643866
столько раз учителя, ученики и родители
посетили сайт «Инфоурок»
за прошедшие 24 часа
Добавить материал и получить бесплатное
свидетельство о публикации
в СМИ №ФС77-60625 от 20.01.2015
ИнфоурокНовостиЛучшие практикиЛичные истории: Американская учительница в России
Смотреть все новости Личные истории: Американская учительница в России
Лучшие практики

Личные истории: Американская учительница в России

457 0 08.12.2018 Время чтения: ≈ 11 минут
Поделиться статьей:
Многие языковые школы по всему миру приглашают к себе носителей языка. Так что сейчас никого не удивишь англичанином или американцем в штате преподавателей. Такой учитель поставит правильное произношение, научит живому английскому без устаревших штампов из русского учебника, и, конечно же, будет живой рекламой самой школе. Но мало кто задумывается, что приводит иностранцев в нашу страну. А истории бывают очень разные, личные и захватывающие.

Московская учительница английского языка Рэйчел Брайан рассказала о своём детстве в России, о том, как живётся американской девушке в провинции, чем похожи между собой российская и американские школы, и как это - всегда и везде быть не такой, как все.

Мои родители очень религиозны. В 1996 они вместе со мной, двумя моими старшими сёстрами и братом переехали в Россию, чтобы здесь проповедовать любовь к Иисусу. Моя мама в юности жила в коммуне хиппи в Калифорнии, именно тогда она и стала убеждённой христианкой. А отца привела к религии война во Вьетнаме. Он никогда не рассказывал о том, что именно он видел на войне. Говорил только, что был уверен, что погибнет, и впервые в жизни начал молиться. Он пообещал, что, если выживет, будет служить Богу до конца своих дней.

Итак, в 1996 Россия стремительно менялась, и наконец-то иностранцы могли беспрепятственно попасть в страну. Церковь, в которой состояли мои родители в Америке, предложила им стать миссионерами. Нашей семье выделили немного денег и отправили в небольшой город Смоленск - потому что в Москве несколько подобных церквей уже функционировало, а в регионах миссионеров практически не было. По крайней мере, в Смоленске тогда точно не было ни одного. Наша самая первая крошечная съёмная квартира в России находилась на окраине и кишела тараканами. Моя бедная мама часто плакала и жалела, что мы бросили Америку. Впрочем, мне было всего два года, и я лично не помню ничего из американской жизни и болезненного переезда. Мои собственные первые воспоминания относятся уже к периоду, когда мы жили во вполне комфортных условиях в районе под очень советским названием - Колхозный переулок.

Мне нравилось моё детство в Смоленске. Примерно до семи лет я вообще не разговаривала по-русски. Все дни я проводила в играх с сёстрами, братом, родителями и буквально несколькими людьми, посещавшими нашу церковь. Мама была учителем по образованию, поэтому она учила нас всех на дому. Хотя она всё же попыталась поэкспериментировать с российскими школами и отправила меня в одну из них в первый класс. Я помню, что ничего не понимала, и весь день просто просидела сконфуженная и напуганная. В основном, дети там были довольно хорошие, но некоторые постоянно пытались меня задеть и посмеяться надо мной. Например, был случай в школьном кафетерии: я сидела за столиком, но к еде не притрагивалась, потому что всё ещё не привыкла к русской еде, а может потому, что очень нервничала; ко мне подошла одноклассница, схватила и что-то закричала прямо в лицо. Всё, что я смогла запомнить, это неизвестное мне тогда русское слово «сосиски», она просто держала меня и повторяла это снова и снова.

Я всегда понимала, что моя семья отличается от других, но именно в школе мне дали понять, что я «странная». К концу учебного года я всё еще не могла даже выполнить полностью хотя бы одно домашнее задание, но я всё равно исправно ходила в школу каждый день. По факту, мне было разрешено только смотреть на то, как дети учатся, но не участвовать в процессе самой. Мама надеялась, что в школе я выучу русский язык, но её план не сработал, поэтому я вернулась к домашнему обучению. Дома я была гораздо счастливее, и там не было никаких сосисок. Мама заказывала специальные учебники из Америки, некоторые дисциплины мы изучали онлайн. Иногда в роли учителей выступали мои старшие сёстры и брат, поэтому учиться было довольно весело. Мне, например, разрешалось делать математику в пижаме и с любимой морской свинкой в руках, это же просто замечательно! В тот момент я уже понимала, что я отличаюсь от остальных детей в России, но я была очень счастлива в маленьком мирке, созданном нашей семьёй.

Примерно в семь лет, после очередного переезда, у меня появились первые русские друзья, именно тогда я начала становиться «русской», ну, или хотя бы пыталась… Во дворе было много девочек моего возраста, и я довольно быстро нашла себе подружек, которые меня приняли и, казалось, вообще забыли, что я американка.Я выучила русский язык очень быстро, сама не заметила, как и когда. Помню, мы с подругой Настей разговаривали по телефону, и мама внезапно спросила: «Ты уже говоришь по-русски? Когда ты успела?» Удивительно, но сама я этого не поняла, всё вышло само собой.

