Добавить материал и получить бесплатное свидетельство о публикации в СМИ
Эл. №ФС77-60625 от 20.01.2015

Опубликуйте свой материал в официальном Печатном сборнике методических разработок проекта «Инфоурок»

(с присвоением ISBN)

Выберите любой материал на Вашем учительском сайте или загрузите новый

Оформите заявку на публикацию в сборник(займет не более 3 минут)

+

Получите свой экземпляр сборника и свидетельство о публикации в нем

Инфоурок / Другое / Другие методич. материалы / Статья "Не пора ли аплодировать, господа?!"
ВНИМАНИЮ ВСЕХ УЧИТЕЛЕЙ: согласно Федеральному закону № 313-ФЗ все педагоги должны пройти обучение навыкам оказания первой помощи.

Дистанционный курс "Оказание первой помощи детям и взрослым" от проекта "Инфоурок" даёт Вам возможность привести свои знания в соответствие с требованиями закона и получить удостоверение о повышении квалификации установленного образца (180 часов). Начало обучения новой группы: 24 мая.

Подать заявку на курс
  • Другое

Статья "Не пора ли аплодировать, господа?!"

библиотека
материалов

Не пора ли аплодировать, господа?



И очень может быть, что на свою беду


Я потеряю больше, чем найду!



Школа – та область нашей жизни, что затрагивает абсолютно всех. О ней говорят все: бабушки на лавочках, женщины в офисах, подростки в подъездах и депутаты в Думе. Причем все положением чрезвычайно недовольны. 90% (!) учеников ходят в школу без интереса. Не менее 40% (!) выпускников фактически являются неуспевающими. О результатах международных тестирований и говорить стыдно. Поэтому то, что несколько лет назад образование оказалось в ряду четырёх национальных проектов, никого не удивило. Давно пора было. Бей, барабаны! Трубите, трубы! Страна определилась, наконец, со своими приоритетами.


И вот уже, кажется, нет дня, чтобы отечественные новости не докладывали об очередных миллиардных вливаниях в сферу образования и настойчивых попытках эту область реформировать. Неутомимый министр Фурсенко колесит по стране, тысячи ученых от педагогики заняты разработкой новых стандартов, на экране то и дело видны лица горящих энтузиазмом учителей… Это на экране! А в жизни бабушки на лавочках и подростки в подъездах почему-то по-прежнему школами недовольны… Да и мировая общественность в рейтингах всяких очков нам не прибавляет… Думаю, не надо быть семи пядей во лбу, чтобы понимать: если по-прежнему плохо в подавляющем большинстве общеобразовательных школ страны, значит, дело не в отдельных людях, корни зла – в системе. Тогда возникает вопрос: на каких китах держится она, эта злополучная система, что никакие реформы ничего изменить не могут?! Вопрос всех вопросов. Сколько тут составляющих – не счесть! И социальных, и экономических, и психологических, и политических, если хотите.


Не претендуя на истину в последней инстанции, попробую перечислить лишь некоторые факторы, определяющие неблагополучие в наших школах. И, по моему глубокому убеждению, если эти факторы в ближайшее время не будут ликвидированы или изменены, надежд на улучшение качества образования у нас нет и не будет. О каких бы успехах стране не докладывали с экрана!



КИТ ПЕРВЫЙ. ЛОЖЬ.


Бывали хуже времена, но не было подлей.


(Н. А. Некрасов)


Самым страшным злом российского образования я бы назвала ложь, потому что она повсеместна и, что важнее всего, кажется неискоренимой. Примеров можно привести бесчисленное множество!


Двадцать с лишним лет назад я, выпускница университета, впервые встала у доски в роли учительницы. До сих пор помню, какое неизгладимое впечатление произвело на меня профессиональное таинство, называемое «письменным экзаменом». Оказывается, в огромном большинстве школ нашей необозримой Родины в день экзамена учителя работали двумя ручками – синей и красной. Последней отмечалось допустимое число ошибок – остальные подправлялись ученической, синей, пастой. И не дай Вам Бог плохо о педагогах подумать! Уверяю, не за злато да серебро старались они, не за взятки да подарки, а для «спасения» выпускников. Ведь по «древней» разнарядке, если ученик больше пяти ошибок в тексте делал, он «два» должен был получить. А значит, горько плакать Ванечке и Танечке, потому что аттестат они не получат и в институт не поступят. И в одном умрёт, к примеру, великий хирург, а в другой – талантливый химик. Тот умник, что много лет назад составлял эту самую разнарядку, может, и делал менее пяти ошибок. Но наши современники и по тридцать допускают. (Вы, например, сколько?) Танечки и Ванечки рядом со многими просто гении правописания, а мы из-за своей «принципиальности» могли лишить их будущего. Парадокс?! Но мы все – и ученики, и учителя – были его заложниками.


Поэтому я лично отчасти обрадовалась введению ЕГЭ - наконец что-то изменится! Изменилось. Многое. Но главным системообразующим элементом экзамена по-прежнему осталась ложь! Посудите сами. Уже первые испытания дали очень высокий процент получивших на ЕГЭ по русскому языку и математике «два». Вместо того чтобы выяснить истинные причины столь плачевных результатов, органы образования занялись «переработкой» экзаменационных материалов. Теперь в каждый вариант вставляется несколько таких вопросов, на которые не ответить нельзя! Другими словами, получить двойку почти невозможно! Таким образом, сводятся на нет все добрые намерения, которыми руководствовались апологеты новой формы! Ну, и где же тут объективность?! И в чем смысл огромных средств, потраченных на внедрение ЕГЭ? Я уже молчу о все новых скандалах, разгорающихся вокруг сдачи единых экзаменов!


