоте. Источником философского вдохновения для В.С. Соловьева становится идея Софии – Мудрость Божия, Вечная Женственность.

Обратимся к статье «Опыт дела любви» Николая Николаевича Неплюева (1851-1908), философа, писателя, общественного деятеля, который занимался обучением крестьянских детей в своём имении в Черниговской области. Он создал общину, в которой крестьянские дети обучались на основах любви и высокой нравственности. Опыт своей общины он назвал «Опытом дела любви» и считал его главным делом своей жизни, своим предназначением.

Николай Николаевич не только задумал, но на деле осуществил особый уклад жизни, в котором все взаимоотношения строились на осознанной любви и братолюбии. С раннего детства он обладал особой чуткостью к проявлениям любви: «Я носил глубоко в сердце религию любви и был в некотором смысле фанатиком любви. Там, где я не чувствовал любовь, я буквально болел от скуки, буквально замерзал от духовной стужи. В этом отношении я был болезненно чуток. Не только присутствие человека грубо недоброжелательного, но даже присутствие человека равнодушного, холодного доставляло мне тяжёлое, иногда почти невыносимое страдание; я чувствовал, как дух мой коченеет, как овладевает им паралич, мучительный, как смерть». Подобные чувства испытывают дети, когда попадают в атмосферу нелюбви или равнодушия.

Большая часть взрослого населения живёт двойными стандартами, при этом не все осознают, что строят свою жизнь на основах гордости и озлобления, а это безнравственно. Строить же её на основах любви и смирения не получается. «При любви гордость невозможна, по крайней мере, по отношению к тем, кого любишь; неизбежно смирение признания, что любимые существа достойны любви нашей. Измена любви в том и состоит, что мы перестаём смиренно признавать достойными любви нашей ближних наших, не только не любим их, но и не стремимся, не хотим любить их, горделиво признаём за собой право быть равнодушными, питать злые чувства, быть жестокими. Вот почему любовь и смирение, с одной стороны, гордость и озлобление, с другой, - синонимы».

«С каждым днём передо мною всё более и более ярко обрисовывалась страшная картина отрешённости человечества не только от привычек устойчивой, торжествующей любви, но и от самого сознания её жизненного значения, страшная картина невероятной закоренелости в привычках страха и корысти, при твёрдой вере в разумность, силу и целесообразность насилия, палок страха и приманок корысти. Громадное большинство человечества, воспитанное веками чувством рабства и биржи, и думает, и чувствует, как рабы и торгаши, даже и тогда, когда они, как гирляндами цветов, разукрашивают жизнь свою мечтами об идеалах, любви и красоте…. Осуществления его в жизни они совсем не желают, потому что на деле все эти идеалы … совсем не соответствуют ни духовным привычкам, ни сердечным потребностям будничной жизни».

Осознание необходимости любви в обустройстве обычной жизни, и в первую очередь, в обустройстве жизни школы, ставит учителя в затруднительное положение: он хочет жить по нравственным законам, а в школьной жизни эти законы используются как лозунги, реально она организуется согласно «дисциплине страха и корысти: эта призрачная дисциплина чисто внешняя, требующая постоянного воздействия палки страха и приманки корысти, без чего неминуемо проявится анархия как единая живая правда настроения душ миллионов рабов и торгашей». Где брать учителю силы для утверждения реальной мудрой любви, а не лозунгов о любви. Ответ может быть один: «Только в опыте тех, кому удалось осуществить мудрую любовь». В опыте «апостолов любви». Осуществлённая любовь не исчезает вместе с её носителями, она обладает инерцией, организующей жизнь будущего, она является той опорой, на которой проявляется любовь новыми её носителями.

«Тяжёлый опыт убедил меня, что причины зла гораздо более всеобщи, гораздо глубже и устойчивее, чем думают. Никакая внешняя организация, никакие внешние перевороты не могут спасти человечество. Зло не в формах, а в живой правде настроения, в живой правде направления воли. Формы – только внешнее проявление внутренней правды. Любовь, истина и добро – синонимы. Пока нет духовных привычек живой, торжествующей любви, нет возможности осуществить добро… Только устойчивая и последовательная любовь и может водворить гармонию в душах и жизни, постоянно оставаясь сама собою, никогда себе не изменяя, ничего не проклиная, ничего не распиная, всё любя, всё благословляя, всё объединяя, гармонизируя и природу, и разум, и любовь».

Опыт мудрой любви нас учит тому, что она не может быть условной и опираться на страх и корысть, она должна делать счастливым того, кто её испытывает и тех, кто находится рядом с носителем любви. Н.Н. Неплюев воплотил на примере своей школьной общины мечту о возможности существования обучения и других форм организации жизни в условиях любви. «В школах наших, возрастая в любви, дорастают и до дисциплины любви, дорастают с тем вместе и до потребности единения в братолюбии».

Николай Николаевич опытом дела любви показал, что кроме дисциплины страха и корысти, на которой строится всё наше общество, возможна дисциплина любви. На ней будет строиться общество будущего, но уже сейчас дисциплина любви может быть осуществлена в школе.

