Добавить материал и получить бесплатное свидетельство о публикации в СМИ
Эл. №ФС77-60625 от 20.01.2015
Инфоурок / Воспитательная работа / Статьи / Свадебные обряды Аларских бурят 18-19века.

Свадебные обряды Аларских бурят 18-19века.


  • Воспитательная работа

Поделитесь материалом с коллегами:

МКОУ Ныгдинская СОШ











Областной заочный конкурс исследовательских работ по фольклору и этнографии «Диалог культур».



Номинация: Культурология. Семейно – бытовые обряды.

Тема: Свадебные обряды Аларских бурят 18-19века.












Автор проекта: Бухаева Татьяна 6 класс

Руководитель: Петинова НД

Телефон: 89501436043













Ныгда 2014




Постановка проблемы: Традиционная свадьба со всем комплексом сложного церемониала справляется всё реже и реже.


Цель: Доказать, что свадебные обряды отражают историю, быт, духовную красоту бурятского народа.


Задачи: Изучить свадебные обряды Аларских бурят 18-19века.


Гипотеза: Свадебные обряды – энциклопедия нравственных устоев, исторических особенностей бурят.


Объект: Содержание свадебных обрядов.


Предмет исследования: Исследование свадебных обрядов Аларских бурят.


























Свадебные обряды Аларских бурят.

К обрядам свадьбы относились многочисленные обычаи, обряды и церемонии, среди которых можно выделить:

обычай и определенный порядок выезда свадебного поезда и его встречи стороной жениха; цикл главных обрядов свадьбы — обряды поклонения невесты божествам (бурханам и онгонам) семьи жениха, их родовому очагу, старейшинам рода, старшим родственникам жениха (бэриин мургэл), а также обряд одаривания невесты (бэри байлгаха, байлгуур) ,церемонии приглашения невесты в дом ближайших родственников жениха (бэри оруулха),обряд освящения новой юрты — разжигание нового очага в юрте молодых (шэнэ гал гуламта носоохо).

Выезд свадебного поезда. Повсеместно у бурят выезд невесты сопровож - дался неоднократными возлияниями с молениями - призываниями, обращением к духам-предкам, божествам-хозяевам местности, у которых просили благословения и покровительства, счастливой жизни невесте. Почетный старик рода совершал моление с жертвоприношениями тарасуном и молочными продуктами перед выездом свадебного поезда и в пути около священных мест — бариса (горы, какого-нибудь дерева, камня и т. д.), у которых свадебный поезд останавливался.

Повсеместно при подъезде к улусу жениха свадебный поезд встречали специальные послы — угтамжа (встречающие) с водкой или тарасуном, молочными продуктами и закуской. Здесь происходил своеобразный обряд-сценка с поэтическим диалогом: подъехавшие и встречающие на дороге якобы не знали друг о друге, и только в диалоге выяснялось, что подъехавшие — люди, ищущие своего скакуна, который поскакал в эту сторону (мори бэдэрээшэн), а встречающие — люди местные, знающие, где надо искать скакуна. Затем встречающие угощали тарасуном и молочными блюдами представителей рода невесты, которые должны были побрызгать ими духам-покровителям рода и местности жениха, т. е. исполнить обряд поклонения местным божествам, совершив жертвоприношения, и выпить, обменявшись чарками с встречающими.

Завидев приближение свадебного поезда, молодежь, гости, собравшиеся к жениху на свадьбу, организовывали перед юртой во дворе национальный хороводный танец eхор. Турушын- главный сват со стороны жениха  подъехав на всем скаку, должен был не останавливаясь, рассечь этот круг и проехать прямо к юрте. Перескочить Ехор представлял собой как бы заслон, барьер, который должны были преодолеть гости, прежде чем они могли войти в юрту родителей жениха. Турушину подавалась сразу же большая чаша тарасуна или водки, которую ему следовало выпить в один прием, а затем спеть свою приветственную песню, на которую присутствующие тоже отвечали песней. Дальше начинались расспросы, разговоры и угощения.