Ещё пример. Сколько учителей в журнале пишут один программный материал, а с детьми изучают совершенно другой! И опять потому, что этого требует конкретная ситуация. Мы все усложняем программы (например, вводим вопросы генетики в биологию 9 класса), а наши дети после окончания школы часто не знают, сколько ног у обыкновенного паука. Вот бы предложить авторам некоторых учебников по физике, биологии, литературе поработать по ним в обычных российских школах, где к девятому классу порою треть детей предлагаемый материал просто не усваивает. Причины этого грустного явления могут быть самыми разными. Одним природа способностей не дала, в других трудолюбие не воспитано, третьим с педагогом не повезло, четвертые – с компанией дурной связались и т.д. Объяснить можно все, но факт остается фактом: определенная часть детей в классах объективно необучаема! Будь учитель хоть семи пядей во лбу, хоть десяти! Будь он новатором и трудоголиком в одном лице! Днюй, бедный, и ночуй в школе! Об этом знает любой педагог со стажем. Но пока эта очевидность не будет признана на официальном уровне, рисовать нам в журналах одно, а изучать совершенно другое. Или изучать программу только с частью класса, не обращая внимания на выпавших из обоймы. Сколько лет работаю в школе, картина все та же, безотрадная.


«А почему,- спросит читатель,- нельзя сделать правдивые записи?» Вопрос закономерный, но наивный, так как законы логики в образовании бессильны. Комиссии всякие понаедут: «Какое право имеете? Программа не выполняется! Какой Вы после этого учитель?» Директору – выговор, школу «ославят», с вас категорию снимут и т.д. Поэтому рисовать-то оно для всех спокойнее. Воевать с ветряными мельницами – дело благородное, но больно уж неблагодарное.


«Почему же нельзя отчислить неспособных к обучению?- снова удивится дотошный читатель.- Почему, например, нельзя устроить их в какое-нибудь профессиональное училище, где программа будет попроще, зато рукам дело найдется? И все будут счастливы!» Наивный человек, в толк взять не может: каждый наш ребенок должен получить аттестат о среднем или хотя бы основном образовании! Зачем? Кому должен? Уже и спрашивать как-то глупо… Добавим, что в моем полуторамиллионном городе существует только одно (!!!) училище, куда принимают после восьмого класса. А что же тогда делать с остальными детьми, кто учиться не может, а значит, и не хочет? Они так в школе и остаются? Да, как и в советские времена, они сидят до конца девятого класса и выходят с «нарисованными» отметками! Школа, как известно, очень часто играет роль камеры хранения. Есть, наверное, в этом и свои плюсы – кого-то от тюрьмы уберегаем. Но задумываемся ли мы о том, что происходит с психологией этих детей, развращаемых ничегонеделанием? И как себя чувствуют те, кто находится рядом, кто зарабатывает свою «тройку» в поте лица? Не в школе ли ещё наши дети теряют веру в необходимость упорного труда и справедливость? А ведь для сознания ребенка нет ничего страшнее этого разрыва: слышать от взрослых одно, а на практике видеть совсем другое.



Одному – бублик, другому – дырка от бублика.


Это и есть демократическая республика.


В. Маяковский



Ещё к вопросу о нелицеприятном. Одно из основных направлений реформирования образования – изменение оплаты учительского труда. Вот уже несколько лет в нашей стране внедряется новая система этой оплаты, нормативно – подушевая. Три года назад озвучивались цифры: «средним» учителям обещали платить 15-18 тысяч рублей, лучшим – до 30. На первый взгляд, неплохо. Но что получается, если детально разобраться в механизмах этого повышения? Увы, картина безрадостная и безнравственная.


Поскольку экономика России не была готова выделить дополнительные деньги на зарплату преподавателям, реформаторы предложили «минимизировать все неэффективные траты» в этой отрасли. Другими словами, главный принцип нацпроекта – принцип Тришкина кафтана: чтобы залатать локти, надо обрезать рукава, чтобы надставить рукава – надо обрезать полы, и т. д. Что это означает на деле?


Во-первых, уменьшение количества школ и увольнение тысяч учителей.

Подчеркнем, что нагрузка увольняемых учителей, как правило, никуда не исчезает – просто перераспределяется на всех оставшихся работников школы. Вместо положенных 18 уроков в неделю учителя ведут по тридцать и сорок с лишним. Как и раньше, учитель, чтобы заработать, должен работать на износ. И о каком качестве может идти речь? Реформы-то ради этого вроде затевались!

Итак, первый и основной ресурс повышения зарплаты – сокращение учителей и увеличение нагрузки. В чём же заключается другой способ «минимизирования неэффективных трат»?

Наконец-то учителям пообещали ликвидировать уравниловку в оплате их труда. Замечательное, казалось бы, нововведение. В каждой школе должен появиться специальный фонд с весьма говорящим названием – «стимулирующий». Администрация или специальная комиссия решают, какого учителя и какою суммой поощрить. Чем плохо?! А на практике очень часто возникают весьма неприятные и неоднозначные ситуации.


Огромному числу директоров стимулирующий фонд даёт возможность наказывать неугодных учителей! А сколько появляется обид, выкрикнутых и невысказанных, слёз – пролитых и проглоченных. И вместо того чтобы вдохновить учителя на новые свершения, стимулирующий фонд часто ещё более разобщает и без того не очень сплоченные женские школьные коллективы. Потому что второй способ «минимизирования» - отобрать у одного учителя и отдать другому!