 К моим 12-13 годам родители решили, что их миссия в Смоленске закончена и пора переезжать куда-нибудь ещё. Словами не описать, как это было тяжело. В этом возрасте большую часть моей жизни составляли друзья, и я не знала, как я с ними попрощаюсь. Я дала себе обещание, что в восемнадцать лет вернусь в Россию, поменяю паспорт и никогда больше не уеду из моей страны.

В Америке меня отдали в небольшую частную христианскую школу. Школа была очень дорогой, но мне - дочери миссионеров - можно было учиться бесплатно. Примерно в это время я решила, что свою жизнь не стану связывать с религией. Я не считала себя атеисткой, но мне надоело притворство и излишняя строгость, которые я видела в этой школе. Ученики мне казались узколобыми и невоспитанными. И надо мной снова все смеялись, только на этот раз меня обзывали «коммунистом» и «русской Рэйчел». По ощущениям издевательства в американской и в русской школах абсолютно одинаково неприятны.

После старшей школы надо было поступать в университет (или колледж, как принято говорить в Америке). Процесс поступления практически такой же, как в России: сдаёшь экзамены, ждёшь, взяли тебя или нет. Мне повезло, меня приняли в Вашингтонский университет в Сиэттле. Я была без понятия, кем хочу стать, знала только, что люблю Россию и всё, что с ней связано, поэтому в итоге оказалась на факультете Русского языка и литературы (да-да, такие бывают и в американских университетах). Едва ли хотя бы несколько студентов во всём колледже могли говорить по-русски, поэтому все пары проходили в маленьких аудиториях с очень крошечной группой студентов. Мы изучали советские фильмы, мой любимый, кстати, - «Служебный роман», мы отмечали Масленицу по всем обычаям, читали и обсуждали «Войну и Мир». Мои любимые книги: «Доктор Живаго», «Анна Каренина» и «Отцы и дети». Я очень хорошо помню главу, когда Пастернак описывает, как выглядит рябина в снегу, и все мои одногруппники спрашивали, что это, никто не мог себе эти ягоды представить, ведь в Америке они не растут. Мне всегда нравилась русская природа… И Исаак Левитан. Он эту природу показал идеально. Кстати, большинство преподавателей на моём курсе были русскими, и мне казалось, что поэтому обучение было очень качественным.

После окончания университета я всё еще не знала, какая может быть карьера у специалиста по русской литературе в Америке. Поэтому какое-то время «искала себя» - переехала в Нью-Йорк, захватывающий город. Он внушает странное чувство, что ты можешь быть кем угодно, потому что вряд ли ты кого-то удивишь своим поведением или внешним видом.

У меня закрадывалась мысль вернуться в Россию, я даже начала всерьез думать о своём детском обещании во что бы то ни стало это сделать. Я подумала, что обязательно надо попробовать пожить и поработать в России.

И вот я здесь. Мне предложили контракт с частной школой английского языка English First в Москве, и я согласилась. Быть учителем оказалось гораздо сложнее, чем я ожидала. Это требует очень много эмоциональной энергии и времени на подготовку, постоянный стресс. А ещё, оказалось, что очень сложно научить кого-то своему родному языку. Некоторые ученики - те, что постарше, - иногда задают такие вопросы, что я просто впадаю в ступор. То, к чему я привыкла, как к само собой разумеющемуся, на самом деле очень сложно и комплексно объясняется с точки зрения грамматики.

Мои русские коллеги добры ко мне, но мне постоянно кажется, что я их немного смущаю. В каждой школе English First всегда есть по два носителя языка, хотя не все остаются на целый год. Так что русским учителям приходится постоянно контактировать с иностранцами, а тут пришла я, и непонятно, кто я и как со мной себя вести.

У меня очень много классов и самых разных учеников. С некоторыми мы практически всегда на связи. Им так интересно учиться! Именно благодаря таким ученикам такая тяжёлая работа стоит того. А бывают ученики, которые больше похожи на «вызов»... Преподавательская деятельность учит быть добрее и терпеливее даже с теми детьми, которые своим поведением просто сводят с ума. Политика школы такова, что разговаривать с учениками можно только на английском. Многие, возможно, и не догадываются, что я понимаю всё, что они говорят. И от этого, кстати, очень сложно самой никогда не переходить на русский язык. Даже когда дети чего-то не понимают, я не могу сказать «вот, смотри, как надо», приходится помогать им по-английски, и это тоже довольно сложно.

Пока я не знаю, останусь ли здесь навсегда. В Америке меня ждёт семья и мой молодой человек, и, наверное, я к ним вернусь, когда закончится мой контракт. Быть преподавателем для меня сложно, мне кажется, люди, которые выбирают эту профессию должны быть уверены, что это их предназначение. Иногда я обожаю свою работу, а иногда сил остаётся так мало, что хочется всё бросить и уехать.

Хотя я знаю точно одно: я очень люблю Россию, и это очень личное. Помню, как я участвовала в соревнованиях по гимнастике в Смоленске и весь зал стоял и слушал национальный гимн. Я чуть не расплакалась, таким он показался мне величественным и красивым, это было очень сильное чувство. А вот во время американского гимна плакать мне не хотелось никогда. Мне даже мелодия никогда не нравилась.

Оставьте свой комментарий
Авторизуйтесь, чтобы задавать вопросы.
Включите уведомления прямо сейчас и мы сразу сообщим Вам о важных новостях. Не волнуйтесь, мы будем отправлять только самое главное.