Турушином мог быть далеко не каждый, а лишь тот человек, у которого благополучно сложилась семейная жизнь (обязательно первый брак, здоровая жена, чем больше потомства, тем лучше). Кроме того, он должен был не только хорошо знать обычаи, все тонкости дипломатии и иносказаний, быть находчивым, остроумным, (холшор, шог зугаатай); высоко ценилась также его физическая сила и ловкость, т. е. он должен был олицетворять мудрость, силу и умение представителей своего рода. Мудрость турушина проверялась членами рода жениха с помощью различных вопросов по генеалогии рода, улуса, племени, истории, фольклору и т. д. Физическая сила требовалась для того, чтобы с одного размаха воткнуть в столб как можно выше стрелу, причем так, чтобы она осталась на столбе под прямым углом, а еще лучше, если в наклонном положении, оперением кверху. Сила и выносливость демонстрировались способностью выпить в один прием чашу объемом 1—1,5 литра тарасуна и не опьянеть. К тому же только хороший и ловкий наездник мог суметь повести лошадь так, чтобы расколоть на две половины огромный пляшущий круг — “ехор”. Конечно, и лошадь для этого подбиралась достаточно резвая. Кроме необходимости доказательства силы, ловкости и мудрости рода невесты, считалось очень важным, чтобы турушин достойно справился со всеми испытаниями еще и потому, что это связывалось, по существующей примете, с будущей жизнью молодых. Если лошадь турушина, не пугаясь, не останавливаясь, шла напрямик и раскалывала ехор, если ему удавалось одним махом крепко и глубоко воткнуть стрелу — будущее молодых обещало быть счастливым. Если турушина постигали неудача и заминка, это считалось дурным предзнаменованием. Поэтому турушинами назначались люди, способные достойно справиться с возложенными на них обязанностями, а тем самым предсказать счастливую жизнь молодым. Наиболее сложным, обставленным определенными действиями с конкретным оформлением, был церемониал мургэла у аларских бурят. Повсеместно по существовавшей традиции у бурят невеста для исполнения обряда поклонения роду жениха должна была предстать в новом для нее облачении, как бы свидетельствующем, что отныне кончается ее девичество, и она, приобщаясь к чужому роду, переходит в разряд замужних женщин. Поэтому ее свадебный, так сказать, венчальный костюм представлял собой праздничный наряд замужней женщины.

Одевание и причесывание невесты представляли торжественную церемонию. И не только потому, что ее наряжали в праздничный наряд для ответственных церемоний, но и потому, что отныне она навсегда расставалась с девическим нарядом и ее одеянием становился убор замужней женщины. В большинстве мест эта церемония происходила в доме жениха, за специальной занавеской или в отдельной юрте, куда уводили невесту. Если кое-где, как отмечалось выше, невеста могла приезжать и в свадебном костюме, то причесывание ее происходило только в доме жениха, и этой церемонии придавалось особое значение.

Девичья коса расплеталась и создавалась специальная свадебная прическа, в которой невеста должна была пройти главные обряды свадьбы — бэриин мургэл. Волосы невесты расчесывались гребнем матери жениха и заплетались мелкими косичками, которые назывались hабига, иногда hаншаг (по-видимому, потому что заплетались на висках: hаншаг — виски; со временем этим термином стали называть и височные украшения), причем непременно с правой стороны на одну больше, чем с левой: справа, как правило, 9 косичек, а слева — 8. По сведениям М. Н. Хангалова, 9 кос на правой стороне у бурят-шаманистов означали западных 90 хатов (добрых духов-гениев), а 8 кос на левой стороне — восточных 80 хатов (враждебных духов-гениев). Нужно полагать, данная числовая символика выражала семантическую связь с культом солнца и луны”. В традиционных представлениях бурят солнце и луна почитались как супруги, “податели жизни на земле”, и солнце изображалось восемью концентрическими кругами (женское начало), а луна — девятью (мужское начало).