И третий (очень важный!) момент введения новой оплаты труда. Нормативно-подушевая схема финансирования школ означает, что за каждым ребенком в школу приходит определенная сумма. В каждом регионе эта сумма своя, в зависимости от уровня экономических показателей. Думаю, не надо обладать особым интеллектом, чтобы догадаться, насколько разными будут возможности учителей и учеников в Ханты-Мансийске и, например, Чите. Ещё в 2007 году Всероссийская педагогическая конференция сделала вывод о создании в стране «системы образовательного апартеида»: «Процесс деления на «элиту» и «быдло» пошел…на отсталые и эффективные стали делиться не только школы, но и целые регионы…Степень финансирования школ уже различается десятикратно: например, Москва и Северный Кавказ – в 40 – 50 раз».

И вовсе не надо быть гением математики, чтобы просчитать, что крупные и мелкие школы тоже оказываются в совершенно разных условиях. Через некоторое время небольшие школы нужно будет либо закрывать, либо обносить колючей проволокой, поскольку неуспешные в учебе дети очень быстро становятся «трудными».

Почему в Финляндии, занимающей по уровню образования первое место в мире, соотношение 300 учеников и 30 учителей для школы считается самым оптимальным, а мы всё норовим укрупнять?! Разве переполненная школа, в которой учится более тысячи учеников, может стать теплым семейным домом для каждого?

Почему в этой стране, для того чтобы поднять уровень общего образования, занимались прежде всего средними и слабыми школами, а мы подобные заведения фактически обрекаем на жалкое существование или даже гибель? Зато гимназии и лицеи у нас, согласно реформе, изначально имеют более выгодные стартовые возможности – большое количество учеников, причём отобранных, и за каждым из них идёт иногда на 40% средств больше, чем за ребёнком в обычной школе.


Но вернемся к разговору о зарплате. Итак, три с лишним года назад учителям обещали 15 -30 тысяч… Отчего же на днях переполненный педагогами зал на слова В. Путина о том, что средняя учительская зарплата по стране составляет 15 тысяч, возмущенно загудел? Отчего многие учителя начального звена в моей школе берут по два класса – в первую и во вторую смену? Отчего учительница химии, получив зарплату, заплакала и не смогла вести урок в классе моей дочери-десятиклассницы? Отчего коллеги из провинции стали ездить в Москву на заработки как педагоги - гастарбайтеры?

Нынче (в преддверии выборов!) педагогам пообещали прибавить ещё 30 %. Не мучая разъяснением казуистических расчетов, скажу, что в конечном итоге это будут гроши. А ещё скажу, что нет больше сил слушать очередную ложь, по-советски бесхитростную, циничную, но неопровержимую. И, поверьте, дело не в личных обидах: недоплатили, мол, вот учителя и злопыхают! Если бы речь шла только о зарплате, большинство из нас спокойно и давно ушло бы в репетиторы, гувернантки или продавцы. Речь о более важном и принципиальном – о том, в какой стране будут жить наши дети. О том, что, действительно, за державу обидно. И о том, что ложь – это родимое пятно, унаследованное нами из прошлого, подоплека её носит системный и явно политический характер.


КИТ ВТОРОЙ. ПОСРЕДСТВЕННОСТЬ.



Кто был ничем, тот станет всем!..



Еще одна особенность школьного мира – поразительная заурядность управляющего аппарата и всех чиновников от образования. В результате какого-то неестественного отбора руководителями школ, отделов образования, методических кабинетов, как правило, становятся люди удивительно серые, посредственные, нетворческие. Часто это люди, спрятавшиеся в бумагах от слишком «живой» работы с детьми. И это всегда люди, умеющие угодить начальству, а последнего в образовании предостаточно.

Но ведь совершенно очевидно, что скованное страхом сознание неспособно к рождению творческой мысли – оно способно лишь к трансляции того, что изрекли «выше». И тот факт, что под таким руководством по результатам PISA (что фактически является тестом на креативность) мы выглядим устойчиво плохо уже девять лет, мне кажется главным того подтверждением.


Всем известно: чинопочитание – враг независимости. Поэтому любое свободомыслие в педагогических кругах выжигается, любая яркая личность в административном ряду чиновничьим дружным cтроем выдавливается. Бюрократические подножки у нас - во всех сферах дело отработанное, а в образовании система как будто специально для этого создана. Модель та же, что и в стране: нет оппозиции – нет и проблемы.


Кто-то возразит, что в крупных городах в ряду директоров школ у нас есть громкие, яркие имена, хорошо известные в своей среде. Исключения, конечно же, бывают, но они лишь подтверждение системы! И в доказательство этого приведу мнение главного редактора журнала «Директор школы» Константина Ушакова: «…до того времени, когда ты сможешь проявить свою индивидуальность, когда тебя уже будет защищать общественное мнение и признание, надо еще дожить, чтобы тебя не сняли…» Вертикаль власти в образовании гораздо жестче, чем в стране. Выстраивалась десятилетиями!


И самое страшное. Посредственное сознание, стремясь доказать собственную состоятельность, засыпает школы лавинами директив. Позволю себе вновь процитировать профессора Ушакова: «У нас ведь способность к имитации деятельности изощренная до филигранности…» Какие только бумаги – планы и отчеты – не пишут директора, завучи и учителя! За что только не отчитываются! За противопожарную безопасность, за соблюдение санитарных норм, за строжайшее выполнение учебных программ, за призыв в ряды нашей армии, за воспитание детей, их родителей и бабушек!.. При этом часто требуется показать динамику роста нравственности каждого ученика школы за отчетный период в процентах и диаграммах. Формализм брежневской эпохи девственно невинен по сравнению с бюрократизмом нашего времени. Вирусом формализма поражены все учебные пособия по педагогике, все инициативы в области образования; невероятно консервативно сознание педагогических верхов и очень часто – низов. Любой благой проект, пройдя через бюрократические круги, выхолащивается и теряет свою живительную силу. Даже проект национальный. Бессилие перед бюрократическим абсурдом не одного из коллег привело к апатии и эмоциональному выгоранию.


