Анализ  стихотворения.

                          Б.Л.Пастернак.  Определение поэзии.

                                        Автор:  Долгова Татьяна Леонидовна, учитель  русского         

                                                     языка и литературы  1-ой квалификационной  ка-

                                                     тегории  МКОУ «Кременская СОШ» Клетского 

                                                    района Волгоградской области.       

Б.Л. Пастернак  «Определение поэзии»

Это – круто налившийся свист,

Это – щелканье сдавленных льдинок,

Это – ночь, леденящая лист,

Это – двух соловьев поединок.

Это – сладкий заглохший горох,

Это – слезы вселенной в лопатках,

Это – с пультов и с флейт – Figaro

Низвергается градом на грядку.

Все, что ночи так важно сыскать

На глубоких купаленных доньях,

И звезду донести до садка

На трепещущих мокрых ладонях.

Площе досок в воде – духота

Небосвод завалился ольхою.

Этим звездам к лицу б хохотать,

Ан вселенная – место глухое.   

Поэзия часто говорит о себе самой устами авторов. Те или иные аспекты поэтического предназначения привлекают к себе внимание разных поэтов, едва ли не всех. В русской литературе это представлено величайшими именами, такими как А.С. Пушкин, М.Ю. Лермонтов, Ф.И. Тютчев, Н.А. Некрасов, А.А. Блок, В.В. Маяковский, А.А. Ахматова. Свое оригинальное мнение по этому вопросу высказал и Б.Л. Пастернак, который вступал в поэзию в составе футуристической группы «Центрифуга», но испытал к тому, же и сильнейшее воздействие А. Блока и А. Белого. Таким образом, мнение это явилось следствием его общих мировоззренческих и эстетических взглядов и представляет собой последовательную, выдержанную в едином ключе систему. Первое, что привлекает внимание в стихах Пастернака, посвященных теме искусства, это его уподобление губке, впитывающей все вокруг:

Поэзия! Греческой губкой в присосках

Будь ты, и меж зелени клейкой

Тебя б положил я на мокрую доску

Зеленой садовой скамейки.

Это мгновенно родившаяся формула одного из ранних стихотворений поэта стала устойчивым образом поэзии во всем его творчестве, своеобразным ее определением.

      Позже, в стихотворении, которое так и называется «Определение поэзии» (оно входит в цикл «Занятье философией» книги «Сестра моя – жизнь», изданной в 1922 году), автор не находит  ничего более емкого и точного для передачи сущности искусства (поэзии), чем перечисление явлений окружающего мира:    

Это – круто налившийся свист,

Это – щелканье льдинок,

Это – ночь, леденящая лист

Это двух соловьев поединок.

Поэзия, по Пастернаку, имеет своим истоком саму жизнь во всех ее проявлениях. И так же, как сама жизнь, согласно Пастернаку, есть непреходящее чудо, поэзия является и творчеством, и чудотворчеством. Поэзия творит «образ мира в слове явленный».

Стихотворение «Определение поэзии»  относится к философской лирике, так как посвящено осмыслению такого понятия, как творчество.

Тема стихотворения вынесена в заглавие – «Определение поэзии. В нем автор называет предмет, о котором пойдет речь. Однако разговор получается не прямым, а окольным – он ведется ассоциативно, около предмета. И поэтому заглавие здесь обязательное, так как несет разъяснительную функцию. 

В этом стихотворении бросается в глаза мнимая произвольность определений поэзии: кажется, одно из определений без ущерба может быть заменено  другим, а подбор слов обусловлен не смысловой, а, скорее, звуковой близостью. Действительно, на первый взгляд, странный ряд: «свист, щелканье льдинок, ночь леденящая лист, поединок соловьев, горох, слезы вселенной, Фигаро». 

Однако вспомним, что «чем случайней, тем вернее слагаются стихи навзрыд». К тому же звуковой портрет поэзии в первой строфе  не должен удивлять («свист», «щелканье»), а «ночь»  и «пенье соловьев» вообще являются непременным атрибутом любовной лирики. Учитывая замечание Пастернака, что « …лопатками в дореволюционной Москве назывались стручки зеленого гороха …  Под слезами вселенной в лопатках разумелся образ звезд, как бы держащихся на внутренней стенке лопнувшего стручка, - следует отметить оригинальность и точность ассоциативного мышления поэта. Фигаро – опера  Моцарта «Женитьба Фигаро». 