Заплетенные таким образом косички украшались на концах подвесками из коралловых бус, золотых и мелких серебряных монет. На голову надевали различные украшения,  (юбуун, h аншаг, саажа, бортого малгай и др.) Большинство из них относилось к свадебным украшениям невесты и в дальнейшем не входило в наряд замужней женщины.

Свадебный костюм (в дальнейшем праздничный костюм замужней женщины) дополнялся разнообразными шейными и нагрудными украшениями, браслетами и кольцами.

Тем временем шла подготовка к церемониям мургэла (в некоторых местах мургэмжэ).  У аларских бурят это место называлось туургэ. Само слово туургэ (дальше тургэ) обозначало освященную березку, но на свадьбе им называлась не только березка, но и весь комплекс предметов, помещаемых около нее. На березку вешался костюм замужней женщины (обычно костюм матери жениха), остальные же предметы варьировались.

У аларских бурят место поклонения невесты оформлялось значительно проще. Тургэ представляло собой березку, на которой висел женский костюм. Около них сидел старик — юролшин.

Наличие женского костюма на месте поклонения невесты, символизировало материнское начало.

После того, как заканчивалось приготовление к исполнению обрядов мургэла, невесту выводили во двор, и она в сопровождении свиты торжественной процессией направлялась к месту поклонения.

По сообщению С. П. Балдаева, молодые обходили усадьбу родителей жениха. И после этого процессия подходила к месту поклонения.

У аларских бурят участие жениха вся церемония поклонения выглядела так: Когда свита невесты направлялась против часовой стрелки вокруг юрты, жених с дружками шел с другой стороны навстречу. На северозападной стороне юрты обе группы встречались. Жених, кланяясь, подходил к невесте и становился справа от нее под балдахин — hapa6шa, после чего процессия поворачивалась обратно. Жених во время шествия отбирал миткалевую ленточку, которая была привязана на правой руке невесты. Однако благословение невесты у тургэ, по сообщению И. М. Этагорова, происходило без жениха.

После этого поклонения невеста с посаженой матерью — “эхэ” и другими сопровождавшими ее лицами входила в юрту свекра для исполнения последующих обрядов мургэла. Важным считалось то, что невеста первой вошла в юрту. По поверьям, любого другого мог опередить и пройти в юрту нечистый дух и повредить новобрачным. У аларских бурят, чтобы уберечь вход от нечистого духа, навстречу невесте кидали зерна ржи, именуемые “будаа”, которых боялись злые духи.

У аларских бурят невеста, входя в юрту, бросала отцу жениха “хаялга” (подношение) — двух-трехметровый отрез ткани, причем у первых трех групп бурят к ткани привязывалась узда. По мнению М. Н. Хангалова, наличие узды означало, что “невеста теперь уже полная хозяйка, и она должна быть послушна, как обузданный конь”.

Обряд поклонения домашнему очагу —галда тоho адхаха (поднесение масла огню). Невесте подавалось в чаше растопленное масло. Поклонившись очагу и обведя чашей над очагом три раза, она лила масло на огонь. По бытующей примете, если огонь, ярко вспыхнув, поднимался до дымохода, это предвещало счастливую жизнь. Затем невеста, кланяясь, поворачивала поленья в очаге и подкладывала новые. Как пишет М. Н. Хангалов, это означало следующее: как увеличивается огонь очага, так должно умножаться семейство мужа, а также то, что она становится хозяйкой дома. Суть данного обряда, заключалась в поклонении духу-хозяину домашнего очага (родовому огню), который считался покровителем семьи, умилостивление его принесением жертвы в виде масла, обязательство всегда чтить и “кормить” его.