А сколько насылается на школу комиссий! Такое ощущение, что работаешь на границе, засекреченном заводе или таможне. Может, пора прислушаться к опыту прогрессивного человечества? В Финляндии, говорят, нет ни одного школьного инспектора! Уволили. На всех уровнях – от муниципального до федерального! А дети этой страны признаны самыми грамотными в мире. Может, и нам попробовать? А на сэкономленные деньги столько полезного сделать можно…


Вообще, паразитирующих около образования не счесть. Когда я вижу переизданные учебники, изменения в которых абсолютно непринципиальны (например, в новом издании просто поменяли местами упражнения), а родители вынуждены их покупать, мне очень хочется посмотреть в глаза их авторам: «А насчет совести-то как же?» Когда я посещаю курсы повышения квалификации, где славно пристроились многие псевдоученые от педагогики, мне очень хочется спросить их: «А вы свой-то коэффициент нравственности высчитывали?»


Для того чтобы понять, насколько мертва зона многих инициатив современной российской педагогики, достаточно посмотреть на язык директивных документов в области образования. (А каков язык – таково и содержание!) Далеко ходить не будем. Возьмем пресловутый новый стандарт образования. Диву даёшься! Тысячи людей (четырнадцать академических институтов!) над ним не один год работали, а страна, когда прочитала, на дыбы встала! Руководитель проекта господин Кондаков не успевал объяснять: «Это не так поняли… тут мы не то в виду имели… здесь знак препинания не поставили, и смысл поэтому исказился…» Попытка объяснить волну протеста в обществе тем, что-де профессиональный язык не всем понятен, казалась бы смешной, если бы от этого документа не зависела судьба не только нашей школы, но и страны. Гораздо убедительнее в своем возмущении С. Кара-Мурза: «Установки, согласно которым должны разрабатываться учебные программы, в Стандарте по большей части представляют собой … бессодержательный поток слов… Это жонглирование словами…Авторы … не понимают того, что они требуют от школы и учеников.»

Ступала ли нога тех, кто это писал, в школу? Представляют ли они, что это за страна такая – дети?! Теория образования, диссертации по которой писали господин Кондаков и прочие авторы стандартов, наверное, замечательно, но очень бы хотелось, чтобы эта теория хоть как-то смыкалась с практикой!!! И почему именно этим людям доверена судьба целой страны? Верю, конечно, что династии, особенно педагогические, это здорово. Но в данном случае, когда проектом руководит сын бывшего замминистра образования, попахивает азиатчиной… И отсюда очень логично перейти к следующей особенности российского образования – в руководящих структурах у нас никто никогда ни за что не отвечает.


КИТ ТРЕТИЙ. БЕЗНАКАЗАННОСТЬ.


Было гладко на бумаге,


Да забыли про овраги,


А по ним ходить!

На словах министр образования господин Фурсенко демонстрирует понимание того, что «образование не та сфера, где делаются революции». На деле же происходит то, что Заслуженный учитель школы РФ Евгений Ямбург как-то назвал «культурной сюрреволюцией». Разве не запредельна абсурдность того, например, что Закон об образовании за 15 лет претерпел 35(!) редакций?! Разве не стыдно перед страной, что сначала, невзирая ни на что, вводили Единый государственный экзамен, а теперь выясняется, что новый стандарт и ЕГЭ противоречат друг другу?! Ряд этих риторических вопросов бесконечен…


Непродуманность и поспешность принимаемых властью решений настолько очевидна, что только диву даёшься, как господину Фурсенко удаётся сохранить такой завидный оптимизм. Что стоит за этим – искреннее заблуждение или цинично рассчитанный ход? Логика событий и интуиция подсказывают, что второе, и в голову не мне первой приходит мысль о чичиковском начале всех школьных преобразований. Посмотрите, как неутомим наш реформатор: пол-России уже исколесил, персонаж известной книги со своей коляской и в подметки ему не годится. И по размаху, и по безнравственности того, что затеял. Потому что он и его «сподвижники» прекрасно знают: во всех сферах нашей жизни, не только в образовании, безнаказанность абсолютная. Жаждешь славы, власти, денег…вперед! Запрещается только поперек течения плыть…

В среде наших сограждан то и дело раздается мысль о том, что кто-то сознательно нашу страну – и экономику, и образование, и культуру – разваливает. Мысль о происках внешнего врага, конечно, не нова. Но, мне кажется, мы и сами (без всяких спецзаданий и оплаты!) способны развалить что угодно. Ломать – не строить! Нам не привыкать! Главное, допустить до власти невежественных, тщеславных, жадных – безнравственных (!) людей. Их усилиями в условиях полной безнаказанности может быть разрушена даже многовековая культура – не только образование. Потому что, уничтожая образование, мы неминуемо убиваем культуру.


Деятельность Фурсенко и его сподвижников иначе, чем преступной, не назовёшь. Больше того, на наших глазах совершается «преступление века», а мы в очередной раз смиренно готовы стать его жертвами. Ведь школа - «генетический аппарат» национальной культуры, она передает новому поколению ее коды и смыслы» (С.Кара-Мурза), а введение предлагаемого нового Стандарта означает радикальное преобразование этого аппарата. Между прочим, в свое время руку на школу не подняли даже реформаторы Ельцина! Потому что, если разрушенную экономику можно восстановить, то «выправить такую мутацию национальной культуры очень трудно». И вообще, возможно ли?! Истории известны национальные катастрофы, вызванные подобными разрушительными реформами школы.