Во второй строфе с поэзией отождествляется и горох, и звезды, и музыка – все, чем богат мир… В результате такого восприятия действительности весь мир обнаруживает необыкновенную цельность: все предметы бытия связаны между собою, превращаются один в другой, так что музыка оборачивается градом («низвергается градом на грядку»), а звезда – рыбой  («и звезду донести до садка»). В этом романтическом стихотворении неожиданным оказывается финал – вселенная глуха к поэзии. Но главное, на мой взгляд, не в этом, а в том, что поэзия – есть и она воплощение и единство всего, что только существует на свете.

Все образы в стихотворении не только наглядны, но и сочетаются по принципу смежности, метонимически. Пастернак стремится многократно и многопланово определить суть  поэзии. Соединенные в одном ряду разнородные понятия: «туго налившийся свист», «щелканье сдавленных льдинок», «леденящая лист ночь», «сладкий заглохший горох», «слезы вселенной в лопатках» и т.д. создают многогранную картину действительности, активизируют разные типы восприятия. Семикратный повтор конструкций (анафора) с ключевым словом «это» не оставляет впечатления поэтического приема, а кажется вполне понятным желанием поэта наиболее полно определить поэзию.

В стихотворении поэт обнаруживает единство не только высоких, но собственно поэтических тем: природы, любви и искусства – в них постоянно входят, их пронизывают бытовые реалии («ночь», «льдинки», «пение соловья», «музыка» и «грядки», «горох», «садок»). Использование разговорно-бытовой лексики («лопатки», «завалился», «хохотать») в поэтическом контексте на общем фоне межстилевой и книжной лексики («низвергается», «сыскать», «доньях» и т.д. усиливает) выразительность, неожиданность восприятия. Говоря о поэтике стихотворения, нельзя не отметить и столь характерное для творчества Пастернака олицетворение, пронизывающее большинство метафор: « слезы вселенной», «небосвод завалился», «звездам б хохотать»… Оно еще раз подтверждает, что поэзия – это реальный мир предметов, явлений, чувств окружающей действительности. В стихотворении также используется звукопись (аллитерация): «… круто налившийся свист», «щелканье сдавленных льдинок», «ночь леденящая лист») (  с ,  ш   л^,    д^,  ) и др., которая усиливает выразительность и значимость данных слов.  

Стихотворение написано дольником, который делает стихотворение более ритмичным и акцентирует внимание на особо значимых словах. Рифма – перекрестная, в первой и третьей строках – усеченная.

Таким образом, поэзия, по мнению Б.Л. Пастернака, не есть нечто искусственное, противостоящее жизни, но – часть жизни, составляющая человеческого бытия. Отожествление поэта и природы, передача авторских прав пейзажу – все это, в сущности, служит одной единственной цели. Стихи, сочиненные самой природой, не могут быть подделкой. Так автор утверждает подлинность написанного. Подлинность, достоверность, по Б. Пастернаку, - главная особенность истинного искусства. Каким  же образом достигается эта подлинность? Самое важное здесь – «не искать голоса жизни, звучащего в нас». Поэтому обостренная впечатлительность, повышенная восприимчивость ко всем ощущениям, ко всем движениям окружающего мира – главная черта подлинной поэзии. Именно это и утверждает Б.Л. Пастернак в своем стихотворении «Определение поэзии». 

Литература:

1.     Гиржева Г.Н. Некоторые особенности лирики Бориса Пастернака. /Г.Н. Гиржева// Русский язык в школе. - №1 – 1990 – стр.  54-60.

2.     Пастернак Б.Л. Стихотворения и поэмы. Переводы. М.: Правда, 1990

3.     Русская литература.  Большой учебный справочник для школьников и поступающих в вузы. /М.Г. Павловец, Т.В. Павловец, Б.Л. Пастернак. Стихотворения  – М.: Дрофа, 1998.

4.     С.Л. Страхов «Русская поэзия XX века в выпускном классе»: Книга для учителя. _ М.: Просвещение, 1999.

5.     С.Страшнов «Явленная тайна». К урокам по творчеству Б.Пастернака. /Страшнов С.// Литерратура в школе - №1 – 2000 стр. 80-83

6.      Н.М. Шанский «Среди поэтических строк» Б.Л. Пастернака /Н.М. Шанский // Русский язык в школе - №6 1989 стр. 60-65.