Мургэл” заканчивался одариванием невесты, именовавшимся барилга бариха (подносить подарки) или басага байлгаха  (буквально “байлгаха” — остановить, заставить стоять). Невеста с посаженой матерью переходила на левую сторону от очага. Первым подносил подарок свекор, сопровождая его благопожеланиями. Невеста несколько раз низко кланялась ему. Затем одаривали ее свекровь и другие родственники и гости. Невеста каждый раз, кланяясь, принимала подарок обеими руками, тем самым выражая почтение и уважение, и передавала его посаженой матери. Одаривали золотыми и серебряными монетами, деньгами, кольцами, браслетами, платками и др. Отныне невеста признавалась членом рода мужа, становилась хозяйкой новой семьи, дома. Исполнением всех обрядов мургэла она как бы приносила клятву подчиняться этому роду в лице свекра и старших родственников мужа, которые отныне становились для нее хадам, хадамууд, т. е. признавала над собой их власть, обязывалась соблюдать все обычаи и религиозные правила в юрте свекра, выполнять все обязанности невестки (бэри).

Церемонии приглашения невесты (бэри оруулха ) у аларских бурят, обрядами мургэла не заканчивались церемонии приобщения невесты к роду жениха. После свадебного пиршества в доме родителей жениха невесту с гостями приглашали ближайшие его родственники. Эти приглашения назывались“бэри оруулха” — прием невесты. Ее сопровождали посаженая мать и подружки, жених на эти приглашения не ходил. В каждом доме повторялась церемония поклонения невесты.

При входе в дом или юрту невеста (или кто-либо из сопровождающих ее лиц), стоя у дверей, бросала “хаялга” — подношение в виде ткани, иногда платок и узду. Затем она совершала обряд “сагаалха” — поднесенный молочный продукт капала на огонь очага, отпивала немного и передавала другим. После этого ей подавали в чаше растопленное масло для обряда кормления хозяина очага, которое она выливала на огонь. По окончании этих церемоний невеста вместе с эхэ, оставаясь у очага, поклонялась сначала хозяину, затем хозяйке, и те одаривали невесту разными вещами в зависимости от состояния. Затем невесту с посаженой матерью и подружками усаживали за специальный стол и угощали. Все указанные действия считались обязательными.

У аларских бурят свадебное гулянье продолжалось несколько дней (от 3 до 6 дней). Продолжительности свадебного торжества можно объяснить особенностями их приготовления и проведения.

С начала XX века традиционная свадьба со всем комплексом сложного церемониала справляется все реже и реже. С начала постепенно исчезает весь комплекс предсвадебных церемоний, очень редкими становятся девичники, а затем значительно сокращается и весь церемониал самой свадьбы. С годами даже с ограниченным комплексом церемоний свадьбы справляются все реже. В районах тесных контактов бурят с русских населением в бурятской свадьбе проявляются новые элементы, заимствованные у русских. Например, по прибытии свадебного поезда невеста с женихом усаживались за свадебный стол на почетное место, их угощали, заставляли целоваться. Невеста обносила всех гостей наполненными рюмками, поставленными на поднос, и каждый, выпив, одаривал ее: клал на поднос деньги или подарки. Все эти новшества в свадебной обрядности определялись, разумеется, общим изменением социально – экономической жизни бурят.

Таковы особенности свадебной обрядности и брачных отношений, западных бурят. Для этого времени характерно сложное сочетание различных обрядов, возникших в глубокой древности, и церемоний, вошедших в быт значительно позже. Большая часть обрядов свадебного церемониала была связана с религиозными воззрениями: культом предков, родовых и домашних божеств, а так же культом огня.

















Литература

1. Балдаев С. П Бурятские свадебные обряды. Улан-Удэ, 1959

2. Балдаев С. П Избранное. Улан – Удэ, 1961

3. Басаева К. Д Семейно-брачные отношения у бурят. – Этногр. Сб., 1962, вып.3.

4. Басаева К. Д Семья и брак у бурят. – 1980

5. Этагоров И. М Свадебный обряд у аларских бурят. – Изв. ВСОРГО, Иркутск, 1900, т. 31, № 1-2














Автор
Дата добавления 27.04.2016
Раздел Воспитательная работа
Подраздел Статьи
Просмотров119
Номер материала ДБ-056085
Получить свидетельство о публикации

Похожие материалы

Включите уведомления прямо сейчас и мы сразу сообщим Вам о важных новостях. Не волнуйтесь, мы будем отправлять только самое главное.
Специальное предложение
Вверх