То ли еще будет, То ли еще будет,


То ли еще будет, Ой-ой-ой!


Прокомментируем ситуацию. В мире существует всего две модели общеобразовательной школы – с «университетской» матрицей (на западе это школы «для элиты») и «мозаичной культурой» (так называемая «школа для масс»). Первая базируется на комплексе дисциплин (а не модулей и профилей!), которые вместе «составляют систему знания, дающего целостное представление о Вселенной». Программы второй состоят из модулей, которые знакомят учеников с множеством поверхностных «полезных сведений». Нетрудно догадаться, какую модель предлагают нам, если в центре Вселенной оказываются ОБЖ и физкультура?!


До сих пор наша школа строилась по первой модели. И, по мнению С.Г. Кара-Мурзы – уважаемого всеми ученого и публициста, у авторов Стандарта нет оснований отвергать эту модель, поскольку она реализована во многих странах, которые сейчас показывают высокие результаты в образовании (например, в Японии, Южной Корее и Китае). Она прекрасно «уживается» и с рыночной экономикой, и с демократией. «На мой взгляд, принимать столь фундаментальные и столь долгосрочные решения, как выбор модели средней школы, не уполномочены ни Минобразования, ни даже Правительство. Это предмет общественного договора, – пишет человек, системно и глубоко изучающий этот вопрос.- Предлагаемый Стандарт - инструмент быстрого падения уровня всего российского образования, а также сегрегации в доступе к образованию детей из «низших классов». Другими словами, вместо доступности качественного образования, мы получим страшное разделение в уровне знаний и культуры между представителями разных социальных слоев. В жизни это обернется такими социальными катаклизмами, что недавние выступления на Манежной площади покажутся детскими забавами.


Хочется спросить: авторы реформ не могут просчитать грядущей деградации? Может быть, они незнакомы с зарубежным опытом? Наверняка ведь за границу-то часто ездили! Тогда должны знать, что в успешной Финляндии школы оценивают не по числу гениев или двоечников – а по тому, насколько велик разрыв между худшими и лучшими.


В общем, странное складывается впечатление: авторы Стандарта не знают ни положения в наших школах, ни успешного опыта зарубежной педагогики… Эксперты в один голос утверждают: «Этот стандарт рассчитан на школы внутри Садового кольца…», «написан для обитателей Рублевки, и писали его утописты в башне из слоновой кости…». Тогда кто допустил этих людей к святая святых – к судьбе детей? Кто ответит за необратимые последствия их деятельности?! Да и о судьбе миллионов, вложенных в эти разработки, хотелось бы поинтересоваться…


Единственный щит, которым прикрывает себя команда господина Кондакова, – это возможность выбора, которая появляется у школьника. Звучит-то как красиво: «Индивидуальная образовательная траектория»! А на практике? На практике надежный щит превращается в фиговый листочек. Нетрудно догадаться, что на деле России грозит «культура лени и вседозволенности» – так называют западные социологи уклад «школы для массы». «Индивидуальные образовательные планы», составляемые для себя самими подростками, конечно же, будут планами освоения наименее трудоемких предметов. Прежде всего «пострадают» при таком выборе фундаментальные дисциплины – физика, химия, алгебра и т.д. По горькому замечанию руководителя журнала «Эксперт» Александра Привалова, теперь у нас «все то, что не выбрал Митрофанушка, будет считаться вздором». Последствия для страны и её граждан предвидеть совсем нетрудно. По остроумному замечанию участника одной из дискуссий, предоставляемый старшекласснику выбор весьма странен и трагичен: какие три пальца из десяти рубить на руке как ненужные?


Вернемся к мысли о том, что в любых серьезных делах поспешность и безответственность являются двумя сторонами одной медали. Разве не безответственно то, что новый стандарт в начальном звене в огромном числе школ России вводится уже в этом году?!


По мнению экспертов, для начальной школы стандарты прописаны замечательно. Готов аплодировать авторам Е. Ямбург, вдохновленными возвращаются с курсов повышения квалификации учителя, которые будут работать в первых классах…Тогда что же опять не так? А дело, оказывается, в том, что, если мы хотим действительно работать по-новому, то в оборудование кабинета должно быть вложено не менее 7 млн. рублей. И тот же Ямбург ещё в феврале этого года ответственно заявил, что внедрены эти замечательные стандарты никогда не будут! Даже в благополучной по сравнению со всей страной Москве! (Что говорить о провинции, где в четверти школ туалеты – на улице!)


Тем не менее – процесс запущен. Средства информации наперебой докладывают о том, что школы готовятся учить первоклассников по-новому. В кабинеты проводится горячая вода, где можно, изыскиваются места для детских кроватей, закупаются новые учебники…


Горячая вода, конечно, важно. Но по Стандарту у учителя и каждого первоклассника должен быть персональный компьютер. И это – одно из обязательных условий реализации модернизирования! Как обстоит с этим? А плохо обстоит! Даже в обеспеченной Москве, где ещё в феврале правительство Москвы выделило 1,4 млрд. на закупку компьютеров. Как пишет пресса, «на одном из самых главных направлений насмерть забуксовала чиновничья машина». (То-то мы удивились!) В разгар лета «ни поставки «железа», ни программного обеспечения в первые классы 1200 московских школ ещё не начинались. Даже по минимуму. Вначале-то предполагалось снабдить персональными компьютерами всех учителей и оснастить ими парты всех первоклассников. А сейчас речь идет лишь об одном компьютерном классе на школу, да и тот всего из 15 компьютеров.» И это в Москве, под боком у министра! А представляете, что по всей матушке России делается!? Мы опять имитируем деятельность и реформы?! Я догадываюсь, сколько «в спешке» в школы будет поставлено некачественной техники!.. Я уже видела привезенные в школы под знаком «национального проекта» недоукомплектованные интерактивные доски и отвратительную мебель, сделанную из гнилого дерева и тонкого, как фольга, металла. Доски так и не начинали работать, а стулья через день ломались… Кто ответит за все это?