Современный школьный учитель легко осваивает методику преподавания, начинает применять педагогические технологии и приёмы, разрабатывает дидактический материал, применяет разнообразные формы и методы работы. Самым сложным для учителя всё ещё остаётся понять: как любить детей. Науке человеческой любви можно приобщиться, если по-настоящему восхититься опытом апостолов любви, захотеть быть похожими на них, поразиться их духовному богатству и захотеть, как они отдать своё сердце человеку.

«То, что поступает в нас из внешнего мира и возникает из духовных источников, мы облагораживаем, возвышаем, развиваем. Вот этими образами мы и должны снабжать духовный мир наших учеников и воспитанников. … Лучшее воспитание тогда, когда возникает духовная общность между учителем и учеником, воспитателем и воспитанником. В этой общности образы перетекают из одного мира в другой без какого-либо посредничества, как бы сами собой» Ш.А. Амонашвили. Он подчеркивает, что учитель, выращивающий духовную общность между собой и учеником, основывается не на дисциплине страха, а на дисциплине любви.

Прежде всего, обязательно появятся дети, которые не захотят принять вашу любовь, дети с раной в сердце, нуждающиеся в защитном воспитании. Появятся родители, не понимающие того, что вы делаете и требующие от вас только отчёта об успехах или неуспехах их детей, появится окружение, которое будет с особым усердием обнаруживать недостатки вашего «дела любви». Среда вокруг не изменится сразу и вдруг, всё будет оставаться по-прежнему, и, возможно, что-то даже ухудшится. Каждый, кто решается жить по законам любви, обязательно подвергается испытаниям. Потому, что «пока сами мы не любим, нам кажется естественным не любить, неестественным любить. Всех любящих и, высказывающих любовь свою, мы склонны подозревать в неискренности и притворстве. Даже в самих себе мы склонны относится с крайним недоверием к первым проблескам зарождения нового чувства. … И вот старая рутина нам кажется простотою и искренностью, а любовь – смешным, лживым притворством. Осудив любовь в себе, мы, естественно, осудим её и в других». Однако нельзя верить «обманчивой букве внешней неудачи. Истина, правда, добро, любовь – всё это гораздо более естественно, убедительно и дорого для человека, чем кажется. Самое озлобление является не чем иным, как животным страхом рутины перед убийственною для него силою света и вдохновения. Человек рутины отстаивает покой своего прозябания, излюбленную анархию ума и сердца своего. Хаос пугается труда своего преображения в стройную гармонию, ещё не понимая, что труд этот радость, что иго это – благо и бремя это легко, когда они являются делом любви».

Любовь требует от учителя духовного творчества и активности, погружения в опыт тех, кто шёл путём любви, веры в истинность выбранного пути. Даже, если любовь отвергают её нужно проявлять. Николай Николаевич Неплюев, осуществляя «дело любви», прошёл через серьёзные жизненные испытания и на основе своего двадцатилетнего опыта объясняет всем, кто захочет следовать его примеру, что «для людей, замороженных духовною стужей гордости ума и сердечного озлобления, необходимы две стадии эволюции в направлении любви. Необходимо испытать на себе действие любви, пожить в атмосфере любви и затем пройти тяжёлую школу жизни в пучине моря житейского. По гордости они ни от кого не примут истину, но, познав её, они не будут более в состоянии её игнорировать и постепенно помирятся с нею, когда она явится им результатом собственного жизненного опыта. … Не пугайтесь же неудач, не верьте лживой букве преходящих фактов в истории дела любви. Не падайте духом даже и тогда, когда грубо отвергнут любовь вашу, когда над святынею дела любви надругаются. Вы не знаете сокровенной силы святого огня любви, вы не знаете, какие семена запали в умы и сердца и когда и при каких обстоятельствах семена эти прорастут».

Любовь – абсолютная категория. В экзистенциальной философии XX века любовь рассматривается как энергетическое начало человеческого бытия, как форма человеческого «присутствия» в мире, как самоподтверждение собственного существования, как форма свободного проявления человеческого бытия.

Педагогика любви — мировоззренческое понятие, соответственно вытекающее из определенного мироощущения, мировосприятия и миропонимания.

Принцип любви: любовь предшествует любому действию педагога. Этот принцип можно охарактеризовать как установку на любовь. С психологической точки зрения установки предваряют действия человека.

Тот, кто верит, что его мир — единственный, он же реальный, есть просто человек, привыкший к своим очкам и не понимающий, что очки с разными стеклами будут показывать разные картинки.

Психологи это называют «установками», кто-то называет «мирами».

Любовь – центральная категория человеческой мотивации, все определяющее чувство и отношение, одна из высших ценностей как религиозной, так и светской сферы жизни. Любовь есть неразрушимое, вечное начало человеческого существования. В самом широком, в равной мере и плотском и духовном смысле этого слова, любовь была и остается лейтмотивом педагогики. Педагогика любви – это воздействие педагогической любви на духовное, профессиональное развитие, сотворчество и саморазвитие как самого учителя, так и учащихся в процессе обучения и воспитания. Понятие «педагогическая любовь» вполне соотносимо с понятием «профессиональная компетентность» учителя.