Хотя я догадываюсь, кто… В нашей стране, если самолет упал, то виноват, как правило, летчик…






«ДЕЛО УЧИТЕЛЕЙ»




Черный ворон, что ты вьёшься


Над моею головой?





Господин Фурсенко не устаёт повторять, что «комплексные проекты позволят поставить перед учителями более жёсткие условия, требования». Он подчёркивает эту мысль из выступления в выступление, и я, слушая его, всегда вспоминаю ненависть к котам Шарикова из «Собачьего сердца»: « Мы их душили-душили, душили-душили…» И за что наш министр образования так учителей не любит? «Беда в том, что многие преподаватели не обладают должной квалификацией… не научены самообразовываться»,– негодует министр и мечтает о том времени, когда школа перестанет быть «собесом» для ничего не умеющих учителей. Конечно, в этих словах есть горькая правда. Но отчего в школах так много таких преподавателей? Не оттого ли, что умные и себя уважающие больше в таких условиях работать не могут и не хотят?!

Другими словами, все проводимые в образовании реформы связаны с усилением ответственности рядового учителя за уровень обученности его учеников. Причем за неуспешность своего воспитанника педагог теперь отвечает своей зарплатой. При этом никто почему-то не учитывает ряд чрезвычайно важных моментов.


Первое. Требовать с учителей можно только тогда, когда оплата их труда хоть мало-мальски станет похожа на человеческую! Может, нашим министрам перечитать сказки, в которых даже злая Баба Яга сначала гостя кормила, поила, в баньку водила и только потом в печь отправляла?! Задумайтесь над словами журналиста Рустама Курбатова: «Мы ждём от учителей нестандартного мышления, терпения и любви – и платим им в пять раз меньше, чем получает мальчик-курьер или девочка-секретарь без образования и особого мышления. Неужели вам непонятно, чем это всё может кончиться? Десять лет ребёнок, подросток, юноша общается, мягко скажем, с усталыми людьми. У которых силы, терпение, нервы – всё на грани. Какие уроки он вынесет из этого?»


Второе. Требовать с учителей можно только тогда, когда условия их труда станут хоть мало-мальски современными! Когда компьютеры, принтеры, проекторы, интерактивные доски станут обычной частью школьного интерьера. До сих пор все, начиная с ремонта, оформления школьных кабинетов и кончая закупкой техники, в большинстве школ делается за счет родителей. А нефтяных магнатов среди них, к сожалению, почти нет! (Выступления представителей власти о том, что школа не должна собирать на что- либо деньги, - очередная циничная ложь. Если бы понимающие мамы и папы не помогали школе, мы в своих жутких помещениях давно перешли бы на жизнь «по понятиям».)


И, наконец, третье. Требовать с учителей можно только тогда, когда мы вернем в общество уважительное к ним отношение. Посудите сами. Включаем телевизор, а там из программы в программу – вопли о помощи: « Спасите от учительской жестокости!» Одно ток-шоу сменяет другое: «Долой школьные поборы!» Берем газету – там министр образования недоволен: пенсионерки - учительницы не дают дорогу молодым. (А те так рвутся, так хотят с детьми работать!)


Может быть, вы думаете, господа, что я выступаю против детских прав? не вижу «дедовщины» в школе? отрицаю сам факт существования профессионально непригодных педагогов?

Что вы, уважаемые сограждане! Я за свободолюбие, но глубоко убеждена, что оно несовместимо с хамством, ведь последнее - черта исключительно холопская. Лежачего не бьют! Неужели это подлежит сомнению? Обвинять рядовую Марью Ивановну во всех смертных грехах, возлагать на нее ответственность за все школьные безобразия может лишь либо весьма недалекий, либо очень непорядочный человек. И если все малаховские ток-шоу о школе возмущают, но хотя бы не удивляют (ну не его писатель Достоевский, что поделаешь?!), то, когда видишь подобные передачи на канале «Культура», то приходит удручающее ощущение безысходности. В «Культурной революции», помню, известная актриса на виду у огромной страны говорит, что все учительницы старые и страшные, как Баба Яга, непременно еврейки и невероятно злы, причем исключительно по причине незадавшейся семейной жизни. Я, слушая, столбенею, а господин Швыдкой – интеллигентный вроде человек! – не прерывает цепь этих оскорблений и даже не делает попытки урезонить вошедшую в роль дамочку. Более того, он подпевает ей. « Неужели вы думаете,- обращается он к аудитории,- что теперь, когда учителя будут получать больше, они будут работать лучше?» Но ведь не много чести, ей-богу, воевать с Марьей Ивановной, даже злой и страшной, как Баба Яга! Смаковать отдельные случаи и скандальные частности, выдавая это за героическую борьбу с системой, – весьма спекулятивный прием. Ради своих, очевидно корыстных целей, зачеркивать годы честного труда десятков тысяч рядовых учителей, лишать их жизнь смысла, очерняя в глазах окружающих, – это, по меньшей мере, безнравственно…

Так же, как безнравственно за некачественное образование – грехи общества, государства, родителей – наказывать учителя. Что ж, по части нахождения стрелочника равных нам нет…



Это как же мне добыть то, чего не может быть?



Итак, учитель будет получать за «качественное образование». Тогда скажите, кто и как будет оценивать это качество?!


Кто-то, не мудрствуя, подразумевает под качеством успеваемость, то есть пятёрки и четвёрки. В известной газете читаем: «Надбавки рекомендуется выплачивать, если улучшается успеваемость. Чтобы у учителей не возникало искушения рисовать «5», оценивать качество знаний департамент образования советует на промежуточных экзаменах под контролем независимых комиссий». Представляете, какие ежегодные стрессы будут получать дети и педагоги и сколько комиссий нужно создать для всей страны?!


И как же быть тогда с некоторыми объективными фактами, констатированными нашими учёными – психологами, социологами, врачами? С тем, например, что в 80% будущее человека предопределено наследственностью и условиями вынашивания плода, а не школой и другими социальными институтами? Что число учащихся начальной школы, не справляющихся с требованиями школьной программы, давно перевалило за 30%? Что 35% детей ещё в младшей группе детского сада имеют очевидное расстройство нервно-психической сферы? Что абсолютно здоровыми в первый класс приходит только 1% детей? Что не получают регулярного школьного образования 160 тысяч ребят? Что за год более миллиона ребят задерживается милицией? Что дети мигрантов, которые приходят в наши школы, часто совсем не знают русского языка? Что дети с дислексией и дисграфией допускают в диктанте до 50 ошибок ?

Все перечисленные категории детей приписаны к каким-то школам. Как же быть с их «5» и «4»? Кто будет отвечать за их неуспешность? Учителя?! Своей зарплатой?!

Слышатся разумные голоса, что необходимо стимулировать «положительную динамику достижений». Но кто и как сможет её оценить? И вновь преподаватели гимназий и лицеев имеют неоспоримые преимущества.


Ещё один аспект. А как оценить качество воспитания? Предлагается создавать портфолио – показательным становится число грамот и наград. Но ведь это очевидное противоречие. Что важнее – воспитать одного олимпийского чемпиона или привить любовь к физической культуре массам? Бесспорно, второе. Тогда и олимпийские чемпионы появятся непременно! Работать с единицами, приносящими награды, или с целым классом? Кто может зафиксировать иногда совсем незаметные психологические победы учителя? Может, мы, действительно, начнём «фиксировать в баллах совесть и благородство?» А что? Вот новгородские чиновники как-то предлагали учителям и директорам школ составлять ежегодный самоанализ по 18 направлениям и более чем 100 критериям и, согласно рейтингу, давать прибавки к зарплате. Представляю, какой бумажный кошмар ожидает наших педагогов, если органы образования кинутся соревноваться в изобретении критериев оценки работы учителя!


Наивная попытка решить все проблемы ужесточением контроля над работой учителей лишь ухудшит ситуацию, а предложение платить педагогам по результатам их труда еще раз демонстрирует, что наши верхи совершенно не представляют специфики этого труда. Хотя догадаться, что учителю русского языка никогда не добиться поголовного качества, что педагоги гимназии и обычных школ оказываются в совершенно разных условиях (и т.д.!), мне кажется, не так уж и сложно.


Я, как и многие мои коллеги, считаю преступным вводить в стране Стандарт, где есть слова «должен, должны », но нет объяснения, КАК реализовать задуманное и КТО это будет делать. Каждый из нас, думаю, согласится с профессором Ушаковым: «Разработчики не очень хорошо представляют себе, в каком состоянии сейчас находится чуть менее чем полуторамиллионная армия педагогов…» Попытаемся хоть отчасти охарактеризовать это состояние.



ЧТО ИМЕЕМ - НЕ ХРАНИМ.


В бой идут одни старики…


Единственное, в чем с господином Фурсенко нельзя не согласиться, так это в том, что российская школа остро нуждается в притоке молодых кадров.

Средний возраст российской учительницы перевалил за 45. По данным психологов, эмоциональное выгорание – полное! Да и не мудрено. Это за границей и зарплата приличная, и льготы социальные, и оплачиваемый годовой отпуск периодически предоставляется, и авторитет учителя в обществе государством поддерживается. А у нас есть от чего «выгореть»!..

Пройдет еще года три, и катастрофичность ситуации станет очевидна всем. Многочисленные эксперименты еще разок – другой катком пройдутся по нашим школам, общество еще немного потравит – и на пенсию «по выслуге» уйдут последние из могикан – учителей. Что, интересно, тогда скажут общество и министр Фурсенко? Последний, наверное, обрадуется! Ему ведь все кажется, что молодым не дают дороги ветераны. Вот только что же со школами будет, когда пожилые окончательно их покинут? Одно можно сказать точно: министр образования у нас другой будет, и отвечать (как всегда!) никому не придется.


ТАК СЛУЧИЛОСЬ, МУЖЧИНЫ УШЛИ,,,


Еще одна беда нашего образования - отсутствие в школах учителей-мужчин. Но ведь женщина – существо слабое, эмоциональное и впечатлительное. А дети, особенно мальчики, чтобы воспитать в себе чувство собственного достоинства, должны непременно опору ощущать, мужскую силу слова и поступка. У нас же в семье воспитывает женщина, в школе – тоже исключительно женские коллективы. То крик, то слезы, то истерика … и материнское всепрощение. Другого наши дети, увы, в большинстве своем не видят – ни в школе, ни дома. А по телевизору круглые сутки стрельба и насилие. Вот через некоторое время подросток и возвращает нам бумерангом слезы да истерики либо угрозы да насилие.