Любовь – это важнейший педагогический ресурс. Особенность педагогической деятельности учителя, владеющего этим ресурсом такова, что он более целенаправленно, профессионально и компетентно способен создать условия для проявления самостоятельности и творческого саморазвития ученика. Если нет любви, то никакие методики не помогут ни в воспитательной работе, ни в привитии ученику любви к знаниям, труду, к содержанию усваиваемой культуры и процессу усвоения.

В реальной практике обучения и воспитания дети испытывают дефицит любви, и это оказывает непосредственное влияние на качество образовательного процесса.

О воспитательной силе педагогической любви писали многие великие педагоги. Так, В. А. Сухомлинский подчеркивал, что «воспитательная сила человеческой любви — это красота долга человека перед человеком. Любить означает чувствовать сердцем тончайшие духовные потребности человека».

Чтобы ученики уважали своего учителя необходимо следующее.

Во-первых, нужно любить свое дело и уметь организовывать его так, чтобы учащимся было интересно. Если им будет интересно на уроке, если преподаватель сумеет увлечь учащихся, они будут готовы выполнять любое его требование. Преподаватель, сумевший зажечь огонёк интереса в глазах своих учеников, без труда завоюет их любовь и уважение.

Во-вторых, хороший преподаватель обладает чувством юмора, интересно ведет уроки, много знает, он требовательный и одновременно уважает учеников.

При этом важна улыбка. Если педагог и дети улыбаются на уроке, значит, нет напряжения, значит, ученики не трясутся от страха, не боятся преподавателя, они и преподаватель, в хорошем настроении, а в хорошем настроении всё лучше получается. Смех и улыбка создают на уроке необходимую доброжелательную атмосферу для установления отношений дружбы и сотрудничества между преподавателем и учащимися. В такой атмосфере легко работается, устанавливается личный контакт, возникают положительные чувства. Ведь дети, как и все люди, стремятся к получению положительных эмоций. Плохое же настроение преподавателя быстро передаётся детям, угнетает их.

Любящий педагог обладает такими свойствами как: понимание ученика, уравновешенное поведение на уроке, справедливость в поступках и отношении к ученикам, хорошее знание своего предмета, доброжелательность, любовь к своему делу, чувство юмора, терпимость, способность понимать ученика и умение правильно себя вести по отношению к ученику.

Ученики ожидают, что преподаватель не только будет хорошо обучать их, но и что с ним можно поговорить, поспорить на любую интересующую их тему, с ним можно общаться, как со старшим товарищем, другом, который даст совет, объяснит, поможет в трудной ситуации, окажет поддержку. Педагог также должен быть современным, способным не теряться в экстремальных ситуациях, строгим, требовательным, но обязательно справедливым.

Кроме того, педагог должен быть требовательным к себе (потому что я люблю себя) и требовательным к своим ученикам (потому что я хочу, чтобы мои любимые ученики были лучшими: профессионалами, специалистами, гражданами, людьми). Требовательность, строгость педагога и употребление им власти, если это не нарушает норм этики, вполне уместны в учебно-воспитательном процессе и носят гуманный характер.

Главная роль педагога, преподавателя, мудрого ответственного взрослого человека, заключается в том, что педагог не должен идти на поводу у ученика, а все-таки вести его. Нельзя допускать того, чтобы учащиеся приходили в лицей только «тусоваться», общаться, развлекаться, а то и что похуже.

Нельзя любить учеников, забывая о том, что любовь педагога — это не поглаживание по головке, не развращающий либерализм в оценке знаний, а организация содержательной деятельности учащегося, справедливое требование учиться, то есть читать, решать задачи, писать доклады, рефераты, курсовые работы, думать, рассуждать и делать себя, ежедневно заставляя себя работать и находить в этом удовольствие.

Таким образом, в разные времена люди верили в любовь, но понимание было различным, в зависимости от жизни, культуры и задач разного времени. Педагогическая категория любви существовала с древних времен и существует по сей день. Некоторые исследователи рассматривали ее как некий сексуальный инстинкт, другие как нечто высшее, чем просто чувства.

В Библии также говорится о любви в своем аспекте, например, любовь должна существовать, но исключительно чистая, без преследования корыстной цели.

Истинная любовь сопровождается радостью, духовным удовольствием от всецелого единения с возлюбленным, полного слияния с ним в акте любви, глубинного познания его, осуществляющегося не на уместно-рассудочном уровне, а на каких-то других, более больших духовных уровнях.


Автор
Дата добавления 15.09.2016
Раздел Воспитательная работа
Подраздел Научные работы
Просмотров39
Номер материала ДБ-195479
Получить свидетельство о публикации

Похожие материалы

Включите уведомления прямо сейчас и мы сразу сообщим Вам о важных новостях. Не волнуйтесь, мы будем отправлять только самое главное.
Специальное предложение
Вверх