И в чем же бедная Марья Ивановна в этой ситуации виновата? В том, что из-за ничтожно низкой зарплаты последние мужчины из школы ушли, а женщина как всегда закрывает грудью амбразуру? Может быть, в том, что ни сил, ни денег, ни уважения окружающих нет, а она все терпит? Потому что ответственность чувствует и на своих хрупких плечах все школьное образование держит!

История еще оценит самоотверженный труд сотен тысяч рядовых учителей, но так хотелось бы, чтобы это случилось как можно скорее, чтобы государственные мужи нашли в себе силы извиниться за то унизительное положение, в котором оказались российские педагоги, и попытались его исправить. Иначе будет поздно.



НАПОСЛЕДОК.


Думайте сами, решайте сами,


Иметь или не иметь?


(известная песня)


Подводя итоги, повторим главное: сегодняшняя модернизация образования крайне опасна для нашей страны. Нельзя не согласиться с академиком Э.Днепровым, который называет её «идеологией педагогического примитивизма». Потому что в педагогическом плане – это «профанация идеи вариативности образования»; в социальном – «резкое снижение образовательного уровня нации и утрата перспектив развития страны»; в плане экономическом – это «торжество реакционной идеи платности общего среднего образования», а в политическом – «гегемония посредственности …в социально-политической жизни страны». Вот такие невесёлые перспективы открываются впереди, если мы в очередной раз промолчим…


Что же делать? Есть ли выход из этой, на первый взгляд, тупиковой ситуации? Конечно!


Во-первых, надо уважать себя и не позволять в очередной раз оболванивать! Наше общество, действительно, невероятно разобщено, что позволяет легко манипулировать нашим сознанием и поведением. Но на дворе – эпоха Интернета! Почему фашиствующие молодчики с его помощью легко договариваются о совместных действиях, а разумные люди – не могут?! Если раньше власть боялась появления даже тоненьких книжек Самиздата, то как опасна для неё миллионная виртуальная армия?! Достаточно вспомнить, что, если бы не двадцать тысяч подписей, за несколько дней поставленные под Открытым письмом учителя С. Волкова, жуткий Стандарт для старшей школы был бы уже принят! Может, нам, как белорусам, уже начать аплодировать на площадях и улицах?!


Во-вторых, требовать от власти тщательно продуманных, просчитанных шагов в области образования. Если есть успешный международный опыт реформирования школы, то почему мы им не пользуемся? Сколько можно идти «своим путем»? Этот опыт говорит о том, что успеха не может быть там, где не вкладывают в профессионализм учителя! Где педагогическое образование не считается элитарным! Помните народное: «Ума нет, иди в пед!»? У нас в пединституты в большинстве своем идут самые слабые ученики, а потом в школы - самые слабые из этих слабых! Можно при такой «селекции» ожидать благих изменений? Причем «вкладывать в профессионализм» не означает только повышение зарплаты! (Хотя последнее обязательно!) «Во что сейчас вкладываются лидеры мировой педагогики – Гонконг, Сингапур, Корея, восточная Канада? В систему непрерывной профессиональной поддержки, - отмечает К.Ушаков. - У нас такого нет …» Изменить ситуацию сможет не усиление контроля над Марьей Ивановной, а ежедневная ей помощь. Потому что никто никогда не учил наших педагогов проектным технологиям и деятельностному подходу…


Министерство образования во многих странах называют министерством будущего. Понимают ли наши министры степень ответственности, что лежит на их плечах? Что будет с нашими школами и детьми – жертвами вечно непродуманных экспериментов? «Усталые от усталых учителей, ожесточённые ожесточённостью взрослых, эти дети проявят себя, когда станут взрослыми. Это серьёзнее международного терроризма и чеченских боевиков. Это бунт – разумеется, бессмысленный и беспощадный – с отсрочкой на несколько лет», – я вновь цитирую Рустама Курбатова, потому что точнее не скажешь.


И по-настоящему жаль, что из ценного финского опыта мы взяли на вооружение только модель быстро разбираемой деревянной школы, которую в случае низкой наполняемости можно легко перенести из деревни в деревню…



Июнь – июль 2011





Краткое описание документа:

Понимаю, что в нашу СМСочную эпоху читатель не выносит длиннот.Но короче не получилось: слишком много в системе образования проблем. Одна из моих статей на педагогическую тему. Была написана несколько лет назад. Уже давно нет Фурсенко, а вопросы все те же...

Думаю, не надо быть семи пядей во лбу, чтобы понимать: если по-прежнему плохо в подавляющем большинстве общеобразовательных школ страны, значит, дело не в отдельных людях, корни зла – в системе. Тогда возникает вопрос: на каких китах держится она, эта злополучная система, что никакие реформы ничего изменить не могут?! Вопрос всех вопросов. Сколько тут составляющих – не счесть! И социальных, и экономических, и психологических, и политических, если хотите.

Автор
Дата добавления 10.11.2014
Раздел Другое
Подраздел Другие методич. материалы
Просмотров291
Номер материала 110092
Получить свидетельство о публикации

Выберите специальность, которую Вы хотите получить:

Обучение проходит дистанционно на сайте проекта "Инфоурок".
По итогам обучения слушателям выдаются печатные дипломы установленного образца.

ПЕРЕЙТИ В КАТАЛОГ КУРСОВ

Похожие материалы

Включите уведомления прямо сейчас и мы сразу сообщим Вам о важных новостях. Не волнуйтесь, мы будем отправлять только самое главное.
Специальное предложение
Вверх